Тайная избранница дракона. Академия Пустынного Огня

— Смотри-смотри! Идут! — толкнула меня в бок локтем незнакомая девчонка, но не повернулась, чтобы проверить мою реакцию. Главное — поделиться восторгом, неважно с кем.

Я вздрогнула от неожиданности, но ничего не ответила. Не для того я сюда приехала, чтобы засматриваться на первых встречных парней.

Да что там, мне вообще не стоило к ним приближаться!

Где-то среди адептов мог оказаться мой кровный враг, а я понятия не имела, как он теперь выглядит и что сделает, если узнает меня. Оставалось надеяться на удачу. Я должна во многом разобраться и не пропасть раньше времени.

Будь у меня выбор, я вообще не поехала бы в эту академию. Еще лучше — забралась бы туда, где никто не знает моего имени. Но моя специализация преподавалась исключительно здесь, и решение Магического комитета оспариванию не подлежало.

Впрочем, у меня все должно получиться, а пять лет пролетят незаметно, если не отвлекаться на…

А посмотреть и правда было на что.

Представление в воздухе завершилось, и теперь драконы спускались к зрителям. Старшекурсники, элита академии, маги редкой специализации. По дороге они шли медленно, как хозяева этого места.

Девчонки вокруг меня запищали от восторга, когда парни поравнялись с нами, одаривая молоденьких адепток широкими улыбками.

Все в парадной форме, которая сидит идеально. С прямыми спинами, гордо расправленными плечами. Зрачки вытянуты, лишний раз подчеркивая звериную сущность и силу.

Я закатила глаза. Как будто это и так не ясно! Если у кого-то вертикальные зрачки и зубы чуть острее, он сразу становится богоподобным?

Представление устраивали для первокурсников. Вернее, для их родителей, которые вскоре станут щедрыми спонсорами академии. Вот оно — будущее их отпрысков! Нужно только выписать пару чеков.

— Сейчас упаду, — простонала та же девчонка рядом со мной.

— Это от жары, — буркнула я.

Купол был убран, и солнце нещадно палило головы. Интересно, это тоже часть плана? Чтобы зрители после выступления быстрее разошлись?

— Это от любви, — не поверила мне собеседница и, похоже, моя будущая однокурсница.

— Угу.

Я прикрыла веки и принюхалась, стараясь уловить новый незнакомый аромат — горячий, пряный, с легким привкусом пепла. Тот, что принадлежал моей стихии.

Что-то тянуло меня к парням, и отчаянно хотелось шагнуть им навстречу. Я знала, что сходная магия может вызывать подобные ощущения, но еще ни разу не оказывалась так близко к огненным драконам. К пустынному огню — той редкой специализации, что считалась аномалией. С ней рождались только здесь, на границе Великой пустыни.

Новые ощущения захватывали меня, волновали и будоражили, заставляя все внутри трепетать в странном предвкушении неизвестного, но интересного будущего.

Один из парней шел на шаг впереди остальных. Высокий, сильный, но движения плавные, хищные.

Другие следовали за ним, будто свита. Они ничем не уступали ему, но поведением подчеркивали статус своего вожака. Тот даже выглядел крупнее остальных, хотя, уверена, это лишь иллюзия. Желтые глаза его хищно блестели, что плохо сочеталось с демонстративно радушной улыбкой. Дракон очень внимательно следил за всеми, мимо кого проходил.

— Будто покушения ждет, — оценила я.

Звук собственного голоса отрезвил меня, помог выбраться из плена странного притяжения.

«Лекси, не вздумай пялиться! Отвернись!»

Но его взгляд нашел меня первым. Желтые, почти янтарные глаза сверкнули в свете солнца. Дракон смотрел прямо на меня. Мгновение — и новая улыбка тронула уголки его губ. Неспешная, растянутая, с оттенком насмешки.

«Алексия Геллер, не так ли?» — говорил этот взгляд.

Я проглотила комок в горле. Может быть, я ошиблась? Может, он просто скользнул взглядом по толпе?

Поспешила уставиться в землю, ругая себя.

Пусть это будет моя первая и последняя ошибка! Никогда не стоит забывать, что один из драконов может оказаться тем, чье внимание мне привлекать не следовало. Любой, и совсем не обязательно это будет главный. Напротив, скрываться в свите безопаснее, но не мешает отдавать приказы своим.

Наследник герцога Корренти, его младший сын, которого прятали много лет. С того самого дня, когда в инциденте — во взрыве, если точнее, — погиб его старший брат и пострадали родители. Во всем обвинили моего отца, который тоже не пережил то происшествие, но остался в памяти как предатель.

У герцогской семьи та же редкая магия, а значит, наследник рано или поздно окажется здесь, хоть и под вымышленным именем. Он узнает меня, а я его — нет. Конечно, можно было надеяться, что он не станет отыгрываться на мне за то, в чем я не виновата, но…

Да кого я обманываю? Для многих в наших землях месть важнее, чем вода и еда.

Я уговаривала себя больше не смотреть на драконов, но запах магии продолжал притягивать, соблазнял поднять голову и блаженно втянуть воздух.

— Может, и ждет, — отозвался кто-то позади, когда я уже почти забыла о вырвавшейся фразе.

Голос был женским и почти милым, если бы не сочащийся из каждого слова яд, который просто не мог появиться случайно.

Я обернулась на светловолосую драконицу, увешанную артефактами, заменяющими ей косметические заклинания. Цвет волос был далек от натурального, потому что я хорошо ощущала ее стихию огня — с такой не стать блондинкой. Девушка не смотрела на меня, а пристально наблюдала за драконами поверх моего плеча, но не осталось никаких сомнений, что и это она делала специально — показывала, что я недостойна ее взгляда.

Я отвернулась. Жаль, что уже стояла в первом ряду, иначе протиснулась бы вперед.

— Кого только не приносит в нашу академию, — пожаловалась светловолосая незнакомка под чей-то смешок. — Мои родители жертвуют неприличные суммы, а ректор и Магический комитет позволяют изгоям и детям убийц здесь учиться.

Я почувствовала, как внутри поднимается огонь.

— Скоро совсем небезопасно станет, — поддакнула ей другая.

В груди полыхнуло негодование. Я стиснула зубы, сжала кулаки так, что ногти вонзились в кожу. Я знала, что так будет. Западная часть Империи — не самое дружелюбное место. Здесь ненависть передают по наследству, вместе с фамильными гербами.

Хорошо, что перед приездом я училась держать себя в руках. По крайней мере, тренировалась. Как раз на такой случай. Отказаться от поступления не могла: альтернатив не было. Разве что остаться совсем без диплома, а это означало бы, что я сдалась, не попробовав. Позволила чужим языкам отнять у меня хоть какое-то будущее.

— О ком вы? — услышала я новый голос. Кто-то заинтересовался сплетней.

— Геллер, — презрительно фыркнули в ответ.

Я даже спиной почувствовала, как кто-то ткнул в меня пальцем.

— Ах, тогда понятно.

— Хватило же наглости явиться.

— Бессовестная семейка.

Я сжала кулаки еще крепче, потому что пламя собралось вот-вот вспыхнуть на ладонях. Нападать первой я не стану, но защитить себя точно смогу.

Меня нередко узнавали, спасибо проклятым журналистам, которые в этом году воткнули мой свежий магический снимок едва ли не в каждую мерзкую газетенку. К десятилетию инцидента. Я почти перестала обращать внимание на косые взгляды. Но никогда меня не доставали так явно и так громко.

Не показывай слабости, Лекси! И не нарывайся!

Но разговор позади продолжался, все будто ждали моей реакции. Не выдержав, я уже начала разворачиваться, когда заметила вспышку.

Рефлекторно вскинула руку, чтобы прикрыться от магической камеры, но кто-то схватил меня за запястье и резко дернул вперед.

Я замерла, встретившись взглядом с тем самым драконом, что казался главным.

Он холодно смотрел на меня сверху вниз, крепко удерживая за поднятую руку, и я почувствовала себя подвешенной за лапку добычей. Его зрачки сузились в тонкие ниточки.

— Она хотела на меня напасть! — завопила блондинка, отшатываясь, будто я в самом деле атаковала ее.

Дорогие читатели, 
новая книга – это как первый шаг в новый мир. Если вам здесь понравится, буду счастлива видеть вас дальше!
Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить продолжение, и поддержите нас с ребятами – это бесценно.  💛
Обнимаю 💛

Я попалась.

Желтые глаза дракона сверкнули. В них я видела свое отражение — худенькая, бледная, темноволосая… не фигурка даже, а тень от нее. Вздернутый носик, упрямая улыбка.

Он принюхался, оценивая добычу, а заодно давая понять, насколько она ему неприятна.

Я дернула руку, но он не торопился отпускать. Тишина вокруг становилась все напряженнее.

Все видели. Все смотрели.

— Она хотела на меня напасть! — повторила блондинка, явно пытаясь добиться внимания парня, которое безраздельно принадлежало мне.

«Давай, продолжай», — мысленно буркнула я. Еще чуть-чуть, и она тут в театральный обморок упадет.

Наконец я смогла вырваться и быстро прижала руку к груди. Дракон удерживал меня ровно столько, чтобы все успели заметить сцену. Чтобы все увидели главное: зверь играет со своей жертвой.

Я стиснула пальцы, пытаясь не позволить огню сорваться с них.

— Геллер, — медленно произнес дракон с каким-то странным лениво-хищным удовлетворением.

Словно вешал на меня ярлык, чтобы никто не перепутал.

Я с шумом выдохнула. Огонь разливался по венам. Ох, какой уж тут самоконтроль! Вся подготовка к демонам! У моей стихии вообще со спокойствием не особо…

С каждой секундой улыбка парня становилась все неприятнее. Не насмешливая даже, а наполненная злым ехидством. Но он молчал и будто собирался уйти.

Белобрысая девица снова принялась причитать, действуя мне на нервы:

— Кто знает, зачем она здесь? Вдруг ее папаша не добил всех, кого хотел? Дилан, сделай же что-нибудь, она на меня замахнулась. Жалобу!

— Ой, кому ты-то нужна, — процедила я, не оборачиваясь. Голос прозвучал глухо, почти срываясь на рык.

— Да как ты смеешь?! — возмутилась она, вместо того чтобы порадоваться: я же прямо подтвердила, что ее облезлой шкуре ничего не угрожает. Разве нет?

Дилан наклонил голову, наблюдая за мной, изучая. Качнулся ко мне.

Возможно, его движение мне почудилось: от жары и гнева все расплывалось перед глазами. Я среагировала раньше, чем успела осознать до конца.

Вскинула руку, намереваясь оттолкнуть от себя дракона, но лишь задела по его пальцам. Со всем возможным достоинством проговорила:

— Я имею полное право здесь находиться.

— Не сомневаюсь, — ответил он, но прозвучало как насмешка.

— Дилан! — взвыла блондинка.

Его улыбка стала шире.

— Остынь, Илана, — лениво бросил он.

— Ты!.. — Она захлебнулась возмущением.

— Остынь, я сказал.

Голос его изменился, я почувствовала дрожь магии в воздухе. На взводе была не одна я, просто у остальных лучше получалось не демонстрировать это. Но огонь не обманешь, как и не скроешь темперамент его обладателей.

Блондинка замолчала, и я поняла, почему Дилан — главный среди этих драконов. Сложно сопротивляться его приказу: я почувствовала это, а ведь тот даже не мне был отдан. Илана тоже не осмелилась перечить.

Мне следовало срочно уйти, но я продолжала стоять. Дилан наклонился ко мне, так близко, что его дыхание обожгло ухо:

— Кажется, за кем-то здесь нужен особый присмотр.

Ответить я не успела. К нам уже спешили преподаватель и наемная охрана.

Последней сегодня в академии было особенно много. Знать Западных земель не стеснялась сводить счеты друг с другом, понимая, что император закроет глаза на междоусобицы в дальних регионах, лишь бы в стране не поднималась смута, а поставки угля из шахт и продуктов с ферм шли бесперебойно. Насколько я знала, и адепты в общежитии предпочитали не спать безоружными, что уж говорить о таких массовых сборищах, как сегодня.

Первый день нового учебного года, когда в академию приглашались не только молодые маги, но и все их семьи, — тот еще хаос. Конфликты вспыхивали один за другим, а охрана едва успевала предотвращать непоправимое. Кипящая молодая кровь и огненная стихия — опасное сочетание.

Но что один адепт мог предъявить другому? То есть, что мог сделать мне этот дракон на виду у всех?

Ничего.

— Что здесь происходит? — остановилась перед нами дамочка в модном брючном костюме.

И хотя я уже знала, что она одна из преподавателей, слишком глубокий вырез на блузке и косметические заклинания на лице мешали воспринимать ее как угрозу.

— Ничего, магистр Унсури, — ровным тоном отозвался Дилан. — Решили поприветствовать новеньких.

С этими словами он сделал шаг назад, чтобы вернуться к своей «свите».

Я окинула Дилана взглядом, заметив, как он потер рукой запястье, а следом недовольно поправил рукава.

