Тайина

ГЛАВА 1. 

            «В наш мир, уставший жить без магии, вернется она только когда таск-не таск, полный любви, но лишённый знания, пойдёт за назначенным в мир безрогих. Так повелела Богиня наша, пожалев седов, молящихся ей днями и ночами без устали».
Великий Храм мира. Ночь. Предвидение седа второго круга Ахимира от 8036 года, пятого дня начала дождей в Сульмской долине.

Подросток в серой хламиде прикусил губу, ему не скоро будут приходить такие видения, мал ещё. Пока он мог лишь читать предсказание мастера второго круга. Он помнил, как три дня назад мастер Ахимир с помощью двух молодых храмовников смог-таки взобраться на лошадь, гружёную собранным в дорогу скарбом. Однако, что ж поделаешь, подросток вытер нос рукавом и пожал плечами, кому предвидение явилось, тому и помогать ему свершиться. Ведь только тот и понимает всё, что сделать надо для его наступления. А бывает ведь, сорвать надо момент, чтобы не допустить беды.

Молодой храмовник поднял ладонь над прочитанным, и Первая книга седов, в которой записывались все предсказания, открыла чистый лист. Сейчас он даже жалел, что рассказал своему мастеру об утреннем видении. Однако мастер суров, узнал бы о сокрытии, побил бы тонкими прутьями. Ведь всякое предвидение пользу миру несет, так он приговаривал, поучая одаренных.

Подросток взял перо и старательно вывел на чистом листе:
«Прилетит насекомое пушистое с толстым брюхом, будет оно жужжать, не переставая. За ним следом появятся четырнадцать подобных ему. И сядут они на сладкую поверхность, и провалятся толстыми брюшинами, и увязнут их мохнатые лапки, и полетит с крыльев пыльца горькая, что испортит труд храмовников, и оскудеет стол на ближайшую холодную пору. Испорчена будет большая кадка с вареньем».
Великий Храм мира. Утро. Предвидение седа двенадцатого круга Полифера от 8036 года, десятого дня начала дождей в Сульмской долине.

Осторожно закрыв драгоценную книгу, Полифер подошёл к постаменту, на котором покоилась Вторая Книга седов. Юный храмовник расправил над ней ладонь, точно зная, что книга сама откроется на нужной странице. Тяжелая обложка откинулась, листы зашуршали и успокоились, оставляя мальчику чистую страницу, где он старательно вывел:
«Непоправимая беда не свершилась. Волею Богини нашего мира не оскудеют столы в холодную пору, и труд многих храмовников не окажется напрасен. Мной, ниже написавшим своё храмовое имя, предотвращена порча вкусного варенья, а также гибель насекомых, что пользу цветениям приносят, в количестве пятнадцати штук. Большая кадка с вареньем плотно закрыта крышкой.»
Великий Храм мира. День. Отчёт о проделанном седа двенадцатого круга Полифера от 8036 года, десятого дня начала дождей в Сульмской долине.

Книга закрылась быстро, подтверждая правдивость написанного, в чём юный сед и не сомневался, а когда яркий свет, льющийся сверху, слегка приглушился, в голове Полифера проскользнула недостойная мыслишка о добавке варенья за спасение сладости. Он слегка потряс головой, прогоняя её и стараясь думать о чем-то более важном, например, о мастере Ахимире. Справится ли он? Однако к чему сомнения, ведь каждый в Храме знает, что пока сед не выполнит предназначенное Богиней и не запишет отчёт о проделанной работе во Вторую Книгу — не умрёт. Пусть на это уйдёт и целая жизнь демона.

***

Яна.

Белоснежные шапки горных вершин… Они кажутся таинственными, непостижимыми. Рождаются и умирают государства, империи, начинаются и заканчиваются войны, а горы — молчаливые свидетели всему, что происходит в мире — безмолвно стоят, и сто лет, и тысячу, и намного больше. Сколько тайн они хранят в себе? Вряд ли люди когда-то узнают это.

Сзади раздался радостный крик и отвлёк меня от созерцания величественных исполинов, утопающих в сизом тумане. Невольно потянулась, вдыхая чистейший воздух. Возвращаться в здание гостиничного комплекса не хотелось, но находиться здесь тоже не выход. Пока проходила мимо шумной компании парней и девушек, немного отвлеклась от мыслей, которые в последнее время не давали покоя. Похоже, эта компания только вернулась с одного из самых сложных горнолыжных маршрутов, и теперь они весело делились впечатлениями, заодно строя планы на завтра. К ним в компанию что ли напроситься? Нет, не получится. В номере меня ждал Влад, и ссориться совершенно не хотелось.

Познакомились мы с ним на свадьбе подруги, Светки Бондарёвой. Влад пришёл с другом жениха. Красивый, обаятельный, он нравился всем, только я почему-то не очаровалась, наверное, поэтому он решил завоевать меня. Да, завоевать. А как еще по-другому назвать его звонки, приглашения, цветы, милые подарки, неожиданные, будто бы случайные встречи? Вот и добился своего. Конечно, я сдалась. Мне показалось — вот она, та самая, настоящая любовь, и, конечно, это он, единственный, самый-самый в мире.

Но… шло время, и постепенно что-то менялось. Многое я поняла только недавно. Тогда же, находясь в любовном тумане, не осознавала всего происходящего. Сейчас, будто перематывая события назад, поняла, как же сильно я ошибалась, как увязла в мечтаниях и совсем забыла о реальности.

Мы встречались почти год, и, конечно, я думала, что у нас будет семья, что вот-вот он сделает мне предложение. Невероятно, какой же глупой я была! Вроде не хотелось торопить его. Мне казалось, что он спешит и движется к этому сам. Квартиру купил, ремонт скромный сделал, мебели пока только диван и стол на кухне, но ничего, это всё наживное.

Одно время за город ездил, дачу, что досталась ему в наследство от деда, облагораживал. Говорил, ремонт там делает, что-то достраивает-перестраивает. Я только кивала, думая, что он для нас старается, дача для детей очень даже пригодится. Поэтому терпела, когда он пропадал там днями и ночами, а порой и неделями.

Попробовала как-то сказать, что тоже хочу поучаствовать, помочь, чем смогу, так нет, ему это не понравилось. Как-то вроде я с ним, а вроде и нет у меня никого. Светка на мои слова только отмахивалась, говорила, что я слишком капризная и должна понять Влада, не может он мне уделять так много внимания. Но разве я многого просила? Просто быть вместе. Ходить в кино или сидеть дома, просматривая любимые фильмы, может быть иногда посидеть в кафе или приготовить что-нибудь вкусненькое дома — не так важно. Главное, что вместе.

Именно Светка и купила нам эту путёвку, приговаривая, что поездка в горы обязательно помирит нас. Да мы вроде не ссорились. Ехать не хотелось. Наверное, где-то в глубине души я уже поняла, что отношения закончились и дальше нам не по пути, но почему-то признаться себе во всём этом не хватало смелости.

