Всем привет! Меня зовут Варвара Арика, мне четырнадцать лет. Моя жизнь ничем не отличается от остальных - я обычная школьница, учусь в восьмом классе, не люблю математику и обожаю проводить время с друзьями. Мы живём в небольшом подмосковном городе, а под «мы» я имею в виду моего старшего брата Александра и любимую мамулю Оксану. Долгое время мы жили всей семьёй в Подольске, были простой счастливой семьёй со своими неурядицами и традициями, но событие, разделившее время на «до» и «после», заставило оставить все в прошлом и начать жизнь с чистого листа. Так мы и оказались здесь. И пускай это перевернуло нашу абсолютно всё, но изменения мне нравятся - наша новая квартира была куда больше прежней, в ней у меня была своя комната, которую не приходилось делить со старшим братом! Школа тоже неплохая, одноклассники приняли меня хорошо, чему я была несказанно рада. Через некоторое время я влилась в компанию девочек и восстановилась в программе, переставая отставать. Школа была далеко от дома, приходилось добираться целую вечность, но мне она нравится. Саша пошёл в институт (и отлично в нём прогуливал, находя проблемы), нашел подработку, и мы часто проводим время вместе. Мама перевелась в новую больницу и теперь пропадает в ней целыми сутками.
Но самый запоминающийся и счастливый день в моей жизни произошёл полгода назад. Возвращаясь вечером домой, я услышала жалобный кошачий писк между гаражей возле дома. Рискнув пройти к ним, я обнаружила брошенного дрожащего чёрного кота, жалобно просящего покушать. Я не могла пройти мимо и забрала его к нам домой. Мама не сопротивлялась и разрешила его оставить, чтобы хоть как-то залатать дыры в наших непростых буднях. Теперь я - обладательница прекрасного котика по кличке Мимико! Я еще не встречала более ласкового и преданного питомца, чем он.
А так мы ничем не отличаемся от остальных людей.
И до сегодняшнего дня я искренне верила, что в этой жизни мне все понятно. У меня есть дружный класс, ворчливый брат, занятая мама и любимый кот. Завтра контрольная по алгебре, на перемеше мы идет высматривать старшеклассников, а после уроков зависаем в кафе. Мы все друг друга любим, у нас не может быть друг от друга никаких секретов, и нам больше ничего не угрожает.
Но это, мать твою, оказалось ложью!
***
Тёплый комочек привычно устроился на любимом пледе. Он сонно потянулся, его мягкая шерсть приятно блестела под мартовским солнцем, а громкое урчание заполняло комнату. Посмотрев на него в последний раз, я вышла из комнаты, предусмотрительно не захлопывая дверь. Эта квартира пусть и была больше прежней, но со временем начала вызывать ощущение неудобства. Идиотская планировка тесных коридоров, большая несуразная столовая, туалет в дальнем углу — всё это стало новой обыденностью, в которой мы провели уже почти целый, незаметно прошедший год. Без отца этот дом казался непривычно опустевшим, холодным и некомфортным.
Я заглянула в комнату брата, накидывая на ходу сапожки. Картина была до боли знакомой: Саша вальяжно развалился на кровати, закинув ногу на ногу, что-то наигрывая на папиной гитаре. Его выражение лица подсказывало, что сегодня он в хорошем расположении духа. Мы всегда воспринимали друг друга вынужденными друзьями, чем родственниками. Да и родственниками, в общем-то, мы тоже не были. В нашей семье Саша появился первый - его усыновили до моего рождения, потому что родители считали, что не могут иметь детей. Он у меня недоделанный рок-музыкант и саркастичный говнюк, но я знаю, что он всегда меня защитит, а я, в свою очередь, всю жизнь буду его занозой в заднице, даже когда мы будем дряхлыми стариками, провожающие последние дни в доме пристарелых, любуясь закатом.
- Чего тебе?
- О, великий и ужасный, дай отнять твои священные две минуты, - с издевкой произнесла я, делая реверанс перед приверженцем тьмы, - у меня закончился стратегический запас. Дай денег.
- Бегу и падаю, - он закрыл глаза, разговор «со смертной» его утомил, - возьми у мамки в комоде. Только не забудь купить что-нибудь к чаю. А то опять будешь ныть, что в холодильнике шаром покати.
- Тебе что-то надо?
Саша лениво приоткрыл один глаз.
- Мне? - парень задумался, поправляя гитару на коленях, - о, дай-ка подумать… Может, скотч, чтобы я больше не слышал твоего пищания? Или, может быть, Gibson*? Да, это было бы славно.
