Тайны нашего двора

Тайны нашего двора

Г лАва- 1. Первый телевизор.

1. Всё в первый раз.

    В те послевоенные годы Советский Союз едва залечивал свои раны, нанесённые ему фашистами. Больше всего уделялось внимание установлению разрушенной экономики нашей огромной страны.

    По этой причине люди меньше всего беспокоились о своём благосостоянии. Все понимали, что надо в первую очередь поднять страну из руин. Только после можно будет думать о своей благополучной жизни.

    Ведь мы все надеялись на то, что при коммунизме мы будем жить лучше.   Однако нас пацанов и девчонок не устраивала перспектива на будущее при коммунизме.

    Мы хотели жить хорошо сейчас, а не после при коммунизме. В те годы мы не знали, что такое карманные деньги от родителей. Так как родители с огромным трудом зарабатывали деньги на содержание своей семьи и нам давали лишь изредка копейки на кино или на сладкое, мороженное из лотка. 

    Именно по этой причине мы старались любыми доступными путями получить хотя бы какое-то удовольствие от современной жизни. Мы таскали из дома все, что можно сдать старьёвщику, чтобы купить у него сладости. 

    Даже на вырученные за тряпки у старьёвщика копейки, мы ухитрялись купить разные рыболовные снасти, которыми ловили рыбу в море и затем продавали пойманную рыбу на трассе проезжающим туристам или обычным людям, которые не жили возле моря. 

    Много разных приспособлений недостающих нам в быту и на развлечение, мы придумывали сами, а после где-то в своём сарае или даже на берегу моря, изготовляли придуманные нами аппараты. 

    Мастерили самокаты из досок на подшипниках и на колёсах от старых велосипедов. Собирали из сухих брёвен и досок плоты, на которых готовились отправиться в кругосветное плавание. 

    На берегу моря и на пресных заливах, у нас были спрятаны самодельные лодки и разные плавучие средства, на которых мы выходили в море ловить рыбу.

    Летом вся детвора промышляла в плодовых лесах возле гор или в садах-огородах своих горожан. Добывали себе фрукты и ягоды, которые не могли купить нам родители.      

    Благо, что в лесу было много плодов диких груш, яблок, кизил, абрикос и многих других съедобных плодов. Поляны в лесу и склоны Уллубиевской балки были буквально усыпаны ягодами клубники, кустами ежевики, а также кисло-сладким барбарисом. Когда на улице не было погоды или благополучного сезона на фрукты и ягоды. В такие дни мы занимались театральной самодеятельностью или играли в войну.

    Мы хотели быть артистами кино и защитниками своего отечества от капиталистов. Больше всего в те годы нравились индийские фильмы, а также фильмы про индейцев, снятые в Югославии.

    Мы знали наизусть песни из индийских фильмов и целыми днями играли в войну индейцев против бледнолицых капиталистов. Многие игрушки и разные поделки к новогодним праздникам мы изготовляли из папье-маше с пережёванной бумаги, склеенной казеиновым или канцелярским клеем.

    Когда подходили майские праздники, то к ним готовились буквально все от маленького ребёнка до глубокого старика. На демонстрацию и на парад выходили все жители нашего города.

    Затем семьями отправлялись на моёвку отмечать международный интернациональный праздник в защиту пролетариев всех стран. Гулять на природе нравилось всем.

    Дети и взрослые развлекались от души. Наслаждались ароматным запахом дикой природы. В эти годы мы ещё не знали, что такое телевизор. До нашего слуха доходили всякие удивительные истории про какой-то таинственный аппарат, который может показывать дома бесплатно кино и никому не надо ходить в кинотеатр за деньги.

    Можно было экономить деньги у телевизора на сладости, которые редко покупали родители. Также можно узнать от этого аппарата то, что нельзя прочитать в газетах и послушать от радио.

    Сиди себе дома и смотри бесплатное кино, а на свои сэкономленные копейки можно купить себе различные сладости у старьёвщика, который за копейки покупал у жителей города разные тряпки и на эти же копейки, продавал всякие сладкие сосульки конфеты. Конечно, о таком удовольствии можно было только мечтать и фантазировать.  

    Однажды, это было весной, мой друг, Вовка Сулимов, проспал в школу. Вовка был отличником. Такое было с ним впервые. Очень переживал за своего друга.

    В этот день была контрольная работа по математике, а мне не у кого было списывать контрольную, так как тогда из-за болезни пропустил много уроков и слабо знал математику.

    Мог остаться по этому предмету на осень, то есть, это в летние каникулы все будут отдыхать, а должен учиться по математике и опять ещё сдавать контрольную работу за четверть.

    Мне не хотелось отставать от своих одноклассников. Сидел на уроке, выковыривал из носа засохшие козюльки и от безделья следил, как первые ласточки весной делают себе из глины гнезда.

    Ласточки в клювах приносили жёлтую глину, смоченную собственной слюной. Маленькие комочки глины ласточки прилепляли друг к другу. Получалось, как бы кармашек под карнизом здания.

    Чтобы в ласточкин домик не попадал дождик, поэтому они лепили гнездо под карнизом здания. Получалось, что крыша над домом ласточки. Так был увлечён этим прекрасным зрелищем, что не заметил, как в класс тихо вошёл Сулимов Вовка.  

- Мария Фёдоровна! - услышал голос друга. - Можно войти в класс? Извините, что опоздал.  

- Сулимов! Ты что, вдруг, так? - спросила учительница. - На тебя не похоже. Не было пропусков.  

    Вовка насупился, помялся, видимо неудобно было говорить о своём опоздании всему классу.  

- Мой папа привёз телевизор из командировки в Москву. - начал оправдываться Вовка. - Мы его пытались включить ночью, но он никак не включался. Поэтому, все проспали в школу и на работу.  

    После того, как Вовка закончил своё оправдание за опоздание на урок, в классе прокатился шёпот удивления и откровенной радости, так как у нас в Новом городке, ни у кого не было фантастического аппарата с названием телевизор. Тут такой аппарат, вдруг, появился у моего друга!  

- Ладно! - простила Мария Фёдоровна, опоздание на урок моего друга. - На первый раз прощаю. Уважительная причина. Только когда телевизор настроите, то не забудьте свою учительницу пригласить, посмотреть на это чудо современного прогресса. Всё. Проходи. Сейчас у нас контрольная работа. Пиши быстрее. До конца урока ты всё равно должен успеть написать контрольную работу.  

    Учительница продиктовала нам задание контрольной работы. Мы занялись математикой. Но едва сдерживался, чтобы не задавать Вовке вопрос о телевизоре. Сулим, показал мне кулак под нос, чтобы молчал и тут же подсунул списывать тетрадь с решёнными задачами по контрольным работам математики, которые он так быстро решил. Едва успел списать контрольную работу. Когда прозвонил звонок на перемену, то весь класс рванул к Вовке и окружил нашу парту.  

- Сулим! Ну, расскажи, что там за телевизор? - стали ученики приставать к моему лучшему другу.  

- Обыкновенный ящик из дерева, - тоном знатока ответил Вовка. - Телевизор похож на радиолу. Только у него стекло спереди. Вот, как только он будет работать, то тогда всех приглашаю посмотреть в телевизоре кинофильм и новости. Отец говорит, что телевизор показывает весь мир.  

    Все уроки мы были, как на иголках, ждали, когда кончатся занятия в школе, чтобы скорее нам увидеть телевизор. Весть о телевизоре прокатилась по всей школе и в конце уроков Сулимова Вовку ждали на улице всей школой. Мы с другом гордо вышли из школы и сразу направились к своему дому в конце улицы.

    Следом за нами направились школьники всей нашей школы. Наш дом, где жили многие мои друзья, в том числе и Вовка Сулимов, находился на той же самой улице, что и школа, в другом конце Нового городка.

    Улица небольшая, всего несколько сотен метров. Так что толпа любопытных растянулась на всю улицу.

    Это было похоже на демонстрацию во время революционных праздников в Советском Союзе.

    В наших умах, действительно, происходила революция. Хотели совершить в своём сознании какое-то открытие, которое могло перевернуть всю нашу остальную жизнь.

    Ведь мы все собирались строить наше светлое будущее - коммунизм. Мы провели весь остаток дня у деревянного ящика с обычным стеклом впереди.

    Без конца щелкали и крутили все ручки настройки у аппарата, который трещал, пищал, но не загорался. Мы уже хотели было разобрать аппарат, чтобы заглянуть вовнутрь деревянной коробки. Ведь нас раздирало любопытство. Как в такой маленький ящик можно поместить целый кинотеатр с артистами. 

- Может быть, к этому аппарату надо пристроить антенну? - предложил кто-то из толпы зевак. 

    Вовка тут же стал приспосабливать к телевизору антенну от старого радиоприёмника. Засовывал проволоку антенны во все щели аппарата, пока наконец-то что-то замелькало на стекле у телевизора.

    Появилось тусклое изображение, через которое слабо были видны силуэты домов и лица людей. Коробка стала тихо трещать и повизгивать, издавая какие-то членораздельные звуки речи.    

- Аппарату не хватает мощности антенны. - подсказал тот же голос из толпы любопытных зевак. 

- Надо к обогревательной батарее, антенну подключить. - подсказал нам другой голос из толпы. 

    Кто-то из пацанов подал нам кусок длинной медной проволоки. Вовка прикрутил один конец проволоки к антенне радио, а другой конец проволоки зацепил за чугунную батарею отопления.

    Экран телевизора замелькал, и вскоре появилось чёткое изображение. По телевизору шли новости о построении коммунизма в Советском Союзе и о победе коммунистической партии над капитализмом.

    Изображение сопровождалось звуком точно так же, как мы смотрели новости в нашем кинотеатре. 

- Ура! Получилось! - радостно закричали мальчишки и девчонки. - Теперь у нас есть телевизор!!! 

    Желающих смотреть было слишком много. Поместить всех в одной квартире было невозможно. Поэтому мы решили поставить телевизор на окно, чтобы все желающие могли смотреть телевизор с улицы.

    Как раз у Сулимовых одно окно выходило из квартиры на первом этаже в наш общий двор. Пока мы выставляли телевизор к окну. В это время во дворе перед окном расставляли стулья и скамейки.

    В этот вечер у нашего дома телевизор смотрели почти все жители Нового городка. На следующий день Вовка смекнул, что на этом можно хорошо заработать.

    Желающим смотреть телевизор, он объявил, что телевизор употребляет много электричества, которое нужно нам к построению коммунизма. Поэтому надо частично оплачивать расход электрической энергии.

    Собранный капитал пойдёт на оплату электричества и на построение коммунизма в нашей стране.

    Большинство желающих посмотреть кино и новости по телевизору согласились с предложением Сулима.

    Против пятнадцати копеек за кино в кинотеатре, мы стали брать от зрителей всего по одному пятаку. Близкие друзья отдавали за просмотр телевизора по две копейки за один фильм.

    Таким образом, у нас в советское время появился собственный детский бизнес. Конечно, тогда такого слова как «бизнес» не было в речи граждан Советского Союза. Тем более у наших школьников.  

    Однако вскоре кто-то смекнул, что наш поступок с телевизором смахивает на происки капитализма среди советских детей.

    К тому же отец Сулимова Вовки председатель городского исполнительного комитета, член коммунистической партии и инвалид войны, который воевал с фашистами и вёл свою идеологическую войну против происков капитализма среди граждан Советского Союза.

    Так что нашу лавочку с происками капитализма быстро прикрыли, а на собранные нами деньги заставили нас купить мороженное и раздать это мороженное среди бедных детей из детского дома.

    Такой поступок с нашей стороны нас сблизил в дружбе с детдомовскими пацанами, которые раньше не признавали нас, а мы не признавали детдомовцев. Теперь стали ходить друг к другу в гости.

    Однако тесная дружба была у каждого в своём кругу. Мы просто общались на равных и все. После того, как нам запретили собирать деньги за просмотр телевизора.

    Мы стали смотреть телевизор в кругу своих близких друзей и одноклассников. Чаще всего смотрели телевизор вечером по выходным дням или, когда дома не было отца Сулимова Вовки.

    Так было до тех пор, пока нам надоел телевизор. Ведь он отнимал у нас много свободного времени, которое мы уделяли другим своим заботам по рыбной ловле, игре на улице и другим событиям, происходящим вокруг нас. Тут же торчали всё своё свободное время у какого-то деревянного ящика, который отвлекал нас от привычной повседневной жизни. 

2. Поиски таинственной пещеры.

    Так вот, когда страсть к первому телевизору утихла, а круг посетителей сократился до близких друзей, мы просто стали изредка смотреть телевизор. В основном по вечерам, когда делать нечего. Днём мы учились.

    Однажды, просматривая новости перед художественным фильмом, мы услышали и увидели, как учёные обсуждали науку о пещерах, спелеологию.  

    В новостях говорилось о разных таинственных пещерах в горах Кавказа. Вдруг, показали наш город и сказали, что, примерно, в десяти километрах от Избербаша, спелеологи нашли в горах ранее неизвестную пещеру.  

    В этой пещере имеются озера с рачками и кистеперой рыбой, которые появились на планете Земля за сотни тысяч лет до появления здесь человека.