Влад нашёлся на первом этаже, в местном кафе-ресторане. Мне показалось, или рука моего, скорее всего, уже бывшего парня, соскользнула с бедра симпатичной блондинки, которая отходила от него? Боль кольнула изнутри и растеклась, оставляя тяжесть. Я потратила на этого человека столько времени.

Влад вроде бы улыбнулся мне и даже порадовал, сказав, что уже скоро принесут наш заказ. Улыбнулась в ответ, думаю, вышло слишком неестественно, но он ничего не заметил. Аппетита не было, а Влад весело трещал, без умолку, я же особо даже не вдавалась в смысл сказанного. Почему-то не покидало ощущение, что вся показная бравада предназначалась не мне, а той блондинке, что сидела за дальним столиком и мило улыбалась моему, наверное, всё же бывшему парню.

Вернулась в номер и поняла, что должна поговорить с ним. Мы взрослые люди, и можем решить всё, обговорив проблему, да? Ведь это так просто — взять и поговорить.

Слова не находились. Влад непонятно отчего суетился, примеряя рубашку и подбирая брюки для ужина. Почему-то в этот момент он показался мне ветром, или, точнее, ураганом, который я пытаюсь поймать, схватить руками, но он ускользает от меня. Я не знала, с чего начать. Сказать, что хочу семью, детей? Сказать, что уже присмотрела коляску? У неё большие колеса, и вообще она очень красивая. Или сказать, что уже сама не верю в наше совместное будущее?

— Влад, — получилось хрипло.

— Что, Янусик? — он вроде бы определился с рубашкой и выглядел довольным.

— Сядь, пожалуйста, я хочу поговорить с тобой.

— О чём? — Влад сел рядом, приглаживая густую каштановую чёлку. — Давай быстрее, мне ещё в душ надо.

Побыстрее, значит, ладно. Неожиданно я сказала совсем не то, что собиралась.

— Влад, я хочу ребёнка, — выдала я и порадовалась, что наконец-то нашла способ проверить его. Нужна я ему или нет? Может быть я ошибаюсь, и всё неправильно понимаю?

После моих слов глаза Влада удивлённо распахнулись. Не прошло нескольких секунд, как он выдал ответ, который вызвал шок уже у меня.
— Янусь, какой ребёнок? У нас с тобой? Ты о чём?

Да, шок это мягко сказано. Показалось, будто как-то внезапно в мире закончился весь воздух, а сердце проткнул железный лом.

— Ты не хочешь детей, семью? — с трудом выдала я.

— Яна, ну какие дети? Ты чего? Мы просто весело проводили время, без обязательств, — Влад вспылил и принялся возмущенно выговаривать мне вроде бы очевидные для него, но так непонятные мне вещи. — Ты знаешь, что нужно мне, я знаю, что нужно тебе. Или… Ты чего, замуж за меня захотела? Ну ты, Янка, даёшь! Хотя, знаешь, если ты согласна, что я буду постоянно изменять тебе, то я готов подумать, — он прошёлся глазами по моему телу и мерзко ухмыльнулся.

Даже не знаю, как у меня получилось, но рука сама поднялась к его лицу. Замах, и моя ладонь оставила на его щеке красный след. Его ехидная ухмылка стояла перед глазами, в ушах звенел звук пощечины, я не выдержала, выскочила из номера и побежала, не разбирая дороги. Очнулась уже у домика с прокатом лыж и всего необходимого для спуска. То, что нужно! Сквозь туман душевной боли почти не слышала слов работника проката. Кажется, он говорил, что для спуска поздновато, если кататься, то только около домиков. Не знаю, вроде так, но всё это уже не важно. Почему так больно на сердце? Кажется, я ожидала нечто подобное, но оказалась не готова узнать правду. Я просто схватила первые попавшиеся лыжи, нацепила ботинки, очки, схватила палки и выехала, слушая бешено колотящееся сердце.

Снег искрился в лучах заходящего солнца, плавное скольжение успокаивало. Когда вернусь, нужно будет обязательно поблагодарить человека из проката за то, что так хорошо смазал лыжи. Я немного успокоилась. Чего нервничать? У меня есть институт, друзья, работа, отец, всё хорошо. Разочаровалась в парне — так будет мне урок на будущее. В следующий раз буду умнее. Хотя после всего, что случилось, я очень засомневалась, что этот следующий раз будет. Не знаю, как после этого можно поверить кому-либо. Наверно, достойные, честные и настоящие мужчины существуют только в кино, или в книгах, или в других мирах. Это просто выдуманный образ, таких мужчин нет!

На глаза выступили слёзы, кажется, я проехала какой-то указатель. Не успела прочитать, что там было написано, и вообще нужно возвращаться в номер. Влад наверняка ушёл завоевывать блондинку, хотя, вспомнив её взгляд, я поняла, что там все хлипкие бастионы давно пали, и награда ждёт победителя. Вряд ли я сегодня увижу своего бывшего парня, а утром соберусь и уеду.

Уже собиралась развернуться, но не тут то было. Дорога резко пошла под уклон, наметился слишком крутой спуск. Мне не справиться, я слишком неопытная лыжница. Пыталась затормозить, при этом потеряла одну из палок, стала пользоваться одной, чуть руку себе не вывернула. Слева замелькали деревья, я побоялась, что врежусь в них и направила лыжи вправо. О, нет, спуск стал еще круче! Снова какой-то указатель, не успела прочитать! Тогда я сделала единственное, что могла — завалилась набок, пытаясь тормозить руками. При падении сломалась одна лыжа, и что-то треснуло в ноге. Боль взорвалась, смешиваясь со страхом. Слишком крутой склон, моё тело двигалось по инерции вниз, а потом я резко выдохнула — меня несло в пропасть. Запаниковала, заскребла пальцами по снегу, пыталась тормозить здоровой ногой, всё зря. Дух перехватило, когда я ощутила, что лечу… Внизу виднелись острые, чёрные пики…

Как же я не люблю долго спать, потом всегда чувствую себя разбитой. Вот и сейчас, тело будто одеревенело, наверное так ощущал себя Буратино. Бедный Буратино, сочувствую. И тут вдруг в один миг в мозг хлынули воспоминания: лыжи, спуск, пропасть. Глаза пока не открывались, но раз я способна что-то вспоминать и даже думать, значит, меня спасли. Скорее всего, там оказалось не очень высоко, и упала я в снег, а не на острые пики. Повезло, бывает же такое.

Постепенно телу вернулась чувствительность. Рядом послышалось шуршание, и вроде прогнулась кровать, на которой я лежала. Врач? Точно, меня спасли.

«Не спасли», — поняла я, когда открыла глаза, ну или спасли как-то неправильно. На моей кровати сидела очень красивая девушка со смугловатой кожей, тёмно-русыми волосами, большими карими глазами с пушистыми ресницами и пухлыми розовыми губками. Вся такая тонкая, изящная. Чуть приглядевшись поняла, что не просто тонкая, а очень, просто очень исхудавшая. Впалые щёки и выпирающие на плечах кости доказывали это.

