Теорема любви для непокорной Звезды

Теплое дыхание касается моих висков, спускается на губы. Волоски на руках встают дыбом, и я в шоке распахиваю веки. Тону в янтарном омуте глаз незнакомца, склонившегося надо мной. Демон, он же проклятый дракон. Только они обладают настолько примечательным цветом радужки. Смуглая кожа, точеные скулы, непослушная прядь смоляных волос, упавшая на лоб – он один из тех, кто похитил меня!

— Что вы делаете?!

Резкий всплеск магии расходится ослепительной вспышкой вокруг меня. Мужчину отшвыривает в сторону. Я слышу грохот и треск ломаемой мебели.

— Ой! — вскрикиваю в испуге и резко поднимаюсь на кровати.

Отползаю в угол и ошалело оглядываюсь. Как только свечение затухает, делаю сразу два вывода. Я не узнаю этой комнаты, не понимаю где я. Но оценить богатое убранство обстановки успеваю. Не казематы, что уже хорошо.

Настороженно слежу за мужчиной, поднимающимся с поверженного дивана, а сама прислушиваюсь к себе. Моя магия никогда не обладала физическим воздействием. Я альва Света и мой удел визуальные иллюзии, игра со светом. Но чтобы отталкивать кого-то – это что-то новенькое.

— Что ж, так доброго утра мне еще никто не желал, — ироничная улыбка касается чувственных губ проклятого дракона.

— А я говорил, наша принцесса с характером, — в дверях, которые не видны с кровати, появляется еще один участник моего похищения.

Заложив руки в карманы серых брюк, он проходит в комнату. Белая рубашка на нём расстёгнута на несколько пуговиц, а рукава кителя, накинутого поверх, закатаны до локтя. Высокий альва, его пепельный волосы ниспадают до плеч, а в алых глазах гуляют ехидные искры. Мне знакомо лицо парня. Дейдар Валейт. С его сестрой я бок о бок провела шесть лет моей жизни. Лери была одной из моих лучших подруг. В памяти резкой вспышкой проносится картинка: свадьба моей обожаемой Кары и ее истинного Рейварда. Событие, которое должно было объединить два некогда враждующих народа. Я вижу, как ректор драконьей академии начинает поздравительную речь, а затем все будто с катушек слетает. Драка бывшей невесты Рейва с ручным мотыльком Кары, дыхание открывшегося за моей спиной портала. И ледяной испуг в глазах Лери, бросившейся к брату. В ушах до сих пор звучит ее упрек:

— Ты обещал, что никто не пострадает!

Получается Лери все знала? Была заодно?

— Какие мысли омрачают столь прелестную головку? — бархатный голос заставляет меня вынырнуть из воспоминаний.

Дракон стоит совсем близко, но попыток приблизиться больше не предпринимает. Улучив момент, я позволяю себе рассмотреть его чуть лучше. Он старше меня, наверное, лет на десять точно. Черные брюки, такая же черная рубашка и, как неудивительно, черный не то камзол, не то китель. Вышивка в виде роз и драконьих крыльев украшает рукава. На плечах, делая их еще более массивными, нашиты металлические эполеты.

Он пугает меня, но в то же время странным образом притягивает взгляд. Особенно эти янтарные, светящиеся глаза. Они будто в самую душу смотрят.

— Потрудитесь объяснить, что происходит? — чопорно поджав губы, прошу я. — И представьтесь, пожалуйста.

Вопрос незнакомца сознательно игнорирую. Раз меня не заточили в тюрьму, а расположили с комфортом, значит я им для чего-то нужна. А это путь к переговорам.

— Итан Райнхарт, — учтиво склонив голову, отвечает дракон.

— И вы?

— Ректор академии Драгрис, шестой генерал регента Аммиталя, Око знаний самого императора Аштара! — явно паясничая, представляет своего компаньона брат Лери.

— Дейдар, — слегка угрожающе цедит этот Итан. — Будь чуточку серьезней. Ты пугаешь нашу гостью.

Немножко визуала наших героев:

Итан Райнхарт. Да, глаза на арте не янтарные, но я не обладаю артерской магией, чтобы изменить их цвет. Так что подключим воображение, потому что в остальном это идеальный Итан:

И саркастичный Дейдар Валейт:

Они снова смотрят на меня, явно ожидая какой-то реакции. А я теряюсь. Теряюсь, но стараюсь не подавать виду. Эту привычку вбили мне с детства. Наследнице Владыки Алерата не к лицу терять выдержку. Я должна быть спокойной в любой ситуации.

Только вот не получается! Первый шок прошел, а с ним и вся моя показная храбрость. В душе еще теплится надежда, что я смогу сбежать. Или друзья придут на помощь. Но интуиция молчит, явно не желая приносить мне плохих вестей.

— Вы нисколько меня не пугаете, — слегка вздернув подбородок, храбрюсь я.

Хотя руки сами собой нервно сжимают подол платья. Янтарное, расшитое камнями и золотой нитью, оно было предназначено для праздника. А сейчас я надеюсь, что меня не будут в нем хоронить.

— Я не боюсь, — повторяюсь, ловя в этих словах спокойствие. — Мне интересно, зачем вы меня похитили? И где я?

Мужчины переглядываются. Дейдар пожимает плечами, уступая слово своему старшему товарищу.

— Ваше Высочество, вы находитесь в академии Драгрис. Вашей жизни ничего не угрожает. О цели я рассказать не уполномочен. Поэтому приглашаю пройти с нами.

Взгляд янтарных глаз прожигает меня насквозь. Мне чудится в них и холодное равнодушие и обжигающий интерес. Такое бывает? Как могут сочетаться настолько разные эмоции?

— Вы же понимаете, что за мной придут? — тихо уточняю я. — Отец не оставит без внимания похищение родной дочери.

На мгновение мне кажется, что в глазах мелькает сочувствие. Но с чего бы?

— Прошу, пройдемте с нами, — Итан игнорирует мой выпад.

— Куда?

— На ритуальное жертвоприношение! У-у-у, — завывая, гримасничает альва, но тут же осекается, стоит дракону бросить на него тяжелый взгляд. — Да, Неведомый, шучу я. Вы такие серьезные, что я скоро позеленею от скуки.

— Знаешь, сложно веселиться, когда тебя похищают со свадьбы лучшей подруги, — кривлю губы я.

— Самое интересное ты там уже увидела, — фыркает Дейдар, складывая руки на груди. — Драка лисы и мотылька была фееричной, согласись?

— Так это ты всё подстроил? — в шоке распахиваю глаза.

— Ну а кто же, — он переводит на меня ироничный взгляд. — В общем, принцесса, это все лирика и отступление от сути. Забудь о своей обычной жизни, забудь о друзьях. Они, кстати, все живы, можешь не переживать. Тебе путь домой закрыт.

— Почему?

Не плакать! Не плакать! Миррали, ты не плакала в самые тяжелые моменты. Позволяла себя слабость только в присутствии подруг. А эти двое мне совершенно точно не друзья. Держим лицо, Мирра!

— Потому что теперь вы дома, Ваше Высочество, — отвечает Итан.

В два шага оказывается рядом с кроватью, отчего я снова забиваюсь в угол.

— Не стоит меня бояться, звёздочка, — дракон чуть склоняется, протягивая ко мне открытую ладонь. 

В этом его «звездочка» столько пугающей нежности, что я невольно замираю, во все глаза глядя на странного дракона. Или демона. Я запуталась!

— Итан, — зовет Дейдар. — Осторожнее.

Не понимаю, от чего предостерегает его альва, но губы драконьего генерала на мгновенье недовольно кривятся. А уже в следующую секунду он снова смотрит на меня с вежливой доброжелательностью.

— Вам не причинят вреда, обещаю, — почему-то шепотом заверяет меня он.

И я странным образом верю ему. Как дурочка верю. Не иначе этот проклятый дракон использовал против меня знаменитое демоническое принуждение. Вкладываю руку в протянутую ладонь, а сама прислушиваюсь к себе.

И тут меня ждет новое открытие. Моя магия больше меня не жжет! Магические каналы, которые у альв открыты, и сила течет по ним свободно, в моем случае с детства заблокированы. Я всю жизнь мучилась от того, что моя магия не имела выхода, не сливалась с окружающим миром. Но сейчас… Но сейчас во мне блаженный покой.

— Что-то не так? — обеспокоенно интересуется Итан.

А я понимаю, что уже добрые полминуты сижу на кровати, держась за руку мужчины.

— Нет, — слишком резко отвечаю я и вскакиваю. — То есть не знаю. Давайте потом? Ведите меня куда вы там хотели? Я хочу поскорее разобраться с целью моего похищения.

Мужчины переглядываются, и Итан подставляет мне локоть. Дейдар выходит первым, громко распахивая дверь и напевая какую-то задорную мелодию.

За порогом оказывается обычный коридор со множеством дверей. Я пристально изучаю обстановку, пытаясь в голове составить карту. Возможно, у меня получится сбежать, и тогда только собственная память поможет ориентироваться в этих коридорах и поворотах. А их много!

За огромными окнами раннее утро, и свет восходящего солнца освещает наш путь, смешиваясь с огнями магических лампадок.

— Это женское крыло, — прерывает молчание Итан. — Здесь живут студентки всех курсов. В Драгрисе несколько иная форма обучения, нежели в родной для вас Пацифаль. Наши студенты выбирают интересующие их предметы и посещают соответствующие лекции и практики. В конце обучения их ждет диплом с рекомендованными специализациями.

— Зачем вы всё это мне рассказываете? — оторвавшись от изучения окружения, я в удивлении смотрю на моего провожатого.

— Вам предстоит здесь учиться, вы должны понимать, что вас ждет, — равнодушно пожимает плечами Райнхарт.

Застываю на месте, не в силах совладать с удивлением. Учиться?

— Это очень оригинальный способ приглашать на учебу по обмену, — скрываю изумление за сарказмом.

— На официальные запросы ваш отец не реагировал, — в тон мне отвечает Итан.

Наши взгляды встречаются, я ощущаю странное волнение, поднимающееся, кажется, из глубины магического резерва. Будто бы моя сила откликается на вызов, бросаемый этим странным драконом.