    Ну, как можно жить так близко от этой пещеры и не изведать её. Мы сразу поклялись хлебом и кровью, что создаём тайное общество, которое будет вести полную разведку той пещеры в течение всего лета 1958 года.  

    В наше тайное общество, как руководители групп, вошли следующие: 1. Сулимов Владимир. 2.Черевков Александр. 3.Абдуллазизов Абдулл. 4.Журавлев Виктор. 5.Исмаилов Махмуд. 6.Григорищенко Александр. 

    Мы не хотели себя ограничить кругом лучших друзей, так как все прекрасно понимали, что нам понадобятся и шерпы-восходители, такие люди, которые помогают нести груз покорителям вершин.

    Эти люди живут в горах Индии и Непала. Нам не нужно было отправляться в предгорья Гималаев за шерпами. Среди наших соседей и друзей по Новому городку было много желающих дружить с нами, которые охотно заменят нам шерпов.  

    Мы решили постепенно подготовить такую группу, но только не посвящать этих ребят в тайны нашего общества, а лишь предложить им просто совместный поход в горы за кизилом.

    Это такой вкусный фрукт, который немного похож на вишню, но лишь продолговатой формы и отличный от вишни на вкус. Весь Избербаш, в том числе и мы, каждое лето делали подобные вылазки за кизилом, а также за другими фруктами и ягодами, которых было очень много в наших горах.  

    Никто из родителей не мог заподозрить что-то другое, так как мы постоянно пропадали на море и в горах. С нами ничего не происходило. Взрослые доверяли нам в подобных походах, так как мы избавляли весь Новый городок от своих проблем.

    На чердаке нашего двухэтажного дома мы создали штаб подготовки экспедиции. Во время школьных занятий штаб закрывался на огромный замок. Ночью мы дежурили по очереди, чтобы никто из мальчишек Нового городка не залез к нам на чердак.

    На чердаке сделали себе "НЗ", то есть неприкосновенный запас на выполнение экспедиции. Собирали все, что потребуется в нашем походе в пещеру.  

    Там были верёвки, фонарики, маленькая надувная лодка, факельные палки с паклей, пропитанной в солярке, собственноручно изготовленные арбалеты, пистолеты из медных трубок и многое другое, что обычно берут в дальние дороги и на покорение неизведанных пещер.  

    Продукты мы решили приготовить в последние два дня перед походом, так как иначе продукты могли испортиться ещё до нашего похода. Как именно готовиться нам к подобным походам, мы знали из книг, киножурналов, фильмов и, наконец, по рассказам родителей. 

    Поход был намечен на седьмой день летних каникул. Почему именно так? До этого времени уже всем становилось совершенно точно известно, кто сможет совершить поход и не уедут куда-то из города.  

    Последние недели до летних каникул, когда было ясно, кто останется на осень, а кто будет отдыхать, мы усиленно занимались рыбной ловлей. Большую часть свободных от учёбы суток мы проводили на море. Чаще всего были на старых нефтяных эстакадах, которые протянулись далеко в море. Там всегда больше рыбы, чем у берега. Ловили мы в море бычков, таранку, воблу, лещей, на эстакадах кутума, а возле морских каменных гряд клевали судак и берш. В пресных заливах на жирного навозного червя хорошо ловились сазан, лещ и вобла. Мы даже жёлтых пескарей ловили. Вы не подумайте, что мы за рыбалкой забыли о таинственной пещере.

    Именно ради пещеры вели усиленную рыбную ловлю. Вся пойманная рыба шла на заготовку продуктов в поход. Та рыба, которая была тощая. Лещ, вобла, таранка и бычок, сушились под лучами жгучего солнца. 

    Заранее вымоченные в солёном рассоле. Другая рыба, которая жирнее, это берш и судак, просто шли на засолку, как селёдка. Самая жирная рыба. Такие рыбы, как сазан, кутум и пескарь, обжаренные в масле, консервировались. Закатывались в стеклянные банки.  

    Конечно, всё делалось под присмотром и при помощи наших родителей, которые даже не подозревали, что наше усердие в рыбной ловле шло на подготовку к большому походу в пещеру.

    Когда спрашивали нас о причине такого усердия в рыбалке и на кухне с рыбой, то мы говорили, что поспорили друг с другом о том, кто больше поймает рыбы и соберёт больше ягод, вот поэтому мы так и стараемся.

    Так не выбрасывать же нам свою пойманную рыбу, а умение, приготавливать рыбу, пригодиться нам в жизни. Ни думаю, чтобы родители верили нашим байкам, но придираться к нам у них не было никакой причины.

    Ведь и действительно, это усердие тоже когда-нибудь пригодится в жизни. Таким образом, любой работе людям есть какая-то польза для жизни.

    Перед самым началом нашей экспедиции, мы заранее, все, подготовили наших родителей к тому, что отправляемся организованно от школы в длительный поход на соревнование за ягодами и фруктами, чтобы никто из наших родителей не кинулся нас искать в первый же день похода.

    Могла сорваться экспедиция. Утром, в намеченный день выхода в экспедицию, мы встали в четыре часа утра, также как поднимались мы всегда на рыбалку.  

    Собрались на пустыре, совсем близко от нашего дома. Из нашего тайного общества пришли пять человек. Не пришёл лишь Григорищенко Сашка. Он всегда опаздывал. Был жирный и любил много спать. За это все его звали Пузан, в школе и на улице.

    С ним у нас всегда были проблемы в походах. Всё время он попадал в какие-то ситуации, к которым мы не были готовы. Нам сообща приходилось выручать нашего друга из проблем. 

- Может быть, Пузана оставим дома? - предложил Вовка Сулимов. - От него толку мало в любом походе. Пузан вечно жалуется, что мало кушал дома. Ему хочет есть. Пусть он отъедается дома. 

- Так будет не честно. - возразил друзьям и Сулиму. - Вы забыли, как Пузан нам помогал на уроках русского языка. Если бы ни он, то нас могли на осень вместо каникул заставлять учить грамматику и писать сочинения по русскому языку без ошибок. 

- Ты, пожалуй, прав. - поддержал Витька Журавлев. - Если бы не Пузан, то сидеть мне сейчас на осень с русским языком. Это он давал мне списать контрольные работы и последний диктант.

- Опять меня обсуждаете. - прервал наш спор подошедший Пузан. - Встал вперёд вас. Никак не мог найти свою обувь в темноте. Пока не разбудил маму, а она всё нашла. Обулся и пришёл к вам. 

    Мы прекратили наш спор и решили посчитать, сколько нас всего человек. Вместе с шерпами оказалось все тридцать. Слишком много пацанов. Так много людей могут не поместиться в пещере, и, кроме того, возможно, что многие из них не взяли продукты на длительный поход? Организаторы экспедиции отошли в другую сторону от собравшихся ребят, чтобы решить проблему. Надо было обговорить, как поступать с другими. 

- Нам надо выйти за пределы города. - предложил Абдулл. - Там решим, как нам быть с лишними людьми. Если же мы им скажем что-то сейчас, то можем сорвать поход экспедиции в пещеру. 

    Все согласились с предложением Абдуллазизова Абдулла. Наш сборный отряд постепенно стал вытягиваться в сторону махачкалинского шоссе. Никто из нас не знал точно, где может находиться пещера. 

    Во время сборов выдвигались различные варианты поиска пещеры. В конце концов все остановились на том, что надо нам пройти до конца Уллубиевской балки, которая и без того хранит много тайн.

    В этой балке часто находили старинные монеты, глиняные сосуды, кости людей и животных. Там совсем недавно нашли ржавое огнестрельное оружие и ножи.

    Уллубиевская балка находилась в основном за горой Пушкина, но начало брала от моря. От моря до моста махачкалинского шоссе, нами было изведано все, буквально каждый камешек, а вот дальше, балка тянулась на много километров, прямо до главного кавказского хребта.

    От махачкалинского шоссе и до горных вершин, мы решили обследовать всю балку. Когда добрались до шоссейного моста, через Уллубиевскую балку, уже расцвело, мы сделали первый привал. 

- Ребята! - обратился ко всем, так как у меня был сильный голос, то мне и поручили говорить с шерпами, с нашим большим коллективом. - У нас с вами будет длительный поход в горы, на несколько дней. Если кто-то из вас не взял с собой продукты и не предупредил о своём уходе родителей, то лучше вернитесь обратно. Нам не нужны лишние проблемы. Мы не хотим ругаться с вашими родителями. Поход будет длительный и не каждый может выдержать этого. Так что подумайте хорошо и если есть проблема с родителями, то лучше вернитесь домой. 

    В группе сразу началось брожение. Каждый проявлял своё возмущение в том, что мы их не предупредили заранее. Нам казалось, что экспедиция может провалиться, ещё не начавшись.

    Надо было принимать какие-то меры по спасению задуманного похода. Все друзья смотрели на меня. Словно был виновен в том, что сказал что-то ни так, как надо было сказать огромной группе. Назревал момент крупной драки. Нам только этого не хватало, чтобы сорвать свой поход. 

- Послушайте меня внимательно! - громко сказал, чтобы меня все слышали. - Мы сейчас сделаем отбор нашей группы. Каждый организатор соберёт вокруг себя тех, кого пригласил. По решению организатора останутся двое. Таким образом, нас будет восемнадцать человек, а не тридцать. Кроме того, это будет справедливый отбор. Половина отряда вернётся домой, а другая половина пойдёт в горы. Те, кто вернётся домой, предупредят родителей, оставшихся в отряде. Никто и никого не хочет обидеть, так будет справедливо для всех. 

    Своим решением убивал сразу двух зайцев. Первое, это то, что у меня было всего двое парней, которых уговорил идти со мной в качестве шерпов. Второе, снимал с себя ответственность в заварившейся каши этой неразберихи, которую пытались взвалить на меня мои друзья.

    Дальше должны разобраться друзья. После скандального разбора, который не обошёлся без потасовки, в отряде осталось восемнадцать человек, как и говорил. Остальные обиженные разделились на две группы. Одна группа двинулась к морю, а другая группа пошла на гору Пушкина, собирать первый поспевший кизил.

    Отряд экспедиции начал спуск в Уллубиевскую балку, которая была здесь не очень глубокая. Дальше через пару километров балка упиралась в большое ущелье, устремлённое к горам.  

    Руководители тайного общества хранили великую тайну перед всем отрядом экспедиции. Мы заранее договорились, всему отряду скажем о том, что мы якобы решили до конца разведать тайну Уллубиевской балки.

    Это была, как бы главная конспирация похода к тайнам пещеры. Нужно было подготовить шерпов. В самой глубине балки мы разделились в группы по три человека, руководитель и два шерпа.

    Таким образом, мы должны были обследовать всю балку до самого её начала. Договорились собираться вместе только вечером на ночлег или если найдём то, ради чего мы отправились в горы. Чтобы все было справедливо, продукты и груз, мы разделили на каждого человека поровну.

    Так было легче нести груз и передвигаться. В самом начале похода наш отряд стремительно двинулся вглубь Уллубиевской балки, которая ближе к горам постепенно превращалась в глубокое ущелье.

    Нам казалось, что мы за пару дней обследуем все тайны балки, но через пару часов скорость наша заметно упала. Мы медленно плелись здесь по расщелинам скал, объедая чуть ли не каждый куст съедобных ягод и фруктов, которых здесь было, видимо, не видимо. 

- Может быть, мы вообще зря пошли в поход? - робко пролепетал за моей спиной шерп Сайдулло.  

- Ты зря волнуешься. - ободрил шерпа Сайдулло. - Мы здесь найдём много золота. Ты станешь богатым. Тебе будут завидовать твои родственники из вашего аула и пацаны из Нового городка. 

    Второй шерп Антон лихо объедал кусты кизила и не слышал стоны Сайдулло, который, после моих слов, воспарял духом. Стал внимательно обследовать все подозрительные места в балке, совсем позабыл про вкусные ягоды и фрукты.

    Был доволен, что моя тройка не развалилась. Рядом были надёжные шерпы. На которых мог положиться в сложное время похода. В горах очень быстро темнеет. Особенно в глубоком ущелье.

    Уже к пяти часам вечера первая тень будущей ночи, как чёрная пантера, скользнула вдоль ущелья. Осторожно подкралась злодейка ночь. Надо было готовиться к ночлегу. 

- Абдулл! Вовка! Махмуд! Витя! Сашка! - громко, прокричал имена руководителей групп. - Ищите пещеру для ночлега. Пора готовить место к ночи. Вы меня слышите? Скажите - Да! Вас слушаю!  

- Да! Да! Да!!! - прокатилось многократное эхо по всему ущелью, сразу после моих громких слов. 

    Даже не мог, понял толком, это моё эхо или мои друзья разом откликнулись на мой призыв. Несколько минут подождал, но больше криков не было. Выходит, что так друзья мои дружно кричали.

    После криков подозвал своих шерпов. Дал им указание внимательно рассматривать тут каждую глубокую расщелину пригодную для ночлега всего нашего отряда. Мы двинулись дальше с дистанцией друг от друга не больше десяти метров, чтобы не потеряться в темноте.

