Тень генерала, или Любовь не знает приказов

Тонкий серп луны не освещал дорогу, но это было мне только на руку.
Я бежала вперёд, не разбирая тропы; тонкие ветки хлестали по лицу, цепляли одежду, словно пытались удержать, будто сам лес не одобрял моего выбора.

За спиной рвался воздух: тяжёлое дыхание, скрип доспехов, короткие команды, которые я знала наизусть. Я сама учила их этим сигналам. Ирония судьбы бывает худшим наставником, зато самым настойчивым.
Шаг, перекат, прыжок через корень.

Я двигалась быстрее, чем страх успевал оформиться в мысль. Тело помнило. Тело знало, как выживать, даже когда сердце кричит «стой».

- Не убивать! - донеслось сзади.

Голос был знаком.

Слишком.

Я усмехнулась, не оборачиваясь. Конечно. Сначала «не убивать», потом «если не получится - стреляйте».

Земля под ногами стала каменистой, лес редел, и ветер внезапно ударил в лицо: холодный, свободный, пахнущий пустотой. Плохой знак. Очень плохой.

Ещё несколько шагов, и тьма впереди перестала быть тьмой. Она стала бездной.

Обрыв.

Я резко затормозила, каблуки сорвались по гальке, камни с сухим треском полетели вниз. Сердце ухнуло вслед за ними. Внизу не было ничего, кроме черноты и далёкого, злого шума воды.

Они выскочили из леса полукольцом. Тени с копьями и луками, родные силуэты, которые всего сутки назад были моими братьями по оружию. Я развернулась к ним лицом, тяжело дыша. На миг всё застыло, как перед ударом гонга.

Лучник поднял лук. Я увидела это движение раньше, чем услышала свист тетивы.

Мгновение растянулось, стало вязким, как мёд. Я успела подумать, что когда-то мы смеялись у костра, над тем, как плохо он стреляет на ветру.

Стрела сорвалась с тетивы.

Думать было некогда, и шагнула назад. В пустоту.

Ветер взвыл, подхватив меня, мир перевернулся, луна вспыхнула серебряным клинком, а стрела пронеслась там, где секунду назад было моё сердце.

Я падала, и вместо страха пришло странное, почти дерзкое спокойствие.

Если это конец, он будет быстрым, а если нет… значит, завтра у этой истории появится продолжение.

- Ин Ло, куда пошел? – это был Сян Гу, командир второго отряда конницы. – Ты задолжал две штрафных чашки вина за то, что опоздал!

Он, пошатываясь, подошел ко мне и меня обдало сладковатым запахом.

- Прости брат Гу, я выпью их за тебя, но чуть позже. – усмехнулась я.

Он махнул на меня рукой, но нисколько не обиделся.

- Ты всегда так говоришь, а потом единственная не страдаешь от похмелья на следующий день!

- Ну прости, в этот раз я точно найду тебя и выпью!

- Смотри мне, Ин Ло, паршивец, я запомнил твои слова!!!

Я тихо рассмеялась, и пошла скорее дальше, чтобы доложить об обстановке. Еще несколько раз меня останавливали по пути, предлагая выпить за победу над бандитскими отрядами, но я благополучно уворачивалась от полных чаш и уже добралась до палатки генерала Дзян Бая.

- Командир, это Ин Ло! – не громко позвала я, но, когда он не ответил, я решила войти.

Что меня удивило, так это то, что в палатке его не оказалось.

- Странно, может тоже празднует…? – тихо сказала я, но сразу же поняла, что это не так, ведь со стороны отдернутого полога соседней палатки с другой стороны я услышала несколько голосов.

- Нам стоит поторопиться, пока обстановка на границе не ухудшилась. Кто знает, вдруг к вам на помощь пришлют кого-то из армии Вей.

- Даже если это будет так, в любом случае до Его Величества и так дошли вести, что эти леса «очищены» от бандитов именно нами. Вам стоит просто переждать какое-то время в горах, а после вернутся к своей обычной жизни в соседнем городе. Когда здесь снова начнется хаос, вас не должны увидеть.

- Командир Дзян, мы и так понесли не маленькие потери. Ради того, чтобы показать вас в лучшем свете перед императором, и создать такой идеальный план ловушки в будущем для Вэй Ляна, даже пожертвовали несколькими селениями у границы, изображая нападение империи Сянь, с который вы все воюете. – голос был недовольным, но командир внезапно остановил его и сказал то, от чего похолодело внутри.

- Не стоит принижать то, сколько вы выиграли от нашего договора. К тому же золото, что вы получили явно на весах, будет весить больше, чем пара крохотных селений. – мой командир явно говорил с этим бандитом, как с давним товарищем.

Могло ли быть такое, что последнюю неделю, меня и все отряды под командованием Дзян Бая просто водили за нос?

- И впрямь, брат Мо, нам стоит быть благодарным за эту сделку. – сказал третий голос.

- Ладно, ты прав.

Я затаила дыхание.

Шаги послышались ближе, кто-то передвинул стол или ящик, дерево тихо скрипнуло. Я прижалась спиной к ткани палатки командира, стараясь даже не дышать. В голове быстро, слишком быстро складывались куски, которые до этого не хотели соединяться.

