Тепло в моей руке

- Есть ли у тебя душа?

- Я не знаю...а должна быть?

- Ну, она вроде, есть у всех

- Думаю, что у меня есть

- Откуда ты знаешь?

- Я чувствую боль, смех, снег, любовь, море, горы, слезы, да...думаю она у меня есть!
– Итак, Кристина Викторовна, ваша бабушка, земля ей пухом, оставила вам в наследство усадьбу, счет в банке и вот это, – нотариус взяла со стола небольшой железный ящик и достала бумажный пакет, запечатанный, как по старинке, красной, сургучной печатью.
– Усадьбу? – Влад удивленно поднял одну бровь, ну сама элегантность. Помню, в молодости, я хотела научиться так же, приподнимать одну бровь, чем всех вводила в немой восторг, особенно женщин. Красивое лицо красивого мужчины с такой бровью должно быть запрещено законом. Влад мой родной брат, но даже на меня она действовала, эта чертова бровь. 
Влад сидел в кресле в кабинете нотариуса и так сюда вписывался, что впору думать, будто он, например, прирожденный адвокат, но нет. Все в нем, от зеркально начищенных итальянских ботинок из коричневой мягкой кожи и до шейного платка, было писком моды, эталоном дорогого мужского парфюма из рекламы. Ну что скрывать, я им гордилась. Да, да именно шейным платком. Ну, скажите, кто в наше время одевается на английский манер? Так вот он, мой брат, приятно познакомиться. А на самом деле он был, точно не скажу кем, но что-то там связано с компьютерами, с программами, для меня это полная тьма. Я до такой степени гуманитарий, что для меня учебник по математике как книга заклинаний на языке драконов. Наши родители жили не так далеко, если лететь самолетом, – в Лондоне. Отец – дипломат чего-то там, мать – владелица магазина, всякие аксессуары из России. Типа меховых сумочек и шалей а-ля русская хохлома. Самое странное, магазин пользовался бешенным успехом. Я, когда приезжала к ним, только удивлялась, когда заходила туда. Наши русские и их лондонские барышни крутились перед зеркалом в пуховых платках, строя губки бантиком. В связи с модной нынче болезнью, все страны позакрывались, и новый год мы будем праздновать без родителей. Они каждый год старались приехать на майские праздники и рождество, причем рождество их, католическое. Так модно, так правильно – отмечать, начиная с католического рождества. Даже кабинет, в котором мы сидели, был чисто английский: кожаные, глубокие кресла, мебель темного дерева, тяжелый стол с дорогими штучками в виде антикварной чернильницы и перьев. Позади нотариуса стоял шкаф, забитый книгами, скорее всего тоже каким-то антиквариатом. Сама дама-нотариус, вписывалась в кабинет, как будто здесь и жила. Высокая, худощавая, прямая, как струна, с тонкой ниткой губ, ниткой жемчуга и ракушкой в темных, с проседью волосах.
– Так что за усадьба? – спросил Влад. Я дернула его за рукав дорогого пиджака в клетку. Состроила вопросительную рожу «ну не помнишь, что ли?». Влад посмотрел на меня и будто что-то вспомнил. – А, ну да, эта та, что в Агулово?
– Все верно, Владислав Викторович. – Нотариус поправила свои маленькие золотые очки, которые угрожающе висели на кончике острого носа, и продолжила: – Так вот, усадьба, конечно, не историческая ценность, постройка довольна старая, но приличная. В 2010 году Марья Ильинична сделала полный ремонт, включая отопление и коммуникации с водой. Точно не могу сказать, но отчет есть в документах. В усадьбе проведен интернет, телефон, все удобства. Вот, я передаю вам все документы и ключи.
Нотариус протянула мне папку, запечатанный пакет и связку ключей.
Мы все мило расшаркались и наконец-то вышли на улицу. До нового года оставалась еще неделя, а Москва уже стояла в пробках. Падал снег, но тут же таял, смешиваясь с крупными гранулами какого-то вещества, которое было рассыпано везде. 
– Тебя подбросить? – Влад подошел к своей машине, новому Ягуару. Даже автомобиль у него был английский и, конечно, припаркованный на платной стоянке в самом центре. Только он так может.
– Нет, я пройдусь и доеду на такси, – сказала я, поднимая воротник короткой шубки из кучерявой шерсти, как я ее называла, модного голубого оттенка, что сейчас была писком моды.
– Что будешь делать с усадьбой? – спросил брат, усаживаясь в машину.
– А что с ней надо делать? Может доеду, посмотрю, как и что.
– Когда хочешь ехать? Мне с тобой?
– Нет, я сама. – Зная, как Влад не любит всю эту старину и, как он называл, рухлядь, было бы глупо брать его с собой и портить все впечатление от наследства.
– Новый год где? – пожала я плечами. Родители не приехали, теперь надо строить какие-то новые планы.
– С Дениской, может, пойдем куда. 
