Там, где спряталось счастье...

Молодой успешный журналист шел по наполненной людьми улице и приветливо улыбался прохожим. Сноридж небольшой город, поэтому Тео знали практически все. Однако сейчас его это раздражало. У поворота в безлюдный переулок он остановился, достал телефон и, делая вид, что рассматривает что-то в экране, выжидал момент, когда сможет шагнуть в тень никем незамеченным.

Как назло, людишки сновали мимо него нескончаемым потоком. Тео от злости сжал зубы. Как будто специально, знакомые подходили к нему поздороваться, а заодно и присесть на уши со своими глупыми историями.
Обычно Тео, мило улыбаясь, терпеливо ждал, когда закончится очередной поток ереси, но сегодня был не тот день. В свободных ушах всем было безапелляционно отказано.

Мимо проходящая женщина с ребенком поскользнулась на заледеневшей дороге и чуть не упала. Мужчина успел придержать ее за локоть, за что нарвался на миллион благодарностей и комплиментов. Его даже на ужин пригласили, недвусмысленно стрельнув глазками. Будь он сейчас не занят, непременно бы согласился. Фигурка у спасенной очень даже неплохая, да и личико смазливое. Можно было бы хорошо позабавиться. Но не сейчас. Не сегодня.

С разочарованно поджатыми губами женщина ушла, услышав достаточно резкий отказ. Время поджимало, и к показным любезностям Тео сегодня не был расположен. Наконец-то наступил идеальный момент для отступления. Натянув на голову капюшон куртки, мужчина сделал шаг назад и скрылся в темном проходе. Порывистым шагом он направился к силуэту, виднеющемуся в конце переулка.

– Хвоста точно нет? – поинтересовался силуэт.

– Точно. Ты же вчера тоже почувствовал? – приближаясь к другу с предвкушающей улыбкой, протянул Тео.

– О да-а-а, я знал, что рано или поздно Астер появится, – подмигнул ему сообщник и поправил капюшон, скрывающий его лицо.

– Он силен. И хитер. Как будем ло…

Тео закашлялся. Стало трудно дышать. Мозги словно в мясорубку засунули и провернули несколько раз. Он застонал, упал на колени и уперся ладонями в снег. Кожа вокруг указательного пальца запульсировала, налилась красным, напоминая очертания кольца.

– Тео, что с тобой? – забеспокоился его товарищ.

Тео с трудом поднялся на ноги. Опираясь рукой за стену, прикрыл глаза. Улыбаясь, он похрустел шеей, вставляя шейные позвонки на место. Со вздохом облегчения он поднял взгляд на мужчину и только тогда тот понял – перед ним теперь совсем не Тео.

– Давно не виделись, крысёныш. Соскучился по мне? – широко улыбнулся журналист и, воспользовавшись смятением старого знакомого, прыгнул на него и сбил с ног…

От притворной слабости "Тео" не осталось и следа. Весело посвистывая, он закинул бесчувственное тело себе на плечо и принялся нарочито громко рассказывать старому другу о вреде алкоголя, таща его в город.

Музыка била по ушам. Все о чем-то переговаривались, смеялись, а я никак не могла сделать вид, что все хорошо. Алиша с Логаном решили устроить вечеринку по случаю приезда Нами. Конечно самым лучшим местом для этого события была наша кондитерская. Мы специально ее закрыли на весь вечер, чтобы случайные посетители нам не мешали. Все столы сдвинули в один большой. Калеб великодушно спонсировал нас едой и напитками из своего ресторана, ну а я отвечала за десерт.

Тео обещал быть со мной в этот вечер, но у него снова появились какие-то супер важные дела. Я же чувствовала себя некомфортно без него. Почему? Да потому что тот белобрысый оборотень – Димитрис, не сводил с меня глаз! Под его взглядом хотелось съёжиться и залезть под стол.

– Мама-мама! – Мина подергала меня за рукав, обращая на себя внимание. – Можно я заберу домой? – показывая мне куклу пропавшей феи, спросила она.

А у меня душа ушла в пятки. Кто знает, как эта магическая игрушка может повлиять на ребенка?

– Нет, милая. Олью нельзя трогать, отдай ее мне, пожалуйста, – аккуратно забрала я ее у дочери.

– Жалко, – надула губки Мина. – Она на тебя похожа. И имя у нее красивое.

– Завтра пойдем в магазин и выберешь любую куклу, какую захочешь, хорошо? – погладив малышку по щеке, предложила я.

Та радостно закивала и побежала рассказывать новость Алише и Логану. Запрыгнула к оборотню на колени, обняла парочку за шеи и принялась им что-то нашептывать с хитрой моськой.

– Я ей говорил, чтобы не трогала, – с серьезным видом сообщил Мик. Мой ответственный сынок. Всегда следит за порядком.

– Ничего страшного, милый. Ты у меня умница, – улыбнулась ему я и поцеловала в лоб. – Пойду, отнесу куклу на место. А ты следи тут за всеми. Чтобы хорошо себя вели, договорились?

Мик кивнул и, деловито заложив руки за спину, важной походкой направился вдоль стола, внимательно рассматривая каждого гостя.

Ставить куклу обратно в кабинет я передумала. Мина могла не устоять и попытаться снова ее умыкнуть. Поэтому я решила поселить нашу волшебную красотку в самой дальней комнате, куда дочь зайти не догадается. Но как только я усадила Олью в кресло, ее глаза засветились красным. Как это понимать, я понятия не имела. Она разозлилась на то, что ее потревожили? Или новое место не понравилось?

– Олья, если я чем-то расстроила тебя, извини, пожалуйста. Здесь тебя никто не тронет, – хоть как-то попыталась я реабилитироваться.

Так странно. Стою тут с игрушкой разговариваю. Кто со стороны увидит, точно подумает, что из ума выжила.

Я не знала, получилось ли у меня задобрить Олью, но ее глаза потухли, что немного меня успокоило. Возвращаться к столу совсем не хотелось. Как вспомню плотоядные взгляды Димитриса, так вздрагиваю. Мне была необходима передышка. Поэтому я подошла к окну, чтобы полюбоваться снегопадом, который осыпал улицу большими, пушистыми хлопьями и сиял в свете ночных фонарей.

Взгляд зацепился за мужскую фигуру. Слишком…слишком знакомую фигуру. Сердце пропустило удар. В голове помутилось. Я сорвалась с места, схватила с вешалки пуховик и вылетела на улицу через запасной выход, который вел как раз туда, где я увидела Астера.

Пуховик так и остался в руках. Я напрочь забыла про него, да и холода от переизбытка эмоций не чувствовала. Мой взгляд приковался к заходящей за угол фигуре. Я с трудом удержалась, чтобы не выкрикнуть имя пропавшего мужа. Но и упустить его тоже не могла. Побежала вслед за ним. На повороте поскользнулась и чудом устояла на ногах. Почему он уходит? Даже не оборачивается!

Не теряя времени, я вновь сорвалась на бег. Встречные прохожие закрывали мне обзор, мешались, чем жутко злили. Я то и дело в кого-то врезалась или задевала плечом, потому что смотрела только на мелькающую знакомую макушку, а не по сторонам.

– Куда прешь?!

– Сумасшедшая! – то и дело раздавались недовольные восклицания за спиной, но меня они ни капли не волновали.

Я приближалась к тому, кого уже долгое время считала умершим. Вот он уже совсем рядом. Осталось только протянуть руку. Коснуться его. Я должна увидеть его лицо. Убедиться…

– Астер, – практически шепотом выдавила я и дотронулась рукой до плеча мужчины.

– Простите? – обернулся тот и с недоумением посмотрел на меня.

Не он. Это не Астер. Как я могла спутать его с этим человеком? Они ведь совсем не похожи!

– Я могу вам чем-то помочь? – растерянно поинтересовался незнакомец, заметив, как меня заморозило.

– Нет-нет… Извините, я перепуталась вас с…

– С другим, – закончил за меня фразу он. – Ничего страшного. Бывает. Вы бы оделись, а то совсем замерзли.

– А? – я моргнула и опустила глаза на пуховик, который прижимала к груди. – Да, конечно. Еще раз извините за беспокойство.

Незнакомец кивнул мне, пару секунд потоптался на месте, явно раздумывая над моей адекватностью, и удалился. А я, закусив губу, отошла к ближайшей стене, оперлась на нее спиной и съехала по ней вниз от накатившей вдруг слабости. Воспоминания меня буквально оглушили. Все эмоции, которые уже успели утихнуть, вновь разбушевались. Перед глазами проносились дни, полные тоски, страха и тихих рыданий в подушку, чтобы дети не увидели. Как я страдала, думая, что Астер погиб. Что больше никогда его не увижу. Я ведь любила его. Так любила, что иногда дышала с трудом. Когда он исчез, я каждый день медленно умирала. Меня спасали только дети. Я не имела права подвести их. Тем более обещала Астеру, что позабочусь о Кори. Не будь у меня моих малышей, я бы точно сломалась.