Бандитские отряды отступали слишком легко.

Засады были там, где их ждали.

А селения у границы… селения горели и каждый раз командир не давал нам спасать эти места. Почему? Раньше я задавалась вопросом, но сейчас при упоминании армии Вэй…

- Значит, решено, - сказал Дзян Бай.

Его голос был ровным, уверенным, таким же, каким он отдавал приказы на поле боя.

- Через три дня вы уходите в горы. Мы сообщим, что последние банды Сянь разбиты и остатки бежали на север.

- А если армия Вэй всё же сунется сюда раньше? - спросил тот самый «брат Мо». - Генерал Вэй Лян не из тех, кто верит докладам на слово.

При упоминании этого имени в палатке повисла короткая, напряжённая пауза, я тоже ждала, что он скажет.

- Вэй Лян сейчас занят другими проблемами, - спокойно ответил Дзян Бай. - У двора хватает желающих напомнить ему, что даже любимцы императора могут споткнуться. К тому же… - он усмехнулся, и мне почему-то стало особенно холодно, - если потребуется, мы покажем, что беспорядки на границе, следствие его бездействия. Не стоит забывать, что несколько его отрядов были разбиты настоящей империей Сянь годом ранее, а вот мы… мы людям помогали, в то время пока он игнорировал просьбы мирных жителей о помощи.

- Хм… - протянул Мо. - Удобно. На приграничье бандиты вроде бы разбиты, но кровь продолжает литься то там, то тут, и виноват тот, кто должен был защитить.

- Именно, - подтвердил Дзян Бай. - Император любит Вэй Ляна, но даже Его Величество не сможет закрывать глаза вечно, если жалобы от пограничных домов пойдут одна за другой. Кому потом будет дело с того, что наш великий генерал выиграл столько войн, если при этом сильно пострадали мирные люди. К тому же, все мы помним нашу истинную цель – уничтожить Вэй Ляна.

Я стиснула зубы.

Значит, вот как.

Не просто сделка с бандитами. Это была ловушка: продуманная, грязная и растянутая во времени, но почему? Никогда не замечала, что у Дзян Бая были проблемы с генералом Вэй Ляном.

- Тогда мы уходим, - сказал третий голос. - Но помни, командир Дзян, если кто-то из твоих людей узнает…

- Не узнают, - перебил он резко. - Мои солдаты верят мне. Они видят победы и не задают вопросов.

Я невольно сжала кулаки. Он держал нас за дураков, но самое страшное, что мы и правда не задавали вопросов.

- А если кто-то всё же окажется слишком внимательным? - осторожно спросил Мо. – В этот раз все было по-другому. Думаю, у кого-то да возникнет сомнение…

Ответ последовал сразу.

- Тогда этот человек либо погибнет при очередной «зачистке», либо окажется предателем. В военное время это решается быстро, вам ли не знать.

Слова легли тяжело, как камни на грудь.

Я знала, о чем они говорили. Такое и правда уже было, несколько месяцев назад.

- В общем выпьем за удачное завершение и можете идти, - сказал Дзян Бай. - Через неделю император получит доклад. Через месяц, мы награду, а ещё через год никто и не вспомнит, сколько деревень сгорело у границы, зато все будут помнить чья в этом вина.

Звякнули чаши, и они рассмеялись.

Я отступила на шаг, потом ещё на один, стараясь двигаться бесшумно и быстро покинула палатку. Вино, смех, довольные голоса, всё это осталось за тонкой тканью палатки, словно в другом мире. Мире, где честь оказалась всего лишь разменной монетой.

Когда я отошла достаточно далеко, ноги вдруг стали ватными. Я остановилась между палатками, уткнувшись лбом в холодный столб.

Значит, нас использовали.

Все эти рейды, все ночные марши, все «победы» - лишь ширма.
А селения… их отдали сознательно. Ради доклада. Ради благосклонности двора. Ради того, чтобы подставить другого генерала, который и правда делал для народа все, что мог.

Я медленно выпрямилась.

Если я доложу - меня убьют, если промолчу - стану соучастницей. И тогда я впервые за много лет поняла, что
в этой армии я больше не солдат.

Я свидетель, а значит, мишень.

Я приходила в себя медленно, будто тело всё ещё не верило, что ему позволили остаться в этом мире.

Я лежала на боку, уткнувшись щекой во влажный песок и прелые листья. Ноги по колено уходили в воду, и река тихо шевелилась, словно проверяла, не передумала ли я умирать. Когда я попыталась пошевелиться, в ответ раздался слабый плеск.

Зуб на зуб не попадал. Мокрая одежда тянула вниз, пропитанная ледяной сыростью, а ветер кружил над берегом: резкий, злой, не оставляющий ни одного тёплого места. Я поёжилась: холод был из тех, что не просто касается кожи, а проникает глубже и остаётся там, как память.

В ушах всё ещё шумела вода. Тело казалось тяжёлым, чужим, будто часть меня так и осталась в реке, зацепилась за камни, не захотела выбираться.

Осознание пришло не сразу, но когда пришло, я позволила себе короткий, судорожный выдох, и едва заметную полуулыбку.

