Тайна трех лун

Пламя в костре жадно облизывало поленья и довольно вытягивало свои длинные языки. Радостно при этом причмокивало и выбрасывало мелкие огненные искры, которые кружась улетали куда-то вверх, в темноту ночного неба, чтобы объединиться с самими звездами.

Рядом на бревне сидел мужчина и длинной палкой ворошил сгорающие ветки. Откидываемый пламенем свет золотил суровые черты лица, делая их даже несколько зловещими, но в то же время невозможно притягательными. Такими, что спирает дыхание и глаз отвести нельзя.

Как же хотелось подойти ближе, сесть рядом, обвить руками его мощный торс, уткнуться носом в могучую шею, чтобы вдохнуть аромат, сводящий с ума, почувствовать его губы на своем виске.

Вместо этого я всеми силами, сжимая до боли челюсти и кусая щеки, пыталась находиться как можно дальше. Удавалось плохо. Да что уж там, совсем не удавалось.

Время пришло. Я ощутила это. Ту электрическую волну, прошедшую через мое тело ни с чем не спутать.

А ведь жизнь только начала налаживаться. Появилась надежда на счастливое будущее, любящую семью. Даже возможность скрыть мою тайну. Только богам известно, чего мне это стоило. И на тебе… Конец всему.

Выудила из-за пояса кинжал и взглянула на него. Рыжие искры отражались в лезвии, словно в зеркале, подкрашивая нанесенные на него рисунки змей, или кого именно там изображали. Они будто подмигивали мне, предупреждая. Вздохнула и встала.

Я знала, что должна была сделать. Видела это с некоторых пор почти каждую ночь, после чего просыпалась в холодном поту. И вот он, момент возмездия.

Мысленно хмыкнула, хотя из глаз выкатилась пара слезинок, и шагнула вперед, навстречу погибели. И не только моей.

Как же плохо, как же тяжело! Сердце рвалось на части, а по венам словно кислота разливалась, выедая живые ткани. Будто марионетка. Даже слова сказать не в состоянии, не то, чтобы пошевелиться или сбежать.

Еще один шаг, а шарх даже не шелохнулся, продолжая свое занятие и о чем-то думая.

Новый шаг. Мужчина наконец-то поднял взгляд, который на несколько секунд задержался на моем оружии, затем скользнул вверх, на лицо. Даже не представляю, выражало ли оно что-то, учитывая, что больше меня не слушалось.

Ну, давай же, встань, отвесь мне пощечину, так, чтобы оклемалась не сразу. Нет, знаю, он никогда себе такого не позволит. Поймай, свяжи, да все что угодно, но не дай мне совершить то, на что меня запрограммировали.

Самое ужасное в этой ситуации – возможность осознавать происходящее. Я рассуждала, делала выводы, просила. Последнее лишь мысленно, ведь совершенно ничего не могла предпринять. Лучше бы отключили мое сознание. Было бы легче. Возможно.

Легкие сдавило словно огненным кольцом, не позволяя дышать и кружа голову. Морально не в состоянии это сделать. Я и мухи-то не обижу, а тут живой человек. И не просто человек. Мне предстоит воткнуть клинок в сердце того, кто дороже всех на свете, кто сделал для меня столько, что можно только мечтать.

– Аната, все в порядке? – мужчина встал с бревна и вперился в меня своими голубыми омутами. Такими родными, в которых так и хотелось утонуть.

Вот и хорошо, ничего не смогу ответить, и он обязательно поймет, что что-то не так.

Вместо этого я привычно кивнула, возненавидев злосчастную клятву, которую дала бывшая хозяйка этого тела, да и ее саму, и снова двинулась вперед.

Мне бы отвернуться, предпринять хоть что-то, но не выходило. Тело отныне мне неподвластно.

Еще шаг. Подняла кинжал замахиваясь. Ну же, отойди, ответь, спрячься, останови!

Но мужчина не сделал ни единого движения, даже не шелохнулся. Полное доверие. Ведь я не причиню ему вреда.

Он так считал…

Я – не могу, вернее, разум. А вот тело, как видно, запросто.

Из глаз выкатились еще несколько слезинок. Уйди же, закройся! Боги, за что же так? Помогите хоть чем-то! И я снова шагнула.

Моргнуть бы, но даже это не выходило.

– Давай, делай, что должна. – услышала тихое перед собой, но ничего уже не видела, кроме кровавой пелены. В глазах рябило, в ушах звенело, горло пересохло, а желудок и подавно скрутило сильнейшим спазмом, но я даже согнуться не могла, как и схватиться за него. Пришлось терпеть.

Интересно, после того как выполню свою миссию, мне позволят осуществить то, что хочу я? Например, вонзить клинок в свою плоть?

Хотя о чем я? Ответ неимоверно очевиден.

Еще шаг.

Боги, одна надежда на вас, вы явно могущественнее того жалкого колдуна.

Но вместо этого прошла вперед, преодолевая последнее, разделяющее нас пространство и… опустила веки. Видимо, мое нежелание видеть, пересилило те самые знаменитые сильнейшие чары.

– Ну же, я жду. – услышала уверенный голос, и по щекам устремились соленые ручейки.

Лучше бы сопротивлялся.

Размах и… лезвие двинулось в сторону сильного тела.

Все, больше у меня нет ни цели, ни возможности, ни желания жить.

Перед взором закружилась тьма, в тот момент такая спасительная, подхватывая меня и увлекая за собой в дальние края. Туда, где нет ни страданий, ни боли. В небытие, в долину бога смерти Дэ.

Теперь мне там самое место.

___________________

Друзья, на моей страничке в ВК в папке «Тайна трех лун» вы можете найти визуал и картинки к истории ))

За несколько недель до этого

Вода. Много и вокруг. Тяжело дышать. Грудь, словно сковало и конечности не шевелились. Неужели уснула в ванной? Так не было у меня такой привычки.

Да и вообще, как пришла с работы, помню, как душ принимала тоже, а вот ванну не набирала.

Так, Настя, кажется, пора в отпуск. Уработалась, раз провалы в памяти начинаются. Готова поспорить, из-за переутомления.

Ладно, с этим потом разберусь. Проблемы нужно решать по мере их поступления. Сейчас же мне катастрофически не хватало воздуха, да так, что легкие горели, и голова кружилась. Если так дело и пойдет, совсем задохнусь.

Паника накрыла с головой и в кровь прыснул адреналин. Наверное, именно он помог, потому как я смогла взмахнуть руками и почувствовать сопротивление густой жидкости, в которой находилась. Странно, а почему ее так много? Моя ванна, как помнится, гораздо меньших размеров.

Не дышать, главное – не дышать. Судорожно задвигала конечностями, ощущая, как от холода коченеют мышцы. Еще немного и судороги начнутся.

Успокоиться бы, да не получалось, и чем сильнее паниковала, тем неправильнее себя вела.

Самое противное, что я и плавать-то толком не умею. Да, вот так, подобное тоже возможно. Выросла в небольшом городке, где водоема нормального отродясь не было, разве что маленькая речушка – одно название. Скорее, ручей глубиной по щиколотку с кучей пиявок.

Потом я окончила школу и уехала, выучилась, работать начала, да плаванием так и не занялась. В те редкие отпуска на песчаные или не очень пляжи это вообще не требовалось.  Так, на поверхности могла немного покачаться, желательно возле берега для уверенности, где ноги до дна достают, да в водичке посидеть или постоять, чтобы охладиться.

А навык, как выяснилось, нужный. Неизвестно, куда судьба закинуть может.

А тем временем продолжила грести, вернее, бултыхаться.

В какой-то момент мое лицо появилось над водой. Порывисто хватанула ртом воздух, наполняя легкие до предела, и почувствовала, как снова погружаюсь. Ну хотя бы грудь больше не горит.

Заставила себя расслабиться на несколько секунд и что есть мочи оттолкнулась, вновь всплывая, чтобы сделать новый глубокий вдох. Да так и улеглась на поверхности, ощущая, как щеки припекают жаркие лучи. Солнце?

Попыталась открыть глаза, но они нещадно пекли. Стоп. Обратила внимание на соленый вкус во рту. Я что, в море? Но как здесь оказалась?

Вот теперь пришло время испугу.

Проморгавшись, стала отсматриваться. И правда, кругом вода и сплошная линия горизонта, без единого намека на сушу. Зато вокруг куча деревянных обломков непонятно чего. Заприметила поблизости кусок из сколоченных досок, с торчащим из него… чем-то. Ни малейшего понятия, что это могло быть. И всеми силами, как получалось, принялась грести в его сторону. Иногда вновь уходила под воду, поддаваясь панике, каждый раз пугаясь, как и в первый, но заставляла себя работать конечностями, всплывать и продвигаться к цели, не обращая внимания на грохочущее сердце.

Ничего Настя, и не из таких передряг выбирались. Как вспомню, что однажды конкуренты на нас финансовую проверку наслали, аж мороз по коже. Особенно если учесть, что это зона моей ответственности. Тогда тоже думали, что конец. Так выстояли, еще и победителями вышли с гордо поднятыми головами. А уж о том, как мужа с другой застала, вообще, лучше промолчу.

«Вижу цель, не вижу препятствий» – словно мантру проговаривала про себя, продолжая двигаться.

Стоит ли пояснять, что, добравшись до доски, моему счастью не было предела? Да только выяснилось, что сил, чтобы на нее еще и забраться, уже не осталось. Потрясающе! Столько труда, чтобы потом все равно утонуть.

Э нет, не дождетесь. Не знаю, кто именно, да и неважно. Как сказали в знаменитом фильме, жить захочешь, не так раскорячишься.

Позволила себе несколько минут отдохнуть, зацепившись руками за дерево, подкопить силы, а потом-таки вскарабкалась на посудину. Все бы ничего, но в осуществлении плана здорово мешала длинная, широкая юбка. Да только я такие отродясь не носила. Разве что короткие, в период моей, пусть и не очень, но все же безбашенной молодости. Были еще и те, что карандашами зовутся – для офиса, но лишь до колена и редко. А так давно на брюки перешла разной ширины, длины, фактуры, цвета, а в турпоездки и подавно джинсы. Так что, я с ума сошла, чтобы плавать в море в таком виде?

Ладно, подумаю об этом позже.

Стоило только оказаться наверху, плюхнулась на спину, развалившись звездочкой, и тяжело задышала. А потом и вовсе хохотом зашлась. Видимо, пережитый стресс сказывался.

Только что произошло? Это сон такой? Но тогда почему такой реалистичный?

Стоило адреналину чуть схлынуть, как почувствовала, что меня обдувает холодный ветер, заставляя тело, одетое только в мокрые тонкие ткани, дрожать. Ну вот, кажется, больное горло и температура мне обеспечены, а значит, и больничный на неделю. А у меня как раз конец месяца, отчеты ждут. Опять потом допоздна в офисе сидеть придется, чтобы вовремя их сдать.

Тоже мне, трудоголик! О чем вообще думаю? Какая работа, если не пойму, что делаю в открытом море?

Принялась осматриваться, и на этот раз тщательнее изучать множество деревянных останков… Только чего?

Здесь потерпело крушение судно. Именно это пришло в голову. Хотя не объясняло главного вопроса: как я здесь оказалась.

Невдалеке увидела тело явно мужчины, плавающего на поверхности лицом вниз, и даже отвернулась, не в состоянии на это смотреть.

Что, черт возьми, произошло? И что делать? Я попала в аварию и заработала ретроградную амнезию? Что ж, это вполне объяснило бы происходящее.

Вновь покрутила головой в поисках хотя бы намека на сушу, но так ничего и не обнаружила. Как быть? Это хорошо штиль, а вот поднимется ветер и волны, что тогда делать? А ведь я даже представления не имею, какое сейчас время суток.

Неподалеку заметила еще одного человека, плавающего на этот раз лицом вверх, ухватившегося за очередной деревянный предмет. И даже, наверное, внимания бы на это не обратила, если бы он не передвинул руку, обнажая кровоточащую рану на плече.

Этот еще живой. Значит, тоже на нашем корабле был. Вот он-то точно сможет рассказать, что произошло и ответить на мои вопросы.

Почти легла на доски и принялась грести в его сторону. Кто-нибудь пытался грести в море голыми руками? В общем, еще то фитнес-упражнение.

Неожиданно услышала слабые всплески и повернулась на звук. Даже глаза протерла, чтобы удостовериться, что у меня не галлюцинации. Возле самой поверхности плыло какое-то совершенно незнакомое мне животное. Небольшое, размером с крупную собаку или около того. А почему не рыба или акула? Так, плавников не имелось, да еще, пусть и частично атрофированные, но все же лапы присутствовали.

И подкрадывалась эта животинка к тому, кого я увидела первым. Резкий всплеск, рывок, тварь раскрыла огромную пасть с несколькими рядами острых зубов и, схватив за ногу жертву, мгновенно уволокла ее в темно-синюю бездну.

А я так и осталась сидеть с открытым ртом, слушая грохот собственного сердца.

– Мамочки! – только и выдала, ощущая, как тело начинает трясти.

Так, еще паники не хватает.

Ну, нет худа без добра. Инцидент придал мне дополнительные силы и скорость, причем такие, о которых я даже не подозревала. Хотя, думаю, не обошлось без новой порции адреналина.

Да и вообще, будь я сейчас на соревновании по гребле, готова поспорить, к финишу первая бы пришла, да еще и приз получила за неординарный способ передвижения и неиспользование весел.

В общем, как добралась, не помню. Устала невозможно, зато согрелась. Верно, во всем нужно искать положительные моменты.

И да, мужчина оказался ранен, но явно жив. Его грудь тяжело вздымалась, а дыхание было порывистым. Только встал вопрос: как его затащить ко мне, он же, судя по габаритам, весит немерено. Вон какой огромный. Подхватить под мышки – так боль ему доставлю, учитывая травму. Но все же лучше, чем оставлять как есть. Если не съедят те странные твари, переохлаждение получит. На улице, как погляжу, не май месяц. Сначала перевернула его головой к импровизированному плоту, положив ее на доски, потом постепенно стала затягивать наверх. Мужчина иногда корчился от боли, тяжело дышал, стонал, но в сознание приходить не думал. Еще только не хватало, чтобы у меня на руках в мир иной отошел.

Сколько ушло времени не знаю. Выдохлась основательно, держалась на чистом упрямстве.

Как всегда: цель поставлена, обработана, достигнута. Теперь можно позволить себе и расслабиться. Снова рухнула на спину, на этот раз полностью без сил, и уплыла в темное и в тот момент столь манящее небытие.

«Я только чуть-чуть отдохну. – подумала, теряя сознание. – Лишь бы в это время ничего не произошло.»

Придя в себя, с удивлением обнаружила, что меня больше не качает. Что бы это значило? Мне все приснилось?

Подул резкий ветер, заставляя тело покрыться пупырышками. А нет, не приснилось.

Приоткрыла глаз и чуть не ошалела. Распахнула оба, уставившись вверх, где прямо надо мной простиралось бескрайнее голубое небо с несколькими облаками причудливых форм, а еще – двумя лунами. Одна побольше, вернее, стандартного размера, вторая – совсем мелкая и гораздо ближе к горизонту. Так, этого не может быть, потому что этого не может быть. У меня галлюцинации? Или все-таки сплю?

Уверена, второе. Откуда же еще такой ерунде взяться в моей голове. Вон даже большая луна на обычную не походит. Где знаменитое «лицо»?

Протерла глаза кулаками и вновь посмотрела. Ни одна из них не исчезла. Выходит, сон. Или кукушка поехала.

Повернула голову набок, так даже икнула. Наше маленькое транспортное средство прибило к берегу некоего ужасно странного или странно-ужасного пляжа. Такого, что при виде его сердце сначала остановилось, а потом бешено забилось.

Да нет, на самом деле, все было довольно нормально. Чуть поодаль виднелись вполне себе стандартного зеленого цвета деревья, хотя издали не получалось узнать их вид. Дело было в темно-бордовом песке. «Словно кровью залили», пришло на ум, отчего по спине пробежали перепуганные мурашки.

И вот разумом понимала, что такое возможно, наверное, но жутко до чертиков.

На всякий случай ущипнула себя. Не помогло. Вернее, не проснулась, зато боль почувствовала. Видать, постаралась на славу. Выходит, не сплю? Или просто общеизвестный способ не работает?