И вот теперь… Казалось бы, я начала новую жизнь. Смирилась с потерей. Но нет! Я не забыла. Внушила себе, что готова идти дальше, а подсознание, судя по всему, выдало то, что я желала на самом деле. Старые раны снова вскрылись и кровоточили, буквально раздирая на части. Ну почему?! Почему я не могу выкинуть бывшего мужа из головы? Зачем все это происходит вновь? И почему в душе расцвела надежда на скорую встречу? Ведь это не он. Не он!

– А может ты его упустила… – зашептал внутренний голос.

– Нет! Не может этого быть! Он мертв! – уставившись прямо перед собой, зло шептала я, уговаривая себя отпустить прошлое.

– Кто мертв? – раздался над головой голос Димитриса, а следом его ноги встали напротив меня.

Он опустился на корточки, поравнявшись с моим лицом. Обычно я смотрела на него снизу-вверх... Но сейчас встретилась с его взглядом напрямую и… зависла. Невероятные голубые глаза, как лед в глубине одной из древних пещер, завлекали и не отпускали. Это было как помешательство. Раньше я и не замечала, какие они… И взгляд волка – полный спокойствия, ледяной, но не пустой. Я на миг словно в душу к нему заглянула и, клянусь, на какую-то секунду, почувствовала тот ураган, что творился внутри оборотня. Это был танец огня и льда. Он смотрел прямо мне в глаза, но пожирал взглядом всю меня. Без ненависти, которую я всегда видела в нем. Мое сердце забилось с бешеной силой. Я хотела бы видеть его всегда, изучать его глаза, брови, губы... Слушать голос... Какой же он... Не человек... Его спокойный голос вытащил меня из миража:

– Так кто умер?

– Никто, – нервно поправив выбившуюся прядь волос, ответила я.

Резко встала и, легко накинув куртку на уже замёрзшую от стены спину, пошла назад.

Дура, какая же дура. Один взгляд, и я прониклась. А как же Астер? Тео? Неужели я такая ветреная? Слегка прикусив губу, я тонула в разочаровании. В самой себе. Я же мать. Я не должна так себя вести. Хорошо, что Димитрис ничего не заметил. Или все же заметил? Я прислушалась к его шагам. Он спокойно шел сзади, но раздражение на него накатило с новой силой. Показывать свою слабость кому-то я не планировала. Тем более ему. Неимоверно раздражало, что мою минутную эмоциональную вспышку увидел именно он. Я чувствовала себя неуютно, некомфортно. Особенно сейчас, когда спину покалывало от пристального взгляда. Развернувшись, я гордо подняла подбородок.

– Ты чего за мной ходишь? Я сама разберусь со своими проблемами и нянчиться со мной не нужно, – отрезала я и, стараясь не встречаться с ним глазами, порывистым шагом направилась к кондитерской.

Волк за спиной усмехнулся.

Слезы навернулись на глаза. Я чувствовала себя маленькой, капризной девочкой, которая вот-вот расплачется. Подумать не могла, что малейший намек на появление Астера может настолько выбить из равновесия. Хотелось закрыться от всех в комнате и дать волю чувствам, которые словно кипящая лава бурлили внутри. И если бы не оборотень, который молча наблюдал за моей безмолвной истерикой, я бы разревелась прямо здесь.
Как же надоело держаться. Быть сильной и держать удар. Не упасть в грязь лицом, не показать слабость этому волку. Но слеза предательски прокатилась по моей щеке.

В следующую секунду оборотень развернул меня к себе лицом. Я ощутила горячие, сильные руки на своей шее. Димитрис смотрел прямо в глаза, медленно приближая мое лицо к себе. Совершенно неожиданно поцеловал место, где только что была слеза…

Странный поступок, странная ситуация… Все, что происходило в последние полчаса не укладывалось в рамки нормального. С чего бы Димитрису проявлять ко мне подобную нежность? А может, у волков так принято? Они пьют слезы? Вряд ли.... Скорее всего у меня просто помутился рассудок и все это чудится? Я мало знала об оборотнях, несмотря на то, что была замужем за охотником. Астер неохотно делился информацией о прошлой жизни, а я уважала его выбор и не лезла с лишними вопросами. А стоило бы. Ведь я понятия не имела, что ожидать от этих волков…

На языке крутилось много колких слов. Да и вопросов тоже. Но я словно онемела. Порыв оборотня оказался совершенно неожиданным для меня. Да, я часто ловила на себе его взгляды, но не воспринимала их как внимание мужчины к женщине. Скорее чувствовала раздражение волка в свой адрес. А теперь… Теперь я не знала, как вести себя. И это еще мягко сказано.

Мой поток мыслей прервал поцелуй. Я ушла в себя и пропустила момент, когда Димитрис стремительно сократил расстояние между нашими губами. Но это меня и отрезвило. Да что с ним происходит?!

В попытке оттолкнуть наглого волчару, я вперилась в него ошалевшим взглядом. Передо мной стоял напряженный и совершенно непредсказуемый зверь, который пугал до икоты.

– Не двигайся! – прорычал он.

И я застыла. Подчинилась, сама не зная, почему. Он по-хозяйски целовал меня, а его руки исследовали мое замёрзшее тело под курткой. Жар от его ладоней чувствовался даже через одежду. Его тяжелое дыхание, его напор и…рычание сводили с ума. Я и не заметила, как начала отвечать ему. Провалилась с головой в эту неизвестную мне до этого волчью, дикую страсть.

Схватив меня за бедра, Димитрис крепко сжал их. Резко приподнял, вынудив обхватить его ногами, а затем… Все произошло так быстро. Секунда и меня припечатали к стене безлюдного переулка, что был за углом. Волк и опомниться мне не дал, закрыл рот властным поцелуем, задирая мое платье. Его пальцы уверенно легли между моих ног, надавили… И я, наконец, очнулась. Щеки тут же запылали от стыда. Что же я творю! Совсем с ума сошла!

– Димитрис, остановись, – увернувшись от очередного поцелуя, выдохнула я.

Он замер. Его слегка затуманенный взгляд в одно мгновение стал серьезным. Казалось, будто в этот момент решается его жизнь.

– Ты знаешь, как кусается лошадь? – огорошил он меня вопросом.

– Нет, а какое отношение это имеет к… Ай!

Этот гад ущипнул меня за задницу! Да еще так больно, что у меня искры из глаз посыпались. Придурок!

– Ты больной?! За что?! – гневно выкрикнула я, потирая пострадавшую пятую точку.

– За то, что много болтаешь. Идем, я обещал привести тебя обратно в целости и сохранности.

Обещал он. Отыметь меня в ближайшем темном переулке он, наверное, тоже обещал. Озабоченный волчара с садистскими наклонностями!

Димитрис пошел вперед, а я, гневно сверля глазами его спину, шла следом и тихо бурчала себе под нос все, что думаю о белобрысых гадах с лошадиными замашками. Тоже мне, жеребец нашелся!

Мы зашли в здание, не глядя друг на друга и усиленно делая вид, что ничего не произошло. Димитрис, передав меня в руки Алиши, ушел, не прощаясь. У меня желания оставаться на празднике в таком настроении тоже не было. Сославшись на то, что уже поздно, а детям пора спать, я благополучно сбежала с торжества и только оказавшись дома почувствовала себя в относительной безопасности.

***

Димитрис понесся на улицу, ругая себя за несдержанность. Эта человечка одним своим видом выводила его из себя. Зато внутренний зверь буквально млел лишь от улыбки рыжей искусительницы. И в тоже время недовольно рычал, возмущаясь, что эти улыбки предназначались не ему. Димитрис считал, что его волк сошел с ума, раз увлекся человеческой девчонкой. Но догадки о том, кем она приходится ему на самом деле нет-нет, да прорывались сквозь барьеры, которые он сам себе наставил.

Вот и сейчас. Не выдержал, сорвался. За что теперь ненавидел себя и испытывал невыносимое чувство вины перед погибшей много лет назад парой. Да, он и раньше проводил время с другими самками, но только лишь для того, чтобы удовлетворить физические потребности. О чувствах к однодневным пассиям он и подумать не мог. Да, некоторые были ему симпатичны. Кто-то привлекал покладистым характером, кто-то волновал его внешностью, но о долгих отношениях у беты Снориджской стаи и мысли не возникало. Поэтому провинившимся перед любимой Дианой он себя не ощущал. Но Брианна… Брианна совсем другое.

Загадочная вдова, воспитывающая троих детей, будила в нем все сразу: влечение, страсть, желание защищать, оберегать, ревность… Димитрис знал о ее отношениях со скользким журналистом. Тео и раньше не вызывал доверия волка, а теперь стал врагом номер один. Каких трудов Димитрису стоило держать кулаки при себе и не трогать его, одна Луна знает. Но Брианна сама его выбрала. Нельзя вмешиваться и врываться в ее жизнь, которая только начала налаживаться. Тем более Бета сам не был уверен в том, что она действительно его пара, а не временное помутнение.

Он на ходу пикнул ключами и уселся в свой серебристый внедорожник. Включил зажигание, сорвался с места и погнал домой, на полную громкость врубив музыку.