Это была не совсем радость, просто мысль, что удача еще не окончательно покинула меня. «Жива. Я жива!»

Подняться удалось не сразу. Мир качнулся, поплыл, но не рассыпался. Я выбралась на берег, цепляясь за корни, содрала ладони до крови. Боли почти не почувствовала. После падения в бездну всё остальное казалось мелочами жизни.

Вокруг было тихо. Я огляделась — место было совершенно незнакомым. Течение унесло меня далеко от обрыва и ещё дальше от расположения армии Дзян.

«Надеюсь, генерал Дзян, мы больше не встретимся…»

Я двинулась туда, где сквозь туман начинало подниматься утреннее солнце.

Шла не по дороге, а вдоль неё — прячась, прислушиваясь к каждому звуку. Каждый хруст ветки заставлял напрягаться, каждый шорох в траве — замирать. Я шла так несколько дней, теряя счёт времени, пока голод и слабость не стали фоном, а не угрозой.

Деревню я увидела лишь ближе к ночи шестого дня, когда силы были на исходе, а тело готово было сдаться вопреки воле. Небольшая, прижатая к склону, с низкими домами и полями, начинавшимися сразу за плетёными изгородями. Над крышами поднимался дым.

«Там точно есть люди. Она не заброшена.»

Этого оказалось достаточно.

Я была голодна, лихорадила: долгие часы в ледяной реке и дни без укрытия не прошли бесследно. Добрела до ближайшего дома и упала у порога, не успев ни постучаться, ни попросить о помощи.

Очнулась уже утром.

Меня нашли и начали выхаживать. Моим спасителем стала молодая девушка по имени Лянь Жу. Она молча сменила мне одежду, промыла ссадины, поила горячими отварами. Почти две недели я то приходила в себя, то снова проваливалась в жаркий, мутный бред.

Я почти не говорила. И она не пыталась вытянуть из меня слова — не задавала вопросов, не требовала объяснений. Просто делала то, что умела: спасала.

За это я была благодарна больше, чем могла выразить.

Когда силы начали возвращаться, я стала помогать по хозяйству: носила воду, выходила на поля, собирала урожай. Делала всё, чтобы каждый кусок лепёшки был заработан.

Я слишком хорошо знала, как трудно выживать на границе.

Нахлебницей я быть не собиралась.

За эти месяцы, что я пробывала в деревне, я сдружилась с ее жителями. Даже подумывала просто остаться здесь. Оставить прошлое и жить настоящим.

Такая размеренная, почти счастливая жизнь меня бы устроила, но тишина в этих местах была обманчивой, как гладь реки перед водоворотом.

Однажды, спустя пару месяцев моего пребывания в приграничной деревне, мы с Лянь Жу возвращались с поля ближе к закату. Солнце уже клонилось к горам, окрашивая землю в тёплый медный цвет. Она несла корзину, я связку колосьев. Шагали медленно, без спешки.

- Видишь вон тот участок? - вдруг сказала она, кивнув в сторону дальнего края поля.

Я пригляделась. Земля там была странной: неровной, будто вспаханной грубо и без меры, а местами и вовсе утоптанной до камня.

- Там раньше лучше всего рос овес и пшено, - продолжила Лянь Жу. —А теперь… вот. Голая земля.

В её голосе не было злости. Только усталость.

- Что случилось? - спросила я, хотя уже догадывалась.

- Два года назад после того, как по полю прошли солдаты, пшено больше не взошло. Земля стала твёрдой, как утрамбованная дорога, и сколько ни бросай зёрна — они гниют, не пуская корня. Старики говорили: где стояла армия, там два года не будет хлеба.»

Она поставила корзину на землю и выпрямилась, глядя на горизонт.

- Мы выбежали. Кричали. Старики, женщины. Просили обойти. Один солдат даже замедлился… но потом пришёл приказ. И они пошли дальше.

Я сжала пальцы на стеблях.

- Чей это был отряд?

Лянь Жу помолчала, потом посмотрела на меня пристально, будто решая, стоит ли говорить.

- Не уверена, но они несли знамя армии Вэй.

Имя не прозвучало, но тень его легла между нами.

- Генерал Вэй Лян? - осторожно уточнила я.

Она пожала плечами.

- Не знаю, кто-то видел лишь знамя, а вот был ли он сам… Говорят, он справедливый, что император ему доверяет. Но знаешь… - Лянь Жу усмехнулась криво. - Он, может, и не отдавал приказа топтать наши поля, но от этого нам не стало легче.

Я молчала.

- Староста потом ходил жаловаться, - продолжила она. - Вернулся ни с чем. Сказали: безопасность границы важнее урожая. Что мы должны быть благодарны, что нашу деревню не затронула та битва. - она снова наклонилась за корзиной. - Для них мы все одинаковые: что бандиты, что крестьяне. Если мешаем - нас просто отодвигают.

В ту ночь я долго лежала без сна, прокручивая беседу с Лянь Жу и тем разговором генерала Дзяна с разбойниками.