Кстати, а как там мой «пациент»? Надо бы проверить жив ли, да рану осмотреть. Вот если у него еще и кровь окажется какая-нибудь зеленая, точно решу, что меня забрали инопланетяне, а то пока как-то не по себе. Ощущение, что крыша поехала, усиливалось с каждой минутой.

Чуть привстала, ощутив, как резко закружилась голова и сильно затошнило. Выждала несколько секунд и подползла ближе к мужчине. Он, к сожалению, так и лежал без сознания. Досадно, значит, тоже не поможет с информацией.

Приложила пальцы к его шее и даже вздохнула с облегчением, почувствовав слабый пульс. Ну, хотя бы жив.

Хотела было осмотреть плечо, так попробуй еще, до него доберись. Затянут в меховую накидку, пропитанную кровью. Хм, нет, красная. Версия с инопланетянами отпадает.

Да накидка необычная, не на пуговицах или молнии, а на завязках. А последние, мало того, что намокли и пропитались солью, так еще и никак не развязывались, потому как пальцы закоченели.

Обругав всех и вся, в особенности неизвестного громилу, который напрочь отказывался приходить в себя, а заодно и вредные куски ткани, я наконец-то справилась. Так, под ней нашла еще и нечто странное, напомнившее кожаные доспехи. Не спасательный же это жилет. Такие точно не надуваются. И опять на завязках, правда, на этот раз по бокам.

Но я упертая. Что мне какие-то веревки? Подумаешь, промокшие в соли. Справилась и с ними, ну и рубаху в придачу разорвала, оголяя мужское плечо.

Рана не смертельная, сквозная. Крови, конечно, много потерял, но это лишь плечо. Очевидно, что важные органы не задеты, жить, по идее, должен. Только почему тогда до сих пор в отключке?

С другой стороны, и я не медик. Мои познания в соответствующей области заканчиваются на уровне парацетамола и аспирина, а, еще свежевыжатого апельсинового сока с витамином «С» и чая с медом. Но зато рану могу перевязать. Только чем?

Посмотрела на свою длинную юбку. Нет, не то, неизвестно когда придет помощь, я и замерзнуть могу. А мне еще надо как-то нас обоих вытаскивать отсюда. Вот сил только поднаберусь.

Что ж, на мое счастье, вернее, белобрысого великана (просто подсыхая, волосы начали проявлять свой русый цвет), на мне оказалась нижняя длинная сорочка. Даже не представляю, что могло меня заставить ее надеть. Оторвала несколько полосок и как умела, перебинтовала. А сверху его же накидкой и накрыла.

И вот вроде бы ничего не делала, но устала, жутко. Осмотрелась. Надо бы переползти на сушу, а еще лучше и больного перетащить, да только на этот раз уже определенно ясно: я без сил. От слова совсем. Даже руки подрагивали. Да и вообще, впечатление, что все мои предыдущие подвиги не что иное, как результат действия адреналина.

А еще холодно. Очень. Тело трясло. Надо придумать, как согреться.

Ничего, сейчас только отдохну немножко. Пару минуточек. Еще и веки прикрою. Главное, чтобы нас обратно в море не унесло.

Легла набок, свернувшись калачиком в попытке согреться, наблюдая мошки перед глазами, и снова провалилась в забытье.

Вновь проснувшись, почувствовала мерное покачивание, да чуть не застонала. Нас снова отнесло в море? Этого еще только не хватало. Второй раз так удачно к берегу уже не прибьет. Даже замычала мысленно. Вслух почему-то не вышло.

Попыталась открыть глаза, да только ресницы словно склеились и не хотели разлипаться. А еще меня знобило. Сильно, непрерывно. И болело, кажется, все, что только могло. В голову словно гвоздей насыпали и теперь перемешивали металлической ложкой. Чтобы звонче было.

Та-а-а-ак, похоже, мои опасения подтвердились, и я схлопотала как минимум температуру.

И тут услышала голоса. Человеческие. Много. Тихие, вернее, далекие, словно в другой комнате за закрытыми дверями. А речь так совсем иностранная, затрудняюсь определить, чья. Да где я нахожусь?

Даже боль разом прошла, пусть и ненадолго, а сердце затрепыхалось. Нас спасли? Кровь прилила в мозг, голова снова заломила, и я резко потеряла концентрацию.

Постепенно голоса становились громче и четче, а через некоторое время так и вовсе произошло нечто неимоверное. То, чего никак не могла объяснить логически. Непонятные звуки начали складываться в слоги и известные слова, а фразы проясняться. Поймала себя на мысли, что понимаю казавшуюся до этого незнакомой речь. Особенно привлек внимание один разговор.

– Убери от меня эту гадость. – сурово произнес мужчина.

– Ничего не хочу слышать, шарх. – возразил второй, – Вы должны выпить все до последней капли.

– Сам пей. – глухо и совсем слабо прорычал первый.

– Если не примете, мне придется Вас усыпить и вливать силой. Вы на моем попечении, и я отвечаю за Ваше здоровье и излечение. Пейте. – уже настойчивее и жестче повторил… врач?

– Ладно, – вздохнул «больной», – давай сюда свою отраву.

– Это не отрава, а укрепляющее средство. И вообще, если бы не моя «гадость», – на этом слове сделал особенное ударение, – Вы бы до сих пор валялись без сознания, как эта.

Он обо мне, что ли?

– Как она? Так в себя и не пришла?

– Пока нет. С ней что-то странное, будто отключилась защита организма. Всего лишь легкое переохлаждение, а состояние, словно сутки на снегу проспала. И с головой непонятно, не могу разобрать. Воспалена сильно, но при этом все жизненные циклы в норме.

Воспалена? Это он о чем сейчас? А точно ли сей тип – медик?

– Раго, зачем она вообще тебе нужна? – на этот раз в разговор ввязался возмущенный женский почти крик. – Почему не дал ее оставить там, где мы вас нашли? Только не говори, что вдруг жалко стало.

– Хочу понять, что ей от меня понадобилось.

– Понадобилось? – хмыкнула та. – как всегда, убрать. То, что так давно пытаются сделать бадхи.

– Если бы это являлось целью, не стала бы помогать, тебе не кажется? Было гораздо проще оставить там в море с подавленным сознанием на съедение кинков. Вместо этого еще и перевязала.

Ах, так выходит, это тот громила, которого я вытащила? Он что, раньше меня в себя пришел? Вот те на!

– Так все очевидно. Решила пробраться в логово врага и перерезать нас изнутри.

– Я не позволю, и ты это прекрасно знаешь.

– Знаю, только теперь за ней следить придется, ставить людей, ослабляя общую охрану. Проще выкинуть прямо здесь. От ее корабля ничего не осталось, значит, никто не выжил. – услышав это, вдоль позвоночника пробежал леденящий страх. – Ее не будут искать и не узнают правду.

– Смеешь оспаривать мои решения, Клео? – ох, а тон такой, что даже у меня мурашки забегали. Вот это да! Умеет!

– Конечно, нет, шарх.  Прости, не повторится. – залебезила дамочка и замолчала.

Как интересно. Понять бы еще, что именно происходит.

– Пойду проверю ее. – тихо произнес врач. Хотя, как мне думается, сделал это нарочно, чтобы разрядить обстановку.

Послышались приближающиеся шаги. Меня приподняли за плечи, прислонили к губам холодный металл, и в рот потекла ужасная на вкус густая жидкость. Нет, она была не горькой. Вернее, не только горькой. Даже не представляю, с чем сравнить, просто отвратительная. Самая противная, что я когда-либо пробовала.

Желудок радостно со мной согласился и попытался выдворить незваную субстанцию.

Меня тут же подхватили, словно пушинку, сильные руки и наклонили, позволяя поддаться зову тела.

– Я же говорю, гадость. – хохотнул громила где-то рядом. – Не я один так считаю.

И теперь я с ним совершенно согласна.

– Все равно придется. – вздохнул доктор. Это он, оказывается, меня держал. После этого посадил, прислонив спиной к стене, и снова сунул кружку, зажимая при этом мне нос. – пейте.

Глоток, второй. Позывы подступали вновь, но уже не такие сильные. Врач, хотя появились в этом серьезные сомнения, странно поглаживал по животу, и желудок успокаивался. Да еще и чередовал отвар с водой. Закончив, взял ладонями мою голову, поцокал, после чего и вовсе наложил мне на глаза компрессы. Ах, получается, не просто так ресницы не расклеивались.

– Вижу, что в себя приходите. – чуть приподняв веки увидела перед собой высокого жилистого мужчину с длинными светлыми волосами, собранными в тугой хвост. Его темно-серые глаза, обрамленные мелкими мимическими морщинками, въедливо меня изучали. А я при этом изучала его. Одет уж больно странно. Все та же, вернее, похожая, меховая накидка, кожаные доспехи и высокие мягкие сапоги. И сидел он передо мной на корточках, сложив на коленях руки в замок.

Опустила взгляд, отметив, что расположили меня прямо на полу, но хотя бы закутали в некое подобие одеяла. Покосилась по сторонам, осматривая местность, и поняла, что нахожусь на корабле. Небольшой, но деревянный и с тремя парусами, как в старые добрые времена.

Не знаю, что было написано на моем лице, но тут же услышала голос откуда-то сверху.

– Это мое судно. – и запрокинула голову, чтобы посмотреть. О-о-о…

Да, я, конечно, видела, что он огромен, когда вытаскивала из воды и перевязывала. Но, если честно, не было желания, да и возможности тоже его изучать или рассматривать. Не до этого. Да и он в отключке пребывал. Там, скорее, беспокойство сработало.

И вот он, во всей своей красе и габаритах. Живехонький.

Высок широкоплеч, длинные русые волосы, заплетенные во множество мелких косичек, свободно спускающихся по плечам. Необычно. С другой стороны, судя по доктору, здесь мода такая. Привлекателен, хотя и далеко не красавец. Суровые, немного жесткие черты лица. Проницательный взгляд настолько ярких голубых глаз, что видно, наверное, издалека, вперился в меня и не отпускал, словно пытался заглянуть в душу.

А еще у него была какая-то странная аура. Я бы сказала, что ощущалась его сила, причем почти физически. Сомнений, кто здесь главный, не возникало. Но страшно не было. По крайней мере, пока.

Поразительно, но даже и намека нет на то, что он лежал без сознания еще некоторое время назад. Кстати, сколько?

Закинула голову вверх. Солнца не было видно, так как тучи полностью заволокли небо.

– Вы пробыли без чувств трое суток. – кажется, доктор сообразил, что именно я хочу. Уж не знаю, что было написано на моей физиономии, но пояснил. – Был сильный жар.

– Ты в порядке? – подал голос громила.

Кивнула. Судя по сразу же нахмурившимся бровям, он не понял такого знака.

– Ки. – ответила я, так даже сама в шок пришла. Ведь имела в виду «да», и самое интересное, меня поняли.

Что за ерунда?

– Что случилось? – похоже, какие-то эмоции проскользнули на моем лице.

– Где я? – задала наконец-то интересующий меня вопрос.

– Я же сказал, – вновь нахмурился главный, – на моем судне.

– А подробнее.

– У берегов земель норхов. Завтра к вечеру прибудем в Шрит, оттуда отправимся в Корху.

– Куда? – спросила я.

Стало закрадываться сомнение. Большо-о-ое такое. Нехорошее. Сердце бешено забилось, легкие сковало, словно металлическим обручем, а голова закружилась.

Меня тут же подхватили, сунули в нос очередную гадость, и я пришла в себя. Судя по всему, была близка к обмороку.

– У тебя нет выбора, – судя по всему, предводитель иначе растолковал мою реакцию. Присел передо мной на корточки, заглянув в глаза. – А вот доедешь ли, зависит только от тебя. От твоего поведения и способности сотрудничать. Но все вопросы оставим, пока не придешь в себя.

Кивнула, видимо, побледнела, чем снова заслужила нахмуренные брови. Захотелось сжаться калачиком, словно это решит мои проблемы. Ну или хотя бы колени подтянуть и обнять их. Дернула ногой, да не тут-то было. Нечто ее держало, не позволяя получить задуманное. Откинула одеяло, чтобы увидеть сковывающую мою щиколотку цепь, второй конец которой крепился неподалеку к мачте корабля. 

– Чтобы не сбежала. – прозвучало пояснение.

Похоже, я попала даже хуже, чем предполагала. И кто меня дернул спасать? Вот сколько раз себе говорила, что нужно думать только о себе и своих делах. Очередной раз подтвердила, что инициатива наказуема.

Ничего не стала отвечать, лишь проследила взглядом за удаляющимися мужчинами, а сама обдумывала сложившуюся ситуация.

Вообще, я в попаданство никогда не верила. А что вы хотите? Выросла в техногенном мире, основанном на жестких законах физики и механики, где любое событие можно объяснить с научной точки зрения. Сама, так финансист по профессии. А там и подавно все четко, объяснимо и просчитываемо.

Я, конечно же, читала книги о таковых, но воспринимала на уровне сказочек на ночь. И вот теперь на тебе. Даже сама подивилась пришедшей в голову идее. Правда она напрочь отказывалась покидать мозг, а значит, требовала срочной проверки.

Хотя чего душой кривить, хотела убедиться в том, что ошиблась.

Вытащила из-под одеяла руки, изо всех сил стараясь утихомирить разбушевавшееся сердце, и повертела ими перед лицом. А из легких даже воздух выбило.

Обычные, но не мои. Не те, что привыкла видеть каждый день. И я не о маникюре. Форма, размер, даже пальцы длиннее, чем собственные.

Нет нет нет, не может быть. Просто потому, что не может быть. Это невозможно, не осуществимо, немыслимо, исключено.

Волосы. Вытянула прядку, да так и застыла пораженно. Длинные, наверняка пониже спины будут, и светлые, почти белые. В то время как сама я брюнетка со стрижкой до плеч.

Я брежу.

Мне срочно требуется зеркало.

Покрутила головой в поисках чего-то, что могло бы послужить им. Вода, вдруг смогу что-то рассмотреть.

Подползла к борту на коленях, пытаясь ухватиться за него, но вышло не сразу. Пальцы чересчур сильно дрожали. Приподнялась и выглянула наружу, да чуть не завыла расстроенно.

Корабль, продвигаясь, разрезал водную гладь, вспенивая ее и оставляя после себя волны. Видно не было ровным счетом ничего. Как сразу не подумала?

Даже не услышала, вероятно, слишком сильно гудело в ушах, а почувствовала, как меня схватили за плечи и усадили обратно.

– Жить надоело? Забыли про цепь? Сбежать не получится. – повернулась и увидела доктора.

Он как-то странно на меня смотрел. Потом, похоже, до него стало доходить, что не так, и мне в рот тут же потекла очередная «отрава». Казалось, что горечь разливалась не только по желудку, но и по всему телу, правда, расслабляя его. Видимо, успокоительное, как раз то, что нужно.

– Послушайте, Аната, мне все равно. Я бы, позволил Вам покончить с жизнью, но Рагорад настроен несколько иначе, а я не могу ослушаться приказа.

– Зеркало.

– Что?

– Мне нужно зеркало.

– Хотите прихорошиться? – хмыкнул тот. Ох, уж эти мужики.

– Дайте мне зеркало. – сквозь зубы проговорила я, пытаясь подавить непроходящий мандраж. – что угодно, где могу себя увидеть.

Мужчина нахмурился, встал и подошел к громиле, что-то ему прошептав. Вернулись вдвоем.

– У меня на корабле нет подобных вещей. Здесь воины, а не девы на выданье.

Захотелось запустить ему в лоб чем-нибудь, желательно тяжелым. Медленно выдохнула успокаиваясь. Пока нельзя.

Да, можно было бы подождать, когда прибудем на сушу, доберемся до места. Но дорога нас ждала явно длинная, а мои подозрения лишь усиливались. Я попросту столько не выдержу.

Уже сейчас нервы сдают. Не знаю, сколько времени понадобится на принятие факта, но для начала требуется его хотя бы подтвердить. Правда, лучше бы опровергнуть.

– Все равно что, мне нужно на себя посмотреть.

Громила, которого, судя по всему, и звали Рагорадом, подумав несколько секунд, вынул из-за пояса широкий меч, выставляя передо мной.

– Только без глупостей. Живой отсюда, в противном случае, не уйдешь.
Кивнула и потом вспомнила, что здесь не знаю этого знака.

– Договорились. – ответила я и протянула дрожащие руки к отполированному лезвию, поворачивая его под нужным углом. Не идеально, конечно, мелко и мутно, но что-то да видно.