А на голове… Нет, это не со мной, я не верю…

Одежда из шелка непонятного фасона, просто какое-то переплетение широких полос ткани, плечи и руки открыты. Я от удивления присела, отодвигаясь поближе к подушке и огляделась. Роскошно, другого слова и не скажешь. На полу белый ковер с длинным ворсом, мебель из неизвестного мне темно-розового дерева, стены обиты тканью, украшенной растительным орнаментом и, похоже, вышитой золотыми нитями. Аккуратный дамский столик с зеркалом, а на нём множество стеклянных флаконов, может быть, духи или косметика. Где я?

Взгляд вернулся к девушке. Она, скрестив руки на груди, странно смотрела на меня, будто изучая. Всё бы ничего, может, я могла бы как-то объяснить своё видение. Ну так, чисто теоретически, если представить… Меня вылечили, потом я пошла в гости, там заснула… Нет, не получается. Даже так не получается. Тем более, когда у девушки, сидящей на моей кровати, голову украшают… рога! Да ещё и шесть штук! И уши! Что это за уши?!

Разум буксовал, шестеренки в мозгах не желали работать. Что произошло?

— Почему ты так смотришь на меня, сестричка? — спросила вдруг красавица. — У меня что, на голове седьмой рог вырос? — Ну, и чего молчишь? — моя, как она сказала, сестричка, надула губы и расширила глаза, ожидая ответ.

Я же совершенно растерялась. Перестав комкать одеяло, посмотрела на свои руки. О-у, это не моё! Эти руки хоть и тонкие, женские, но, даже не знаю, как выразиться, какие-то крепкие, они сильные даже на вид, хоть и очень худые, просто, как веточки. Нет, сами кости нормальные, но вот мяса, так сказать, на них наблюдается крайне мало. И, кошмар, конечно, но у меня на пальцах когти! Мощные такие коготки, как у тигра, наверное. Ладно хоть цвет приятный — серый. Я повертела рукой, вполне симпатично, маникюр делать не надо. О чём это я? Какой маникюр? У меня тут, похоже, серьезные проблемы! Вариантов несколько, точнее, примерно два. Либо я серьёзно повредила рассудок, тогда надежды на выздоровление нет, это точно, либо я… каким-то образом переместилась в другой мир и даже в другое тело. Как? Почему? На эти вопросы ответов нет. Я осторожно дотронулась до головы — у меня тоже есть рога! Финиш! И уши странные! Ужасные! Ещё и коса, примерно до пояса. Я перекинула её со спины, шикарные волосы, с каким-то сероватым оттенком, только чуть темнее, чем когти.

Сестричка занервничала, я судорожно сглотнула, пытаясь понять, как себя вести. Уже собираясь что-то сказать, наверняка какую-нибудь глупость, внезапно услышала ритмичные постукивания, где-то в районе пола. Расширенными от ужаса глазами я смотрела на девушку и думала, что наверняка в этом ненормальном мире живут ненормальные насекомые, и вот одно из них подобралось к нам, сейчас оно заберется на кровать. Моё воображение уже рисовала страшного маленького монстра. Однако девушка сидела спокойно и при виде моих метаний удивлённо приподнимала брови. А уж когда я не выдержала и наклонилась вниз, чтобы посмотреть на иноземного монстра, сестра и вовсе склонила голову набок. Моему удивлению не было предела: звуки издавал… хвост моей сестрички. Хвост? Да, как у львов, с большой пушистой кисточкой! Это и у меня что ли такой есть? Я выпрямилась и просунула руку назад, хм, пониже спины — у меня хвост! Я стала хвостатой и рогатой! После таких новостей очень бы хотелось упасть в обморок, но не получилось. Зато девушка напротив выглядела, наверное, не меньше меня удивлённой.

— Тайина, я, конечно, понимаю, ты упала в глубокий овраг, переломала себе двенадцать костей, потеряла много крови, порезалась о сухое дерево, но может хватит болеть? Уже целых пять дней прошло! Лекарь приходил, сказал, регенерация работает нормально, причин для беспокойства нет, а ты всё лежишь и лежишь!

— Тайина, — повторила я за сестрой, это теперь моё имя.

— М-да, регенерация идёт медленнее, чем мы думали, — сестричка задумчиво постучала тонким пальчиком по своей нижней губе. — Может быть, — растягивая слова проговорила она, — ты ещё что-нибудь скажешь?

— Как тебя зовут? — ну, вот, так и знала, что скажу глупость, сестра вон как глазки свои красивые выпучила.

— Та-ак, — выдала сестра и сощурилась, слегка приблизившись ко мне. — Знаешь ли, это уже не смешно. Сейчас обижусь и уйду, а ты тут сама разбирайся и с Днём выбора и с женихом своим престарелым.

— Нет, не уходи! — я испугалась, что она уйдёт, вскинула руку и немного придвинулась к девушке. — Я ничего не помню. Помоги мне, пожалуйста, — моя просьба, произнесённая шёпотом, произвела впечатление.

— Как ничего не помнишь? Совсем? — сестра вроде перестала сердиться.

— Совсем. Мы кто? — я дотронулась до своих рогов. — Как тебя зовут? Мы родные сестры? Кто из нас старше? Что за День выбора и престарелый жених? Расскажи, прошу, — вопросы полились один за другим. Мне очень хотелось узнать ответы на них, ведь это теперь моя жизнь.

Девушка резко поднялась и, периодически поглядывая на меня, заходила по комнате, от одной стены к другой и обратно. Я же смогла оценить прекрасную грацию, с которой двигалась моя сестра, а также рассмотреть платье целиком. Верх, как я смогла заметить раньше, состоял из лент, внизу — роскошная, широкая к низу, юбка в пол. Материал напоминал расплавленное золото и серебро, металл, будто живой, извивался, образуя причудливые узоры. Красиво! Кажется, внимание к юбке и выглядывающей из-под неё тёмной кисточки не осталось незамеченным.

— Если ты думаешь, что так сможешь отвадить своего жениха, то зря, — девушка вернулась к кровати и снова присела на неё. Держа гордую осанку, она выглядела серьёзной. — Возможно, тебя, потерявшую память, сочтут, скорее, больной, чем готовой к браку. Но, поверь, твоему драгоценному жениху совершенно на это наплевать. Главное, чтоб не заразная была. Если же моя сестра по имени Тайина, — сестра снова задумчиво постучала пальцем по нижней губе. — решила поиграть в непонятную игру… Что ж… Я поддержу тебя, но в разумных пределах! А пока пойду, — она сверкнула глазами и поднялась, но я снова остановила её.

— Нет, пожалуйста, не уходи, расскажи хоть что-нибудь.

— Ну, хорошо, — девушка слегка помедлила, но потом сдалась и тепло улыбнулась. — Главное, что хочу сказать тебе, ты моя любимая младшая сестричка, и я не отдам тебя этому старику, ишь чего захотел: взять в жены молодую девушку, которой ещё и ста двадцати нет!