Вижу, как зрачок Итана сначала сужается в вертикальную полосу, а потом резким импульсом заполняет собой радужку. Кажется, даже сам воздух между нами начинает искрить от витающей в воздухе магии.

— А мы, может быть, мечтали о том, чтобы такая избранная студентка составила нам компанию! — Дейдар вклинивается между нами, разрывая этот пугающий контакт.

Моргнув, я отвожу взгляд и не замечаю, с каким раздражением дракон смотрит на альву. Но что-то в словах Дейдара царапает меня. Какая-то горькая усмешка.

Мы продолжаем движение в полной тишине. И пока сопровождающие меня мужчины обмениваются только им понятными взглядами, я пытаюсь понять – что же такого сказал альва?

Очередной поворот приводит нас к высоким дверям, распахнув которые мы оказываемся на широкой галерее, опоясывающей огромный зал.

— Дейдар, почему ты назвал меня избранной? — наконец-то задаю терзающий ум вопрос, пока меня подводят к высокой балюстраде.

Только вот если ответ и был, то я его не услышала. Все потому, что снова впадаю в шок от увиденного. Внизу, посреди зала обнаруживается огромный, постоянно меняющий цвет, кристалл. Его магия расходится физически ощутимыми импульсами. Она прокатывается по помещению, просачивается в тело и приносит чувство блаженства. Я никогда в жизни не чувствовала себя настолько отдохнувшей.

В шоке осматриваюсь и замечаю, что на галереях, расположенных ярусами ниже, собрались небольшие группки форменно одетых незнакомцев. Девушки, парни – альвы Крови, рогатые низшие и янтароглазые высшие демоны. Их около сотни и все они пристально следят за мной.

Моей руки, лежащей на периллах, касается ладонь Итана. Он взглядом просит меня спускаться ниже. Туда, где находится этот пугающий и в то же время приносящий умиротворение кристалл.

В полной тишине перебираем ступени, оставляя за собой площадку за площадкой. Когда достигаем подножия демонической реликвии, я почти беру себя в руки. В конце концов, у каждого народа Арсиса есть подобные святыни. Именно от них мы черпаем наши магические силы. Подумаешь, меня всего лишь привели в самое сердце демонической империи. Все же будет хорошо, да?

Самовнушение работает ровно до тех пор, пока с обратной стороны кристалла не появляется тот, кем пугают детей в нашем королевстве. Я видела его портрет в папином кабинете. Врага надо знать в лицо. Вот и сейчас сразу узнаю Аммиталя. Его называют демоническим императором, но никто не знает, кем он является на самом деле. Высокий мужчина, его голову венчают рога. Пепельные с серебром волосы обрамляют узкое лицо с острыми скулами и пухлыми губами. Янтарно-красные глаза сверкают легкой усмешкой, когда демонический император склоняет голову в учтивом приветствии.

— Добро пожаловать в Драгрис, Ваше Высочество, — произносит Аммиталь. — Надеюсь теперь ничто не помешает вам исполнить предначертанное богами.

— Предначертанное? — уточняю я, хоть и тихо, но твердо.

Даже успеваю порадоваться, что удается скрыть предательскую дрожь. Но следующие же слова императора рвут мою выдержку в клочья.

— Конечно, — с издевательской благосклонностью отвечает он. — Вы моя невеста и это был решено еще до вашего рождения.
Дорогие мои читатели! Рада приветствовать вас - как новеньких, так и "ветеранов" цикла "Истинные пары Арсиса". Нас ждет яркое и эмоциональное приключение принцессы Миррали в академии Драгрис. Вместе с героиней откроем все тайны проклятого народа и обязательно выучим теорему любви.
Не забывайте забирать книжечку в библиотеку и ставить ей лайк. Это невероятно воодушевляет меня! Благодарю за поддержку!

Долгие несколько минут ничего не происходит. Аммиталь, одетый в просторную одежду с широкими рукавами, с любопытством гипнотизирующей змеи разглядывает моё лицо. В ушах эхом звучит это его «решено до вашего рождения». Кем решено? Отцом?

Кровь отливает от лица, ноги слабеют. Неужели папа снова решил воспользоваться мной, как разменной монетой? Внезапно чувствую, как Итан сжимает мою ладонь.

— Не выказывайте страх. Слабость. Они только этого и ждут.

С трудом отрываю взгляд от лица императора и перевожу его на стоящего рядом ректора. Он еле заметно ведет головой, указывая на собравшуюся вокруг публику. И я только сейчас понимаю, какое напряжение витает в воздухе. Они все чего-то ждут!

— Хо…, — закашливаюсь и тут же мысленно ругаю себя за такой промах. Я должна быть сильной. Я в логове врага. И пока не подоспела помощь – мне надо держаться. — Хотелось бы знать условия договоренностей. Я так понимаю, отец совсем недавно заключил с вами союз? Просто я не в курсе новых реалий.

Конечно, не в курсе. Папа последний месяц успешно избегал общения со мной. Пока я училась в Илларии и вместе с друзьями раскрывала тайны прошлого двух народов, отец занимался делами на фронте и ими же прикрывался от многочисленных вопросов с моей стороны. А, оказывается, всё это время вел переговоры с демонами?

Но зачем тогда вероломно меня похищать?

— Как мне нравится эта мордашка, — с восхищением произносит Аммиталь, ловя эмоции на моем лице. — Такая живая мимика, столько искреннего негодования. Нет, моя милая невеста. Никаких договоренностей с Владыкой у нас нет. Последние попытки их достичь мы оставили около двадцати лет назад.

Он снова смотрит мне прямо в глаза и будто бы говорит – ну, догадайся.

— Война с демонами примерно столько же и идет, — произношу я одеревеневшими губами. Сглатываю и радуюсь, что получается сделать это незаметно. — Вы все это время пытались добраться до меня?

— Моя ж ты лапочка, — император чуть ли не в ладоши хлопает от радости. — Умненькая у меня невеста, верно, Итан?

Взгляд, которым Аммиталь награждает своего генерала, далек от довольного. Кажется, правителю не очень нравится внимание Райнхарта к моей персоне.

— Безусловно, — отвечает ему Итан и отступает в сторону.

А меня окутывает новой волной паники. Почему-то мне хочется, чтобы он был рядом. Удивительно, но его присутствие создает иллюзию безопасности. Я в логове врага, но рядом с этим странным драконом не всё так страшно.

Неосознанно обхватываю себя руками за плечи, но тут же одёргиваю саму себя. Не выказывать слабости, Мирра! Вспоминаю моих друзей. Вечно спорящая, но такая искренняя Кара. Саркастичная язва Лери. Они всегда приходили мне на помощь. И я сделаю все, чтобы вернуться к ним.

— Но зачем? — спрашиваю, чувствуя внутри необъяснимый подъем сил. Я справлюсь. Во что бы то ни стало. — Зачем я вам?

Аммиталь склоняет голову и прищуривает глаза. Он каким-то образом чувствует, что я больше не испытываю страха. И ему это не нравится.

— Чтобы ты наконец-то исполнила свое предназначение, милая, — император отходит в сторону и широким взмахом руки указывает на пульсирующий магией кристалл. — Подарила моему народу свободу. Ты что-нибудь слышала о происхождении проклятых драконов?

— Вы хотели сказать – демонов? — переняв манеру Аммиталя, я смотрит на него с легким прищуром.

— Мы предпочитаем изначальное название, — фыркает тот и протягивает ладонь, приглашая подняться на возвышение. — Демонами нас начали называть совершенно безосновательно.

Подобрав платье, я принимаю поданную руку. Встаю рядом с императором.

— Мы не чудовища, — продолжает он. — Разве можно называть монстрами тех, кто просто борется за свою жизнь? Неужели все эти юноши и девушки не заслуживают жить? — Аммиталь разводит руками, будто обхватывает всех собравшихся на галереях студентов. Отмечаю, что император обожает театральные жесты. И это еще один тревожный звоночек. Надо быть настороже.

— Любое существо заслуживает жизни, если при этом не отбирает чужую, — спокойно отвечаю я.

Мой взгляд вскользь касается Итана, но я успеваю заметить мимолетное одобрение в его глазах.

— Моя милая наивная невеста. А если выбора нет? — Аммиталь возвращает себе мое внимание.

Берет меня за ладони, разворачивая так, чтобы мы смотрели друг на друга.

— Значит нужно искать путь, который не принесет никому боли.

— Мы его нашли, — с легкой улыбкой произносит император. — Ты наш путь, Миррали. Та самая Искра, что обещана богами – вашими и нашими.

— Искра? — переспрашиваю, хотя интуитивно понимаю – ничего хорошего это звание мне не сулит.
Мои хорошие, сегодня я праздную день рождения, а потому устраиваю скидкопад на мои истории.

— Что ты знаешь о происхождении проклятых драконов? — вместо ответа спрашивает Аммиталь и бросает лукавый взгляд мне за спину.

Машинально оборачиваюсь и замечаю, что зрителей стало больше. Парни, девушки – они все прильнули к перилам, словно хотят оказаться рядом. Слышать все, о чем говорим мы с их правителем. Замечаю на руках студенток странных существ. Разные – пушистые и не очень, с милыми мордашками - их объединяет наличие небольших рожек и крылышек. У кого-то кожистые, у кого-то перистые. Не могу понять, что за животные, в Алерате таких не водится.

— Так что вы знаете о нашем происхождении? — напоминает о себе император.

— Вам все три версии рассказывать? — не удерживаюсь от легкой иронии.

Еще несколько месяцев назад я, как и другие студенты родной мне Пацифаль, была уверена в том, что демонов породили драконы. Их неуместная жажда власти и магии, которую чешуйчатым дарит мой народ, привела к появлению демонов. И каково же было мое удивление, когда в драконьей академии Илларии мы столкнулись с иной версией. Якобы это альвы свели с ума драконов, заставив их превратиться в демонов.

Но правда оказалась опустошающей. Оба наших народа оказались виновны в ужасном ритуале, породившем новый народ. И не демоны они вовсе, а проклятые драконы.

— А какая версия болезненней? — ухмыляется Аммиталь. — Почему-то мне кажется, что в нашем случае самая неприятная история и будет верной.