Возникший было страх прошел, в момент сменяясь раздражением, которое подстегивала огненная стихия. Смотрите-ка, кто-то испытал неудобства и помял форму, пока держал меня? Пфф! А нечего было вообще лезть. Я и делать-то ничего не собиралась.

Рядом с ним крутились восторженные девчонки, тоже выбравшиеся на дорогу, и все старались ухватиться за своего нового кумира, помочь ему и стряхнуть с формы несуществующие пылинки. Дилан небрежно отпихивал всех от себя, но адептки не смущались, тут же начиная строить глазки его спутникам.

Парни отправились дальше, оставив позади меня, магистра Унсури с двумя охранниками и заинтересованных зрителей вокруг. Не покидало ощущение, что я вляпалась во что-то очень нехорошее. Вернее, в кого-то.

— Адептка Геллер, отправляйтесь в общежитие, — приказала магистр.

— Но праздник… — растерялась я.

Не то чтобы мне сильно хотелось оставаться, тем более моих родителей здесь быть не могло, но я преследовала свою цель. Хотела посмотреть, кто задержится в академии на ужин, кто станет спонсором или уже является им. Мне требовалась любая информация, которая однажды поможет восстановить доброе имя моей семьи. В конце концов, за этим я сюда и приехала. Одного диплома недостаточно — я должна закончить академию уважаемым магом. Для чего придется разобраться в прошлом этого места.

Я вздохнула, так и не придумав достойной причины, чтобы остаться, когда меня столь откровенно попросили убраться подальше и не провоцировать конфликты. Ограничилась кивком.

Магистр Унсури выгнула бровь, будто не поверила в мою внезапную покладистость.

— Она уже уходит, не беспокойтесь об этом, — раздался рядом приятный мужской голос. — Правда, Лекси?

На талию бесцеремонно легла горячая рука, а затем еще и притянула, прижимая к чужому телу. Меня вновь окутал запах огненной магии.

— Проследите, — буркнула Унсури.

Один из охранников отвлекал ее, показывая куда-то в сторону. Видимо, кто-то еще старался обратить на себя лишнее внимание.

Я повернула голову, собираясь возмутиться очередным посягательством на мое личное пространство, но замерла, так и не произнеся ни слова. Мои губы растянулись в довольной улыбке — такой же, какую я видела перед собой, пока знакомые медовые глаза оценивали меня.

Свободной рукой парень попытался заправить слишком короткую для этого прядь темных волос за ухо, чем всколыхнул во мне воспоминания. Уголки его губ подрагивали, будто их обладатель еще пытался вернуть себе хоть сколько-нибудь важный и серьезный вид.

Возмущение тут же испарилось. Я была так рада видеть хоть одного адепта, что не судил меня по нелепым слухам!

— Эштон! — воскликнула я.

— Помнишь мое имя, принцесса? — наигранно удивился он.

Я засмеялась и позволила крепко обнять себя.

— Не ожидала тебя здесь встретить! — выдохнула я, а потом споткнулась о собственные мысли: — Ой, ну конечно…

Конечно, идущий от него чарующий запах принадлежал моей стихии. Вернее, моей специализации. Она открылась так поздно, что ни с кем рядом я раньше не чувствовала ничего подобного.

Где же еще Эштон мог быть, если управлять пустынным огнем учат только здесь?

Он улыбнулся, а потом притянул меня ближе, обнимая.

— Я соскучился, принцесса.

Его пальцы жгли, но не из-за магии.

Будь на его месте кто-то другой, я бы заупрямилась, ища способы остаться и досмотреть завершение праздника, но сейчас позволила увести прочь.

Спиной ощущала чужие взгляды, будто разряды проходили вдоль позвоночника. Я обернулась, чтобы проверить. Почувствовала угрозу раньше, чем убедилась — Дилан глянул через плечо. Нас разделяло несколько десятков метров.

Эштон тоже напрягся. Его рука, что касалась моей спины, стала тверже. Я будто оказалась между двумя врагами на невидимом поле боя, и трофеем в этой схватке назначили меня.

Мне не привыкать к чужой неприязни, но раньше она была какой-то вялой. Обыденной. Здесь же я могла столкнуться с настоящей ненавистью, и не стоило забывать об этом ни на секунду.

— Не рада встрече? — подначил меня Эштон.

Я ухватилась за его вопрос, как за предложенную руку, используя шанс поскорее начать другой разговор. Избавиться от лица Дилана перед внутренним взором.

— Конечно рада! — не поддалась я, надеясь, что не краснею.

Не говорить же такому очаровательному парню, что я почти забыла о его существовании. Память сохранила образ нелепого мальчишки, а теперь передо мной был взрослый дракон.

Высокий. Красивый. И слишком опасный для моего спокойствия.

Поняв, что засмотрелась, я резко отвернулась и уставилась себе под ноги, уверенная, что Эштон уже заметил все.

Мы медленно приближались к академии, лавируя между людьми и драконами. Эштон так ловко и легко поворачивал и прикрывал меня от встречных, что до этой секунды я и не порывалась выставить руку и вообще хоть как-то помогать расчищать для нас путь.

— Сколько лет прошло… — вслух задумалась я. Будто вовсе и не собиралась ждать ответ, а просто пыталась прикинуть.

— Пять, — легко отозвался Эштон.

— Ты уже посчитал? — покосилась я на него, и он рассмеялся.

Дурацкая вышла шутка. Я хотела ляпнуть, что такой парень, как он, вряд ли станет всерьез вспоминать обо мне. Или скучать?

Но вовремя прикусила язык. И слава богине Лихти!

Лекси, срочно избавляйся от самокритичности! С ней здесь не выжить. Беда, что высокой самооценкой с репутацией моей семьи обладать становится очень трудно.

— Я никогда и не забывал, — весело отозвался Эштон.

Вот зараза!

У него всегда лучше выходило смущать меня, чем мне — его. Впрочем, я и не пыталась это сделать.

Пять лет… Не много, а кажется, что была какая-то другая жизнь. Только темные волосы, не держащиеся за ушами, те же. И медовые глаза. И улыбка…

— Я здесь четыре года, — пояснил он, по-своему поняв мое молчание. — Но и за год до моего поступления ты не поехала в «Тихий пруд». Я ждал все лето.

— Мама… не смогла, — неловко пояснила я.

Не рассказывать же, что в тот год у нас почти не осталось денег, а маму никто не желал нанимать. Да что там: тогда слухи об отце еще даже не начали становиться хоть сколько-то тише. За деньги еще можно было что-то получить — за взятку сверху, разумеется. Без них с нами не хотели иметь дел. Тогда летние поездки в загородный дом, принадлежавший школе, в которой я училась, и закончились. Да и школу потом пришлось сменить.

Эштон жил где-то неподалеку от «Пруда». Мы познакомились, когда я перелезала через забор, чтобы сбежать, а он, наоборот, стремился проникнуть внутрь, на нашу кухню. И с тех пор встречались каждое лето.

От воспоминаний я невольно разулыбалась, отчаянно краснея, потому что в голове крутилось одно услышанное слово — ждал.

— Не думала, что вспомнишь… если не появлюсь, — признала я.

— Зря, — беззаботно пожал плечами Эштон. — Рад, что ты нашлась, принцесса.

— А вдруг сильно изменилась и не понравлюсь? — фыркнула я.

Кажется, начинала разбираться, что это за игра и какие в ней правила. С Эштоном всегда было легко, но маленькие провокации не исчезали уже тогда. А ведь мы были совсем детьми.

— Угрожаешь? — вскинул он бровь, дождавшись, когда я посмотрю на него.

Ох, это ехидное выражение лица я тоже вспомнила!

— Предупреждаю!

— Ладно, принцесса, — кивнул он с довольным видом, будто принял угрозу к сведению, мысленно записал на листе, сжег его и тут же развеял пепел на горячем пустынном ветру. — Но если соберешься очередной раз сбегать на поиски приключений — я в деле!

— Не сомневаюсь, — усмехнулась я.

Эштон погладил меня по спине. Почудилось, что пальцы оставляли горящие следы, но в то же время так явно захотелось, чтобы он повторил.

Я неловко дернулась, освобождаясь из этих полуобъятий, и успела уловить мимолетную тень на лице Эштона. Будто он совсем не оценил моего поступка, но промолчал.

Мы как раз добрались до крыльца с широкими мраморными ступенями. Легкий ветерок гонял по ним песчинки, что сам же и принес сюда откуда-то с дюн. Так необычно! Мы с мамой жили к северо-востоку отсюда, на другом краю Западных земель и на приличном удалении от Великой пустыни. И от академии, что скрывать. Климат там был иной.

Впрочем, здесь тоже ожидали сюрпризы. Особая древняя магия управляла пустыней. Она же ломала все известные законы природы, меняя их по своему желанию. Здесь могли происходить непредсказуемые вещи, возникать нелогичные явления.

— Уже знаешь, где твоя комната? — уточнил Эштон. — Проводить?

— Нет, — замялась я. Совсем вылетело из головы, куда мы шли. — То есть, да, все хорошо. Распределение уже было, только зайду и получу ключ.

Я вновь смущенно улыбнулась.

Почему рядом с ним я веду себя как недотепа?! Раньше такого не было.

Сейчас же, стоило случайно встретиться взглядами, как внутри у меня все начинало сходить с ума — от магии до внезапных обрывочных мыслей.

В попытке спасти ситуацию я осмотрелась, скользя взглядом по толпе. Нахмурилась. Вроде бы никого знакомого, а предчувствия странные. Может, уйти в общежитие — и правда хорошая идея.

— Ищешь кого-то? — проследил Эштон за моим взглядом.

— Нет, скорее, радуюсь, что никому нет дела до меня, — призналась я.

— Что у тебя с Диланом?

Я удивилась тому, какие твердые нотки прозвучали в этом вопросе. Будто Эштон требовал ответа.

— Ничего. Впервые его вижу.

— Мне показалось, что тебе нужна была помощь.

— Я бы справилась, — вздохнула я, мысленно отвесив себе подзатыльник. И что мешало просто сказать «спасибо»?

Впрочем, я бы сгорела от стыда прямо здесь, и так уже щеки болят.

— Не сомневаюсь, — повторил Эштон мои недавние слова, да еще и с той же откровенной усмешкой.

К счастью, беззлобной.

— Умею наживать врагов. Это моя тайная магия.

— Да брось, — отмахнулся он. — Эти кретины уже забыли о твоем существовании.

Эштон будто хотел добавить что-то еще, но вдруг передумал. На мгновение поджал губы, а потом вновь улыбнулся.

— Спасибо, — все же произнесла я.

— Без проблем, принцесса, — театрально поклонился он мне. — Еще увидимся.

Я поспешила взбежать на крыльцо, будто нечто подгоняло меня.

Забыли о моем существовании? Мне бы такую уверенность…

Эштону я почти не солгала. Распределение комнат и в самом деле прошло. Вот только я в нем не участвовала, поэтому смутно представляла, куда идти.

Приехав сюда рано утром, я смущалась и переживала от каждого брошенного в мою сторону взгляда, поэтому не толкаться в общей очереди у коменданта виделось мне отличной идеей.

Сумку я спрятала под лестницей, а сама побежала осматривать территорию. Благо вещей у меня почти не было. Академия предоставляла форму — одежду на все сезоны, которые, откровенно говоря, здесь почти не отличались друг от друга. Ничего личного и памятного я тем более не стала брать с собой. Зачем давать кому-то повод уничтожить это, чтобы сделать мне больно?

В общем, приехала налегке.

Теперь я поняла, что идея была не так гениальна, как представлялась. Надо было хоть посмотреть, где именно тот комендант живет. Тогда не пришлось бы стоять в одиночестве и раздумывать, где бы найти план главного здания.

Впрочем, стоять было приятно. Коридор с темными каменными стенами и высокими потолками встретил меня неожиданной прохладой. Контраст с улицей оказался таким резким, что я задрожала и поежилась. Магия, не иначе. Сомневаюсь, что так будет всегда и везде. Должно уходить много сил, чтобы настолько изменить температуру и поддерживать ее. Но для богатых гостей расстарались.

Я фыркнула, а эхо подхватило звук. Позади меня открылась дверь, и в коридоре появилась девчонка — едва ли не на голову ниже меня, но очень боевого вида.

Выбирать не приходилось, и я махнула ей рукой:

— Прости, не подскажешь, где получить ключ от комнаты?

Она остановилась. Окинула меня оценивающим взглядом, будто решала, не сломает ли себе жизнь, если ответит на простой вопрос.

— Идем, — наконец отозвалась она. Терпеливо дождалась, пока я загляну под лестницу и достану свою сумку, изрядно испачканную в пыли и паутине. Затем добавила: — Советую лучше выбирать, с кем обниматься, а то никто не захочет тебе помогать.

На мгновение я опешила, уставившись на нее. Поняла, что хлопаю глазами, как нелепая пташка — короткими крыльями. Я-то уже решила, что девчонка узнала мое лицо и поэтому не хотела связываться, а выяснилось, что дело вовсе не во мне.    