– Ты еще не разбежалась с ним? – хмыкнул Влад и махнул рукой, закрывая дверь. Мощный мотор автомобиля тихо зарычал, и брат ювелирно влился в пробку на Тверской. Я посмотрела ему в след и медленно пошла по скрипучему от гранул тротуару. Влад был прав, с Дениской надо заканчивать. Хотя, судя по тому, что он не звонил и не писал уже два дня, это он со мной закончил. Ну и пусть! Три года как мы с ним вместе, и из них только полгода были относительно спокойными. Каждый вечер его телефон вибрировал от входящих звонков и сообщений. Дениска был слишком общительным человеком, в начале для меня, а потом и для множества других женщин. Мог пропасть на несколько дней и потом появиться, как ни в чем не бывало. «Прости, малыш. Заработался». Машка, моя подруга, советовала мне его бросить первой, чтобы не было так обидно и больно, как она сказала. Я каждый раз собиралась это сделать, но при встрече с Дениской, как-то забывала об этом. 
На улице вместе со снегом шел какой-то мелкий, противный дождь. Я прошла мимо станции метро «Тверская», дыхнувшей на меня теплым металлическим духом, и вышла на Тверскую площадь. Здесь народ толпился, фотографируясь под моргающими огоньками наряженных елок. 
Я немного побродила по площади, рассматривая украшения на ёлках и мерцающие разноцветные огоньки. Наверное, надо купить подарки, но в магазинах толпилось столько народа, что я решила отложить эту тяжёлую миссию на потом. Да и кому покупать? Родители не приедут, выбор подарка Владу был сравним пытке. И Дениске что-то дарить у меня не было желания. Разве что Машке Она любила подарки и радовалась им бурно и весело. Вот ей надо купить, а то все уши прожужжала мне про сумку Guess, даже показывала мне на сайте, какой именно цвет и форма ей нравится. Это надо идти в ЦУМ, а там опять толпа. Я развернулась и нырнула в метро «Пушкинская». Лучше бы я этого не делала. Но на данный момент метро было лучшим вариантом, так как пробки в Москве были жуткие, и домой я бы добралась уже к утру. Ну не утру, конечно, но часа за два. А так мне ехать буквально минут тридцать. Мест в вагоне, ни стоячих, ни сидячих, не было, и я пристроилась рядом с парнем, который слушал что-то в наушниках, прикрыв глаза.
Жила я на «Октябрьском поле», ехать мне было недалеко, поэтому довольно скоро я уже выходила из метро, кутаясь в короткую шубку. На улице снег уже шел, а валила то ли крупа со снегом, то ли мерзкий колючий дождь. Приятного мало. Идти мне, было минут пятнадцать, я их пробежала рекордно за десять.
Дома я сварила кофе и села за перевод. Но пока моя героиня вникает в очередную книгу автора, расскажу немного о ней, ну то есть о себе. Я дипломированный лингвист-переводчик. Звучит, конечно, гордо, но для меня – ни о чём, так как по своей профессии я не работала ни дня. Нет, учиться мне очень нравилось, но когда я получила диплом, то засела дома. Как мама сказала, взяла тайм-аут. Занимаюсь переводами с русского, в основном на английский. Я знаю три языка: английский, французский, итальянский. Еще немного японский, но это скорее для того, чтобы читать этикетки. Одно время стало интересно, что из себя представляют эти иероглифы. Я перевожу романы – фантастику, фэнтези и так далее. Сейчас многие авторы выходят на зарубежный рынок и дают свою рукопись для перевода. Моя работа мне нравится и приносит хороший доход. Счёт в банке меня не особо интересует, может, из-за того что периодически пополняется на круглую сумму родителями. Трачу я немного, поэтому деньги как таковые есть, но не принципиально важно, сколько их. Сейчас мне достался перевод одного романа, очень даже интересного, на французский язык. Стараюсь вникнуть в тонкости стиля, чтобы быть как можно ближе к оригиналу и передать атмосферу этой истории о любви. 
О себе скажу скромно: высокая, длинноногая, синеглазая блондинка. Не очень скромно получилось, но так и есть. Как Машка говорит, ухажёры должны валяться у моих ног, но беда в том, что я скучный интроверт. Посидеть дома за хорошей книгой с бокалом белого полусухого или посмотреть фильм – для меня лучше времяпрепровождение, чем клубы и тусовки. Конечно, я выхожу иногда в свет, опять же благодаря Машке, но это бывает крайне редко. У меня есть сногсшибательные наряды длиной в пол и десяток туфель небоскрёбной высоты. Машка любит меня показать миру, как она говорит. У меня нет страницы в соцсетях, даже инстаграм я завела в основном для связи с клиентами, которые выкладывают там ссылки на свои работы. У меня есть хорошая, большая квартира, которую мне купили родители на восемнадцатилетие, хорошая машина, ее тоже купили они – по поводу окончания университета. Машина, кстати, у меня сломалась, и Дениска отогнал её какому-то своему знакомому, и теперь мне придётся всё же ему звонить, хотя бы ради того, чтобы узнать, где моя машина. 