Император замолкает и выжидающе смотрит на меня. А я понимаю, что легко не будет. Все ждут моего ответа. И, возможно, от него зависит, как меня примут местные. Учитывая мое положение, нужно набрать очки в свою пользу. Расположить студентов к себе. Вдруг мне кто-нибудь поможет?

— Согласно версии Мартина Брюгвера…

— Какая прелесть, Итан! — перебивает меня Аммиталь, его алые глаза вспыхивают янтарными искрами. — Они докопались до сути.

— Это делает честь Её Высочеству, — холодно отмечает Райнхарт, при этом даже не шелохнувшись.

А взгляд, которым он меня удостаивает, говорит совершенно обратное его словам. Будто он сомневается в моих умственных способностях. И это неожиданно цепляет. Непонятная обида грызет душу, я старательно отбрасываю ее куда подальше. В конце концов, с чего я решила, что Итан будет на моей стороне? Проявил человечность и учтивость и все, поплыла, Мирра? Как там сказал Дейдар? Шестой генерал и ректор Драгриса? Этот дракон совершенно точно мне не союзник.

Но почему же так обидно-то?

Скольжу взглядом, возвращаясь к императору и успеваю заметить, как братец Лери очень быстро прикладывает палец к губам. Словно призывает меня молчать.

Не поняла. Меня же просят рассказать происхождение демонов. Как сделать это молча?

— Раз ты знакома с теорией магистра Брюгвера, то знаешь и о том, что наш далекий предок, аметистовый дракон Аштар, — Аммиталь делает шаг назад, встает вплотную к кристаллу. И я понимаю, что от меня ничего и не ждут. Император не даст мне рассказать что-то, что может пойти вразрез с принятой в Демастате историей. — И его прекрасная жена Камалисс из альв Жизни проводили объединяющий ритуал. Император желал соединить в себе силы всех драконов – от алмазных до адуляровых. Долгожданное единение всех магических стихий, чтобы достичь так нужного нашим народам мира.

Голос Аммиталя возвышается, кажется, он звучит отовсюду, отдается будоражащей вибрацией в теле. Словно под гипнозом, я слушаю его речь с восторгом и с каждым словом будто влюбляюсь в мужчину передо мной. Он великолепен. И пускай что-то в его словах неприятно царапает, разве может столь прекрасный дракон врать?

— Но Камалисс предала мужа. Спуталась с алмазным драконом, нарушила печать ритуала и унесла вместе с собой Искру, — с горечью произносит Аммиталь. — Искру, которая должна была закрепить объединенную силу в магическом резерве Аштара. Камалисс обрекла своего истинного на ужасную участь – погибать без магической подпитки извне. Выбрав между властью и любовью, альва Жизни своими руками создала нас, проклятых драконов. 

С галерей доносится осуждающий ропот. И вот тут меня что-то встряхивает. Не предавала Камалисс. Изначально благой ритуал пошел не по плану, свел с ума Аштара. Когда это поняла альва Жизни, она решила пойти против мужа. Обратилась за помощью к одному из алмазных драконов, потомок которого теперь правит империей Валестия.

Все эти размышления помогают мне прийти к еще одному выводу. Аммиталь использует демоническое влияние. Тот самый флёр, которые заставит любого поверить в слова проклятого дракона. Стать его марионеткой. Так вот как он действует!

Резко оборачиваюсь к Итану и вместо ожидаемого холодного пренебрежения встречаю в его глазах тревогу. Всего несколько секунд он смотрит на меня так, будто просит не дергаться. Не возмущаться, быть кроткой. Эти мысли вспышками проносятся в голове. И я не понимаю – мои ли они, или это Райнхарт непостижимым образом так со мной общается?

—  Но ведь всё было не совсем так, — я повышаю голос так, чтобы слышали все.

Встречаю удивление в глазах Аммиталя, который очевидно не ожидал моей непокорности. Да я сама, если говорить начистоту, в шоке. Меня всю жизнь учили проявлять такт и уважение, говорить тихо и не проявлять бурных эмоций. А сейчас… Здесь будто сама атмосфера подталкивает меня к бунту. Требует, чтобы я перестала душить собственное «я».

— А как было? — справившись с изумлением, уточняет император.

Говорит спокойно, но я четко слышу угрозу. Будь на моем месте Кара – взорвалась бы и высказала все, что думаю. Но я не она. И даже с учетом непонятного раздрая в душе я должна думать наперед.

— Знаете, бабушка моей подруги частенько говорила одну интересную фразу, — подобрав подол платья, я поднимаюсь выше, встаю рядом с Аммиталем. — Мудрое сердце правду не скроет.

Отдаю инициативу в руки императора. Если я влезу со своим видением истории – меня здесь не примут. Поднимут на смех. Это очевидно. Но я достаточно хорошо демонстрирую Аммиталю, что лучше бы ему сказать правду. Раз им нужна эта пресловутая Искра, и она зависит от меня – пускай идет навстречу. Пускай сам рассказывает подданым о некоторых нюансах в истории Камалисс и Аштара.

— Вы знаете, а ведь наша драгоценная гостья права, — прекрасно поняв мой посыл, Аммиталь ухмыляется, но в его глазах я вижу проблеск уважения. — Во всей этой истории есть некая недосказанность. — Император разворачивается к своей пастве, по-другому назвать присутствующих я не могу. — И раз мы делаем шаг к новой жизни, раз строим иное будущее для вас, наши дети, я хочу раскрыть для вас главную тайну древней легенды. Камалисс была беременна от Аштара. Той самой Искрой был их долгожданный ребенок.

Словно в ответ на его слова, кристалл за нашими спинами выпускает особенно сильный импульс магии. Он наполняет магический резерв так, что кажется еще чуть-чуть – и я начну светиться, как гирлянда.

— Счастье было близко, — продолжает Аммиталь, снова играя голосом. Снова распространяя вокруг свой флер. Только в этот раз я не поддаюсь этому воздействию. — Но наш предок совершил ошибку. Доверился не тому дракону. Рауфор Маврилик, алмазный дракон, обманул как Аштара, так и драгоценную Камалисс. Стравил их, заставив альву поверить в то, что ее возлюбленный превратился в чудовище. Битва была долгой, но в итоге Аштар пал, попав в искусно расставленную ловушку.

Я ушам своим не верю. Конечно, часть правды в словах Аммиталя есть. Но он все равно вывернул всё так, что проклятые драконы в этой истории выглядят жертвами.

Делаю шаг, чтобы спуститься с пьедестала, как в этот момент что-то внутри кристалла с оглушительным грохотом шевелится. А в следующее мгновение в глянцевую грань врезается черная драконья лапа. У меня волосы дыбом встают от этой картины. Я всматриваюсь вглубь кристалла, но не вижу обладателя конечности.

По галереям проходится гомон, в котором я слышу крики восхищения. Студенты в восторге от явления, которое напугало меня до икоты.

— Как видите, наш предок подтверждает мои слова, — возвышенным голосом произносит Аммиталь.

Слышу шорох одежды, а затем ощущаю присутствие императора за спиной. Он стоит так близко, что его дыхание касается моей шеи.

— Что вы хотите от меня? — не удается скрыть дрожь. Она пробивается в голосе, выказывая мою уязвимость.

Но у меня просто не остается моральных сил. Я слишком оглушена как похищением, так и увиденным. В кристалле демонов скрыт целый дракон?!

— Ты дитя Аштара, Миррали. Ты несешь Искру, которой так не хватает нашему народу, — тихо произносит Аммиталь, но я уверена – все в этом зале слышат его слова. — Рауфор заключил нашего правителя в кристалл, оставил на вечные муки. И только ты можешь разрушить эту клетку. Завершить ритуал и снять с моего народа проклятье. Верни Искру Аштару и сделай нас совершенными, излечи от необходимости забирать чужие жизни.

С каждым словом, произнесенным императором, мое сердце стучит всё чаще. Под конец его речи оно и вовсе стучит где-то в горле. Значит этого они хотят? Просто освободить своего древнего правителя и жить со всеми в мире? Он меня за дурочку держит?

— Звучит сомнительно, но ладно, — отвечаю я. 

Разворачиваюсь к Аммиталю и в первую секунду теряюсь. Он стоит так близко, что наши дыхания смешиваются. Только если в присутствии Итана я ощущала какое-то странное томление, то сейчас мне хочется сбежать. Лишь усилием воли удерживаю себя на месте.

— Что нужно сделать? — храбро спрашиваю я. — Коснуться кристалла?

Протягиваю руку назад и по расширившимся от испуга глазам императора понимаю, что действую вразрез с его планом.

— Погодите! — это уже возглас Итана.

Но уже поздно. Я не рассчитала расстояние до реликвии. И мои пальцы касаются ее гладкой грани.

Все тело пронзает тысячи молний. Они разбегаются по телу ошеломляющим разрядом, прожигают магические каналы. Я дергаюсь от боли, хочу убрать руку, но у меня ничего не получается. Пальцы, как приклеенные, зафиксированы на кристальной грани. Вокруг поднимается шум, кто-то отталкивает Аммиталя, но в следующий момент меня будто вытесняет из тела. Сознание застывает, а перед глазами пролетает странное видение. Темноволосая девушка, молодая и прекрасная, зависает передо мной. Ее невесомые одежды развеваются под действием неосязаемого ветра. Бирюзовые глаза, в которых танцует золотистая пыльца, смотрят на меня с горькой надеждой.

— Сердце, — шепчет она. Касается моей груди и поднимает на меня уставший взгляд. — Впусти в сердце.

Видение меркнет так же быстро, как и пришло. А я обнаруживаю себя сидящей на коленях Итана. Устроившись на ступенях к постаменту, он с тревогой осматривает меня. Ощупывает запястья, касается висков и, кажется, совсем не замечает, что я изучаю его самого. Хмурая морщинка пересекает его лоб и мне хочется поднять руку, чтобы разгладить её. Звуки прорываются ровно в тот момент, когда янтарные глаза Итана впиваются в мои. Вокруг гомон, крики страха и, как ни странно, предвкушения. А я вижу и слышу только ректора. Его расширившиеся зрачки, его учащенное дыхание.