    Здесь в ущелье легко было заблудиться среди зарослей. Моя группа сильно устала от поисков пещеры, а голос никто не подавал. Уже начал думать, что, может быть, то действительно было только моё эхо и кроме нас троих нет никого в ущелье нет?

    Показал рукой своим шерпам, чтобы они шли ближе ко мне, так как видимость сильно упала. Мы едва видели друг друга. Могли легко потерять друг друга из вида в полной темноте. 

- Нашёл! Нашёл! - вдруг, эхом прокатился по ущелью, голос Абдулла. - Идите скорее сюда! 

    От громкого эха скорее можно было оглохнуть, чем понять, с какой стороны кричали. Мои шерпы стали прислушиваться, откуда доносится крик, но в этот момент стали подавать свои голоса другие группы и крики слились в один гам, как на птичьем базаре во время сборища птиц, где-то на южных островах Тихого океана.  

    Эхо гудело всюду, трудно было понять откуда. Чтобы разобраться толком, куда нам идти, мы спустились в самую глубину ущелья. Стали внимательно всматриваться в склоны ущелья, густо поросшие разными кустарниками.

    Сумерки наступающей ночи сравняли всё в единую темно-серую массу, нам трудно было понять, где находятся наши друзья-товарищи. Крики прекратились было слышно только шуршание ног по склонам ущелья.

    Сайдулло и Антон, поставили на землю свою ношу, стали внимательно вслушиваться и вглядываться в окружающую среду. Тоже повторил за ними. Ничего не мог увидеть и услышать.  

- Мы здесь! Мы здесь! - услышал, справа от себя, голос Сулима. - Идите к нам сюда наверх! 

    Посмотрел в сторону крика и едва разглядел людские фигуры на склоне ущелья, метров сто от нас. Почти все были там. Мы собрали свои вещи и стали подниматься к друзьям в пещеру. 

- Вы где пропали? - спросил нас Журавлев Витя. - Все в сборе, а вы где-то в ущелье болтаетесь. 

- Мы вас искали. - ответил им. - Вы хотя бы веток для костра приготовили? Нам надо пещеру обогреть изнутри, чтобы было тепло и сухо. Кроме того, насекомые покинут пещеру от жары и дыма. 

- Тоже мне учитель нашёлся. - съязвил Махмуд. - Мы всё приготовили, только вас нет, чтобы подсказать нам, что делать в горах в ваше отсутствие. Сэр! Вы сами-то дров принесли для костра?  

    Мы показали ветки, которые тащили с собой с противоположной стороны ущелья. Кроме того, за спинами у нас, под ремнями рюкзаков, были сухие палочки орешника, который хорошо горит. Пещера оказалась огромной и вместительной для отряда. Там можно нам поспать. В самом начале мы хорошо почистили пещеру от всякого мусора природы.

    Затем развели огромный костёр из собранных сухих веток и палочек. Когда костёр прогорел на половину, мы побросали в угли костра сырую картошку, а на палочки нацепляли собранных в лесу грибов.

    Через несколько минут свежие запечённые продукты были готовы. Можно было кушать. Чтобы угли от потухающего костра не пропали зря, их выгребли из пещеры под навес скалы, рядом с выходом и там развели новый костёр, который был значительно меньше первого.

    Костер предохранял от ночного холода в горах и от ночных пришельцев, разных насекомых и животных, которых много было в горах. Отряд должен находиться в полной безопасности. Нам нужно было выставить на ночь своё дежурство. 

- Сколько вы ещё так будете копаться? - возмутился Пузан, глядя на наши приготовления к ужину. - Пора давно сесть за ужин. Из-за вас кишки к телу прилипли, целый день голодный ходил.

- Не считая объеденных кустов и деревьев. - напомнил Махмуд, - земляника, кизил, барбарис. 

    Исмаилов Махмуд перечислял, чуть ли не весь съедобный растительный мир Уллубиевской балки. Махмуд перечислял, а мы дружки пальцы у Пузана, когда у него пальцев не хватило, то мы по очереди стали загибать пальцы друг у друга.

    Так мы сами удивились, когда оказалось, что всех наших пальцев в отряде едва хватило, чтобы перечислить известные нам фрукты и ягоды, которые прорастали вблизи нашего города и большая часть в Уллубиевской балке.  

- Ладно! Хватит вам перечислять. - остановил нас, Пузан. - Можно подумать, вы это все ни ели. 

    Все расселись полукругом у входа в пещеру рядом с костром и принялись угощать друг друга принесёнными с дома продуктами. Наш общий стол был настолько богат продуктами, что ему мог позавидовать любой другой стол.

    Тут были - сушёная и солёная рыба, кислое молоко и солёный сыр, дагестанская халва с орешками, шербет и различные сладости, домашние булочки и пирожки, сушёное и солёное мясо, консервы мясные и рыбные, хлеб, компоты фруктовые и ягодные.

    Все продукты нам даже было трудно перечислить. Наевшись досыта, мы стали рассказывать различные байки сегодняшнего дня. Этим рассказам не было конца и края.

    Каждый придумывал, всё новые и новые байки, а мы все смеялись. Когда ночь установила своё господство над горами и звезды стали напоминать нам, что пора давно всем спать, мы решили определить своё дежурство на ночь, чтобы поддержать костёр у входа и оберегать покой друзей от ночных посетителей.   

    Каждый должен был выбрать себе пару и дежурить по два часа, так сменяя друг друга по парам. Чтобы в темноте пещеры можно было найти нам следующую сменную пару дежурства, каждая пара ложилась спать по очереди и так по кругу пещеры, парами ногами друг к другу.

    Получался один огромный полукруг с грузом посередине. Так нам было легче видеть группу во время дежурства и не нюхать ноги друзей. По жребию, нам с Вовкой Сулимовым, выпало дежурить первыми.

    Вооружившись арбалетами и стрелами, мы сели возле костра у входа в пещеру, а все остальные завалились спать, как подкошенные. Было слышно, как сопели и храпели друзья.

    Посмотрел на ручные часы "Победа", которые показывали ровно восемь часов вечера, выходило, что мы должны разбудить следующую пару на дежурство ровно в десять часов ночи, это Абдуллазизов Абдулл и Исмаилов Махмуд.  

    Им мы должны были передать арбалет и часы, которых было всего двое, это часы "Чайка" и "Победа", больше часов у нас не было. В то время наручные часы были огромный дефицит.

    Самые богатые имели возможность приобрести себе такую роскошь, как часы и машина. Остальные люди только завидовали и думали о том, что, возможно, когда-то они разбогатеют и купят себе подобные вещи? Часы в магазинах продавались очень редко и стоили слишком дорого. 

- Посмотри, что нашёл. - шёпотом сказал Сулим, когда все заснули и он сел рядом у костра. 

    Вовка осторожно достал из своего рюкзака завёрнутый в тряпку круглый предмет. Осторожно развернул тряпку. На развёрнутой тряпке лежал человеческий череп. Меня сразу словно молнией поразило от страха, ночь, рядом череп человека. Едва не соскочил через костёр в темноту. 

- Где череп подобрал? - спросил, дрожащим голосом. - Тебя за это могут посадить в тюрьму. 

    Вовка обратно завернул череп в тряпку, спрятал в рюкзак. Затем удивлённо посмотрел на меня. 

- Чтобы ты сделал с такой находкой? - загадочно, спросил Вовка, промолчал. - Вот то-то и оно. Тоже в начале с испугу чуть себе в штаны не наложил, а после подумал, что череп в горах, это какая-то тайна, связанная с поиском кладов и драгоценностей. Мы с тобой разгадаем эту тайну. 

- Ты тайну пещеры не разгадал. - возразил Сулиму, - пытаешься новой тайной заняться. Как только череп увидят в отряде, так на этом экспедиция в пещеру закончится. Шерпы сразу сбегут от страха. 

- Думаю, что ты меня не продашь? - поинтересовался Вовка. - Другим тайну не открою никогда. 

- Не продам. - ответил ему. - Но ты смотри, чтобы другие не обнаружили череп в рюкзаке. 

    Вовка показал смертельный крест тайны на лбу и надел рюкзак с черепом за спину. Тяжело вздохнул в сомнительном спокойствии за новую тайну и вышел на дозор за костёр. Посмотреть в ущелье. Ночь была тёплая и тихая. Над головой блестели яркие звезды, а в ущелье такая тишина, что было слышно, как где-то журчит вода на камнях. Подумал, что в ущелье нет реки и русло почти сухое.

    Выходит, это где-то пещера с водой или под землёй тычет река, которая наполняет пресной водой заливы у моря, в конце Уллубиевской балки.   

    Как бы там не было, но это надо утром нам разведать. Может быть, мы сейчас находимся совсем рядом от таинственной пещеры и нам лишь шаг шагнуть к раскрытию этой тайны?

    Только как-то это надо всем рассказать, чтобы меня правильно поняли и не приняли за предателя нашего тайного общества пещеры. Когда все будут в курсе нашей экспедиции, так нам легче будет раскрыть тайну пещеры.

    Всматривался в звёздное небо и прислушивался к редким шорохам ущелья. Где-то рядом пискнула мышка, посыпались камешки. По ущелью заухал филин, это его испугалась мышка.    

    В небе скользнула яркая комета за горизонт. Подумал, что чья-то душа покинула наш мир. Мне стало как-то грустно и очень захотелось домой, в тёплую кровать.

    Там, дома, мои братья близнецы, Сергей и Юрка, которые только учатся ходить, а вот, как дурак, полез в горы вместо того, чтобы быть рядом со своими младшими братьями и их учить ходить.

    Зачем полез в горы? Мало мне было прошлого года, когда мы залезли на бахчу с арбузами и чабан стрельнул с ружья солью по нашим задницам.

    Теперь пресный залив весь стал солёным от наших задниц, которые мы отмачивали от соли в пресной воде.

    Хорошо, что соль в патронах была мелкой и быстро растаяла в наших задницах. Представляю, что было бы с нами, если бы была крупная соль у чабана.

    Всё этот отличник, Вовка Сулимов, потащил нас на лысую гору с арбузами. Рассказать его отцу про проделки сына, он бы ему хорошего ремня всыпал, а то всё мне достаётся.

    Как что-то случиться в Новом городке, так все жалуются моему отцу, а тот не разбирается, только сечёт меня ремнём армейским, который ему в войну достался от немцев.

    Вот и сейчас буду отвечать за этот поход. Все родители и дети скажут, что Череп виноват в походе в тайную пещеру. Сулим и кличку мне придумал дурацкую, Череп, которая никак не подходит ко мне.

    Посмотрел со злобой в сторону своего друга, который дрыхнул на посту, словно не дежурил у костра. Думает, что ему всё положено, он не за что не отвечает. Дать бы ему по башке! 

- Вставай! - шёпотом, со злостью, сказал и пнул Вовку ногой. - Твоё дежурство. Нечего спать! 

- Ты, что, совсем озверел? - свалившись на бок, возмутился Вовка. - Лишь глаза чуть закрыл. 

- Ага, так тебе поверил. - стал защищать своё поведение. - Это костёр храпел у тебя под носом. 

    Вовка ничего не сказал. Встал на дежурство, с арбалетом в руках, на другой стороне костра, а сел у костра на его место. Стал подбрасывать палочки в почти затухший костёр, который ярко вспыхнул.  

    Мы и не заметили, как быстро закончилось наше дежурство, посмотрел на часы, там было начало одиннадцатого.

    Размял свои кости от сидячего дежурства у костра и подошёл к Вовке, который стоял у камня и прислушивался к ночным шорохам вокруг в темноте ущелья. 

- Слышишь, где-то журчит вода? - спросил меня, Вовка, когда подошёл к нему. - Ущелье почти сухое, а где-то журчит вода. Надо утром проверить. Может быть, пещера совсем рядом с нами? 

- Тоже так подумал, когда ты спал у костра. - сухо, ответил ему. - Сейчас наше дежурство кончилось. Надо разбудить Абдулла и Махмуда. Пускай дежурят, а мы будем спать. Завтра разберёмся. 

    Нам не потребовалось долго будить Абдулла и Махмуда, как только мы подошли и дотронулись до них, то они тут же открыли глаза.

    Мы показали им на часы. Они встали на своё дежурство. Едва успели мы сдать своё дежурство у костра, тут же свалился на тёплую от камней постилку и заснул крепким сном. Сильно устал за целый день, что не чувствовал даже острых камней под подстилкой, на которую лёг после дежурства.

    Сон был такой сильный, словно меня отключили чем-то тяжёлым, и без сознания провалился в ночь. 

- Вставай! Вставай! - услышал, сквозь крепкий сон. - Череп, быстрее вставай, беда случилась.  

    Открыл глаза и увидел, что меня трясут Абдуллазизов Абдулл и Журавлев Витька. Никак не мог проснуться. Друзья меня продолжали трясти изо всех сил. Наконец, встал на ноги. Начал озираться вокруг себя. Пытаясь, сообразит со сна о причине беды рядом с нами. 

- Что случилось? - спросил, Журавлева Витьку. - Зачем вы меня разбудили? Спать хочу.