Что я вообще знала, кроме как имен и боевых заслуг? Ничего. Генерал Вэй Лян был для меня такой же загадкой, как и все остальное, что осталось в столице после моего бегства. А Дзян Бай? Я всегда думала, что он праведный человек, а оказался…

«Как смешно вышло… я потеряла два дома, две семьи…»

На глаза непроизвольно выступили слезы.

Ради чего все это? Я даже ничего не сделала, просто меня заметил один из солдат и доложил генералу, что я приходила, но видимо его не застала. Что сделал генерал Дзян? Промолчал, а потом выставил, как и говорил вражеским шпионом.

Что им двигало, что он вредил своим же? Деньги? Власть? Личные счеты с Вэй Ляном? Они явно стоили друг друга.

Хотела ли я отомстить?

Да.

Но сейчас я не была уверена, что пойти и все рассказать генералу Вей Ляну хорошая идея. Казалось, что он не лучше Дзян Бая, такой же эгоистичный и циничный.

Что ж, о том, мне следует делать дальше и правда следует очень хорошо подумать. Один раз я уже ошиблась, пойдя не за тем человеком. Второй раз судьба мне навряд ли поможет выжить.

***

Той ночью я проснулась резко, но не от крика, не от шума, а от едкого запаха дыма.

Он был густым, плотным и сразу стало ясно: это не очаг и не неосторожный огонь. Мое внутреннее чутье сразу закричало: так пахнет только беда.

Я вскочила, ещё не до конца очнувшись, и в тот же миг услышала треск, сначала далёкий, а потом всё ближе. Сухой, хищный звук, с которым огонь пожирает дерево.

- Лянь Жу… - прошептала я, уже натягивая одежду.

Снаружи деревня была другой.

Небо светилось багровым, будто рассвет пришёл не с той стороны. Пламя подбиралось к крышам, перебегая от дома к дому, искры взлетали вверх, и казалось, что сами звёзды падают на землю.

Кто-то кричал, кто-то звал детей, которые плакали во весь голос.

- Пожар! - раздалось где-то совсем близко. - Воды! Несите воду!

Я выбежала из дома и почти столкнулась с Лянь Жу. Лицо её было закопчённым, глаза огромными, испуганными.

- Они здесь, - сказала она, и этого было достаточно.

- Кто они?! – не поняла сначала я.

- Солдаты!

Не бандиты. Не случайные мародёры. Солдаты.

Я схватила её за руку.

- Какие солдаты, Лянь? Где староста?

- У амбара… - она запнулась. - Там были люди. Солдаты не дали им уйти, они ищут кого-то.

Слишком знакомо.

Слишком правильно организовано, чтобы быть случайностью. Неужели они меня нашли в такой глуши?!

Я уже знала, что услышу дальше.

- Всем оставаться на местах! - крикнул мужской голос. - По приказу командира! Кто попытается бежать, будет считаться предателем и будет убит на месте!

Я медленно отпустила руку Лянь Жу.

- Ло, тебе нужно бежать. – внезапно сказала она. – у нас кроме тебя чужаков не было, они скорее всего пришли за тобой. Тебе нужно спрятаться.

Я не ответила, просто быстро сжала ее руку.

- Спасибо за все, береги себя!

Я быстро пошла туда, где был огонь, потому что там всегда есть тот, кто им управляет, и я увидела его почти сразу.

Дзян Бай стоял у края площади, в тени, где пламя освещало лицо снизу, делая черты резче, холоднее. Он был спокоен. Слишком спокоен для человека, наблюдающего, как горят дома.

Наши взгляды встретились.

На одно мгновение, и он сразу увидел и узнал меня.

Я это поняла по тому, как чуть сузились его глаза.

- Вот ты где… - сказал он негромко, почти с облегчением.

Я развернулась и побежала.

За спиной раздались крики.

- Держите её! Не упустить!

Деревня мешала бежать, дым резал глаза, огонь перекрывал проходы, люди метались, не понимая, где свои, где враги. Я лавировала между домами, перепрыгивала через упавшие балки, слыша, как за мной идут.  

Лес принял меня, как и в прошлый раз, неохотно, но без вопросов. Я бежала, не разбирая дороги. Сзади - дыхание, лязг металла, короткие команды, те самые, которые я знала слишком хорошо. Один раз мы так же выслеживали солдата, которого Дзян Бай назвал врагом, а теперь врагом была я.

- Не убивать! - раздалось вдруг.

Голос Дзян Бая, я усмехнулась, не оборачиваясь.

Земля под ногами стала каменистой, ветер ударил в лицо, и я поняла раньше, чем увидела.

Обрыв.

Река внизу шумела, тёмная, злая. Неужели судьба решила сыграть со мной злую шутку?

Я обернулась, увидев моих братьев по оружию. Лучник поднял лук, без раздумий.

Почти шесть лет я была в этом отряде, училась выживать и становилась сильнее рядом с ними, эти мальчишки, ставшие со временем сильными мужчинами, сражающимися за родину, были мне и правда, как братья. Они были моей семьей, и я снова лишилась семьи.

Я шагнула назад раньше, чем стрела сорвалась с тетивы, и мир перевернулся.

Это был самый долгий кошмар.