— Видите! Она жива! — с трудом различаю голос императора.

Настолько поглощена нашим с ректором безмолвным общением. Дурацкое сердце совсем не хочет слушаться – прыгает, замирает в сладком томлении и снова отправляется исполнять странный танец. Нечто похожее, я чувствовала, когда еще в академии мне понравился сокурсник. Но не могу же я влюбиться в похитителя?!

Дурацкой сердце! И дурацкая сердечная ритмика!

— Отпустите меня, — тихо прошу, прежде чем встать с колен Итана.

В последнее мгновение замечаю в его глазах сожаление. Будто он и не против наших посиделок. Но не успеваю переварить это наблюдение, меня за плечи обхватывает Аммиталь.

— Она истинная Искра! — объявляет император. — Никого ранее кристалл не оставлял в живых! Кому еще нужны доказательства?

В зале повисает молчание – единодушное, ожидающее. Среди студентов я замечаю новые действующие лица. Богато одетые мужчины и женщины, судя по глазам – все из высшей касты.

— Дабы ритуал состоялся, нам остался еще один шаг! Далила! — Аммиталь зовет кого-то, всё это время скрывающегося за кристаллом. — Внеси дар.

В установившей тишине шорох одежды кажется громогласным. К нам выходит ошеломляюще красивая девушка. Черноволосая, с пухлыми губами и пугающими, но одновременно притягивающими взгляд, глазами. Они желтые, с вертикальным, как у змеи, зрачком. И это просто не оставляет выбора. На нее хочется смотреть.

Под сотнями взглядов девушка плывет к нам с вызывающей зависть грацией. Я не лишена изящества, но эта незнакомка заставляет меня чувствовать себя неуклюжей и угловатой. Это чувство усиливается, когда она, ни на кого не глядя, присаживается перед Аммиталем и подает ему свою ношу – стеклянный ларец с черным яйцом внутри. Все движения девушки настолько плавные, что кажется она плывет в пространстве.

— Традиционный дар любого проклятого дракона для своей нареченной – яйцо фракиса, — тем временем произносит император.

Он открывает крышку сундучка и достает подарок. Далила плавно выпрямляется и бросает на меня косой взгляд. В котором, я клянусь, сквозит не то злоба, не то пренебрежение. Что ж, спасибо, буду знать – в этой стороне мне помощников не сыскать.

— Фракисы несут в себе силу рода, — произносит Аммиталь, вроде как для меня, но говорит громко, чтобы слышали все присутствующие. Очевидно, это тоже часть представления. — Когда Аштар создал первых высших, каждому из своих последователей он даровал фракс, частицу магического кристалла.

Держа на руках яйцо, император направляется ко мне. Я в панике оглядываюсь на Итана, который с невозмутимым видом смотрит куда-то в сторону. Ищу поддержки у Дейдара, но тот и вовсе пропал из виду, смешавшись с подступившей толпой.

— Как только в роде высшего дракона появляется наследник, фракс создает вот такое яйцо, — Аммиталь протягивает ко мне дар. — Через них мы находим своих истинных, тех, чья магия созвучна нашей. Тех, кто будет всю жизнь рядом, подарит нам сильных наследников. Прими же мой фракис, Миррали Ди-Амориас, наследная принцесса Алерата и Истинная Искра империи Демастат.

Я в шоке смотрю на императора и не смею шелохнуться. Я его истинная?! Да не может быть! Сердце в присутствии Аммиталя, конечно, ёкает, но скорее истерично, чем влюбленно.

— Бери яйцо, — шипит император.

Скорее машинально, чем искренне того желая, я тяну руку. Но останавливаюсь на полпути.

— Иначе королевству не жить, — обещает Аммиталь.

И я по глазам его вижу, что это не пустая угроза. В янтарно-красных глазах столько злости, что я хватаю яйцо и прижимаю к себе. Твердые, угольно черные чешуйки на его поверхности врезаются в кожу рук, заставляя поморщиться. Но в следующее мгновение я понимаю, что все снова смотрят на меня. И взгляды эти полны недоумения.

— Итан, что происходит? — тихо интересуется Аммиталь, наконец-то переключая внимания с меня на своего генерала. — Почему фракис не отозвался?

Итан молниеносно оказывается возле меня. Осторожно, я бы даже сказала, нежно перехватывает у меня яйцо. Рассматривает его, потом мои ладони. Я ощущаю невесомое касание магии. Не лечебной. Не могу понять какой. Словно что-то впилось в мои магические каналы. Это не неприятно, просто странно.

— Возможно принцесса еще недостаточно впитала энергии Аштара, — делает предположение Итан, возвращая мне яйцо. — Ее каналы недостаточно перестроились. Сами понимаете, провести двадцать два года вдали от родного источника – чудо, что Миррали вовсе выжила без подпитки от Аштара.

Я не совсем понимаю, о чем говорит ректор. Но отчетливо осознаю, что представление Аммиталя пошло не по плану. Вокруг снова поднимается гомон. Взбудораженный, все обсуждают произошедшее. Урывками слышу слова о каком-то шансе. А еще замечаю, что Далила, отошедшая к кристаллу, смотрит на меня с триумфом. Она-то как раз очень довольна, что это странное яйцо не отреагировало на меня.

— Тишина!

По залу проходит волна давящей магии. Она отзывается болью в груди, но в отличии от остальных присутствующих, тут же припавших на колено, я остаюсь стоять ровно. Как, впрочем, и Итан. Но и ректор вскоре следует примеру императорских подданых. Только почему-то мне кажется, что его послушание притворное.

— Как подсказал мой дорогой лорд Райнхарт, инициация откладывается, — возвещает Аммиталь. В его голосе умиротворение, звучащая вразрез с тем давлением, которое он оказывает на присутствующих. — Моей драгоценной Миррали требуется адаптация. Дадим нашей Искре немного времени и окажем ей достойный прием, — почему-то на этих словах я вздрагиваю. Но Аммиталь на меня не смотрит. Он выходит вперед, воздевает руки и торжественно произносит: — Возлюбленные мои подданные, осталось совсем немного и скоро мы будем свободны.

Ему отвечает одобрительный гул. Магия императора стихает, драконы поднимаются с колен и начинают расходиться. Аммиталь как-то резко оказывается рядом и, схватив за подбородок, заставляет заглянуть ему в глаза.

— Постарайся адаптироваться, моя дорогая принцесса, — шипит император. — Через неделю мы попробуем снова. И лучше бы тебе открыться мне.

— Недели может быть мало, — вставляет подошедший Итан. — Ваше Величество, вы сами понимаете, что ее каналы слишком долго были заблокированы. По-другому она бы не выжила в Алерате. Эти блоки за неделю не спадут.

Аммиталь в раздражении сжимает губы, смотрит то на меня, то на ректора и наконец-то цедит:

— Отведи ее в спальню. Потом поднимись ко мне.

Больше не говоря ни слова, он разворачивается. Кивает Далиле и уходит к лестнице, которая располагается с обратной стороны кристалла.

— Пойдёмте, Ваше Высочество, — Итан трогает меня за локоть. — Вам нужно отдохнуть.

Я киваю и только сейчас, спохватившись, приподнимаю яйцо. Кажется, за время нашего контакта оно нагрелось.

— А с этим что делать?

— Оставить его себе. Оно теперь ваше и только в ваших силах заставить его проклюнуться. — Итан тянет меня обратно, в сторону женского крыла. — Миррали, я обязан вас предупредить.

— О чем?

Ректор не отвечает. Всю дорогу до комнаты, теперь официально ставшей моей, мы идем молча. Чувствую себя потерянной и опустошенной. Да еще и магические резерв беснуется, принося в душу еще больше раздрая. Сила во мне будто сходит с ума, пытаясь вырваться наружу и в то же время остаться внутри.

— То, что фракис Аммиталя не откликнулся - плохой знак для императора, — шепотом произносит Итан, когда мы наконец-то доходим до спальни. — Сейчас каждый высший дракон будет хотеть тебя себе.

Он открывает дверь, и заставляет переступить порог. Пребывая в растерянности от его слов, я не сразу разворачиваюсь к нему.

— Даже вы? — спрашиваю и тут же прикусываю язык.

Это должно было остаться только моими мыслями!

Итан не отвечает. Просто закрывает за собой дверь, лишь в последнюю секунду награждая меня весьма говорящим взглядом.

Взглядом, от которого волоски на загривке встают дыбом, а по телу бежит неконтролируемая дрожь. И нет, это не испуг. Это возбуждение!

— Мамочка! — выдыхаю я, прижав к себе яйцо и сползая спиной по двери.

Это же надо так похититься!
Принесла вам визуал Далилы;)

Итан Райнхарт

Вдох. Длинный выдох. И снова вдох. Благословенная Камалисс, как вернуть разум в равновесие? Как не думать об этой маленькой звездочке?

Отмеряю шагами ступени, направляясь в покои императора. А в голове вспышками проносятся воспоминания. Первый взгляд на Миррали и словно удар под дых. Она настолько невероятна в своей беззащитности. Маленькая, хрупкая и такая потерянная. Стояла там, глядя на наш отвлекающий маневр в виде драки княжны и какой-то живности. И совсем не понимала, что сейчас ее жизнь развернется на сто восемьдесят градусов.

Станет совсем иной.

Предполагал ли я, что и моя жизнь тоже разделится на «до» и «после»? Конечно. Но совершенно точно не ожидал, что это будет настолько непредсказуемо. Изначально весь план разрабатывался с целью возврата Искры в империю, проведения ритуала и освобождения нашего народа от энергетической зависимости. Никто не знает, что проклятые драконы на грани вымирания. Никто не знает, что девушек, способных родить здоровое потомство, с каждым годом становится все меньше.

У нас просто нет выбора, нам приходится бороться за собственное существование. Потому я и поддержал решение Аммиталя напасть на Алерат, свершить пророчество. Я даже выторговал у собственной совести индульгенцию, закрыв глаза на потери среди альв и драконов.

Но когда увидел янтарные глаза Миррали, ощутил ее магию – понял, что всё бесповоротно изменилось. Никто в империи не ощущается так сладко, так желанно. Ни одна драконица – высшая или низшая – не приковывает к себе взгляд. Не заставляет ежесекундно одергивать себя, чтобы не прикоснуться к ней.