— Мне ста двадцати нет? — удивилась я.

— Нет, замуж тебе можно, но рано! Ты ещё так молода! — воскликнула девушка. — Посмотри на меня, мне триста восемьдесят, и замуж я пока точно не собираюсь.

— Постой, — прервала я сестру. — Так как тебя зовут?

— Велира, — девушка снисходительно улыбнулась, демонстрируя белоснежную улыбку с приличного размера клыками. Я провела языком по своим зубам — у меня тоже такие. И всё-таки как этой девушке может быть триста восемьдесят?

— Хорошо, приятно познакомиться, — я улыбнулась в ответ и чуть не произнесла своё земное имя. — Продолжай, пожалуйста.

— Это всё странно, весь наш разговор. Почему же ты ничего не помнишь? — сестра о чём-то снова задумалась. — Знаешь, всё же считаю, что не нужно искать заговор там, где его нет, ведь я совсем не удивилась твоему падению. Если уж говорить начистоту, то ты часто, когда ходишь, путаешь правую и левую ногу, а тут ещё и твой хвост, он же совершенно не слушается тебя, так и норовит своевольничать! — Увидев моё удивление, она попыталась меня успокоить. — Ладно, не переживай. Ну подумаешь, упала, бывает. Сейчас же всё нормально? — Я слегка заторможенно кивнула, даже не знаю, можно ли мою ситуацию назвать нормальной. — Ну память потеряла, так ничего, вспомнишь, научишься, — она махнула рукой.

— Что за жених у меня, еще и престарелый? — спросила я.

— Жених? Так это уважаемый господин Сигидзар Гамурайти, родственник Повелителя, демон очень богатый и влиятельный, а еще возомнивший себя неизвестно кем, — Велира фыркнула, а я подумала, что мне никогда не выучить это странное имя, даже пытаться не буду.

— Ни за что, слышишь, ни за что я не позволю своей сестре выйти замуж за этого ужасного демона! Никогда! — сестра разнервничалась и сжала кулачки. — Я долго думала, что делать, — продолжила она. — Официально отец не может отказать ему, все- таки родственник Повелителя, к тому же господин Сигидзар говорит, что его сердце пронзили чувства к юной демонице, а в этом случае для тебя могут отменить День выбора. Волне возможно, — прошептала сестричка, — что он хочет выкрасть тебя, в общем любым способом добиться своего. Тебя нужно спрятать! Но куда? — она будто сникла. — Я хотела увезти тебя к таскам, там легко затеряться. Но помнишь, а, да, ты же не помнишь, так вот, в конце сезона листвы я ездила на отдых, в район лавовых островов, и там познакомилась с одним прекрасным демоном, мой Рамойти такой шикарный, ты даже не представляешь. Мы с ним почти не выходили из номера, так что я осталась без лавовых ванн, — Велира мечтательно вспоминала нечто прекрасное и, судя по всему, не очень-то расстроилась, оставшись без этих непонятных мне лавовых ванн. — Так вот, мы с ним и сейчас встречаемся, и пару дней назад я узнала, где он работает, до этого как-то не интересовалась. После этого я решила отставить в сторону тасков, у нас теперь другой план, подробности расскажу завтра, когда выедем с тобой. В общем, всё завтра. Собирайся, хотя вещи не бери, всё нужное там купим.

— Подожди, я почти ничего не поняла из того, что ты сказала, — вскочив с постели, я постаралась ухватить за руку вставшую с кровати сестру, но в глазах потемнело.

— Ты что? — возмутилась сестра. — Разве можно так резко вставать? А ну-ка ложись!

Пока я возвращалась на кровать, пытаясь справиться с головокружением, сестра налила мне воды из графина, стоящего на столике. Кажется, это то, что мне нужно, я залпом осушила кружку и попросила ещё. Вторая кружка была также быстро выпита.

— Не уходи, — попросила я, чувствуя, что глаза закрываются, навалилась усталость.

— Не переживай, Тайина, у твоих дверей стражники, дом охраняется. Завтра приедут отец с мамой, позавтракаем вместе. Надеюсь, ты всё вспомнишь, — Велира погладила меня по голове.

Я же, когда проваливалась в сон, думала о том, как сложно вспомнить то, чего не знаешь.

ГЛАВА 2. Яна

Завтракали втроём: мы с сестрой и мама, отец срочно отлучился по делам, он оказывается у нас первый советник Повелителя нашей страны под названием Радана. Это мне сестра утром сказала, когда я стояла перед зеркалом, рассматривая своё изображение и хлопая глазами. Трудно всё-таки принять, что теперь у тебя есть рога и хвост, да и вообще ты выглядишь совершенно иначе, ты демоница и тебе сто двадцать лет.

На вид я моложе себя прежней, личико милое, глаза большие, вид немного портят тёмные круги под глазами. И уши, конечно... Тело тоже, как у сестры, худое до невероятности. Не кормят их тут что ли? Или просто все демоницы не обладают пышными формами? А как насчёт демонов?

Пока рассматривала себя, мой собственный хвост, с огромной пушистой кисточкой, выписывал такие пляски, что я просто не переставала удивляться. Хвост сестры-то спокойно следовал за хозяйкой, не выказывая особого характера, а мой… Хм… Либо это что-то нервное, либо… ну не знаю.

Сестра, пока помогала мне одеваться, быстро, почти скороговоркой, инструктировала:

— Отца нет, там только мама. Обращайся к ней «матушка», глаза опускай, в упор не смотри, не перечь, она очень взрывная, если что ей не понравится, сразу сошлёт нас в заведение для благородных демониц, а там целыми днями вышивай и книжки читай, никакого веселья. Ты молчи, только кивай, если что. Поняла? Не удивляйся ничему. Если что, ты больная пока, плохо себя чувствуешь. Ну вроде готова, пойдём.

Я кивнула и провела рукой по своему платью, подобному тому, что было на сестре. Не знаю, что это за материал, но он оказался приятным на ощупь и слегка охлаждал тело. Велира схватила меня за руку и вывела из комнаты. Коридор оказался невероятно широким, наверное, здесь могли бы запросто поместиться три автомобиля. На полу вдоль стен стояли огромные железные чаши, в которых полыхал огонь. Сестра широко шагала и упорно тащила меня за собой.

— Матушка не любит, когда опаздывают, — приговаривала она, ускоряясь с каждым шагом.

Я же, несмотря на скорость передвижения, пыталась рассмотреть изображения на стенах. Рисовали, видимо, по сырой штукатурке, продавленные линии заполняли черной краской, детали раскрашивали белой и коричневой, других цветов не использовали. В основном были запечатлены картины быта, но и битвы тоже встречались.

