Сюрприз для миллиардера

Василиса

Миллиардер, красавчик, бабник и большой весельчак.

За пятым столиком столовой “Rational” сидел Кирилл Крестовский.

Я обалдела, увидев его.

Так и застыла с подносом в руках, посередине прохода между столиками.

Как он здесь оказался?! И главное, зачем?!

Весь персонал нашей столовки ухахатывался над шуточками миллиардера.

Все смотрели на него влюбленными взглядами и даже толстая повариха Кира Анатольевна смущенно поправляла свой замызганный, пожелтевший от времени колпак.

— А вот и она! — сказал кто-то и все…

Все присутствующие посмотрели на меня.

Я словно оказалась под светом прожектора.

Шепотки и смех смолкли.

На смену им пришли громкие щелчки и яркие вспышки фотокамер.

Объективы хищно вытянулись в мою сторону.

Я оцепенела от удивления.

Не могла поверить, что сам Крестовский находится здесь, в простой столовой.

Более того, он не просто зашел перекусить. Такие люди не обедают в паршивых столовках.

Определенно, он находился здесь с какой-то целью и… смотрел прямо на меня.

Темно-серые глаза цвета ночного неба взяли меня в прицел взгляда, от которого покраснела бы даже самая фригидная мужененавистница.

Сошедший словно с обложки журнала, одетый с иголочки.

Стильная стрижка и еще более модная бородка.

Вальяжная, раздевающая улыбка Крестовского скользнула по моему лицу, вниз на грудь, на ножки и снова вверх.

Возникло ощущение, что он меня с ног до головы оценил.

Оценил не слишком высоко, но все же продолжал улыбаться, мерзавец самовлюбленный.

Улыбался и ничего не говорил, только кивнул лениво!

Типа, привет, что ли?!

Голос за него подала девушка, типичной стервозно-ослепительной внешности: яркая брюнетка со скульптурными скулами и пышными губами.

Боги, как эти вареники смогли шлепнуть друг об друга, издавая приличные, а не чмокающие и сосущие звуки.

— Василиса Андреева?

— Да, это я, — ответила внезапно срывающимся голосом.

— Поздравляю! Именно вам выпал редкий шанс пойти на свидание с миллиардером.

— Что-что?! Как это?

— Среди десятков тысяч анкет женщин, матерей-одиночек, господин Крестовский вытянул именно вашу.

Женщина?!

Здрасьте, мне всего двадцать один!

Под определение женщины я подхожу с огромной натяжкой!

Мать-одиночка?

Ох, черт… Отчасти это так!

Все из-за того, что я оформила опеку над дочерью старшей сестры?!

Пусть так…

Но какого черта?!

Какие свидания?!

С этим… парнокопытным!

Два с половиной года назад моя старшая сестра Адель переспала с этим красавчиком на какой-то вечеринке.

Забеременела.

Адель считала, что вытянула счастливый билетик в безбедную жизнь.

В мечтах она уже планировала дизайн дома на Рублевке и тратила миллиона на очередную песцовую шубку.

Однако ее мечты не сбылись!

Крестовский вышвырнул ее за порог, обозвав аферисткой.

Было слишком поздно делать аборт.

Моя сестричка дотянула до такого срока, чтобы точно нельзя было избавиться от плода.

Она родила, скатилась в депрессию, пристрастилась к наркотикам.

Сейчас сестра проходит реабилитацию.

Я воспитываю ее полуторагодовалую дочурку.

Моя жизнь совершенно не сахар, пришлось оставить учёбу.

Мы еле сводили концы с концами!

А это... это неприлично богатое и ещё более неприлично привлекательное парнокопытное, виновник всех наших бед, сидел напротив и улыбался лениво, приглашая меня на свидание.

Под объективами фотокамер.

Издевается, что ли?!

Или просто не знает, что я — сестра Адель?!

Возможно… У меня и сестры фамилии разные.

Значит, он обо мне ни разу не слышал и не копался в сведениях о моей семье.

Тем более, пошел бы он на фиг!

— Я понятия не имею, о чем идет речь. В розыгрышах я не участвую! — сухо отчеканила я, крепче сжав поднос с тарелкой борща.

— Никакого розыгрыша нет! Вы отправили свою анкету на Третий канал в передачу, “Завидный холостяк”...

Я?!

Анкету?!

В передачу?!

Да я эту хрень не смотрю даже, хотела возмутиться во весь голос.

Но потом… через секунду поняла, кто отправил мою анкету.

Подруга!

Подруженька — Ярослава, она от этой передачи была в диком восторге и всегда рассказывала о ней!

Я ей устрою!

Она не знала, что я воспитываю не просто дочку своей сестры, но дочку того самого “Завидного холостяка”!

Отец Буси — моей любимой племяшки улыбался мне призывно.

Он точно не в курсе того, кто я такая!

Иначе бы не лыбился так, словно я ему уже отдалась множество раз, в самых неприличных позах.

Крестовский смотрел на меня алчно и жадно. Словом, играл на публику.

Эксцентричный, обаятельный, наглый гад.

Гад особо крупных размеров, как по секрету шепнула мне однажды сестра.

— Василиса, ты пойдешь со мной на свидание? — промурлыкал миллиардер.

Голосом Крестовского можно было растопить арктические льды.

Или, как минимум, прожечь пару десятков трусиков женщин, сбившихся в нашу столовку.

Крестовский позвал меня на свидание.

Я молчала.

Рядом оказалась та самая брюнетка с варениками — помощница, проссюдерша передачи или бог знает, кем она была на самом деле.

На миллиардера Брюнетка Варениковна смотрела с обожанием и готова была облизать с головы до ног, задержавшись языком в особо интересных местах.

На меня она посмотрела с раздражением и шепнула:

— Соглашайтесь. Нам еще столько материала отснять нужно! Время, Василиса! За внешность и гардероб не переживайте, вас подготовят. Стилист и визажист уже готовы…

Вот, значит, как!

Они ко всему готовы!

Меня в известность ставить совсем необязательно?!

Думают, что, по умолчанию, я на все согласна.

— Василиса… — снова позвал меня по имени Крестовский. — Ты пойдешь со мной на свидание?!

Вопрос прозвучал до неприличия волнующе.

Миллиардер добавил в голос сладкого сиропа с низкими нотками.

А я…

Я же не железная.

Крестовски й был красив, сексуален, богат. Словом, живая мечта.

Под давлением обаяния Крестовского я совсем растерялась.

Я растерялась, стала сама не своя и... убежала.

Но перед этим швырнула в него тарелкой борща.
Дорогие, на Литгород стартовала распродажа :) Мои книги тоже участвую в акции!
Делаем тык по названию и переходим прямиком на страничку книги :)
ТОЛЬКО 25 и 27 НОЯБРЯ: МОИ ЗАВЕРШЕННЫЕ ИСТОРИИ СО СКИДКОЙ 70%

— Мне нужна жена. Ты ею станешь.
— Простите?
— Жена мне нужна! ЖЕ-НА! Что неясного?
— Две недели под одной крышей с вами?! — ужасаюсь, услышав условия босса.
— Все намного серьезнее. И в одной постели! Тебе понравится! — говорит уверенно.
— Ни за что.
— Соглашайся! Или отправишься за решетку...


— Я заплатил твой должок. Теперь ты — моя. На месяц! — добавил с нехорошей ухмылкой.
Хам захотел спросить с меня за вынужденное воздержание и все попытки избежать контакта.
— Отрабатывать начнешь прямо сейчас! — нагло расстегнул ширинку.
— Я… Я буду сопротивляться!
— Очень на это надеюсь, меня такое заводит…

Она! Та самая… Девушка, что разбила мне сердце.
Она держала в тайне сведения о моей дочери, а теперь…
Теперь она хочет скрыть от меня сына?!
Не выйдет! Я получу свое…

Кирилл

Борщ стекал по моему лицу. Костюм ценой в стоимость этого блошиного заведения был испорчен.

Кислая капуста повисла на бороде.

Наглой рыжей конопатой официантки и след простыл.