Миррали и впрямь особенная. Наша Искра.

Как устоять и отдать принцессу в лапы императора, когда давно усмиренный зверь поднимает голову, грозя сорвать все оковы разума? Мы не простые драконы, живущие со своим зверем в гармонии. Нет. Наше проклятие в том и заключается, что единожды обернувшись не каждый способен вернуть человеческий облик. А кому это удается, навсегда остается в полутрансформе – с рогами и крыльями. Кто-то и вовсе рождается уже таким. Низшим.

В раздумьях я прохожу площадку, ведущую к Детинцу. Здесь живет наше будущее – дочери высших драконов. Аммиталь под предлогом безопасности собирает их под своим крылом. С тем же умыслом императорский дворец был превращен в академию Драгрис. Мало того, что молодняк находится в постоянном контакте со Светочем и не нуждается в подпитке, так еще и Аммиталь следит за перспективными кадрами.

Неясная тень заставляет меня остановиться. Кто-то из обитателей Детинца собрался на прогулку. А насколько я помню, сейчас у девочек по расписанию медитации.

Делаю шаг вверх по лестнице и замираю в ожидании нарушителя. И оказываюсь прав, когда мимо меня шмыгает неясная тень в красном с золотом платье. Хватаю крошку за капюшон и приподнимаю.

— Ай! Дядя! — брыкается Лейла. — Отпусти!

Мелкая плутовка умудряется меня лягнуть, но я даже вида не показываю. Много чести.

— И не подумаю, юная леди, — строго выговариваю малышке, которой на днях исполнилось десять лет. Ставлю ее на ступени и строго гляжу в янтарные с золотом глаза. — Куда собралась?

Лейла складывает руки на груди, сдувает со лба упрямый локон черных волос, выбившийся из форменного пучка. И, выпятив нижнюю губу, обиженно смотрит на меня. А я в который раз убеждаюсь, как она похожа на мою сестру. Юника погибла вместе с мужем и моими родителями, когда альвы напали на приграничный город. Уничтожили распределяющую магию вышку и тем самым обрекли весь город на смерть. Таким образом мы с Лейлой остались друг у друга одни. И теперь ближе этой егозы у меня никого нет.

— Дядя, — с важным видом начинает малышка. — Мне срочно нужно в библиотеку. Тётка Агация требует доклад по фракисам.

— В библиотеке Детинца есть нужные тебе книги, — прищуриваюсь, давая Лейле понять, что уловка не сработала.

— Ну дя-я-я-дя-я-я, — начинает канючить она. — Ну-у-у, я же должна посмотреть эту вашу Искру! Представляешь, какой я буду крутой?! Никто из девчонок ее еще не видел, а я – да! Правда, что фракис императора на нее не откликнулся?

Закатываю глаза, понимая, что слухи ползут со скоростью взмаха драконьего крыла. Если весть об инциденте доползла уже даже до Детинца, то к вечеру все высшие рода будут в курсе. Не скажу, что сильно переживаю за Аммиталя и его репутацию. Напротив, мне хочется, чтобы император провалился в своей затее.

Нет, в данном случае я переживаю за Миррали. Связь с Аммиталем худо-бедно ее бы обезопасила. А сейчас… Бедняжке нужно усилить охрану.

— Откуда сведения? — заговорщицки подмигиваю Лейле, зная, как ей нравится чувствовать собственную важность.

— Тётка Агация трепалась с кем-то из служанок Цветника, и та сказала, что Далила сказала…

— Так, стоп, понял, — в раздражении тру переносицу и взмахиваю ладонью, останавливая поток слов. — Мог бы и сам догадаться, кто разносит слухи.

— А это слухи? Или правда? — хитро прищуривается Лейла, копируя меня.

— Скажем так, официальная информация поступит позже, — с улыбкой отвечаю я.

Подталкиваю племянницу обратно, к дверям Детинца. Надо будет проверить запирающие чары, уж больно легко Лейла их прошла.

— Ну вот так всегда! — дуется мелочь, упирается ногами в пол, но на самом пороге резко оборачивается и спрашивает с максимальной серьезностью во взгляде: — А эта Искра… Она красивая?
Малышка Лейла для вас;)

Зависаю, не зная, как ответить Лейле.

— Очень, — решаю быть искренним. С племянницей я могу позволить себе подобную роскошь. — Миррали необыкновенная.

Сам не замечаю, как чувственно выходит это признание.

— Хана Далиле, — с каким-то мстительным удовлетворением произносит Лейла.

Стремительно целует меня в щеку и через секунду уже летит по главному коридору Детинца. Тру место поцелуя и в задумчивости смотрю вслед малышке. Далиле, как правильно выразилась Лейла, действительно хана. Аммиталь не отпустит Миррали и время власти любимой фаворитки неуклонно близится к концу. Выдержит ли принцесса козни, которые, несомненно, уже строит главная Змея двора?

Вот где интрига.

Поднимаюсь выше. Мимо шмыгают работники из числа простых людей. От подпитки они защищены специальными артефактами, но я все равно каждый раз удивляюсь – как люди не боятся работать у нас?

Хотя, о чем это я? Деньги лечат любые страхи.

Минуя ярус Цветника, направляюсь выше. По пути достаю плоскую коробочку почтовика, чтобы отправить сообщение Дейдару.

«Пригляди за Миррали».

«Уже на месте», — прилетает лаконичное.

С удивлением ощущаю вспышку ревности. Я не давал указания следить за принцессой. Порой инициативность Дейдара злит, но сейчас мое раздражение имеет совсем другое основание. Я не хочу, чтобы эти двое проводили время наедине.

«Я надеюсь ты позвал с собой Айрис? Миррали понадобится форма и экскурсия по академии», — пишу, старательно игнорируя приступ ревности.

На самом деле я сам хотел показать Драгрис принцессе. Но уступлю это задание Дейдару, лишь бы они не сидели вдвоем в одной комнате. Моё доверие к альве Крови безгранично, но…

Но не в случае с Миррали.

«Айрис занята. И я тоже», — прилетает в ответ.

И вот тут я уже не могу себя сдержать. Почтовик с жалобным хрустом разваливается в моих руках.

— Кто же так вывел из себя моего наиболее уравновешенного генерала? — ехидный голос Аммиталя заставляет меня вздрогнуть.

Поднимаю взгляд и только сейчас соображаю, что стою в круглом зале совещаний. Пока переписывался с Дейдаром не заметил, как дошел до цели.

И сейчас меня сверлят сразу семь пар глаз. Император собрал всех приближенных. И не все из присутствующих мои друзья. Особенно Далила, чье любопытствующее лицо выглядывает из-за спинки кресла Аммиталя.

— Ничего особенного. Небольшая путаница в расписании уроков Детинца и первого курса.

Быстро беру себя в руки и с невозмутимым видом сажусь на отведенное для меня место. Прямо напротив Аммиталя. Кивком здороваюсь с остальными генералами. Нас шестеро и каждый заведует определенным направлением в жизни империи. И я рад, что в дела академии мало кто из них вмешивается. Чего не скажешь про казначейство и армию. Лорд Ферг и лорд Расмус вечно устраивают склоки между собой. Надеюсь, совещание и в этот раз будет посвящено этим двоим. А не маленькой звездочке, которая сейчас находится в лапах моего заместителя. С трудом сдерживаюсь, чтобы не переломить ещё и пишущее стило, любезно поданное мне секретарем императора. Я не должен ее ревновать, я вообще не должен думать в ее сторону!

— Что ж, раз все собрались, попрошу начать доклады.

Аммиталь, удобно устроившись в кресле, больше напоминающем трон, ведет взглядом по комнате. Выбирает первого, на ком захочет спустить гнев. То, что император зол понятно каждому присутствующему. Иначе мы бы не получили столько высокие посты.

— Лорд Расмус, как дела на границах? Как поживают наши драгоценные соседи?

Хоть император и спрашивает моего соседа, взгляд его замирает на мне. И понятно почему. Похищая Миррали, мы оставили противникам предупреждение: война окончена, но, если полезут на нашу территорию, получат соответствующий ответ. Это не было согласовано с Аммиталем, он недоволен. И мне остается только уповать на сообразительность наших врагов. Лучше бы им послушаться.

— Боевые столкновения окончены, — поднявшись, докладывает лорд Расмус. Берет бумаги со стола и принимается зачитывать: — По донесениям с линии фронта известно, что войска союзников отведены. Полагаю, Владыка Алерата и император Валестии приняли наши условия…

— Но не принц Армониан, — перебивает его лорд Грайдер.

Я вижу, как краснеет Расмус и испытываю сожаление. Хочется поддержать товарища, но против ближника императора мне нечего сказать. Грайдер единственный альва Крови, добившийся поста генерала. Его предки стали первыми альвами, которые прошли обращение и встали на нашу сторону. Первые альвы Крови. И лучшие наши шпионы.

— Что с Армонианом? — вздыхаю я, перетягивая внимания со старика Расмуса. — Мальчишка не смирился?

— Его сложно в этом винить, — чуть ли не нараспев произносит Аммиталь. — На его бы месте я и сам сделал бы все возможное, чтобы принцесса стала моей. Как и все присутствующие, верно? Мне уже стоит волноваться?

В голосе императора сквозит ирония, но никто из нас не обманывается. Аммиталь угрожает. И совещание это скорее всего собрано именно для предупреждения.

— Я говорил вам, что не стоит проводить церемонию инициации прилюдно, — произношу я. Да, мои слова совсем не гладят императора по чешуйкам, но свое место я получил не за умение подлизываться. И император это знает. — Не было стопроцентной гарантии, что магия Миррали сразу откликнется на призыв фракиса. Или, наоборот. То, что сейчас происходит – это следствие вашего поступка.

Хочется сказать – самонадеянности, но у меня всего одна жизнь. И в мои планы не входит ее немедленное завершение.

— А что конкретно сейчас происходит? — склонив голову набок и впившись в меня взглядом, спрашивает Аммиталь.