Раз за разом в меня вонзалась эта стрела, пущенная моим другом, прямо в сердце. Раз за разом я видела их лица, в которых не было сожаления.

Неужели они и правда видели меня предателем и дезертиром?

Столько лет мы были братьями, делили кусок хлеба, а сейчас они преследовали меня и убивали.

Снова и снова.

В очередной раз, когда я падала вниз, я наконец увидела тонкий луч света. Протянула к нему руку, а потом услышала хлопок, и темнота накрыла меня плотным покрывалом.

Сознание вернулось не сразу, оно поднималось, как тело из реки: медленно, сопротивляясь и цепляясь за темноту.

Холод был первым, что я почувствовала.

Он пробрался под кожу, стиснул кости, вцепился в лёгкие. Я закашлялась, и почувствовала, как изо рта хлынула вода. По ощущениям казалось, что она была мутная, речная, с привкусом ила. Меня резко перевернули на бок, ладонь легла между лопаток, заставляя дышать.

- Спокойно. Дыши. Я хотел дать тебе попить, но ты подавилась…

Голос был ровный, уверенный. Такой бывает у людей, привыкших решать, кому жить, а кому нет.

Я вдохнула. Потом ещё раз. В груди жгло, но мир начал собираться: каменистый берег, трава, примятая чьими‑то шагами, туман над водой и небо, которое уже было светлым, а солнце явно перевалило за полдень.

Я подняла глаза.

Мужчина стоял рядом, чуть в стороне, но я почти смогла разглядеть его целиком. Высокий, в дорожной пыльной одежде, без знаков отличия, но осанка выдавала больше, чем любые нашивки. Такие люди не сутулятся даже наедине с собой.

Первое, что я отметила, руки. Сильные, с мозолями на пальцах. Руки человека, который явно долго практиковался с мечом и луком, и который точно не боится испачкаться в крови.

Я дёрнулась и сипло спокойно попросила.

- Не трогай.

Он замер, затем медленно убрал руки.

- Ты едва не утонула. У тебя раны. – его голос было обманчиво мягким, у меня побежали мурашки.

- Я знаю. – коротко сказала я.

Попыталась сесть, тело отозвалось болью. Левая сторона вспыхнула огнём. Посмотрела на одежду: кровяные пятна, большая прореха в плотной ткань, где виднелся кусок красной кожи и часть рваного пореза.

Видимо стрела всё же задела? Или я просто сильно ударилась о камни, когда попала в воду? Не помню… ничего не помню, видимо хорошо меня приложило…  

Мужчина снова попытался помочь мне, так как я еле держалась в сидячем положении.

- Не надо, я сама.

- Я просто хотел помочь.

- Я могу сама. – упрямо сказала я, осознавая, что он явно понял, что я не мужчина, хоть одежда и говорила о другом.

- Сиди, - сказал он и наконец отошел на несколько шагов, поближе к костру. - Если кровотечение усилится, второй раз я тебя не вытащу.

- Я не просила меня спасать.

- Так уж вышло, что я не плохой человек, и увидев другого в опасности не смог пройти мимо. Просить меня не потребовалось. Но… Барышня, как ты оказалась в таком месте, да еще и в мужской одежде?

- Это не ваше дело. – сухо сказала я.

Он хмыкнул и присел на корточки. Достал флягу, ткань, небольшой свёрток с травами. Слишком аккуратно для случайного путника. Что он собирается сделать?!

- Я обработаю рану. – пояснил он, заметив, как насторожено я наблюдаю за ним.

- Нет. – воскликнула я.

Он поднял взгляд.

- Это не просьба, рана довольно длинная и глубокая. Если попадет грязь, то она воспалится и ты явно не выздоровеешь быстро, а может и того хуже заработаешь гангрену и умрешь во цвете лет. – он потянулся, чтобы убрать порванную ткань на боку, но я перехватила его запястье и сжала.

В этом движении было больше силы, чем позволяла моя нынешняя слабость. Он заметно удивился.

- Тогда я сама.

Пауза затянулась. Он внимательно смотрел на моё лицо, будто примеряя ко мне разные роли.

- Делай быстро, так меньше будет болеть, - сказал он наконец и отвернулся.

Я промывала рану, стиснув зубы. Боль была привычной, сколько я успела ее пережить. Физическая даже лучше, чем душевная. Пока она есть, я меньше думаю о том, что произошло этой ночью.

Когда закончила с раной, посмотрела на широкую спину мужчины. Одежда была простой, но явно не дешевой, ткань не была грубой, как у жителей деревни, значит он не местный. Может странник.

- Завтра утром здесь пройдёт караван, - произнёс он, глядя на реку и вырывая меня из собственных мыслей. – Торговцы, идут на север в Инли. Может быть тебе, барышня повезет, и они возьмут тебя с собой. Сможешь в безопасности попасть в город и уже там обратишься к лекарю.

- А ты?

- Я иду в другую сторону. – кажется он удивился моему вопросу, но в следующее мгновение я сама себе удивилась еще больше.

- Можно я пойду с тобой?

Он выгнул бровь и довольно резко сказал.

- Нет.

- Я не стану обузой.