— Кирилл Александрович, сейчас я все исправлю! — защебетала помощница.

Паулина или Паолина? Плевать, словом, она забегала вокруг меня.

Помощница работала на меня почти три года, но я до сих пор не мог запомнить, как правильно звучало её имя.

Помощница с трагическим видом начала снимать с моего лица остатки борща. Вид у нее был на все готовый, она бы и рубашку последнюю отдала, и себя преподнесла на блюдечке!

— Через минуту вам подадут новый костюм! Я хорошо подготовилась и заказала на всякий случай.

Плевать на костюм! Плевать на все.

Меня гораздо больше волновал вопрос: что это было?!

Только что?!

Почему я весь в борще?!

— Все свободны, покиньте помещение! — сдавленно приказал.

Камеры продолжали снимать. Миг моего позора станет достоянием общественности.

Меня, Кирилла Крестовского, ни одна бабенка еще не отшивала. Тем более, так...

— Вон! Съемка окончена! — рявкнул я.

— Вы слышали, что он сказал! — Паулина добавила в свой голос гневных ноток, сердито сверкнула глазами, замахала руками на съемочную группу и сотрудников заведения. — Кыш-кыш-кыш!

Послышался торопливый шорох шагов.

Столовка для нищебродов опустела.

Давно я в таких заведениях не бывал. И ноги бы моей здесь не было, но… спор есть спор!

Я проспорил одному из своих лучших друзей — Эмину.

Такое случалось редко, я почти никогда не проигрывал.

Разумеется, мой друг решил воспользоваться этой редкой возможностью и оторваться на полную катушку.

Он… потребовал с меня участия в передаче “Завидный холостяк”!

У меня и без этого от девок отбоя никогда не бывает, а сейчас так вообще…

Можно сказать, что теперь я до конца своих дней могу лениво перебирать имена в телефонной книжке. Имена девиц, готовых прыгнуть в мою кровать абсолютно голенькими.

— Видел бы ты свою рожу! Аааа…. Оооо! — послышался сдавленный голос друга.

Эмин — всегда спокойный, вежливый до неприличия. Но сейчас он рухнул на пол, держался за живот и рыдал от смеха.

— На себя посмотри! — огрызнулся я. —  У тебя от смеха рожа покраснела.

— Если она стала цвета борща, который сейчас стекает с тебя на пол… — икнул друг, вытирая слезы смеха. — Это лучшее, что я видел!

— Так это ты все подстроил, да?! — разозлился я. — Ты подкинул идею организаторам передачи, чтобы усложнить задачу… Эти дебильные анкеты секретной участницы перед самым финалом! Дать шанс тем, кому он уже давно не светит! Бла-бла-бла! Все подстава!

Я не поклонник передачи “Завидный холостяк”.

Но хорошо помню, что в первоначальном сценарии не было никаких анкет участниц мамаш-одиночек, возрастом до двадцати пяти лет!

Продюсер сказал, что так хотят подогреть интерес к передаче, мол, анкетами их просто завалили!

Делов-то — крутануть барабан, вытащить одну бумажку из нескольких тысяч и провести одно свидание с простушкой.

Все домохозяйки в бигудях прилипнут к экранам…

Разумеется, меня успокоили, что на финальный исход это не повлияет никак.

Но теперь я начал подозревать, что все было подстроено Эмином с самого начала. Все!

Недаром его близкий друг — крупнейший держатель акций того самого “Третьего канала”!

— Твоих рук дело, гаденыш?! Эта девка — утка подсадная? Из какого актерского училища вытащил юное дарование? Отвечай немедленно! — потребовал я.

Друг продолжал рыдать от смеха.

Бесполезное создание!

Я сам со всем разберусь!

— Приведите ко мне эту… борщеметательницу! Живо!

Заплачу ей денег, больше, чем заплатил Эмин. Или надавлю. Или припугну.

Плевать, как, но свое я получу. Она еще ползать за мной будет и просить, чтобы я обратил на нее внимание!

Я был в ярости.

О, давно я не был так зол!

Я вообще не припомню, чтобы злился настолько сильно, что готов был выпрыгнуть из кожи.

Попадись мне эта официантка, ох, я ей устрою! Эмин, видя, что я предельно серьезен, тоже попытался придать своему лицу нормальное выражение.

Вышло плохо. Но он хоть попытался и начал убеждать меня, что никого не подкупал.

— Нет, что ты! Я это не подстроил! Все натурально! — отозвался он хрипло.

— Натурально?! Как бы не так!

Я снял с локтя кусок говядины. Эмин снова засмеялся, как конь.

— Перекуси, дружище.

— Я тобою, дружище, сейчас перекушу! Это подстава!

— Нет же, клянусь совестью. Я не подкупал эту девицу!

— Ты ржешь надо мной, как самая бессовестная в мире гиена! Я тебе не верю…

Встал, отряхнулся.

Нет, это никуда не годится… Борщ на мне, я весь в борще. Провонялся капустой и бульоном на говяжьей косточке!

— Я клянусь, что не подстраивал ничего! Никого не подговаривал! — плача, выдавил из себя мой друг. — Очевидно, ты не так хорош и совсем не нравишься женщинам, если эта замухрышка-официантка пульнула в тебя борщом! — прохрипел Эмин и снова заржал гиеной. — Жаль, Саня Савицкий этого не видел! Но скоро увидит… — застрочил пальцами по кнопкам.

— Постой, что ты делаешь?! А ну стой!

— Поздно, — улыбнулся Эмин. — Я уже отправил видео… Завтра оно станет вирусным.

— Беги, дружище! — побелев от гнева, сказал я. — Беги, даю тебе три минуты форы.

— Как щедро, — улыбнулся друг.

— Две с половиной…

Эмин насупился и, увидев выражение моего лица.

Наверное, вспомнил, что моя наколка ВДВ сделана не просто так.

Эмин начал отступать в сторону и ускорил шаг.

— Две минуты! — рявкнул я ему в спину.

Хлопнула дверь.

В огромном помещении столовой остались только я, администратор этого убогого заведения и… Паулина, с новым костюмом наготове и полотенцем.

— Кирилл Александрович, в этом заведении есть душ, в служебных помещениях.

— Но вода только холодная. Водонагреватель сломался. Простите, мы не ждали важных гостей, — извинился администратор.

— Плевать. Мне нужно умыться. Любой ценой.

Холодная вода будет весьма кстати!

Мне нужно взбодриться.

Пришлось умываться холодной водой и дешевым мылом.

Словно в армии.

Борода сразу встала торчком, волосы — на ощупь как пружина.

Переодевшись в новый костюм, я почувствовал себя немного лучше.

Но все же недостаточно хорошо, чтобы сказать: я в полном порядке.

Конечно, меня едва не убили тарелкой с борщом.

Итак…

Что она себе позволяет! Такие выходки даже дамам из высшего света непростительны! Кто эта пигалица?!

Василиса, кажется?!

Василиса Андреева.

Не знаю таких!

Я точно с ней никогда раньше не пересекался  в постели. Значит, не мог обидеть отказом продолжить отношения.

Может быть, она просто умалишенная и немного не в себе?!

Ну ничего, сейчас я это выясню!

Почему эта пигалица еще не ползает передо мной на коленях, умоляя позволить ей загладить вину?!

Почему она еще не здесь?!

— Где она? — рыкнул я. — Где эта вредительница?!

— Сбежала.

— Я в курсе, что она сбежала из столовки. Наверняка эта засранка прячется в служебных помещениях!

— Уже поискали, Кирилл Александрович. Она совсем сбежала! — трагическим шепотом отозвалась Паулина.

— Так…

Сдаваться я не желал.

— Где она живет?

Администратор, не желая скандалить, мгновенно продиктовал адрес и номер телефона Василисы.

Передо мной встал мучительный выбор, что сделать первым?

Начистить рожу другу, подставившему меня?

Или броситься вдогонку за пигалицей, которая нанесла мне, Кириллу Крестовскому, смертельное оскорбление?!

— Едем, — скомандовал я.