– Не думать о ней. Не думать! – мысленно приказывал он себе, но если раньше подобные мантры помогали, то теперь лишь еще больше разжигали желание наплевать на все препятствия, вернуться в кондитерскую и заявить права на свою самку.

Волк беты бесновался, рвался к ней, путая мысли и испытывая выдержку своей человеческой половины. А ведь проблем с самоконтролем и гармонией между зверем и человеком у Димитриса никогда не возникало. Да лучше бы он и вовсе не встречал Брианну!

Внутренний зверь на подобные мысли предупреждающе зарычал и чуть не захватил контроль. Мгновенно отросшие когти поцарапали кожаную обивку руля. Кости оборотня затрещали, предупреждая о трансформации. Димитрис, на мгновение потеряв концентрацию, резко крутанул руль и вылетел на встречную полосу. Ему повезло, что дорога оказалась свободной, а он быстро вернулся в сознание и успел вернуться на свою полосу.

– Нет, так не пойдет, – пробурчал он, тряхнув головой и запихивая своего обезумевшего волка подальше и поглубже.

Он и так дел наворотил. Не хватало еще заявиться к Брианне домой в обличии зверя. Вот все посмеются, когда она выставит его вон. Или еще хуже испугается.

– Надо выпить, – тяжело вздохнув, решил бета и, не сбавляя скорости, развернул машину в обратную сторону.

Как ни странно, алкоголь всегда действовал на его волка как самое лучшее успокоительное. Раньше особой надобности в таких мерах не было, но сейчас Димитрис чувствовал – по-другому он со своей второй сущностью никак не справится.

– Ты что-то зачастил, – улыбнулся ему Калеб, стоило ему усесться за барной стойкой.

Раздражающий своим вечно сияющим видом кошак расслаблено протирал пивной стакан.

– Тебе какое дело? – рыкнул Димитрис и посмотрел на друга исподлобья.

– У-у-у, у кого-то явно плохое настроение, – присвистнул Калеб. – Тебе как обычно?

– Нет, блин, принеси мне молочный коктейль и зонтик вставить не забудь!

– Как прикажешь, – хохотнул хозяин ресторана, явно собираясь выполнить пожелание злобного клиента.

– Вот не надо меня бесить только, – проворчал Димитрис.

Кошак понимающе улыбнулся и налил другу бокал пива. Поставил перед ним на стойку, но к своим делам возвращаться не спешил.

– Рассказывай, что стряслось?

– Ничего. Просто хочу выпить.

– Можешь рассказать об этом одной из моих официанток. И даже они тебе не поверят, – усмехнулся Калеб. – Если твоя история меня впечатлит, сегодня пьешь за счет заведения.

– Заманчивое предложение, но нет.

– Тогда сегодня платишь по тройному тарифу.

– С чего бы это? – вскинулся Димитрис.

– Цены резко выросли. Сам не ожидал, – невозмутимо пожал плечами Калеб и расплылся в широкой, белоснежной улыбке.

– Кошак хитромордый, – усмехнулся Димитрис.

– Это получше чем упрямая псина, – все с тем же спокойствием парировал Калеб. А когда волк поднял на него тяжелый взгляд, намекая, что перебарщивать с эпитетами не стоит, только вновь обнажил свои ровные белые зубы и дружелюбно протянул: – Какой привет, такой ответ.

Несколько секунд друзья боролись взглядами. Со стороны могло показаться, что вот-вот завяжется драка, но этот ритуал всегда у них всегда заканчивался одинаково – раскатистым смехом, слегка пугающим посетителей. И этот раз исключением не стал.

– Не хочешь говорить здесь, идем ко мне в кабинет. Там никто не подслушает, – уже серьезным тоном предложил Калеб.

– Ты же не отстанешь, да?

– Цены – штука непредсказуемая. Иногда могут взлететь и втрое, и впятеро, а иногда и…

– Да понял я, понял, – обреченно вздохнул Димитрис.

– Сразу бы так, – самодовольно хохотнул кошак и жестом пригласил друга следовать за собой. Естественно, прихватив с собой бутылку с лучшим «успокоительным» из своего бара.

Вернувшись домой, я уложила детей спать. Чувство внутренней тревоги не давало мне покоя. Я сама не заметила, как оказалась в комнате Кори. Очнулась уже сидящей на его кровати с фотографией в руках. Бедный ребенок всю боль от потери отца прятал внутри. При мне даже не плакал ни разу. Но их последнее фото с Астером всегда держал в ящике стола. Поначалу я сама ловила момент, когда сына не было дома, пробиралась в его комнату и, так же как сейчас, могла часами сидеть с этим снимком в руках и впитывать образ мужа. Я искренне считала, что переболела эту потерю. Отпустила… Но сейчас, глядя в искрящиеся зеленые глаза, на эти вечно взъерошенные русые волосы и такую теплую, такую родную улыбку, я медленно осознавала, что меня вновь засасывает в болото, из которого я только-только выбралась. Нет уж! Хватит!

Я со злостью бросила фото на место и с громким хлопком задвинула ящик стола. Я не вернусь в то состояние.

Сделала шаг к двери. Замерла. Нервно смахнула слезу со щеки. Развернулась, открыла ящик стола и вновь посмотрела на снимок.

– Я ведь видела тебя. Это был ты, – тихо произнесла я. – Почему я так уверена, что это был ты?

На этот раз уже спокойно задвинула ящик и решительно пообещала себе больше не думать о прошлом. Только нервы себе все истреплю. У меня появился мужчина, который нежен со мной, внимателен. Который принял моих детей и изо дня в день доказывает, что вполне сможет стать им достойным примером. А может быть даже и отцом…

Как назло, перед глазами вспыхнуло лицо Димитриса. Его ледяной взгляд, пробирающий до самых костей и в тоже время воспламеняющий все внутри. Я растерянно коснулась своих губ, возвращаясь в момент, когда волк прижимал меня к стене и жадно целовал. Губы буквально горели, будто это произошло только что. Честно признаться, меня еще никто не целовал… так. Даже с Астером я не чувствовала такой страсти, не улетала настолько высоко. Разве такое возможно? Я ведь его совсем не знаю. Тем более он оборотень. Я ведь пообещала себе больше не связываться с волшебными мужчинами. И я это обещание выполню. Точка.

В этот момент, словно почувствовал, что я думаю о другом мужчине, позвонил Тео. Наконец-то! Он быстро отвлечет меня от мыслей о навязчивых волчарах.

– Откроешь мне? – спросил он, стоило мне ответить.

– Конечно. Сейчас.

Тео знал, что дети уже спят, поэтому вместо того, чтобы постучать в дверь, позвонил мне. За такие приятные для меня мелочи я и прониклась к нему симпатией. Конечно, это не любовь, да и страсти, как расписывают в книгах, у нас с ним не было. Но я, как мать троих детей, рассматривала мужчин уже совсем не так, как в молодости. Теперь в первую очередь я смотрела на отношение мужчины к моей семье и, что самое главное – он должен быть обычным человеком. Тео под эти критерии подходил идеально. А чувства… До сегодняшнего дня я была уверена в том, что они есть. И сейчас понимала, что мое смятение – лишь следствие галлюцинации бывшего мужа, не более того.

Кивнув собственным мыслям, я спустилась к двери и решительно ее открыла.

Тео стоял, облокотившись на дверной косяк. Его пустые глаза смотрели словно сквозь меня. По спине прошелся неприятный холодок.

– Тео, все в порядке?

– Это ты мне скажи, лисёнок.

– Я не понимаю, о чем ты...

Я, как могла, пыталась сохранить хладнокровие. Неужели он видел меня с волком? Я вскинула брови вверх, выражая недоумение. Тео тяжело выдохнул, опустил глаза в пол. Через мгновение его лицо озарилось улыбкой, но он смотрел на меня тем же пустым взглядом, от которого становилось откровенно жутко. Он вскинул руки вверх, будто капитулируя.

– Прости дорогая, я забыл, что по четвергам у нас день рогоносцев. Ты в этот день бегаешь с волками, а они лезут тебе под юбку.

Его странная улыбка не сходила с лица. Не добрая, а скорее презрительная. От нее становилось не по себе и возникало непреодолимое желание бежать без оглядки. Стало так обидно. И стыдно. Ведь я правда виновата. Сами собой на глаза навернулись слезы.

– Если ты все видел, то видел так же что это было не по моей воле. Этот волк чуть не взял меня силой, а ты стоял и наблюдал за этим? Мне тебя пожалеть или как? – Я хотела закрыть дверь перед его носом. Лучшая защита- нападение. Но одного взгляда Тео было достаточно, чтобы руки опустились.

– Нет дорогая, ведь сегодня жертва у нас ты. Он тебя лапал очень привычно. А ты не особо сопротивлялась его ласкам. Но я всё понимаю, это все страх. Не припомню, чтобы ты мне давала на улице... – Он на миг задумался о чем-то, затем утвердительно кивнул головой и улыбнулся ещё шире. - Может и мне тебя напугать, чтобы ты и со мной хоть немного застонала? А не смотрела со скукой в сторону?