— Что? — буркнула она, направляясь вверх по лестнице.

Я заторопилась следом.

— Тут есть нормальные парни, — продолжила она, — а есть такие, с которыми у всех на глазах лучше не показываться. — Глянула на меня и подняла бровь, намекая, что это должно быть очевидно: — Поверь на слово, ты хочешь быть с нормальными!

Я открыла было рот, но она уже отвернулась, продолжая бурчать уже себе:

— Хотя ладно, твоя проблема. И чего меня вечно тянет новеньким помогать?..

Я обдумывала услышанное, стараясь не забывать передвигать ноги, но один раз все же споткнулась о ступеньку. Успела вовремя схватиться за перила, чтобы не упасть.

Если девчонка и заметила, то вида не подала.

— То есть, Эштон — не нормальный? — уточнила я, решив, что терять мне, собственно, нечего.

— Конечно нет, — отрезала она и обернулась, чтобы многозначительно на меня посмотреть.

Видимо, на этом месте я должна была осознать, какую глупость ляпнула, а также проникнуться всеми неозвученными пояснениями.

Но я не осознала и не прониклась:

— Почему?

— Почему? — удивилась она. — Все, кто идет против Дилана и его Призраков, — идиоты. Если завтра сюда доберется магическая буря, кто, по-твоему, станет нас спасать? Хочешь остаться без помощи вместе с отбросами?

— Ага… — протянула я.

Вот теперь все встало на свои места.

Местному королю академии не приходилось заботиться о репутации и наличии обожателей. Всю работу делали за него. То-то на дороге было столько восторженных взглядов даже от свеженьких первокурсниц. Девочки успели получить свои «инструкции по выживанию».

Дилан и его Призраки? Не слишком ли простенькое название для компашки драконов, у которых на лицах самодовольство смешивается с презрением ко всем вокруг?

Ха! Я бы их по-другому назвала.

Все здесь было так, как я и ожидала: соответствовало нравам элиты Западных земель. Никто не подаст тебе руку, если не принадлежишь к его кругу, а то и вовсе постарается избавиться от тебя, стоит появиться шансу сделать это, не вызывая подозрений. Меньше соседей и конкурентов — больше земли, чтобы присвоить себе.

Мы поднялись на четвертый этаж и остановились около первой же двери справа.

— Тебе сюда, — буркнула девчонка гораздо недовольнее, чем раньше. Видимо, оценила у меня отсутствие восторга по поводу ее непрошеных советов.

— Спасибо, — ответила я таким же тоном и, не дожидаясь продолжения, толкнула дверь.

Та открылась, в глаза ударил свет, и меня обдало жаром из распахнутого окна, выходящего на солнечную сторону. Здесь охлаждением никто не занимался, хотя склонившегося над столом худощавого старика погода будто бы не смущала. Как и солнечные лучи, падающие прямо на него.

Как он еще не сварился заживо?!

Комендант повернул голову, рассматривая меня поверх толстых очков.

— Алексия Геллер, — неуверенно представилась я.

Он не ответил, лишь перелистнул страницу толстого журнала перед собой и поискал на ней что-то, медленно водя по строчкам пальцем. Затем встал, вынул из шкафа со стеклянной дверцей ключ и протянул мне.

— Откроете и закроете один раз, — прозвучал на удивление бодрый голос. — Замок вас запомнит. Дальше сможете обходиться без ключа. Можете вернуть или спрятать, дело ваше. Но за потерю полагается штраф.

Я послушно взяла ключ с номером комнаты на нем. Вернее, попыталась взять, потому что старик вдруг удержал мою руку. Первым порывом было вырвать ее, но я не успела.

— Вы похожи на своего отца, — добавил он.

Сердце сжалось.

— Это хорошо или плохо?

— Зависит от вас, Алексия Геллер, — усмехнулся комендант, выпуская мою руку. — Он был прекрасным драконом. Посмотрим, что оставил нам после себя.

Слова звучали двояко. Меня откровенно оценивали, и от этого вдруг стало жутко.

Я выскочила в коридор, не прощаясь. Захлопнула за собой дверь и прислонилась к ней, надеясь, что странный человек сейчас не захочет выйти вслед за мной. Но звуков за ней не раздавалось, видимо, он вновь вернулся на свое место за столом.

Сердце отчаянно торопилось в груди. Комендант напугал меня, а я даже не понимала — чем.

«Прекрасным»?! Вот это новость.

Свою комнату я нашла на пятом этаже и поспешила закрыться в ней, радуясь, что жить буду одна.

Внутри меня ждала широкая кровать, шкаф с резными дверцами и небольшой столик со стулом у окна. Все в зеленых тонах, но не мрачное, а светлое и теплое.

На душе сразу стало приятнее. Если приложить немного усилий, получится создать здесь уют. Место, где можно спрятаться ото всех и отдохнуть.

Узкая дверь в углу вела в крошечную ванную комнату. Спасибо, хоть не придется по ночам бродить по коридорам в поисках общей уборной!

Практически роскошь, если сравнивать с последней школой, в которую мне пришлось перевестись.

В Западной академии уже много лет не хватало адептов. Раньше, до инцидента десятилетней давности, сюда приезжали охотнее. Сейчас же поступали те, у кого не было альтернативы из-за стихии или специализации. Ну и, конечно, любители приключений, которых среди людей, в отличие от драконов, всегда находилось достаточно.

Признаться, я завидовала им. Тем, кто относился к жизни так, будто им нечего терять, и не зависел от прошлого. Будто нет никаких ограничений. Я все ждала, когда сама доберусь до той черты, где смогу быть свободной в своих решениях.

Денег у меня нет. Репутации — тоже. Будущее? Смутное.

Так что же, темный бог Шатти всех побери, постоянно останавливает меня и загоняет в рамки?

Я приехала сюда, чтобы найти ответ.

Одежда и белье уже дожидались меня на краю кровати, и я принялась раскладывать вещи, чтобы как-то отвлечься. Но мысли не отпускали.

Не знаю, почему старый комендант так напугал меня. Я ведь была готова встретить здесь тех, кто знал моего отца лично. Но не ожидала, что кто-то отзовется о нем хорошо.

Это давало мне надежду, а цепляться за нее было бы ошибкой.

Закончив с вещами, я подошла к окну. На подоконнике нашелся поднос с небольшим чайником, который можно было подогревать с помощью магии, и чашкой с блюдцем. Восхитительно!

Я пробежалась пальцами по теплому керамическому боку и улыбнулась.

С комнатой мне в целом повезло, много солнца здесь не будет. Пару часов в день, не больше. С моей стихией справляться с жарой легко, хоть на это и тратятся силы, а вот слепящее глаза солнце всегда раздражает.

Окно выходило на задний двор, внизу располагались технические строения. За теми — низкий забор с пластинами, на которые должен был опускаться купол. Своего рода маркировка на земле. Рубеж, за который во время магической бури лучше не выходить.

Впрочем, бури были такими редкими, что я имела все шансы окончить академию и не увидеть ни одной из них.

Шума с улицы не доносилось. Должно быть, бо́льшая часть гостей уже разъехалась. На ужин оставляли только родителей первокурсников, да и из тех не все захотят задерживаться, пока есть шанс наладить в дороге связи с другими семьями.

В праздничный зал я не собиралась, но в ужине себе решила не отказывать, поэтому пошла искать столовую.

Надеялась, что она окажется пустой, но мне не повезло: три адептки там все же сидели. Они смеялись, лакомясь кусками тортов, которые не отнесли на праздник.

На меня глянули лишь мельком. Я кивнула в знак приветствия и отправилась инспектировать остатки еды. Работников не было — видимо, все спустились в зал к гостям, — так что обслуживать себя предстояло самой.

Пока выбирала, невольно прислушивалась к разговору за соседним столом.

— Ерунда. Проще подцепить кого-нибудь из Призраков.

— Они лишь из своих выбирают. Туда до четвертого курса все равно не попасть, толку-то от них пока. Наследник — это другое дело.

— Каждый год эти слухи, мне сестра рассказывала. А его так никто и не нашел.

— Значит, раньше его не было!

— А сейчас есть?

— А вдруг? Мы же не знаем, сколько ему лет. Когда-то он должен сюда поступить!

— Может, уже выпустился.

— Невероятно. Нашли бы. Скорее, он только должен появиться. Может, в следующем году?

— Фу, тогда он младше меня. Это как-то неправильно.

— Тебе какая разница, если с браком ты получишь его титул?

— Конечно, он так и соберется жениться на первой встречной.

— Почему на первой? Любая может оказаться его истинной!

Я поморщилась. Надо же мне было попасть на самый неинтересный разговор. Впрочем, первокурсницам пока больше не о чем поговорить, а эти девчонки явно были новенькими, разве что одна чувствовала себя авторитетной и знающей благодаря наличию сестры. Сомневаюсь, что эта тема так сильно интересовала тех, кто учился здесь дольше: ее должны были успеть обсосать во всех подробностях.

Разговор становился все более эмоциональным — вот-вот подерутся, — а меня так и подмывало встрять, и я, не выдержав, пробурчала:

— Тогда остальные ее сожрут.

Я повернулась к ним, держа тарелку с закусками. Решила ограничиться тем, что можно есть руками, на ходу и не подогревая. С таким ужином можно и в комнату сбежать.

На несколько секунд все замолчали, оценивая то ли меня, то ли мои слова, а потом одна из адепток согласилась:

— Сожрут.

— Нет, — возразила другая. — Он найдет истинную и будет скрывать ее, как скрывается сам. Так романтично!

Мы с первой адепткой синхронно фыркнули, а третья засмеялась.

— Ничего вы не понимаете, — обиделась романтичная натура.

— Скорее всего, так и будет, — пожала плечами я. — Вы ведь о сыне герцога? Его скрывают, потому что боятся за его жизнь. Думаю, это не так романтично, как вам кажется. Но все может измениться, когда он найдет истинную и получит полную силу. Сразу заявит о себе.

Мысленно я похвалила себя — голос не дрогнул, хотя я озвучила неприятное. Богатый враг, к тому же дракон, чрезвычайно опасен, но ему можно дать хоть какой-то отпор. Полная сила меняет расклад, если учесть, что у меня ее пока нет. Это не только магическое могущество, но и куда бо́льшее влияние стихии на характер, на разум. На скорость расправы…

Чтобы ее получить, всего-то нужно встретить свою истинную пару и добиться взаимных чувств. А это задачка не из легких.

— Вот! Истинная изменит его жизнь!

— Или кто-нибудь все-таки найдет и убьет его раньше, — не поддалась первая. — Старшего брата же убили.

Молчи, Лекси, молчи!

Если со своей основной стихией я привыкла обходиться, то недавно открывшаяся специализация действовала на меня слишком сильно. Злость вспыхивала мгновенно — возникала ниоткуда, как пресловутая магическая буря, зачастую толкая меня на необдуманные поступки.

— Это был несчастный случай, — не удержалась я.

— Да какой там несчастный случай! Собрать всех врагов вместе и попытаться уничтожить? И ведь со многими получилось.

«Что б ты понимала!» — мысленно прошипела я, очень стараясь не выдать этого вслух.

Сказала другое:

— Я думала, собрали, чтобы магистр мог показать всем новое изобретение.

— Ага, бомбу, — фыркнула она. — И продемонстрировать, как работает. Наверное, после этого продали чертежи и заклинания и озолотились. А прикидываются бедными и обиженными. У меня там тетя погибла!

Я засунула кусок колбасы в рот и принялась остервенело жевать. Могла бы много сообщить на эту тему, но пока нет доказательств, все играло против меня.

— Чего это ты так защищаешь этого «магистра»? — вдруг прищурилась третья, что больше всех молчала, но при этом рассматривала меня.

Я едва не подавилась, хоть и старалась сохранить безразличный вид.

Но стало поздно.

— Знакомое у тебя лицо, — продолжила она.

Теперь на меня смотрели все три.

— Часто это слышу, — кивнула я, справившись с колбасой и уже готовясь к бегству.

— Нет-нет, я тебя знаю. Ты же его дочь, да?!

— И приехала сюда?!

— Еще и выгораживает! Лгунья! Молчала бы!

Ладненько, пожалуй, доем в своей комнате!

Увы, сбежать я не успела.

Вернее, плохо пыталась. Нужно было пошевеливаться быстрее, но я до последнего старалась сохранить лицо. Развернулась и ровным шагом направилась к выходу, игнорируя все, что говорили у меня за спиной.

Эти адептки не выглядели так, будто способны затеять драку. Их энтузиазма хватало только на возмущение, да и то для того, чтобы покрасоваться друг перед другом: с началом нового учебного года в академии формировались и новые пищевые цепочки.

Мне же сейчас хотелось запустить огненным шаром в стену, но вместо этого я сжала кулаки и заставила себя дышать ровнее. Я устала. Уже. А едва прошел день из пары тысяч, что придется провести здесь!

Как тут завести хоть одного друга?