- Пузан в ущелье свалился. - возмущённо, ответил Журавлев Витька. - С ним дежурил. Он стоял на дежурстве, а сидел у костра. Вдруг, Пузан, как заорёт и выстрелил из арбалета. Посмотрел в его сторону, а Пузана нет. Светил фонариком, но его нигде не видно. Разбудил вас всех.

    Объяснения Витьки разогнали окончательно мой сон. Взял его за руку и посветил фонариком на часы, было около двух часов ночи. Спать и спать можно, а Пузан, с ним всегда происходят какие-то несчастные случаи, то его побили детдомовцы, то собаки изодрали штаны. 

    Сейчас с ним опять что-то случилось? Где его искать в такой темноте по ущелью? От фонарика нам нет толку. Достал из хозяйственного рюкзака палку для факела с пропитанной соляркой паклей и поджог факел от костра.

    Факел ярко вспыхнул и осветил большой участок места возле нашей пещеры. Посмотрел себе под ноги и увидел там следы крови. Дальше вниз были смятые кусты.

    Мы спустились к кустам и увидели из кустов торчащие ноги Пузана. Подошёл к Пузану и посмотрел на его лицо, оно было ободрана до крови. Сулимо Вовка перевернул Пузана на спину, тот тяжело вздохнул и открыл глаза, которые были наполнены страхом.

    Пузан нам что-то мычал. Мы никак не могли его понять. Тогда Сулимов Вовка сильно потряс Пузана и пару раз шлёпнул его по щекам. 

- Это где сейчас нахожусь? - выдавил Пузан из себя, пытаясь принять вертикальное положение. 

- На том свете. - смеясь, ответил Махмуд, поднимая Пузана на ноги. - Вернись к нам на землю! 

    Мы дружно засмеялись и потащили друга обратно в пещеру, откуда он недавно выпал. 

- Раскалывайся, Пузан! Что случилось с тобой? - спросил Абдулл. - Ты разбудил весь отряд. 

- Стоял в карауле. - начал оправдываться Сашка. - Вдруг, что-то мелькнуло сбоку. Нажал, совершенно случайно, на крючок арбалета, тот выстрелил и от сильного толчка упал вниз ущелья. 

- Спать на посту меньше надо. - со злобой сказал Сулим. - Тогда мерещится, ничего тебе не будет. 

    Сашку и Витьку, тут же сменили на посту, остальные, подкалывая Пузана, отправились спать по своим местам. Лёг на своё место.

    Опять крепко заснул, словно не просыпался несколько минут назад. Лишь перед сном подумал, что какой Пузан балбес. Всегда с ним что-то происходит. Проснулись мы с первыми лучами солнца.

    Наспех перекусив, стали собираться в дорогу. Тут вспомнил про журчащий шум воды ночью. Подумал, что надо сейчас решать с тайной пещеры. 

- Думаю, что меня правильно поймут мои друзья. - таинственно, сказал друзьям, когда отряд готов был расползтись по ущелью. - Очевидно, все, кто дежурил ночью, слышали шум воды в сухом ущелье. Поэтому, так считаю, что настало время раскрыть тайну нашего похода. Эта тайна всё равно станет всем известна, рано или поздно, но лучше будет, если вы её узнаете сейчас. Потому, что сейчас ещё можно вернуться домой тем, кто не захочет идти с нами дальше.  

    Так вот. Большая часть присутствующих читали в газетах, слышали по радио или видели по телевизору об открытии таинственной пещеры в десяти километрах от нашего города. Это и есть главная цель нашего похода. Открыть тайну этой пещеры. Шум невидимой воды под землёй натолкнул многих дежуривших на мысль, что возможно где-то рядом под нашими ногами находится эта таинственная пещера?

    Но случай с Пузаном, натолкнул меня насовсем другую мысль, что кто-то из нас, по своей халатности, может погибнуть, как ночью чуть не разбился насмерть Пузан. Но в этом есть и доля правды его рассказа.

    Посмотрите на его лицо, оно просто ободрано и разбито, но, ни до такой степени, чтобы могла течь кровь. Сейчас посмотрите на следы крови, которые ведут в другую сторону от падения Сашки.

    Выходит, в этом он был прав, что кто-то мелькнул перед его глазами и Сашка не просто выстрелил случайно из арбалета, он попал в мелькнувшего перед ним живого существа. Ещё неизвестно нам, какие могут опасности встретиться на нашем пути к изучению тайны пещеры.  

- Поэтому, тот, кто сейчас думает уйти, должен перебраться на другую сторону этого ущелья. - сказал им. - Подняться вверх и двигаться прямо на восток, на встречу восходящего солнца. Дальше сами найдёте дорогу к дому. 

    В течение светового дня дойдёте до шоссе или железной дороги Махачкала-Баку, повернётесь налево и увидите наш город. Там ваш дом. Всем понятно? Пузан, извини, но тебе тоже придётся отправиться домой.

    Ещё один такой случай с тобой и тебе быть на том свете, а нам мучение со своей совестью на всю жизнь, за то, что взяли тебя с собой. Так что собирайся домой! Нам не нужны проблемы.

- Ребята! Друзья! Да, вы, что?! - взмолился Пузан. - Без вас погибну сразу на той стороне ущелья. У меня больше не будет другого случая, стать настоящим мужчиной.

    Не гоните меня от себя. Буду внимательным всю дорогу до пещеры и обратно домой. Прошу вас, пощадите меня. Друзья едва сдерживали смех, чтобы не потешаться над Пузаном, так он был смешон до слез. 

- Ладно! - согласился за всех Сулимов Вовка. - Оставим Пузана с собой. Будет большой запас мяса на весь отряд. Что-нибудь из двух будет, либо Пузан станет мужчиной, либо мы его съедим в дороге, когда заблудимся в пещере, и нам нечего будет есть. Так что, Пузан, будь готов ко всему. 

    Весь отряд дружно засмеялся. Но, несмотря на такое наше решение, Пузан остался в отряде. Однако двое шерпов решили вернуться домой. Никто ни стал смеяться над ними и отговаривать остаться в отряде. Наш отряд незначительно поредел. Нас осталось шестнадцать человек. От этого мы стали увереннее в том, что обязательно изведаем таинственную пещеру.

    Мы разбились на три тройки, а Журавлев Витька и Григорищенко Сашка, которые потеряли по одному шерпу, объединили свои группы и четверо стали обследовать выделенную им часть ущелья.  

    Остальные группы разбрелись, по своим намеченным участкам, в поисках пещеры. Отряд медленно выдвинулся вперёд. После двух часов бесполезного обследования ущелья, вблизи нашего ночлега, отряд постепенно стал вытягиваться по ущелью в сторону гор.

    К вечеру мы прошли пару километров, но никакой пещеры не нашли. Сильно уставшие, совершенно не сговариваясь, мы, незаметно друг к другу, сошлись в расщелине между двух огромных скал, которые перекрыли большую часть ущелья и отвесной стеной встали на нашем пути дальнейшего следования в горы. Нам ничего не оставалось делать, как устроить под скалой привал. Здесь было тесно, но другого выбора у нас не было. 

- Мы прошли почти десять километров от моря. - сказал Сулимов, когда мы сели отдыхать. - Если завтра ничего не найдём, то дальнейшие поиски бесполезны. Ни там пещеру ищем. Придётся менять маршрут или вернуться обратно домой, без всякого результата. Так что давайте пока спать. 

    Все закивали головами, так как говорить никто не хотел, а только каждый, молча, соглашался. Мы так сильно устали, что никто не предложил искать где-то пещеру.

    Остановились на ночлег у нависшей над нами скалы, которая прикрывала нас от ветра и от возможных оползней, которые могли быть здесь по любой причине - от дождя, ночного зверя, упавшего дерева или камня.  

    Другого выбора у нас вообще не было на ночлег. Небольшая площадка под скалой послужила нам кроватью, которую мы прогрели костром.  Плотно прижавшись, друг к другу, почти разом, заснули, не выставляя даже дежурных на страже. Это было нашей грубейшей ошибкой, за что мы ночью чуть не погибли.

    Так никому нельзя поступать в горах. Всегда надо быть на страже от опасности. Мы все так крепко спали, что не слышали, как в ущелье, над нами, началась сильная гроза.

    Когда дождик с градом начал бить и полоскать наши лица, мы вскакивали на ноги. Яркая молния ослепила нас на одно мгновение и электрическим разрядом расколола огромное дерево над скалой.

    Дерево не упало, но сильно заскрипело и застонало. Через некоторое мгновение, после раскатистого грома, от звука которого было больно ушам, сверкнула более яркая молния. Молния вторично поразило это же огромное дерево, которое вспыхнуло и со стоном рухнуло прямо к нашим ногам.

    Мы едва успели прижаться к скале. Горящее дерево медленно сползло на дно ущелья. Только теперь мы увидели, какая опасность угрожает нам. Расщелина в ущелье была заполнена водой, которая бурным потоком мчалась почти у самых наших ног.

    Вода быстро прибывала. Оставаться под скалой было опасно. Подниматься к вершине ущелья было не менее опасно. Склон ущелья покрыт травой и листьями, это очень скользко, в любую секунду можем сорваться в ущелье. 

- Надо забраться на скалу, где было дерево. - предложил, перепуганным до смерти друзьям. - Молния трижды одно и то же место не поражает. Думаю, что вода на ту высоту тоже не поднимется. Там переждём грозу, а дальше видно будет. Собирайте свои вещи и поднимайтесь наверх.    

    Первым на скалу полез Журавлев, он действительно был длинноногим, как журавль, двигался быстро. Витьке легче было взобраться на скалу. Наверху он обвязал длинную верёвку за оставшийся кусок ствола сгоревшего дерева.

Свободный конец верёвки бросил к нам вниз под скалу. Мы по очереди стали подниматься вверх, используя длинную верёвку.

    Первыми поднялись шерпы, за ними Пузан. Так как по весу был больше своих друзей, естественно, что после Пузана, за ним полез на скалу. На скале были острые выступы, они помогали взбираться наверх скалы.  

    Но выступы были и причинами порезов наших ног. Однако никто из нас не стонал и не охал. Мы были довольны тем, что нашли своё убежище на огромной скале.

    Здесь нам надо было продержаться до конца дождя и до рассвета. Благо, что было лето и нам можно было не бояться простуды. Тёплый дождик не причинил вреда нашему здоровью.

    Дождик полоскал нас до самого утра и только с первыми лучами умытого солнца, гроза удалилась из ущелья. Утром нашему взору предстала интереснейшая картина, о которой мы уже не могли думать.

    Весь отряд удивился тому, что увидел со скалы. Прямо на уровне наших глаз, на другой стороне ущелья, в расщелине огромной скалы, зияло отверстие пещеры.

    Только потому, что нам не видно было конца этой пещеры, мы все поняли, что это именно та пещера, из-за которой мы сюда пришли и чуть тут не погибли от грозы, которая оставила свой отпечаток.  

    Мы визжали от радости, как маленькие дети, которым показали смешную игрушку, но радоваться нам было ещё рано. Под нашими ногами всё ещё бурлила мутная вода, уровень которой падал очень медленно, казалось, это для самых нетерпеливых, а такими были большинство из нас.

    Мы с нетерпением ждали жару. Когда уровень воды в ущелье упал до маленького ручейка, мы успели подсушить одежду под жаркими лучами летнего солнца и дважды покушать. 

    Лишь после обеда, были готовы перебраться на другую сторону глубокого ущелья и двинуться в глубину таинственной пещеры, которая с ещё большей силой увлекала нас в свою глубину, чтобы открыть нам свои секреты.   

    Мы были безумно рады нашему открытию. Но, ни все пожелали продолжить наш путь. Четверо шерпов решили уйти домой из отряда. Теперь нас становилось поровну.

    Шестеро руководителей и шестеро шерпов. Мы и груз свой поделили поровну, на каждого человека. Правда и груз наш за сутки сильно поредел, что-то мы съели, а что-то съела природа во время грозы, унесла с потоками воды к самому синему морю.

    Так что несмотря на то, что наши ряды значительно поредели, мы себя сильно не обременяли грузом. Можно сказать, что были совсем налегке, основной вспомогательный груз и продукты, которые нам очень будут нужны в пещере, ведь там нет деревьев с плодами и ягодами. Нам придётся пользоваться тем, что у нас в рюкзаках. 

3. Спелеологи.

    Прежде чем войти в пещеру, мы решили основательно подготовиться к походу в глубину неизведанных нами гор. Из сухих веток чилижника и боярышника сплели что-то наподобие носилок.

    На эти носилки положили много сухих палочек и коры деревьев для будущего костра. Протиснули все в это сооружение в расщелину между скал, и, затаив дыхание, вошли вглубь пещеры, размеры которой нам не были известны.

    Луч фонарика осторожно скользнул по стенам и потолку пещеры, в тоже мгновение, в нашу сторону мелькнули тени летучих мышей, которые буквально атаковали нас, а точнее, свет фонарика. Мы закричали в ужасе и как ошпаренные лошади выскочили из пещеры, оставив там свои носилки с дровами и веточками.  

- Надо что-то предпринять, - сказал Сулим. - Иначе, эти бестии раздерут нас в маленькие клочья. Тогда нас не сможет собрать никакая медицина. Череп! Посмотри, что они сделали со мной.  