Атмосфера в зале сгущается. Остальные генералы даже от стола отодвигаются. Замечаю, как по рукам Далилы скользят золотистые искры. Аммиталь осознанно или нет, но тянет из фаворитки магию. А значит готовится к удару.

Похоже я всё-таки переусердствовал с честностью. Кошусь на моих коллег. Мне надо знать, когда Аммиталь пустит силу в ход. Потому что сам я не знаю, когда и как должен среагировать. С десяти лет у меня пропала чувствительность к воздействию императора. Я просто перестал ему подчиняться. И, слава Камалисс, первыми эту особенность отметили мои родители. Они-то и научили меня подыгрывать остальным, не выдавая своей особенности.

Аммиталь, явно недовольный моей заминкой, всё-таки пользуется магией. Я ощущаю ее как повышение давления. Голова начинает слегка побаливать, но судя по побледневшим лицам остальных – император не мелочится. А значит пора отвечать.

— Сейчас на Миррали будет охотится каждый высший, — произношу я.

Стараюсь звучать подавленно, облизываю пересохшие губы. Далила, как взявшая след ищейка, впивается в меня взглядом. Неудивительно, что Аммиталь держит ее подле себя. Помимо подпитки, она еще и отлично читает окружающих. Сколько людей уже расстались с головой по её наводке -не счесть.

— Однако вряд ли кто-то из глав родов рискнет предложить Миррали свой фракис, — продолжаю я, для вида морщась, будто бы борюсь с оказываемым влиянием.

— Но? — прищуривается Аммиталь.

— Я не могу сказать того же о молодняке, — выдыхаю я.

— Пф-ф-ф, — фыркает император и по залу проходит волна облегченных вздохов. — Нашел из-за чего переживать.

Генералы расслабляются, Расмус лезет за платком, чтобы вытереть выступившую испарину.

— Никто в здравом уме не пойдет против императора, — явно пытаясь потешить самолюбие Аммиталя, гнусавит лорд Ферг.

— Это точно, — вторит ему генерал Тролл, глава министерства справедливости.

В ответ я лишь криво улыбаюсь. Вроде как и поддерживаю, но остаюсь при своем мнении. На самом деле все вокруг прекрасно понимают, что впервые за несколько сотен лет авторитет Аммиталя пошатнулся. Его власть всегда считалась непререкаемой. Он единственный кто вернул после обращения в зверя человеческую форму и сохранил при этом дар высшего дракона. Не зря же императора считают потомком Аштара.

Но именно сегодня, когда Искра не заставила фракис проклюнуться, слухи о том, что Аммиталь незаконный ставленник Аштара зазвучали с новой силой. И император это прекрасно понимает.

— Продолжим совещание, — благодушно хлопает в ладони Аммиталь. — Лорд Тролл, что у нас с законом о легализации браков с людьми?

Беседа перетекает во вполне мирное русло. Меня доклады не касаются, слушаю вполуха. Мысли мои тут же улетают на несколько этажей вниз. В женское крыло. Почему Дейдар написал, что он занят? Чем он там так занят?! Чем больше думаю, тем больше начинаю злиться. Понимаю, что ситуация выходит из-под контроля, когда возле моей ладони, лежащей на столе, в воздух приподнимается стило.

Замечаю это не только я. Далила касается запястья Аммиталя и тот тут же переводит взгляд на меня. Как, впрочем, и его ближник, лорд Грейдар.

— Так, на сегодня закончим, — император встает так резко, что не закончивший доклад лорд Ферг закашливается. — Отчеты подайте секретарю. Лорд Райнхарт, вы останьтесь. Есть вопросы по обучению Миррали.

Пока остальные поднимаются с явным облегчением на лицах, я послушно сижу на своем месте. Последним зал совета покидает лорд Расмус. Старик с сочувствием пожимает мое плечо и через несколько секунд захлопывает за собой дверь.

— Ну а теперь рассказывай, кого мне стоит рассматривать в качестве соперников?

Аммиталь не ходит вокруг да около и сразу же бьет в цель. Медлю с ответом, оценивая и навострившую уши Далилу и Грайдера, держащего в руках стило.

— Весь старший курс, — пожимаю плечами. — Но не думаю, что хоть у кого-то из них есть шансы. Согласно пророчеству, Искра пробудит фракис только истинного наследника Аштара. А такой в империи один. Вы.

Аммиталь в ответ молчит. Его задумчивый взгляд скользит по кристальным колоннам, поддерживающим свод зала. И чудится мне в этом молчании неуверенность. Неужели все домыслы верны и не зря Аммиталя за глаза называют регентом? Что если истинный наследник давно погиб?

— Ладно, — взмахивает руками император. Кивает ближнику, который тут же принимается складывать разложенные бумаги по папкам. — Раз кандидатур нет, будем присматривать за всеми разом. Вечером я отбываю на северную границу, нужно усилить завесу. Хоть алератцы и валейстийцы и отвели войска, но защиту снимать рано.

— Как долго вас не будет? — учтиво интересуюсь я.

— Уже планируешь, как будешь плясать вокруг Миррали? — с иронией произносит Аммиталь.

Он поднимается с места и поворачивается спиной к Далиле, которая принимается развязывать пояс на его парадной мантии. Ловлю на себе изучающий взгляд Грайдера. Как и всегда при общении с императором, мне приходится тщательно подбирать слова. Сейчас же это приходится делать особенно аккуратно, потому что и ближник, и Далила явно ждут моих промашек.

— Скорее составляю план ее теоретических и практических занятий, — обтекаемо отвечаю я.

— Минимум, — тут же приказывает Аммиталь. — Историю Демастата, религию и домашний уклад. Большего моей жене знать не нужно. Осторожнее!

Последнее предназначается Далиле. Фаворитка, уязвленная словами императора, слишком сильно дергает завязку мантии, отчего та отлетает с «мясом».

— Далила, свет души моей, тебе нужно отдохнуть, — вроде ласково, но с угрозой произносит Аммиталь. — Грайдер, проводите ее до Цветника.

— Но…, — пытается возразить Далила и тут же осекается, стоит императору на нее взглянуть.

В молчании парочка покидает зал совещаний. Я жду, пока Аммиталь продолжит. А император не спешит. Снимает мантию, под которой у него оказывается обычный костюм. Разминая плечи и потягиваясь, он направляется ко мне. Встает вплотную. Мы одного роста и давить на меня габаритами у него не получается.

— Я вернусь через неделю. Две – максимум. Миррали должна быть готова. Ясно?

— Что будет, если ее магия не проснется? — спрашиваю я, ощущая внутри ледяное спокойствие.

Меня странным образом не волнует та опасность, которая сейчас исходит от императора. Я вообще не переживаю, что каким-то образом не выполню приказ Аммиталя. С удивлением осознаю, что все мои волнения сейчас связаны только с похищенной мною звездочкой. А еще меня бесит отведенная ей роль. Жена императора!

— Лучше тебе сделать всё, чтобы фракис проклюнулся, — цедит Аммиталь. — Иди. Увидимся у Светоча.

Смотрю прямо в янтарные с кровью глаза императора. Никогда раньше я не бросал ему такого прямого вызова и судя по непонимающе изогнувшейся брови Аммиталя – он тоже.

— Как прикажете, — чеканю я и стремительно разворачиваюсь.

Те несколько шагов до двери даются мне с трудом. Что-то внутри меня бунтует, хочет открыто выступить против императора. Я знаю, что нам нужен ритуал, что наш народ изнывает под тяжестью проклятья. Но что-то гложет меня. Слишком все просто. Слишком сказочно звучит. Не может же простое единение Искры со Светочем разом исцелить всех проклятых драконов?

Я боюсь, что Аммиталь не озвучил полную цену за такое чудо.

Но мне не остается ничего, кроме как подчиниться. Пока. Так будет безопаснее не только для Миррали, но и для Лейлы. Император знает, как держать подданных в узде. У каждого из нас есть свои мотивы следовать его приказам.

В размышлениях я иду, сам не понимая куда. Машинально отвечаю на приветствия попадающихся навстречу преподавателей и студентов. Осознаю, что ноги сами собой принесли меня обратно, к комнате Миррали только когда вижу очень странную картину.

Дверь ее спальни распахнута, а на пороге застыла сама принцесса. В ее руках блестит темно-синее яйцо, а в глазах полнейшее недоумение. Зато на лице стоящего рядом Дерека Расмуса, сына боевого генерала, сияет триумф.

— Что тут происходит?! — рявкаю я, хватая поганца за шкирку.

Миррали Ди-Амориас

— Мамочка! — выдыхаю я, прижав к себе яйцо и сползая спиной по двери.

— Ну скорее уж «папочка», но я надеюсь, мне это звание не скоро грозит.

Взвизгнув, я подпрыгиваю и во все глаза смотрю на Дейдара. Альва, вальяжно развалившись на кровати, наблюдает за мной с ехидным прищуром алых глаз.

— А что, простите, вы тут делаете? — справившись с волнением, я задираю подбородок и еще сильнее прижимаю к себе фракис. Он мне на самом деле и даром не нужен, но здорово помогает скрыть дрожь в руках. — Лорд, э-э-э, господин? — хочу продолжить выговор, но не понимаю, как обращаться к Дейдару.

Смотрю на вторженца, а он и не думает мне помогать. Лишь садится на кровати и спускает свои длинные ноги на пол. Упирается локтями в бедра и пристраивает подбородок на скрещенные ладони.

— Дейдар, — строго зову его.

— Дар, — произносит он. — И прошу, давай без официоза. Насколько я помню, тебя вполне устраивает обращение на «ты». А я и вовсе за.

Вместо ответа я прохожу к рабочему столу, размещенному у окна. За простыми действиями прячу свою неуверенность. На «ты» я только с близкими друзьями, к которым этот паршивец никоим образом не относится. Но в то же время, интуиция подсказывает мне, что если с кем и заводить здесь дружбу, так это с ним.

И Итаном.

Одно воспоминание о ректоре заставляет щеки вспыхнуть. А потому я отворачиваюсь к окну и принимаюсь искать место, где расположить подарок императора.

— Я ничего о тебе не знаю, чтобы так легко переходить на «ты», — произношу я, выдвигая ящики стола.