- Ха-ха, очень смешно, - фыркаю, закатывая глаза, - шиш тебе, шути себе дальше.
Я уже вышла из комнаты, как вдруг заметила на лице брата ехидную улыбочку.
- Ладно, умник. Куплю тебе подношение. Скоро приду.
- Не торопись, всё равно не ждут.
- Козлина!
Я ворвалась в комнату и выдернула из-под него подушку. После шуточного акта рукоприкладства, где он снова повалил меня на кровать и придавил, я заныла. Он мне куртку помнёт!
- Да вали давай, Варь, только воздух сотрясаешь.
***
С громким хлопком двери мелкая выбежала из квартиры, направившись в магазин. Темноволосый парень откинулся на подушку, погрузившись в свои мысли. Потрепанная черная гитара, как преданный друг, всегда была рядом в минуты раздумий.
Внезапно тишину нарушил шуршащий звук, доносящийся из соседней комнаты. Прислушавшись внимательнее, он фыркнул привычному шуму кошачьих проделок. Наверняка эта пушистая жопа взобрался на полки и выкидывает на пол все ее дурацкие фигурки. А он предупреждал, он говорил. Усмехнувшись предстоящему нытью мелкой, он вновь взялся за гитару. Пальцы привычно пробежались по струнам, извлекая мягкие, успокаивающие аккорды.
Мелкая притащила домой грязного помойного кота прошлой осенью и прожужжала матери все уши. Ей не хотелось разбираться со всем этим, поэтому она отмахнулась и вновь ушла в себя. Мелкая расценила это как согласие и теперь в их доме завелась пушистая жопа с идиотской кличкой. Саше был не в восторге от всей этой девчачьей суеты вокруг клочка шерсти, но вскоре и сам к нему привык. Мимико часто забирался на подоконник в его комнате и потягивал лапки, а когда никого не было, он позволял себе немного с ним подурачиться, почесывая брюшко.
Звуки в квартире стали отчётливые: в комнате мелкой что-то рухнуло, аж люстра задрожала. Это явно не похоже на проделку кота. Медленно поднявшись, он отложил гитару и вышел в коридор. Подкрадываясь как можно тише к комнате младшей сестры, он замер, прислушиваясь. По комнате определённо кто-то ходил: шум паркета слышался даже за плотно закрытой дверью. Саша расплылся в ехидной ухмылке. Варя думает, что проведёт его, хотя сама не понимает, что такое ей не по зубам. Саше с детства нравилось выжидать, пока она останется одна, чтобы напугать до крокодильих слёз. Она постоянно бегала жаловаться маме, а когда подросла, втянулась в их братские ожесточённые бои - будь то война за туалет, за последнее печенье или просто из вредности. С возрастом ставки возросли: ему всегда хотелось застать её за чем-то непристойным, чтобы потом несколько месяцев шантажировать по-крупному. Чем, правда, пока не придумал.
Решительно толкнув дверь, Саша ворвался в комнату, готовый разразиться победной тирадой. Ещё секунда - и она получит по полной программе.
- Ты правда думаешь, что я тебя не...
Слова встали поперек глотки. Посреди комнаты возвышалось огромное черное существо, похожую на темную громадную рысь. Башка чудовища резко поднялась и обернулась на него. Её шерсть отливала демоническим чернильным блеском, большой хвост хлопнул по шторам, а янтарные глаза испуганно таращились на внезапного свидетеля. Саша не мог оторвать глаза от увиденного. Нет. Этого просто не может быть. Он вжался в стену, пытаясь унять дрожь в ногах. Звериные глаза туманились и неотрывно ждали реакции. Нащупав ручку двери, он медленно пытался выйти за порог.
Чудовище молниеносно среагировало. Прыжком оно взмыла под потолок, пересекая кровать и приземлилась массивными лапами на грудь парня, хороня под собой. Саша зажмурился от боли в груди - массивные лапы так придавливали рёбра, что те впивались в лёгкие, перекрывая кислород. Глаза чудовища блестели игривой желтизной, до боли знакомой. Только сейчас Саша озадачился тем, что она имеет чёрный покров и по размерам вряд ли похожа на настоящую «русскую дикарку», а на огромную вытянутую кошку. Он напрягся так сильно, что мышцы натянулись до предела, а душа потихоньку вылезала через ноздри.