Выбор был очевиден: найти мерзавку и заставить пожалеть, что она выставила меня в таком идиотском свете!
Догоним беглянку? :)

Василиса

Борщ метнула. А дальше что?

Разозлила миллиардера!

Вряд ли он это просто так оставит!

Но ни в каких передачах я участвовать не собираюсь. На потеху публике стать посмешищем?!

Ни за что!

Сложив такси, торопливо назвала домашний адрес. Попутно набрала номер подружки, чтобы устроить ей разнос.

Но она не ответила на звонок.

На массаже, наверное.

У Яськи свой массажный кабинет,  делает массаж детям. Ну ничего,  я ей ещё дозвонюсь!

Попутно вспомнила все, что рассказывала мне Адель о гадком миллиардере.

Теперь я поняла, почему она на нем так помешалась в прошлом!

Фото в сети не передают и десятой доли его обаяния.

Он статный, высокий, спортивного телосложения,  с дьявольской улыбкой и  зовущим взглядом.

Чёрствый мерзавец, сердеед проклятый!

Но до чего же хорош..

Сердце застучало быстрее!

Не думала, что он может мне понравиться с одного взгляда глаза в глаза.

Но понравился же.

Очевидно, у него совершенно колдовское обаяние, притяжение просто зашкаливает.

— Приехали, — буркнул таксист.

Расплатилась с ним за услуги, поспешила вылезти из машины.

Перебежками добралась до подъезда, сунула руку в карман рюкзака, в поисках ключей.

— Васька! — донеслось в спину.

Я аж подпрыгнула.

От страха.

Сердце подскочило к самому горлу.

На миг мне показалось, будто меня настиг Крестовский.

Спустя секунду мозги вернулись на место, я поняла, что голос — совсем другой. Обернувшись, увидела Толю Свиридова — моего одноклассника, друга детства и бывшего фиктивного мужа по совместительству.

Когда нужно было оформить опеку над племяшкой, оказалось, что предпочтение отдают полным семьям.

Я попросила Толика об одолжении, он согласился помочь!

Обратилась к другу детства без всяких задних мыслей, а он… он однажды ко мне целоваться полез и начал приставать.

Я же воспринимала его исключительно, как друга, делилась с ним всем, а он… Он все это время ждал удобного случая, чтобы подкатить ко мне! Далеко Толик не залез, я огрела его по уху — сам научил, еще в школе. На этом все и закончилось.

Как только я получила опеку над Бусей, сразу же подала на развод!

С тех пор наши отношения с Толиком стали ни то, ни се. Я уже не могла общаться с ним, как раньше, перестала в нем видеть друга, которому могу доверить абсолютно все.

В то же время чужим Толика я назвать не могла, ведь я сидела с ним за одной партой начиная с пятого класса!

В общем, все сложно!

— Испугалась?

— Ты подкрался ко мне со спины. Само собой, я испугалась!

Толик нагнулся и поднял мой рюкзак.

— Торопишься, что ли? Или дома что-то случилось?

— Дома все в порядке, не сглазь! — ответила, думая, что Толик после неласкового приветствия отвянет.

Но Толик не отвял, потопал за мной следом, дыша в спину.

— Толь, мне некогда! — застыла у дверей квартиры. — Говори, что хотел.

— Да так, ничего, — начал раскачиваться с носка на пятку. — Хотел пригласить…

— Исключено! Я не хожу на свидания, тем более, с тобой.

— Хотел пригласить погулять с малышней. У тебя — Буся, а мне старшая сестра оставила свою дочку. Ей три, капризная, жесть просто!

— И где же она?

— С мамой, — поморщился Толик. — Но ты же знаешь, какая у меня мама. Ей детворы в школе хватает, а дома она любит отдыхать, наслаждаться тишиной и алмазной вышивкой.

— Аааа, ясно. Хочешь на меня не только Бусю,  но и свою Машку свалить.

Толик улыбнулся заразно.

— Я за все аттракционы, детские кафе и игровые площадки плачу. Сюрпризы — само собой прилагаются.

— И такси.

— Даже не обсуждается. Ну как? — спросил с надеждой, поедая меня взглядом.

В другой раз я бы согласилась, потому что игрушки и игровые площадки всегда влетали в копеечку.

Для кого-то затраты несущественные, но для нашей семьи, живущей на мою мизерную заработную плату и бабушкину пенсию, каждая копеечка на счету.

Было бы здорово… На самом деле здорово, но…

Сейчас обстоятельства осложнились моим необдуманным броском тарелкой борща в рожу наглого миллиардера.

А вдруг он отомстить захочет? Надо поскорее собрать вещи, забрать Буську от нянечки и свалить на время. Как можно быстрее. Пока его миллиардерское высочество не приехало по мою душу!

И, не дай боже, он увидит мою малышку.... Ой-ой, вдруг каким-то образом узнает в ней черты Адель и черт знает, что тогда случится...

— Я бы с удовольствием пошла, Толь. Но не могу.

— А что так? Планы?

— Не могу сказать, что планы грандиозные, но скорее всего, поедем к тетке в деревню.

— К Павловне? — удивился Толик. — Ты же не любишь к ней ездить. Она жадноватая и всегда припахивает к работе…

— Ничего страшного. Развеемся. Давно из города никуда не уезжали.

— Ну как знаешь, — расстроился Толик. — Если передумаешь, звони.

— Обязательно! — пообещала я.

Распрощалась с Толиком, забежала в квартиру, закрылась на все замки, цепочки и перевела дыхание.

Уф…

Я в безопасности!

Но это ненадолго!

Надо собрать вещи — свои и Бусины.

Но сначала позвоню тетке, Катерине Павловне, которую все зовут просто Павловна, предупрежу, что хочу приехать.

Павловна не ответила на мой телефонный звонок.

Но я не стала терять время зря, достала две сумки, начала складывать в них вещи.

Сперва побросала все самое необходимое для Буси — одежду, памперсы, бутылочки, крем, присыпку… Прикинула, вроде бы ничего не забыла. Надо бы проверить.

Вроде бы все взяла.

Только потом взялась за сборы вещей для себя и оказалось, что мне, взрослой девушке, вещей нужно как минимум в половину меньше, чем крошке!

Потом я побежала к цветочкам, чтобы полить их перед отъездом и к небольшому аквариуму с рыбками. Воду поменять уже не успею, насыплю корма.

Бабуля обещала вернуться от родственников буквально на днях.

Поэтому придется еще и ей позвонить, предупредить.

Еще с работы отпроситься, взять отпуск без содержания...

Хотя наверное меня уже уволили за эту выходку. Если так, то дела мои плохи, нужно будет срочно найти другую работу.

Но это потом. Буду решать проблемы по мере их поступления. Сейчас главное — это уехать, скрыться!

Столько всего надо сделать и ничего не забыть впопыхах!

Дзынь-дзынь-дзынь!

Толик, что ли?!

Вспомнил что-то или хочет предложить отвезти меня в деревню?

У него в деревне есть друг, еще с начальной школы, до переезда в город. Толик хорошо с ним общается до сих пор, часто навещает. Если он предложит поехать вместе, то не откажусь. Все-таки тащить полуторагодовалую девчонку и две сумки довольно тяжело, а еще этот автобус…

Подскочила к двери, заглянула в глазок.

Темнота.

Вздохнула.

Наверняка опять Савка соседки из квартиры напротив залепил глазок жвачкой! Мелкий засранец… Всегда пакостит в подъезде!

— Толик, это ты? — спросила, прежде чем открыть.

— Ага, — донеслось приглушенно, но с азартом.

Точно что-то придумал, пронеслось в голове.

Я так торопилась…

Даже не предположила, что за дверью мог быть не Толик.

Распахнула дверь и ойкнула.

Поняла свою фатальную ошибку...

За дверью стоял Крестовский!

Потянула за ручку на себя.

Но было слишком поздно.

Наглый тип успел всунуть модный ботинок и рванул дверь, распахнув ее.

Он дерзко шагнул к квартиру, оттеснил в коридор и нехорошо посмотрел на меня…

Узкий коридор стал казаться еще меньше с его появлением.

Борща на Крестовском уже не было, костюм тоже изменился.