– Я не стонала с ним, – пытаясь оправдаться, промямлила я. А сама судорожно пыталась вспомнить, стонала или нет. Какой позор...

– Конечно, эти уши врут. – Он покрутил пальцами возле ушей и разочарованно добавил. – Как и моя женщина сейчас.

– Я не хотела того поцелуя. И если бы ты видел все до конца, то знал бы, что я оттолкнула его... – использовала я последний аргумент, чтобы хотя бы для себя самой выглядеть не так ничтожно, как Тео это выставляет.

– Я видел, как вы пошли назад на вечеринку... К волкам. Ты стала другой, сблизившись с ними...я переживаю. Я переживаю за тебя, за нас. За детей, – в его голосе появилась твердость. – Дети тебя не видят. Ты все время на работе. Я конечно, занимаюсь с ними. Но маму им никто не заменит. Приди в себя, работа это, конечно, хорошо. Но нельзя забывать про семью. Про себя...

Он резал меня без ножа. Все его слова били точно в цель. Я правда запуталась. В кафе было не так много прибыли... Ещё и сегодняшняя вечеринка. Пришлось закрыться, никакой выручки. А ее итак мало, особенно на первых порах. Тео помогал мне деньгами, помогал с детьми, был таким заботливым... А я закружилась в этой жизни, в проблемах Алиши, сына... Все так сложно. Слёзы не успели высохнуть, как полились снова.

Когда я с головой ушла в самобичевание, совершенно растерявшись и не зная, как вылезти из этой убивающей меня ситуации, Тео неожиданно обнял меня.

- Тише, тише малышка. Одна ты больше никуда не пойдешь. Все будет хорошо. Тсссс... Дети же спят.

Какой же он... Я подняла на него глаза в надежде, что мы наконец-то сможем помириться и забыть о сегодняшнем дне, но пустота и полное безразличие в его взгляде никуда не делись. Неужели своей изменой, я так ранила его? Но ведь это же не измена, правда? Смахнув слезы, я томно посмотрела на него из-под ресниц.

– А мы можем и тихонько... – мои губы потянулись к его. Мне хотелось хоть как-то загладить вину и смягчить свой проступок, но он уверенно положил два пальца на мои губы, останавливая.

– Тш-ш-ш-ш... Не так сразу, твои поступки слишком унизили тебя в моих глазах. – Он крепко взял меня за волосы и с силой потянул вниз, вынуждая опуститься на колени. – Начни снизу, а там посмотрим.

Я, толком не понимая, как оказалась в такой унизительной позе, ошарашенно уставилась на него, а он тихо рассмеялся.

– Ты бы видела свое лицо... Ну а если быть серьезным, я не настроен сегодня. Слишком много новосте-е-ей....Кстати, как там Кори?

– У него все хорошо, – растерянно ответила, переваривая произошедшее.

А еще в очередной раз насторожилась. Каждый раз, когда Тео заговаривал о моем сыне, еле сдерживалась, чтобы не вздрогнуть. Моему мальчику угрожала огромная опасность, от чего внутри включился режим повышенной осторожности. И все, даже Тео, были под подозрением. Тем более, он слишком часто спрашивал о Кори и, на мой взгляд, уж чересчур усердно старался ему понравиться. А после того, что сделал сейчас Тео, моя внутренняя сирена вопила об опасности.

– С колен хоть встань. Хотя мне нравится такой вид, что скрывать, – не щадя меня, вновь хлестнул обидными словами он.

– Ты ведёшь себя очень грубо. И пугаешь меня таким поведением, – поднимаясь на ноги, выдавила я.

– А с волком тебе это понравилось... Подумай, моя дорогая, чего ты хочешь... А пока ты думаешь, я буду рядом, и не дам тебе совершить новых ошибок, – он ласково, но требовательно приподнял мой подбородок. Взглянул на меня все так же совершенно равнодушно и холодно, будто я ему чужая, и добавил: – Я полон сюрпризов.

– Но сейчас… – он поднял указательный палец вверх, выдерживая показушную театральную паузу. Все с той же ухмылкой на лице, которая вводила меня в ступор. – Увы. Мне надо покинуть тебя. Я всего лишь человек, и мне надо закончить свои человеческие дела...ну, ты понимаешь.... Не волчьи.

Послав мне воздушный поцелуй, он плавно развернулся и ушел в ночь, тихо насвистывая. А я пялилась на его спину до тех пор, пока он не скрылся за поворотом. Это что сейчас такое было?!

У меня слов не было. Только недоумение. И обида. Жгучая, разъедающая, до глубины души. Меня еще никогда так не унижали. Никогда не относились с таким пренебрежением. Я выбрала Тео из-за его бережного отношения ко мне. Тот мужчина, которого я знала и ценила, лопнул как мыльный пузырь. Этот же мне совершенно незнаком. Его будто подменили. Он даже не попытался выслушать меня и понять. Да, не спорю, я должна была себя повести по-другому. Но я была в смятении и в момент поцелуя с Димитрисом плохо соображала. Увидев Астера, я совершенно расклеилась, а волк полез ко мне в неудачный момент, вот и все.

Ведь я же все прекратила сама. Остановила его. Неужели заслужила подобное? Всхлипнув, я обхватила себя руками и зажмурилась. Не плакать! Тео показал свое истинное лицо. И мне повезло, что это произошло именно сейчас, что я не успела влюбиться в него. Жаль только, что дети к нему прониклись. Он действительно проводил с ними много времени, но после его поступка, я их друг к другу на километр не подпущу. Ведь он может быть жесток и с ними. Ни один мужчина не стоит счастья моих детей.

Сделав несколько глубоких вдохов и вернув себе хрупкое равновесие, я вернулась в дом. Нервы совсем расшалились. Я отправилась на кухню, заварила себе успокаивающий чай и бесшумно вошла в комнату детей. Мик и Мина сладко сопели, даже не подозревая о ночном госте. Мои главные сокровища. Никому не позволю причинить им вред.

Только убедившись, что малыши спят, я спустилась к себе в комнату и легла в постель. Захотелось позвонить Лорейн и потребовать разговора с сыном, но Алиша четко объяснила, что непослушание в данной ситуации может угрожать Кори смертью. Поэтому я зажмурилась, руки засунула под подушку и изо всех сил старалась побыстрее уснуть.

***

Давно Тео не испытывал такого бешенства. Он столько сил и времени убил на то, чтобы добиться доверия Бри. А теперь этот…

Из раздумий его вывел собственный смех. Ну, почти собственный. Смеялся Кайл.

– Какая же всё-таки скучная баба. Тихонечко она может. Мастер секса потихонечку, ты как там? Кстати... Хвалит скулить. Не забывай, что в любой момент я могу вытеснить тебя и…

– Попробуй! Тогда ни к Астеру, ни к Кори ты не приблизишься, – усмехнулся Тео.

Испугали ли его слова навязчивого соседа? Ни капли. Без воспоминаний Тео Кайл не сможет сделать практически ничего. Слишком долго его не было. Слишком многое он упустил.

– Так уверен? – самодовольно поинтересовался подселенец.

– Ты уже облажался, не послушав меня. Бри была у меня в руках. Еще немного и…

– И что? Ты рак.

– Не понял.

– Есть такое хорошее выражение – на безрыбье и рак рыба, девочка моя. Ты неинтересен ей. Просто заполнил время. Был удобен. Она променяет тебя на волка, поплакав для приличия пару часов. Кстати...я ее понимаю... - нагло копаясь в памяти Тео, Кайл снова захохотал.

– Как низко.

– Мои извинения, но это мастер быть снизу, мистер бревно. Прическу испортить боялся что ли? И насчёт твоей "полезности"– по-твоему Астер не знал о слежке за его женщиной? Думаешь, просто так он притворялся мертвым? Никогда не суди по себе. Разъясняю для особо одаренных – не все такие безнадежно тупые, как ты. Люди умеют ду-у-умать... Иногда.

– Ты его брат, Кайл. Тебе лучше знать. Если уж Астер позволил больше двадцати лет держать тебя в плену, то… – уязвил захватчика своего тела Тео, прекрасно зная, что удар попадет прямо в цель.

– Поня-я-я-ятно. Сейчас охотников учат языками чесать, а не к цели подходить. В любом случае, ни в том, ни в другом ты не преуспел – хитро протянул Кайл, заталкивая его подальше в подсознание и забирая контроль. – Все станет поня-я-ятно, как только я найду его. И ты мне будешь уже не нужен.

– Пока ты найдешь его, я успею найти способ избавиться от вас обоих. А племянничка твоего верну в семью.

Кайл, быстрым шагом направляясь к машине, коснулся кольца из собственной крови. Провернул его два раза и зло ухмыльнулся. Голос молодого охотника-выскочки мигом затих. Не стоило тому действовать на нервы хозяину. Пусть посидит в тишине и как следует подумает о перспективах своего неучтивого поведения и бессмысленных угроз.