Я не спорила, не кричала, не доказывала ничего этим девчонкам. Лишь встряла в разговор, но он тут же перешел на меня, и я будто проиграла до того, как вступила в игру.

Теперь нужно было уйти, не выставив напоказ еще больше эмоций, чтобы никого не развлечь. А еще — научиться не реагировать на чужие слова и молчать. По крайней мере, до тех пор, пока не разберусь в прошлом. Иначе не имеет значения, что и кому я скажу. Можно стереть ноги, бегая и доказывая что-то, но этого никогда не станет достаточно, чтобы меня услышали.

Когда-то мама пыталась доказать что-то дознавателям. Потом писала письма всем, даже самому императору. И что это ей принесло? Да ничего.

Дверь столовой оставалась приоткрытой, и, уже подходя к ней, я услышала тяжелые неспешные шаги с другой стороны. Ускорилась, чтобы выскользнуть в коридор, пока кто-то еще не присоединился к неприятному разговору. Чего им не сидится со всеми гостями в главном зале?

Я толкнула дверь — и едва не врезалась в чью-то грудь. Высокий силуэт загораживал весь проход.

В первый миг открыла рот, собираясь пробормотать вежливое извинение, так как чуть не сбила с ног, но… Я вскинула голову, глядя на слишком знакомого дракона.

Дилан. Собственной персоной.

Темные волосы, растрепанные пятерней, слабо блестели в свете магических фонарей, плавающих вдоль потолка в коридоре. По мне прошелся хищный взгляд желтых глаз, чуть сощуренных, словно от недовольства.

В нос ударил знакомый запах магии, от которого легко могла начать кружиться голова. Мне бы скорее привыкать, ведь он был тут повсюду — от самой пустыни. Но рядом со старшекурсниками все становилось еще сложнее.

Дилан был зол, но со странным облегчением я поняла, что в этот раз — не на меня. Казалось, он не сразу понял, кто стоит перед ним. Если вообще узнал.

Что-то было в его позе, в жестах — в том, как он сжал пальцы в кулак, прежде чем расслабить их, как нервно повел плечами, будто одежда внезапно стала неудобной. Он тоже хотел избежать встречи с кем бы то ни было.

Но и не думал убраться с дороги!

Так и продолжал стоять, загораживая проход.

Я чувствовала, как нарастает напряжение. Не только у меня внутри, но и между нами. Оно увеличивалось с каждым мгновением, с каждой секундой, в течение которых дракона все же догоняло узнавание.

Смешно, но я всерьез подумала, не сбежать ли через окно? Жаль, что до сих пор не выяснила, стоит ли здесь защита и какая. Нет, точно стоит, иначе крылатых адептов вообще не удержишь под контролем, да и купол уже могли опустить на ночь.

Внутри смешались противоречивые чувства. Я не желала нового конфликта, но никак не могла заставить себя сдвинуться с места и уступить дорогу первой. Не знаю, о чем думал Дилан, но не исключено, что его занимали те же мысли. В его взгляде не было презрения — одна усталость и раздражение. Но уступить мне? Непозволительно для такого дракона, как он. Даже если речь идет всего-то о дверном проходе.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Голоса в столовой стихли, и я почти физически ощущала, что адептки сейчас пялятся на нас во все глаза.

Дилан вдруг шевельнулся, будто к нему вернулась жизнь. Опустил взгляд на тарелку с закусками, которую я все еще держала перед собой. Чудо, что не рассыпала и не опрокинула на его тошнотворно белоснежную рубашку.

— Ты мешаешь, Геллер, — ледяным голосом произнес Дилан.

Затем он вновь поднял взгляд, чтобы посмотреть куда-то поверх моей головы. По его мнению, разговор был окончен. Он и так снизошел до такой длинной фразы, раз глупышка Геллер не сообразила сама.

Теперь же давал понять, что я — пустое место. Лишь помеха.

Я медленно выдохнула, будто вспомнив, как это делать. Сама не заметила, когда успела задержать воздух в легких. Мне так сильно захотелось ответить что-нибудь заковыристое. Насмешливо или так же холодно и показательно равнодушно? Но я до сих пор не научилась.

И это расстроило меня больше, чем наглый дракон.

Я молча сделала шаг в сторону, освобождая путь, но взгляда не отвела. Пусть знает, что это не признание поражения. Просто я вполне благоразумна, чтобы понять, когда уступить.

И мне все еще хотелось банально сбежать ото всех.

Дилан прошел мимо, оставляя за собой шлейф запаха огненной магии. Впервые тот ощущался не таким уж приятным. Я поморщилась, глянув дракону вслед, и все же сбежала.

Благополучно добралась до своей комнаты, больше никого не встретив. Поставила тарелку на столик, а сама заперлась на ключ, который тут же засветился у меня в руке, будто что-то впиталось в ладонь. От неожиданности я едва не выронила его.

Точно! Комендант упоминал что-то такое. Что я смогу обходиться без ключа?

Я спрятала тот в шкаф — проверю утром.

Сбросив одежду, в которой провела весь день, я побежала в ванную. Ничего мне не хотелось так сильно, как смыть с себя пыль. А вместе с ней — все, что было сегодня. Мама всегда говорила, что вода уносит плохое, нужно только позволить ей это сделать.

И когда теплые потоки заструились по телу, я почувствовала облегчение: добралась, устроилась, пережила первый день. Все хорошо!

Подняла руки, чтобы хорошенько промыть волосы, — и замерла, уставившись на запястье.

Облегчение исчезло, словно его и не было, а на смену не пришло ничего.

Я так и стояла, пялясь на руку, будто ожидала чего-то еще: грома, магической бури, прихода самого́ темного бога Шатти. Чего угодно, что вызвало бы у меня реакцию или вообще хоть какие-то чувства.

Что… Да что мне теперь с этим делать?!

На внутренней стороне левого запястья чернел сложный узор. Он напоминал что-то среднее между древним клеймом и изящной татуировкой. Тонкие линии переплетались, образуя замысловатый рисунок, и я почти видела в них драконьи крылья.

Я провела пальцем по узору. Кожа осталась гладкой, будто там ничего и не было. Я не чувствовала ни боли, ни жжения, ни малейшего ощущения, что этот знак как-то связан со мной. И все же теперь это была часть меня. Навсегда.

Метка истинной пары.

По лицу стекала вода, капли попадали в глаза, мешая смотреть, но казалось, будто сама метка расплывается и дрожит, дразня меня: смотри, я есть, и ты ничего не сможешь с этим сделать.

Глухо зарычав, я принялась тереть ее. Потом — царапать когтями. Разодрала запястье до крови и замерла, глядя, как алые капли смываются водой. Их вид здорово отрезвлял.

Регенерация у меня отличная, к утру не останется и следа. А вот метка… Она никуда не денется, и таким способом ее не вытравить.

Вода похолодела. Возможно, я случайно задела кран, но заметила это, когда меня уже пробила дрожь.

Я выскочила из ванной, на ходу накинув халат прямо на мокрое тело, и забралась под одеяло. Такой жаркий день, вокруг пустыня, у меня самой огненная стихия… а меня продолжало трясти.

Я снова и снова доставала руку из-под одеяла, проверяла и тут же прятала обратно. И с каждым разом испарялась призрачная надежда, что мне привиделось, а то и вовсе приснилось.

Когда я умудрилась получить эту дрянь? И от кого?!

Мысли беспорядочно метались, пока я пыталась восстановить события, но все было бесполезно. Я не почувствовала нужного момента, а метка могла быть у меня весь день. Я ни разу не закатывала длинные рукава блузки — напротив, одергивала их, будто прячась поглубже в ткань, как в магическую защиту.

И я дотрагивалась до уймы драконов в толпе. Буквально! Дилан схватил меня за запястье на площади. Эштон обнимал меня, когда тащил прочь от конфликта. И еще все те, кого я невольно задевала плечом, спиной, руками…

Да парой мог оказаться кто угодно.

И это не просто проблема. Это катастрофа!

Истинная пара — это, конечно, замечательно. Магическая любовь, полная сила. Все мечтают ее найти, но для меня она — билет в золотую клетку.

Что меня ждет? Брак, бесспорно. Но кто захочет взять в жены меня?

Я — Геллер. Дочь преступника, которого все ненавидят.

Нет, ни один дракон на Западе не упустит шанс получить полную силу, но это вовсе не значит, что ко мне отнесутся хорошо. Меня заберут из академии. Еще до брака. Возможно, раньше, чем я успею пискнуть.

Из академии. Из этих земель. Из собственной жизни.

Заберут, чтобы запереть там, где я смогу выполнять роль верной жены и подстилки, не позоря супруга и его семью таким родством. Все можно скрыть или сделать вид, что скрываешь. Даже «неудачную» истинную.

Ни диплома, ни будущего, ни настоящей любви, но главное — меня лишат шанса разобраться в инциденте. Моя метка — достаточный позор для дракона, никто не позволит мне ворошить прошлое, привлекая внимание сплетников и журналистов еще и к его семье.

Ох, как долго проклятые газетчики будут обсасывать эту новость!

Я зажмурилась, стараясь не представлять. Еще не отошла от лицезрения своих свежих снимков в прессе, и вот мне грозило пережить это второй раз.

— Спокойно, Лекси! — скомандовала я себе, и от этого снова стало хуже.

Опять проверила запястье, но дрянь с него никуда не делась. Теперь следовало заставить себя прекратить истерить и начать думать.

Метка хотя бы черная, а это уже кое-что! Просто… просто нужно не позволить ей начать светиться раньше времени. Никакой взаимности! Легко: я совершенно ни к кому ничего не чувствую! Вот пусть так и остается.

Хоть с этим мне повезло.

Чаще бывает так, что метка начинает светиться сразу. Люди называют такое любовью с первого взгляда. Ты просто видишь парня, слышишь его имя и понимаешь: да, согласна, беру. Но тут явно не мой случай!

Я всего лишь неудачно прислонилась к кому-то. Конечно, шанс встретить в Западной академии мою пару был довольно высокий — стихии часто совпадают, а здесь толпами ходят парни с огненной магией. Но отчего-то я никогда не рассматривала подобную возможность всерьез. Да мне… мне просто не до этого в жизни!

А ведь мама предупреждала. Она боялась, что я пропаду, что меня увезут. Только теперь я осознала все, что она имела в виду. Тогда я больше думала о том, что меня могут прибить в какой-нибудь подворотне.

Что теперь делать?

Кто-то из молодых драконов в академии сегодня получил такую же метку. Возможно, он ее еще не заметил. Возможно, не успел понять. Но скоро… Несомненно, скоро он начнет меня искать.

Притяжение черной метки невелико, при полном отсутствии взаимных чувств — еще меньше. Его можно спутать с влечением к собственной стихии — особенно если не общаешься специально, стараясь стать ближе и узнать друг друга получше, — а здесь уйма очень сильных драконов и дракониц, к которым манит безо всяких дополнительных условий. А еще пустыня и ее магия… Они тоже заглушают ощущения. Заменяют их своим притяжением. Нет, конечно, если метка начнет светиться, она получит полный контроль, но пока…

По всему выходило, что, получив метку случайно, найтись может быть не так просто.

Так как он поступит? Повесит внизу на специальной доске объявление: «Внимание! Кто потерял метку? Срочно ищу свою магическую половинку!»

Я нервно усмехнулась:

— Какая чушь!

Нельзя допустить, чтобы мы встретились слишком быстро!

По крайней мере, пока я не разберусь в том, за чем приехала. Потом — пускай. Пусть будет полная сила, пусть будет то, что уготовила судьба… Но не сейчас.

Я откинулась на подушку, закрыв глаза.

Думай, Лекси!

Но думать было тяжело. Я в самом деле вымоталась за день, а голодный живот предательски урчал.

Завернувшись в одеяло, я слезла с кровати и прямо так отправилась к столику за ужином, который с таким трудом достала. И уже остановившись у окна, поняла, что с той стороны что-то движется.

Или кто-то.

Признать откровенно, моим первым порывом было забраться обратно в кровать, накрыться с головой и сделать вид, что ничего не происходит. Вообще не выяснять, кого принесло. Или — как много он успел заметить. Ведь я не скрывалась, рассматривая запястье.

Все же мне удалось довольно быстро взять себя в руки. Нет, тот, кто оставил мне метку, точно не заявится таким способом прямо сейчас.

Кто бы ни был снаружи, а принесло его по другому поводу.

Я уставилась на окно, проверяя, не померещилось ли мне. Магический фонарь, оставленный в углу комнаты, давал слишком слабый свет, чтобы разглядеть лицо, но очертания фигуры угадывались без труда.

Хорошо, что я так и не успела подхватить тарелку с едой, а то последняя точно оказалась бы на полу. Никак мне сегодня с ужином не везет!

Пока я раздумывала, как поступить, мой ночной гость постучал. Легонько, костяшками пальцев, безо всякого намека на угрозу. Будто говорил, что дальше притворяться столбом посреди комнаты бесполезно.

— Лекси, ты не собираешься открывать? — донесся приглушенный голос.

Я моргнула.