Но в остальном он был все тот же — мужественный и привлекательный образец роскошного мужчины, место которого — на обложке журнала Men’s Health, но никак не в моей хрущевочке.

Мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть в глаза Крестовскому.

Но лучше бы я этого не делала.

Его темно-серый взгляд обдал кипятком, заставив дрожать.

Он как бы намекал, что миллиардер уходить не собирался.

— Ну привет, — сказал хрипло, защелкнул замок. — Еще раз привет…

Кирилл

Теперь я мог рассмотреть ее хорошенько.

Вблизи.

Без посторонних глаз и ощущения, что камеры высверливают дыры вглубь.

Там, в дешевой столовке, я словно и не видел эту замухрышку по-настоящему.

Хотя я всю ее осмотрел, с головы до ног, навскидку дал слабую троечку. Это было щедро!

Весьма щедро!

Однако сейчас я имел возможность смотреть на девчонку и знать, что в этот миг не смотрели на меня.

Приятное ощущение!

Съемки долбаного ток-шоу изрядно выпили мои силы.

Эмин, гад, оторвался так оторвался!

Единожды меня обыграл, но какое выдвинул условие — одним махом перечеркнул все свои прошлые проигрыши.

О, как я над ним за это подшучу!

Он запомнит это на всю оставшуюся жизнь.

Но это потом… Разработаю план. Спешка ни к чему. На горячую голову ничего путного на ум не приходит.

Сейчас гораздо важнее — разобраться с официанткой из столовки.

Да кто она такая вообще?!

Разглядывал ее молча, пронизывал насквозь взглядом и не понимал.

Как… она… посмела… в меня!

Борщом!

Максимум неприязни, которую я получал ранее со стороны девушек — истеричная пощечина и слезливые извинения после нее!

Но эта пигалица переплюнула всех, превзошла!.

О, она разбудила во мне что-то от зверя. От дьявола, черт побери!

Крестовский в бешенстве…

Я зыркнул на нее, она мелко задрожала.

Что, уже страшно, мелкая?!

Задрожала, но отступать не стала, сжала кулачки. Приготовилась что-то сказать.

О, как!

Белые ходят первыми. Дамы, вперед.

Послушаю!

— Что вы здесь делаете? — спросила Василиса, первой переступив черту затянувшейся паузы.

— В гости решил заглянуть.

— А я вас не приглашала. Незваный гость — хуже татарина. Дверь за вашей спиной! — продолжила высоким голосом.

Воинственно задрала свой курносый нос с конопушками, тряхнула медными волосами.

Они рассыпались по ее узким плечикам закрученными мягкими кольцами, блеснули желтым в свете коридорной лампочки.

На миг я забыл, что хотел ответить.

Никогда мне рыжухи не нравились!

И эта — тоже не нравится. Но как красиво тряхнула волосами, ведьма!

— Хуже незваного гостя только гость, которого ты не ждешь, но принять обязана, — парировал я.

— Ах, принять!

— И обслужить, — ухмыльнулся.

Мелкая девица гневно сощурила глаза.

Присмотрелся.

В меня плеснуло ядовитой зеленью  ее взгляда.

Точно — ведьма!

— Аааа… Так вы просто в столовке не наелись? — спросила ехидно. — За добавкой пришли?!

Тявкать пытается. Моська против слона. Но задала тон разговору.

Что ж, давай обменяемся приветственными колкостями.

— Не наелся, голодным остался. Как там в сказках говорится? По усам текло, да в рот не попало?

— Бороду стричь не пробовали? — предложила с вызовом. — Меньше еды в ней застревать будет. Хотя…

Она сделала паузу и смерила меня взглядом.

Я знал, что нравлюсь женщинам, всем без исключения, немного наклонил голову, улыбнулся одним уголком губы.

Работает безотказно…

Девчонка шагнула ко мне и потянулась вверх.

Напрягся.

Что еще от нее ожидать!

— Борода для вас, Крестовский, очень удобно. Проголодался, поковырялся, нашел, чем перекусить! Приятного аппетита!

С этими словами Василиса повесила на мои губы кусочек переваренной капусты. Которую, очевидно, выудила из моей стильной бороды.

Я сплюнул капустку в сторону и шагнул в направлении девушки.

— Накормить меня хочешь?

— Второе, увы, не готово. Пюре съедено, котлетки — тоже, а компот мы сегодня не подаем. Приходите завтра, седьмого никогдабря, в половину “выход-вон-там”.

Слишком наглая. Слишком злая.

Как она на меня зыркнула! Словно я ей по всей жизни проехался танком…

Впервые ее вижу, откуда взяться ненависти!

Причина может быть только одна.

Осмотрел ее раздевающим взглядом с головы до ног.

— Признайся, давно у тебя не было отношений с мужчинами?

— Что-что? Причем здесь моя личная жизнь?!

— Притом. У тебя вид ПНЖ.

— Что такое ПНЖ? — насторожилась она.

— Постоянно Недовольная Женщина. Такой вид бывает лишь у тех, у кого на личном фронте все по нулям.

В ответ она сердито выпалила:

— Проваливайте! Ваши услуги мне не нужны.

Что?! Она решила, будто я хочу с ней романчик закрутить?

— Я мог бы… — посмотрел на нее плотоядно.

Она в ответ покраснела, как редиска.

— Но я пришел сюда не за этим. Для начала тебе придется принять участие в долбаной передаче!

— Не буду! Наймите актрису или замените мою анкету другой анкетой! Я не…

— А ну-ка цыц! — гаркнул я во весь голос, вспомнив старшину Гавриленко, который муштровал меня во времена службы в армии.

Девчонка замерла испуганно и сжалась в комочек.

Но при этом продолжала сверлить меня пристально-настороженным взглядом.

Я бы шагнул к ней и встряхнул хорошенько, но меня остановил блеск ее глаз.

Как у зверька, загнанного в угол.

Не знаю, что у нее на уме, но проверять не захотелось.

Нельзя загонять людей в угол. Нужно всегда давать им иллюзию свободы.

Проще заманить зайчика в силки морковкой, чем пальбой из ружья, когда косой улепетывает со всех ног от охотника.

Итак, скоро у меня в меню будет дичь — рыжая Василиса.

Но пока озвучу ей другое.

— Василиса Андреева, ты отправила свою анкету на передачу, тем самым дав согласие на обработку и использование всех персональных данных, приняв условия участия в телевизионном проекте в случае, если твоя анкета попадется на выборке. Именно это и произошло!

— Но я не…

— Цыц, кому сказал! — снова немного повысил голос. — С тебя всего и требуется, что провести со мной одно долбаное, сраное, неудачное и откровенно блевотно-ужасное свидание, чтобы…

— Ужас, — выдохнула она,  спросив с недоверием. — Вы настолько кошмарны?!

— Что?

Настал мой черед удивляться.

Кто плох? Я?! Я?!...

Да я, млин, амур любви во плоти.

— Деточка! Со мной любой свидание — априори удачное, вызывает учащенное сердцебиение и непреодолимое желание…

— Звучит, как прогноз погоды! — фыркнула рыжая, добавив с презрением. — Синоптики часто врут.

— Значит так, женщина. Послушай сюда. Ты проведешь со мной одно свидание. В свете камер. Одно свидание. Для участия в телешоу. Получишь за это солидное вознаграждение и продолжишь жить, как прежде. Все ясно?!

— Если я не желаю?

— Не желаешь? Тебя заставят. Будешь платить неустойку телевизионному каналу… Многомиллионную.

— Вы не можете! Вы не посмеете…

— Посмею!

Я сделал шаг назад, распахнул дверь и впустил в квартиру помощницу Паулину, терпеливо ждущую под дверью моей отмашки.

Она взглянула на меня верно-преданным взглядом.

Я едва не скомандовал ей “Фас!”, но вовремя перехватил.

— Паулина, объясни Василисе, что к чему! — приказал.

Потом я обратил внимание на сумку, брошенную на комод. Там женские вещички, виднеются трусы-парашюты в цветочек…

Кое-кто собирался впопыхах?