- Барышня, туда, куда я направляюсь не место женщинам. И я не нуждаюсь в компании, если ты вдруг хочешь…

Я поднялась на ноги, игнорируя то, как дрожат колени.

- Нет, я не… не собиралась предлагать себя. Я не продажная женщина. Просто. Кажется нам по пути.

Он усмехнулся, но не успел снова мне отказать. Шаги на тропе прозвучали внезапно.

- Генерал! Генерал Вэй Лян!

Имя ударило сильнее воды и стрел. Я знала кто он и то, что он спас меня было не иначе как усмешкой судьбы.

Тот самый генерал армии Вэй. Любимец императора. Человек, которого либо возвышают, либо пытаются похоронить. Третьего не дано. И тот самый генерал, против которого строился заговор.

Доверять ему конечно было глупо, после всего, что со мной случилось, но идти без него в моем положении просто смертельно. Если выбирать из двух зол наименьшее, то Вэй Лян был этим наименьшим злом. По крайней мере он не хотел моей смерти. Пока что.

- Я слышала о тебе, - быстро сказала я, не опуская взгляд. - Генерал.

Он посмотрел холодно.

- И?

- И я знаю о положении дел. Я не буду обузой, даже скажу больше. В каком-то смысле, я смогу быть полезной.

- Мне не нужны бездельники и слабаки в пути, тем более не уверен, что нуждаюсь в помощи женщины.

«Какое высокомерие…»

- Тогда просто дай мне шанс показать на что я способна, -  все же спокойно ответила я. - И решишь позже, стоило ли меня вытаскивать.

На поляну вышел мужчина, также одетый в дорожную одежду. Его взгляд сразу зацепил меня. Он удивленно посмотрел на генерала Вэй.

- Господин…?

- Это…

- Господин спас меня. – быстро сказала я, не давая ему ответить так, как мне было совсем не нужно. – Я Юй Лан, беженец из деревни, что была сожжена месяцем ранее на востоке.

Генерал Вэй нахмурился, а я поздно спохватилась, поняв, что одежда на мне хоть и не явно женская, но все же могла выдать правду о моем поле.

- Вот как. – второй мужчина не стал меня разглядывать, а посмотрел на мужчину, потом снова на меня и с сомнением добавил. – Генерал, донесение. Я…

- Идем, а ты… Юй Лан, - он выделил мое имя, понимая, что я назвала мужское, и явно не понимал зачем. – Переоденься и посиди тут.

Мужчина кинул мне мужскую одежду, и они ушли, а я с трудом села обратно.

В голове лихорадочно крутились мысли, пытаясь стать планом, который мог спасти мне жизнь, но я пока ничего не могла придумать.

Генерал Вэй не ладил с командиром Баем, под командованием которого я воевала много лет. Если он узнает правду, то может заключить меня в тюрьму, или… или воспользоваться той информацией, которую я могла бы ему предложить. Но захочет ли?

Я ещё не знала, как именно выберусь из этой ловушки.
Но знала другое: правда, которую я услышала той ночью, не должна исчезнуть вместе со мной. Её нельзя было бросить в реку, закопать в лесу или забыть ради собственной жизни. Мне нужен был человек, которому эта правда была бы не просто интересна, а опасна достаточно, чтобы он не отмахнулся. Человек, у которого хватит власти ударить в ответ и ума понять, куда именно бить.

Если таким человеком окажется генерал Вэй Лян - я использую этот шанс, а если нет… значит, я найду другого.

Я слишком долго была пешкой, чтобы снова позволить кому-то двигать меня по доске.

Они выдвинулись в ночь.

Генерал Вэй Лян не заботился о том, как я пойду и пойду ли вообще. Просто собрал вещи, погасил костер и не говоря не слова двинулся первым по тропе в глубь чащи. Его помощник или просто солдат, личный страж тоже слова не проронил, куда конкретно мы шли.

Я держалась на расстоянии, не рядом, но и не позади. Не один из них не оглядывался. Возможно, одному было просто все равно, а второй знал: если я отстану, значит, таков мой предел, но я продолжала идти.

Боль в боку была сильной, но я не умела сдаваться. Перевязала себя потуже, так стало полегче и двинулась за ними.

Думаю, мое поведение точно показалось ему странным, но пока он ничего не говорил.

Мы шли довольно долго.

Лес менялся, густые заросли уступали место каменистым подъёмам, затем снова сгущался, словно нарочно запутывая дорогу. Ночь была тёплой, но внутри меня всё ещё жило речное холодное эхо.

Я считала шаги по привычке. Когда тело знает ритм, боль отступает на второй план, становится просто фоном, как стрекот насекомых или треск веток под ногами.

Генерал Вэй Лян двигался легко. Слишком легко для человека, который прошёл не одну войну. Он выбирал путь, почти не замедляясь, и каждый его шаг говорил: здесь опасно, но не для меня.

Его спутник, что назвал его генералом, держался чуть сзади и левее. Позиция охраны. Привычная, выверенная. Я отметила это машинально и тут же мысленно одёрнула себя.

«Не смотри так внимательно.»

- Остановимся, - внезапно сказал Вэй Лян, подняв руку и сделав движение чуть в сторону.