Животное замурчало, облизывая щёку хозяина. Саша замер в недоумении. Он попытался вылезти из-под пушистой туши, но чудовище придавило его обратно к полу и потерлось огромно башкой об его щеки. Попытки увернуться были тщетны – шерсть лезла везде. Именно в этот ответственный момент своей жизни он перебрал в голове весь словарный запас мата, не веря своим глазам. Саша ничего не понимал: откуда в их квартире взялась большая рысь, почему она вылизывает его, и где их паршивый кот. Раздался неразборчивый треск. Саша тяжело дышал, понимая, что, возможно, это трещат его кости, а звон в ушах - это последствия шока, из-за чего он не чувствует приближения летального исхода. Он зажмурился, прощаясь со всеми, кого когда-то знал.
Внезапно, давление изменилось. Чья-то тёплая ладонь в вязкой жидкости прикоснулась к футболке. Представляя, что это прикасается к нему беспомощная окровавленная мелкая, которую жадными рывками разорвало чудовище, внутри у него похолодело и рухнуло в живот. Парень заворожённо впивался глазами в то, что творилось с большой рысью - она превращалась в человека! он наблюдал, как тело чудовища принялось деформироваться и трещать разорванной кожей и костями. Он так и застыл в онемении: на полу лежал скрюченный обнажённый темноволосый юноша, кошачья шерсть втягивалась в кожу, а позвоночник извивался, как гадюка на траве. Под монстром растекалась отвратительного вида жидковато-красная слизь. Саша ощущал влагу на футболке, носки неприятно намокали в слизкой субстанции.
Он пялился на голого парня минуты три, пока тот беспомощно лежал на полу и пытался шевелиться, откашливая кровь. А ведь минут пять назад это было чудовище…
«Откуда он взялся?! Рысь его выплюнула?! А рысь где? Упорхнула в окно за птичкой?»
Саша как можно безопаснее поднявшись и перешагнул покрытого слизью человека, медленно прикасаясь пальцем к спине незнакомца. Его кожа оказалась горячей и мягкой. Незнакомец поднял голову. Тёмно-коричневые волосы были склеены, через них торчали кошачьи уши. Лицо выражало измученность и беспомощность, покрасневшие желтые глаза были стеклянными от слез. Саше показалось, что он ничуть не старше его самого.
- Привет.
Саша вскрикнул от неожиданности и отскочил обратно к шкафу, хватаясь за глобус, как за единственную защиту. Голос незнакомца был еще совсем молодым, а под вонючей слизью оглядывался совсем еще подросток.
- Ты кто такой?!
Парень тяжело выдохнул. Рука протянулась к кровати, схватив в кулак плед. Саша инстинктивно отполз подальше, готовый втащить глобусом по первому зову сердца. Парень неторопливо вытирал лицо и плечи от слизи, поглядывая на Сашу.
- Я с тобой разговариваю! Берега попутал?!
- Всё должно было быть не так, - хрипло отозвался парень.
- Какого… что за… я понял, это цербер. Они пришли по наши души, зовёт родная преисподняя.
Саша запустил пальцы в чёрные волосы, панически опускаясь на кровать, восстанавливая дыхание от пережитого. Задумчиво оглядывая парнишку, он машинально дотронулся до висевшего подвеской анкха. В голове творился хаос.
- Ты что это… из рыси в человека махнул?!
- Ты не должен был этого видеть.
- Охренеть, - Саша не мог прийти в себя, - ты в курсе, что ты - человек?
- Я – Мимико.
- Мимико…, - повторил тихо Саша, - наш что ли?
- Да, как видишь.
Парень странно на него поглядывал, будто Саша – малое дитя, задающий тупые вопросы.
В комнате повисла тишина.
- Где… где Варя?
- Твоя хозяйка ушла! Скоро придёт, и поверь мне, она не обрадуется голому парню у себя в комнате. Нет, ну, может, конечно, обрадуется, фиг её знает, пубертат дело такое, но блять! Какого хуя, Мим, ты же ебанный кот!
Мимико немного покраснел, прикрывая даже очень «человеческие» гениталии. Саше окончательно сделалось дурно, но виду он не показывал.
- А что делать?
- Снимать штаны и бегать.
- Я бы на твоем месте не снимал.
В голосе звучала такая издёвка, что Саша решил игнорировать это, списывая на кошачье мировоззрение. Парень улыбнулся, обнажая острые кошачьи клыки.
- Варя не должна знать, что я прое… потерял её любимого питомца, ты же понимаешь?
- Саша.
- Чего ты там бормочешь?
- Слышу, как открывается замок. Варя пришла.
_____________________________
Gibson - американская компания-производитель музыкальных инструментов, специализируется на выпуске гитар и иного музыкального оборудования. Известна созданием классических моделей, таких как Les Paul и арктоп-гитары.