Эштон.

Несколько стремительных шагов — и я оказалась у окна, ловко сдвинула столик и распахнула створку. Прищурилась, глядя на парня, который завис перед узким карнизом.

Он бы еще облокотился на него и скучающий вид принял!

— Ты в своем уме?! — зашипела я, пытаясь быстро втянуть Эштона внутрь.

— Еще бы! — Он ухмыльнулся, легко запрыгивая в комнату и опираясь ладонью о подоконник. Крылья за спиной исчезли, оставляя после себя лишь легкий след магии в воздухе. — Хотел было зайти через дверь, но ты ее заперла. Пришлось импровизировать.

— А постучать?

— А ты бы открыла?

— Нет!

— Вот видишь? Я тебя знаю.

Эштон стоял передо мной во всей своей самодовольной красе — с растрепанными темными волосами, светящимися глазами, чуть сухими от пустынного воздуха тонкими губами и сияющей улыбкой.

Я же так и куталась в одеяло, удерживая его одной рукой. Дурацкий, должно быть, вид, но я и гостей не ждала. А халатик будет смотреться ненамного лучше, чем одеяло.

— Какое счастье, что половина академии умеет летать, — пробормотала я.

— Это комплимент моей находчивости и ловкости?

— Это комплимент моему терпению.

— Ладно, — с усмешкой кивнул Эштон. — Я и правда не знал, как ты отреагируешь, поэтому прихватил кое-что, чтобы загладить вину.

— Находчивый, ловкий, предусмотрительный, — передразнила я.

Эштон же вытащил из внутреннего кармана небольшой сверток и развернул его. Я резко втянула воздух.

— Огненные булочки?!

Небольшие, золотистые, с чуть шероховатой корочкой. Их аромат моментально заполнил комнату.

Особый рецепт. Такие я видела редко, потому что готовили их прямо в пустыне. И, конечно, никто не стремился раскрывать их секрет, хотя я подозревала, что часть про выпекание прямо на раскаленном песке — откровенная чушь. Но всем это нравилось. Булочки были своего рода визитной карточкой региона — так какая разница, откуда они на самом деле появились? А вкус действительно отличался.

— Огненные булочки, — подтвердил Эштон и подмигнул мне: — Как в старые добрые времена.

Мое сердце внезапно сжалось.

Я слишком хорошо помнила, о чем он говорил.

Помнила, как летом, когда я сбегала за территорию загородного дома, мы прятались в зарослях у реки, а Эштон приносил нам — мне и еще нескольким таким же сорванцам — украденные с кухни булочки. С нашей же кухни, что делало его еще бо́льшим героем в наших глазах!

Эштон будто сражался с самым жутким монстром за эти сокровища — и обязательно побеждал.

Оно того стоило. Булочки неизменно казались самыми сладкими, самыми вкусными. Мы лакомились, смеялись и хвалили доблестного добытчика.

Я сглотнула и неловко улыбнулась. Эштон и сейчас сделал это специально: прихватил их, а не что-то другое. Он хотел напомнить мне.

— Ты украл их из кухни?

— Конечно. Традиции нельзя нарушать.

Я взяла одну, откусила и чуть не застонала от удовольствия:

— Милая Лихти, они все такие же вкусные!

— Знал, что тебе понравится, — довольным тоном протянул Эштон и уселся на подоконник. — Если что, здесь их полно и запрета нет.

Мы оба замолчали. Так много хотелось сказать, вспомнить, будто внутри все торопилось куда-то. И в то же время я никак не могла выбрать, с чего начать. У нас будет столько дней, столько встреч, пока живем в одной академии…

Как же я скучала! Пусть и убедила себя, что все давно прошло, потому что так проще и легче. Не теряешь друзей, а просто идешь дальше. Жизнь меняется и меняются люди в ней… И драконы.

Эштон лениво наблюдал за мной, а я поймала себя на том, что украдкой пытаюсь рассмотреть его руку. Вернее, запястье.

Есть ли там метка? Не моя. Просто… любая?

Я не могла спросить. Не могла просто схватить его за руку, поднять рукав рубашки и проверить. Слишком многое пришлось бы объяснять, а я даже не была уверена, хочу ли знать ответ. Я ведь не чувствовала ничего особенного, если, конечно, не считать особенным вообще все в академии. А еще этот запах… и взгляд….

Как бы невзначай я наклонилась ближе, будто что-то рассматривая в тусклом свете. Не дракона вовсе, а лишь окно за его спиной.

Но Эштон вдруг усмехнулся:

— Ты пытаешься очаровать меня или проклясть?

— Все сразу, — фыркнула я. — Сделаю тебя послушным. Чтобы доставка не прекращалась и шла прямо ко мне.

— О, тогда мне точно пора бежать!

Эштон резко выпрямился и сделал вид, будто собирается спрыгнуть с подоконника обратно наружу.

Я испугалась, дернулась следом — и тут же наступила на край одеяла, в которое была завернута.

— Ой!

Одеяло упало к моим ногам. Как по команде мы уставились на него.

Эштон моргнул, потом посмотрел на меня и громко рассмеялся.

Я же поспешно схватилась за воротник халатика и принялась поправлять его, заодно и прикрываясь руками. Надеялась, что не выгляжу слишком жалко. Эштон не собирался облегчать мне задачу и отворачиваться, пытаясь хотя бы изобразить джентльмена.

— Что ты делаешь? — прохрипела я.

— Наслаждаюсь зрелищем, — ухмыльнулся он, но тут же, не переставая улыбаться, нагнулся, поднял одеяло и бережно накинул мне на плечи. — Остынь, принцесса, я не имел в виду ничего непристойного. Ты просто забавная и будто вся колючками обросла.

Я не успела ответить.

Заметила, что, в противовес словам, его руки задержались на моих плечах, а расстояние между нами сократилось до опасного. До слишком опасного.

Я чувствовала дыхание Эштона, его жар на своей коже. Видела, как подрагивает уголок его губ, как в глазах пляшут отблески света.

— Ты дрожишь, — хрипло проговорил он.

— Это усталость, — быстро выдохнула я.

— Конечно.

Он не двинулся, и мне что-то мешало пошевелиться. Не знаю, кто здесь кого очаровал или проклял, но нечто точно произошло.

Одеяло соскользнуло с правого плеча, оттягивая и ворот халатика.

Я сглотнула.

— Эштон…

— Я знаю, — выдохнул он.

И вдруг… отступил.

Мгновенно, будто только что осознал, насколько мы близко. Отступил, отвел взгляд, потер шею, скрывая неловкость, и хмыкнул:

— Ладно, мне и в самом деле пора.

Я моргнула, а по телу будто прокатилась огненная волна. Отхлынула, вновь позволяя расслабиться.

— Да… разумеется.

— Увидимся, принцесса.

Прежде чем я успела что-то ответить, Эштон уже исчез за окном. Я осталась стоять, крепче сжимая в руках теплое одеяло.

А сердце все никак не желало успокаиваться.

Я отключилась, едва голова коснулась подушки. Сил не осталось даже на переживания. Ночь я не заметила вовсе. Обычно мне снились сны, но сегодня я открыла глаза, вынырнув из полной темноты.

Вставать было тяжело, каждое движение давалось с усилием. На завтрак времени не осталось, но я и не чувствовала голода. Ограничилась чаем, пытаясь хоть как-то настроить себя на новый день. В основном морально, но и тема одежды вдруг вышла на первый план.

Мне повезло — форма включала свободные блузки с длинными рукавами, сшитые из специальной ткани. Они защищали от песка, снижали влияние магии пустыни и, главное, могли хоть немного скрыть то, что не должно было попасться никому на глаза.

Раньше отец всегда ходил в похожих рубашках…

Я посмотрела на запястье и поморщилась. Метка никуда не делась. Она оставалась такой же черной, гладкой и ровной — частью меня. Будто была там всегда, а не появилась вчера из ниоткуда.

Я сунула руку в рукав и сжала кулак.

Да, это очень плохой способ скрыть метку, но другого у меня пока не было. Еще вчера я обещала себе придумать более надежный вариант, но с этим надо потерпеть. Хотя бы до вечера, пока я не разберусь с тем, что ждет меня сегодня.

Я вздохнула, застегивая последние пуговицы на блузке, проверила, насколько плотно прилегают манжеты, и поправила складки ткани. Перед уходом бросила взгляд на свое отражение в зеркале. Оттуда на меня смотрела собранная и готовая ко всему девчонка. Я не ощущала себя такой, а в голове царил настоящий хаос.

Когда я вышла из своей комнаты, академия уже ожила. Адепты покончили с завтраком и спешили на занятия. Всюду обсуждали расписание, перекрикивались на ходу, договариваясь встретиться в обед, а первокурсники выясняли, к чему им готовиться, или просто терялись в коридорах.

Шумели, смеялись и словно были по-настоящему счастливы. Будто это не Западная академия, где кто-то мечтает добраться до вершины, а кто-то — просто выжить, а обычное учебное заведение, где всем можно просто быть молодыми и беззаботными.

Я шагала за группой девчонок, выглядевших первокурсницами, пока не добралась до нужной аудитории. Остановилась в дверях, изучая собравшихся. Мне не хотелось забиваться в угол одной, но и садиться с кем-то, кто отнесется к моему имени агрессивно, тоже не стоило.

Почему же так сложно сразу понять, кто здесь добрее остальных?!

Едва я шагнула внутрь, решив не затягивать с выбором, как поняла, что переживала напрасно.

— Все наверх, — раздался громкий женский голос со стальными нотками, и я вздрогнула.

Магистр Унсури остановилась в дверях прямо позади меня, и я тут же посторонилась, чтобы не закрывать ей обзор.

Тонкая, высокая, с темно-каштановыми волосами, собранными в строгую прическу, подчеркнутыми линиями скул и прищуром хищной кошки. Сегодня она показалась мне куда строже и опаснее, чем вчера во время представления. На вид лет сорок, а то и меньше. Знала ли она моего отца?

Он никогда не называл ее имени, в этом я была уверена. Его я узнала, когда меня зачислили в академию. На первом курсе мы принадлежали ей. Во многих смыслах: с ней предстояло изучать теорию и практику магии, перед ней отчитываться о дополнительных заданиях, у нее же отпрашиваться домой или в соседний городок, к ней подходить с прочими вопросами. В общем, здесь бы пошутить о нехватке персонала, раз и банальное кураторство новеньких свалили на нее, но при взгляде на эту женщину шутить совсем не хотелось.

Я слышала, что Амиру Унсури уважали даже самые самоуверенные и наглые старшекурсники. Уважали и… опасались. Да, Дилан вчера тоже не стал с ней спорить. Поспешил удалиться, стоило ей подойти ближе.

Магистр окинула нас быстрым взглядом, задержала его на парнях чуть дольше, чем на девушках, а затем развернулась и, не говоря ни слова, направилась прочь по коридору, коротким жестом пригласив всех следовать за собой.

Пройдя по этажу, мы поднялись по винтовой лестнице. Всю дорогу ребята не переставали галдеть, споря, с какой стороны академии мы сейчас находимся. Никто еще не разобрался в планировке, а потеряться было даже интересно, хоть с магистром нам это и не грозило.

Каменные ступени оказались такими узкими, что приходилось двигаться по одному, хотя две девчонки сцепились и преодолевали их вместе, сопровождаемые шутками парня, который шел за ними.

Зданию насчитывалось несколько сотен лет, оно было построено задолго до того, как в нем разместилась академия. Раньше недалеко отсюда был город Аш'Керион. Теперь руины почти поглотил песок. Только это величественное строение удалось восстановить и сохранить. Слишком удобно и важно было обучать магов с пустынным огнем именно здесь.

Еще несколько витков, и перед нами возникла дверь. Магистр Унсури без лишних слов отворила ее и вышла первой.

Я замерла на пороге, ошеломленная открывшимся видом, и стояла так, пока меня не толкнули в спину, невежливо намекая, что я здесь не одна.

Мы очутились в одной из башен академии — западной, если я правильно поняла, той, что ближе всего к пустыне, — на смотровой площадке, окруженной невысокими перилами.

Каменные корпуса, переходы, крытые галереи, внутренние дворы — вся академия лежала перед нами как на ладони. А за ней тянулись бескрайние пески, пересеченные длинными барханами.

— Великая пустыня, — ровным голосом произнесла магистр. — Живая, неуправляемая, опасная. Именно из-за нее был создан купол. Она — первое, что вы должны увидеть сегодня. И хорошенько запомнить: это ваш главный враг. Ни ваши распри, ни впитанная с детства вражда, ни однокурсник, что отобрал у вас ужин, ни тот, из-за кого вы спите с клинком у подушки. Великая пустыня опаснее и беспощаднее всех. Она дала вам силу. Она ее и отнимет, если вы совершите ошибку. Как и вашу жизнь.

Я молчала, но слушала каждое слово.