На меня смотрела совершенно незнакомая женщина. Молодая. Черты не столь мягкие, как мои, но зато яркие, с глазами безумно прекрасного бирюзового цвета. Красивая. Но чужая.

Отпустила меч и откинулась на борт, прикрывая веки и пытаясь восстановить дыхание. Как такое могло произойти? Как теперь с этим примириться?

– Что-то не так с внешностью? – вывел меня из мыслей низкий голос.

А ведь понятия не имела, где я, в какие времена попала и, прежде всего, как здесь относятся к иномирянам. Еще не хватало, чтобы как ведьму, на костре сожгли.

– Загорела. – пискнула первое, что пришло в голову. Я же, вроде как, девочка. Мы такие. Нам внешность ой как важна. Авось прокатит.

– Что?

– Кожу. Портит. Сильно. Высушивает. – при этом похлопала ресницами, мол, а что, обычный общеизвестный факт. Мужчины переглянулись, а врач еще и плечами пожал. К чему бы это?

– Это все?

– Да, благодарю. – И демонстративно закрыла глаза, показывая, что далее в их обществе не нуждаюсь. На самом же деле мне требовалось время переварить новую информацию.

И, кажется, только теперь начала осознавать услышанный ранее разговор. Врагом считали не меня, а ту женщину, в тело которой я попала.

Вот так спаслась, называется!

Время потекло. Медленно, нерасторопно, лениво потягиваясь, словно готовясь к спячке. А может, попросту было нечем заняться, разве что глазеть на местных моряков или воинов, чего так и не поняла, а также наблюдать за проплывающими по небу облаками, и за волнами иногда. Повезло даже несколько рыб увидеть, выскакивающих из воды. А вот последние оказались самыми обычными. По крайней мере, издалека казалось именно так.

 Меня никто не трогал, и на том спасибо. Да, приносили еду. Неплохую, должна сказать. Однако от того, чем питался обычный люд, отличалась. Закралось ма-а-аленькое такое сомнение, что прежняя девица не простая дама, а шишка высокая. Пусть сейчас и пленница. Уж больно уважительно к ней, вернее, теперь ко мне, относились. Даже несмотря на то, что враг. А на «ты», так только один Рагорад обращался. Из этого сделала вывод, что он положения равнозначного. А может, и выше, поди разберись…

Информация полезная, отметила себе. В будущем может пригодиться. Вообще, данных катастрофически мало. Спросить бы у кого, да как это осуществить, не вызывая подозрения? Потому пока приходилось только внимательно прислушиваться к разговорам и стараться выудить даже крупицы, чтобы в будущем сложить в единую картину.

Лекарь, или исполняющий его обязанности, подходил регулярно. Проверял мой пульс, температуру, еще что-то, чего не понимала, прикладывая ладонь к груди под шеей. А еще постоянно поил какой-то гадостью. Кажется, я разгадала его метод. Он специально делал так, что люди, не в состоянии более принимать его настои, нарочно «выздоравливали» быстрее, даже если на самом деле это не так.

Но я действительно начала чувствовать себя гораздо лучше. Голова больше не кружилась, да и не ломила, меня не знобило, горло не царапало. Даже из носа не лилось. Вот в этом стоит отдать должное местному специалисту. За столь скорое излечение насморка. Я в своем мире о таком могла только мечтать.

Разве что спать, так и пришлось на жестком и под открытым небом. Но благо дождя не было, а одеяло довольно пушистое, в которое и закуталась. А может, просто уставшему организму было все равно, где отдыхать.

– Вот, держи. – рядом приземлилась тарелка с очередной порцией еды. Судя по внешнему виду, тушеное мясо с овощами. Интересно, где они все это взяли, если уже несколько суток плавают. Да и холодильника здесь как-то не заметила. Но ответила другое.

– Благодарю. – хотя сама не шевельнулась, наблюдая, как передо мной на корточки присаживается женщина.

Также одета в меховую накидку и кожаные доспехи, и тоже светловолосая со множеством мелких косичек, затянутых в хвост. Красивая, уверенная. Взгляд цепкий, холодный вот только. Наверняка ведь та сама Клео.

– Мы скоро прибудем на место.

– Спасибо за информацию.

И тишина.

– Что тебе от него надо?

– От кого?

– От шарха Рагорада.

– Да ничего не надо, представляешь?

– Правду. – зло процедила сквозь зубы.

– Так это она и есть. Такое тоже иногда случается.

– Да я тебе… – женщина резко вскочила и приставила к моему горлу длинный кинжал.

Стало ли страшно? Не то слово. В кровь тут же брызнул адреналин, а заодно вскипела неимоверная злость.

– И что сделаешь? Ну, давай. Раго, – имя последнего специально произнесла неформально, помня ее обращение к нему, – тебя потом по голове за это не погладит. Ослушаешься его приказа? Как думаешь, как он отреагирует?

– Р-р-р-р. – натурально рыкнула та, но подалась назад, поджав губы и злобно сверкая глазами.

– Если хоть волос упадет с его головы по твоей вине…

– Хм, сложно что-то сделать, не имея оружия и будучи прикованной цепью.

– Как только он разрешит, лично размажу тебя по желтым скалам. Причем, с удовольствием.

– Вот только мечтать тебе и остается. – хмыкнула, пусть и не была настолько уверена в том, что такой приказ в будущем не будет отдан.

– Что здесь происходит? – послышалось грозное откуда-то сбоку.

– Ох, а вот и тот самый, о ком так печешься. Давай у него спросим, что он по этому поводу думает?

– О чем? Клео?

– Ничего особенного, Шарх. – женщина встала перед ним на одно колено и склонила голову. – я принесла ей обед.

– Плюнула туда или яда насыпала? – хмыкнула, вздернув левую бровь.

– Как ты смеешь? – на этот раз мужской рык был адресован мне.

– А что должна думать после того, как к моему горлу был приставлен кинжал, так понимаю, вопреки твоему приказу, и посыпались угрозы, оказаться размазанной по желтым скалам?

– Это правда Клео?

– Хотела лишь припугнуть, Шарх. Прости, этого больше не повторится.

– Кин. – крикнул главный и дал тут же подбежавшему мужчине команду. – заменить блюдо. Это будешь есть сама, Клео.

– Я не… – попыталась было оправдаться дамочка.

– Мне все равно. Будет уроком на будущее. – Ух, как грозно. Даже я прониклась. А заодно и поняла, что идти против него весьма опасно. Ох и отчаянная бывшая хозяйка этого тела. Хотя одного врага я, кажется, только что себе нажила. – Возвращайся. А с тобой, Аната, мы тоже еще поговорим.

– Всегда рада приятному собеседнику. У вас здесь слишком скучно.

При этом расплылась в широкой улыбке. Хотя терзают меня смутные сомнения, что походила она больше на оскал. Да сама же поразилась собственной наглости.

С другой стороны, у меня нервы настолько напряжены, что неудивительно. Видимо, так стресс сказывался.

– Что у вас здесь произошло? – позже поинтересовался лекарь, который явился с очередным контролем.

– Да ничего. Нервы сдали. Разозлила она меня сильно. А я ей ничего не сделала.

– Знаете, Аната, я Вас представлял себе иначе.

– Прежде чем составлять мнение, нужно познакомиться с человеком. – и искренне улыбнулась. Кто знает, вдруг еще и подружимся. Или я слишком много себе навоображала?

Мужчина хмыкнул, но ничего не ответил и занялся своими прямыми обязанностями, а я не сопротивлялась. А еще молчала. Чрезмерная настойчивость на руку сейчас мне точно не сыграет.

Уж не знаю, он что-то сказал, или просто стечение обстоятельств, но чуть позже, когда на горизонте показалась кромка суши с остроконечными шпилями высоких гор, а я сидела, напряженно всматриваясь в них, пытаясь отыскать, даже сама не представляю, что именно, ко мне пожаловал гость.

Встал прямо надо мной, откидывая массивную тень, загораживая собой солнце. Я даже выставленную ко лбу в качестве козырька ладошку убрала.

Закинула голову наверх, посмотреть. Громила собственной персоной. Стоял, широко расставив ноги, уперев руки в бока, и изучал меня не моргая. Интересно, что высматривал?

– Ты как?

– Благодарю, сносно.

– Спасибо за спасение.

– Не за что. – хотела ответить, что так поступил бы каждый, по крайней мере, в нашем мире, но вовремя передумала.

– Зачем ты это сделала? Что тебе нужно?

Прикрыла глаза, глубоко вздохнула и снова посмотрела на допрашивающего.

– Ничего не нужно. Понятия не имею зачем. Просто увидела еще одного живого человека и в тот момент посчитала, что так будет правильнее.

– Я тебе не верю. Чего именно добиваешься.

– Честно? – и не дождавшись реакции, продолжила. – Чтобы меня оставили в покое. Я не сделала никому ничего плохого.

Услышала странный смешок, хотя не заметила, чтобы мужчина двинулся. Казалось, ни единый мускул не дернулся на его суровом лице.

Тут мне в голову пришла идея.

– А если скажу, что совершенно ничего не помню из моего прошлого, поверишь?

– Нет.

– Ну и к чему тогда эти разговоры?

– Ты едешь с нами.

– Можно подумать, у меня есть выбор.

– Нет, и я не спрашивал, лишь уведомил.

– А тебе-то самому, что от меня надо?

– Хороший вопрос. Пока сам точно не пойму.

– Тогда зачем все это? Оставь меня где-нибудь.

– Э нет, вот этого точно не будет. За тобой следует присматривать. Заодно понять пытаюсь, что происходит. И пока не разберусь с этим, будешь рядом. А потом, может, и с бадхи договоримся об обмене. Правда, на этот раз на суше. Уверен, за тебя дорого заплатят.

– Понятно. Кругом сплошная выгода.

– Не без этого. Можно подумать, в твоей жизни иначе.

На что хмыкнула, решив, что и моя не сильно в этом смысле отличалась.

– Бадхи это кто?

– Отлично притворяешься. Почти поверил. Твой народ.

Что же, по идее, перспектива вернуться к своим не так уж и плоха, за одним «НО». Там сразу раскусят, что я – ненастоящая Аната. И чем это обернется, большой такой, жирный вопрос. Тем более, по возвращении от Рагорада, то есть их заклятого врага. Почему-то уверена, что за шпиона примут.

А здесь, по крайней мере, меня не так хорошо знают. Остается совсем небольшой шанс устроиться, если не начну сильно выступать. Правда, любовница этого громилы явно против будет, но, глядишь, поймет, что видов на ее мужика не имею, и отстанет. Это если не прибьют как врага, но пока, вроде как, делать сего не собирались.

В общем, оба варианта далеко не идеальны, и что лучше совершенно непонятно. Слишком мало сведений. А какая из сторон более дружественной ко мне окажется, бабушка надвое сказала.

– А если я не хочу возвращаться к своим? – поинтересовалась, ухмыльнувшись, уже зная ответ.

– Тебя никто и не спрашивает.

– Понятно. Даже не удивляюсь. Расскажи, что произошло в море. Как мы очутились в воде?

– Если хочешь. У нас должны были состояться переговоры. Встреча двух легких суден для быстроты и маневренности с представителями народов, способными принимать решения: я и ты. – ага, значит, мы все-таки равные, или почти – Только вы нарушили договоренности, и корабль пошел на таран, распылив предварительно чары подавления сознания.

Хм. Чары? Это он пыль какую-то имеет в виду?

– В результате оба затонули. – тем временем продолжал Рагорад, – И судя по рассказам моих людей, явившихся на место крушения, в живых никого другого не осталось. И вот мне и интересно. Таран был заведомо гибельным, причем для всех, тебя включая. Как ты выжила и зачем пришло в голову меня спасать? Что за интриги?

– Понятия не имею. – Пожала плечами. – Не помню. Но да, я в курсе, что не веришь в мою потерю памяти.

– Мне все равно. Пока. Скоро вернемся в Корху. Там у меня есть способы развязать тебе язык.

При этом резко развернулся на каблуках и удалился широким шагом.

А какие, собственно говоря, способы он подразумевает? Ох, не нравится мне это.

Кто бы мог подумать, что мне доведется увидеть такую красоту. Я так и сидела с открытым ртом, фигурально, конечно же, осматриваясь, желая впитать, записать на подкорку каждую деталь. Да просто фотографий здесь, как догадываюсь, нет, а иметь возможность воспроизвести хотя бы в памяти хотелось. Например, когда будет плохое настроение, грустно или одиноко.

А все дело в том, что наше судно, ну и еще два, сопровождающие нас, входили в залив.

И не просто залив, помните, фьорды норвежские? Да, понимаю, сама их только на картинках и фотографиях в интернете видела, и вот теперь наблюдала собственными глазами нечто подобное.

Не знаю, то ли этот потряс гораздо больше, то ли снимки, как, в принципе, и всегда, не передают всех впечатлений и эмоций, которые испытываешь, любуясь вживую панорамами. В общем, я была поражена. Да так, что дыхание захватило, а сердце бешено забилось. Тот случай, когда даже шевелиться не хотелось, в полной мере наслаждаясь каждым мгновением, впитывая в себя каждый штрих.

Длинный, узкий «рукав» с обеих сторон обрамляли высоченные стены горных склонов, полностью поросшие зеленой растительностью и сейчас позолоченные лучами заходящего солнца.

Мощно, величественно, внушительно, восхитительно.

Неожиданно почувствовала на себе чужой взгляд и повернулась, чтобы увидеть Рагорада, которых не сводил с меня глаз. Внимательно, придирчиво, при этом нахмурившись.

Смутилась, ощущая, как заалели щеки. Похоже, слишком по-детски себя повела.

– Красиво, – буркнула и опустила глаза, хотя через некоторое время снова задрала нос. С какой это стати я из-за громилы лишать себя эстетического удовольствия должна. Да пусть думает все, что хочет.

– А разве ты раньше здесь не была?

– Хм, насколько помню, нет.

И ведь не соврала. Я себя в этом теле вообще даже не представляла, так что да, впервые. Да и в прошлой жизни лишь в мечтах.

– Водопада не хватает. Вон с той скалы. – выдала, сама от себя не ожидая, вспоминая картинки из интернета.

– А говоришь, не помнишь. – хмыкнули сверху. Когда только подойти успел?

– Нет. – задрала на него удивленный взгляд. – Просто вон там, видишь, углубление? Так и просится. Как было бы красиво!

– Так, он там и есть. Правда, обильный лишь весной, когда снега таять начинают. Ну или после сильных дождей, как раз с гор вода сходит. Только их уже давно не было, вот и пересох ручей.

– Понятно. – ответила я, а сама задумалась. А что, если я попала не в другой мир, как подумала вначале, а в прошлое? Да хоть в ту же Норвегию.

Хотя нет, начнем с того, что здесь две луны. А на Земле, насколько известно историкам и ученым, всегда была только одна. Да и то водное животное у нас не водится. Даже если бы вымерло, наверняка бы уже давно их останки нашли.

С другой стороны, кто сказал, что мы всё знаем о наших предках?

Надо бы понаблюдать, а пока сделаю в голове пометку.

– Вы часто в плавания отправляетесь? – поинтересовалась, даже сама не понимаю, зачем. Просто хотелось получить хоть какую-то информацию.

– Смотря кто. Я – нет. Рыбаки, так каждый день. Много лет назад, когда предки территории завоевывали, подобные выходы были частым делом. Но мы народ оседлый и основательный. Предпочитаем укреплять корни, врастая в землю, а не пускать длинные ветви с листьями, которые осенью все равно опадут.

– Интересная метафора.

– Мета что?

– Неважно. Просто звучит красиво.

– А вы как свой народ описываете?

– Без понятия. – хохотнула я, а потом, вздохнув, добавила. – Я даже не знаю, кто мой народ и откуда я. Расскажи о вас?

– Что именно хочешь узнать?

– То, что посчитаешь важным.

– Да нечего рассказывать. Скоро сама увидишь. Почему не хочешь возвращаться к своим?

– Сложно назвать своими, кого не помнишь. Если честно, обуревает сомнение, что меня изначально они же отправили на верную смерть, коли все именно так, как рассказываешь. Знаешь, кто я? Ну…, из какой семьи?

– Конечно. Аната, единственная дочь Тамура, короля Бадхов.

– О, принцесса, значит. Забавно.

– Что в этом забавного?