У всех демонов чёрные волосы, у демониц — коричневые. Одежда в основном белого цвета. Все изображения схематичные, чем-то похожие на рисунки Древнего Египта. Однако вскоре я поняла, что так сильно зацепило меня. Не знаю как демоны — здесь на стенах они все сплошь здоровяки, нет, не такие, что кажется сейчас кожа от перенапряжения лопнет, а просто крепкие, мужественные, серьёзные, внушительные ребята с большими рогами, — а вот с демоницами несовпадение точно имелось.

На стенах они изображались очень даже красивыми, с аппетитными формами во всех нужных местах, и сзади и спереди. Никакой худобы. Грудь размера третьего, не меньше. Я потрогала свободной рукой свою… ну хоть бы единичку, и то с большой натяжкой, скорее тут ноль двадцать пять. Что ж такое-то? Моя теперешняя семья голодает? Хотя судя по такому коридору — вряд ли, ведь это каких же размеров дом! А почему тогда мы с Велирой такие худышки? Я снова повертела головой, стараясь при такой быстрой ходьбе рассмотреть стены. Но нет, как ни старалась, ни одной худой демоницы не увидела. Странно.

Сестра резко остановилась, и я со всей скорости впечаталась в неё.

— Рот закрой, — строго сказала она. — А то ольт залетит.

— К-кто? — я закрыла рот, клацнув зубами.

— Насекомое такое, неважно, — она нервно махнула рукой. — Помни, молчи и кивай. Сегодня ночью в Авере меня ждёт мой дорогой Рамойти, очень хочется успеть к нему.

Я кивнула и промолчала, хотя и хотелось спросить, что такое Авер. Рамойти я уже выучила, это парень сестры.

В столовую мы вошли медленно, склонив голову и ступая маленькими шажочками.

— О, девочки! — воскликнула демоница, когда заметила нас. Она стояла около стола, отдавая распоряжения прислуге — двум молоденьким демоницам, одетым в одинаковые длинные платья из простого материала, похожего на лён, на голове что-то вроде платков, намотанных так, что не видно волос, только рожки торчат. — Ваш отец уехал, будем завтракать без него, присаживайтесь.

Я пока шла к столу, осмотрелась. Большое помещение, стены, пол, потолок — всё из тёмного, почти чёрного камня. На стенах — какие-то перекрученные ветки, на первый взгляд кажется, что-либо вырезаны из белого камня, либо покрашены. Располагались они через каждые два метра, и наверное заменяли в местном понимании картины.

У стен — чаши с огнём. Странно, он вроде горит, но запаха, как у костра, нет. Вытянула шею, присмотрелась, там определённо лежало что-то типа дров. Может, просто местный вид топлива, не знаю. Стол длинный, широкий, с каменными ножками и деревянной столешницей.

— Итак, девочки, вечером ждём вас на ужин, — торжественно объявила матушка, когда мы уже сидели за столом, — к нам прибудет господин Сигидзар Гамурайти, — она выразительно посмотрела на меня. Глаз я почти не поднимала, но этот взгляд заметила, да и посмотреть на демоницу было крайне интересно. Первое, конечно, что бросилось в глаза это всё та же странная худоба. Как так? Почему? Только потом, присмотревшись, поняла ещё, что Велира явно очень похожа на мать.

— Отец вечером тоже будет, прошу не опаздывать.

— Конечно, — покорно ответила Велира, я же в ответ лишь кивнула, подумывая о том, что волноваться не о чем. Сестра ведь сказала, что не отдаст меня этому, как там его зовут, Сигизмунду Сигизмундову, так что пусть приходит, хоть посмотрю, от кого спасаюсь. Так что я отбросила эти мысли и полностью, сглатывая слюни от наполнивших столовую запахов, сосредоточилась на вкусной выпечке, жареных кусочках мяса и ароматном напитке, пахнущем травами.

— Если уж быть откровенной, — продолжила матушка, принимаясь за мясную нарезку, — я не в восторге от притязаний господина Сигидзара, мне бы всё-таки хотелось, чтобы ты сходила на День Выбора. Но его столь высокое положение… Это несомненно плюс. Наша семья точно будет под надёжной защитой от нападок некоторых противников вашего отца. Да и мало ли кто попадётся тебе на Дне выбора, вдруг кто-то совсем из отдалённой провинции! Нет, такого позора я не хочу! — мать разволновалась из-за своих собственных слов, я же чуть не подавилась, пытаясь понять, что значит «попадётся». Они что там, в рулетку играют? — А вот Велира, — продолжила она, — точно идёт! Хватит с меня! Мне надоели слухи о твоих «подвигах»!

— Матушка, это просто слухи, — попробовала возразить сестричка.

— Молчать! — демоница даже стукнула кулаком по столу. — Тебе родительский наказ! Ты идёшь на День выбора! У тебя год, чтобы закончить все свои любовные интрижки и приготовить платье, — уже спокойным тоном закончила она.

Я сидела, вжав голову в плечи и скосив глаза, наблюдала, как когти матушки царапают поверхность стола. Ох, и родительница! Надо бежать! Куда там сестра говорила? Хотя всё равно куда, главное, подальше отсюда.

— Хорошо, матушка, — покорно пробурчала Велира., склоняя голову и опуская глаза.

— Завтрак окончен, вечером вас жду! — почти торжественно произнесла наша матушка, и нам пришлось вставать из-за стола.

Велира направилась к выходу, я поплелась за ней, внутренне возмущаясь. Поесть нормально не дали. Так вот почему мы с сестрой такие худые! Хотя нет, демоница осталась, я осторожно обернулась, убедившись — да, сидит, ест. Чего она тогда тоже тонкая, как спичка?

Спросить у сестры не успела. Та довела меня до комнаты и куда-то быстро ускакала, сказав, что зайдёт за мной перед ужином.

Делать было нечего. Я легла на кровать, пытаясь осознать всю глубину… того положения, в которое попала. Как такое вообще возможно? Я умерла в своем мире и перенеслась в этот, в чужое тело. Получается, истинной хозяйки тела нет в живых. Как бы сильно мне не нравилась обретённая в этом мире сестра, но признаваться ей ни в коем случае не собиралась. Ни к чему это всё. Покачала головой, соглашаясь со своими мыслями, которые снова плавно свернули к прошлой жизни. Вряд ли кто-то там будет сильно переживать обо мне, и скучать тоже вряд ли кто будет. Может, пожалеют минуты три-пять, вот и вся скорбь. Печально повздыхав, не заметила, как заснула.

Разбудила Велира. Примчалась, как ураган.

— Ты спишь?! Вставай, надо собираться!

Пришлось подниматься, хотя именно сейчас очень хотелось поспать. Настроение на нуле, однако, как только вспомнила, что мне предстоит встреча с Сигизмундом, как его там, Сигизмундовичем, сразу взбодрилась. Впереди маячило неясное будущее, и нужно постараться, чтобы найти место в новой жизни.

Снова тот же зал с огромным столом. На этот раз мы вчетвером — к нам с матушкой добавился папа — ждали моего, так называемого, жениха. Отец оказался довольно приятным мужчиной. Высокий, большие витые рога, короткие волосы пепельного цвета. И тоже худой. Он искренне улыбнулся мне и распростёр руки для объятий.