Раз в месяц я хожу в салон, там мои длинные, до талии, волосы оттеняют серебристо-пепельным – ненавижу желтизну в блондинках. Ну и сразу делают весь остальной апгрейд: педикюр, маникюр, брови и всё, что полагается девушке в двадцать один год. Это, как правило, занимает у меня один день в месяц, не более. К косметологу я не хожу, хотя мама пыталась купить мне то абонемент, то сертификат, но я считаю, что пока это всё же рано. Одеваюсь я просто, качественно и дорого. За брендами не гонюсь, но как-то так получается, что хорошие вещи и есть чей-нибудь бренд. Машка, в отличие от меня, ночь спать не будет, пока сумку или очки какие новомодные не купит. Но у меня есть мечта. Моя мечта – это корги, рыжий, толстенький и ушастенький. Как только обзавелась квартирой, я сразу стала о нём мечтать, даже имя ему придумала – Арчи. Но в то же время у меня как раз завелся и Дениска, а у него жуткая аллергия на собак и кошек, поэтому пришлось отложить свою мечту. Но судя по нашим «замечательным» отношениям, в скором времени моя мечта осуществится. 
Только я погрузилась в переживания главной героини, раздался звонок в домофон. Так и есть, Машка. Не утерпела, хочет узнать про завещание.
– Ну что, сидишь слёзы льёшь по своему Дениске? – первым делом спросил она, перевалив через порог с парой пакетов из «Азбуки вкуса». Машка – моя подруга детства: весёлая и неуловимая, в прямом смысле этого слова. Поймать ее могу только я, только ко мне она примчится в любое время. Машка маленькая, худенькая, рыжая и с веснушками. У нее короткие волосы ёжиком и огромные зеленые глаза. А еще она симпатичная до невозможности. Живая, как огонёк, яркая болтушка. Этим она меня и дополняла. Не нужно было особо напрягаться, чтобы думать, о чём с ней говорить. Она сама говорила, много и всё время. Но самое интересное – это её работа. Иллюстратор детских книжек. Ну кто бы мог подумать, она – и детские книжки. Чтобы эта огненная девочка усидела на месте, высунув кончик языка и рисуя забавных сказочных персонажей, верилось с трудом. Но это было так, причём зарабатывала она очень даже неплохо. Живые, комичные, волшебные иллюстрации были действительно сказочными. 
Пока Машка болтала, проходя на кухню и выкладывая из пакетов продукты, я стояла и любовалась ей. Волосы ее топорщились во все стороны, как огненные перышки диковинной птички.
– Я тут купила тебе все, что ты любишь, а то знаю, будешь сидеть на одном кофе, в лучшем случае с печенькой, причем с одной, – говорила она, доставая из пакетов готовые салаты, пиццу, сыры, палку колбасы, какие-то замороженные полуфабрикаты и наконец бутылку шампанского Prosecco Brut. Тут же на столе появились фужеры, икра в вазочке. Коробка конфет, нарезка сыра. 
– Давай, зайка моя, выпьем за нас, красивых – Машка подала мне фужер, и мы чокнулись. Шампанское приятно заиграло пузырьками на языке. 
– Ну, рассказывай, – ставя фужер на стол, не утерпела Машка, кладя икру на крекер, подавая мне и делая себе такой же бутербродик.
– Ну а что рассказывать: пришли, оформили, подписали, ушли, – ответила я, только сейчас понимая, что я голодная. Мы с Владом поехали к нотариусу до обеда, а сейчас уже был вечер. С утра во мне сидела лишь чашка кофе и кусочек сыра.
– Ну что за офигенно интересный рассказ, – возмутилась подруга. – Ну расскажи все, как нужно. Что за наследство? Что тебе оставила Марья Ильинична? Был Влад? – Почему-то Машка всегда спрашивала: был ли Влад или не было ли Влада?
– Влад был, уехал. Наследство – усадьба, – энергично жуя второй крекер, я потянулась за сыром. Тарелочка с ним отъехала от моей руки.
– Ну Маш, я есть хочу. – Тарелка вернулась ко мне обратно.
– Хочешь есть, рассказывай нормально, – пригрозила Машка.
– Ну что ты хочешь еще услышать? Я все сказала, так и есть, – заныла я.
– Что за усадьба, где находится? А, подожди! Это та, что в Агулово? – Я энергично кивнула, так как не могла говорить с куском сыра во рту.
– Так там же такой домина! Это мы там с тобой были? Ну помнишь, в третьем классе на Новый год нас твои родители туда брали? – Я в отличие от нее не помнила.
– Так здорово! – сама себя развлекала подруга. – Можно на лето туда ездить, там офигенная природа! А поехали туда на Рождество? Возьмем наших пацанов, Влада позовешь? – Я замотала головой.
– Нет, сначала сама съезжу, скорее всего на Новый год, – отпивая шампанское, подала я голос
– Что, с Дениской, что ли? Вдвоем? Такой романтик? – Машка хитро заулыбалась. Я не стала опровергать ее слова и говорить, что с моей второй половиной по-прежнему нет связи.
– Ну конечно, поезжайте, я бы тоже поехала. Но этот чертов клуб уже оплачен, а ты идти не хочешь, ни в какую. 
Машка снова припомнила мне, что я отказалась с ней идти на Новый год в какой-то клуб, которым владел ее новый парень, Дмитрий. Именно Дмитрий, даже она сама его так называла. По-другому его невозможно было назвать. Иногда хотелось еще и отчество добавить. Во-первых, он был старше ее на семнадцать лет, во-вторых, выглядел так, будто сейчас начнет читать биржевую сводку наизусть. И как только подруга его терпела, непонятно. Мы с ней немного посидели, допили шампанское, и Машка убежала – за ней заехал Дмитрий. Чмокнув меня напоследок в щеку и наказав не страдать по гадким мужикам, подруга упорхнула на свидание. 