– Видимо, отец у меня очень заботливый, раз дочь на заклание послал. А ты кто? Тоже принц?

– Шарх. У нас нет королей и принцев.

– А кто есть?

– Есть шархи – тринадцать сильнейших воинов, представляющих свои земли. В случае необходимости становятся генералами. В мирное время правят своей территорией, подчиняясь Ариту – сильнейшему среди шархов, решение которого не обсуждается. Каждые три года проводятся состязания, где выбирается сильнейший, что и становится аритом. Слово проигравшего лишь ему считается вторым по значимости для народа.

– Я так понимаю, что ты тот второй и есть?

– Сомневаешься?

– Нет, просто было очевидно, из того, как ты это преподнес. А кто становится наместником территории нового выигравшего? Ведь он должен ее оставить, как я понимаю.

– Все верно. Обычно его место занимает ближайший родственник. Как только Арит уступит по силе должность другому, возвращается на свои земли.

– То есть, правит не самый умный, а самый сильный?

– Чтобы победить в честной схватке, наличие ума обязательно. А сила служит гарантом спокойствия его жителей и благосостояния земель.

– Интересно трактуешь.

– Да и долго один человек у власти не может находиться. Глаз тускнеет, очевидные вещи видеть перестает. Вот твой отец, сколько времени уже правит. И что в результате? Вы теряете земли и людей. Вместо того чтобы пытаться меня убить, мы могли заключить взаимовыгодный договор. А теперь продолжим враждовать.

– Мы уже почти на месте, шарх. – рядом появился один из воинов.

Я повернулась, посмотреть на говорившего, а у самой глаз выловил стоящую неподалеку Клео, которая сверлила меня злобным взглядом и поджимала губы. Ну да, ну да, помню, контролирует, чтобы ее возлюбленного за волосы не подергала. Она же за них мне угрожала.

– По местам! – скомандовал Рагорад подчсиненым, а мне кинул, – готовься. Не надейся, сбежать не получится. Тебя будут сопровождать.

И уже отойдя, отдал новую команду. Громко так, видимо, специально, чтобы я услышала.

– Кин, свяжи ей руки за спиной. Ногу отвяжешь только перед спуском на берег. И глаз с нее не своди. Головой отвечаешь. – и дождавшись поклона, свидетельствующего, догадываюсь, о подчинении, удалился.

– Раго… – к нему тут же кинулась Клео. Даже руку подняла, желая дотронуться до плеча мужчины.

– Позже, Клео. – резко ответил он и проследовал своей дорогой.

Ох, да мне, оказывается, повезло. Столько времени на меня потратил его почти высочество. Чую, отольется мне еще этот, столь долгий разговор. Надо бы держать ухо востро. А то, глядишь, правда, в еде яд окажется, или змея какая ядовитая ночью в гости пожалует…

Время пролетало быстро. Мы пересекали залив, солнце клонилось к горизонту, воины готовились, я наблюдала. И уже совсем скоро, в самой глубине каньона, показался городок, к тому времени погрузившийся в сумерки, укрываемый от светила тенью высоких скал. В жилищах начали зажигаться огни, и издали смотрелось, будто они разбросаны по низине, словно светлячки в лесу.

– Сложите руки за спиной. – Вырвал меня из мыслей Кин, кажется.

Конечно, можно было начать сопротивляться, взбрыкнуть. А толку? Все равно выволокут, только еще и больно сделают. Уж лучше собственными ногами выйду. Послушно выполнила то, что просили, почувствовав на запястьях тяжесть холодного металла. Зато щиколотку отстегнули.

Попыталась встать. Так, то ли от качки, то ли оттого, что долго в полулежачем положении просидела, голова резко закружилась, в ушах зазвенело, и меня повело.

А дальше произошло что-то совершенно неожиданное. Кто-то подхватил меня за талию и прижал к горячему телу. Уткнулась носом в явно мужскую грудь и принялась глубоко дышать, пытаясь прийти в себя.

– Так бывает. – услышала возле уха. Лекарь. Надо же, заботливый какой. – Идти можете?

– Возможно, чуть позже.

Тут же перед взором все закружилось еще сильнее, а я взлетела в воздух, оказавшись у него на руках.

– Только не советую сопротивляться и вырываться. Упадем оба и тогда будет еще и больно.

Ничего не ответила, лишь воспользовалась ситуацией, еще и голову на плечо уложила, закрыв глаза. И пусть думают что хотят. Для них я и так зло во плоти.

Да и смотреть, как мы проходим по тонкому деревянному мостику над водой, совершенно не хотелось. Лучше по прибытии на сушу полюбопытствую. Когда изображение плавать прекратит.

– Что с ней? – услышала грозный рык Раго.

– Ничего необычного. До сих пор в себя не пришла. Слишком слаба.

– Оставь его, Раго, – тут же защебетал женский голосок, и я тихо хмыкнула. Ну конечно, без нее совсем никак. – Если ей нравится чувствовать себя слабой и беспомощной на руках простого лекаря, там ей самое место.

– Мне все равно, – отозвалась тихо, не открывая глаз. Да и не хотелось обидеть единственного человека, который действительно мне помогал. Хотя отметила себе выяснить сей вопрос. Получается, это выглядит неприлично? – По крайней мере, так точно окажусь на суше и не буду спихнута тобой с мостика в холодную воду.

– Да какая из тебя воительница? – выплюнула та.

– Правильно, никакая. – прервала ее. – Пока никакая.

Та-а-ак, только не говорите, что Аната еще и оружием пользоваться умела. Совсем здорово. Я разве что ножом кухонным помахать могу. А что, он у меня большой, любимый. Ох и научилась им морковку и не только кромсать. Хоть на соревнования отправляйся. Да вот, можно подумать, противники самостоятельно передо мной в горизонтальное положение укладываться станут, чтобы я на них свои способности применить смогла.

С другой стороны, в таких условиях навык самозащиты лишним точно не будет. Надо подумать над этим.

– Не обращайте на нее внимания. – тихо прокомментировал доктор, а девушка показательно фыркнула, и судя по звукам шагов, быстро сбежала на сушу. – Клео ко всем задирается. Рагорад ей это спускает с рук. Так что, лучший способ – попросту не реагировать.

– Благодарю. Скажи, я себя неприлично веду? – решила спросить. Хватит замалчивать. Лучше сразу выяснять обстоятельства. Иначе никогда ничего не узнаю.

– Все в порядке, шиу. – кажется, мы сошли с корабля, но на землю меня так никто и не поставил.

Приоткрыла глаза. Голова к этому времени уже перестала кружиться, и я увидела, что мы продолжали двигаться в колонне. Перед нами шел сам Раго, загораживая своей спиной весь вид. Где мои надзиратели, даже знать не хотелось. Уверена, что следуют по пятам. Ну как же, а вдруг я такая сейчас встрепенусь, и газелью по полям, по лугам да склонам поскачу.

– Шиу, – подняла голову, чтобы посмотреть на своего «носильщика», – что это значит?

– Как что? – удивился тот. – уважительное обращение к женщине благородных кровей. Разве у вас не так?

– Понятия не имею. – прошептала, стараясь, чтобы никто из посторонних не услышал.

– В каком смысле? – нахмурился тот.

– Считайте, что моя жизнь началась, когда я пыталась вытащить из воды вот это чудовище, – кивнула в сторону шарха.

Мне показалось, или плечи последнего напряглись? Ничего себе, слух, если это так. Но сам мужчина никаким образом не дал понять, что нас подслушал. Может, ошиблась?

– Как это понимать? – настаивал доктор с упорством настоящего ученого, желающего докопаться до истины. Да, именно той, что где-то рядом.

– Я ничего не знаю и не помню о жизни до того момента. Так что, не удивляйся, если буду задавать странные вопросы.

– Так вот что не так было с головой, когда изучал ее.

– В смысле, изучал? – настала моя очередь удивляться. Что-то не видела никакой медицинской аппаратуры. Да и очень сомнительно, что здесь о таковой хоть что-то знают.

– Ну… сканировал Ваш энергетический фон. – начал объяснять местный врач, словно дитю неразумному, – Да и аура у вас какая-то странная была. Сначала совсем тонкая, еле просматривалась, а местами так даже дырявая. Я уж думал, окончательно угаснет, перейдя в долину Дэ. Кучу силы влил, чтобы прорехи залатать да закрепить. Без живой ауры человек не может долго существовать.

И пока он это рассказывал, мои глаза все сильнее распахивались. У меня ведь не слуховые галлюцинации, правда?

В душу вдруг закрались сомнения. Большие такие, жирные, что даже мурашки встрепенулись, забегав по телу табунами.

– Вливал что, прости?

– Жизненные силы, конечно. – удивился мужчина, словно я какую-то очевидную вещь не знаю, как солнце или земля, укрепляя мои сомнения.

– Ущипните меня, – успела прошептать прежде, чем моя челюсть упала на тропинку и с грохотом прокатилась по каменной брусчатке.

Кажется, именно на этот звук неожиданно развернулся Рагорад, вопросительно на меня уставившись. Ладно, не на этот, но… Значит, я все-таки была права, и сей тип нас нагло подслушивал.

– Извините, что сделать? – доктор резко остановился словно вкопанный. Да так неожиданно, что в его спину врезался позади идущий, с силой толкнув. На землю мы не полетели, но ускорение нам придали, и мы вновь двинулись в путь, правда, на этот раз уже втроем и рядом.

– Ну… сама не могу, руки связаны. – попыталась объяснить, что на меня нашло. – мне до сих пор кажется, сплю и вижу жуткий кошмар. Говорят, что если во сне сделать себе больно, обязательно проснешься.

– То есть, что-то все-таки помнишь? – шарх задрал одну бровь, уверенный, что уличил меня во лжи. Ну-ну.

– Хм, оказывается, что-то помню.

– Боюсь, не могу себе этого позволить. – вздохнул лекарь. – У меня руки заняты, это, во-первых. А во-вторых, мое призвание устранять боль, а не причинять ее.

– Если хочешь, могу я. – оскалилась глыба, хитро прищурившись.

– Нет уж, уволь. Я тебе не доверяю столь деликатное дело. Еще прибьешь на радостях. С тебя станется. А я еще пожить хочу. Мир посмотреть. Места здесь, вижу, у вас красивые.

Раго хмыкнул, чуть вздернув уголок губ, но комментировать не стал.

– Скажи, – вновь обратилась к врачу, показательно «теряя интерес» к его руководителю. – Будет очень неприлично, если спрошу, как тебя зовут?

– Зачем Вам? – искренне удивился тот, хотя не только он.

– Неудобно звать «Эй» человека, который хорошо здесь ко мне отнесся. – ответила честно.

– Я не друг. – нахмурился мужчина. – Боюсь, мы не сможем ими стать.

Да-да, помню. У них все основательно. Нечего тонкие веточки дружбы растить, лучше ненависть укоренять. А еще что-то там о других рассказывают. Но ответила иначе.

– Я и не напрашиваюсь. Но это не меняет факта, что ты единственный, кто здесь не хочет меня убить, зато помогает.

– Саур, Шиу.

– Благодарю, Саур. – чуть улыбнулась, заметив, как Раго при этом вскинул голову и подозрительно сощурился. Готова поспорить, подумал, что я его воина соблазнить решила и сбежать.

Но выяснить или обдумать мысль мне не дали, потому как мы пришли на место.

Саур поставил меня на землю, но не отпустил, крепко прижимая к себе за талию. Не знаю, то ли увидел, что у меня опять «поплыло изображение», то ли еще из-за чего. Я снова уткнулась носом в его плечо, прежде чем начать осматриваться.

Первое, что увидела, это гневную физиономию Рагорада. Ну да, помню. Я вселенское зло, кровожадная убийца и опасная соблазнительница, причем сразу в одном лице. Вздохнула, намеренно отвернулась и принялась изучать местность.

А очутились мы во дворе не знаю, чего именно, но подозреваю, постоялого двора. Нужно же шарху где-то переночевать. Не думаю, что потащит своих воинов в ночь по горным дорогам.

Местечко весьма милое и аккуратное, с несколькими одноэтажными домиками, выставленными кругом и, судя по всему, колодцем посредине.

Впечатление, словно среди гигантских грибов очутилась. Да нет, дома квадратные, просто у них крыши в виде идеально ровных куполов, напоминающих шляпки, еще и покрыты чем-то гладким, в сгущающихся сумерках не рассмотреть, но явно выкрашенные в разные цвета. Да и окна полукруглые.

Словно в сказке оказалась. Симпатично.

– Идти можете? – услышала над головой голос лекарь?

Таскать надоело? Устал? Да и ладно, этого следовало ожидать. И так хорошо «прокатилась».

– Не знаю, но попробую. – вздохнула. Как ни крути, а на руках передвигаться весьма приятно. – Должна же я начинать к самостоятельности привыкать. Главное, небыстро.

И мы направились к самому массивному зданию. С поддержкой, конечно же.

Любопытно, но спланировано оно приблизительно, как и двор. В центре вместительный зал с большим столом, возле которого уже суетились светловолосые девушки, и несколько дверей вокруг. Готова поспорить комнаты.

– Твоя будет вон та. – Рагорад указал на дверь в углу после того, как я уселась на широкую деревянную скамью. Сам разместился напротив. – Не надейся, сбежать не получится. На окнах выставят защиту, снаружи будут караулить стражники, помимо замка на двери. Моя спальня рядом, так что, любые странные звуки замечу сразу.

– Ну да, я же в таком состоянии далеко уйду. Тем более, ночью. – хмыкнула и отвернулась.

За столом уже сидели лекарь и еще двое воинов, но никто не сделал и попытки прокомментировать, словно ничего не заметили. Кстати, любопытно, шарх ест вместе со всеми, или попросту эти люди высокого ранга?

Тем временем передо мной поставили миску с густой похлебкой и положили большую деревянную ложку.

– Прошу шиу. – склонила голову молодая девчушка и быстро убежала.

– Здесь, конечно, не королевский стол, – поддел меня Раго, – но еда сытная и вкусная.

Кивнула, опять забыв, что здесь сей знак не понимают, и увлеклась ужином. Зачерпнула бульон и сделала глоток. М-м-м, вкусно, пусть и необычно. Как раз то, что нужно. И желудку не тяжело.

– Ох, да неужели наша принцесса простую пищу ест? – услышала поблизости, и подняв взгляд, нашла Клео, плюхнувшуюся рядом со своей «любовью».

Знала бы она только, какую пищу я способна есть. Хмыкнула, но выпад проигнорировала.

Быстро опустошив тарелку, принялась за сочный кусок мяса под странным розовым соусом, сопровождая овощами. Стоит отдать должное, готовят здесь действительно хорошо. Желудок радостно меня благодарил, я чувствовала, что добрею, и меня покидает нервозность.

Отпила из стоявшей рядом кружки напиток, так чуть не выплюнула от неожиданности. Это было… пиво не пиво, но сладкое и горячее. Медовуха? Так слишком горькая. Гадость, в общем.

– Конечно, куда ей куль с нами пить, этот не для благородных. – Фыркнула Клео. Без нее совсем, смотрю, никак. Ох, чувствую, покоя она мне не даст. Чего только прицепилась непонятно.

– Принести что-то другое, шиу? – сию же секунду материализовалась подавальщица с огромными перепуганными глазами.

– У вас есть какой-нибудь ягодный отвар?

– Ягод нет. – та даже побледнела. Чего испугалось-то? – еще не сезон, а прошлогодние сухие уже закончились.

– Травяной настой?

– Обычно не спрашивают. Только если из фитки заварить могу. – на этот раз даже голос задрожал. Да что же не так с моим вопросом?

– Что такое фитки? – Не собираюсь соглашаться, пока не разберусь, что это. Вдруг слабительное.

– Успокаивающая и расслабляющая трава. От бессонницы помогает. – ответила девчушка с видом, будто того и гляди, в обморок упадет.

– Отлично. Как раз то, что нужно. Успокоиться и уснуть. Несите.

Прислужница, кажется, выдохнула. Даже щеки порозовели, а на губах расплылась легкая улыбка.

– Расслабляющее? – повернулась и заметила, как нахмурился Рагорад.

– Да, так, чтобы до утра никого из вас не видеть и не слышать. Я бы еще ванную с удовольствием приняла. Можно?

– Можно. Готовят кадку с горячей водой вон за той дверью. Сама дойдешь, или опять помощь Саура просить будешь?

Бросила быстрый взгляд на лекаря, чуть улыбнулась ему и, вздохнув, вновь обратилась к шарху.