Охотник уселся за руль и угрюмо уставился на дорогу. Найти брата действительно оказалось нелегкой задачей. Конечно, можно было деактивировать защитный амулет, скрывающий Кайла, а заодно и Тео, от остальных охотников, но это было чревато последствиями. Безусловно каждый в общине почувствовал выброс Астера, но пока опасаться массового паломничества охотников в Сноридж не стоило. Именно для этого Тео и был нужен живым. Пока молокосос подает признаки жизни и отчитывается о работе, никто сюда не сунется. Да и сообщать о своем возрождении Кайл так же не спешил.

Месть – вот что давало ему силы все эти годы в заточении. Он выполнял свой долг. Слепо верил в целости общины и свое предназначение – избавлять мир от мерзких двуликих демонов, порожденных луной. И в итоге остался один. Его пытали, истязали многие годы, но его семья, в которой он был так уверен, даже не попыталась его спасти. Более того, эта же семья его и подставила. Крысиный прихвостень своими словами ударил по самому больному...

И как же удачно сложились обстоятельства. Спустя двадцать с лишним лет тот, кто предал его и сдал спятившему от горя оборотню, буквально сам приплыл в руки. А жизнь-то налаживается!

Кайл довольно улыбнулся и завел мотор, представляя, как долго и мучительно будет мстить своему когда-то лучшему другу. Но позже… Ведь освободившийся пленник больше двадцати лет не был с женщиной. Но даже учитывая этот факт, Брианна ему не приглянулась совсем. Это его и не удивило. У них с Астером всегда был разный вкус на женщин.... Как она могла так опустить планку с него до этого напыщенного индюка Тео? Можно было бы конечно ей воспользоваться, но это не в его правилах. Ведь она женщина Астера. Не самый лучший вариант для воспитания охотника, но видимо он в ней что-то разглядел...

Как бы Кайл ни пытался оправдать брата, злость и обида на него нет-нет, да прорывались. Почему он так легко поверил в его смерть? Почему даже не попытался спасти? Боль от предательства разъедала изнутри. Ему, как воздух, требовались объяснения. И рано или поздно он их получит, а пока…

Желание развлечься никуда не делось. Благо у Тео имелась не одна пташка, в любой момент готовая провести жаркую, ни к чему не обязывающую ночь. Парнишка не промах. Перед Бри выступал нежной размазней, а сам был далеко не прочь развлечений погорячее. И шифровался хорошо. Знал, куда пойти, чтобы не спалиться.

Кайл плавно прокручивал память Тео, выбирая красотку на ночь. После многолетнего воздержания он буквально кипел изнутри. Ему было необходимо выпустить пар. А затем можно и бывшим другом заняться. Научить его хорошим манерам и преданности.

Ехать пришлось довольно далеко. Дом удовольствий, в котором Тео мог хорошо провести время и быть уверенным, что никто об этом не узнает, находился за городом. Кайл, конечно, мог поискать что-нибудь или кого-нибудь поближе, но решил пока не рисковать. И так сегодня повел себя слишком несдержанно и глупо. Бри нужна ему, чтобы выманить Астера. Поэтому он и устроил эту сцену на пороге дома. Может быть брат отреагирует на это? Иначе придется вспоминать, что такое быть милым, а то его наживка мигом ускользнет. Тем более рядом с ней еще и оборотень ошивается. Судя по его поведению, почувствовал в девчонке свою пару, но еще не принял эту новость. И это Кайлу было на руку. Пока человеческая сущность сопротивляется зверю, бедняга будет избегать объект своей страсти всеми правдами и неправдами. Ну а если все-таки решит приударить за сексуальной мамочкой, придется с ним разобраться. Но обо всем этом Кайл подумает потом.

Сейчас его заботили только прекрасные, похотливые нимфы в завлекающих нарядах, которых радушные хозяева дома удовольствий выстроили перед ним.

Все девушки призывно улыбались и с некоторой враждебностью косились друг на друга. Тео явно был тут желанным клиентом, поэтому каждая из них изо всех сил старалась привлечь его внимание. Кайл расцвел. С фирменной полуулыбкой он подошел к девушке, которая особенно нагло смотрела на остальных. Он не запомнил ни ее лица, ни цвета волос, ни фигуры. Это все было неважно. Не дожидаясь реакции дамы, он подхватил ее, закинул на плечо и понес на второй этаж. В комнату, которую Тео выкупил специально для себя.

– Извращенец малолетний, – подумал про себя охотник и похабно улыбнулся, запирая за собой дверь на замок.

– Надеюсь, сил у тебя много, детка. Сегодня они тебе понадобятся, – почти шепотом сказал он и скинул соблазнительную ношу на кровать.

Что он с ней только ни делал. Девчонка была опытной, но даже она явно находилась в шоке от фантазии гостя, с которым казалось бы уже спала. Но надо отдать ей должное – она стойко переносила все, даже самые грубые, ласки Кайла. Во всяком случае пыталась. От нее не прозвучало ни одной просьбы быть нежнее, но ее криков и стонов было более чем достаточно. Боль шла по лезвию удовольствия. Девушка потеряла счёт оргазмам. Ей явно было даже стыдно кончать от того, что с ней вытворяли. Но спустя три часа ей стало все равно. Ее никто не слушал, и смысла умолять и отпираться не было совсем. Соседи стучали в стену, но Кайла это даже забавляло.

– Хотите погромче? – с нескрываемым превосходством выкрикивал он, впечатывая девчонку в ту самую стену и продолжая ее истязать. Пусть завидуют, немощные слабаки.

Постепенно попытки утихомирить темпераментного гостя прекратились. Кайл ни в чем себе не отказывал и не сдерживался. Он отрывался за все время своего воздержания и отпустил истерзанную им нимфу только утром. Точнее не отпустил, а кинул ее чуть ли не бездыханной лежать в грязной постели. Так ее вымотал, что она даже дышала с трудом. Таких клиентов у нее ещё не было.

– Оставлю тебе хорошую премию. Заработала, – усмехнулся Кайл положив на тумбочку возле кровати очень даже приличную сумму. Даже больше, чем заплатил за всю ночь.

Девчонка заслужила. Сразу видно – боец. А бойцов Кайл уважал. И никогда не считал глупым заплатить хорошие деньги за собственное удовольствие. Скорее всего он вернется сюда еще не раз.

– Интересно, остальные девочки такие же выносливые? Надо было брать двух... – подумал охотник, выходя в коридор и напоролся на охранников, поджидающих его.

С серьезными лицами, но не без восхищения в глазах, они попросили пройти к хозяйке заведения. Усмехнувшись, Кайл начал искать в памяти Тео данные о ней. Но к своему удивлению, толком ничего не нашел. Хозяйка борделя занималась финансовыми и организационными вопросами, даже комнату Тео купил не через нее, а просто отложив сумму на ресепшене управляющей... Что же случилось? Кайл, изобразив на лице абсолютное спокойствие, последовал за охраной. Идя по коридорам, он прикидывал варианты внезапного отступления. Продумывал пути отхода.

– В крайнем случае, убью всех, – резюмировал он. – Мальчишку посадят, а я найду новое тело.

Хитро подмигнув своим мыслям, а заодно и охраннику, открывшему ему дверь, охотник зашёл в кабинет.

За столом у окна сидела женщина лет сорока-сорока пяти в очках, сосредоточенно заполняя какие-то бумаги. На черных как смоль волосах, забранных в высокий аккуратный пучок, виднелась седина. Легкая полнота фигуру хозяйки дома удовольствий совсем не портила. Наоборот придавала некоторой миловидности, сглаживая резкие, угловатые черты. Платье из темно-синей материи, не смотря на дороговизну ткани и хорошее качество пошива, совсем ей не шло. Она будто прятала себя за ним, чтобы не привлекать лишнего внимания.

– Приношу свои извинения, мистер Морриган. Вы желанный гость в нашем доме. Но мы должны заботиться обо всех наших клиентах и их комфорте. Сегодня ночью на ваш номер было много жалоб. Я не могу их игнорировать. Предлагаю вам сменить комнату на дальнюю, где вы никого не сможете побеспокоить, – подняв на него глаза, ровным, спокойным тоном сказала она.

Кайл смотрел на нее, но толком не слушал, что она говорит. Больше его интересовала сама женщина. Было в ней что-то неправильное, что вызывало в нем протест. Ей явно было безразлично, что тут происходит.

Охотник прошел дальше в кабинет, лениво осматривая владелицу. Сел прямо на ее бумаги. Она удивлённо вскинула на него взор.

– Мистер Морриган... Вашу комнату могут подготовить прямо сейчас. И, будьте добры, слезьте с моего стола, – без каких-либо эмоций, как неживая, отчеканила она.

Кайл устало вздохнул, не переставая изучать новую знакомую. Задумчиво покосился в окно за ее спиной. Он не понимал, как можно загонять себя в рабство добровольно. А ничем кроме как рабством он не мог назвать ее положение. Весь ее вид говорил, что ничего кроме работы она не видит. Огонь в глазах затух, не оставив даже проблеска надежды. Ее словно выключили, превратив в говорящую статую. В ней не осталось жизни. Только обязанности. Всем должна, кроме себя. И ее некому спасти. Так же как было некому в свое время спасти его. Но этот мир устроен так, что шанс на спасение есть у всех и всегда. Вопрос лишь в том, воспользуются им или просрут.