    Вовка показал свою руку, в которой держал фонарик, рука была исцарапана до крови. Мне некогда было, что-то решать. Ни стал обдумывать решение отряда об этой пещере, а полез в хозяйственную сумку за медикаментами.

    Хорошо, что мы заранее предусмотрели возможные травмы в горах и основательно запаслись всякими медикаментами, которые стащили из своих домашних аптечек. 

- Тебе надо срочно обработать царапины. - сказал пострадавшему другу. - Может быть, заражение крови? Мы не знаем, какие инфекции разносят летучие мыши. Поэтому рисковать нам нельзя.  

    Сулим согласился с моим решением и закатал до локтя рубашку на раненой руке. Поцарапана была лишь кисть руки, которую обработал перекисью водорода и йодным раствором.

    После медицинской процедуры, мы перешли к обсуждению назревшей проблемы с входом в пещеру. 

- Мой отец рассказывал однажды про летучих мышей. - вступил в разговор Исмаилов Махмуд. - Он говорил, что летучие мыши не живут глубоко в пещерах и боятся дыма. Во время пожаров в лесу они покидают жилище и переселяются в другое место. Так что их можно выкурит из пещеры.  

- Тогда давайте устроим им пожар. - предложил Абдуллазизов Абдулл. - Закидаем вход пещеры сухими ветками и подожжём. Надо успеть до вечера, а то они сами разлетятся без нашей помощи и будут нападать на нас всюду. Возможно, это летучие мыши напали прошлой ночью на Пузана?   

    Мы так и решили, как предлагал Абдулл. Собрали много сухих веток, благо они были повсюду, буквально завалили вход пещеры ветками и корой от деревьев, затем всё подожгли.

    Некоторые ветки были мокрые от дождя и сильно дымили, чего нам и требовалось. Дым был настолько едкий, что мы тут же поспешили удалиться от входа в пещеру с наветренной стороны.

    Не успели мы все, как следует удалиться, а из всех щелей скалы и пещеры уже стали вылетать стаи летучих мышей. Они метались в истерике по всему ущелью, забиваясь во все тёмные места.

    Следом за летучими мышами из щелей полезли ящерицы, мыши, жуки, змеи и другая живая тварь, которая находила себе приют в этой огромной пещере. Всем животным и тварям хотелось жить.

    Костер был настолько сильным, что мы опасались лесного пожара в ущелье. Искры от костра разлетались на большое расстояние, но при падении сразу гасли.

    Видимо, земля испарялась после дождя, гасило слабое пламя искры, из-за этого не было пожара. Но мы всё-таки внимательно следили за искрами костра, готовые тут, же гасить пожар, от которого могло пострадать природа.  

    Приблизительно через час, костёр погас полностью, но из пещеры всё ещё валил дым. У входа в пещеру было много углей. Чтобы зря не пропадало наше время, мы решили сделать новые и более плотные носилки. На таких носилках, можно было что-то переносить из вещей, может быть, и людей?

    Кроме того, в таких носилках было больше дров, которые могли пригодиться нам для костра в глубине пещеры. Так что один час мы потратили на приготовление прочных новых носилок.

    Когда всё было готово, мы осторожно обратно спустились в пещеру, вход которой был усеян трупами погибших летучих мышей. Нам, конечно, было очень жалко их, но что поделаешь, кто-то должен был уступить нашему походу в пещеру.

    Мы, осторожно переступая через трупы летучих мышей, вошли в пещеру, которая всё ещё пахла дымом и сгоревшими трупами летучих мышей.

    Мы дальше и дальше продвигались вглубь пещеры, которая с каждым метром всё расширялась и расширялась во все стороны. Вскоре луч фонарика не мог осветить объем огромного пространства пещеры.

    Такого никогда не приходилось видеть. Мы были поражены красотой и величием пещеры. Словно попали в сказочный мир, где в пещере хранили сокровища сорок разбойников. 

- Сим-сим, откройся! - таинственно, произнёс, известные слова Али-бабы. - Меня не бойся!   

    С потолка и с пола огромного зала пещеры, свисали и торчали обратно, огромные сосульки из солей минералов, которые называют "сталактитами и сталагмитами". Сосульки переливались всеми цветами радуги, при свете нашего фонарика. Словно это были бриллианты самой высочайшей пробы земной породы.  

    Нам так хотелось увидеть всё это в большей красоте, что мы даже не выдержали нашего уговора, зажигать факелы только в самых крайних случаях.

    Тут же достали из хозяйственного рюкзака самый большой факел и подожгли его. Факел своим огнём осветил весь огромный зал пещеры. Мы увидели, что из пещеры есть множество проходов в разные стороны.  

- Так куда же пойдём? - удивлённо, спросил за всех Пузан. - Проходов здесь много. Как нам быть?  

- Пойдём туда, где вход больше. - предложил Сулим. - Там нам легче будет двигаться в пещере.  

    Мы так и сделали. Обошли вокруг огромных сталактитов и сталагмитов, выбрали самый большой вход новой пещеры и пошли друг за другом по новому переходу. Дальше вышли в другой такой же зал. Очень, похожий на прежний. Опять выбрали большой вход. Также обошли по кругу зал пещеры и опять пошли друг за другом по новому большому переходу.

    Через некоторое время вышли в новый зал. Новый зал пещеры очень похожий на два прежних зала. В третий раз повторили новый маршрут. Были те же сталактиты и сталагмиты, как во всех других огромных залах.  

- Мне кажется, что мы ходим кругами? - удивлённо, сказал Махмуд. - Надо изменить маршрут и выбрать не самый большой, а самый маленький ход. Они всё равно больше нас. Мы пройдём.  

    Мы согласились с Махмудом и уже пошли через маленький ход, который вывел нас к озеру.  

- Вот видите! Был прав. - радостно, сказал Исмаилов Махмуд. - Тут будем искать древнюю рыбу.  

    Сулим достал из своего рюкзака складной сочок, раздвинул его и насадил на шест, который таскал с собой всё время в походе. Вовка провёл сочком по дну озера, размером с большую лужу, поднял сочок, из которого начали скакать во все стороны рачки, очень похожие на морских креветок.

    Только морские креветки имели желтоватый и красноватый цвет, а эти рачки совершенно прозрачные, словно они сделаны из стекла и ли самой воды. Рачки так ловко скакали, что их невозможно было поймать. Сулим ещё раз зачерпнул своим сочком.

    Мы разом накинулись на юрких рачков. Несколько рачков попали в наши руки. Мы стали их разглядывать. Это были прозрачные существа, совершенно слепые и с колючими шипами у ножек.

    Ничего другого в наш сочок не попало. Возможно, что это озеро не было пригодно к жизни рыбок или каких-то водяных жучков?  

- Если есть рачки, то должна быть и рыба? - сделал вывод Пузан. - Надо поймать древнюю рыбу.  

    Сулим зачерпнул сачком, но опять попались только рачки. Всё повторял ещё и ещё раз. Каждый раз в сочок попадались прозрачные рачки и больше никакой живности не угодило. Всё было зря.  

- Дай попробовать. - спросил Журавлев Витька. - Может быть, мне повезёт? Поймаю эту рыбку.  

    Витьке не повезло. В сачке были только рачки. Мы всё пробовали по несколько раз и лишь неизвестно уже с которой по счёту попытки, увидели в сачке рыбу, такую же прозрачную, как её собратья рачки.

    Абдуллазизов Абдулл первый увидел прозрачную рыбку и ловко перехватил её в сачке. Рыба была размером с ладонь, тоже прозрачная и без глаз. Но это была, ни та рыба, которую показывали по телевизору в программе о спелеологах. 

    Мы так устали от ловли этой рыбы и рачков, что больше ни продолжали ловлю древней рыбы, так как было очевидно, что в такой луже не может быть большой древней рыбы, которую показывали учёные спелеологи по телевизору.

    Мы решили прекратить бесполезную ловлю, а пойманную рыбку и рачков положили вместе с водой в пустую стеклянную банку. Нам надо было что-то вынести с собой из этой пещеры, как результат нашей экспедиции для изучения тайн пещеры в школе. Ведь что-то должны мы открыть?  

    После того, как факел догорел окончательно, в лабиринте залов, мы перешли на использование своих фонариков. Так было более экономично, сохранялся запас тепла, а свет нам нужен был только для передвижения в пещере и для освещения опасных мест, которые возникали повсюду, то торчащие сосульки, то узкий проход между водой и стеной пещеры.

    Несколько раз нам встречались расщелины, в которые можно было провалиться и погибнуть в глубине пещеры. Всюду надо было быть осторожным в продвижении. Прошло много времени после того, как мы вошли в пещеру.  

    Мы шли всё дальше и дальше в глубину пещеры. Этому походу, казалось, нет конца и края. Но никто не решался сказать о том, что пора вернуться обратно наружу.

    Каждый из нас хотел быть героем и не желал выглядеть трусом перед всеми друзьями, которые были рядом.  

- У меня часы остановились. - сказал Махмуд, когда уступал своё место с фонариком новому ведущему в пещере. - Пробовал завести, они не пошли. Сулим, посмотри время на своих часах.   

    Вовка осветил фонариком свои часы "Победа", они тоже стояли. Он покрутил ключ завода, но часы продолжали стоять. Возможно, что наши часы попали под воду во время дождя в ущелье?  

- Как теперь будем определять время нашего пребывания в пещере? - растерянно, спросил Пузан.  

- Мы также знаем, как и ты. - огрызнулся Сулим. - Хотел стать мужчиной? Вот и становись им. Прекрати ныть! Нам и без тебя тошно, а то, дождёшься, что мы тебя съедим на ужин, как шашлык.  

- Ладно, хватит вам. - вступился, за Сашку. - Так мы перессоримся. Вот покушать надо, но только не Пузана, а то, что мы с собой взяли и хорошо бы поспать.

    Мы довольно долго ходим в пещере и не знаем, сколько времени прошло, ведь часы у нас не работают ещё с грозы. С того времени прошло больше суток. Мы даже не отдыхали, как положено нормальному человеку.

     Вывод напрашивается сам собой. Нам нужно искать сухое место для ужина и ночлега. После того, как мы все отдохнём, то тогда двинемся дальше.

    Утро вечера мудрёнее. Хотя теперь нам это неизвестно. Мы сейчас в пещере совершенно беспомощные как новорождённые слепые цыплята можем по глупости погибнуть.    

    Журавлев Витя принял своё дежурство ведущего. Мы цепочкой растянулись следом за ним. Время поиска сухого места для нас имело относительный подход. Без часов и в темной пещере мы никак не могли определить время нашего передвижения.    

    Пытался считать свои шаги, чтобы по шагам определить расстояние передвижения и всё это перевести на время, которое мы тратим, ежедневно преодолевая расстояние между школой и домом.

    Со счётом у меня ничего не получилось, меня постоянно сбивали со счета друзья и изменения вида пещеры. Каждый раз отвлекался от счёта и начинал счёт опять. Наконец, мне надоела пустая затея.

    Стал разглядывать места, которые могли бы подойти для длительного привала. Но всюду у нас под ногами была вода и сырые камни, от которых можно было простудиться и заболеть. Все прекрасно понимали, поэтому искали место суше. Однако нам не везло.

    Всюду камни и сыро. Наши ноги стали путаться между собой от усталости. Мы шаркали ногами по острым камням, истирая подошву обуви, которую специально приобретали на случай похода.  

    Обувь казалась нам настолько тяжёлой, что мы были готовы её сбросить, но идти босым по сырым камням было значительно хуже. Мы терпеливо тащили за собой тяжёлые, как свинец, колодки обуви. Вскоре ноги наши были истёрты до мозолей.

    Надо было срочно упасть на отдых где угодно и сразу спать. Не знаю, можно ли назвать такое место сухим, скорее всего для нас это уже не имело никакого значения, но мы сделали привал на площадке какой-то очередной пещеры.  

    По крайней мере, в этой пещере не было никаких источников воды. Каменная плита оказалась поросшей сухим мхом. Возможно, что мох был здесь в пещере с доисторических времён, когда эта каменная глыба находилась не в пещере, а где-то на поверхности?

    Но природные катаклизмы перевернули плиту в подземельную расщелину, где сохранили мох с того времени до наших дней. Таким образом, мы соприкоснулись с прошлым нашей Земли.

   Мы расстелили на площадке всякое тряпье, которое прихватили с собой для ночлега в горах, разложили продукты и увидели, что продуктов у нас стало значительно меньше, чем мы хотели бы сейчас поесть.

    О плотной пище у нас не могло даже быть мыслей и так всего мало. Нужно было экономить на продуктах. Ведь мы теперь были заложниками времени и пространства в пещере.  

- Надо ограничить свой рацион. - тяжело вздыхая, предложил Абдулл. - Иначе, погибнем с голоду.  

- К пещере мы шли три дня. - стал вычислять возможность, какой-то отправной точки раскладки наших продуктов. - Одни сутки находимся в пещере. Итого четыре дня. Разделим продукты на четыре равные части. Другой отправной точки расчёта, мы сейчас не имеем возможности определить. Разложим продукты на четыре рюкзака, каждый, как день. Например, первый рюкзак-день понесёт Сулим.  