– Неужто сам в помощники набиваешься? – хмыкнула, увидев его вытянувшееся лицо, и перекошенное злостью Клео, – Спасибо, я уж как-нибудь сама.

Медленно встала и, гордо расправив плечи, задрав подбородок, проследовала в указанном направлении. Надеюсь, шла прямо, учитывая, что меня так до сих пор покачивало. Еще бы понять, почему. Раздражало дико.

М-м-м, какая прелесть! Комната вся в пару, посредине – чан с водой, усыпанной всевозможными соцветиями, распространяющими неповторимый аромат.

Попросив прислужницу помочь, разделась, закрыла за собой дверь на небольшой засов и опустилась в воду, наслаждаясь и отпуская напряжение минувшего дня. Наскоро помылась средствами, что нашла рядом, счищая с себя слои соли, грязи и болезни. Самым сложным оказалось справиться с длиннющими волосами. Ладно, раз могла прежняя хозяйка, научусь и я.

После этого откинулась на бортик блаженствуя. Даже глаза закрыла и, кажется, провалилась в сон.

Да так и подскочила от неожиданности, услышав странный треск. Распахнула ресницы и увидела злющего Рагорада, вваливающегося в купальню. Он что, дверь выломал. Серьезно?

Сначала по его лицу скользнула злость, затем недоумение, а потом нечто темное заволокло взор. А последний и вовсе обнаглел, спустившись по моему телу, явно рассматривая.

Вода, конечно, не то, чтобы совсем прозрачная, но скрывала плохо.

– Что ты себе позволяешь? – вскипела, подтянув колени и прикрывая руками верхние прелести, которые у Анаты оказались весьма объемными.

– Тебя долго не было, как и звуков из комнаты.

– Я, кажется, уснула. – вздохнула, уставившись на шарха, который даже и не подумал сдвинуться с места, а так и продолжал блуждать взглядом по, пусть и прикрытому руками и редкими цветочками, но все же обнаженному телу.

– Выйди. – выдала резко.

– Зачем? – только и оставалось рот открыть. Даже не сразу нашлась, что ответить на такую наглость.

– Одеваться буду. – процедила сквозь зубы.

– Я останусь здесь. Вдруг еще что выкинешь.

– Уснуть, по-твоему, значит, выкинуть? – искренне удивилась, распаляясь сильнее, ощущая, как вновь накатывает волна небывалой злобы. – может, еще и помочь собрался? – мои брови взлетели на лоб, уверена, глаза яростно сверкнули.

Громила сощурился и склонил голову чуть набок.

– Могу и помочь, коли надо.

– Что? Да не пойти бы тебе лесом? Уж если однажды мне кто и будет в этом помогать, то точно не ты.

– А кто?

– Не твое дело. Пошел прочь.

– Кто? – взревел этот мужлан и в секунду подлетел, схватив за шею, заставляя посмотреть на него. Ну хоть не сдавил, и то ладно.

– Не смей меня трогать, – отчеканила злобно, – ты мне никто.

– И на кого же нацелилась? Уж не на Саура ли? Не трожь его!

– Тебя не касается.

В тот момент во мне словно что-то оборвалось, резко стало все равно, зато обуяла решимость. Убрала сцепленные на груди руки, вцепившись в его лапу, и оторвала от шеи. Уверена, что удалось только благодаря неожиданности. А взгляд Раго снова скользнул на воду.

 Да и плевать. Не знаю, как Аната, а я замужем была, пусть и не очень удачно. Меня такими вещами не убьешь. Хотя неприятно жуть. А еще противно.

– Пошел ты!

Сцепила зубы и прямо как была, поднялась в полный рост. Выбралась из чана, схватила широкую тряпицу, которую мне принесли в качестве полотенца и замоталась в нее. Повернулась к мужчине спиной, чувствуя, как взор застилает влажная пелена, а меня трясет. Почему-то стало неимоверно обидно. Я-то ему ничего не сделала.

– Теперь уйдешь, или еще и переодеваться при тебе заставишь? – изо всех сил постаралась, чтобы голос звучал твердо.

Ничего не ответил.

Лишь услышала приближающиеся шаги, а потом почувствовала пальцы на подбородке, заставившие меня развернуться.

Проморгалась, прогоняя влагу, ощущая, как предательские слезинки сбегают по щекам. Хотя я вся мокрая, авось не заметит. И сама вперилась взглядом в это… чудовище, понимая, что, если этой скале что-то взбредет в голову, мне совершенно нечем противостоять.

Раго, сощурился. Его взгляд прошелся по моему лицу. Кажется, влажные дорожки не ускользнули от чересчур пристального внимания. Затем спустился на подрагивающие плечи, нахмурился и резко отпустил меня. А после и вовсе, не произнеся ни слова, развернулся и вышел. Еще и дверь выломанную прислонил, закрывая проход.

– Рук, проследи за ней. Я к себе. – услышала снаружи.

И что, собственно говоря, только что произошло?

Думаю, в этот раз я побила все мыслимые и немыслимые, включая личные, рекорды по скорости переодевания.  Так и казалось, что еще секунда, и кто-нибудь обязательно войдет. Еще и работницы постарались, снабдив меня чистой, но другого вида одеждой, с которой тоже пришлось разбираться.

И все это при продолжающемся головокружении. Благо скамья рядом стояла, здорово облегчившая задачу. Вот с волосами опять проблема. Представления не имею, как такие длиннющие сушить? Как могла, промокнула и вышла наружу.

Воины на мое появление не отреагировали. Лишь один, как понимаю, тот самый Рук глянул на меня и продолжил осушать большую деревянную кружку. Готова поспорить, как раз знаменитый куль.

Пробежалась взглядом по присутствующим и, заприметив Саура, направилась к нему, чуть заплетаясь. Похоже, горячая вода и стресс отозвались на мне далеко не положительно.

– Скажи, что со мной не так? Почему до сих пор все плывет перед глазами? – села рядом с ним.

– Могу посмотреть.

– Было бы неплохо.

Клео, до этого делавшая вид, что меня в упор не замечает, ехидно хмыкнула и нарочито медленно поднялась из-за стола. Причем делала это так, чтобы на нее обратили внимание все без исключения. Задрала подбородок и «проплыла» в сторону двери в комнату Рагорада.

В последнюю секунду, прежде чем открыть ее, повернулась и даже несколько снисходительно улыбнулась. Только после этого прошмыгнула внутрь.

Погодите, погодите. То есть, весь сей выпад и походка от бедра были для меня? Чтобы я увидела? Но что? Мне вообще глубоко наплевать кто из них, с кем спит. Лишь бы меня не трогали.

С другой стороны, это поведение явно приревновавшей женщины. Но к кому? Только не говорите, что ко мне. Со смеху умереть, особенно если учесть наши истинные с Раго отношения. Или вообразила что-то о произошедшем в ванной? А вот это возможно. Кроме того, очевидно, она привыкла быть в этой компании единственной представительницей прекрасного пола, даже запросто поверю, что действительно сильный и умелый воин. А теперь появилась я, с которой носятся как курицы с яйцом, что ее здорово раздражает. Логично.

Перевела взгляд на озадаченного лекаря, даже не подозревающего о моих размышлениях. Он, как и прежде, уложил одну ладонь мне на спину, вторую – на грудь под шеей и словно прислушивался к чему-то. Даже голову набок склонил. И только сейчас я ощутила непривычное тепло, исходившее от его пальцев и распространяющееся по всему телу. Еще и веки прикрыла, пытаясь сконцентрироваться на необычных ощущениях.

– Знаете, – тихо проговорил Саур, продолжая изучения. – думаю, заказать настой фитки было неплохой идеей. Его, кстати, принесли, – указал на стоящую подле кружку, на которую я кинула беглый взгляд. – В расслабленном состоянии, особенно во сне, восстановление проходит легче и быстрее. Такое чувство, что у Вас организм так и сопротивляется излечению. Словно отторгает силу и ауру. Вернее, не так. Принял, но они вдруг оказались сложно совместимыми, и теперь идет борьба.

– Если честно, не поняла ничего из сказанного.

– Откровенно говоря, я тоже плохо понимаю, что происходит. Но уверен, настой поможет.

В этот момент с грохотом открылась дверь и к нам вышел шарх собственной персоной, злой, как тысяча чертей.

– Чего тебе опять от него надо? – кинул мне, не сходя с места.

Ну а на этот раз что я натворила, с его точки зрения? Ему бы сейчас развлекаться, вон какая дама себя предлагает. Или что-то не получилось? О-о-о, это бы объяснило настроение. Только я здесь при чем? Спросить, что ли? Да нет, пусть и понимала, что мне ничего не сделают, но после недавно произошедшего на рожон лезть совсем не хотелось. Вообще, лучше держаться от него как можно дальше.

Не стала ничего говорить, просто подцепила кружку и собралась встать.

– Благодарю Саур.

– Подождите, я дам одно средство. Оно защиту организма усиливает. Должно помочь. – И пока я морщилась, вспоминая его «лекарства», быстро схватил свой мешок, выудив оттуда склянку. И только после этого взялся за пояснения. – Все в порядке, шарх. Она просто спрашивала совет, так как до сих пор наблюдаю в ней нарушения, которые, вопреки известным законам, никак не устраняются.

– Ну да, нарушения у нее есть, причем много.

– Уж кто бы говорил. – буркнула я и удостоилась гневного взгляда.

– Вас проводить до комнаты, шиу? – лекарь словно и не заметил выпада командира.

– Буду признательна.

– Сиди, сам это сделаю. – рявкнул Раго и демонстративно протянул мне руку.

– Спасибо, лучше ползком доберусь, чем соглашусь на это. – огрызнулась я.

Да, нарываласб. Но считайте, у меня такая защитная реакция. После случившегося видеть его рядом совсем не хотелось. Мало того, еще и появилось почти непреодолимое желание расцарапать ему морду. Бесит.

– Никто не спрашивает. – шарх подлетел, отнял кружку и подхватил меня под локоток.

Хотела вырваться, но слишком резко дернулась, да так, что меня повело, я полетела на пол, но была поймана.

Ну вот, только хуже сделала. Лучше бы под руку держал, чем к себе прижимал.

– Пусти. Видеть тебя не хочу. – прошипела ему в лицо.

– Саур, что с ней? – сам же Рагорад будто и не замечал моих усилий.

– Отторжение организмом энергетической оболочки. Это еще хорошо, что только головокружение. Обычно в таких случаях симптомы гораздо тяжелее.

Кивнул, подхватил меня за талию и попросту поднял над землей, потащив на место.

– Отпусти. Поставь на пол. – вновь попыталась вырваться, да куда там против такой горы мышц.

Громила ногой открыл дверь и прошел внутрь, еще и захлопнул ее. И тут мной овладела паника.

– Чего тебе здесь надо? Выйди вон. Или опять перед тобой переодеваться заставишь? Не дождешься, так и знай.

Шарх хмыкнул, поставил меня на землю, отпустил, но не отошел. Сделала шаг назад, потом еще один и, наткнувшись на кровать, попросту повалилась на нее.

М-м-м, этого еще только не хватало.

Запрыгнула на нее с ногами и пятясь, быстро отползла. Прижалась спиной к изголовью и стала ожидать дальнейших действий этой махины.

– Если у тебя что-то не получается с твоей женщиной, не моя вина. Не стоит на мне отыгрываться.

– Что?

Само вырвалось, честное слово. Я здесь вообще ни при чем. Ладно, причем. Прекрасно осознавала, что дергала тигра за усы, но, кажется, из-за стресса или с перепугу, перестала контролировать свой язык.

Мысленно отхлестала себя по щекам, заставляя собраться.

– Что тебе здесь надо? Тебя за стенкой Клео ждет, – попыталась сгладить ситуацию, если подобный выпад можно таковым назвать. – Иди лучше к ней, пар спусти.

Раго встал как вкопанный, а его брови взлетели на лоб. А потом и вовсе хмыкнул и сложил руки на груди. Меня же, видя, что уходить он не собирается, накрыло новой волной паники и понесло.

– Будь проклят тот день, когда я решилась спасти это чудовище. Сколько раз говорила, надо только о себе думать. Сидела бы сейчас спокойно на том острове без вот этого всего. – и сделала неопределенный жест в воздухе.

– Странная ты. – Реакция мужчины оказалась весьма неожиданной. Вместо того чтобы разозлиться, он, кажется, развеселился. Медленно подошел ближе и подцепил подбородок, отчего я задрожала сильнее. – Огрызаешься, хотя укусить даже не пробуешь. Физической расправы не боишься, да вообще никого не боишься. При этом трясешься только при мысли, что дотронусь до тебя. Что в этом такого? Тебя кому-то нетронутой обещали? Кому?

– Тебя не касается. – попыталась отвернуться, да не позволили.

– Теперь касается. Отныне ты в моей власти. Кому? – Спросил более жестко и сильнее сжал пальцы.

– Какая разница, что скажу? Все равно не веришь.

– А ты попробуй.

– Понятия не имею. Ничего не помню и не знаю. – и ведь ни чуточки не соврала.

– Хорошо. Пусть будет так. Пока будет. – задумчиво протянул он. – Как бы то ни было, я еще ни одну женщину не взял против ее воли. И воинам своим тоже не позволяю. Не собираюсь этого делать и с тобой. Не вижу смысла.

Потом неожиданно меня отпустил и пошел на выход. Уже возле двери обернулся.

– Не забудь выпить то, что дал Саур, но держись от него подальше. Ради твоего блага. И ложись спасть. Выдвигаемся на рассвете верхом. Понадобится много сил, и с тобой никто возиться не будет.

Только после этого окончательно вышел, запирая дверь снаружи, а я облегченно выдохнула. Ненадолго.

До меня вдруг дошло. Он сказал верхом? Мамочки! В жизни ничего подобного не делала. И как же быть?

Ладно, раз другие это умеют, научусь и я. Способная ведь. Главное – верить в себя.

Глубоко вздохнула, после чего послушно поднялась с кровати, выпила настойку лекаря, заодно и полкружки фитки и, не раздеваясь, просто боязно было, вновь забралась под одеяло. Наконец-то, мягкая перина.  Ведь до этого на жестком спала.

Но мыслей роилось много, как и страхов. Долго ворочалась, прислушивалась к каждому шороху и шагу снаружи, но все было спокойно. Даже из-за стены характерных звуков не последовало. Надеюсь, Клео за это завтра на мне не отыграется. Обдумывала и мою новую жизнь, стараясь понять, как быть дальше.

Сколько лежала, не знаю, казалось, целую вечность. Видимо, из-за переизбытка информации, а может и отвар подействовал, но сон меня сморил, и я провалилась в царство Морфея.

Правда, спала недолго. Проснулась, чуть не подскочив на кровати из-за странного чувства неимоверного беспокойства, заполнившего грудь. Да такого, что дышать тяжело, а на лбу холодный пот проступает. Что это: предчувствие, зов или что?

Воздух, сильно не хватало воздуха. Подошла к окну и, помучившись некоторое время с замком, распахнула створку, запуская в комнату ночную прохладу и подставляя ей лицо.

По коже пробежался ветерок, вызывая мурашки по телу и, кажется, помогая справиться. Непонятное чувство заметно ослабло, хотя и не исчезло. Вздохнула полной грудью наслаждаясь.

Закинула голову наверх, уставившись на небо, целиком усыпанное звездами. Такое, что я в жизни не видела. То, за которым нужно ездить высоко в горы. Когда не найти и маленького кусочка без «огонька». Еще и без лун, что свод засвечивают. Лишь неподалеку горел слабый уличный фонарь, а в паре домов светились огни, но это совершенно не портило представшей картины.

Красота такая, что глаз не оторвать, а взбудораженные мурашки бегают не только по спине, но даже по пальцам на ногах и макушке, поднимая длинные волоски.

Простояв так несколько минут и осознав, что сон как рукой сняло, стащила с кровати одеяло, в которое закуталась и вернулась к окну. А потом и вовсе взгромоздилась на широкий подоконник. Задрала голову, изучая сие великолепие, пытаясь отыскать знакомые созвездия, пусть и понимала заранее, что без толку. Это небо, как и мир мне не знакомы.

Стало грустно от понимания, что способ возвратиться домой быстро не найду. На это могут уйти не только месяцы, но и целые годы. Если вообще получится. А значит, до тех пор придется как-то обустраиваться здесь.