— Как себя чувствуешь, Тайина? — спросил, слегка обнимая за плечи.

— Всё хорошо, — ответила я, чувствуя, что его забота совсем не показная. А ведь матушка даже не спросила о здоровье.

— Вот нужна была тебе эта семья лисков. Ну подумаешь, затопило бы их после дождя, ничего ведь страшного и непоправимого в нашей жизни не случилось бы, — принялся выговаривать мне отец, а я непонимающе хлопала глазами.

Пока отец отвлёкся на разговор с матушкой, Велира наклонилась ко мне и тихо пояснила:
— Лиски это такие крупные жуки. Около нашего оврага поселилась их большая семья, и ты, конечно же, пошла их спасать. Тайина, ты не представляешь, какой это позор. Демоны не спасают лисков! Что творится в твоей голове, сестрёнка?

— А вот и господин Сигидзар Гамурайти пожаловал! — громко произнёс отец, и все посмотрели на вошедшего. Отец с матерью тут же поднялись и направились к нему навстречу, обниматься и здороваться. Мы с сестрой встали рядом со столом. Моё сердце тревожно колотилось. Неужели родители бывшей владелицы этого тела согласны выдать свою юную дочь за этого... демона.

На вид пришедшему было лет шестьдесят пять, морщины прочно поселились на его, возможно когда-то красивом лице, рога выглядели бледными, тусклыми, почти безжизненными, короткие волосы полностью седые. Этот, как его, Сигизмунд был не просто худым, он был тощим! Если я раньше решила, что худоба это какая-то, так скажем, особенность нашей семьи, то теперь уже и не знала, что думать. Если бы я не видела рисунки, то вполне нормально приняла бы вид демонов, но сейчас это казалось очень странным. Хотя мало ли что случилось, может у них такая мода или эволюция, или ещё что.

— Ну зачем же так официально? — развел руки в стороны Сигизмунд, ехидно улыбаясь. — Как-никак скоро породнимся!

ГЛАВА 3. Яна.

Все дружно посмотрели на меня, и я почувствовала, как краснею. А стоило только представить первую брачную ночь с этим дедушкой, так и вовсе будто холодной водой облили. А ведь потом будет и вторая, и третья, и десятая. Бр-р! Спасите меня от такого счастья!

Отец с моим «женихом» о чём-то говорили, пока все усаживались за стол, матушка тоже участвовала, мы с сестрой молчали. Очень хотелось спросить у неё, когда бежим, но конечно не стала, не хватало ещё всё испортить.

Служанки, уже виденные утром, принесли блюда, добавляя к имевшимся на столе. Пахло жареным мясом, какими-то приправами и алкоголем, который с удовольствием поглощался нашими родителями и гостем. Не знаю, как сестра, но я очень хотела есть, и поэтому аккуратно, но настойчиво поглощала всё вкусное. Кроме мяса мне понравились пара салатов и какие-то овощи необычного вкуса, будто скрестили морковь и хвою. Почувствовав насыщение, я принялась за сладко-кислый компот из мелких красных ягод.

— Тайина, — Сигизмунд вдруг оторвался от разговора с отцом и в упор посмотрел на меня. — Я приготовил тебе сюрприз! Это, конечно, мелочь, но, думаю, тебе понравится. Заносите! — крикнул он, и все заинтересованно посмотрели на вход. В дверь впорхнула служанка. Она несла в руках большое блюдо, которое тут же разместила на середине стола. Все вежливо улыбнулись, и только я осталась в недоумении. И что это должно значить? На тарелке лежали какие-то огромные жучки, похожие на майские, если к ним добавить несколько скользких извивающихся хвостов. Что это делает на столе?

Я вопросительно посмотрела на старого демона, считающего, что он мой жених.

— О, ты невероятно красива, детка! — воскликнул он. — Очень хочу ускорить наш брак! Ты, вижу, удивлена? Да, наверное, догадалась. Я узнал, что ты упала в овраг из-за лисков, и вот, как видишь, — старик махнул костлявой рукой на тарелку и довольно улыбнулся, демонстрируя жёлтые неровные зубы, — велел собрать всё семейство, мы сейчас съедим всех виновников твоего падения. Отомстим, так сказать.

Не дожидаясь моей реакции, он рассмеялся и принялся накладывать в свою тарелку вполне живых жуков, политых красным соусом, а потом так же спешно закидывать их себе в рот.

— Люблю, когда они попискивают, — довольно оскалился он, а меня просто чуть не вывернуло наизнанку.

Жуки, и вправду, пищали, и мне стало очень жаль, пусть и не милых, но живых созданий, которых вот так запросто поглощали.

— Ну что же ты молчишь, дочка? — спросил отец. — Поблагодари господина Сигидзара Гамурайти, он ведь ради тебя старался.

Захотелось закрыть ладонями уши, чтобы не слышать писк умирающих существ, но я как-то сдержалась.

— Благодарю, — сухо произнесла я, аппетит пропал окончательно.

Старшее поколение демонов всерьёз напивалась, нам с сестрой приходилось сидеть и терпеть это. Этот старик, Сигизмунд, уже сверкал глазками и пьяно улыбался во все стороны. В один момент я увидела, как его внимание полностью переключилось на молоденькую демоницу-служанку. Он осмотрел её с головы до ног, особо уделив внимание некоторым важным частям тела и даже, как мне кажется, облизнулся. Увиденное показалось настолько отвратительным, что меня замутило. Отец с матушкой будто ничего не замечали, распевая оды восхваления сегодняшнему гостю.

— Ладно, мои дорогие, будущие родственники, — Сигизмунд вытер рот салфеткой и поднялся, резко покачнувшись, но сразу же восстановил равновесие. — Я хорошо провёл время, а теперь мне пора домой, — он снова покосился на служанку. — Дела домашние, так сказать, нужно за всем следить, особенно за прислугой, а то они становятся непослушными, — он гаденько улыбнулся, икнул и хихикнул, будто уходя в свои мысли.

— Мы проводим, — отец с матерью поднялись следом и, подхватив уважаемого гостя с двух сторон, последовали к выходу.

Не знаю, как сестра, но я сидела будто пришибленная. И вот за это меня отдают родители?

— Скажи, Велира, почему родители согласились отдать меня за это чудовище? — тихо спросила я сестру.

Та шикнула, покосившись на служанок, и схватила меня за руку:

— Пойдём.

Как только мы оказались в моей комнате, сестра даже и не подумала отвечать на мой вопрос, вместо этого развила бурную деятельность.

— Так, вызови служанок, вели им постелить постель, принести тёплой воды, чистое бельё, — она покусала губу. — Ещё вели, пусть заплетут тебе косу на ночь. Потом отошлёшь, скажешь, что ложишься спать, хочешь лечь пораньше. И пусть никто не беспокоит до самого утра. Я зайду, когда все улягутся, сразу же будем выбираться отсюда.