Я убрала со стола посуду, сунула ее в посудомойку и вернулась к переводу. Хотела достать пакет, который мне дала нотариус, где было письмо от бабули, но передумала. Мне хотелось прочитать письмо у нее в доме, в ее атмосфере. Почему-то я набрала в Гугле «купить вельш-корги пемброк, мальчика». Вылезло много разных предложений. Я листала страницу, не обращая внимания на цену, просто вглядываясь в милые мордашки, утипусечных щенков. Но тут наткнулась взглядом на одного. Ожившая моя мечта. Мой Арчи. Как я и хотела, рыжий, ушастый, с милой, круглой попой, с кончиком хвостика. Рука сама потянулась к телефону. 
– Нина, добрый вечер, я звоню по поводу Арчи.
– Здравствуйте, какого Арчи?
– Ой, извините, – засмеялась я, – хочу уточнить по поводу щенков. У вас есть мальчик?
– Да, остался один, но мне нужно, чтобы его забрали до Нового года.
– До нового года, боюсь, не получится, – расстроилась я.
– Если вопрос в деньгах…
– Нет, дело не в деньгах, а в личной жизни, – ответила ей я. Нина засмеялась.
– Понятно, ну если решите, звоните, может, ваш Арчи еще будет у меня. – И она положила трубку, смеясь.
 

На следующий день, объявился Дениска. Я, открывая ему дверь, уже даже не знала,  что сказать в первую очередь, но он всё решил сам.
- Привет, малыш,  я сильно, жутко хочу есть!  -  с порога сказал он и  как ни в чём не бывало,  прошёл, снимая ботинки на кухню, попутно целуя меня в щёку. Я молча прошла за ним, включила кофеварку и достала из холодильника упаковку с замороженной  пиццей. Выложив ее  на противень,  засунула  в духовку. Дениска сидел,  смотрел,  улыбаясь на меня,  и протянул руки
- Иди ко мне - сказал он,  хватая меня за длинную футболку, сажая к себе на колени – я скучал, малыш. Вот это и весь Дениска. Можно пропасть на неделю, на две, ни писать, ни звонить и это все так и должно быть. Телефон, перевернутый экраном вниз, завибрировал с грохотом на столешнице. Я освободилась из его рук и прошла к кофеварке. В уме почему-то снова появилась мысль об Арчи.
- Я хочу взять перерыв – неожиданно для себя, сказала я, подавая чашку кофе ему
- Какой перерыв? – удивился Дениска, накладывая в кофе сахар
- В наших с  тобой  отношениях – я все еще не верила, что эти слова слетают с моих губ. Дениска отложил ложку и посмотрел на меня, на этот раз вроде бы серьезно.
- Сейчас? Перед новым годом? – почему-то уточнил он
- Да, именно сейчас – сказала я, вспоминая фото Арчи из интернета
- И надолго? – улыбнулся он. Вот из-за этой мальчишеской улыбки,  я в него и влюбилась. Дениска был такой шалопай, веселый, разговорчивый, знал наизусть все мультики. Мне с ним было смешно, но эта легкомысленная жизнь была не для меня. Мне до ужаса захотелось срочно поехать за Арчи.
- Думаю надолго – ответила я, тоже улыбаясь. Он это понял по своему и как всегда, бывало в таких случаях,  использовал запретный прием. Встал и схватил меня, начал целовать жарко и страстно. Но сегодня и это не подействовало. Я мягко отстранилась,  высвободилась из его объятий
- У тебя кто-то появился? – спросил он. Да, у меня появится скоро кто-то, точно сейчас поеду за Арчи. Подумала я.
- Пока нет – повернулась, чтобы достать пиццу. Положила перед ним ее и налила себе кофе. Он посмотрел на румяные, ароматные куски и встал. Достал из кармана ключи от машины и направился в прихожую, одеваться. Я прошла за ним и подала ему куртку
- Если передумаешь, звони – сказал он, открывая дверь. Ну уж нет, чтобы у тебя опять вибрировал телефон просто так? А в слух сказала 
- Спасибо за машину, пришли сумму, переведу
- Не стоит – послышался ответ и он наклонился, протягивая губы. Я отвернулась. 
- Ладно, пока – и он ушел. Я еще немного постояла в прихожей и прошла на кухню, взяла блюдо с пиццей и открыв шкаф, выкинула ее в мусорное ведро. Затем прошла в гостиную, взяла телефон и  набрала номер
- Алло, Нина? Вы не будете против,  если я сейчас приеду за Арчи? 
Выйдя из подъезда,  я осмотрела свою машину. Мой любимый BMW X1 кроссовер. Да, согласна, не совсем женская машина, но в автосалоне меня сначала привлек ее серебристо-голубой цвет, а потом и все остальное. Покупали мы вместе с Владом, а он в этом разбирается. Мне машина всем нравилась и пусть немного большая для меня одной, но все было комфортно и стильно.