— И проследи, чтобы она никуда не уехала!

— Будет сделано! — проворковала Паулина.

— Это будет самое кошмарное свидание, — пообещала Василиса.

Почему-то я ей поверил…

Вышел и на всякий случай перекрестился.

Но от планов покорить вредину не отказался.

Когда она будет бегать за мной, как собачонка, это будет самая заслуженная из всех побед...

Василиса

Крестовский хлопнул дверью и вышел.

Я опешила!

Крестовский ворвался в мою квартиру, как вихрь, смутил меня и исчез так же неожиданно, как появился!

А у меня, несмотря на все усилия и желание держаться до последнего, от его близости и соблазнительных взглядов ноги стали ватными.

Совсем немного, но все же.

Хватит думать о красавчике.

Я осталась один на один Брюнеткой Варениковной.

На повестке дня — общение с помощницей миллиардера, которая ведет себя в квартире словно хозяйка!

Она процокала каблуками в сторону кухни.

Обутая.

В нашей с бабулей квартире, в которой каждый скромный уголок надраенный до блеска!

— Стоять!

Я успела схватить мамзель за модный пиджак в крупную клетку желтого цвета.

— Разувайтесь!

— Что-что?!

Фифа возмущенно пискнула и посмотрела на пол с линолеумом, словно там текли реки говна.

— Вы в квартире, а не в хлеву. Воспитанные люди разуваются.

— Только не здесь!

Фифа попыталась сморщить носик, но так и не смогла этого сделать. Ни одна мышца на лице не дернулась.

Ботокс, подумала я.

Наглющая девица была намерена разгуливать по моей квартире в обуви.

Я никак не могла этого позволить, потому что Буся любила играть на полу, елозила всюду.

Только этим утром я вымыла полы и не собиралась делать влажную уборку еще один лишний раз только из-за подкованной в лабутены мамзель.

— У вас два варианта. Либо вы снимаете обувь, либо остаетесь в обуви, но тогда вам придется взять в руки швабру и прибрать за собой.

— Окей, разуваться не стану, — растянула плотоядные вареники в улыбке. — Я пройду обутой, а позднее вызову клининговую компанию.

Кажется, она хотела сказать что-то еще.

Вроде “Этой… конуре не помешает хорошая уборка, а еще лучше — снос”.

Словом, она хотела сделать так, чтобы последнее слово осталось за ней!

Я никак не могла этого позволить.

— Чужие люди шариться в моем доме не будут. Надевайте пакетики!

— Что?! Бахилы? — приободрилась красотка.

Еще чего.

Я достала из-за мойки старый добрый пакет с пакетами, который по-любому есть в каждой среднероссийской семье и протянула красотке две большие “маечки”.

Помощнице Крестовского пришлось надеть их на свои ноги и только после этого я запустила девушку на кухню.

Она огляделась, но садиться не стала. Предпочла стоять.

— Пройдемся по сценарию свидания, — сказала она. — Но прежде вам нужно подписать вот это! — отщелкнула папку и выудила кипу бумаг.

— Что это? — насторожилась я.

Какие бумаги мне хотят подсунуть?!

— Соглашение о неразглашении личных данных Кирилла Крестовского. Ниже есть еще одно соглашение, но уже от компании Третьего канала.

— Я должна все это подписать? — с ужасом посмотрела на несколько листов.

Подозрительно много мелкого шрифта…

— Если желаете принять участие.

— О, проблема решена! — улыбнулась на сто ватт. — Я не желаю принимать участие в этой авантюре!

— Забавно. Вы желали принять участие. Анкета была, еще и с самыми лучшими фото!

Паулина продемонстрировала мне лист анкеты.

Что я могла сказать?!

Яся постаралась на славу: и фотки отобрала самые лучшие, и написала о себе, то есть обо мне, душещипательно…

Спасибо, подруга, в очередной раз подумала я.

— Что вы ломаетесь? — неожиданно с ядом прошипела Паулина. — Любая девушка на вашем месте была бы рада выпавшему шансу! Шансу показаться на публике. ЛЮ-БА-Я! Тем более, такая, как вы, — посмотрела пренебрежительно. — Без малейшего шанса стать популярной по ряду понятных причин.

— Кажется, вы не понимаете. Известность меня не интересует.

— А! — сказала она с видом, будто видит меня насквозь, и добавила. — Я поняла. Вас интересует материальное вознаграждение. Не переживайте, — усмехнулась. — Разумеется, вам заплатят.

— Сколько я получу за участие в этом дешевом балагане?

— За участие в самой рейтинговой программе Третьего канала, — подчеркнула она, словно не услышала моих уничижительных реплик. — Вы получите разовую выплату за один выход передачи. Если…

— Постойте. Никаких если! — потребовала я. — Одно свидание — и все!

— Вот здесь, — цокнула коготком по папке. — Предусмотрено, что редакция канала может по своему усмотрению расширить или сократить количество съемочных часов и выходов серий.

— В одностороннем порядке?! — возмутилась я.

— Да, но предупредив об этом за сутки до совершения события.

— Ужасно!

Я забеспокоилась.

Что, если канал решить затянуть эту Санта-Барбару на несколько серий?!

Я рассчитывала отделаться: раз и навсегда!

— Не беспокойтесь, — с солидной толикой презрения выдавила из себя Брюнетка Варениковна. — Основная масса экранного времени достается фаворитам передачи. Вы не из их числа и никогда не встанете на одну ступень с лидерами. Задатки не те! Не забывайтесь, вы просто масса для съемки, небольшой аперитив перед основным блюдом. Цель вашего пребывания на передаче — не выбиться в финал, а всего лишь подогреть интерес и вызвать новую волну обсуждений.

Быть в тени? Настолько, насколько это возможно?! Отлично!

Меня устраивает. Вообще-то я категорически против, но если уж так сложилось… Нужно выбрать меньшую из зол.

— Замечательно. Перейдем к вопросу о вознаграждении. Вы так и не сказали, сколько мне заплатят?

Прозвучала сумма.

Впечатляющая!

Если я получу эту гору деньжищ, часть моих проблем решится сама собой!

За такие суммы можно и нахальное лицо красавчика рядом потерпеть.

Дальнейшие вопросы отпали.

— Хорошо, — я протянула ладонь. — Давайте. Я все подпишу.

Я подписала соглашение, выслушала лекцию Варениковны о том, что съемки начнутся со следующей недели, что разговаривать с прессой ни в коем случае нельзя без присутствия контент-менеджера или бренд-помощника или…

В общем, я запуталась во всех этих названиях!

Это же вам не пюре с киевской котлетой подавать и не тарелки с борщом и ржаными сухариками на столы расставлять.

От трескотни Брюнетки Варениковны у меня разболелась голова.

— Если это все… — я красноречиво показала рукой на дверь.

— Вам позвонят! — проплыла в сторону выхода, шурша пакетами. — Если возникнут вопросы или проблемы, звоните сразу же!

Брюнетка протянула двумя холеными пальцами визитку.

— Паулина, — мяукнула она.

Теперь у Варениковны появилось имя, но я упорно продолжала ее называть только Варениковной!

Она остановилась в коридоре, рискнула придержаться за комод одной рукой, пока стягивала с лабутенов пакеты.

Выпрямившись, Паулина задержалась взглядом на большом семейном портрете, висящим на стене.

На портрете была я, бабуля и моя сестра Адель. На пике своей ослепительной красоты…

Я помнила этот момент. Тогда Адель как раз получила приглашение поучаствовать в каких-то съемках.

Паулина сверлила взглядом портрет. 

— Что-то не так? — спросила я.

— Все в порядке, — ответила с ослепительной улыбкой. — Будьте на связи, не уезжайте из города. За вами будут присматривать…

Я могла поспорить, что Паулина смотрела только на Адель.

С холодным прищуром.

Она смотрела на сестру, но неприятные мурашки побежали по спине — у меня.

Василиса

На следующее утро я проснулась знаменитой.

Многие тратят годы, чтобы добиться признания и засветиться на больших экранах, а мне понадобилось лишь, что называется, хайпануть.