Я сделала шаг в сторону, куда он показал и замерла раньше, чем его слова достигли моих ушей, просто положившись на знакомый жест, но это было ошибкой. Он обернулся, взгляд был короткий, острый и оценивающий. Такой, каким смотрят на клинок: ещё не зная, затуплен он или просто скрыт в ножнах.

- Здесь, - добавил он спустя мгновение, будто ничего не заметил, но что-то в его взгляде промелькнуло.

Я остановилась как вкопанная, а вот мужчины отошли к выступу скалы, частично скрытому кустарником. Опустилась на землю чуть в стороне, стараясь дышать ровно. Бок тянуло, повязка промокла, но я не позволила себе ни звука.

Услышала, как помощник генерала тихо сказал:

- Кажется люди Дзян Бая были здесь. Следы свежие.

- Я знаю, - ответил Вэй Лян. - Они не слишком старались их скрыть, кажется спешили. Может быть, даже кого-то преследовали.

Он бросил взгляд в мою сторону, будто случайный, но я сжала зубы от напряжения. Если он поймет, что преследовали меня, то может даже не дать шанса все объяснить.

- Ты сказал, что твоя деревня сгорела месяц назад, - произнёс он, не повышая голоса. - Где именно?

Я подняла голову не сразу.

- Восток. У реки. - это была правда, просто не вся.

Деревня и правда сгорела, но меня там не было. Там другой отряд, и об этом потом просто рассказали.

- И ты один ушел? – продолжил расспросы он, я кивнула.

- Остальные не смогли. Деревня начала гореть поздно ночью, в то время давно не было дождей, поэтому соломенные крыши домов быстро вспыхнули, переходя с одного здания на другое. Я был на поле, не успел вернуться домой, а когда заметил пожар, было поздно.

Он кивнул. Генерал Вэй складывал в уме картину, и я была лишь одной из деталей.

- Странно, - сказал он после паузы. - Для беженца ты идёшь слишком уверенно. И молчишь там, где другие давно начали бы просить. К тому же я одного не пойму, как ты оказался в реке? Может быть, тебя преследовали?

Я пожала плечами, его помощник тоже внимательно на меня посмотрел.

- Если много говорить, силы уходят быстрее, а в реке я не помню, как оказался. Кажется, ночью оступился и упал с обрыва.

Он хмыкнул.

- Как интересно, такие совпадения. А больше ты ничего не хочешь сказать?

- Пока нет. – спокойно сказала я, а потом прикусила губу.

Стоит выбирать выражения, потому что этот человек явно умеет читать между слов.

Мы двинулись дальше, и вскоре тропа сузилась. Камни под ногами стали скользкими, ветер усилился. Я чувствовала, как усталость подбирается ближе, но отступать было некуда.

В какой-то момент Вэй Лян снова поднял руку резко. Я уже сместилась влево, выбирая укрытие, когда осознала, что сделала. Он повернулся медленно, сузил глаза.

- Почему ты пошла туда?

Я остановилась.

Спокойно. Теперь - осторожно.

- Там меньше веток, - ответила я после короткой паузы, и решила сделать вид, что вовсе не заметила его движения рукой. - И камень не крошится, а что?

Кажется, это спасло меня.

Он смотрел долго

- Интересно, - произнёс он наконец. - Обычно такие вещи замечают те, кто уже попадал в засады.

- В наше время все на что-то натыкались, - сказала я тихо.

Он отвернулся, но прежде, чем пойти дальше, бросил.

- Держись ближе к стражу Хену, если услышишь мой приказ — выполняй сразу. Без вопросов. Думаю, ты это умеешь, верно Юй Лан?

Я помедлила, но кивнула.

Генерал Вэй Лян сделал ещё несколько шагов, затем вдруг остановился и, не оборачиваясь, сказал:

- Если сегодня что-то пойдёт не так, и я скажу «красный путь», ты же знаешь, что требуется делать?

Воздух вокруг словно стал плотнее. Это был не вопрос для беженца, и не слова для случайного попутчика.

Я знала эти слова. Когда обнаруживали засаду, несколько воинов шли вперед, привлекая внимание к себе, а остальные подкрадывались сзади и уничтожали эту засаду. Кажется сейчас воином первого типа должна была стать я.

Я не позволила себе ни вздоха, ни паузы. Он меня проверял?

- Знаю, - все же ответила я.

Он обернулся, и наши взгляды встретились на одно короткое мгновение - слишком короткое, чтобы в нём было доверие, и слишком долгое, чтобы не заметить интерес.

В его глазах мелькнуло что-то новое. Не подозрение. Пока ещё нет.

Сомнение. Думаю, он не ожидал, что я в какой-то степени раскрою то, что знакома с воинской дисциплиной, но… если бы я стала строить из себя дурочку дальше, он явно заподозрил меня еще сильнее.

Не знаю, правильно ли я сделала таким ходом, но с этой минуты он точно будет смотреть внимательнее. А значит, у меня будет хорошая возможность оставаться рядом и также узнать его лучше, прежде чем раскрывать ему свою тайну.