Кайл почувствовал себя в клетке. Будто снова оказался в той тюрьме, мучимый пытками и бесконечной рутиной. Только уже с ней. Ему это чувство совсем не понравилось. Захотелось стереть с лица женщины выражение полного безразличия к жизни. Зажечь в ней потухшее пламя и наблюдать, как оно разгорается все ярче и ярче. А в том, что оно загорится, охотник не сомневался.

– Что ты здесь делаешь?

Он вперился в хозяйку борделя требовательным взглядом в ожидании ответа. Хотя он прекрасно знал, каким он будет.

– Работаю, мистер Морриган, – они произнесли эту фразу одновременно и так слаженно, будто до этого не один день тренировались.

Она удивленно уставилась на него снизу-вверх. Через пару секунд моргнула, быстро собралась и вернула себе холодную выдержку, которая так раздражала.

– Не знаю, чего вы хотели этим добиться, но у вас ничего не получилось. Теперь я могу вернуться к работе?

– Можешь… Но сначала… – Кайл наклонился вплотную к ее лицу, удерживая ее взгляд. – Скажи мне, зачем?

– Я здесь работаю, мистер Морриган. И работать, представьте себе, входит в мои обязанности. А если вам скучно, у нас еще много свободных девушек, которые эту скуку развеют, – тоном строгой учительницы ответила женщина.

Кайл с невозмутимым видом взял ее за запястье и замер, внимательно глядя на часы. Его собеседница открыла рот, чтобы что-то сказать, но он качнул головой, приказывая молчать.

– Надо же…живая… Пульс есть. А на вопрос ответить не может. Заладила, я тут работаю – я тут работаю. Вопрос звучал: заче-е-е-м? – Он помахал рукой прямо перед лицом упрямицы, чтобы та вышла из своего образа чопорной тетки.

– Не вижу смысла в этом разговоре. Вы устали, мистер Морриган. Настоятельно рекомендую вам хорошо отдохнуть.

Недовольно поджав губы, она поправила очки. Аккуратно вытащила из-под зада Кайла одну из своих бумажек и продолжила что-то писать, усиленно делая вид, что его здесь нет.

Кайл заозирался по сторонам. Жрать хотелось нестерпимо после ночи с той девкой, но на столе стояла только ваза с фруктами. Взяв яблочко, Кайл небрежно вытер его об рубашку. Полюбовался им со всех сторон и кинул обратно. Вытащил раскладной нож. Медленно, напоказ, чтобы эта замороженная заметила.

Женщина скосила глаза в сторону оружия. Напряглась, но явно старалась не показать испуга. Кайл заметил, как ее рука осторожно тянется к ящику стола. Тогда он вскочил и резко выбил из-под нее стул. Ловко подхватил свободной рукой, не дав упасть, и припечатал спиной к стене.

– Только пикни, работяга, – тесно прижавшись к ней, прошептал он на ушко и приставил к горлу нож. – А теперь слушай меня внимательно. Я не люблю повторять вопросы. Зачем?

Хозяйка борделя нервно сглотнула. Натянулась, как струна. Благодаря годами выработанной выдержке она держалась стойко, но сбивчивое дыхание и расширенные зрачки выдавали страх. Ее опасливый взгляд блуждал от ножа к лицу Кайла, затем к двери. Охотник наблюдал за ней, читая как раскрытую книгу – ищет пути отхода. Но их нет.

– Потому что я должна, – догадавшись, что тянуть с ответом не стоит, бросила она.

– Кому? – весело поигрывая холодным оружием перед ее носом, поинтересовался Кайл.

– Всем. Своим подчиненным, клиентам…

– Классика. Не работаешь – жить не на что. Работаешь – жить некогда. А теперь, я тебя поздравляю. Сегодня ты умрешь. Сегодня ты станешь свободной.

Кайл занес над ней нож. В темно-карих глазах женщины мелькнул ужас. Она вцепилась в запястье охотника обеими руками в попытке спастись. Оттолкнулась от стены и всем весом навалилась на него, вынуждая пятиться к столу. Кайл запнулся об ножку стула, валяющегося на полу, и начал терять равновесие, но это сыграло ему на руку. Потянув на себя хозяйку борделя, он ловко извернулся и уложил ее спиной на столешницу, подмяв под себя.

– Люди начинают ценить свою жизнь, только когда посмотрят в глаза смерти. Только когда понимают, что жизнь конечна. Твоя жизнь может кончиться сейчас. А может лет через двадцать. Зачем ты борешься, сопротивляешься? Чтобы дальше прятаться за своими бумажками? Зачем тебе жить? Какая разница, когда ты сдохнешь? Думаешь, тебе замену не найдут? – ядовито пророкотал ей в лицо. – Ты считаешь себя тут начальницей. Но ты самая ничтожная баба. Потому что даже бабы в тебе не осталось.

Кайл вцепился в ее губы, все сильнее вжимая хозяйку борделя в деревянную поверхность. Она задергалась, зарычала. Ее когти впились ему в шею. Боль прошила нижнюю губу, но охотнику это даже понравилось.

– Тебя, наверное, уже лет двадцать не целовали, – с довольным видом сплюнув собственную кровь в сторону, заключил он.

– Не твое дело, – отчеканила она.

– А чье? Может быть ее? – с силой схватив женщину за волосы на затылке, спросил он и повернул ее голову к зеркалу, висящему на стене. – Так расскажи ей, почему ты забила на нее? Что ты работаешь. Что жить тебе некогда. Давай-давай! Говори, ведьма!

Ведьма замерла, рассматривая свое отражение. С растрепанной прической, кровью журналиста на губах, распластанная этим самым журналистом на столе, она словно увидела себя в первый раз.

Кайл внимательно следил за изменениями на ее лице, но не отпускал.

Ровно в эту секунду дверь с грохотом отворилась настежь. На пороге возникли две внушительных фигуры охранника. Оценивая обстановку, они ошалело уставились на начальницу, которая даже не заметила вторжения в кабинет. Так и продолжала изучать свое отражение в зеркале, как заколдованная.

Кайл выпрямился и усмехнулся, когда два накачанных шкафа с угрожающим видом двинулись на него. Он уже был готов разобраться с ними сам, как спящая красавица, лежавшая перед ним, очнулась.

– Пошли вон! – рявкнула она, не отрываясь от зеркала.

– Но… – с сомнением протянул один из них.

– Я сказала…вон, – с нажимом повторила она, убирая с лица выбившуюся прядь волос.

Охранники, не хотя, вышли в коридор. Хлопнула дверь.

Хозяйка борделя медленно села. Ее взгляд все еще гулял от потрясения, но в нем плескалось что-то совсем новое, неизведанное. Она слегка наклонила голову, с интересом рассматривая лицо Кайла. И если сначала весь ее вид кричал о полном равнодушии ко всему окружающему, то сейчас понимание, как много она упустила по собственной воле, отчетливо читалось в выражении ее лица.

Кайл победно ухмыльнулся. Так и не тронутое им яблочко сиротливо лежало в вазе, которая чудом не упала на пол. Ножом он отрезал небольшой кусочек фрукта и поднес к губам женщины.

– Даже боюсь представить, как ты голодна, – протянул он и вложил сладкий плод в приоткрывшиеся уста.

Вчерашний вечер закончился для Димитриса внезапно. Он в какой-то момент будто выключился, а дальше… темнота. Калеб все-таки вытянул из скрытного волка информацию, но причину метаний и переживаний не понял. Опять затянул свою шарманку про то, что истинные пары – это лишь миф, который никак не должен влиять на собственный выбор.

На этом моменте память Димитриса и отрубилась. Зато пробуждение вмиг вылечило головную боль и отрезвило. Трис очнулся в волчьем обличии. Поначалу он и не понял, почему ему так жарко и тяжело дышать. Но стоило открыть глаза, как тут же захотелось закрыть их обратно. В объятиях льва он еще не просыпался. Не дай Луна кто-то узнает!

На миг мысли потянуло совсем не в ту сторону. Нет уж! Никаких романтических экспериментов с кошаком не могло и быть не может. Но вопрос – почему они с другом уснули в обнимку, да еще и в зверином обличии, так и висел в воздухе.

Димитрис недовольно рыкнул и дернулся в попытке вылезти из-под тяжелой львиной туши. Калеб отпускать его не захотел. Навалился на него еще больше, еще и своей огромной, когтистой лапой придавил ему нос. Самое больное место между прочим! И вообще, что за нежности такие?!

Волк огрызнулся, клацнул челюстями прямо у носа Калеба. Снова попробовал освободиться из нежного львиного плена, но кошак неожиданно рыкнул так громко, что бедняга чуть не оглох и на пару мгновений выпал из реальности. Зато мохнатый в ту же секунду сладко засопел, будто ничего не было.

– Нет, ну это уже слишком! – подумал Димитрис, ловко извернулся и с грозным рыком вцепился льву в горло. Несильно, но ощутимо.