Видео, где я кидаю в лицо Крестовского тарелку с борщом,  быстро стало вирусным!

А после выхода в субботний эфир передачи “Завидный холостяк”... известность обрушилась на меня, словно цунами.

Известность со знаком минус!

На мою несчастную страничку в инсте подписалось сразу несколько тысяч человек, и это лишь одни сутки. Заявки в друзья посыпались как переспевшие яблоки с дерева.

Не обошлось и без негативных выплесков…

Я прочитала несколько сообщений от простого: “Деревенщина, тебе не хватает стиля!” до “Руки прочь от Крестовского, он будет моим мужем…”

Все, на большее меня не хватило!

На работу мне не нужно было сегодня выходить.

Я попыталась заняться обычными делами. Сначала завтрак для меня и Буси — протертая рисовая каша, которую Буся обожала размазывать всюду.

— Ма-а-а-ам!

— Сейчас покажу тебе маму, — проворковала я, показав на телефоне фото Адель.

Буся упрямо мотнула головкой и стукнула меня по лбу деревянной ложкой.

Улыбнулась:

— Ма-а-а-ама.

Черт…

Я старалась как могла, чтобы Буся знала, кто ее настоящая мама.

В прошлом, после родов Адель сначала была настроена воинственно. Она считала, что стоит только Крестовскому увидеть малышку, как его каменное сердце растопит любовью и жаждой создать семью.

Как бы не так!

Адель и на порог не пустили в финансовую корпорацию, которой управлял Крестовский.

Ни обманом, ни жалостью Адель не удалось достать пропуск, а на сообщения в соцсети Крестовский не отвечал.

Справедливости ради стоит заметить, что он был популярен еще задолго до выхода злосчастной передачи “Завидный холостяк” и сообщения в стиле “Кирилл, я хочу от тебя ребенка!” были не редкостью.

Когда Адель поняла, что она приплыла к берегу, на котором ее ждало только разбитое корыто, разрушенная карьера модели и забота о малышке, она впала в депрессию, подсела на разные препараты. Сначала на таблетки, потом перешла на более тяжелые вещества.

О своей дочери, Агнессе, она совсем не заботилась и как-то вообще решила, что отдаст малышку в детский дом.

К тому времени я уже привязалась всем сердцем к малышке и, посовещавшись с бабушкой, решила оформить над ней опеку.

Адель отнеслась к этому с удивительной легкостью, отправилась в очередной длительный загул и едва не умерла. Ее нашли с передозом, еле откачали.

Бабушка выскребла депозит и все накопления на черный день, запустила руку даже в деньги, которые собирала на кладбище и определила Адель в крутую клинику для наркоманов и пьяниц. Реабилитация обещала быть длительной…

Адель находилась в клинике вот уже почти целый год, вскоре ее обещали выписать.Что же будет с нашей устоявшейся жизнью?

Поначалу я всем сердцем хотела, чтобы как только Адель стала прежней, она вспомнила о своей дочурке и начала о ней заботиться.

Но чем ближе подходит срок, когда сестру выпустят из клиники, тем ревностнее я думаю об этом моменте.

Адель столько всего пропустила в жизни малышки: и зубки, и первые шаги, и первое слово “мама” и даже “Буся”!

Буся — сокращенно от бабуся, так я ласково называла бабушку. Агнесс услышала это и подхватила, упорно говорила Буся.

Прозвище само собой прикипело к малышке. Теперь она только на него и отзывалась.

Редко реагировала, когда ее называли вычурным именем Агнесс, которым ее наградила сестра.

Я чувствую себя ужасной сестрой: я должна хотеть Адель счастья, а сама думаю лишь о том, что Адель может забрать Буську, мою Буську, а я столько всего с ней пережила и стольким пожертвовала, даже бросила учебу мечты в универе, куда поступила на грант…

Я эгоистка, наверное. Нужно как-то с этим бороться.

Со страхом думаю о том, чтобы инцидент с Крестовским и шумиха вокруг этого закончились скорее, чем Адель выйдет из клиники.

Сестра живет в клинике, будучи оторванной от социальных сетей и выхода в интернет. Там своя система лечения, довольно жесткая, но действенная! Несколько звезд отечественного шоубиза излечились от пагубных пристрастий и встали на новые рельсы в жизни.

Даже телеков нет, чтобы не было соблазнов, пациентов просто водят в кинотеатр, на сеансы, созваниваться можно строго в определенное время…

То есть Адель еще не знает о передаче “Завидный холостяк” и участии в ней Крестовского.

И дай боже она никогда не узнает, что я столкнулась с отцом ее малышки и вынуждена пойти с ним на свидание.

Я даже боюсь представить, какой была бы реакция прежней Адель.

Сейчас из общения по телефону у меня сложилось впечатление, что сестра сильно изменилась, стала спокойной, умиротворенной, доброй…

Надеюсь, что это так.

***

— Бусь, давай кашу?

— Не-а! — хихикнула проказница и размазала ложкой по детскому столику.

— Я сама все съем! — пригрозила ей и нырнула ложкой в чашечку со львенком, загребла кашу и изобразила крайнее наслаждение.

Рисовую кашу я терпеть не могла! Но чего не сделаешь ради малышки?!

Буся застыла, хлопая длинными ресничками.

Увидев, как я снова тянусь к ее каше, малышка решительно двинула тарелку в свою сторону и принялась возюкать в ней ложкой.

Иногда мимо своего рта, вся мордашка запачкалась в каше, но хитрость удалась. Малышка ела, это главное.

Пока она заканчивала с кашей, я помыла грушу, нарезала дольками.

— Дай-дай-дай! — потребовала Буся, сжимая и разжимая пальчики в кулачок.

— Сначала съешь кашу.

Буся надулась, начала похныкивать и ерзать на детском стульчике для кормления.

Я посмотрела, что она почти всю кашу съела и решила не заставлять ее. Вытерла мордашку, сняла слюнявчик, дала мелкой шалопайке грушу, отправила играть в зал под любимый мульт и только после этого устало шлепнулась на стул.

Мой чай остыл. В нем уже плавала коричневая пленка…

Вот так всегда с Бусей! Забегаешься, кушаешь на ходу…

Иногда по три раза прерываясь и возвращаясь к одному и тому же приему пищи.

Только я разогрела чай в микроволновке, как раздался звонок от бабушки. Она уезжала на похороны двоюродного брата и должна была вернуться со дня на день.

Честно говоря, без нее я совсем вымоталась: Бусю надо было отвозить к няне, потом бежать на работу, успевать заглянуть в магазин, за продуктами, приготовить поесть, перестирать кучу вещей…

Когда бабушка была дома, мне было гораздо легче! Так что я ждала ее возвращения с нетерпением.

— Привет, бабуся, — бодро отозвалась я в телефон. — Мы по тебе соскучились, когда приедешь?

— И тебе доброе утро, красавица. Почему ты не сказала, что участвуешь в модной передаче про холостяка?

Черт.

— Ба, откуда ты знаешь? Ты же там, в селе…

— Вотсап, — важно ответила она. — Мне все отправили.

Будь проклят тот день, когда я научила бабушку пользоваться вотсап.

Теперь моя бабуля продвинутее всех и всегда в курсе последних новостей!

— Бабуль, а ты Адель не звонила?

— Звонила. Пять минут назад. Как раз наше время.

Я замерла в панике. Холодный пот выступил на висках.

Вдруг бабушка без задних мыслей уже похвасталась Адель, что я "выбилась в люди"?!

Бабушка знала, что Адель залетела от богатого мужчины, но имени не знала. Этот секрет Адель рассказала только мне.

Так что бабушка могла по неведению разболтать все и...

Ой, блин!

— Ба, надеюсь ты сестре не рассказала ничего, что я в передаче засветилась?!

— Чего-чего?  — переспросила бабушка. — Говори громче, прошептала что-то, я ничего не разобрала.

— Бабуся, ты сегодня разговаривала с Адель. Как она?

— Все хорошо, бойкая такая, живая! — бабушка всхлипнула. — Скоро вернется наша девочка, даже лучше прежней. Про Агнесс спрашивала, говорит, сильно скучает…

У меня закололо в районе груди.