    Второй рюкзак-день отдадим Журавлю. Третий рюкзак-день беру на себя. Четвёртый рюкзак-день разделим сейчас на всех поровну и дружно съедим.

    Кушать будем всегда только тогда, когда сильно устанем, нужно будет ложиться спать. Так можем больше сохранить калорий своего дальнейшего передвижения. Если выйдем из пещеры раньше рюкзаков-дней, то все продукты разделим поровну и съедим сразу. Там на природе мы найдём много пищи для дальнейшего перехода к дому.

    Что же касается последнего рюкзака-дня, если мы к нему не сможем выбраться из пещеры, то его тогда разделим на восемь рюкзаков-дней. Это время, проведённое до пещеры и в пещере.  

    Хочу сделать замечание в отношении выбора кандидатов носить рюкзаки-дни. Каждый носитель отвечает за продукты друзей. Если кто-то из носителей съест эти продукты, то мы съедим его.

    Чтобы вы не думали, что подставил своих друзей, последний рюкзак-день взял на себя, так как его мне носить тяжелее всего, а быть съеденным друзьями более реально.

    Думаю, что такой вывод будет более справедлив. Что же касается Пузана, то любому перегрызу горло, кто хоть пальцем тронет моего друга. Мы все должны, во что бы то ни стало, выжить.

    Мы просто не имеем право, превращаться в хищников-каннибалов и съесть друг друга. За время моего разговора никто не обронил ни единого слова. Все молчали.

    Мы все прекрасно понимали, что влипли в очень скверную историю, из которой, возможно, выживут не все? Но жить все хотели. Как договорились, все продукты разделили на четыре ровные части. Четвертую часть продуктов разделили поровну.

    Осталось только почестному определить, как точно распределить свой очередной паёк в закрытом пространстве пещеры. Каждому досталось - одна сушёная рыба, кусочек брынзы, чурека четвертая часть, горсть сухих фруктов, одна солёная рыба, кусочек сушёного мяса, горсть сладостей, один домашний пирожок, кусочек балыка, по одному варёному раку.

    Почти каждый из нас, спрятал за пазуху сушёную рыбу и сушёное мясо. У нас был опыт в отношении продуктов. Мы часто брали с собой сушёные продукты на целый день к морю.

    Эти продукты помогали нам, утолить на длительный время жажду и голод. Остальные разделённые поровну продукты мы тут же сразу съели. Перед сном костёр ни стали разжигать, из-за опасности угара от дыма, и чтобы не произошло пожару мха.

    После еды легли спать, плотно прижавшись, друг к другу, а кто оказался с краю, то обложился свободными от сна хозяйственными вещами отряда.  

- Череп! Череп! Просыпайся! - услышал сквозь сон, голос Сулима. - Пузан пропал. Сбежал!  

- Куда он мог сбежать один без продуктов? - разозлился на Вовку. - Вечно спать не даёте. Ложись спать!  

- Да ты посмотри, его нет среди нас. - настаивал Вовка. - Он, что, испарился что ли? Ты посмотри!  

    Взял из рук Сулима фонарик и осветил группу. Парни спали. Рюкзаки-дни все при нас. Вот только Сашки действительно нигде не было. Осветил пещеру, но Пузана не увидел.

    Тогда показал Сулиму на губы, чтобы он не говорил. Мы стали прислушиваться к шорохам. Где-то далеко от нашего места, в той стороне, куда мы ещё не ходили, до нас из пещеры доносился какой-то не совсем понятный шум, что-то вроде шуршания или лёгкого всплеска воды.

    Мы осторожно поднялись с места. Переступая через друзей, направились в сторону шума. Примерно, метров через двадцать увидели новый зал пещеры.

    Через эту пещеру протекал большой ручей и возле ручья в песке копался Пузан, выбирая что-то блестяще из ручья, подсвечивая воду фонариком, который держал, зажав коленями между ног.

    Он так был увлечён своим занятием, что даже не обратил никакого внимания на то, когда мы подошли к нему вплотную сзади.  

- Ты, что здесь копаешься? - со злобой, спросил Сулим. - Мы тебя ищем по пещере, а ты тут сидишь.  

- Вы посмотрите, это какая красота! - не обращая внимания, на злой голос Сулима, восторженно, сказал Пузан и показал нам разноцветные камешки. - Захотел в туалет и пришёл сюда, а тут всюду такая красота. Это, наверно, драгоценные камни и золото? Вы посмотрите внимательно, как они переливаются цветами. Надо как можно больше собрать такие камушки на исследование. 

    Пузан набрал горсть разноцветных камешков и показал нам. Это были действительно красивые камешки всяких цветов, но драгоценные они или нет, мы не могли знать. Так как в природе мы никогда не видели естественный вид драгоценных камней, а также золото в природе не встречали.  

- Это обыкновенный кварц. - тоном знатока, сказал, Сулим. - Который валяется всегда у нас под ногами. Только мы его замечали. Природа постаралась и отполировала кварц. Вот он и блестит.  

    Вовка даже ни стал подходить к ручью. Зачем брать отсюда то, что валяется наверху под ногами. Тоже ни взял из ручья камешков. Мы что, тупые как Пузан что ли или глупые как малыши.

    Мы демонстративно, повернулись от ручья и отправились спать на площадку. Пузан тоже последовал за нами, но, всё-таки набрал горсть красивых камешков и положил в карманы, которые оттопыривались.  

- Следующий раз, когда ты срать захочешь. - напомнил, Сулим, перед сном Сашке. - Говори нам, чтобы мы не думали, что ты сбежал или кто-то тебя съел без нашего участия. Ты понял меня?  

    Пузан кивнул в знак согласия. Сулим, выключил фонарик. Мне осталось повернуться на правый бок. Мы опять заснули. Однако перед сном подумал, что зря Сулим, ругает Сашку. Может быть, мне тоже нравятся красивые камешки? Пусть камешки валяются наверху у нас под ногами, но отсюда камешки намного красивее. Мне тоже надо было взять на память, а то у Сулима, есть череп, у Пузана камешки, кто-то что-то взял, только у меня нет ничего с собой об этой экспедиции.

    Если ещё что-то попадётся в пещере, то обязательно возьму. Проснувшись, сквозь темноту, почувствовал, как рядом никто не спит. Пыхтят, ворочаются, но не подымаются. Наверно, берегут калории, а что их нам беречь, если не спишь? Надо двигаться.  

- Сулим! Включи фонарик! - сказал громко Вовке. - Хватит валяться. Пора отправляться в путь.  

    Вовка включил фонарик и все, кряхтя, как старики, стали подниматься со своих насиженных мест. Мы опять цепочкой растянулись за ведущим. Шаркая своими ногами, двинулись в неизвестном направлении.

    Удалившись на большом расстоянии от нашего лежбища, вдруг вспомнил, что забыл зачерпнуть из ручья красивые камешки. Но мы вроде и ручья не проходили, иначе бы вспомнил про камешки.

    Куда же мы всё-таки идём и для чего? Всё равно больше ничего не найдём, а болтаться в пещере без толку нет смысла. Надо как можно быстрее выбираться из пещеры.  

- Хватит! Остановитесь! - взял на себя смелость командовать. - Мы, что, так и будем бродить в подземелье, как стадо баранов за ведущим вожаком. Надо принимать какое-то решение, чтобы выйти из пещеры. Мы уже давно потеряли счёт времени. Бесконтрольно спим и едим. 

- Думаю, что нам пора домой. - выступил Витька Журавлев. - Всё равно ничего не найдём. Приключение на свою задницу давно нашли. Может быть, неделю бродим в пещере? Заблудились. 

- Это уж точно. - поддержал Махмуд. - Спим, как суслики. Ползаем, как черепахи и никто из нас не знает, сколько времени мы в пещере. Не бродить же нам до глубокой старости или пока помрём.  

- Ну, до глубокой старости в пещере ты не дотянешь. - намекнул Абдулл. - Тебя ещё раньше собратья съедят. Ты же сам уже давно мечтаешь, как твои зубы вонзятся в чьё-то жирное мясо.  

- Так мы далеко зайдём. - сказал Сулим. - Если будем в таком тоне дальше говорить друг с другом.  

    Мои друзья долго спорили о своём присутствии в пещере и о мере долга друг перед другом. В это время, выбрал момент и решил пересчитать всех участников экспедиции.

    В таких переходах мы могли запросто потерять, кого-либо из парней и сразу не заметить его пропажу. Когда пересчитал всех, то оказалось, что обратно одного человека не хватает.

    Подумал, что так может быть, сам себя не посчитал? Принялся вновь пересчитывать всех присутствующих в пещере. Когда себя посчитал последним, то действительно оказалось, что одного человека среди нас нет.

    Стал всматриваться в лица и одежду парней, так как при свете фонаря всех увидеть не мог. Мне нужно было внимательно разглядеть в полумраке лица всех своих друзей.  

- Ой! Какой ужас! - вдруг, услышал, за спиной, голос Пузана и услышал, как что-то рухнуло.  

    Все повернулись в сторону крика и увидели луч фонарика на камнях нашей пещеры. Отряд бросился в сторону света фонарика. Когда мы подбежали до того места, где светил фонарик, то в ужасе увидели Пузана без сознания, лежащего на человеческом скелете, а фонарик валялся рядом с ним. Мы так были перепуганы, что даже не могли говорить. Все были в шоковом состоянии.  

- Надо Сашку спасать, - первым пришёл в себя Сулим, - а то он от страха ещё богу душу отдаст.  

- Что, боишься, мёртвого Пузана есть? - не к месту, подколол. - Ты же мечтал его скушать?  

- Ты, что, Череп, совсем шуток не понимаешь. - огрызнулся Вовка. - Он ведь тоже мой друг.  

    Мы подошли к Сашке и оттащили его в сторону от скелета. Стали приводить Пузана в чувства. Но он лежал, как тряпка и не придавал никаких признаков жизни. Мы сильно испугались за друга, кто-то даже начал всхлипывать. Стал усиленно трясти Сашку за плечи и шлёпать своими ладонями по его щекам. Но он всё равно не придавал никаких признаков жизни. Тогда Махмуд полез в хозяйственный рюкзак и достал из походной аптечки стеклянный пузырёк с нашатырным спиртом.

     Дали ему понюхать нашатырный спирт из пузырька. Сашка весь затрясся. Открыл глаза, что-то невнятное промычал и опять потерял сознание. Тогда мы решили поставить Сашку на ноги, но как только мы отпустили его руки, он тут, же рухнул на землю со всего маха.

    Ноги его не слушались совсем. Какие только процедуры и эксперименты мы не проводили с Сашкой, чтобы привести его в чувства и поставить на ноги, нам это сделать не удалось никак. Наш друг был отключён от сознания.

- Пузана пробил паралич. - сделал вывод Абдулл. - Это плохое место в пещере. Надо нам уходить.  

    Мы погрузили Сашку на носилки и по очереди стали нести его в неизвестном нам направлении, так как никто из нас точно не мог знать, куда можно двигаться из пещеры наверх.

    Проходов в пещере много.  Наши скитания с носилками были долгими. В некоторых местах наши носилки не проходили. Мы тащили Сашку по двое.

    У нас, от тяжести его тела, болели ноги и руки, но никто не ныл. Все понимали, что нам надо спасти друга. Но конца и края пещеры не было видно. Пещера меняла свои формы и повороты, но тупика и выхода наверх, всё также не было нам видно.

    По нашим выводам, наверно, это была самая длинная пещера во всём мире, которую не посещали спелеологи и тем более простые люди, какими были мы пацаны?

     Когда мы в конец все измотались, то решили сделать длительный привал с ночёвкой. Если можно, так сказать. Никто из нас точно не знал, сейчас день или ночь, у нас над головой. Всюду было темно без света солнечных лучей.  

- Как нам быть с Сашкой? - спросил Махмуд. - Он тоже человек. Кушать хочет, также как мы все.  

- Давайте мы его попробуем напоить водой. - предложил им.  - Если он будет пить, то и есть тоже будет. Мы будем пищу Сашке приготавливать с водой и потихоньку заталкивать ему рот.  

    Мы прислонили друга к стене пещеры в полулежащем положении и с бутылочки влили ему в рот воду. Сашка проглотил воду. Тогда мы стали готовить различные смеси с водой и запихивать эти смеси ему в горло.

    Он давился, кряхтел, но мало-помалу начал кушать, не приходя в сознание. Вот только его тело всё также было похоже на тряпку. Тут вспомнил свою бабушку по материнской линии, которая тридцать лет была парализована, и все родственники кормили её из ложечки. Вот так теперь нам надо ухаживать за Сашкой, ведь он стал таким беспомощным по нашей причине. Нам не надо было брать Пузана с собой.

     Все прекрасно знали, что он не везучий человек. С ним вечно происходят всякие несчастные случаи. Так видно на роду ему написано. Он сам нам говорил, что не знает другого не везучего человека, каким был он.