Правда по силе волку с царем зверей не тягаться, поэтому уже через мгновение Калеб прижал друга спиной к полу и навалился сверху всем своим весом. Зато хоть проснулся! Мотнул тряхнул своей густой гривой, лениво зевнул и, наконец-то, освободил пленника.

Выглядел он невозмутимо. Похоже, его совсем не удивило, что ночь он провел в обнимку с волком. Он потянулся, махнул кисточкой на хвосте и ушел в ванную. Только сейчас Димитрис понял, что находится в кошачьем логове. На идеально застеленной кровати лежала аккуратная стопка из его одежды. А на тумбочке стоял стакан с водой и таблетка.

– Надо же, какой заботливый, – проворчал мысленно Димитрис и обратился, пока не вернулся Калеб.

Не хотелось светить перед ним голым задом. Они и так слишком далеко зашли. Голова гудела, во рту образовалась самая настоящая пустыня. Натянув свои вещи, Димитрис закинул в рот таблетку, залпом опрокинул в себя стакан воды и плюхнулся на кровать. Он никак не мог понять, с чего вдруг его накрыло такое похмелье. Оборотни и слово-то такое знают лишь в теории. Чем таким убойным мохнатый его вчера напоил? А самое главное зачем?

– Рад, что ты, наконец, протрезвел, – весело протянул Калеб, выйдя из ванной спустя минут двадцать.

– Избавь меня от этого зрелища, – простонал Димитрис, закрыв глаза рукой. – Мог бы хоть одеться для приличия. В твоем семействе все без комплексов?

– После утреннего душа кожа должна дышать. Ты, конечно, мой гость, но ради тебя отказываться от своих привычек я не собираюсь, – усмехнулся Калеб, поправляя полотенце на бедрах. – Ты не хочешь освежиться?

– Явно не здесь, – фыркнул Димитрис.

– Друг мой, пока ты не научишься брать от жизни все, жить ты не начнешь.

– А сейчас я, по –твоему, не живу?

– Сейчас ты существуешь. Ты даже не можешь принять свою тягу к женщине. Будешь мучиться, страдать, но ни за что не попытаешься начать с ней отношения. Будто тебя за это убьют.

– Я…

– Зато твой волк уже давно считает ее своей самкой. И если бы не я, ты бы проснулся на ее крыльце. Ну… или в канаве. Сомневаюсь, что визит озабоченной собачатины ее бы взволновал и приятно порадовал.

– Сейчас договоришься!

– И что ты мне сделаешь? Заноешь насмерть? – посмеиваясь, парировал Калеб.

– Когда это я ныл?

– Уже не помнишь? Ну ладно, так уж и быть, сделаю вид, что ничего не было. А ты мог бы и спасибо сказать, что всю ночь тебя удерживал от самого идиотского поступка в твоей жизни.

– Спасибо, – не стал спорить Димитрис.

Если его волк захватил контроль и порывался навестить Бри… Он даже подумать боялся, к каким последствиям это могло привести. Но с другой стороны, если бы Калеб не напоил его непонятно чем, то он бы и не сорвался. Что тут же предъявил другу.

– Тебе нужно было расслабить мозг. А то слишком много думаешь, – пожал плечами кошак. – Ну так что? Продолжишь сам от себя бегать или все-таки мужика включишь?

– Во-первых, чем ты меня напоил? А во-вторых, у Бри есть мужчина. Он мне, конечно, не нравится, но я не стану влезать в чужие отношения.

– Во-первых, это была моя личная настойка. Специально для оборотней придумал. Забористая, да? – с гордостью пояснил Калеб. – А во-вторых, ты уже влез, когда поцеловал ее. И то, что ты смылся, даже хорошо. Теперь ты у нее в голове, она пытается анализировать твой поступок. Правда, скорее всего, ты после этого выглядишь трусовато, но если перестанешь строить из себя нежную, пугливую деву, то еще можешь исправить ситуацию.

– Ты теперь моим психологом заделался? А сам-то боролся за женщину, которая нравится?

– На Алишу намекаешь? Там истинная пара…

– Ты же не веришь в это.

– Не верю. Но если они верят, то у меня там шансов нет. А вот у тебя все по-другому.

– Ну да, конечно. Со стороны всегда говорить проще, – съязвил Димитрис. – Я должен вернуться в стаю.

– Проспись хорошенько, а потом подумай. Твою машину уже эвакуировали на территорию стаи. Я тебя сам отвезу.

***

Алиша проснулась в прекрасном настроении. Уже несколько дней она жила в доме Логана и с каждой секундой влюблялась в него еще сильнее. Еще и мама, наконец-то, находилась рядом. Казалось, жизнь прекрасна и наладилась, но висящая в воздухе угроза в виде могущественного охотника, не давала покоя. Скрывать от Логана его появление становилось все сложнее, а Лорейн до сих пор так и не вышла на связь. Все это омрачало счастье волчицы, и ее волк это чувствовал.

– Ты снова задумчиво смотришь в окно, – констатировал Логан, обняв Алишу со спины. – И скрываешь от меня свои мысли. Мне стоит беспокоиться?

– Я еще не до конца пришла в себя…

– Это я уже слышал. – Логан бережно убрал волосы с шеи своей пары и нежно коснулся губами бьющейся жилки. – Мне казалось, проблемы с доверием мы с тобой разрешили.

– Так и есть, – прикрыв глаза, промямлила Алиша.

Ей не хотелось врать любимому, но страх за сына подруги не позволял рассказать правду. С другой стороны, волчица понимала – выброс силы Кори повлечет за собой последствия. А именно – скоро в Сноридж хлынут толпы охотников, а это уже угроза не только для мальчика, но и для всех оборотней города.

– Я могу применить к тебе пытки, – вибрирующим, возбуждающим голосом предупредил альфа, забираясь горячими ладонями под ее свитер. – И тогда ты мне все расскажешь, – осторожно прикусил ее плечо.

– Скорее наоборот… Твои пытки для меня слишком приятны, – с придыханием парировала Алиша, чуть ли не мурлыкая от удовольствия.

– Тогда придется лишить тебя моих пыток, пока во всем не сознаешься, – довольно проворчал сексуальный искуситель.

– Не забывай, что я могу применить к тебе свои пытки.

– По-моему, наш разговор зашел в тупик, который можно преодолеть только взаимными пытками.

Логан резко развернул Алишу к себе, подхватил и усадил на подоконник. Буквально набросился на ее губы в пожирающем поцелуе. Грубо, беспощадно. Словно наказывал за то, что скрывала от него правду. Его пальцы впились нежную кожу бедер до легкой и в тоже время приятной боли.

– Ты еще и без белья, соблазнительница, – покрывая жадными поцелуями шею Алиши, проурчал Логан, массируя ее уже набухший от желания бугорок.

– Сам же просил ходить по твоему дому либо голой, либо…

– Лучше голой, – перебил пару Логан и тут же заткнул ее рот поцелуем, продолжая творить с ней своими ловкими пальцами что-то невообразимое.

Алиша стонала от возбуждения. С ума сходила от желания соединиться со своей парой в одно целое. Логан словно прочитал ее мысли и опустился вниз. Прошелся нежными, будоражащими поцелуями по внутренней части бедра и…отстранился.

– Логан? – не понимая, что сделала не так, спросила Алиша.

– У нас много дел, – отрезал альфа и поднялся.

– Ты серьезно?

– Абсолютно.

– Логан, это…

– Жестоко? Наверное. Но не более, чем твое недоверие.

– Но дело же не в этом!

– А в чем тогда?! – выкрикнул Логан.

– Не заставляй меня…

– Даже не думал, – бросил волк, развернулся и вышел из комнаты.

Алиша тяжело вздохнула и бессильно потерла лицо ладонями. Хранить секреты от своей пары невыносимо. Но и подвергнуть опасности жизнь подростка она тоже не могла. Оставалось только ждать появления Лорейн.

– Надеюсь ты скоро дашь о себе знать, Лорейн, – пробурчала волчица и соскользнула с подоконника.

Пытаться наладить отношения с Логаном гиблое дело. По крайней мере сейчас. Алиша знала, что пока не будет готова к открытому, честному разговору, ее волк на примирение не пойдет. Ее принципиальный альфа-самец мог уступить во многом, но здесь занял принципиальную позицию и от нее не отступит. Впрочем, на его месте волчица и сама бы не успокоилась, пока не узнала, что так гнетет любимого. Здесь ни лаской, ни поцелуями ничего не исправить. Только честностью и полным доверием. Вот только честность сейчас для нее была непозволительной роскошью.

Алиша с грустью посмотрела в окно и увидела, как возле дома Димитриса паркуется машина Калеба. Правда сам он так и не вышел. Лишь спустя пару минут пассажирская дверь открылась и оттуда показалась белобрысая макушка беты.

– А вот с тобой нам пора поговорить, – воинственно прищурилась Алиша.

Бри вчера так и не рассказала, что у них с Димитрисом произошло. Но оба после нескольких минут, проведенных наедине, вели себя неадекватно. Пора все прояснить. Алиша искренне переживала за подругу, у которой и так в жизни намечалась очередная полоса испытаний. И если Димитрис собирается бедняжке этих испытаний добавить, то его пушистый хвост очень сильно пострадает.