 Ехать мне было недалеко, в Тушино и сейчас днем, пробки были не такие зловещие, как вечером. Доехала я быстро и нашла нужный дом. Нина встретила меня у двери, держа в руках мое чудо. Арчи был таким симпатичным, что я сразу взяла его в руки и уже не отпускала. Нежные ушки, веселые, лукавые глазки, да все в нем было таким милым, что я чуть не пустила слезу от счастья. Нина дала мне папку с документами и вложила туда распечатанную инструкцию, как кормить, как гулять, как ухаживать. Оказывается Арчи нужен был груминг, новое слово в моем словаре. Игрушки, особый корм, еда, костюмчик.
Все это было так увлекательно, пока я не получила целую папку дополнительных документов, прививки, родители, предки. Оказывается мой Арчи, был тоже высоко-дипломированной собакой. Я расплатилась, и мы с Арчи вышли из дома и сели в машину.
 По пути мы с Арчи заехали в Бетховен и оставили там энную сумму. Купили все, что он выбрал и то, что было нужно для каждой, уважающей себя собаки: корм, витамины, игрушки. Вот последних, было куда больше, чем всего остального. Мы забили весь багажник пакетами, где было все, начиная от косточек для чистки зубов и заканчивая  лежаком, что выбрал сам Арчи.
 Мы с ним долго стояли у автоматической кормушки, но потом решили, что она нам ни к чему. Я все время дома, могу и покормить. 
 Дома я распаковала все это под веселый лай Арчи и позвонила маме.  Она назвала меня сумасшедшей, но потом добавила, что теперь я хотя бы буду выходить гулять, между своими переводами.  Я отправила фото в обнимку с Арчи маме и Машке, от последней, получила кучу восторженных смайликов и вопросов. Вечером мы с Арчи погуляли и устроились на диване в гостиной, смотрели  наш любимый сериал, Чужестранку. Вернее смотрела я, а корги спал, зарывшись в плед по самый нос. Мне так стало хорошо с ним. Все таки живое существо, да еще такое милое, приятно разнообразило мою жизнь. Моя мечта осуществилась. 
 Утром мы встали поздно, погуляли в парке почти два часа. Погода была прекрасная, за ночь выпал снег и Арчи бегал, забавно виляя своей попкой и ковыляя на коротких ножках. Мы познакомились с собачкой шарпеем и ее хозяйкой, приятная женщина, Алиса.
Домой вернулись довольные и румяные. Я то, точно румяная, а Арчи думаю тоже. Снимая в прихожей пуховик, я заметила краешек синей папки от нотариуса и вспомнила, что через три дня новый год, а мы совсем не готовы. Мысль пришла неожиданно
- Арчи, давай, собирайся мы едем на дачу – малыш ничего не понял, но залился веселым лаем, что подтвердило то, что он тоже туда хочет. И снова мы собирали все игрушки, косточки, корм, лежанку и грузили в машину. Выехать решили с утра, так как я не помнила дорогу, придется ехать по навигатору.
 

 Утром заехал Влад и скептически оглядел моего мелкого друга. Арчи теребил его штаны с идеально острой стрелкой. Я честно пыталась отогнать малыша, заинтересовать косточкой, но все было бесполезно. Пришлось взять проказника на руки. Влад заехал вручить мне подарок на новый год. Я устыдилась, так ничего и не купила никому. Влад простил, но сказал, что припомнит. В подарок он мне вручил коробочку с ювелирным украшением от известного бренда. Ну конечно, что еще мог подарить мне мой брат. Но открыв ее, я восторженно его поблагодарила. На бархате лежала золотая цепочка с подвеской, в виде капельки, которая двигалась и мерцала, отражаясь бликами. Я тут же одела ее и Арчи подтвердил, что подарок стоящий. Я напоила брата кофе и потом мы мило распрощались, поздравив друг друга с наступающим. Влад пообещал звонить, проверять, как я там одна.
Поехали мы по Ярославскому шоссе, заехав в РИО. Купили продуктов на новый год и всякие нужные вещи: шампунь, порошок. Я не знала, что там осталось у бабули, поэтому набрала всего понемногу. Ехать нам было примерно два часа. Арчи всю дорогу важно сидел и дремал в соседнем кресле, слушал музыку, что я включила. Лишь подъезжая к селу оживился и встал на задние лапы, смотрел в окно. Само село было небольшое и не слишком оживленное, несколько магазинов, полиция.  Я проехала по центральной улице, и немного повертевшись вдоль рощи, увидела указатель «Усадьба князя Лазанского», частная собственность,  выехала к чугунному забору и воротам. Да, в моем роду были князья и княгини. Раньше указатель висел без надписи, что это частное владение и бабуля его поменяла, так как летом не было покоя от нашествия отдыхающих, что искали разные исторические места для экскурсии или отдыха. Тем более, что место здесь было очень красивое, особенно озеро. 