— Вы — стихийные маги, — продолжала Унсури, обводя нас взглядом. — Почти всем из вас подвластен огонь. Он же заставляет вас становиться самоуверенными и безрассудными. Вы не первые. Вы не последние. А магическая буря — это не просто пламя. Если окажетесь снаружи во время бури без защиты, без опыта, без должной подготовки… — Она пожала плечами, сделав паузу, будто позволила нам самим додумать конец фразы.

Кто-то рядом со мной сглотнул.

— И что случится? — нагло спросил один из парней. Таким всегда хочется встрять и покрасоваться. Уверена, он почти все ее слова пропустил мимо ушей.

Судя по взгляду магистра, она подумала так же.

Унсури медленно повернула голову в его сторону и ответила с холодной отстраненностью, будто речь шла не об адептах, а о статистических данных:

— Одни потеряются. Другие сгорят. Третьи лишатся рассудка.

Несколько девчонок нервно переглянулись. Эта угроза впечатлила их сильнее прочих.

— Но купол защищает академию, — вмешался другой адепт. — Никто в своем уме не выйдет из-под него во время бури.

Магистр Унсури презрительно фыркнула, и значение этого звука определялось без пояснений. Она явно встречала таких храбрецов — или безумцев — и считала их последними, независимо от мотивов.

— Купол не вечен. — Магистр бросила взгляд вниз, где вдалеке по земле тянулась полоса, на которую купол должен был опускаться. — Его давно пора было заменить. Но, как всем вам известно, последняя попытка десять лет назад не увенчалась успехом. Вы должны быть готовы к любому развитию событий.

Я напряглась, уже мысленно слыша, как звучит мое имя. Такой хороший повод!

Но нет, ребята были слишком заняты обсуждением возможных магических бурь. Слова магистра Унсури наконец доходили до их сознания. Как и обозначенная опасность.

Магистр же не смотрела в мою сторону. Она вообще ни разу не взглянула на меня, включая момент, когда я неловко подняла руку, чтобы задать вопрос о куполе. Проигнорировала, словно меня вовсе не существовало.

Вместе с недовольным теплом, что разлилось в груди, ко мне пришла и уверенность.

Ну и славно! Еще один человек, которому неинтересно мое присутствие. Я уже почти привыкла. Лучше, чем открытая неприязнь. Лишь бы магистр потом на экзаменах ко мне так же не отнеслась.

— Смотрите! — позвал кто-то рядом со мной, указывая рукой вперед и вверх.

— Драконы возвращаются!

Я уставилась в нужном направлении.

Несколько темных фигур стремительно приближались к академии. Они летели высоко, но уже достаточно близко, чтобы различить плавные движения огромных крыльев.

— Старшекурсники с тренировки, — пояснил кто-то.

— Ого, видели, как красиво?

О да, я видела.

Драконы кружили в воздухе. Величественные создания. Хищники, сильные, но грациозные. Невероятные. Истинная ипостась неизменно вызывает восторг. Даже у своих. Даже если своя такая же.

Драконы, явно приметив нас, решили не терять момент и покрасоваться. Кто-то переворачивался в полете, демонстрируя ловкость. Кто-то вычерчивал сложные фигуры.

Все они отлично знали, что на них смотрят, и, несомненно, наслаждались вниманием.

Моим — в том числе.

Сердце сжалось. Меня тянуло к ним. Манило новой магией. Хотелось тоже полететь, оказаться поближе. Сделать кувырок и взмыть ввысь, ощутить ветер на крыльях…

Я мотнула головой. Быстро огляделась, но со всеми девчонками вокруг будто происходило то же самое. Они едва могли спокойно стоять.

Магистр Унсури попыталась призвать всех к порядку, но никто не отреагировал. Парни тоже оценивали драконов, уже размышляя и мечтая о своих тренировках в пустыне через несколько лет.

Тогда она оставила нас наблюдать, приказав собраться в аудитории через полчаса.

Драконы спустились на площадь внизу. Вместо огромных крылатых хищников приземлялись уже люди. Трансформация происходила мгновенно. Ох, мне бы такую легкость!

Я всегда чувствовала себя неуклюжей. Во многом потому, что, в отличие от остальных драконов, не могла гордиться второй ипостасью открыто. Она огромная, приметная, в нее гораздо легче попасть каким-нибудь убойным заклинанием… Да и тренировалась я не так, как следовало бы. Для этого требовались личные учителя, а где нам с мамой было взять на них деньги?

В общем, в виде тощей девчонки я чувствовала себя слабее, но одновременно намного защищеннее, и втайне надеялась, что академия наконец изменит это.

Адептки не расстроились, что внеплановое представление завершилось. Они дружно свесились через перила, возбужденно обсуждая старшекурсников.

Высокие, уверенные в себе, в идеальной форме, те выглядели так, словно этот день принадлежал только им. В их движениях читалась слаженность, а в манерах — самодовольство высокородных.

Трудно было оторвать взгляд. Особенно если ты вырос где-нибудь в глухой провинции, где единственное развлечение — наблюдать, как крестьяне пашут поля.

Вздохи восхищения со всех сторон начинали порядком надоедать.

— О Лихти! Как они прекрасны!

— Посмотрите на этого! Он перевернулся в воздухе прямо перед тем, как приземлиться.

— Не могу поверить, что через несколько лет мы тоже будем так летать! Может, даже с ними!

Я тяжело вздохнула. Никогда не умела вот так таять от восторга.

Оглянулась, чтобы убедиться — на смотровой площадке остались одни девушки. Наши парни уже отправились вниз, где в аудитории ждала магистр Унсури.

Хороший повод исчезнуть следом.

Я бросила последний короткий взгляд вниз. Драконы уже почти скрылись в дверях академии, только один задержался, чтобы еще разок помахать нам рукой. Я замерла, дожидаясь, когда и он уйдет, и, стоило ему скрыться, внутри у меня стало приятнее.

Как будто отпустило что-то странное, тянущее. Жажда, о существовании которой я не подозревала, но зато очень четко ощутила момент, когда она исчезла.

Моя стихия откликалась на такую же у других. Особенно сильно, когда рядом были эти драконы. Призраки, да?

Я сглотнула.

Просто… просто они сильные, вот и все.

Эштон не входил в их число, насколько я успела понять, но к нему я чувствовала то же самое.

Да. Это нормально. Совершенно нормально.

Это просто магия: родная и привычная. Меня тянет к сильным драконам, а не к кому-то конкретному. Это не метка.

К тому же вчера на празднике было столько друзей и родственников адептов. Что, если… что, если метку я получила вообще не от того, кто учится здесь?!

От внезапной мысли меня охватило нездоровое воодушевление. Я ухватилась за нее, убеждая себя, что такое возможно. Если так, то это идеальный вариант. Потому что тогда мне вообще не грозит встретить свою пару!

В отличие от прочих драконов, я вполне готова пожертвовать полной силой. Никогда не получить ее, чтобы прожить спокойную жизнь и не угодить в клетку.

Нужно было успокоиться и привести себя в порядок. В голове знатно гудело и хотелось хотя бы умыться прохладной водой.

Глубоко вздохнув, я протиснулась между адептками и выскочила на лестницу. Заспешила вниз, быстро преодолевая ступени, будто кто-то в самом деле гнался за мной. Один раз пришлось остановиться — стало совсем дурно, и я испугалась, что упаду.

Сверху доносились шаги и голоса. Остальные адептки последовали моему примеру и тоже отправились обратно в аудиторию.

Тревога не унималась, и я так и продолжала бежать. Мне нужно было отпроситься у магистра Унсури, но я не хотела делать это при всех. Хватит и того, что парни уже собрались.

Добежав до аудитории, я запоздало поняла, что нужно было задержаться на несколько секунд и отдышаться. Но уже открыла дверь, и отступать стало поздно.

Магистр Унсури коротко взглянула на меня и тут же отвернулась, снова уткнувшись в журнал.

Опять я почувствовала себя пустым местом.

Нет, она точно делала это специально! Уверена, она отреагирует иначе, когда в дверях появятся остальные.

Я подошла ближе и замерла у ее стола. Ждала, когда она обратит на меня внимание. Обращаться первой после такого приема мне не хотелось — взыграла пламенная гордость моей стихии. Магистр и так прекрасно знала, что я стою прямо перед ней.

Выждав несколько минут, она все же подняла на меня безразличный взгляд. До конца пары оставалось совсем мало времени.

— Могу я вернуться к началу следующего занятия? — выдала я без предисловий. — Мне нехорошо. В башне было слишком жарко, нужно привести себя в порядок.

Прозвучало ужасно, но я до сих пор не знала, как правильно к ней обращаться. В моей последней школе все было… неформально. Там учился такой сброд, что никто не ждал соблюдения правил. Даже спрашивать разрешения выйти было не принято.

Сейчас я могла бы поклясться, что услышала, как магистр еле слышно фыркнула.

«У мага огня тепловой удар? Какая сцена!» — прочитала я в ее взгляде. Сжала кулаки, ожидая ответа.

— Алексия, — неприятно выделила она мое имя, — раз тебе нехорошо, лучше сегодня вообще не возвращайся.

«Лучше не возвращайся», а не «можешь уйти». Вроде бы незначительная разница, но по лицу Унсури я отчетливо поняла: она сказала именно то, что хотела сказать. Но почему выбрала личное имя? Я же для всех просто Геллер.

Проклятая Геллер.

Я уже пожалела, что вообще спросила. Лучше бы в самом деле забилась в дальний угол и просидела там, пока остальные будут тратить оставшееся от пары время на болтовню.

— Спасибо, магистр, — коротко ответила я и, стараясь не выдавать раздражение, покинула аудиторию.

Не теряя времени, я направилась по коридору в противоположную сторону от той, где раздавались шаги одногруппниц.

В последний момент перед поворотом услышала оклик и поспешила скрыться из виду. Наверняка кто-то решил, что я потерялась, и из добрых побуждений собирался помочь найти нужную аудиторию.

Я прошла еще немного, свернула за следующий угол и лишь тогда остановилась. Ни у кого не хватило бы терпения преследовать меня так далеко.

Прислонилась к стене, чтобы отдышаться.

Перед внутренним взором так и стояло лицо магистра Унсури: вроде бы безразличное, но с отчетливым раздражением в глазах.

Она терпеть меня не может. Это было очевидно еще вчера, просто я сильнее концентрировалась на ожидании прямого нападения, поэтому ее сочла безопасной.

Ладно, на самом деле, отправляясь сюда, я не ожидала симпатии ни от кого из преподавателей. Уж точно не сразу. Может быть, через пару лет, если докажу, что чего-то стою. Что я отдельная личность, а не просто продолжение отца и носитель его «славы».

Но от предвзятости магистра Унсури зависело мое будущее в академии. Если так пойдет дальше, то я и первую сессию здесь не переживу.

Раздражение тлело внутри, но я заставила себя успокоиться. Сейчас важно было не строить теории о возможных заговорах против меня, а сосредоточиться на том, что делать дальше.

Пара закончилась, и вскоре началась следующая. Перерыв между этими двумя был совсем коротким. Я побродила по коридорам, пока толпы адептов не разбрелись, и вдруг поняла, что не хочу возвращаться в общежитие. Странно, но среди людей, в этой суете, я чувствовала себя спокойнее. Взглядов, наполненных любопытством или осуждением, становилось меньше. Никому не было до меня дела.

Паника, державшая меня в своих когтях, отступила, а желудок довольно громко напомнил, что я так и не позавтракала.

У меня была куча времени — и нежелание проводить длинный обед среди множества адептов. Поэтому условия быстро сложились в закономерное решение: я отправилась искать столовую, надеясь, что там уже открыто.

В столовой было пусто. Окна зашторили, спасаясь от палящего солнца, но воздух все равно дрожал от жары. Вдалеке звучали приглушенные голоса поваров, на кухне что-то скворчало. На раздаче никого не было — горячие блюда еще не выставили, — но холодные уже можно было взять.

Я улыбнулась, вспомнив Эштона с его ворованными булочками. Выбрала легкие закуски и уселась подальше от входа, где и попыталась зажевать все неприятные мысли хлебцами с медовой глазурью. Над головой лениво плавал магический светильник, будто пытался подружиться.

Мысли перемешивались. Я то размышляла о Великой пустыне и ее опасностях, то вновь возвращалась к драконам, меткам и истинным парам, пока наконец не достала сама себя.

Стоп!

Решительно тряхнув головой, я отодвинула пустую тарелку.

О чем я думаю?! Надо сосредоточиться на том, что действительно важно. Например, как удержаться здесь и докопаться до правды.

Первая идея на этот счет у меня уже имелась.

Западная академия традиционно славилась не только обучением адептов, но и исследованиями. Здесь не было столь жесткого влияния военных, как в других магических заведениях, а значит, ученые могли заниматься тем, что их действительно интересовало, без лишних отчетов.

С первого курса можно было записаться в помощники к какому-нибудь исследователю. Если повезет, удастся поучаствовать в чем-то значимом… или стать подопытным кроликом. Поработать в какой-нибудь лаборатории и, возможно, найти свое призвание.