Решительным шагом Алиша отправилась в спальню, переоделась и помчалась в гости к Димитрису с четким намерением устроить капитальный допрос. И пусть только попробует увильнуть!

Буквально через мгновение она постучала в его дверь. Никто не открыл. Тогда она начала стучать более настойчиво. Бета соизволил впустить ее только спустя несколько минут. Дверь отворилась, и Алише на секунду стало стыдно. Судя по мокрым волосам Димитриса и полотенцу, наспех завернутому на бедрах, она вытащила его из душа.

– Ой, – стыдливо прикрыла рот ладонью волчица.

– Я так понимаю, вопрос не требует отлагательств? – мрачно поинтересовался бета.

– Мне нужно с тобой поговорить, – опустив глаза, ответила Алиша. Надо же, как неудобно вышло.

– Проходи, но тебе придется подождать, – бессильно вздохнул он.

Алиша радостно кивнула и юркнула в дом. В гостях у Димитриса она еще не была и с интересом осмотрелась, пока бета заканчивал банные процедуры. Его холостяцкое логово оказалось очень даже уютным. Конечно, мебели минимум, но атмосфера царила достаточно приятная. По крайней мере в гостиной, которая была совмещена с кухней. Волчица расположилась на огромном мягком диване песочного цвета, покрутила в руках джойстик от игровой установки, полюбовалась картиной с океаном на стене, отметила идеальный порядок. Может быть к Димитрису кто-то приходит убираться? У него ведь толпы женщин, которых он меняет как перчатки, и о которых Алиша уже была наслышана от волчиц стаи. И большинство из них к местному ловеласу были настроены далеко не дружелюбно.

Именно это больше всего и пугало. Алиша искренне переживала за сердце подруги, которое могут снова разбить. Хватит ей пропавшего мужа охотника. Да и Тео со стороны казался довольно положительным мужчиной. Правда внутри при виде него что-то неприятно царапало. Волчице он не нравился, но по какой причине понять Алиша так и не смогла. Поэтому и к нему тоже пристально присматривалась. Однако Димитрис беспокоил ее гораздо больше.

– О чем ты хотела поговорить? – Бета появился в дверном проеме уже одетый.

Он прошел в комнату и плюхнулся на другую сторону дивана. Устало запрокинул голову на спинку и прикрыл глаза.

– Тяжелая ночь? – спросила Алиша.

– Тяжелая настойка Калеба, – усмехнулся Димитрис.

– Что вчера произошло у вас с Бри?

– А ты, смотрю, не любишь церемониться.

– Так ты ответишь?

– А у меня есть выбор?

– Долго будем вопросами обмениваться?

– Я, конечно, понимаю, что Луне отказывать нехорошо, но я не хочу это обсуждать с тобой.

– В первую очередь я твой друг. И, конечно, не стану приказывать делиться со мной, но…

– Я понимаю, Брианна твоя подруга, и ты волнуешься за нее. Вот у нее и спроси, что произошло.

– Но я хочу узнать твою версию событий.

Димитрис подался ближе к Алише и пристально уставился ей прямо в глаза.

– Она ведь тоже отказалась рассказывать. Поэтому ты пришла ко мне, – сделал вывод он.

– Я…

– Я ее поцеловал. Случайно. Больше такого не повторится. Все? Допрос можно считать оконченным?

– Как поцеловал? А она…

– Видимо нет, – закатил глаза бета.

– Зачем ты ее поцеловал, если не хочешь…

– Алиша, я тебе не подружка, которая готова тебе все выложить. Давай закончим этот разговор и вообще о нем забудем. У меня была тяжелая ночь, и я хочу спать.

– Димитрис, – строго глянула на бету Алиша. – С другими можешь делать, что хочешь, но Бри…

– Да-да, Бри не трогать. Я понял. Кстати, сюда идет Логан. Давай не будем раздувать из этой мелочи целый скандал, – ворчливо произнес он, указывая гостье взглядом на выход.

– Ты думаешь, я не вижу, как ты смотришь на нее? Ты сам себе веришь, что больше не…

– Рад был видеть вас в своем доме, Луна, – отрезал Димитрис, толсто намекая, что обсуждать тему поцелуев больше не намерен.

Ровно в этот момент раздался стук в дверь. Алиша разочарованно фыркнула и пошла открывать. Наивная. Она ведь действительно думала, что Димитрис будет с ней откровенен. С чего так решила?

Зато Логан не выдержал и пошел за ней. Значит, не все так плохо. В душе Алиши заметно потеплело, а на лице против воли расползлась мечтательная улыбка.

– Я знала, что ты оттаешь, – выскочив на улицу, пропела она и потянулась к альфе, чтобы обнять, но тот придержал ее за плечи.

– Я все сказал, – холодно бросил он, обошел волчицу, зашел в дом и закрыл за собой дверь.

– Вот и поговорили, – повесив нос, пробурчала Алиша.

Она насупилась, обиженно посмотрела на дверь и, сжав кулаки, потопала домой.

– Упрямый! Какой же ты упрямый! – ругала она Логана на всем протяжении своего пути. И не заметила, что на террасе ее поджидает мама.

– Поругались? – осторожно спросила Нами.

– А? Что?

– Истинная пара не уберегает от ссор и недопонимания, к сожалению. Даже наоборот, истинные ругаются гораздо чаще и яростнее, чем обычные влюбленные.

– Вы с папой тоже? – удивленно спросила Алиша.

– О-о-о, мы с твоим папой были взрывоопасной парочкой. Посуда у нас в доме надолго не задерживалась, – с улыбкой ответила Нами. – Но долго мы друг без друга не могли. Как яростно мы ссорились, так же бурно мы мирились.

– У нас, по сути, и не ссора. Я виновата, но пока не могу ничего исправить.

– Вы с этим справитесь. Логан достойный волк.

– Самый достойный, – подтвердила Алиша. – Можем позавтракать в кондитерской или у нас. Я вчера утащила с собой несколько пирожных.

– Я хотела поговорить с тобой. И…

– Поняла, значит у нас, – подмигнула маме Алиша и открыла перед ней дверь.

Они расположились на кухне. Алиша заметно нервничала. Не любила все эти фразы, вроде «нам нужно поговорить». Как правило, они заканчивались не особо приятными новостями. Но волчица зря переживала. Новость была самая радостная.

– Кириан сделал мне предложение, – смущенно улыбнулась Нами.

– Правда? Это же замечательно!

– Да, но…

– Только не говори, что отказала ему, – обреченно вздохнула Алиша.

– Я сказала, что подумаю.

– Мама!

– Милая, все так сложно… Я…

– Не любишь его?

– Люблю, очень люблю. Если бы не он, я бы точно свихнулась, пока меня держали в плену.

– Тогда почему сомневаешься, мам?

– Как раз поэтому.

– Ничего не понимаю… Сомневаешься, соглашаться или нет потому, что любишь? Как-то это…

– А что, если с ним случится тоже, что с твоим отцом? Ведь он погиб из-за меня…

– То, что ты оказалась похожей на пару какого-то психа, не делает тебя виноватой. А Кириан…

– Он замечательный. Очень внимательный и…

– Тогда не думай. Ты имеешь полное право на счастье.

– Но в моем сердце до сих пор…

– Кириан никогда не заменит тебе папу. И ты никогда не забудешь свою пару. Но я уверена… Папа хотел бы для тебя счастья. Тем более ты влюблена. Разве это не чудо? – Алиша подвинула стул ближе к маме и обняла ее. – Ты столько страдала. Пора уже забыть о проблемах, обо мне и жить для себя.

– Это так сложно.

– Просто доверься своему мужчине. Он никому не даст тебя в обиду, и я ему доверяю полностью.

– Он предложил переехать сюда, чтобы я была рядом с тобой и не волновалась.

– И ты еще думаешь? Мам, все. Все закончилось. Курта больше нет. И мне больше ничего не угрожает, – соврала Алиша.

Охотник был еще какой угрозой. И не только для нее. Находиться в стае теперь было опасно. И переезд Нами к Кириану виделся ей очень удачным и правильным шагом. Ее мама испытала достаточно лишений и несчастий, чтобы думать еще и об этом.

– У меня самая прекрасная дочь, – Нами тепло обняла ее в ответ. – Ты права. Я должна хотя бы попробовать. Прямо сейчас пойду к нему и соглашусь.

– Ну вот, другое дело. Ты же у меня бесстрашная и отчаянная. Не вздумай больше бояться несуществующих проблем. Я тебе еще и пирожные с собой дам. Отметите как следует радостное событие.

После разговора с матерью, Алиша заметно повеселела. Хоть у кого-то все наладилось. Она проводила родительницу и подошла к окну. Логан от Димитриса до сих пор не ушел. Интересно, что они там обсуждают? Может быть альфа сможет что-нибудь узнать об их ситуации с Брианной?

Ход мыслей прервало пришедшее на телефон сообщение. Наконец-то Лорейн вышла на связь. Она прислала адрес, куда они с Бри должны подъехать вечером.