Усадьба была действительно небольшой. Я её смутно помню. Пару раз за лето меня привозили сюда совсем маленькой. Помню небольшое озеро с ледяной водой, где мы катались на коньках с бабушкой. Большой дуб, где я строила шалаш. Ворота легко открылись, замок был смазан,  даже не скрипнул. Широкая дорожка, расчищена от снега и вела прямо к дому. По бокам росли высокие ели, укрытые белыми шапками снега. Впереди виднелся сам дом, одноэтажный, с широким большим кольцом. Белые колонны удерживали крышу над входом. Тяжёлые, деревянные двери. Мы остановились с Арчи у крыльца и я открыла дверь машины, выпуская его на улицу и вышла сама, осматриваясь вокруг. Мне здесь уже нравилось и то, что я тут одна меня ни сколько не пугало, ведь у меня есть Арчи, дом на сигнализации, как было указано в документах. Я обошла дом. Сзади был большой сад, что спускался прямо к озеру. Все белое, белое, даже резало глаза от снега, что искрился на солнце, как моя подвеска, которую подарил Влад. Немного в стороне я заметила еще постройку сарай и гараж. Вернувшись с Арчи в машину, я решила оставить ее пока здесь, так как надо было выгрузить вещи, что мы привезли с собой. Нагруженная пакетами я  открыла дверь и вошла в переднюю. Конечно это была усадьба, дом в деревне. С высокими потолками из серой гранитной плиткой из которого наверху была лестница со ступенями из белого мрамора. Из холла выходило два коридора по левую и правую сторону,  один вел в большую в гостиную с камином и второй на кухню, санузел и кладовую с котельной. Наверху, насколько я помню, было три спальни. Арчи заливаясь громким лаем, неуклюже побежал в гостиную, цокая когтями по плитке. Я сбросила куртку  на банкетку, что стояла у входа и тоже пошла за ним, включая везде свет. В доме было тепло, уютно.  Окна в  коридорах были  большими, закрыты легким, в изящных складках белым тюлем. Коридор  заканчивался двойными, стеклянными с обрешеткой светлого дерева дверями, что были гостеприимно распахнутые. Бабуля обожала стиль прованс и я тоже. Мягкого серого оттенка стены, светлое дерево на полу, ковёр огромный во всю гостиную, нежно-голубого оттенка, диванчики, обитые серой плотной шерстью. Голубые шторы и лёгкая, белая тюль. Два огромных окна выходили видом на сад за домом. Два кресла у камина, на одном забытый клетчатый плед. Я подошла фотографиям, что висели над камином в белых рамках. Здесь были я, мама, мы все, Влад, дедуля, какие-то знакомые бабули.  Она очень любила общение и часто здесь было много гостей. Я почти перестала сюда приезжать, после того как пошла в школу, Особенно ближе к старшим классам, я совсем перестала здесь бывать. Бабуля сама приезжала к нам.  Летом родители отправляли нас  с братом в какой-нибудь заграничный лагерь на море, а зимой мы и так часто видели бабулю. Она была очень красивой женщиной, даже в старости, стройная, с идеальным маникюром и ухоженными волосами. В деньгах она не нуждалась. Мы никогда не спрашивали, откуда они у неё, но она всегда была идеально одета и выглядела молодо и элегантно. Дедуля был из военных и умер уже давно, когда я была маленькая, по-моему, что-то с сердцем. После его смерти бабушка жила здесь одна и всё время была чем-то занята, мы даже толком не знали чем она занимается.  Родители, когда приезжали, обязательно, ездили к ней. Последние два года бабуля болела и мама забрала ее к себе в Лондон, там она и умерла, я не успела ее увидеть. Арчи заливался лаем  у кресла, что стояло у камина. Потом странно затих и завилял хвостом. Меня это немного напугало, но я быстро отвлеклась, так как надо было раскладывать продукты и вещи и подготовить нам комнату. 
Холодильник на кухне был выключен и я подключила его, а также плиту. Чайник и все остальное. У бабули была достаточно оснащенная, современная кухня, даже кофеварка имелась, чем я особо обрадовалась. Арчи выбрал место, где будут стоять его миски с водой и кормом. На ужин мы с ним решили замариновать крылышки и запечь в духовке. В кладовой я нашла целый ряд аппетитных банок с различными закрутками: компоты, соленья, варенья, чего тут только не было. С голоду мы точно не умрем. Бабуля оказалась запасливая в плане заготовок, сахар, мука, соль, даже мыло с шампунем и порошком, зря мы тащили все из магазина. Разобрав покупки и замариновав крылья, я открыла одну маленькую банку с солеными огурцами и слопала ее почти всю, такие вкусные и хрустящие были огурчики. Арчи отказался и хрустел своим кормом. С момента приезда он как-то странно себя вел, то заливался звонким лаем, а то вилял хвостом, вглядываясь то в одно, то в другое место. Я подумала, что это он так привыкает.
 Я поднялась наверх и осмотрела все три спальни. Везде было чисто и уютно, как будто здесь ни кто и не жил почти два года, казалось дом только недавно покинула хозяйка, выйдя в магазин. Пока я доставала и застилала постель в своей бывшей комнате, Арчи громко и заливисто залаял и побежал в низ. Я подумала это снова одна из его причуд, но тут раздался звонок в дверь. Я вздрогнула, никак не ожидала гостей.
 Спустившись вниз и открыв дверь, я впустила в дом приятную женщину, преклонного возраста, что была одета как дворянка, по старинке. Темно-коричневое пальто с воротником-стойкой из норки и такого же цвета шапка-таблетка на голове.
- Здравствуй, Кристина, ты меня, наверное, не помнишь? – спросила с улыбкой женщина, снимая пальто и вещая на вешалку, с изогнутыми рожками. Я наморщила лоб, вспоминая.