Сделав всё, как велела сестра, я стала ждать. Велира заявилась, когда начало темнеть, взяла за руку и повела какими-то непонятными коридорами, казавшимися бесконечными. Наконец, мы вышли на улицу, перед нами тут же появилась карета, запряжённая страшным ящером. От страха я попятилась назад. Сестре пришлось тащить меня силой и чуть ли не поднимать к к дверце, отчего я почти ввалилась внутрь.

Убедившись, что там никого нет, я поднялась с колен и присела на сиденье. Сестра в один миг оказалась рядом, недовольно пофыркала, косясь на меня, и мы сразу тронулись в путь.

— Кто за рулём? — тихо спросила я, но потом опомнилась. — Я имела в виду, кто… управляет ящером?

— Нанятый демон, ничего особенного, — Велира махнула рукой, а я выдохнула, повезло, она вроде бы не заметила моей оговорки.

Ехали мы долго, я заснула, сначала сидя, а потом легла демонице на колени. Ещё бы ноги вытянуть, было бы вообще здорово. Мерные покачивания и свежий ночной воздух подарили мне прекрасный сон.

— Просыпайся, засоня, — сестра провела рукой по моим волосам. — И как я об этом не подумала?

— Ты о чём? — не поняла я, моментально проснувшись.

— Расскажу позже, — Велира поджала губы. — Скоро рассвет, сейчас заселяемся в трактир. Ты там спокойно досыпаешь, а я иду к Рамойти, приду ближе к обеду.

Удивительно, но я спокойно поспала, и даже кошмары с участием моего престарелого жениха не мучили. Проснувшись, вышла с сестрой на завтрак и смогла рассмотреть, куда мы попали. В трактире, как и дома, всё говорило о том, что демоны любят размах. Тут тебе и широкие коридоры, и высокие потолки, и огромный зал-столовая. Планировка помещения оказалась совершенно неправильной формы. Какие-то колонны, боковые залы, повороты, столы, отделённые ширмами для нескольких посетителей, и огромные, длинные для больших компаний. При таком количестве едоков запахи стояли самые разные: пахло и выпечкой, и чем-то мясным, и травами, и кое-где даже алкоголем. С утра? Ну ладно, уже день.

Я вертела головой, пытаясь рассмотреть всех. Здесь впервые в новой жизни увидела молодых демонов. Они не выглядели истощёнными, но и здоровяками их назвать нельзя. Большие рога, широкие, витые, темно-коричневого, почти чёрного цвета. У всех короткие стрижки. Повсюду множество лиц, рога, хвосты, у меня закружилась голова, хорошо, что мы пришли.

Велира усадила меня за стол, стоящий в некотором отдалении от всех остальных. Нам тут же принесли завтрак: нечто похожее на толстые лепёшки, только с кусочками фруктов и травяной напиток. В огромном помещении было довольно шумно, так что мы могли спокойно поговорить.

— У тебя всё нормально? — спросила я сестру. Спрашивать, как она провела время вроде как неловко.

— Да, Рамойти не против помочь нам. Конечно не сразу, — сестра покусала губу, — но он согласился. Правда, есть одна проблема, и я не знаю, как ты отреагируешь.

— Какая? — фруктовые лепёшки оказались настолько вкусными, хорошо, что нам принесли большое блюдо с ними.

— Ну… — сестра отставила свою тарелку в сторону. — Понимаешь, Тая, я сначала не подумала, а потом подумала, — задумчиво произнесла сестра, я после такого даже есть перестала. — Самое трудное, — она запнулась, — нет, ты не согласишься.

— Ты сначала скажи, — лепёшки были забыты.

— Тебе придётся постричь волосы, — выдохнула Велира и, явно волнуясь, посмотрела на меня, ожидая моей реакции.

— Чего? — удивилась я. — И что в этом такого страшного?

Сестра как-то резко вдохнула и возмущённо выдохнула, приоткрыв рот:

— Ты не понимаешь, Тая, та длина, что у тебя есть… Эта коса с рождения, наши волосы растут медленно, а начиная примерно с семидесяти, их рост очень сильно замедляется. Если ты пострижёшься, то такая коса у тебя вырастет у тебя лет через триста. Да за это время к тебе ни один демон и близко не подойдёт, не говоря уже о каких-то серьёзных отношениях!

— Прекрасно! — воскликнула я и осеклась, кажется, мой крик привлёк к нам ненужное внимание. Серьёзные рогатые мужики, все как один, посмотрели на нас с интересом. Велира злобно оскалилась и тихо зарычала, чем в один миг остудила любопытство демонов. — О чём это мы? — я стала говорить тихо, чтобы больше не нарваться. — Ах, точно, ты не переживай об этом, серьёзные отношения с демоном меня как раз и не интересуют. Так что пойдём стричься, — улыбнулась я сестре.

Та покачала головой и принялась рассказывать свой план. Оказывается, её дорогой Рамойти — ректор какой-то там Высшей академии Дарканы, соседней страны, и Велира хочет спрятать меня именно там. Одна небольшая загвоздочка — там учатся только парни. Поэтому и нужна стрижка. Благодаря стрижке ни один здравомыслящий демон не поймёт, что я не парень, потому как ни одна здравомыслящая демоница ни за что в жизни не пострижёт свои волосы! Рамойти уверил, что занятия не сложные, больше лекции, есть, конечно, и физические нагрузки, но над студентами никто не измывается, для этого есть военная академия. Там обучают именно воинов, а здесь это, скорее, показатель статусности, в общем, учебное заведение для представителей знати.

— Понимаешь, Тая, я подумала, что это будет полезно для тебя, для твоей памяти, ведь там, как бы сказать, подводят итоги домашнего обучения, вспоминают, закрепляют, может быть и дают знания, которые доступны только для студентов, точно не знаю, — она пожала плечами. — Там ты сможешь спрятаться от господина Сигидзара.

— А что он подумает? Вдруг будет искать? И родители? Они же тоже будут искать?

— Пф, — Велира фыркнула, — напишу письмо родителям, скажу, что вывезла тебя на прогулку, а у тебя появилась слабость, и я отвезла тебя к лекарю-таску. Ну это же позор — лечиться у тасков! Может быть уже это остудит пыл твоего кавалера. Поверь, они не сунутся к ним и искать не станут. А если отец хоть немного заботится о нас, то поймёт мой намёк и ухватится за него, чтобы отвадить от тебя этого ужасного демона. Всё-таки мне кажется, что он и сам не рад, вот только не знает, что делать. А моё отсутствие, так матушка дала мне задание, за год закончить все свои любовные похождения и приготовить платье к Дню выбора, — она развела руками. — Вот я этим и занимаюсь, так что год можно дома не появляться.

— Ладно, — я заторможенно кивнула. — А кто такие таски?

— Таски? — удивилась сестра. — Тая, неужели всё настолько плохо? Ты не помнишь, кто такие таски?