Пока обдумывала все это, вновь нахлынуло то самое чувство, из-за которого проснулась. Да что же это такое?

Вспомнив, что нахожусь в мире, полном магии, попыталась прикрыть глаза и сконцентрироваться на ощущении, чтобы четче его описать, прорисовать, прочувствовать.

Не получив абсолютно никакого результата, в отчаянии дернула рукой, да даже зашипела от прострелившего тело электрического разряда, ну или чего-то подобного. А рядом увидела странный голубой сполох.

Осознание пришло неожиданно. Рагорад же говорил о защите снаружи. Потянулась, аккуратно дотронувшись указательным пальцем до невидимой пленки, вернее, до того места, на которое до этого наткнулась.

На этот раз током не ударило, лишь почувствовала нечто, напоминавшее горячую щекотку. Зато вокруг пальца пошло свечение голубого цвета, от которого во все стороны разлетались крошечные искорки, словно огни бенгальские, правда, не такие обильные. Красиво.

Прочертила линию, наблюдая, как остается след, тая буквально через пару секунд. Еще одну.

Восхитительно! И необычно.

Это и есть магия?

Надо же!

Кто знает, может, тогда и у меня она либо уже есть, либо появится. Любопытно, какая именно.

А не ее ли я чувствую? Попыталась произвести из пальцев искру, ветерок, или нечто подобное. Безрезультатно. Зато сама идея успокоила, даже энергии придала. Уверена, это здорово владеть новыми возможностями. И тут же поймала себя на мысли, что голова больше не кружится. Так вот это, значит, и происходит то самое «слияние», о котором говорил Саур? Да и неважно, главное, чувствую себя лучше.

Удовлетворенно улыбнулась и принялась рисовать незамысловатые рисунки, вроде треугольников, звездочек, лун и даже сердечек.

Неожиданно снаружи услышала хруст ветки. Совсем рядом. Да такой, что я подскочила и свалилась с подоконника, больно ударившись плечом о пол. Сердце при этом зашлось с такой силой, что его стук было слышно, наверное, даже в соседней комнате.

– Кто здесь? – выпалила, не узнав собственного голоса. Вскочила на ноги, пытаясь выпутаться из одеяла, чтобы запахнуть окна. С другой стороны, раз стоит защита, она не только меня не выпустит наружу, но и никого не пропустит внутрь. Но страшно, жуть, да и проверять не хочется.

– Ты в порядке? – в проеме материализовался Раго, заглядывая в комнату.

– Сдурел так пугать? У меня сердечный удар чуть не случился. – выдала тяжело дыша.

– Ты что здесь делаешь? Спать должна.

– Не спится. Даже фитки, похоже, не помогает. – зачем-то пожаловалась, а потом опомнилась, как ты… здесь… в окне… – понятия не имею, как это назвать можно.

– Сам защиту ставил, сам и убрал. Не бойся, – кажется, до него дошла причина моего испуга. – никто больше не войдет. Оригинальное, однако, использование щита. – хмыкнул он.

– Не ожидала, что за мной кто-то будет подглядывать. Кстати, а сам что там делал?

– Не спится. Вышел проверить территорию и посты.

Как все у него, однако, складно получается.

– Ударилась? – указал на плечо, которое я усиленно растирала.

– По твоей вине. – буркнула. А что, это ведь именно так и было.

– Прости, не хотел. Давно здесь сидишь?

– Не знаю. Не очень. А ты… наблюдаешь?

– Не знаю, не очень. – вторил, чуть ухмыльнувшись. – Попросить еще фитки?

– Спасибо, не нужно. Лучше расческу.

– Что? – густые светлые брови слились в одну толстую линию.

– Что в этом такого? Волосы спутались. Расчесать хочу. Все равно не сплю.

– Будет тебе расческа, но утром, сейчас ложись, скоро вставать. Нас ждет трудный путь.

Кивнула. Вздохнула и закрыла ставни прямо перед носом шарха. Когда между нами есть преграда, как-то спокойнее себя чувствую.

 Выпила оставшуюся часть настоя и вновь улеглась на кровать. В одном Раго прав – обязательно нужно отдохнуть. Неизвестно, что меня ждет завтра, и что-то подсказывает, видимо, моя неугомонная пятая точка, постоянно притягивающая приключения, простым день не окажется…

Утро не предвещало ничего экстраординарного. Я даже поспала пару часов, причем без сновидений.

Правда, потом, как и было обещано, меня пришли будить и умывать работницы. Заодно и гребень принесли. Надо же, Рагорад выполнил обещание.

Необычный такой, в смысле не Раго, а гребень, даже не поняла, из чего сделан, и долго его рассматривала. Вроде бы костяной, но какой-то несколько прозрачный и перламутровый. Мой пытливый ум попросту не мог оставить его без внимания.

– Что-то не так, шиу? – снова переволновалась одна из девушек, увидев мой повышенный интерес к предмету.

– Да нет, просто любопытный. Не пойму из чего.

– Так, из плавника патики, госпожа. – вмешалась вторая, видимо, заметив, что предыдущая побледнела и словно заледенела. – у них во время нереста хохолки каменеют и прозрачными становятся. В наших краях стоит безумно дорого. Не подходит? – тут и она побелела.

– Все в порядке, благодарю. А можно мне завтрак здесь организовать. Не хочу выходить в зал.

Девчушки словно облегченно выдохнули и выбежали, чтобы вернуться через пару минут с маленьким столиком и едой. Отлично, и чего вчера не додумалась? Сэкономила бы себе нервные клетки.

Стоит сказать, не без удовольствия умяла все принесенные блюда. Ну и любопытство сыграло. Надо же как можно больше местных лакомств попробовать. Понравилось далеко не все, но кое-что оказалось потрясающе вкусным. В конце концов, кухня – это часть культуры народа, и коли я решила изучать вторую, где-то же нужно, пусть и временно, но закрепляться, вот и отличный момент начать с еды.

Затем попыталась расчесать кудри, но поняла, что они слишком запутанны, потому без раздумий согласилась на предложение о помощи работниц, которые в три, вернее, шесть рук быстренько справились с задачей. Даже не подергали. Умеют, однако.

Сложных причесок решила не делать, как-никак дорога ждет. Потому отпустила прислужниц убрать столик, а сама же принялась заплетать косу, посчитав, что это будет удобнее. А что, пачкается меньше, как и путается, да и на ветру не летает. В общем, сплошные преимущества.

Хорошо, сдаюсь. Просто понятия не имею, как вести себя с такими длинными. Непривыкшая я.

Девчушки потупили взгляд и молча удалились. Только не говорите, что обидела их желанием заняться сим делом самостоятельно. Ладно, переживут.

И лишь потом на зов, кажется, Рука, вышла во двор, где уже собирались воины возле потрясающих животных. А я так и рот открыла, надеюсь, только фигурально, при виде последних.

Это, как выяснилось, далеко не лошади. Хотя чего-то подобного стоило ожидать. Здесь все совсем другое. Моя вина, пора бы начать привыкать и реагировать менее эмоционально.

Это были олени. Правда, гораздо выше известных мне, в холке почти с человеческий рост, даже не знаю, как на таких забраться можно. Мощные, судя по выступающей через густую шкурку мускулатуре. Ноги тонкие, но одновременно сильные. Шеи длинные, стройные. Явно выносливые. Еще и рога широкие, ветвистые.

И не жалко таких? Хотя чего я, мы же в стародавние времена лошадей тоже вон как использовали. Подошла к ближайшему животному и неосознанно принялась гладить.

Услышала возле самого уха почти рычание. Даже уточнять не стоило, кто бы это мог быть. И точно не зверь. И что на этот раз не так?

Повернулась к нему, увидев злобную прищуренную блондинистую физиономию и вопросительно задрала бровь.

– Я же просил оставить Саура в покое. – устало-гневно процедил он.

– А лекарь здесь при чем? – все еще непонимающе уточнила я.

– Так, значит не он. И кто же тогда? – махина стала надвигаться на меня, а на скулах уже ходили желваки. Страшно, однако. – На кого теперь нацелилась, а?

Губы поджаты, глаза сверкают, а рука опять потянулась к моей шее.

– Да объясни нормально, что на этот раз произошло. – С силой ударила его по кисти.

– Коса.

– Что?

– Ты заплела косу. Одну. – и указал пальцем на длинную почти веревку. Шевелюра у Анаты оказалась густой, а потому и произведение моего незамысловатого искусства весьма толстым. Думаю, если таким по лицу заехать с размаху, можно и вырубить. Почти оружие получается.

– И что?

– Выбрала себе мужчину?

– Что? – кажется, я услышала испуг в собственном голосе.

– Кого на этот раз?

– Да никого, просто распущенные быстрее пачкаются, путаются и застревают везде, где ни попадя, еще и летают на ветру. Решила их собрать перед поездкой.

– Женщина заплетает косу, причем одну только после обряда бракосочетания или помолвки. Ну или когда окончательно определяется с выбором спутника, показывая, что ее поиски завершены.

– М-м-м, – стон сам вырвался наружу, – не могли что-нибудь более практичное выбрать в качестве традиций? – почувствовала, как щеки вновь заливают краской. А потом в голову пришла, как мне показалось, замечательная идея. – С другой стороны, отличная возможность отвадить всех и сразу.

– Зато такая женщина среди воинов привлечет внимание вероятных врагов и разбойников в дороге. Ею может быть только пара одного из командиров, так как простые бойцы жен в походы не берут. На нее нападут в первую очередь, чтобы вывести из строя ее мужчину. Она не цель, но средство. – Рагорад сощурился, внимательно наблюдая за моей реакцией.

– Кошмар. Ладно, я поняла. – Стянула ленту и принялась нервно расплетать прическу, поджав губы. Как можно жить вот так, не зная всех тонкостей, и как можно их узнать, не спрашивая? – Женщины обычно распускают волосы перед любимым, а у вас, значит, собирают?

– Распускают наедине и в спальне, чтобы наслаждался только один. Остальные более не должны на эту женщину зариться.

– А много косичек? – буркнула, продолжая свое занятие и пытаясь подавить собственное разочарование.

– Большое количество заплетают только воины, обычно перед битвой. Означают множество обличий и тактик, а также жизней. Вроде оберега. А чаще, попросту чтобы не мешали. И то, далеко не все это делают. – На подбородок вновь легли сильные пальцы и, несмотря на тщетные попытки освободиться, не отпустили, заставляя повернуться.

– Ну а теперь-то что? – вырвалось чересчур эмоционально, к сожалению, показывая мою нервозность.

– У вас разве не так?

– Да сколько тебе говорить, что понятия не имею? – всплеснула руками. – И хватит меня за лицо хватать. Синяки скоро оставаться начнут.

– Но косу плести помнишь как.

– Как и разговаривать. Это врожденное. С детства учимся, – на лице и мускул не дернулся. – Чего ты привязался?

К тому времени покончила с уничтожением следов утреннего занятия. Зато стала понятна реакция прислужниц. Кто знает, что они подумали.

С другой стороны, вижу их первый и, надеюсь, последний раз. Чего это должна беспокоиться?  

– Теперь опять запутаются. – вздохнула и попыталась отвернуться.

Рагорад хмыкнул и потянулся ко мне. Непроизвольно отшатнулась, напоровшись на оленя, преградившего мне пути к отступлению.

– Значит, все-таки боишься. – озорно прищурился шарх. Не нашлась что ответить, сильнее насупилась и вперилась в него взглядом.

Мужчина вздернул уголок губ, как-то чересчур хитро. Мне бы забить тревогу, но я не могла понять, в чем подвох. Шагнул ближе и, потянувшись, перекинул мою светлую копну со спины на грудь.

– Успокойся. – прокомментировал он и с весьма довольным видом начал закручивать локоны в свободный жгут.

А потом и вовсе, стянул со своих волос кожаный шнурок, связывавший в хвост множество тонких косичек, и разорвал его на две части. Ох, ничего себе, силища. И пока я пораженно хлопала ресницами, попросту перевязал в двух местах мне локоны. Также хитро глядя в глаза, подцепил мою ладошку и выудил из нее снятую ранее ленту, перевязав жгут еще в одном месте, и только после этого отступил.

– Так не спутаются в пути. Не находишь?

– В чем подвох? – ох, готова поспорить, не договаривает он.

– Никакого подвоха. – довольно усмехнулся тот. Подобным образом волосы стягивают незамужние, незаинтересованные в паре девушки. Обычно в период траура, когда нет ни желания, ни возможностей думать о делах сердечных, а браки запрещены традициями. С таким жгутом к тебе, даже если кто и подойдет, на чары точно не отреагирует.

– Хм, неплохо. Так, а подвох в чем? – на это Раго удивленно задрал одну бровь.

– Я же сказал, что его нет.

– У тебя выражение лица чересчур хитрое. Будто что-то не так с этим рассказом.

– Все так. Тебя устраивает? – А-а-а, верно! Совсем из головы вылетело, что я неудержимая соблазнительница, причем всех подряд.

– Издеваешься? Если есть возможность показать сразу всем окружающим, что подобная ерунда меня не интересует, я только за.

– Так уж и не интересует?

– Не хочу никого видеть рядом. Тем более, сейчас. – а вот это, кстати, чистая правда. Мало того что после измены мужа и очень болезненного развода смотреть ни на кого не могу, об отношениях вообще молчу. Так теперь и подавно. У меня пока одна цель – понять, что к чему в этом мире. – Тебя, кстати, тоже. Кроме того, ты прав, я определенно в трауре. По своей свободе и спокойной жизни.

После этого отвернулась, давая понять, что разговор окончен, и принялась изучать способы забраться на почти оленя.

– Держаться хоть в седле умеешь? – новь услышала грозное возле уха. И как он так тихо передвигаться умудряется?

– Справлюсь. – буркнула резко в желании поскорее отвязаться от мужчины.

– Правду. – потребовал Рагорад, развернув меня, и после непродолжительного молчания, сделал вывод. – Понятно. Поедешь со мной.

– Я сама. – процедила сквозь зубы, представляя картину, которая мне не понравилась, и снова отвернулась.

– Послушай, – устало вздохнул он. – у меня нет желания препираться с тобой. Если ни разу не ездила на киге, долго на нем не продержишься. Еще не хватало, чтобы слетела и шею свернула. Мне ты пока нужна живая. Так что, это не предложение, а элементарное нежелание терять время как мое, так и лекаря.

– Что? – встрепенулась и резко развернулась, оказавшись непозволительно близко к Рагораду. – А разве никого другого нет? Я с тобой не поеду. С кем угодно, кроме тебя.

– Значит, все-таки хочешь, чтобы тебя тронули. – ехидно прищурился тот.

– Сам же сказал, что не позволяешь своим воинам. – почувствовала, как меня вновь накрывает паника, а глаза заполняет белая пелена. Ну да, и как я могла, пусть и на секунду, но забыть, что пленница?

– Не позволяю силой брать. – услышала неожиданно возле самого уха. – а вот потрогать могут. Хочешь?

Даже не знаю, что именно мужчина увидел на моем лице, но весьма довольно хмыкнул и после этого вновь заговорил.

– Так что, выбирай, либо со мной без поползновений, либо с другим, но за его действия не отвечаю.

– Умеешь ты убеждать. – буркнула, похлопав ресницами в попытках смахнуть влагу, и почувствовала, как по спине пробегают взбудораженные мурашки.

Да вот непонятно, выиграла я таким согласием или проиграла. Может, Раго и наврал, да только понятия не имею, есть ли здесь подобная практика, а проверять определенно не желала.

Не успела это обдумать, как резко оказалась подхвачена за талию, а затем и в седле. Причем боком. Но почему? Неудобно же!

Хотя сама же себе и ответила. Лучше так, я ведь в длинной, узкой юбке. Не хватало только голыми ногами сверкать. И так оплошала уже не единожды. Да и вообще, думаю, некоторое время стоит посидеть тише воды ниже травы. Авось обо мне и забудут.

– Погоди. – вдруг опомнилась. – Не хочу, чтобы твои люди что-нибудь подумали.

– Тебя только это беспокоит? – хмыкнул Рагорад и ловко, одним движением вскочил на животное. Приобнял меня за талию, фиксируя, а другой рукой схватился за рога, которые, судя по всему, служили местным воинам поводьями.

– Беспокоит слишком многое. Составить письменный список? Только тебе-то что до него?