Я знала, что в ближайшие дни состоится собрание, где всем расскажут о направлениях. Но я не хотела ждать. Если уж откровенно — боялась, что появится слишком много конкурентов. Ведь меня интересовало всего одно из мест.

Убрав за собой, я отправилась на поиски.

В этот раз пришлось потрудиться, чтобы не потеряться, но я старательно запоминала расположение всего в академии, пока шагала по коридорам, вглядываясь в таблички на дверях. Нашла библиотеку, прогулялась мимо множества лабораторий, а затем наткнулась на то, что искала: стенд с направлениями текущих исследований и вакансиями.

Я быстро пробежала глазами по прикрепленным к стенду листкам, выискивая упоминание первокурсников. Нужный список оказался самым коротким. Его я прочитала вслух, бормоча под нос:

— Магические свойства пустынного пламени. Природа магических бурь. История академии и ее главного строения. Руины левой половины Аш'Кериона. Магическое лечение и боевые раны. Магическо-техническая служба — поддержание купола.

Я замерла.

Последний пункт. Этим направлением когда-то занимался мой отец. Пока его имя не исчезло из всех официальных списков.

Медленно подняв руку, я дотронулась до нужной строки, будто могла через это касание преодолеть время.

Вот оно.

То единственное место, в которое я так хотела попасть. В котором я могла узнать правду — и так боялась этого.

В графе набора значилось: «Два места. Требуется предварительное разрешение куратора»

Я едва не взвыла от досады. Ну конечно! Придется получить одобрение магистра Унсури. Как будто у меня и без этого было мало проблем!

Тем не менее я дотронулась до нужного места на листке. Передо мной возникли черные буквы: на зачарованной бумаге проступило мое имя. Теперь оставалось дождаться, когда неизвестный руководитель магическо-технической службы сделает выбор…

— Первый день, а ты уже прогуливаешь! — раздался слишком знакомый голос.

Я вздрогнула, отдернула руку от листка и резко обернулась.

Передо мной стоял Эштон, как всегда небрежный, с лукавой усмешкой. Руки в карманах. Выражение лица — любопытное, но во взгляде таилась тень чего-то более глубокого. Того, что я помнила с детства. Он будто вновь застал меня за шалостью и не собирался отпускать, пока не приглашу поучаствовать.

— Как и ты? — фыркнула я, стараясь не выдать смущение.

— Отнюдь, — прищурился Эштон. — Тренировка закончилась раньше обычного. В пустыне такое случается. Если магические колебания нарастают, приходится быстро сворачиваться.

— Ого… — протянула я, соображая, что бы еще спросить.

Эштону только дай мгновение, и он тут же примется выяснять, куда я записалась и почему.

Он заметил, как я замешкалась, и его глаза блеснули. Задумал что-то!

— Слушай, раз ты свободна, может, прогуляемся? — предложил он. — Сейчас или вечером. Устрою тебе экскурсию по саду.

— По саду? — удивилась я, потому что заранее ожидала услышать другое слово.

— Да, — беззаботно пожал плечами Эштон. — Внизу есть небольшой сад. Раньше он был исследовательским проектом, поэтому часть купола над ним не убирают никогда. Не хотят потерять редкие растения. В общем, там всегда довольно свежо, симпатично и есть где посидеть.

«Место для свиданий», — мысленно заключила я.

И очень фальшиво улыбнулась.

— Давай не сегодня. Вообще-то, меня отпустили переодеться, и, наверное, я должна вернуться на занятия. Если честно, я еще ни в чем не разобралась…

Эштон фыркнул:

— Серьезно, принцесса? Это худшая отговорка, которую я слышал.

Я лишь пожала плечами, стараясь выглядеть беззаботно.

— Тогда в другой раз, — прищурился он. — Но я запомню. Если что, я живу на шестом этаже.

Махнув рукой на прощание, Эштон развернулся и ушел, оставив меня сгорать от смущения. Еще долго я стояла на месте, ощущая, как сердце бешено стучит в груди.

Следующим утром я проснулась счастливой, с легким волнением, какое бывает от предвкушения чего-то хорошего.

Первые дни показались мне слишком хаотичными, но теперь все должно было стать по-настоящему интересным. Начинались полноценные занятия, и, несмотря на все тревоги, я не могла скрыть восторг, а огненная стихия еще и подстегивала его. Я начинала чувствовать себя в безопасности. Обманчивое ощущение, но такое притягательное!

Я столько мечтала об этом. Об академии, о другой — самостоятельной — жизни.

Нормальные адепты, вероятно, считали лекции скучными, но для меня они были важной частью будущего, к которому я стремилась. Академия, учебные залы, преподаватели, древние книги, магия, что пронизывала здесь сам воздух, — все это наполняло меня особенным чувством. Будто я наконец там, где должна быть.

Я успела позавтракать, пока в столовой еще не собралось слишком много народу, и, вооружившись книгами, отправилась в аудиторию. Каменные стены, высокие потолки, старинные магические лампы, мягко освещающие пространство, напоминали мне те истории, что рассказывал отец. Я знала, что несколько раз он брал меня в академию, но в голове не осталось ничего. Память не сохранила эту часть прошлого, будто специально ограждая меня от всех полезных воспоминаний.

Лекций было несколько, и я умудрилась получить удовольствие от каждой. Нас учили не одной теории магии, но и тому, как применять ее в реальной жизни. Пока без практики, но Унсури охотно демонстрировала заклинания сама. Я же хотела впитать все, что только могла.

Магистр рассказывала четко и уверенно, будто вырезая каждое слово в воздухе. В отличие от вчерашнего дня, теперь она обращалась ко всем одинаково. Ко мне — тоже, но я не знала, радоваться этому или нет. Ее взгляд не задерживался на мне достаточно долго, чтобы я могла оценить его.

Пожалуй, я и правда была непуганым оптимистом.

После лекций я, воодушевленная, поспешила к стенду объявлений, чтобы проверить, кто еще записался на дополнительные занятия. Надежда, что меня выберут в магическо-техническую службу, крепла. Отец говорил, что его работа — самая скучная из всех, поэтому даже в его время никогда не было много желающих пойти в помощники. Здесь не было видимых результатов или постоянных новых изобретений, которые можно продемонстрировать, чтобы показать восторженной толпе.

А когда он попытался…

Я тряхнула головой, отгоняя неприятные мысли. Остановилась у стенда, разыскивая нужный лист, и удивленно приоткрыла рот, увидев в списке новое имя.

Сильвия Лайон.

Я моргнула, перечитывая.

Лия? Здесь?

Мы были подругами в моей последней школе. Дружили, несмотря на все сложности с моей репутацией, несмотря на пересуды за спиной. Она не боялась находиться рядом со мной, а я доверяла ей. Все изменилось совсем недавно и… неожиданно.

Школа закончилась, но мы договорились не теряться. Получив письмо из Магического комитета о зачислении в академию, я тут же написала ей. Потом еще и еще, но она так и не ответила. Не желала общаться и не нашла времени объяснить — почему.

Я не знала, куда она поедет, но не думала, что… сюда. У нее не пустынный огонь, она легко могла поступить в любое другое место.

Очень странно: я не видела ее ни в прошлые дни, ни сегодня. Приехала позже?

Растерянность быстро сменилась решимостью. Мне очень хотелось найти Лию и обо всем расспросить.

Я подумала, что начать стоит с коменданта. По крайней мере, он куда приятнее, чем магистр Унсури. И точно знает, в какую комнату кого поселили. Возможно, согласится подсказать, если я попрошу.

Но подсказка мне не потребовалась. Едва я поднялась на четвертый этаж, как столкнулась с Лией прямо в коридоре, у двери коменданта.

На губах у меня растянулась улыбка, но я тут же ощутила, как трудно ее удерживать. Потому что ответной не случилось. Лия глянула на меня — сквозь меня — и словно не заметила.

— Сильвия! — позвала я, сделав шаг вперед.

Она все же обернулась на мой голос.

И на мгновение я увидела ее настоящую реакцию — неприятное удивление, будто я явилась из прошлого, которое она хотела забыть. А потом выражение лица изменилось. Оно стало равнодушным и холодным.

— Ты ошиблась.

Я замерла.

— Сильвия, это же я! Не знала, что ты приедешь сюда… Я писала тебе, но ты…

— Не лезь в мои дела, — резко перебила она, и в ее голосе сквозила неприязнь.

Я смотрела на нее, не веря своим ушам. Она больше не хотела иметь со мной ничего общего.

Две девчонки, что шли мимо по этажу, остановились неподалеку, переглянувшись. Принялись делать вид, что совсем не заинтересованы происходящим. А меня будто окатили ледяной водой.

— Хорошо, — пожала плечами я, будто ничего и не расстроило. Не заботило вовсе.

Развернулась, чтобы уйти.

Ноги несли меня прочь, а внутри все сжималось.

Я ожидала сложностей, ожидала врагов, но не того, что люди, которых я считала друзьями, забудут меня, едва это станет удобным. Да у меня и не было других подруг, кроме нее…

Впервые за день академия показалась мне не такой уж хорошей.

Я решила захватить с собой еды перед тем, как снова закрыться в своей комнате и все обдумать. Уже подходя к столовой, почуяла неладное.

Слишком там было шумно, словно говорить старались все одновременно. Так бывает, когда обсуждают очень интересную новость и каждый норовит высказать мнение в надежде, что в итоге окажется прав и сможет гордиться этим.

Задержавшись в дверях, я прислушалась, стараясь понять, что происходит. С некоторым облегчением отметила, что мое появление не вызвало никакой реакции, а значит, обсуждали не меня и моего отца. Уже хорошо.

Впрочем, я быстро поняла, что ошиблась. Лучше бы обсуждали инцидент!

Речь шла о пресловутом наследнике герцога Корренти, с которым мне совсем не хотелось повстречаться. В отличие от остальных адепток, которые продолжали грезить о самом выгодном браке…

Мне стало дурно. Кто-то пустил слух, что наследник получил метку, и это вызвало настоящий ажиотаж.

— Если это правда, его можно будет найти! — взволнованно пролепетала одна из адепток за ближним столом.

— Говорят, что он все это время скрывался, но стоит ему получить полную силу, как выйдет из тени, — подхватила другая.

— А если его истинная тоже здесь?

— Где ей еще быть?!

— Кто вообще придумал эту ерунду?

— Ничего не ерунда! Сосед моего дяди вчера посещал герцога, и тот сам сказал. Уже доложили.

— Так ему и не надо будет скрываться!

— С чего все взяли, что это повод показываться?

— Может, найти ее проще, чем его? А она уже выведет!

— И что? — мерзко засмеялся кто-то. — Избавиться от нее, чтобы он точно стал свободен?

— Сейчас надоумишь…

— Да ладно, а кто-то здесь еще не подумал о том же? Уравнять шансы на этом аукционе для всех.

Я молча слушала.

Если утром академия представлялась мне местом знаний и возможностей, то теперь я видела и другую сторону — интриги, сплетни, жажду власти. Молодые люди и драконы — наследники богатых и сильных магических родов. Они ничем не отличались от своих семей. А хороших среди знати не было никогда.

Что ж… интересно, как долго продержится этот слух? И главное — правдив ли он?

Раньше я считала, что такое случается только с книжными героинями, но сейчас мне действительно перестало хватать воздуха.

Чем дольше я слушала, тем сложнее получалось игнорировать ощущение, что стены давят на меня. Голоса звучали все громче, а взгляды, даже брошенные мельком, становились тяжелее.

Я больше не хотела ничего этого знать.

Не хотела слушать про наследника герцога. Не хотела думать о Лии и о том, как она смотрела на меня — будто мы никогда не были знакомы, а я просто нищенка, пристающая к благородным дамам на базаре в надежде на пару монет.

Сейчас мне требовался лишь глоток свежего воздуха.

Я не стала тратить время на поиски центрального выхода. Просто покинула столовую и свернула к первому попавшемуся спуску. Ступени там были у́же и круче, чем главная лестница, но в целом не выглядели заброшенными.

Внизу я уперлась в массивную дверь. Толкнула ее, с трудом сдвинув с места, и проскользнула в щель, едва та стала достаточной для моей миниатюрной фигурки.

Остановилась, обнимая себя за плечи, и наконец глубоко вдохнула. Вокруг царил полумрак: на Западные земли медленно опускалась ночь, но оказалась я совсем не в темноте.

Передо мной раскинулся сад.

Купол мерцал над головой, мягко преломляя последние солнечные лучи. Он пропускал тепло, но не жару. Воздух был свежий, влажный, наполненный ароматами множества растений, которые в обычных условиях давно погибли бы от зноя. Но здесь они росли и цвели, окутанные и оберегаемые магией. Все было пропитано ею. Так, что уже через минуту у меня напрочь отбило нюх и чутье. Признаться, стало даже приятнее.

Сюда Эштон звал меня прогуляться…

Впрочем, он был не единственным, от кого я слышала про сад. То, что когда-то было защищенным местом для исследования растений, превратилось в достояние всех адептов. Использовали его в основном для отдыха, посиделок, собраний закрытых клубов.