    После того, как мы накормили Пузана, то принялись обратно делить продукты из следующего рюкзака-дня. Таким образом, у нас осталось в запасе ещё два рюкзака дня. Последним рюкзаком-днём остаётся мой рюкзак с продуктами. После этого рюкзака мы будем кушать друг друга.  

- "Нам надо срочно выбираться из пещеры, а то они меня действительно съедят вместе с моим последним рюкзаком-днём" - подумал, укладываясь спать головой на свой рюкзак-день.

    На этот раз меня разбудил сильный кашель шерпа Антона. Он, как истинный оруженосец, постоянно был моей тенью, собственно говоря, шерп Сайдулло тоже не отставал от моих ног. Как же мог допустить, чтобы один из моих телохранителей заболел? Потрогал голову Антона, у него жара не было, мои опасения были напрасны. Антон опять продолжал также сильно кашлять.  

- Ты, что так кашляешь? - спросил Антона. - У меня прямо шум стоит в ушах от твоего кашля.  

- Извините, сэр! Подавился косточкой от сухой рыбы. - стал извиняться Антон. - Уже прошло.  

    Мне было приятно и смешно, что наши шерпы называют нас "Сэр", это всё Сулимов Вовка придумал. Он сказал, что у нас экспедиция, а во всех экспедициях руководителей называют по имени и прибавляют почтительно "Сэр".

    Выходит, что мои шерпы тоже относятся ко мне с почтением. Тем более, что своё почтение шерпы доказали таким образом, когда остались при мне и не ушли домой с другими шестью шерпами.

    Значит и мне тоже нужно относиться к ним с глубоким уважением, чтобы в трудную минуту мог по-настоящему положиться на своих шерпов, которые постоянно всячески помогают мне в пути.  

    Заботливо укрыл Сайдулло и Антона тряпками, которые они таскали с собой для нашего ночлега, послушал внимательно ровное дыхание Антона и снова заснул. Надо было дольше спать, чтобы набраться сил и сохранить надолго последний рюкзак-день, как надежду на спасение.  

- Чтобы выбраться из этой проклятой пещеры. - сказал, Сулим, когда все уже ни спали, - надо нам найти зал, в котором были сталактиты и сталагмиты. Только из этого зала есть выход из пещеры. 

- Нам надо было взять с собой Джульбарса. - вспомнил нашего лохматого друга. - Он бы точно вывел нас из лабиринта огромной пещеры. У собаки отличное чутье на наши следы к дому. 

- Сейчас бесполезно говорить о собаке. - сказал Абдулл. - Мы сами должны выбраться отсюда.  

- Здесь пещеры связаны между собой переходами - заметил Махмуд. - Надо делать какие-то метки на стенах пещеры, чтобы идти нам постоянно в новом направлении по переходам в пещере.  

    Все согласились с предложением Махмуда и стали чертить стрелы направления мелом, который был постоянно в карманах у всех учеников школы. Мелом мы рисовали на асфальте.

    Мелом мазали лица друг другу, когда играли в индейцев. Так что отметки ставить на стенах пещеры было чем. Теперь мы двигались уверенно. Вскоре стали вычислять всё новые и новые переходы пещеры, постепенно выбираясь из лабиринта.

    Однако это время опережало наше желание и мелькало, как мгновение нашей жизни. Мы не заметили, как голод обратно напомнил нам о следующем рюкзаке-дне.

    Это был предпоследний рюкзак, а последний рюкзак тяжестью предстоящей беды давил мне на плечи. Думал, что может быть это и есть мера жизни, которая давит мне на плечи, как только съедим эту меру, начнём, есть друг друга?

    Возможно, что этой ночью будем, есть друг друга? Чтобы как-то растянуть наше время движения в пещере, критически относился к выбору места нашего ночлега.

    Освещал самые мокрые места пещеры и чаще смотрел на стены, на которых мои шерпы ставили стрелки прохода нашего пути. Вероятно, мои друзья пожалели о том, что доверили мне быть в этот раз ведущим, так, как только ведущий вправе был решать, отдавать или нет свой пост следующему руководителю группы. 

    Только шестой ведущий объявляет привал всему отряду и после сна начинает первым вести отряд в поисках выхода из лабиринта. У меня вышло быть пятым. Таким образом, у меня был шанс ещё растянуть время перехода. Иначе начнётся наш каннибализм. Очередной переход пещеры был намного суше других.

    Мне ничего не оставалось делать, как только выбрать в пещере площадку для отдыха больше. Стал высвечивать место и вдруг, луч моего фонарика, осветил человеческие кости скелета.

    Мы уже совершенно привыкли не бояться и думали, что вновь пришли в ту пещеру, где Сашка чуть не отдал концы. Но луч фонарика осветил ещё и ещё один скелет, которых оказалось девять. 

    Это было слишком много для нашего восприятия. Мы внимательно рассматривали скелеты и заметили, что рядом со скелетами совсем не было никаких признаков одежды.

    Выходит, что люди путешествовали в этой пещере голыми. Легко было сделать вывод, что скелеты были, как неандертальцы. У наших ног история каменного века. 

- Это, наверно, люди с каменного века? - угадал мои мысли, Сулим. - Поэтому скелеты голые.  

    Мы осмелели и приблизились вплотную к скелетам. Было видно, что кости скелетов, очень белые, как ни естественные, большая часть костей пористая от времени.

    Таким образом, это перед нами лежали кости древних людей. Возможно, что они заблудились в пещере и вымерли? Может быть, это было место захоронения умерших людей из древнего племени? Но рядом не было даже предметов ритуальных обрядов.

    Вероятно, это были ещё не совсем люди. Вот, у них и скулы челюсти сильно выдвинуты вперёд, как у обезьяны, совсем ни так как у нас. Голова возле лба приплюснута слегка. Скелеты, действительно, были совсем не похожи на современного человека.  

- Давайте возьмём самый уродливый череп для школьного музея. - предложил Абдулл.  

- А что, правильно. - поддержал решение Абдулла. - В школьном музее будет доисторический экспонат, который добыт нашей экспедицией. Наши дети и внуки будут по этому черепу изучать историю древних людей и историю наших открытий. Ведь мы этим, сделали открытие.  

    Если бы спелеологи из телевидения были здесь, то они обязательно рассказали бы про эти скелеты. По крайней мере, скелеты бы спелеологи забрали к научному изучению.

    Тут даже нет никаких признаков пребывания людей до нашего прихода. Мы находимся на месте исторического открытия, которое открыла наша экспедиция юных спелеологов. Выходит, что мы настоящие спелеологи. 

    Развязал наш хозяйственный рюкзак и Абдулл положил в него самый уродливый череп доисторического человека.

    Вполне естественно, что на этом месте мы ни сделали очередной привал экспедиции, а отправились дальше по переходам искать новое более сухое место для своего нового ночлега. Нам много пришлось скитаться по лабиринтам огромной пещеры и, вдруг, совершенно неожиданно, мы вышли в тот самый зал, где были сталактиты и сталагмиты.

    Мы так обрадовались, что даже забыли про голод и сон. Мы прыгали и визжали от радости долгожданной находки, которая поможет нам выйти отсюда. Теперь мы точно будем жить и не съедим друг друга. 

- Надо сейчас же вычислить выход на поверхность. - предложил Сулим. - Это будет очень просто. В самую большую дырку ходить нам не надо, это лабиринт. Поставим там свою метку мелом. В самую маленькую ходить нам тоже не надо, с этой пещеры мы начали поход. Тут также ставим метку. Из новой пещеры мы вышли, тоже ставим метку.

    Прошли мы три пещеры, а их всего семь. Таким образом, у нас осталось четыре входа выхода пещеры. Конечно, никто из нас не помнит, в какую из четырёх пещер нам выходить.

    Тем более что они все очень похожи друг на друга. Ну, скажем, прямо, как близнецы. Тогда нам нужно идти в ту пещеру, что дальше от нас, так как из самой дальней пещеры мы увидели большую и маленькую входы пещеры. 

    На ней мы тоже ставим метку, на тот случай, если, вдруг, эта пещера также окажется очередным лабиринтом. Мы выйдем из неё или в другую пещеру. 

    Чтобы больше не путаться, ставим нашу последнюю метку на ней. Сулимов Вовка поставил мелом крест у входа в пещеру. Мы двинулись в новый путь с надеждой к выходу наверх.

    На этот раз прибавил в скорости, чтобы быстрее закончить свой путь в пещере. Мне так хотелось быстрее вырваться из этого каменного заточения, что даже забыл о том, как мои друзья с трудом тащат на себе живое, но недвижимое тело нашего друга Пузана.

    Возможно, что мой разум заклинило? Поиски выхода из пещеры устроил в спортивный бег. Мы стали быстро петлять по переходам этой пещеры из зала, словно устроили соревнования на скорость.  

- Всё! Остановись! - услышал голос Махмуда, за своей спиной. - Ты не лошадь, и мы не на скачках. Так весь отряд растеряем. Думаю, что мы вошли не в ту пещеру, так как от входа в пещеру до огромного зала мы прошли метров сто, а ты сейчас проскакал километры.

    Надо вернуться в зал и начать поиски выхода в другом месте. Ты больше не устраивай скачки, так не хватит нам сил добраться до верха. Мы подохнем, как загнанные лошади.

    Надо нам спокойно отыскать выход. Отряд привалился к стенам пещеры, пропуская меня вперёд в обратном направлении к поиску нового выхода из пещеры. Шёл меж моих друзей. 

    Вглядывался в их лица, которые были вымазаны в пещерную грязь и в сажу от факелов, которыми мы пользовались в большом зале. Мне так было жалко своих друзей и себя тоже, что мы бродим в этом каменном пространстве и не можем никак найти из него выхода. Уже и фонариков у нас осталось пригодными всего три из десяти штук.

    У всех остальных фонариков сели батарейки. Даже по фонарикам можно было вычислить время нашего путешествия под землёй. Но лучше этого нам не делать.

    Иначе в отряде начнётся паника и не известно, чем всё закончится. Нам надо быстрее найти выход из пещеры. У нас и так осталось совсем мало шансов на выживание в бесконечном лабиринте подземных переходов.

    Луч фонарика скользнул по лицу Пузана. Увидел, как его глаза зажмурились, выходит, что он пришёл в себя.

    Ни стал афишировать своё открытие перед друзьями, а то, обозлённые парни, всыплют ему за то, что они его таскают столько времени по переходам пещеры, а он лежит, как бревно и не хочет вставать на ноги.

    Когда поднимемся наверх, сам врежу Пузану по роже за всех своих пострадавших друзей. Вот опять мы в огромном зале пещер. Осталось ещё три не обследованных переходов.

    Какой из них нам выбрать, чтобы зря не блуждать по переходам? Никто уже не выдвигал никаких предложений. Все боялись брать на себя какую-то ответственность.

    Выходило, что это ведущий в пещере должен сделать выбор. Остановился по самой середине зала и стал думать, где же этот злополучный выход? Осталось три отверстия и все они рядом.

    Выбираем средний коридор из трёх и чертим крестик мелом. Продолжаем бесконечное движение к продолжению жизни или к смерти. Все участники путешествия, словно зомби, повинуясь жесту ведущего, медленно двинулись следом за мной к следующему переходу в пещере.

    Возможно, что друзья отчаялись найти выход и поэтому не говорили о еде и отдыхе, так как боялись, что всё это будет в последний раз? Нам всем очень хотелось жить.

    Ведь мы были так молоды, просто совсем дети-подростки. Самому младшему из нас было всего одиннадцать лет, а старшему едва исполнилось шестнадцать лет.

   Возраст Гавроша и Ромео. Как не хочется никому в таком возрасте умирать. Мы только начинаем жить и познавать мир природы, окружающий нас постоянно с разными событиями и приключениями.

   Этот переход также оказался бесполезным. Мы это поняли тогда, когда наш отряд быстро оперся в стену.

    Благо, что тупик встретился нам довольно близко от входа, это вселило надежду нам выйти быстрее. Сразу, как только мы вышли в зал, Абдулл поставил мелом крестик на соседней пещере.

    Отряд повернул, с которой по счёту надеждой к выходу на свободу из своего пещерного заточения. Мой фонарик, тускло горел, ему требовалась замена. У меня не было сил сказать об этом своим друзьям, но и остановиться боялся, это означало привал, а мне хотелось быстрее выйти наружу.

    Продолжил путь в полумраке, спотыкаясь об острые камни и натыкаясь на стены. Время движения потеряло для нас всякий смысл. Мы ползли чуть живые. Кто-то отобрал из моих рук уже почти погасший фонарик и вложил в руку новый горящий фонарик.

    Вцепился в фонарик, как в свой источник жизни и сделал новые усилия, чтобы повести наш отряд к выходу из пещеры. 

- Всё! "С меня достаточно ползать". - сказал Сулим. - Даже ёжику было ясно, что он колючий. Больше вычислять нам ничего не требуется. Мы давно бродим по этому переходу.

    Нам всем надо отдохнуть и покушать, а когда выспимся хорошо, то уже с новыми силами пойдём на выход в последний переход. Витька, развязывай свой рюкзак-день и ты, Череп, тоже.

    Хватит нам голодать. Всем уже понятно, что после сна мы всё-таки выйдем из этой проклятой пещеры и пойдём домой. Там наверху есть много ягод и фруктов. Мы можем хорошо подкрепиться к походу до дома. 