- Я Клавдия Васильевна, ну? Тетя Клава – и тут я вспомнила. Ну конечно, у бабушки была подруга, по совместительству домработница, что приходила пару раз в неделю и убиралась в этом огромном доме. Готовила и стирала. Сколько лет прошло, а тетя Клава, казалось ни сколько не изменилась, я тут же вспомнила ее кулебяку, такой я больше не ела ни где.
- Ой, какой хорошенький – приседая на корточки и почесывая Арчи за длинным ухом, восхитилась тетя Клава. Мы прошли на кухню и сели за большой дубовый стол, достали два варианта варенья и, тетя Клава заварила чай в большом белом чайнике. Мы долго сидели с ней, вспоминая бабулю и былые времена. Оказалось, заготовки в кладовой делала Клава, а не бабушка. Мы с Арчи оценили царское варенье, как Клава назвала варенье из крыжовника. Также договорились, что она будет по-прежнему сюда приходить, готовить и убирать, так как кулинар из меня так себе.
- У Мани никогда не было собаки, я все говорила,  заведи себе кошечку или маленькую собачку, а она все не соглашалась – Клава все восхищалась Арчи, что довольный вниманием сидел, как приличная собака.
- Маня говорила, что часто уезжает, а животное будет скучать. Но я бы присмотрела за животинкой, взяла к себе на время ее отъезда – все сетовала Клава. Арчи внезапно сорвался и побежал с лаем в гостиную, Клава перекрестилась и засобиралась домой - Ты главное ничего не бойся, хоть дом и стоит уединенно, постоянно горят фонари и полиция недалеко, да и сигнализация у тебя есть и телефон, если, что звони мне.
 Я оделась,  мы с Арчи вышли прогуляться и проводить Клаву немного до дома. Снег на улице скрипел под сапогами, нос прихватывало морозом. Ночное небо было таким звездным, что я такого никогда не видела. Воздух казался хрустальным, что его можно было разбить или растопить своим дыханием.
- Мороз обещали до минус тридцати – сказала Клава – я приду завтра, если ты не против. Принесу домашнего творога и молока, для тебя,  да и для этой прелести – улыбнулась она, смотря на Арчи, как он бегает на своих коротеньких ножках.
- Ему надо есть творог, там кальций, полезно, да и тебе не помешает, вон какая худая. Совсем вы там в Москве себя голодом изморили, да и дышите непонятно чем, вот у нас тут воздух, так воздух – вот тут я с Клавой согласилась. Мы немного еще прошли, почти до ее дома, что стоял недалеко от усадьбы и вернулись назад. Дом встретил нас теплом, что было приятно, после морозной прогулки. Арчи опять побежал в гостиную, виляя своим коротким хвостиком, а я пошла, поставить крылышки в духовку и сделать салат.
 

После ужина я включила телевизор и, мы с Арчи уютно устроились на диване у камина. Сначала я хотела его зажечь, но оставила это удовольствие на завтра, не все в один день. Включила напольное бра у дивана и достала объёмный пакет,  который мне передала нотариус. Вынула большой объёмный файл с документами и письмо, подписанное бабулей,  моей внучке, Кристине. На колени упал пакетик,  запечатанный  сургучом. Я не стала его пока открывать, решила сначала прочесть письмо.
             "Дорогая моя, внученька. Знаю, что ты прочитаешь это письмо, когда меня уже не станет. Сильно не горюй, я отправилась в свой Призрачный мир и здесь меня ждёт покой и счастье. То, что я напишу дальше,  покажется тебе полным бредом выжившей из ума старухи. Максимилиан тебе все объяснит при встрече, как бы это не казалось фантастическим, но это реально. В пакете, что прилагается к письму, найдёшь кольцо. Это кольцо особое, надев его, ты будешь видеть то, что не видят другие люди. Скоро ты познакомишься с Максимилианом, который проводит тебя в другой мир Не пугайся и не отказывайся от его помощи. Всё остальное, что тебе нужно знать,  расскажу позже. С 
             любовью, твоя бабуля"
 Я сидела, рассматривая ровные строчки, написанные моей бабулей, и  ничего не могла понять. Какой ещё Призрачный мир? Кто меня куда проводит? Я достала небольшой пакет с печатью и разорвала его. На руку мне упало кольцо. Старинное золотое кольцо с дымчато-синим камнем.  Я повертела его и надела,  вытянула руку, разглядывая, как оно смотрится на моих тонких пальцах и тут увидела его.  Мужчина сидел, напротив, в кресле, с интересом разглядывая меня. Сначала я даже не обратила внимания на его внешний вид, так была ошарашена его появлением.  В закрытом доме, беззвучно, незаметно для меня, в кресле появился мужик. И Арчи сидел, глядя на него влюбленными глазами. Я замерла, не зная, что делать. Внутри тоненько вопил писклявый голос – ой! Мамочки!
Я медленно протянула руку к телефону и взяла его, не сводя взгляд с молодого человека. Теперь я его рассмотрела, очень даже красивый, даже слишком, но сейчас мне явно не до этого. Куда там надо звонить? Какой телефон у полиции? В голове вертелось только 911. Его я и набрала. 
- Алло, здравствуйте, оператор Светлана, чем могу вам помочь?
- Девушка – шепотом произнесла я в трубку. Она почему-то тоже шепотом, ответила мне
- Что?