Ничего не ответил, издал какой-то цокающий звук и кига пришел в движение, вставая в колонну всадников. Мое положение вдруг показалось чересчур неустойчивым. Не то чтобы высоты особо боялась, но стало не по себе. А еще, я отчетливо поняла, чем меня стращали. Непроизвольно схватилась одной рукой за рог и вжалась спиной в шарха.

Резко пришло понимание, что нахожусь чрезмерно близко к мужчине, буквально прижимаюсь.  Ведь невесть что так подумает. Тут же отпрянула, ощущая, что теряю равновесие и вцепилась второй рукой в рог. При этом сильно испугалась и схватила ртом воздух.

– Совсем чокнутая? – рявкнул Раго, возвращая меня на место и прижимая к себе. – Сиди смирно, животное пугаешь. Вдвоем шеи свернем.

Застыла, не двигаясь и тяжело дыша. При этом старалась не произнести ни звука, хотя глаза снова наполнялись влагой.

Стало обидно. Вот так. Совершенно ничего не могу, не умею. Одна здесь точно не выживу.

Да что такое? Что я как тряпка? Срочно надо брать себя в руки.

– Извини. – прошептала еле слышно, пытаясь хоть как-то оправдаться.

– Просто не ерзай и не упадешь. Я удержу. – на это лишь кивнула.

– Скажи, почему ты постоянно головой трясешь? – а я чуть не взвыла. Опять забыла. Совсем контроль над собой теряю.

– Тик нервный.

– Я так не думаю. – и после секундной паузы, продолжил. – Значит, все-таки боишься, и вся твоя дерзость не что иное, как попытка скрыть страх. Хорошо.

– Хорошо? – замерла, чувствуя, как сердце гулко ударилось о ребра.

– Не боятся только сумасшедшие, а они опасны. Хотя именно таковую мне и напоминаешь.

– Вот уж комплимент.

– Комплимент, если хочешь, в том, что не являешься ею. Но кровь горячая, да и сама смелая. А еще борзая.

– Ты меня не знаешь, чтобы выводы делать.

– Выводы всегда можно сделать, да и ты уже порядочно представилась. И расслабься. Слишком напряжена, так быстро устанешь. Говорю же, не упадешь. Ладно, давай вот так.

После этих слов почувствовала, как его рука, лежавшая у меня на животе, увеличилась в размерах раза в полтора, лишая воздуха и возможности говорить. И не от боли, просто шок. А затем она, рука, в смысле, и вовсе покрылась… нет, не чешуйками, а словно пластинками каменными. И я оказалась буквально прижата к мужчине недвижными тисками.

Несколько секунд ушло на то, чтобы прийти в себя и для начала хотя бы моргнуть. Не выдержала, и не думая о последствиях, пробежалась по пластинкам пальчиками, в попытке удостовериться, что это не плод моего больного воображения. За что удостоилась короткого смешка.

И да, шершавые, как настоящий камень, только теплые.

– Что это? – прошептала шокировано, хотя уже понимала, без магии здесь не обошлось.

– Ни разу не видела вблизи?

– Нет.

– Я потомственный чистокровный норх. – произнес с ничем не скрываемой гордостью.

Так, значит, это не просто название страны?

И кто же они тогда такие?

Пояснять, кто же такие норхи, никто, конечно же, не стал. На мой вопрос мужчина лишь неопределенно хмыкнул. Да-да, я помню, что ни на секунду не поверил в мою потерю памяти. Да если честно, прекрасно его понимаю. Уж чересчур он наблюдательный, а я понятия не имею, как ведут себя и что говорят страдающие сим недугом.

Ладно, придется выискивать информацию иным способом.

В общем, пока только и оставалось, что рассматривать его каменную лапу и рассуждать.

Получается, именно эта особенность его народа. Только непонятно: покрываться камнем или кулаки большими делать? Или это частичная трансформация? Так, вроде бы, на дракона не похож. Голем? Если память не изменяет, целиком из глины или камня должен состоять, а этот лишь «коркой» покрылся.

Зато обратила внимание, что при такой «страховке» действительно не страшно. Фиксирует надежно.

Подняла голову, наблюдая, как мы покидаем поселение, выходя на довольно узкую горную дорогу. Взгляд выцепил Клео. Ее лицо не выдавало ни эмоции, словно ничего не происходило, да только губы были уж слишком поджаты, а глаза подозрительно сверкали, ну и меня сверлили.

– Чего притихла? – услышала за спиной.

– Думаю.

– О чем?

– О многом. Ты же не хочешь ничего рассказывать, приходится самой придумывать и додумывать, подробностями обрисовывать. Надеюсь, понимаешь, фантазия женская непредсказуема, может оказаться посильнее любых воинов в своей разрушительности. По большей части для нервов, преимущественно мужских.

– Любопытное замечание. – хохотнул шарх. – с этой стороны никогда вопрос не рассматривал, но готов признать правоту.

– Отлично. Потому, если женщина о чем-то спрашивает, лучше сразу рассказывай.

– И что на этот раз узнать хочешь?

– Много всего. – так, пользуемся случаем. Что там самое важное? Повторять вопрос о народе смысла нет, лучше что-нибудь новое. – Расскажи, зачем мы должны были встретиться в море?

– Опять за старое? Прекращай придуриваться.

– М-м-м. – глубоко вздохнула, стремясь подавить чрезмерную раздражительность. Следует говорить спокойно. Мне катастрофически требуется хоть какая-то информация. – Хорошо. Давай сделаем вид, что я хочу услышать твою точку зрения на события.

– Чтобы своим потом ее передала? Даже не подумаю.

– Да не нужны мне твои выводы. – нервно бросила я. – опиши случившееся сухим языком без эмоций. Факты. Мне будет достаточно. По крайней мере, пока.

– О том, что ты потопила два корабля и убила кучу воинов? Причем не только моих, но и своих? – в голосе Раго появились рычащие нотки. – О том, что тебе плевать на других в достижении собственных целей? О том, что для тебя договоренности и данное слово не значат ровным счетом ничего? О том, что твои действия – это попытка спровоцировать войну, и если она начнется, погибнут еще больше людей, причем мирных?

– Да не делала я этого. – чересчур эмоционально прервала тираду. Чуть на крик не перешла, судя по тому, что несколько ближайших всадников резко обернулись.

Мужчина обхватил мой подбородок пятерней, с силой заставил повернуться к нему и посмотреть в глаза. Злился. На скулах желваки ходили. Попыталась высвободиться, но лишь сделала себе больно. Из его каменной хватки просто так не вырваться.

– Тогда кто? И за что?

– Не знаю.

– Правду. – скомандовал тихим, но жестким тоном. Таким, что внутренности заледенели и пришло понимание, что этот человек, или не совсем подобный, нисколько не шутит.

Признаюсь, в тот момент безумно захотелось рассказать о моем попаданстве, но вовремя остановилась. Он в потерю памяти не верит. Поведай ему сейчас о реальном положении дел, на смех поднимет. Или за сумасшедшую примет, что ничуть не лучше.

– Хочу разобраться не меньше твоего. Потому и вопросы задаю. Пусти, ты не держишься и на дорогу не смотришь, мы так оба упадем.

Рагорад убрал руку, и я наконец-то отвернулась, ощущая, как душу заполняет обида. И как ни странно, не на него. Если все, что услышала правда, подобное отношение вполне закономерно. На Анату. По ее вине я сейчас здесь. Еще и натворила, похоже, многое, а мне теперь разгребать. А как это можно сделать, если совершенно не владею информацией?

– Зачем вам болота? – после непродолжительного молчания вновь заговорил Раго.

– Какие болота?

– Те самые, о которых мы хотели договориться. Почва неплодородная, вы все равно не представляете, как ее использовать и возделывать. Тем более, мы планировали разделить ее пополам.

Та-а-ак, кажется, кое-что начинает проясняться. Но мало. Слишком мало.

– А вам?

– Половина наших городов на них построена. Вода, редкие растения, подпитывающие нашу магию, минералы, которые мы научились из них получать.

– То есть сыр-бор из-за чьей-то земли?

– В том-то и дело, что ничьей. Она давно остается незанятой и находится как раз в междугорье между нашими территориями. Служит некой границей. Мы долго жили относительно мирно. Никогда особо не дружили, но и не воевали. Теперь ты спровоцировала конфликт. Понимаю, что вы маги земли, обязательно используете в борьбе ее силу. Но давай откровенно, наша армия гораздо сильнее. И даже если бы я погиб, как второе лицо норхов, способное принимать решения, Арит по-прежнему жив, да и на мое место безусловно пришел бы другой. В чем цель, Аната? И тем более, зачем тогда было меня спасать?

– А что, если приказ отдавала не я? – предположила не поворачиваясь. Пусть это некрасиво, сидеть спиной к собеседнику, но мне все равно. Нам детей не крестить. – Что, если мне самой не нравилась эта идея, потому и спасла?

– Твоя слава идет впереди тебя, – хмыкнул мужчина, – чтобы верить в это. Ты чересчур известна своей хитростью, беспощадностью, бессердечностью и полным отсутствием сострадания. И рассказы о том, как собственноручно вырезала врагов, тоже разлетелись далеко за пределы ваших земель. Не уверен, что все это правда. Подобные истории всегда лишними бородами обрастают, но согласить, не создаются на пустом месте. Так что, не стоит рассказывать сказки.

Я чуть не замычала. Все гораздо хуже, чем предполагала изначально.

– Тогда почему сразу шею не свернул, раз я само исчадие ада?

– Исчадие кого?

– Зло во плоти. – вздохнула, закатив глаза. Нужно четче контролировать все, что вылетает из моих уст.

– У меня слишком много вопросов. И пока ты единственная, кто может дать на них ответы.

– Даже не представляешь, насколько заблуждаешься. Так зачем тогда посадил с собой? Не боишься?

– Нет. Ты сумасбродна, но далеко не дура. Сделай мне сейчас что, живой не останешься. И если бы тебя интересовала лишь моя смерть, оставила бы там, в море на корм кинки. Тебе зачем-то надо попасть к нам. И не собираюсь давать возможность заморочить голову воинам. Сам я на твои чары не поведусь. Я ответил на вопрос?

– То есть, тот разговор о… – чуть замялась, – потрогать… не был правдой? Сказал только, чтобы сама захотела ехать с тобой?

Ни слова не произнес, только хмыкнул. Но это и было весьма красноречивым объяснением.

–  У всех есть слабости, на которые можно надавить, когда требуется. Их просто следует найти.

– Понятно.

Вновь вздохнула и задумалась. Куда мне против него? Конечно, все понимаю, он правильно говорит, но одно дело – знать теорию, другое – уметь применять это на практике. А я в интригах никогда не участвовала. Меня и с детства учили всегда оставаться честной. Так проще и свободнее жить, душа чище.

И тут же похвалила себя за то, что о попаданстве не рассказала. После стольких отвратительных эпитетов, он точно в него не поверит.

Информация, где ее взять? Катастрофически не хватает. Срочно нужны данные.

Вот уж, подкинула эта дрянь, проблем. Я об Анате. А сама сейчас где? В моем теле? Наслаждается жизнью или портит мне репутацию и вредит соседям?

– Наша принцесса не умеет даже в седле самостоятельно сидеть? – Ехидно выдала подъехавшая Клео. – Хоть на что-нибудь годна?

Ну да, куда же без нее? Кстати, продержалась дольше, чем я ожидала. Вздохнула и повернулась к ней, готовясь к очередной словесной баталии.

– А зачем уметь? – почти искренне возмутилась.

Не смогла удержаться. Настроение сейчас не так чтобы мирное.

Эх, кажется, во мне погибла великая актриса. Хотя не факт, что сей игре поверили. Да и ладно, не сильно беспокоит, я себе мысленно в любом случае поаплодировала.

– Для этого есть специально обученные люди. Я привыкла, чтобы меня возили и заботились. Зачем что-то делать самой, когда можно поручить другим? – ведь я, вроде как, принцесса, а значит, помощники и слуги должны быть. Так что, даже практически не соврала.

– Что же с твоим любимым Сауром не отправилась, или со мной?

– Чтобы шею мне свернула, сбросив с киги? – ух ты, даже название запомнила. – А с Сауром Раго не позволил. Боится за его психическое здоровье. Или сердечное. Поди разберись.

Но и этого мне показалось мало, видимо, накопленное раздражение потребовало выхода.

– Да расслабься, не нужен мне твой мужик. – шарх странно дернулся, а Клео уставилась на меня огромными глазами.

О как. Шок – это по-нашему. Ну все, держите меня семеро, вшестером не удержите. Ведь я и на этом не остановилась.

– Кстати, подруга, – обратилась к ней громким шепотом, – думаю, мы сейчас заинтересованы в одном и том же. Так что, когда сегодня будешь командира своего ублажать, попробуй уговорить отпустить меня. Говорят, мужчины в самый важный момент готовы давать много обещаний.  Вот и возьми. С большим удовольствием скроюсь с глаз, пока ты себе очередной раз чего не надумала. Вижу же, что раздражаю тебя точно так же, как вы меня. И будет всем счастье.

Кажется, впервые за время нашего знакомства дамочка не нашлась что ответить, а так и продолжала хлопать ресницами чуть ли не с открытым ртом. Видимо, эффект неожиданности сработала. Готова поспорить, второй раз такой фокус не пройдет. Правда, щеки ее вдруг резко покраснели, радужки опасно сверкнули, а из ушей чуть пар не пошел. Мне даже дымок из ноздрей привиделся.

– Клео! – сквозь зубы прорычал Рагорад, – уйди.

Женщина встрепенулась, на лице нарисовался неподдельный страх, даже глянула на меня несколько сочувствующе, а после ее словно ветром сдуло.

– Что? Ты? Себе? Позволяешь? – также сквозь зубы тихо процедил норх. Ох, похоже. Я кого-то сильно разозлила. Так, сам виноват.

От его тона затряслись поджилки, но у меня уже кипела кровь, чтобы обращать на это внимание. Тем более, как он там меня описал – борзая? Надо же соответствовать. И стоит заметить, понимание, что меня никто трогать не посмеет, включая его самого, подарило крылья. В общем, пока шарх думает, что может получить какую-то информацию, я буду цела и невредима. Можно потренироваться в игре на его нервах. Главное, не переусердствовать. Не очень хочется узнавать их пределы.

– А чего это ко мне претензии? Если она сама постоянно лезет и задирается, предлагаешь, молча слушать и склонив голову принимать?  Или только за нее вступаешься? Где же хваленая справедливость? Вот, кстати, побольше бы времени ей, что ли, уделял. Не знаю, на свидание своди.

Раго вновь обхватил мой подбородок пятерней и развернул к себе.

– Да что ты к моему лицу привязался? – вспыхнула и с силой ударила его по руке. Мужчина поджал губы, но отпустил. Хотя стоило попытаться отвернуться, как снова заставил посмотреть на него.

– Зачем?

– Что?

– На свидание?

Последовала пауза в пару секунд, когда я приходила в себя, а потом разразилась хохотом.

– Действительно, зачем? Для чего такие заморочки, ведь гораздо проще пальчиком поманить, в палатку позвать, когда потребуется, дело сделать, а потом забыть.

– Ты о чем?

– О том, что, если хочешь иметь с женщиной отношения, ей время уделять надо, заботиться. Она же от ревности с ума сходит. Видно невооруженным глазом.

– Каким глазом?

– Да любым, даже косым. – разозлилась еще сильнее, – только ты, похоже, слеп. Успокой ее, чтобы не переживала. Что же вы, мужчины, все какие недогадливые? Вечно очевидного не замечаете.

– И многих ты мужчин познала, чтобы выводы такие делать? – и спросил так, с почти искренним интересом. Хм, и голос вдруг нормальным стал, повеселел. Ох, чувствую, кто-то за мой счет решил развлечься. Тоже мне, собачку цирковую нашел.

– А для этого и не надо никого познавать. Порой достаточно просто вырасти в мужском окружении. Кроме того, существует элементарная наблюдательность, чтобы выводы правильные делать. Да и речь не обо мне, а о твоей женщине.

– Она не моя женщина.

– О как! А сама Клео об этом знает?

– Я ей ничего не обещал.

– Ну тогда и за нос не води. Говори как есть. Если бы между вами ничего не было, не ревновала бы.

– И к кому же она ревнует?

– Боюсь, здесь выбор невелик ввиду малого количества представительниц нашего пола.

– А есть повод к тебе ревновать? – прищурился он.