***

Эта местность была относительно спокойной. Шли пешком, почти все светлое время суток, останавливаясь на несколько часов ночью для сна, а с рассветом снова начинали путь. Было тяжело идти из-за раны на боку, но вскоре я научилась просто не обращать внимания на эту тянущую боль. В конце концов сколько ранений я переживала, это просто одно из.

За неделю странствий мы пару раз натыкались на небольшие поселения, но, кроме этого, ничего не произошло.

Я была склонна думать, что-то упоминание о возможных засадах было обычной проверкой, но вот прошла я ее или нет, пока было не понятно. Когда мы вышли к горам, я поняла, куда мы все это время направлялись. Север империи Мо, к месту расположения армии Вэй.

«Это довольно далеко от армии Дзян Бая, значит здесь он меня точно н найдет.»

Ближе к вечеру, когда генерал Вэй решил устроить последнюю ночевку, он подошел ко мне и внимательно посмотрел.

- Ты и правда странная.

- Отчего же?

- Увязалась за мной, несмотря на травму все равно не отстаешь. Притворяешься перед Хэ мужчиной. Очень подозрительно. Стоило сразу тебя связать и оставить где-нибудь в лесу, но мне правда интересно…

- Генерал, можете оказать мне услугу?

- Услугу? – он удивленно выгнул бровь и сложил руки на груди. – И какую же?

- Можете сохранить в тайне то, что я женщина?

- Ты смеешь просить о таком? Ты же в курсе, что это преступление?

- Я понимаю, и все же прошу вас об этом.

- Отлично допустим я соглашусь, и что же я получу от этого? Что ты можешь предложить такого, что я должен оставить тебя в армии и скрывать твою личность, хотя погоди… я ведь даже не знаю, кто ты и откуда. Бьюсь об заклад, что твое упоминание о деревне просто вымысел, или хорошо продуманная история. Явно ты шпионка, подосланная моими многочисленными «друзьями».

Я сжала губы в тонкую полоску. Сказать правду я не могла, но если начну юлить и придумывать что-то еще, то он точно раскусит мою ложь.

- Если бы я умела хорошо врать, вы бы уже поверили мне. - медленно выдохнула и посмотрела ему прямо в глаза. - Но я не врала вам. Я и правда беженка из деревни, однако мое имя не Юй Лан, верно. Юй Ло, меня зовут Юй Ло. Я долгое время была вдали от внешнего мира, потом на деревню напали, я бежала и упала с обрыва. Дальше вы уже знаете.

Он молчал.

- Генерал Вэй, если вы меня выдадите, проблем будет больше, чем пользы.

- Угрожаешь? - холодно уточнил он.

- Предупреждаю, - спокойно ответила я. - Женщина среди солдат - это скандал, женщина, оказавшаяся здесь по вашей воле, повод вашим врагам донести императору. Для тех, кто давно ждёт, когда вы оступитесь, слишком просто и лакомно.

- Ты слишком хорошо понимаешь, как работает двор. - он прищурился.

- Я долго жила рядом с теми, кто от него пострадал.

Мы стояли молча. В огне костра его лицо казалось резче, чем днём, а тень от шлема делала взгляд тяжелее.

- Я не прошу места в армии, - тихо сказала я, приняв решение, о котором правда могла пожалеть в будущем. - Ни звания, ни жалованья или поблажек, потому что женщина. - подняла на него взгляд. - Прошу лишь возможность доказать, что не враг вам. Что правда могу помочь и стать полезной в будущем.

Он не перебивал.

- Если потребуется, я начну с начала. Как новобранец в дозоре или просто начищая оружие, где угодно. Без имени и прошлого. Я готова есть то же, что и остальные, спать на земле. Я прошу не веры - времени.

- Смело, - холодно заметил он. – даже слишком для человека, который скрывает слишком многое.

- Смелость… сейчас это единственное, что у меня осталось, - ответила я ровно. - Всё остальное я уже потеряла.

Он смотрел пристально, будто взвешивал не слова, а меня саму, как новый клинок, с которым пока не ясно что делать лучше: точить или проще выбросить.

- А если я откажу? - спросил он.

- Тогда я уйду, - сказала я. – но боюсь это станет вашей фатальной ошибкой.

Между нами повисла пауза. В огне костра его лицо казалось резче, чем днём, а тень от шлема делала взгляд тяжелее.

- Допустим, - произнёс он наконец, - я сохраню твою тайну. Временно. - Он сделал шаг ближе. - Но с этого момента ты не просто странный попутчик. Ты станешь новобранцем. Никаких поблажек, физический труд и упражнения на уровне мужчин. Один неверный шаг - и я забуду этот разговор.

- Я привыкла ходить по тонкому льду, - ответила я.

Едва заметная усмешка тронула его губы.

- Это я уже понял.

Вэй Лян развернулся и ушёл к костру, бросив напоследок:

- Когда вернемся, пойдёшь в передовом дозоре, и сразу приступишь к обучению. Как станешь скрывать свой пол, не знаю, если тебя разоблачат, то я не стану ничего делать для твоего спасения. Считай, что это твоё первое испытание, новобранец. Посмотрим, чего ты стоишь на самом деле.

Осталась стоять на месте, сердце билось слишком быстро, но внутри было странно спокойно. Я выиграла время.