Где-то ведь можно хранить этот проклятый фракис?

— Это легко исправить! — в голосе Дара слышится пугающий энтузиазм. Легкое дуновение ветра подсказывает мне, что он оказывается совсем рядом. Встает за спиной. Разворачиваюсь и выставляю между нами яйцо, которое альва под мои округлившиеся глаза перехватывает и принимается перекидывать из руки в руку.

— Меня зовут Дейдар Валейт, я брат-близнец твоей подруги Полери Валейт. Будучи в утробе матери мы попали под демонический выброс и получили некоторые отклонения. Полери может не только управлять снами, как любая альва Ночи, но и вкладывать людям в головы определенные идеи. Достаточно, чтобы жертва услышала ее голос.

Он шагает по комнате, продолжая жонглировать яйцом.

— Ты что делаешь? Отдай! — следую за ним. — Тебе нельзя его трогать!

— Ой, да брось ты, — фыркает поганец, уворачиваясь от меня. — Драконы носятся с этими яйцами не хуже куриц. Ерунда всё это. Не во фракисах счастье.

В его словах слышится легкая обида, пока мне не понятная. Но торможу я не из-за этого. До меня доходят слова Дара о способностях его сестры.

— Так это Лери? — от шока мысли разбегаются, я никак не могу сформулировать новый вопрос. — Лери была кукловодом, подстроившим мое похищение?

— Нет, это не Лери, — Дар останавливает рядом, вкладывает в мои руки фракис. — Но лучше я тебе всё покажу.

В следующее мгновение он касается моих висков, и я словно куда-то улетаю. Слышу падение яйца из моих безвольно опустившихся рук. Сознание меркнет, а когда я снова могу видеть – передо мной палата в лекарне Илларии. Сердце заходится в тоске, когда я нахожу взглядом моих подруг. Кару и Лери. Помимо них в комнате находится кто-то еще. Я не вижу, лишь ощущаю чудовищное давление силы. Кто-то удерживает сознание Дейдара, допрашивая его по поводу моего похищения. Альва не сопротивляется, рассказывает почти все, как есть. Берет вину за преступление на себя, полностью выгораживая сестру. Находясь в сцепке с сознанием Дара, я чувствую – не лжет. Лери действительно не могла предупредить нас о готовящемся похищении.

Дейдар врет лишь в одном. Даже не врет, а умалчивает - о моем предназначении. О том, что я должна пройти через ритуал. Сам разговор слышу плохо, полностью сосредоточенная на подругах. Лери без сознания, но интуитивно понимаю, что с ней все хорошо. Кара же, как и всегда, в ярости и готова броситься на призрак Дейдара.

И без того туманная картинка начинает мигать и гаснуть, сменяясь видом выделенных мне покоев. Моргнув, я внезапно осознаю, что по щекам текут слезы. Я в раздрае. Одновременно рада, что увидела девочек, что с ними все хорошо. И самое главное – что никто из них меня не предавал. Но в то же время, душу рвет от того, что я не могу быть с ними. И что они сейчас будут волноваться за меня.

Вот если бы можно было с ними поговорить!

— Я могу с ними связаться? — не то спрашиваю, не то требую у Дара.

Альва выглядит бледнее обычного, а его глаза становятся совсем багряного цвета. Он несколько заторможенно качает головой, а затем и вовсе отшатывается от меня.

— Тогда зачем ты мне это показал? — Раздражение захлестывает душу. — Нравится играть чужими чувствами?

Я злюсь на этого странного альву, но в то же время внутри шевелится жалость. Пока мы были в сцепке я будто коснулась его души – замороженной, тоскующей и болезненной. Я знаю, что детство у него с Лери было далеко от радужного. Дара, получившего метку «пожирающий», сдали в лечебницу и отлучили от сестры, которая худо-бедно помогала ему сохранять магический баланс. Совсем неудивительно, что альва закрылся в себе. Ожесточился.

Но я-то ведь ему ничего плохого не сделала.

— Дар, пожалуйста, — прошу я, хватая альву за руку. — Помоги мне хотя бы сказать им, что со мной все хорошо. Чтобы они не натворили дел.

— Я не рыцарь в сияющих доспехах, чтобы помогать девам в беде, — глухо рычит в ответ Дар. — Отойди, пока хуже не стало. Я не могу сейчас это контролировать.

Он опускает взгляд на мою руку, сжимающую его запястье. Я с тихим писком отпрыгиваю в сторону, когда вижу, как по моим магическим каналам проходят потоки силы. Они проскальзывают по предплечьям Дара, впитываются в кожу, расходясь под ней солнечными искрами.

— Этого не может быть! — в шоке вскрикиваю я, прижимая ладони ко рту. — Мои каналы… Они же заблокированы. Я же не могу формировать привязку.

— А это и не привязка, — Дар, вид которого становится более здоровым, с любопытством разглядывает продолжающую сиять руку. — Это, милая принцесса, действие того самого проклятья. Я тобой отобедал.

Я не успеваю ничего сказать в ответ. Шок настолько силен, что в голове пустынные колючки катаются. Да еще и странные ощущения внутри резерва. Мне не плохо. Наоборот, будто вечный перегруз магией, который сопровождал меня всю жизнь, наконец-то нашел выход. Я настолько сосредотачиваюсь на собственных ощущениях, что не замечаю, как хлопает дверь.

— Ах ты кобелина!

В следующий же момент на Дейдара налетает миниатюрный светловолосый ураган. Девушка, судя по форменной юбке и пиджаку - студентка, колотит опешившего альву и костерит его так, что у меня щеки краснеют.

— Мало того, что принцессу напугал, — слышу я сквозь кряхтение. — Так еще и подпитался от другой! Я тебе такое устрою!

Девушка принимается гонять Дара по комнате, а тот и рад стараться. Я впервые вижу на его лице искреннюю улыбку и радость. Вместо того, чтобы как-то сгладить ситуацию, альва выдает:

— Дорогая, это не то, что ты подумала!

— Ах так?! — еще больше вспыхивает незнакомка. — Да я тебе! Да я…

Она останавливается на середине комнаты и пытается отдышаться. А я улучаю момент, чтобы наконец рассмотреть демоницу. Или всё же правильнее драконицу. Невысокого роста, чуть выше меня, она обладает изящной фигуркой, чью тонкую талию еще больше подчеркивает черный с золотом китель. Голубые глаза смотрят на Дара с недоверчивым прищуром. Но что больше всего притягивает мой взгляд – так это маленькие золотистые рожки на ее голове. Получается, незнакомка из низшей касты?

Нейросеть упорно не хочет делать изящные рожки

В руках девушка держит перекинутый ворох одежды, которым она снова со всей силы лупит зазевавшегося Дара.

— Подойди еще ко мне! Всё, эта лавочка закрыта! Ищи себе другую пару, Дейдар Валейт!

— Ну-у-у-у, Айрис, ну солнышко моё, — резко меняется в настроении Дар, подлетая к девушке и стискивая ее в объятиях. — Ну какая подпитка? Ну серьезно. Это случайно вышло. Ее Высочество просто еще не умеет контролировать свои потоки. Она ж как младенец сейчас. Направо и налево расшвыривается магией. Да ты сама пощупай.

Внимательно слушая этих двоих, я совсем не ожидаю, что на меня уставятся две пары глаз. Алые умоляют подыграть. Голубые – смотрят изучающе, но я могу поклясться, эта Айрис та еще ехидна. И обида ее напускная.

Не зная, что от меня ждут, я делаю шаг назад и спотыкаюсь о валяющийся на полу фракис. Нелепо взмахиваю руками и заваливаюсь на кровать.

— Принцесса! — вскрикивает Айрис и первой бросается мне на помощь. — Простите, я совсем не хотела вас напугать.

— Да ты и не напугала, — растерянно отвечаю я, сама не замечая, что сразу перешла на «ты». — Просто валяются тут всякие…, — наклоняюсь, чтобы поднять злополучное яйцо, — артефакты.

По установившейся тишине понимаю, что ляпнула что-то не то. Дейдар выглядит так, будто вот-вот заржет, а Айрис… Несколько ошарашенно оскорбленной.

— Похоже моя очередь просить прощения, — лепечу я.

И для успокоения устраиваю фракис на подушку. Даже взбиваю её, чтобы выказать уважение. Перевожу взгляд на драконицу и вопросительно приподнимаю брови.

— Вам абсолютно не за что извиняться, — воодушевленно произносит Айрис. Кладет рядом со мной стопку одежды, в которой я узнаю форму. Не черную с золотом, а оранжево-зеленую, но такую расцветку я видела на других студентах. — Ваше Высочество, вам сейчас все простительно. Вы не знаете наших традиций и устоев. Но я буду рада, если смогу стать вашим проводником.

— Вообще-то, Итан попросил меня заняться экскурсией, — отодвигая подругу, произносит Дар.

— Я тебя одного не пущу. Сам сказал – Ее Высочество фонит энергией не хуже Светоча. — Айрис отпихивает альву и тянет ко мне ладонь. — Разрешите?

Я неуверенно смотрю на нее, затем на Дара, который кивает. И я тяну руку к Айрис. Вряд ли она сделает мне плохо. Драконица с каким-то трепетом берет мою ладонь в свою и в тот же миг я чувствую ток магии в каналах. Чувствую, как мягким теплом разгорается резерв.

Золотистые нити оплетают наши с Айрис руки, освещая нас слабым сиянием. Блики играют на сосредоточенном лице девушки. Я настолько очарована моментом и ощущениями, что не замечаю, как Дар снова бледнеет, а его глаза багровеют.

— Мне надо разыскать Итана, — доносится сдавленный голос альвы. — Айрис, займи пока принцессу. Я скоро вернусь.

Мы одновременно поднимаем головы и провожаем взглядами спину Дара.

— Что это с ним? — тихо спрашиваю я, возвращаясь к изучению клубка нитей, оплетающих наши с Айрис руки. — И что с нами?

— Альвам Крови, даже если они сыты, тяжело рядом с открытым источником магии. А ты открытая. Да еще и обмениваешься со мной. Какая бы стальная выдержка у Дара ни была, он предпочел не рисковать.