Я сделала пару шагов по тропинке, осматриваясь с любопытством.

Поколения адептов обустраивали сад по своему желанию. Принесли сюда кресла и диванчики, явно стащенные из разных частей академии. В одном углу я заметила стол, окруженный удобными стульями.

Видимо, со временем преподаватели просто закрыли глаза на происходящее. Официально это место не относилось к общежитию, но стало чем-то вроде гостиной при нем. Да и попробуй-ка теперь высели отсюда всех этих «садоводов»!

Я осторожно двинулась дальше.

Цветы и деревья росли плотными группами, создавая укромные уголки, в которых легко можно было спрятаться. Стояла приятная тишина. Я и не ожидала встретить здесь кого-то — большинство адептов сейчас находились в столовой.

Никто не помешает немного побыть одной.

Я остановилась у небольшой беседки, увитой цветущими лозами, вдохнула сладкий запах и прикрыла глаза.

— Надо использовать это правильно, раз уж так получилось.

Голоса.

Я замерла, а внутри все напряглось. Свернулось в спираль, которая вот-вот распрямится и заставит меня бежать со всех ног.

Звук доносился откуда-то спереди, из глубины сада. Хорошо, что я задержалась здесь. Учуять меня не могли: у других должны быть те же проблемы с магией вокруг. Услышать? Разве что с частичной трансформацией. Я умела быть очень тихой для человеческих ушей.

— Все должно быть в наших интересах, — продолжал недовольный женский голос. — Я не собираюсь страдать ради «ничего». Ты вообще слушаешь меня?! Я этого не заслужила!

Я сразу узнала его обладательницу.

Илана.

Сделала шаг назад, стараясь укрыться за одним из широких стволов. Беседка слишком хорошо просвечивала через ветки и листья.

— Ты думаешь, я не знаю? — лениво отозвался мужской голос.

Он почудился мне знакомым, но звучал странно, слегка неестественно… Так бывает, когда голос меняют артефактами, чтобы не выдать свою настоящую личность.

Это подстегнуло мой интерес.

— Тогда почему не хочешь сказать? — Илана явно злилась. — Предъявить? Давай, предъяви мне ее! Я хочу знать, что из слухов правда? Наследник?! Они о тебе, да?!

— А зачем мне что-то доказывать? Разве и так не очевидно?

— Очевидно? Очевидно?! — почти прошипела она. — Думаешь, это неважно? Ты обещал, что не предашь меня!

До меня донеслась пара приглушенных смешков. Значит, собеседников было не двое. Просто остальные пока не встревали в разговор.

— Я думаю, что тебе стоит меньше нервничать.

Илана резко выдохнула:

— Я не хочу потерять все! Особенно сейчас, когда есть шанс получить больше, чем мы осмеливались представить!

До боли прикусив губу, я старалась не только не шевелиться, но вообще не дышать. Ногти оставляли на ладонях отметины, глубоко впиваясь в кожу.

Здесь речь тоже шла о метке. Той самой, из-за которой все носятся как угорелые? Наверное, сейчас ни для кого в академии не было другой темы. Но, в отличие от остальных адептов, эти точно знали, на чьей руке та метка проявилась.

Внутри у меня разгорался огонь. Тот, который, по всеобщему убеждению, прибавлял адептам безрассудства. Я не могла уйти, не выяснив, кто говорит!

Это могло не касаться меня, ведь никто не уточнял, что метка у наследника черная. А могло…

Я прислушалась к ощущениям, стараясь понять, чувствую ли то пресловутое притяжение, о котором все говорят. Но чувствовала лишь одно — сад наполнял аромат пустынного огня.

Вот засада!

Я не заметила, как от нетерпения сдвинулась с места, переступив с ноги на ногу.

Но тишина сада сыграла со мной злую шутку. Тонкая ветка едва слышно хрустнула под туфлей, а звук показался оглушительно громким.

Разговор впереди тут же оборвался.

— Кто здесь?! — Илана метнулась в мою сторону.

Я услышала шаги, судорожно огляделась в поисках укрытия, но было поздно. Через мгновение она уже стояла передо мной, глядя так, будто сейчас попытается спалить меня прямо на месте.

— Геллер, — прошипела она, прищурив глаза, пока зрачки угрожающе вытягивались. — Как ты посмела сюда забраться?!

Я выпрямилась, стараясь выглядеть спокойно:

— Не знала, что в саду запрещено гулять.

Ох, я могла бы гордиться тем, как презрительно прозвучал мой голос!

— В саду — нет, — ядовито усмехнулась она. — Но не здесь! Эта часть сада — для Призраков и наших друзей…

— А не для отбросов, — холодно добавил тот же мужской голос.

Я вздрогнула.

Парень, с которым разговаривала Илана, не стал подходить ближе. Я не могла разглядеть его лицо из-за полумрака под сенью деревьев.

— Вышвырните ее отсюда, — лениво приказал он кому-то.

Внутри меня вспыхнуло возмущение, но высказать его я не успела. Передо мной вместо Иланы возникли два недовольных дракона из Призраков. Я видела их в первый день.

— Сама уйдешь или помочь? — осведомился один из них.

Я проснулась с жуткой головной болью и первым же делом взглянула на запястье.

Метка, разумеется, была на месте. Черная и четкая, насмешливо подчеркнутая лучами утреннего солнца.

Вчера я хотела убедить себя, что все не так страшно, но сегодня… Сегодня меня снова трясло от злости!

Не нужна мне пара!

Я не хотела даже полной силы. Не хотела становиться чьей-то. Не хотела, чтобы мое будущее зависело от дракона, которого я и не знаю. Чтобы снова за меня решали, как говорить, как себя вести, куда смотреть, чтобы не вызвать чьей-то неприязни.

Мать пичкала меня этим страхом перед остальными. Я понимала ее, но такая жизнь меня не устраивала.

А если это в самом деле Дилан…

Я застонала и, швырнув подушку на пол, закатила глаза. Вот уж что могло испортить все окончательно. Если эта чертова метка принадлежала ему, то моя жизнь закончилась!

Герцогский наследник, кровный враг моей семьи, напыщенный ублюдок, которого я видела всего пару раз, но уже почти возненавидела.

Вчера из сада я ушла сама, но приказ вышвырнуть меня так и повторялся в голове.

Одно смущало: Дилан не из тех, кто стал бы скрываться. Изменять голос артефактами, тем более там, где, вероятно, услышать его могут только свои. Или они всегда готовы к тому, что туда забредет глупый потерявшийся первокурсник?

Так или иначе, но Дилан — тот еще нарцисс. Он любит себя, гордится собой и выпячивается везде, где можно. Я была почти уверена в своей оценке.

А значит, оставался шанс, что в саду был кто-то другой. Впрочем, перспективы от этого не становились лучше.

Я пробежалась пальцами по метке. Она была гладкой, не выступала, не меняла цвет, никак себя не проявляла. Пока. Но если этот момент настанет… Я толком и не знала, что должно произойти. Только то, что метка будет светиться при взаимности.

Но что такое «взаимность», Шатти всех раздери?! Что эта проклятая магия примет за нее? Что, если я случайно посмотрю на Дилана с добротой или уважением? Захочу на секунду поверить, что он не такой кретин, каким кажется? И все? Попалась?

Я содрогнулась.

Срочно нужно что-то придумать. Длинные рукава — это прекрасно, но не теперь, когда предполагаемую невесту герцогского наследника будут искать все адепты. Может, я совсем и не она, но проверять и объясняться с каждым точно не хочу.

Я вскочила с кровати и принялась рыться в своих немногочисленных вещах. Может, какой-нибудь браслет? Или повязка? Да, точно! Но… на сколько дней хватит такого прикрытия, если придется носить что-то на запястье постоянно? Царапинами не отговоришься, у драконов слишком хорошая регенерация. Никто не поверит в такую рану. Скорее, наоборот — захотят посмотреть.

Мне требовались артефакты. Лишь ими можно изменить внешность достаточно надежно.

Я помнила, что в выходные из академии разрешали выезжать в соседний городок. Но это было не так легко: требовалось получить разрешение, подписать бумаги, а в идеале еще и договориться с попутчиками, если ты не из этих мест. Последний пункт мне особенно не нравился. Я могла бы долететь. Не так скрытно, зато без чужих глаз и ушей.

В городе точно можно что-нибудь найти.

Я достала кошелек и пересчитала монеты — все, что мама смогла для меня скопить. Очень мало. Хватит на тортик ко дню рождения, но на изменяющий внешность амулет…

И все же попробовать стоило. Пусть мне и нечем платить, но вдруг… вдруг я найду выход?

Магистра Унсури нигде не было. Я потратила кучу времени на поиски, обежав почти всю академию, и вынуждена была признать, что магистр покинула территорию. Уже отправилась в город: пораньше, чтобы в выходной не возиться с адептами.

Оставался другой вариант — отпрашиваться прямо у ректора.

Я вздохнула. Ладно, хотя бы найти его будет проще: приемная располагалась на втором этаже левого крыла. Попасть туда можно было через стеклянную галерею, которая отделяла административный корпус от остальных помещений.

Я постучала и дождалась разрешения войти.

Ректор Западной академии — Густав Марлон, мужчина лет шестидесяти, хмурый, сухощавый, с глубокими морщинами и цепким взглядом — принял меня почти сразу. Его секретарша недовольно сморщила носик, когда я назвала свое имя, но я уже пробежала во внутренний кабинет.

Ректор не пригласил меня сесть, а я постеснялась подойти. Остановилась на почтительном расстоянии, чтобы он мог хорошо видеть меня, не поднимая головы.

— Адептка Алексия Геллер, — повторил он за секретаршей, глядя на меня с плохо скрываемым презрением. — Что вам нужно?

— Я хочу поехать в город.

Он поднял брови:

— В город? И что вы там забыли?

— По личному делу.

Я старалась говорить твердо, уверенно и серьезно. В конце концов, я имела полное право на то, о чем просила. И я не сделала ничего плохого.

— И в чем заключается ваше «личное дело»?

— Просто подпишите разрешение. Пожалуйста.

Ректор сложил руки на столе, внимательно изучая меня.

— Вы же понимаете, что я не обязан этого делать?

— Но у адептов есть право выезжать в город.

— Когда есть попутчики. Они уже уехали.

Я напряглась. Все было предсказуемо, кроме одного: с чего ему вообще не пускать меня?

— Я вполне способна добраться сама.

— Не сомневаюсь. Но запрещаю вам это делать.

— Почему? — уточнила я.

В голосе прозвучало раздражение, хотя и не стоило его так открыто демонстрировать.

— Почему? Вам, Геллер, лучше держаться подальше от города даже с боевой охраной. — В его голосе появилось странное, почти скучающее раздражение. — Вы не понимаете, где мы находимся?

Я промолчала, ожидая пояснения.

— Этот город был основан для обслуживания академии. Там живут те, кто работает на меня. Каждая семья связана с нами. Начинаете прозревать?

Я кивнула, сжав кулаки.

— Там живут те, кто потерял близких при взрыве, — безжалостно продолжил он. — В каждой семье была своя жертва. Вам стоит задуматься, действительно ли вы хотите прогуляться по улицам, полным тех, кто ненавидит вашу семью. Тем более — прогуляться в одиночку. Думаете, кто-то не узнает в вас дочь убийцы?

Я почувствовала, как внутри закипает огонь.

— Он не убийца!

— Суд решил иначе, — отмахнулся ректор, всем видом показывая, что разговор окончен.

Я не получу разрешения, и мне следует убраться отсюда, не усугубляя свое положение в академии.

— Не было никакого суда, — не сдержалась я.

— Я присутствовал на нем.

— Суд над тем, кто не может защищаться, потому что мертв? Это фарс!

Губы ректора Марлона скривились в усмешке:

— Следите за словами, адептка Геллер. Я не желаю отвечать за вашу гибель. С этим вы можете справиться где-нибудь еще, не вмешивая нас в новые проблемы с вашей семейкой. Вы здесь временно. Моя академия — не место для вас. Сомневаюсь, что вы продержитесь здесь слишком долго.

Вот как? Это была не угроза, а сообщение. Пояснение для глупышки, которая отчего-то поверила, что сумеет найти в мире справедливость. Магический комитет мог определить меня сюда, а академия должна была зачислить, но дальше на все была воля ректора.

Я гордо вскинула голову и улыбнулась ему — так широко, как могла.

— Вы правы, я не задержусь слишком долго. Только до выпуска. Прошу прощения, что потревожила.

Развернулась и вышла, хлопнув дверью.

Теперь я знала точно: помощи мне здесь не будет. Ни от кого. Я сама за себя, и даже закон или устав академии не встанут на мою сторону. Если у меня возникнут проблемы, искать помощи у ректора и руководства не выйдет.

Ректор был не просто трусом, который предпочитал не вмешиваться. Он был одним из тех, кто с радостью выставит меня вон при первой же возможности. Несомненно, у него тоже личные счеты к моему отцу.

Значит, нельзя давать повод избавиться от меня.

Мне придется справляться со всем самой.