– Вот это только тебе знать, как и то, что ей однажды в пылу страсти наобещал. Мне все равно, но из-за подобного у меня еще с этой стороны сложности. Да только то, что слишком много времени со мной проводишь и внимание уделяешь – факт.

– Это такое ненавязчивое предложение от тебя избавиться?

– О-о-о, надо же, дошло. Так что, давай как-то решим ситуацию взаимовыгодным способом и будем держаться друг от друга как можно дальше. – при этом наконец-то отвернулась, и мне никто не препятствовал.

– Не думал, что так ее боишься. – прошептал в самое ухо, отчего я вздрогнула.

– Да не боюсь, – буркнула в ответ. – жалко мне ее. Кроме того, тут столько всего навалилось, не представляю, как разбираться. Не хочу еще и постоянно за спину оглядываться. Я совсем одна, – эта фраза, вопреки моему желанию, вышла чересчур жалостливой, – и ее прикрыть некому.

– Она не посмеет, пока я не позволю. – вновь развернул меня к себе, правда, на этот раз пальцем, и вперился внимательным взглядом – Не ее стоит опасаться. 

– Я зачем-то важна. Хотел бы меня обидеть, давно бы это сделал.

– Все-таки борзая. И чересчур независимая. – снова хмыкнул и чуть вздернул один уголок губ.

– Прозвучало так, будто тебе это нравится. – и вот чего, спрашивается, задираюсь? Нет бы, промолчать.

– Забавно наблюдать. У нас женщины обычно подчиняются мужчинам, у тебя же, похоже, наоборот.

– Какой отсталый народ. Только не нужно мне ваше подчинение.

– А что нужно?

– Уважения для начала будет достаточно.

Раго усмехнулся, а я опять взглянула на дорогу и только теперь заметила, куда мы направляемся. Да так, что внутренности заледенели.

– Я туда не поеду. – нервно почти взвизгнула даже раньше, чем подумала.

Мы приближались к ущелью. В принципе, обычному. Высокие почти отвесные скалы, темно-серые камни, на которых кое-где виднелись отдельные мелкие деревца, даже непонятно как туда попавшие и где берущие влагу, бурная речка на дне и негустой туман, стелящийся над ней.

Красота такая, что дух захватывает. Наверное. Но сейчас последнее происходило по другой причине. Впередиидущие воины попросту «ныряли в ущелье». В смысле не речку, до нее было далеко, мы находились на приличной высоте. Киги запрыгивали на камни, словно какие-то горные козлы, и так и продвигались по стене вперед. А всадники даже не реагировали, совершенно спокойно продолжали восседать на них. Да, периодически попадались выступы, иногда довольно широкие, но до них еще добраться требовалось.

Я всегда считала, что не страдаю акрофобией, но в пределах разумного, конечно же. Да вот инстинкт самосохранения не спрятать. Он у меня отменно функционирует. Пока еще.

– То есть? – вывел из мыслей голос шарха.

– Я туда не поеду.

– Наша дорога пролегает через это ущелье.

– Ни за что! Оставь меня здесь. – пусть и не хотела, но фраза вышла слишком нервной.

– Не надейся, сбежать не получится. Ты едешь со мной, по этой дороге.

– Нет. – взвизгнула и, заметив, что приближаемся к обрыву, то есть скоро придет наша очередь, попыталась спрыгнуть с киги. Да куда там. Каменная лапа держала крепко. – Да какая это дорога?

Понятия не имею, что на меня нашло, наверное, паника. Та, что отключает мозг. Сердце бешено забилось, дыхание участилось.

– Боишься высоты? – на подбородок вновь легла пятерня, но на этот раз я не отреагировала, проблемы стояли посерьезнее.

Раго нахмурившись всматривался в мое лицо, но животное, правда, остановил.

– Мы с детства так передвигаемся. Вы разве нет?

– Не знаю, не помню.

– Ладно. Но мне сейчас придется тебя отпустить. – сообщил, медленно растягивая слова.

– Что? Замечательно! – обрадовалась было. – Я сразу уйду, и никогда меня больше не увидишь. Обещаю.

– Ты не поняла. Мы зайдем на скалу, но держать тебя не смогу, мне понадобятся обе руки. – не представляю, что за физиономия у меня нарисовалась, но мужчина хмыкнул. – Кажется, нашел еще одну твою слабость.

– Это не слабость, а желание жить.

– Хм, даже язвить не будешь? Значит, дело совсем худо.

– И вообще, надеюсь, понимаешь, что не смогу отказаться от такого шанса убить тебя, и обязательно столкну в пропасть.

– Хорошая попытка. – Хохотнул шарх. – только если бы хотела этого, давно сделала. Да и не вытаскивала мою тушу из воды. Старалась ведь, выкладывалась. Я вешу не так чтобы мало, и мы, уж давай откровенно, в разных весовых категориях. – После этого повернулся в сторону воинов и громко крикнул. – Саур.

Лекарь появился рядом в считаные секунды и внимательным меня оглядел.

– Успокоительного нет, извините. Но если позволите, готов помочь другим способом.

Закивала, словно болванчик, и снова взвыла, вспомнив, что здесь сего знака не понимают.

– Что угодно. – как бы то ни было, но холодный ум не помешает. Паника никогда не была хорошим советчиком.

Саур подъехал ближе и потянувшись, взял обеими руками мою голову, уложив большие пальцы на виски.

– Закройте глаза и медленно, глубоко дышите.

Вновь кивнула. Да что ж такое? Не стала акцентировать на этом внимание и выполнила то, что попросил лекарь. С его рук потекло приятное тепло, разливаясь по всему телу, расслабляя не только мышцы, но и голову. Даже дрожь прошла. Ух ты! Так тоже можно? Стоит иметь в виду.

– Ну как, помогло? – уточнил, отстраняясь, и я распахнула речницы.

– Да, благодарю, так значительно легче, пусть и не прошло полностью. – и снова покосилась на обрыв. – но туда все равно не поеду.

Саур исчез, а шарх снова развернул меня к себе и тяжело вздохнул.

– Теперь послушай внимательно. У тебя нет выбора. Другой путь длиннее на пять дней, так что, не обсуждается. И твоя жизнь зависит от тебя и того, насколько послушной станешь. Готова?

Вновь кивнула.

– Что это значит? – Рагорад на этот раз решил не молчать.

– Сказала же, тик нервный.

– Ложь. Что?

– Да. – вздохнула и прикрыла глаза. Смысла противиться нет. – это значит «Да».

– Не знал, что у вас так общаются.

– Не все. Так, небольшая группа. Тайный знак.

– Ладно, сделаю вид, что поверил. Пока. Так вот, мне придется тебя отпустить, держать не смогу, нужно будет управлять киги. Понимаешь? – начал объяснять, словно маленькому ребенку. Кивнула. –  Так что выбирай, либо продолжаешь сходить с ума от страха, теряешь сознание и падаешь в пропасть – проследила за его рукой, указывающей на речку, и вздрогнула. – Либо ведешь себя, как послушная девочка. Советую отвернуться, а лучше, закрой глаза, чтобы не видеть. Но мы в любом случае туда войдем.

Сделала глубокий вдох, пытаясь решиться. И ведь осознаю, что раз местные так передвигаются, и никто не падает, ничего опасного в этом нет. Но страшно жуть. А вам бы разве не было?

Раго резко меня крутанул и посадил лицом к себе, перекинув одну ногу через животное.

– Ты что творишь? – зашипела на него. Мало того что положение…кхм… очень… назовем нецеломудренное, еще и узкая юбка задралась. Ладно, сапожки высокие, но коленки и то, что выше, сразу же открылись. – Да что люди-то подумают?

– Ты и так уже убила свою репутацию, чтобы теперь беспокоиться о такой ерунде. – хмыкнул мужчина и принялся стягивать с пояса ремень, на что мои глаза округлились. – Ножки, кстати, красивые.

Он окончательно решил меня доконать? Очередной раз попыталась спрыгнуть, но была возвращена на место.

– Да сиди, не ерзай! – рявкнул, оборачивая ремень вокруг нас обоих. Ах вот, для чего. – и старайся двигаться как можно меньше. А лучше держись.

– Как?

– Обхвати туловище и не дергайся. – при этом надавил на затылок, укладывая голову себе на грудь. – и глаза не забудь закрыть. Не думай о том, что вокруг, просто сиди.

Недолго размышляя, вцепилась в Рагорада, на что последовал смешок.

– Вот так маленькая и худенькая! Не так сильно, дышать нечем.

– Прости. – пискнула и чуть ослабила напор. Уткнулась носом в его рубаху, тяжело дыша, и действительно зажмурилась.

– Смешная ты. – хмыкнул шарх. – Готова?

– Нет. – потом подумала, и еще и ногами его обвила. Так надежнее. И плевать кто и что нафантазирует. Раго прав, у Анаты, вернее, отныне уже у меня, и так репутация хуже некуда. Зато так спокойнее. После такого даже если захочет, меня не сбросит.

Кажется, подобные действия здорово повеселили мужчину. Последовал очередной смешок, затем цоканье, животное пришло в движение, а я еще сильнее вжалась в твердое тело…

Покачивание продолжалось недолго. Неожиданно кига остановилась, а Рагорад взял руками мою голову и с силой оторвал от себя.

– Дыши. – услышала сверху и подняла веки, увидев нахмуренного мужчину. – Дыши, я сказал.

И только в этот момент поняла, что действительно задержала дыхание.

– Прежде слишком сильно и часто сопела мне в рубашку, потом резко прекратила. Я даже не подозревал, что подобное может быть. Такой страх.

– Язвить будешь? Смеяться? Ну давай начинай. Я никогда на высокие скалы не забиралась.

– Даже не собирался. Ты как?

– В порядке. Если можно так сказать. Мы же туда пока еще не выехали. Мне просто очень и очень страшно. – Последняя фраза вышла шепотом, окончательно выдавая эмоции. Хотя чего скрывать, они и так, как на ладони.

– Да ладно, почти незаметно. – один уголок его губ подскочил вверх. После чего шарх вздохнул и заговорил. – Послушай, кига – магическое животное. Никто не знает, что именно за магия, и как ей пользуются, ведь они так и не научились разговаривать. Но еще ни один зверь не сорвался со скал. Мало того, ни один воин с него не слетел. Но мы не будем проверять, привязывают ли как-то наездников. Ведь правда?

Помотала головой, насколько было возможно, учитывая, что она находилась меж двух широких ладоней.

– Что это значит?

– Нет.

– Любопытно. Как же вы все-таки похожи… Неимоверно.

– Кто?

– Неважно. Уверена, что сможешь?

– Нет. – прошептала и с мольбой посмотрела на шарха. – оставь меня здесь.

– Не могу. Если хочешь, усыплю и перевезти как груз. Аккуратно, конечно же.

– Не надо.

– Хорошо. Значит, сейчас снова меня обнимаешь и не забываешь дышать. Глаза не открываешь, пока не разрешу. Поняла?

Кивок.

– Еще ты мне должна помочь. Не мешать. То есть, не двигаться, не кричать не истерить. Справишься?

Еще кивок.

– Все остальное сделаю сам.

Надавил на затылок, притягивая к себе, и принялся массировать кожу под волосами. Расслабляет, конечно, пусть и не так чтобы уж совсем сильно. Глубоко вздохнула и вновь вцепилась в мужчину, словно коала.

Животное двинулось вперед, медленно покачиваясь. Потом прыгнуло и наклонилось. Я же прижалась к твердому торсу еще крепче, с силой зажмурилась и прикусила губу, кажется, до крови судя по стойкому металлическому привкусу, заполнившему рот.

Пытаясь устроиться удобнее, и прильнуть к телу еще ближе, чуть повернулась, уложив ухо как раз туда, где размеренно билось сердце.

Стоит заметить, это оказалось хорошей идеей. Мерный стук успокаивал. Норх однозначно уверен в том, что делает. А его тепло приятно согревало расслабляя. Я же всячески старалась не подглядывать и в уме декламировала стихи. Те, что могла вспомнить.

Попросту требовалось нечто, помогающее сосредоточиться и отвлекающее. В моем случае даже таблица умножения не сработала. Видимо, выученная однажды до автоматизма, сложностей не вызывала.

В какой-то момент на затылок снова легли пальцы и помассировали кожу.

– Ты же управлять должен! – чуть не взвизгнула, после чего мое лицо опять оторвали от груди.

– Мы стоим. Посмотри на меня, не вниз. – Открыла глаза. – мы стоим на месте, на уступе. Вдох, выдох. Умница.

После этого взгляд Раго опустился, всматриваясь в меня. Мужчина крайне задумчиво нахмурился, и по нижней губе прошелся большой палец, размазывая что-то липкое. Машинально облизала губы.

– Воды?

Кивок.

Отстегнул от пояса небольшой кожаный мешок и показал его мне.

– Взять сможешь? – на этот раз повертела головой, понимая, что вцепилась в торс настолько мертвой хваткой, что попросту не смогу расцепить руки.

Раго развязал веревку на узком горлышке, и поднес к моему рту наклоняя.

В горло потекла прохладная живительная влага, смывая с языка остатки крови и успокаивая разбушевавшийся желудок. Несколько капель упали мимо, стекая по подбородку на шею. Шарх убрал маленький бурдюк и ладонью стер влажные дорожки.

– Так лучше? Умница, так и продолжай держаться. Отдохнула, едем дальше? – и дождавшись кивка, вернул меня на прежнее место. После этого снова велел киге двигаться.

Снова зажмурилась и принялась вслушиваться в чужое сердце, пытаясь воспроизвести на этот раз скороговорки. Сколько времени прошло, не представляю, мне казалось, целую вечность. Мы постоянно куда-то кренились, сползали, скользили, прыгали. Периодически я слышала звук обрывающейся каменной крошки.

Пару раз меня по затылку и по спине погладила горячая ладонь. Какими бы наши отношения с шархом ни были, за это очень ему благодарна. Нет, не за поглаживание. За понимание и поддержку.

В общем, под конец пути я чуточку попривыкла и стала не так остро реагировать на каждое непонятное и резкое движение. И даже не заметила, когда мы опять остановились.

Надо мной послышался смешок.

– Так вцепилась что, если бы я не знал истинного положения дел, решил бы, жить без меня не можешь.

Отстранилась и посмотрела на Раго, уверена, ошалевшим взглядом.

– Вот так, даже не прокомментируешь? Мы приехали. Отпускай меня. Думаю, воины на этот раз поймут неверно, если я с тобой в таком виде в лагерь явлюсь.

Вздрогнула, быстро оглядела местность, поняв, что находимся на широком плато и выдохнула. Резко отпрянула. Вот ногу на одну сторону перекинуть не получилось.

Рагорад хохотнул, спрыгнул с киги и стянул за талию и меня. Жаль, но мой прыжок таким элегантным не вышел. Я, скорее, завалилась на мужчину словно мешок картошки, а из глаз вылились несколько слезинок. Видимо, нахлынуло осознание, что все закончилось. Опустила голову, чтобы их никто не увидел. Еще и коленки задрожали. А они то почему?

– Идем. – скомандовал шарх.

– Иди. Я попозже подойду.

Мужчина вновь схватил мой подбородок, потянув на себя, и нахмурился. И когда я попыталась воспротивиться, чуть применил силу. Внимательно осмотрел мое лицо, после чего прошелся по щекам большими пальцами, вытирая слезы. Вот, способен же быть душкой, когда хочет.

– Не можешь идти?

– Позже.

Но, похоже, подобный ответ его не устроил. Я попросту взлетела в воздух, молча наблюдая, как меня несут туда, где разбивался лагерь.

– Нам всем, в первую очередь животным, после перехода нужен отдых. Время прийти в себя будет. Ты молодец. Хорошо держалась. Без истерик.

– Спасибо. – прошептала, обхватив мощную шею.

– За что?

– За понимание.

– Ой, наша неженка не выдержала перехода? Устала? – услышала ехидный женский голосок. Ну да, куда же без нее. Тяжело вздохнула.

– Клео, уймись. – рыкнул тот и усадил меня на валун. – Приблизишься к ней, накажу. – и уже тихо мне, – Скоро будут раздавать еду. Отдыхай пока, приходи в себя.

После этого развернулся и ушел.

Вот последнее его наставление было как раз кстати. Я наконец-то расслабленно выдохнула, надеясь, что мои «приключения» на сегодня закончились.

Эх, разве же могла тогда знать, что это только начало, и я скоро буквально возненавижу этот день.