Айрис приподнимает руку, шевелит пальцами, развеивая одну из нитей на сотни искорок.

— Красиво, — завороженно произношу я. — А это не опасно? Это не привязка?

— Что ты, — улыбается девушка. — У нас нет этих дурацких привязок. Парни, конечно, подпитываются от нас, но между собой девушки только обмениваются энергией. Вот сейчас, например, я просто считываю твое состояние. Ты же наша. Хоть и отчасти, но в тебе течет кровь высшей драконицы. Поэтому тебе истощение не грозит…

— Значит альвы Света действительно потомки Камалисс и Аштара? — следя за тающими искрами, я внезапно для себя ощущаю умиротворение.

Наконец-то можно говорить начистоту. Наконец-то можно получить ответы на прямые вопросы. Мой отец, Владыка Алерата, их в свое время мне не дал. Более того, он старательно избегал общения со мной.

— Ну да, — кивает Айрис и внезапно хихикает: — Очень сильно разбавленные потомки. Но не волнуйся, твое происхождение рано или поздно даст о себе знать. И фракис императора обязательно проклюнется. Я тебе даже больше скажу. Судя по магическому потенциалу, — она кивает на наши сомкнутые ладони, — силы в тебе столько, что Аммиталю и Цветник больше не потребуется.

— Что? — хмурюсь я, совершенно упуская еще один царапнувший меня момент.

Почему Айрис сделала акцент на моем происхождении?

— Цветник, — повторяет девушка. Окончательно разрывает наш контакт и подходит к брошенной на кровати форме. — Там живут фаворитки Его Величества. С его мощью нужна регулярная подпитка. Да не абы какая. А только от высших родов.

Она раскладывает на постели рубашку, кладет поверх клетчатую жилетку и шелковый платок. Затем приходит черёд короткой юбки в мелкую складку. И только в этот момент Айрис замечает полный шок на моем лице.

— Вот блин, ты ведь ничего о подпитке не знаешь, да?

— Вообще-то да! — киваю я. — Точнее тебе не понравится то, что я знаю.

— Дай угадаю. Мы – демоны и чудовища, которым для жизни нужно осушать магический резерв жертв? А альвам Крови еще и из физической оболочки все соки вытягивают?

— Что-то типа того, — округлив глаза, подтверждаю я. — Хочешь сказать всё не так?

— Пу-пу-пу, — выдыхает Айрис и усаживается на кровать. Поправляет разложенный комплект и продолжает, смотря на меня с внезапной серьезностью в голубых глазах: — Скажем так, для устрашения врагов всё, что я перечислила – правда.

— А по факту?

— А по факту мы не демоны. И очень не любим, когда нас так называют, — в ее голосе ощущается нажим, отчего я понимаю, что этот пункт стоит зарубить себе на носу. Если я, конечно, планирую найти в Драгрис союзников. — Мы драконы. Проклятые, да. Но все же драконы. Нас делят на высших и низших. Высшие обладают магий подавления сознания и обращения. Альвы под их влиянием становятся альвами Крови, драконы – низшими. Редкие представители высших еще и телекинезом обладают. Но для использования этих даров, мужчинам нужна подпитка. Видишь ли, когда ритуал был нарушен, резерв Аштара был поврежден. И с тех пор, последователи императора не могут удерживать в себе магию. Она утекает из их резерва, требуя регулярной подпитки. Чем мощнее резерв, тем больше нужна подпитка. Поэтому у Аммиталя есть Цветник, куда наши высшие рода с удовольствием отдают своих наследниц.

— Ты говоришь только о мужчинах. А высшие драконицы лишены таких способностей? — осторожно спрашиваю я, оставив при себе негодование по поводу судьбы фавориток.

— Ха-х, если бы, — с легким хохотком отвечает Айрис. — Нет, наш удел – рожать сильных наследников и подпитывать мужа. Это если повезет, — она берет слово в кавычки, — выйти замуж за высшего. Низшие в такой частой подпитке не нуждаются.

— А почему? — спрашиваю уже на автомате.

Голова пухнет от объема информации. В академии Пацифаль, в которой я провела пять лет, про наших врагов говорили скупо. Точнее мне вообще не говорили. Адептам боевого факультета, конечно, рассказывали. Я же, как и положено королевской наследнице, изучала искусство и дипломатию. Про истинную природу демонов, а именно – что они проклятые драконы – я узнала совсем недавно. И оказывается это еще не все. Надо было всё-таки не картины писать, когда Кара и Рейв готовили доклад по демонам, а учебник читать!

— Что? — встрепенувшись уточняет Айрис. Видимо драконица и сама в свои мысли нырнула.

— Почему низшим не нужна частая подпитка?

— Видишь ли, рога и крылья у них не просто так. Это следствие обращения в зверя. Низшие частично черпают силу из драконьей ипостаси. Ценой такого симбиоза стали физические изменения.

— То есть я правильно поняла, у проклятых драконов атакующей магией обладают только мужчины высшей касты? Низшие, что женщины, что мужчины – просто физически мощные? И им не нужна подпитка от живых существ?

— Как много вопросов, — вздыхает Айрис. — Вообще, тебе все объяснят на лекциях, — и видя мое вмиг помрачневшее лицо, драконица добавляет: — Но давай, пока ты переодеваешься в форму, я тебе коротко объясню. Так сказать, по верхам? У нас просто не так много времени. У меня скоро практика по управлению потоками, а тебе еще экскурсию провести надо.

— Да-да, конечно!

Мелко трясу головой, принимая ее план и вскакиваю с кровати. Айрис отходит к двери и стоя спиной, начинает рассказ:

— Итак, драконы низшей касты. Физически сильные, с потрясающей регенерацией. Составляют ядро императорской армии. Как мужчины, так и женщины. Именно поэтому многие нас так и представляют. Рогатыми и с крыльями.

Пока Айрис говорит, я снимаю платье. Шелковая ткань оказывается местами порванным. С грустью провожу ладонью по янтарным каплям, которыми богато вышит лиф и рукава. Еще вчера я отмечала самое важное событие в жизни друзей, а уже сегодня пытаюсь влиться в жизнь некогда враждебного народа.

— Так как низшие прошли обращение в зверя и слились с ним магическим резервом, они не могут использовать способности высших. Дракону не подвластно ни ментальное подавление, ни телекинез. Зато и жажды они не испытывают. Впрочем, как и девушки высшей касты. Ты ведь не чувствуешь потребности кого-то опустошить?

Айрис слегка поворачивает голову в мою сторону, а я застываю с наполовину надетой юбкой.

— Да вроде бы нет. Наоборот, я впервые в жизни ощущаю свободный ток магии. Она больше не выжигает меня.

О том, как я чуть не опустошила подругу, когда та попыталась разблокировать мои каналы, решаю умолчать. Мне до сих пор стыдно.

— Правильно, — кивает Айрис. Закладывает руки за спину и принимается покачиваться с носка на пятку. Словно ожидание дается ей с трудом. — Сейчас ты купаешься в энергии Аштара, которую излучает Светоч. Она же очистила твои каналы. Прелесть высших в том, что мы можем питать кого угодно без угрозы здоровью. Поэтому за дочерями высших родов открывается самая настоящая охота. Каждый претендент дарит свой фракис и когда тот проклевывается – отбор заканчивается. Считается, что только в истинных парах яйцо пробуждается. Фракис, вышедший из него, будет всегда оберегать свою подопечную. Подпитывать ее магией, даже когда рядом не будет Обелисков.

Айрис говорит так, будто вся эта информация – сама собой разумеющаяся. А у меня голова начинает болеть. Хочется задать еще сотню уточняющих вопросов. Остается только выбрать, какой из них задать первым?

— Ты сказала, что фракис пробуждается в истинных парах? — осторожно уточняю я, застегивая пуговицы на рубашке и берясь за жилетку. — Получается мы с Аммиталем друг другу не подходим?

— Это не факт. Ты слишком долгое время провела за пределами Демастата, чтобы так резко установить контакт, — отмахивается Айрис. — Ну это я так думаю. Задашь этот вопрос ректору, он в энергообменах более сведущ.

— Ага, — растерянно соглашаюсь я.

Напоминание об Итане еще больше сбивает меня с толку. Мне одновременно и боязно снова с ним увидеться, и в то же время дико этого хочется. Завязываю галстук из шелкового платка и выдыхаю:

— Я всё.

— Отлично! — восклицает Айрис, поворачиваясь ко мне. — Успеваем посетить Питомник.

Мой взгляд останавливается на ее рожках, в голове сразу вспыхивает вопрос, который я не решаюсь озвучить. Но этого и не нужно. Айрис понимает все без слов.

— Да, я из высший касты, хоть и обладаю этими красавцами, — с легкой горечью усмехается. — Выверт природы, у двух высших драконов родилась дочка с признаками низшей касты. Но, знаешь, мне это даже на руку.

Айрис подмигивает мне и, схватившись за ручку двери, ждет, пока я подойду к ней.

— Почему?

— Не приходится отбиваться от сотни придурков, так и норовящих подкатить ко мне яйца, — с довольной улыбкой отвечает она, распахивая дверь и пропуская меня вперед.

Еще не переварив ее слова, я делаю шаг вперед и впечатываюсь в чье-то крепкое тело.

— Привет! — огорошивает меня триумфальный рев, а в руки впихивают что-то округлое и чешуйчатое.

Опускаю взгляд сначала на тускло сияющий сапфировый фракис, а подарком оказывается именно он. Потом смотрю на нахала, губы которого изгибаются в довольной улыбке. Высокий дракон и не думает отступать, а в его янтарных глазах искрится радость. Темные волосы, волнами обрамляют узкое лицо, в левом ухе замечаю одинокую сережку. Судя по черной с золотом форме, передо мной один из студентов.

Не успеваю и слова сказать, как невесть откуда появляется Итан. Хватает незнакомца за воротник кителя и так встряхивает, что я слышу жалобный треск ткани.

— Что тут происходит? — от угрозы, звучащей в голосе ректора даже я втягиваю голову в плечи.

Итан переводит бешеный взгляд на фракис в моих руках, и мне резко хочется выбросить подарок.

Я тут вообще ни при чем!