Я постаралась не делать из этого большой трагедии, снова задала вопрос, который бабушка в порыве эмоций, видимо, просто не услышала.

— Бабуля, а ты Адель ничего не говорила про передачу?

— Ничего не говорила. Я дурная, по-твоему, что ли? Она же этими кассетами бредила всегда!

— Кастингами, бабуль.

— Так и говорю, ерундой ширпотребной бредила. Я пока не стала говорить Адель о твоем участии на передаче по телевизору. Думаю,  будет лучше, если она узнает об этом от тебя лично!

— Думаешь, стоит рассказывать? Я боюсь ее реакции.

— Она стала совсем другая, такой, какой была до победы в первом конкурсе красоты! — заохала бабушка. — Говорит, что теперь иначе смотрит на жизнь, и я ей верю. К тому же нет ничего хорошего в том, чтобы скрывать от нее такие важные новости. Адель узнает, рано или поздно, как только выйдет. Даже я в селе узнала, а ты хочешь, чтобы она в городе и не узнала. Как же! Я настаиваю, чтобы  ты сама рассказала ей о своем успехе. Но без лишнего хвастовства, — строго добавила бабушка.

— Бабуль, ну о чем ты?! Какой успех? — произнесла я.

Я надеялась, что все утихнет почти сразу же и не придется соблазнять сестру проклятым именем Кирилл Крестовский!

Решила ничего не говорить сестре.

— Самый настоящий успех! Я всегда знала, что ты — красавица, ничуть не хуже нашей Адельки, но сильно уж нос не задирай перед сестрой. А в целом, я тобой горжусь, ты такая красавица на экране, даже без бального платья смотришься хорошо! Но я увидела не только это. Я увидела и кое-что еще. Это не дает мне покоя…

— Бабуль, — начала я, зная, что она скажет дальше.

Она и сказала, перебив меня строгим тоном:

— Борщом кидаться нельзя! Ты же знаешь, что твой прадед — из блокадных. Он бы заплакал, узнав, как ты едой швыряешься.

— Ба…

— Больше чтобы такого не было! — пригрозила бабушка. — А то не погляжу на возраст, накажу, как маленькую!

— Это случайно вышло.

— Хорошо, — немного перевела дух бабуля. — А теперь не вешай нос и покажи этим курицам ощипанным! — воинственно начала она.

— Ба, я не хотела участвовать. Это все Яська подстроила!

— Ничего не слышу, — ответила бабушка. — Какие-то помехи!

Вот хитрая!

— Когда приедешь?

— Хотела через день вернуться, но Пашка, брат мой, уговорил съездить на родину, проведаем всех наших…

Ну вот, расстроилась я.

Бабушка решила отправиться в турне, по всем родственникам, а я совсем не знаю, как справиться с малышкой, с работой и с чертовыми съемками!

— Может быть, отложишь? — попросила я. — Здоровье у тебя уже не то, а у меня столько хлопот. Еще и съемки эти дурацкие! Придется опять Бусю отдавать к нянечке.

— Неужели тебе условия не создадут? Я читала, там у всех есть помощницы, работницы. Все пожелания исполняют.

— Ба, ну я же не звезда! Я там случайно…

— Случайностей не бывает, — строго ответила бабушка. — Это твой шанс.

— Я не верю в такие сказки!

Тем более, в этой сказке вместо принца — самовлюбленное и озабоченное парнокопытное!

Такой закоренелый козел, даже если его поцелуешь, в принца не превратится, окозлится еще больше!
Дорогие, параллельно этой у меня на Литгород выкладывается горячая история похищения и вынужденного брака

Аннотация:
— Опозорила семью! Выйдешь замуж немедленно! Через год приеду, заберу наследника! — требует глава семьи.
— Прости, — раскаиваюсь за глупость. — Но я…
— Рот закрой, пока мужчины дело решают! — замахивается кулаком. — А ты… — смотрит на того, кто меня украл. — Сейчас же выкуп заплатишь и в жены возьмешь. Иначе — труп!
— Женюсь, конечно. Какой разговор!
— Но я не хочу выходить замуж за того, кого вижу впервые в жизни.
— Свадьба состоится! — обрубает будущий муж.
Пусть так!
Но я ни за что не лягу с ним в постель и не забеременею от тирана!
От автора: добавляйте книгу в библиотеку! Буду очень рада всем!

Василиса

После разговора с бабушкой пришлось подтирать за Бусей лужи. Я не успела присадить ее на горшок, заболталась. Потом позвонил Толик и спросил, пойду ли я гулять. Подумав немного, я согласилась.

— Тебе ждет приятный сюрприз! — заговорщически сказал Толя.

Интриган чертов!

Надеюсь, его сюрприз — это не новый виток приставаний!

Кажется, я четко дала понять, что вижу в Толе только друга, почти брата и никого больше!

— Буся, гулять хочешь?

Малышка с важным видом засеменила к двери, схватив мои ботинки, запнулась об один из носков сползших колгот, шлепнулась и разревелась.

Мне пришлось успокаивать малышку, и пока я уговаривала ее не плакать, снова позвонил Толик.

— Выходи! — весело позвал он.

— Пять минут подождешь? Мы сейчас соберемся!

— Я засек время, — пошутил друг.

Сборы заняли не пять минут, ведь нужно было закинуть в рюкзак перекус, сок для Буси, запасные подгузники, одежду, любимую игрушку — единорожку.

Времени на то, чтобы подкраситься совсем не осталось.

Так что осталось лишь собрать волосы в хвост, натянуть спортивный костюм и выйти из квартиры.

Толик ждал меня у подъезда, стоя возле вишневой Лады.

— Ну как тебе? — спросил с гордостью, похлопав по крыше.

— Ты купил машину?

— Да. Нравится?

— Ого! Это и есть твой сюрприз?

— Да, теперь на такси не нужно тратиться!

Толик распахнул дверь и продемонстрировал заднее сиденье. Там уже сидела его племянница Маша и было установлено еще одно детское кресло.

— Для Буси, — пояснил он. — Все равно вы часто у меня в машине будете кататься, — сказал небрежно.

Как ни крути, но Толик — большой молодец и добряк.

Я обняла парня за плечо, передала Бусю, чтобы он усадил ее, как полагается, сама заняла место рядом с водительским и улыбнулась.

— Едем?

— Едем, — согласилась я.

День пройдет прекрасно, сказала сама себе.

Однако неприятности поджидали нас буквально за углом.

***

Проехав две улицы, Лада неожиданно начала чихать и… встала.

Прямо посередине дороги, ведущей в небольшой пригорок.

— Твою же мать! — выматерился Толик.

— Толь, ты бы не матерился. У тебя Машка все повторяет! — шикнула я.

— Твою зе мать! — весело проорала Маша с заднего сиденья.

Буся, слава богу, ничего такого повторить не могла в силу возраста.

— Что-то не так с машиной?

— Вроде все в порядке, — нахмурился Толик, провернув ключ в замке зажигания.

Лада фырчала, надсадно рычала, но глохла.

— Карен… — друг пробормотал крепкое словцо.

— Толя! — остановила я друга.

— Козел… — процедил сквозь зубы Толик. — Намарафетил свою машину, сказал, что она, пять лет без проблем проедет. Мамой поклялся, что она на ходу! — выдохнул. — А это корыто встало! Пойду посмотрю, что там.

В машинах Толик не особо хорошо разбирался, он больше по ремонту бытовой техники был специалист.

Поэтому через пятнадцать минут открывания и закрывания капота ровным счетом ничего не изменилось.

— Попробую с толкача! — засучил рукава Толик. — Сядь за руль! Я толкну машину, пару раз, она заведется, вот увидишь.

— Толь, а тебе можно? Как же грыжа межпозвоночная?

— Фигня, я уже курс лечения проходил в этом году. Садись! — рубанул воздух рукой.

Делать нечего, пришлось сесть за руль. Толик занял место сзади, принявшись толкать машину.