Мне стало неловко, да что и говорить, я испугалась. Если сестра что-то заподозрит и отвернётся от меня, то я останусь в этом мире совершенно одна.

— Ладно, я пошутила, — тихо рассмеялась я, и сестра вроде поверила.

Пока мы шли в комнату, думала о том, как много не знаю.

Названия стран, законы, обычаи, историю, что за День выбора, какой сейчас год, даже моё полное имя мне неизвестно. Но спрашивать не хотелось. Надеюсь, в этой самой академии я смогу хоть что-то узнать.

Только пришли в снятую комнату, как сестра посадила меня на стул и принялась суетиться вокруг, достала мешок, выудила оттуда мужскую одежду, обувь, какую-то сумку, может для учебников, смену белья и много ещё чего.

— Видеться мы не сможем, там учатся отпрыски знатных семей, меня могут узнать, тогда и тебя вычислят. Ничего страшного, увидимся через год, я заберу тебя на каникулы, поедем вместе на лавовый курорт. Не переживай, сестричка, — она подошла и крепко обняла меня, — мы купим самый красивый в мире платок и повяжем тебе его, никто и не поймёт, что у тебя нет волос. В любом случае это лучше, чем выходить за этого старика, — она вздохнула и достала из мешка ножницы.

ГЛАВА 4. Имрайди.

Дворец Повелителя Дарканы.

Пока шёл в кабинет отца, чего только не передумал. Интересно, для чего он вызвал меня на этот раз? Надеюсь, хочет отправить в Жаркие пустоши, там хатсы так расплодились, что не просто нападают на приграничные поселения, но и забираются в города. Наши воины еле справляются. Мрак!

Раньше я постоянно находился там, можно сказать, половина жизни прошла в Жарких пустошах. Ситуация с хатсами с каждым годом всё сложнее и сложнее. Эти твари невероятно плодовитые, самка за один раз приносит двенадцать, а то и пятнадцать детёнышей, и все они вырастают в агрессивных, неподвластных приручению зверей.

Старики утверждают, что раньше в Жарких пустошах жили демоны, и там были самые лучшие лавовые курорты. С трудом верится. Они, конечно, обманывать не станут, но пока ситуация такая, что нам самим не справиться.

Отец не хочет просить помощи у Раданы, их это мало касается. Тут бы с тасками объединиться, но отец об этом и слышать не хочет, у них с Правителем Ритаскии стойкое непереваривание друг друга. И вроде причины определенной нет, просто дружба с тасками считается чем-то… неприличным что ли. Почему-то демоны считают себя высшей расой, а тасков — низшей, неполноценными существами. Поговаривают, что они произошли из-за смешения крови с безрогими из Нижнего мира, как будто это возможно. Где Нижний мир, и где мы! Какое там смешение! Я считаю, неправильно к ним так относиться, но кто меня спрашивает, отец даже слышать о них ничего не хочет.

Стараясь стряхнуть с себя дорожную пыль, свернул в последний коридор, проходя мимо охраны.
Демоны при виде меня вытягивались в струнку, я коротко кивал, здороваясь. Со многими из них мы встречались там, в Жарких пустошах. Иногда ситуация с хатсами становилась такой трудной, что туда отправляли почти всех армейских.

В последний раз, почти пятнадцать лет назад, хатсы искусали меня слишком сильно, хотя и раньше доставалось, но в тот раз я еле выжил. Отец тогда страшно рассердился и испугался за меня. Первое время, пока шло восстановление, он подолгу сидел возле моей постели, видимо, боялся потерять. Кормилица говорила, что он очень сильно любил мою матушку, которая умерла, прожив три дня после моего рождения. После этого он так и не женился.

— Сын! — приветствовал меня отец. После того, как я зашёл в кабинет и закрыл за собой дверь, он тут же оказался рядом и крепко обнял. Совсем не изменился, всё такой же крепкий и полный сил. — Ты, может, хочешь отдохнуть, умыться с дороги и привести себя в порядок? — спросил он, оглядывая меня с головы до ног.

— Нет, не хочу, — я мотнул головой, усаживаясь в одно из кресел рядом с камином. Посмотрел на огонь, там как всегда горели нетлеющие поленья — одно из наследий прошлого.

Помню, в детстве часто прибегал сюда, чтобы посмотреть на этот, просто невероятно огромный камин, выложенный белым камнем. Пока отец, как Правитель страны, решал очень важные взрослые дела, я любил сидеть в кресле и смотреть на огонь. Моя фантазия работала слишком бурно. Представлял, что это не поленья, а настоящие дома, и сейчас весь город в огне. Я будто внутри этого города и мчусь на ящере, пытаясь найти выживших и спасти их. Конечно, варианты каждый раз были разные. Иногда в моих фантазиях маг огня обрушивал на город-поленья всю свою магию, и я сражался с ним, защищая жителей...

— Да, помню, — отец сел в кресло напротив и улыбнулся, смотря на огонь, — ты в детстве часто играл тут, приносил вырезанных из дерева ящеров и воинов. Устраивал настоящие битвы, — он вздохнул. — Как быстро растут дети. Кажется, недавно тебе было десять, не успел оглянуться, и тебе уже двести двадцать.

— Зачем звал, отец? — этот вопрос мучил меня с тех самых пор, когда получил письмо, и всю дорогу, пока ехал домой.

— Как там в Холодных землях? — спросил мой родитель, увиливая от долгожданного ответа.

— Всё хорошо, — ответил, сверля его взглядом.

— Успел угнаться за всеми хвостами? Надеюсь, у меня там не растёт внук-бастард?

Ах, вот, о чём он беспокоится.

— Нет, конечно, я хорошо помню правило.

— Повтори! — настойчиво потребовал родитель. Ну вот зачем это? Каждый раз с начала моего взросления снова и снова он заставляет повторять это правило.

— Вступая в связь, нужно быть твёрдо уверенным, что демоница не влюблена в тебя, иначе возможно зачатие, — заученным тоном я выдал то, что говорил уже сколько-то тысяч раз. — Зачатие произойдёт тогда, когда хотя бы один из партнёров любит другого. Отец, ну хватит, я внимательно слежу, чтобы демоница знала меня не больше нескольких вздохов и не успела влюбиться.

— В таком случае, интересно остались ли в Холодных землях кто-то, незнакомый с тобой? Учти, население там ограниченное, — хмыкнул отец.

— Я знаю меру, а рассказы о моей любвеобильности это просто ничем не доказанные слухи.

— Хм, будем считать, что я поверил тебе, — отец скрестил пальцы, складывая их на колене. — В любом случае больше ты туда не вернёшься.

— А куда мне? Только не скажи, что устраиваешь какой-нибудь бал, и мне нужно быть там? — не то, что я был расстроен, всё-таки Холодные земли не самое лучшее место в нашей стране. Нет, там спокойно и даже тихо, но в этом и кроется самый большой минус. Там очень и очень скучно. Совсем другое — Жаркие пустоши, я очень надеялся, что отец отправляет меня туда.

Не угадал.