- Рюкзак-день Журавля мы съедим сейчас, как договорились. - возразил Сулиму. - Мой рюкзак-день останется, как НЗ, то есть, неприкосновенный запас. Последний запас продуктов мы съедим наверху, как договаривались, или разделим последние продукты на восемь частей, если окажется, что мы вновь заблудились.

    Так мы договорились в самом начале. Так будет до самого конца. Кто со мной не согласен, тот получит от меня по морде. Мой рюкзак-день вы всё равно получите только тогда, когда придёт его время.

    Сейчас ешьте рюкзак-день Журавля. Вы должны соблюдать закон путешественников. Строго посмотрел на лица друзей, освещённых ярким лучом моего фонарика.

    Каждый прикрывал своё лицо рукой или опускал взгляд с опаской получить от меня по морде. Пауза была продолжительной. Никто не решился поддержать Сулима, высказаться против меня. Знали, что могу их побить. Физически был здоровей большинства своих друзей. Мог в драке постоять за себя. - Хватит стоять. - сохраняя своё влияние, приказал всем. - Давайте кушать и спать в последний раз. Нам надо хорошо отдыхать перед дальней дорогой к дому. Нас там, наверно, давно ищут? 

    Отряд вяло сполз на дно пещеры. Мы начали раскладывать предпоследний рюкзак день. Все тускло смотрели безразличными глазами, как Витька Журавлев делит продукты на двенадцать человек.

    Витька, в очевидной раз забыл, что Пузан парализован и он не может кушать сухие продукты. Посмотрел на Пузана, глаза у него были открыты, а ноги и руки валялись, как плети.

    Всё-таки Пузана действительно парализовало. Даже прямым ходом в направлении горы Пушкина, нам Пузана пару дней придётся тащить домой. Там его отправят лечиться в нашу городскую больницу.

    После того, как продукты были разделены, Витька каждому отдал принадлежащий паек. Мы начали есть. Опять посмотрел на Пузана, у него по щекам текли слезы. Он хотел кушать, а все забыли про него. Взял паек Пузана и подвинулся к нему.  

    Абдулл и Махмуд удобно посадили его, а Сулим придерживал Сашку сзади. Мы начали его кормить. Сейчас он ел также, как и мы, но руки и ноги его не слушались. Аппетит у Сашки не испортился.

    Он съел всё, что мы ему давали кушать, лишь очень сухие продукты у него не было сил разжевать. Сухие продукты из его пайка мы разделили между собой, а ему дали более мягкие продукты, которые Пузан съел быстрее.  

- Теперь, когда вы все сыты. - обратился к отряду. - Прошу, оружие сдать мне. Хочу выжить. Так как вся надежда на жизнь, моя и ваша, находится в моём рюкзаке-дне. У вас были колебания уничтожить мой рюкзак-день, поэтому, вправе не доверять никому из вас. Сдайте всё, что колется, режется и стреляет. Когда мы проснёмся, то каждому из вас верну личное оружие. Мы все целые и невредимые вернёмся к себе домой. Надо только всем набраться терпения и выжить.

    Никто ни стал противоречить моим словам. К моим ногам тут же посыпались ножи, кинжалы, поджоги, арбалеты, пики, стрелы и даже рогатки.

    Оружия было столько много, что они засыпали камни у моих ног. У моих ног был целый арсенал оружия, с которым мы могли постоять от врагов.  

- "Ну, все прямо, как индейцы." – подумал сам. - "Осталось только выйти на тропу войны с врагами."  

    Когда оружие всё сдали, то положил свои ноги на кучу оружия. Сам облокотился на свой рюкзак-день. На рюкзак-день положил включённый фонарик, который освещал оружие под моими ногами и круговое расстояние вблизи меня.

    Так, что при желании взять оружие, любой мог быть обнаружен и тут же наказан мной. Отряд заснул быстро, даже мои телохранители-шерпы спали, прислонившись ко мне с боков.

    Один боялся заснуть. Мне было страшно оттого, что лучший друг Сулим позарился на мой рюкзак-день, а что говорить тогда о других парнях. Перережут горло, а продукты стянут.

    Нет уж, лучше потерплю, когда все проснуться, а там, быть может, до верха осталось совсем мало. На природе много есть пищи. Свой рюкзак-день отдам им, как хищникам на растерзание.

    Вот только сейчас надо не спать, чтобы выжить. Пока у меня имеется надежда на жизнь. Мне говорила бабушка, что надежда человека умирает последней. Буду иметь надежду.

    Всячески пересиливая себя, старался не спать, но глаза стали сами по себе слипаться и у меня начались галлюцинации. Мне казалось, что слышу чьи-то голоса в огромных лабиринтах пещер.

    Пытался открыть свои глаза, однако, это у меня не получалось. Словно глаза мне намазали каким-то специальным клеем. Сквозь полуоткрытые веки увидел, как чьи-то руки берут моё оружие.

    Пытался сопротивляться, но у меня совершенно не было сил. Только моё сознание говорило мне о том, что пришёл конец моей жизни.

    Вот огромные руки подняли меня и понесли куда-то в сторону. Смирился со своей утратой и ни стал пытаться оказывать сопротивление перед смертью. Всегда всему когда-то приходит конец, только хочется позже. Одна надежда на мою смутную надежду.

- Их сейчас нельзя выносить наружу из пещеры. - услышал, чей-то голос. - Могут ослепнуть. Ведь они много дней не видели. Пусть спят до вечера. Главное, что мы их нашли живыми.  

    Открыл глаза и увидел при свете фонариков лица взрослых людей, одетых, точно, как те спелеологи, которых показывали по телевизору во время экспедиции у нас в горах Дагестана.  

- "Может быть, это пещерные ангелы пришли за нами?" - подумал, опять закрывая усталые глаза.  

- Мальчики! Вставайте! - услышал, голос. - Хватит спать, солнце заходит. Пора домой идти.  

    Тут уж точно понял, что это совсем не галлюцинация, не бред и не сон. Открыл глаза. Увидел рядом взрослых мужчин. Стал плакать, совершенно не стесняясь своих слез перед своими друзьями, которые тоже ревели от радости, что нас всё-таки нашли.

    Мы все остались живыми. Ни съели друг друга в пещере. Если бы нас так быстро не смогли найти, то мы точно сожрали друг друга. Нас стали поднимать и выводить из пещеры.

    Оказалось, что у громадной пещеры был ещё один выход, до которого мы не дотянули буквально всего несколько десятков метров. Там нас и нашли спелеологи специального поискового отряда из Махачкалы.  

    Когда наши родители чуть сами не заблудились в лабиринте пещер, то вызвали на подмогу специалистов и только с их помощью нашли нас в пещере живыми.

    Лишь Пузан лежал без движения. Врачи осматривали его со всех сторон, прослушивали его сердце и лёгкие. Пузан мычал, но не говорил, ни слова. Сейчас нам было всё равно. Ни нам теперь тащить Пузана до самого дома.  

    Солнце уже клонилось к закату. Не было ярких лучей, которые могли ослепить нас после длительного пребывания в пещере. Вокруг нас было несколько десятков людей, в том числе и наши родители, в основном мужчины.

    Все суетились. Расспрашивали нас о здоровье, а мы тупо озирались по сторонам, словно нас только что выпустили из темницы, в которой мы провели много лет нашей жизни.  

    Мы никак не могли поверить в то, что мы всё-таки нашлись. Находимся не в пещере, а на свободе на свежем воздухе. Нам было интересно и странно видеть мир дикой природы, людей, закат солнца. Словно видели весь окружающий нас мир дикой природы в первый раз.  

- Теперь за стол! - услышал, почти забытую домашнюю команду. - Вы должны хорошо покушать.  

    Посмотрел на полянку, которая была заложена различными продуктами и у меня закружилась голова. Едва не свалился на землю. Но тут вспомнил про свой рюкзак-день, которого за плечами не оказалось.  

    Посмотрел по сторонам. Увидел свой рюкзак-день в куче наших грязных вещей. Опять вспомнил о том, что чуть не погиб из-за этого рюкзака-дня. Подошёл к рюкзаку-дню, взял его и пошёл с ним к общим продуктам на полянке.    

    Свои замусоленные продукты вытащил на расстеленную под продукты скатерть и стал продукты делить ровно на двенадцать частей, как мы договаривались в пещере.

    Все взрослые оторопели, думали, что сошёл с ума. Раскладывал продукты, а сам ревел. Слезы прямо ручьями лились из моих глаз. Никак не мог успокоиться.

    Какая-то женщина взяла меня за плечи, чтобы успокоить, но вырвался из её рук и продолжал до самой крошки раскладывать на скатерть все наши продукты на равные двенадцать частей.  

- Вот! Ешьте! - всхлипывая, сказал своим друзьям. - Вы все хотели это съесть в пещере со мной.  

    Друзья стояли, опустив головы. Никто не решался сделать хоть один шаг или хотя бы сказать слово. Взял первый паек и положил в руки Сулимова Вовки. Следующий паек отдал Исмаилову Махмуду.

    Другой паек отдал в дрожащие руки Журавлеву Витьке. Ходил по кругу и каждому отдавал паек с продуктами. В конце подошёл к носилкам с Пузаном и положил его паек ему на колени.  

- Спасибо! - впервые, сказал Пузан, не выдержал напряжение в нервах, рухнул прямо на Пузана.  

    Мужчина и женщина подбежали ко мне и положили рядом с носилками, где ещё лежал Пузан. Мне потёрли виски и дали понюхать нашатырный спирт. От спирта резко ударило в голову.

    У меня вернулось сознание, но голова всё также сильно кружилась. Никак не мог подняться, лежал рядом с носилками Пузана. Наверно, у меня сильно сдали нервы или обессилил от наших походов?  

- Вот, Пузан заговорил. - сказал, первые слова, когда пришёл в свои чувства. - Будет жить.  

    Все, рядом стоящие, громко засмеялись. Мне помогли встать на ноги. Повели к пище на полянке. Понял, что, видимо, Пузану нужно было стрессовое состояние, чтобы вернуться к нормальному положению.

    Этим стрессом был мой поступок с пещерными продуктами. Возможно, и то, что Пузан хороший артист-симулянт и аферист? Всех нас дурачил, чтобы вызвать в нас сожаление к нему в трудное время.  

    Может быть, это он думал и в правду, что мы его можем съесть? Как бы то ни было, судить ни мне, но постепенно Пузан стал приходить в себя и на второй день нашего пути к дому.

    Он самостоятельно передвигался по земле. Нам даже показалось, что Пузан лучше стал ходить, чем раньше, когда в походе плелся, как черепаха, оттого мы его постоянно подгоняли.

    Сейчас все едва успевали идти за ним в сторону нашего города. Стоит набить ему морду за всех.

    Вот так закончилась наше путешествие в тайную пещеру. Но история этим не закончилась. Нас долго расспрашивали специалисты спелеологи о том, что мы видели в той пещере.

    Наши рассказы записывали в блокнотах и на магнитофон. Всю нашу экспедицию засняли на кинокамеру и часто фотографировали.

    Говорили, что напишут книгу об нашем открытие самой пещеры. Может быть, что кто-то действительно написал книгу, но этого до сих пор не знаю?

    Череп древнего человека и по настоящий день находится в историческом музее нашей школы. Другой череп, который нашёл Сулимов Вовка, он тайком от всех бросил в пещере и кроме нас двоих так никто не узнал о существовании черепа из Уллубиевской балки.  

    Нашу прозрачную рыбку и рачков забрали специалисты, на изучение флоры и фауны тех мест, которые открыла наша детская экспедиция. Всё время нашей следующей жизни в Новом городке говорили о нашем походе.

    Прошли годы. Наша учительница, Мария Фёдоровна, фамилию её давно забыл, продолжала в той школе учить детей и детям моих друзей рассказывала про то наше путешествие в бесконечном лабиринте пещер.

    С годами, мы стали историей давно прошедших событий в нашем городе.  

Примерно, через двадцать лет, после той истории с пещерой, смотрел телевизионную передачу про горы и, вдруг, к моему огромному удивлению и интересу, выступил учёный-спелеолог Александр Григорищенко. Даже в этом весьма почтенном учёном узнал своего друга Пузана.

    В скором времени, после телевизионной передаче о спелеологах, с участием Григорищенко Сашки. Меня послали в командировку в Дагестан. Конечно, не мог не заехать в Избербаш, город моего далёкого детства.

    Там встретил многих своих друзей. Узнал о судьбах других друзей, которых там не было. Судьбы наши оказались совершенно ни такими, как мы планировали в своём детстве.   

    Вовка Сулимов едва окончил школу, а был отличником. Сулима дважды лечился на почве алкоголизма.

    Журавлев Витька, наш троечник, окончил индустриальный институт. Стал главным инженером на том же заводе, где работали жители нашего Нового городка. Абдуллазизов Абдулл работает слесарем на этом заводе.

    Исмаилов Махмуд окончил высшее военное училище, а позже академию в Москве, стал генералом советской армии. Ну, кем пришлось стать мне, это вы знаете.