Ему на помощь пришел сердобольный водитель почти такой же машины. Вместе они пытались толкнуть машину, я изо всех сил выжимала нужные педальки.

Ничего не срабатывало!

Но потом… внезапно машина резко сорвалась с места ракетой, буквально взлетела вверх.

— Ой… — только и успела сказать я, совершенно растерявшись.

Толик побежал за машиной, маша руками.

Я отпустила педаль газа, резко нажала на тормоз, но машина отказалась слушаться.

Она летела вперед, на оживленный перекресток.

Прямиком в бочину роскошной иномарки…

Вся жизнь промелькнула перед глазами.

В машине на заднем сиденье двое детей… Мне было больше всего страшно за них, а не за себя.

Водитель иномарки среагировал чудом, лихо развернул машину.

Но Лада успела чиркнуть по заднему бамперу, вмяв его основательно.

Пальцы намертво вросли в меховой руль, с тигровой расцветкой.

Все смолкло. В голове гудело. Сердце колотилось как огромный там-там, но, кажется, обошлось без жертв.

Я обернулась, посмотрев на детишек.

Слава богу, целы, даже испугаться не успели.

— Буся, как ты? — спросила дрожащими губами.

Малышка усердно слюнявила ремень безопасности и никак не отреагировала на меня.

Сбоку мелькнула чья-то тень.

Дверь с водительской стороны распахнулась.

— Ты, дура, мне тачку разбила. ЧТО?! ТЫ?!  — зло рыкнул знакомый мужской голос.

Я посмотрела на говорящего.

Крестовский!

Именно он сверлил меня глазами цвета грозового неба и источал аромат дорогущего парфюма.

Я, что, влетела в его машину?!

Кажется, именно так!

— А ну вылезай, террористка-борщеметательница!

— Бли-и-и-ин! — взывала я.

Крестовский рассмеялся хрипло и обдал меня жарким взглядом.

— Как будешь расплачиваться за ремонт моей тачки, Василиса? — поинтересовался хрипло.

Не успела я и рта раскрыть, как он сразу предложил развязно самый пошлый вариант:

— Могу взять натурой… Но учти, я требовательный. Придется постараться.
Какие предложения, ммм.... И что ответить этому наглецу? :) 

Кирилл

— Могу взять натурой… Но учти, я требовательный. Придется постараться.

— Нату-у-у-урой? — переспросила Василиса. — Боюсь, моя натура вам не по душе придется.

— К вопросу о душах я никаких отношений не имею, я больше по телу!

Я скользнул раздевающим взглядом по телу девушки.

Миниатюрная. Но ладненькая.

Я привык к другим девушкам — более фигуристым и откровенным в поведении, Василиса не из таких. Но все же в ней кое-что есть, цепляющее!

Я снова пригляделся. Уже внимательнее! Я просканировал Василису и от и до, опытным взглядом игрока, знающего толк в женских прелестях.

Улыбнулся ей…

Обычно после такой улыбки девушки млели, даже самые зубастые акулы начинали тушеваться и прятать взгляды в пол.

Стушевалась и Василиса.

Подобрался к Василисе поближе, почти вплотную.

Она начала дышать чаще и стала пунцовой.

Рыжухи всегда так прикольно краснеют, смотреть и смотреть…

Василиса осмелилась посмотреть мне в лицо.

Мазнула взглядом по стильной бороде, едва задела губы и не решилась задержаться.

— Говорю же, моя натура вам не понравится, — произнесла она.

— А что так?

— У меня есть особенность, — замялась она.

— Рудиментарный хвостик? — предположил самое необычное.

— О нет, хвостика у меня нет. Как и у вас — совести. Но есть кое-что другое.

— И что же это? Второй пупок? Пушок на спине? Сросшиеся пальчики на ногах?

Василиса пыталась сжать губы, но все же рассмеялась. Однако потом добавила с ехидцей:

— Не-а. Стригущий лишай. Во все тело. Неизлечимый. Лучше держитесь от меня подальше.

— Ну-ну. Лишайная, так я тебе и поверил! — хохотнул. — Покажи.

— Что?!

— Покажи лишай, говорю. Тачку же мою ты разбила и согласилась отработать натурой. Так что…

Кажется, я немного втянулся, вошел в азарт.

До страсти сильно хотелось посмотреть, как эта террористка в спортивном костюме будет задирать безразмерную кофточку и показывать мне свое тело.

И брючки-брючки спортивные тоже надо спустить!

Обязательно.

— Если стесняешься, прыгай в мою машину! — продолжил прессинговать Василису.

Я обхватил пальцами Василису за плечи, намереваясь рассказать ей в подробностях, как вдруг…

Между нами втиснулся третий!

Пальцы сами разжались.

Перед моим носом оказалась темноволосая макушка мужчины, трепетно обнявшего Василису.

— Как ты?! В порядке? Руки-ноги целы?  — начал осматривать девушку.

Осматривать, трогать и… лапать.

Да-да, я в этом деле собаку и пуд соли съел!

С первого ленивого полувзгляда могу оценить, когда мужчина, воспользовавшись ситуацией, лапает девицу. Этот точно лапал, слюни распустил и даже аварийная ситуация ему не помеха!

— Все хорошо, Толь! — успокоила парня Василиса и ловко вывернулась из его рук. — Не в порядке кое-что другое!

— Дети? — побелел от страха некий Анатолий. — Черт, неужели дети пострадали?!

— Дети? — севшим голосом переспросил я и… заглянул в авто.

У лады были дочерна затонированы задние окна, поэтому я даже не заметил, что в машине сидят дети.

Мог бы через передние кое-что разглядеть, но куда мне…

Я пытался раскрутить Ваську на свидание и проверял, не растерял ли навыки пикапа. Только настроился на нужную волну, как вмешалось долговязое недоразумение по имени Анатолий.

— Дети? — переспросил я.

— Да, я ехала с двумя детьми, — взволнованно ответила Василиса.

Двое детей…

На сердце похолодело.

Дурные воспоминания осколком впились глубоко в сердце.

На несколько секунд я потерял возможность дышать и думать, просто стал бездушным куском мяса, почти трупом.

— Маша, ты как? — поинтересовался Толик.

Девчонка на заднем сиденье авто в ответ постарше пропищала что-то.

— А ты, Буся? — спросил парень к сидящей рядом малышке.

Буся?!

Да вы издеваетесь!

Я едва не заматерился вслух и с огромным трудом заставил себя отойти, чтобы успокоиться.

Пальцы немного задрожали.

— Ваша машина пострадала, но не слишком сильно. Я вызову полицейских и передам данные в страховую, они оценят ущерб! — заговорил со мной Анатолий.

Я не видел его лица, отвернулся равнодушно и спрятал руки в карманы брюк.

— Дети не пострадали, это главное, вы же понимаете… — начал говорить Анатолий.

Назойливый парень совершенно не хотел оставить меня в покое, наедине со своими мыслями.

— Машина — моя, поэтому разбираться с вами по поводу всех претензий буду я! — заявил он решительно.

Готов поспорить, в этот миг он расправил плечи и выкатил вперед грудную клетку, а рыжая посмотрела на него в ответ с благоговением.

Как благородно, фыркнул мысленно.

— За рулем был не ты, а она! — посмотрел в сторону Василисы.

— Это не имеет ровно никакого значения! — настаивал на своем Анатолий. — Произошедшее — лишь случайность, — заявил горячо и пустился в пространные объяснения, что Василиса села за руль, а он пытался толкнуть машину….

Василиса почти не смотрела в мою сторону, занялась малышкой, вытирала ей слюнявый ротик, поправила шапочку, говорила что-то…

— Так что разбирайтесь со мной!

Анатолий загородил собой машину с Василисой и детьми, чем сильно меня взбесил.

— Отвечать за аварию будет водитель, — обрубил я жестким тоном.

— Но я…

— Толя, я виновата. Я слишком сильно нажала на газ, машина сорвалась с места. Я запаниковала и не сразу отпустила педаль, — раздраженно ответила Василиса. — Тем более, думаю, ты не сможешь расплатиться с господином Крестовским. У него особенные запросы.