- У меня тут в кресле, сидит чужой мужик - сказала я, так же тихо
- Красивый? – возник неожиданный вопрос, я хихикнула, скорее от нервов
- Очень – снова смешок
- Назовите ваш адрес или не кладите трубку,  определю ваше местонахождение.  Я вышлю к вам патрульную машину. Постарайтесь продвинуться к выходу из дома, не делая резких движений и осторожно – девушка в трубке наконец-то вспомнила свои обязанности и занялась делом. Я начала сползать с дивана, продвигаясь на пятой точке, в сторону двери. Молодой человек в кресле ухмыльнулся, глядя на мои манипуляции.
- Он вам угрожает? – спросила Светлана
- Нет
- А что делает? – заинтересовалась оператор
- Просто сидит и ухмыляется – в трубке возникла пауза
- Сними кольцо – мужчина произнес эти слова, все также улыбаясь
- Он просит снять кольцо – сказала я, почти достигнув двери
- Он угрожает вам и просит снять драгоценности? – спросила Светлана
- Нет, не угрожает, просит снять кольцо от бабушки
- Снимите медленно кольцо, положите на видное место и продолжайте продвигаться к выходу. Я потянула, бабулину драгоценность и она легко соскочила с пальца, мужчина пропал. Я застыла, вглядываясь в кресло, там никого не было
- Але, девушка, вы где? Але, Але? – надрывался телефон. 
 С улицы донесся вой сирены, приехал патруль. Я не буду объяснять, как выкручивалась перед патрульными. Строя из себя полную идиотку сказала, что задремала под ужастик и мне приснился кошмарный сон. Проснувшись,  не сразу поняла обстановку  и позвонила в 911. Патрульные оказались молодыми парнями и поняли меня. Сказали,  чтобы  больше я не смотрела на ночь такие фильмы, выпросили мой телефон, по восхищались милым Арчи, что подстроился под ситуацию и строил глазки. Мы с ними мило попрощались  и они уехали. Я осторожно вошла в дом. В нём никого не было. Было так жутко, что я  включила телевизор, но там  шёл какой-то кошмар. Быстро переключила программу на какую-то комедию. Так мы и уснули в обнимку с Арчи на диване в гостиной.
  Меня разбудил какой-то толчок, заставив сесть на диване.  Арчи мирно спал, уткнувшись носом в плед. За окном была ночь, в доме было тихо и тепло. Я встала и прошла к окну, вглядываясь в снежные узоры деревьев за окном. Рядом со мной прошелестел ветер, обдавший меня холодом. Резко обернувшись, я встретилась с глазами, что смотрели на меня настороженно. Опять этот мужчина, что был вечером в доме, значит, мне не померещилось. Я поднесла руку к губам и накрыла ей рот, чувствуя, что еще немного и я завизжу, как поросенок на весь дом.
- Тихо, тихо – проговорил мужчина – успокойся, я не сделаю тебе ничего плохого, это все кольцо. Он взглядом указал на мою руку, что сжимала рот. Я отвела ее от лица и увидела кольцо бабули. Я же его снимала! Значит он мне его надел?! 
- Ты одел мне кольцо?! – гнев закипал во мне, заменяя страх. Мужчина поднял руки, как бы сдаваясь
-Мне надо было с тобой поговорить, а как это сделать, если ты меня не будешь видеть? 
- Что ты хочешь? Кто ты такой и что вообще делаешь в моем доме? – шепотом возмущалась я, стараясь не разбудить Арчи, что было глупо. Но только лая собаки мне сейчас не хватало
- Я Максимилиан – ответил молодой человек и, я вспомнила письмо бабули. Нет, нет, замотала головой, это не может быть правдой! Хотя почему, вот он стоит передо мной, реальный и до невозможности красивый. Я вытянула руку, пытаясь дотронуться до него, и рука провалилась в холодный туман. Вместо тела я ощутила плотный, ледяной туман. И вот тогда я завизжала, во всю силу своей глотки. Визжала я долго, пока Максимилиан не хлопнул меня ледяным шлепком воздуха по щеке. Арчи проснулся и лаял, соскочив с дивана. Мужчина его успокоил, взмахнув рукой.  Я стояла, судорожно сглатывая воздух и медленно развернулась, прошла на кухню. Где-то я тут видела флакончик с валерьянкой. Дрожащей рукой накапала в стакан и налила воды из-под клана, поморщившись от резкого запаха, выпила. Обернулась в сторону гостиной и застонала, Максимилиан был там, играл с Арчи, скользя по полу из угла в угол. Вернее летал над полом. Ну вот опять, я сейчас опять завизжу. Я подняла руку и больно укусила себя за палец и охнула, нет, я точно не сплю. Прошаркав тапками по полу,  я прошла в гостиную и села в кресло
- Рассказывай,  иначе снимаю кольцо – гневно приказала я – Кто ты такой?
- Я Максимилиан. Думаю, тебе лучше все расскажет твоя бабушка. Она написала тебе в письме, что находится в Призрачном мире и ждет тебя там. Я проведу тебя туда, она все тебе объяснит - я смотрела на него, чувствуя, что схожу с ума. О чем он говорит? Какой Призрачный мир? Моя бабуля умерла и по-видимому в дом пробрался сумасшедший. Что делать?
- Поверь мне, поверни кольцо камнем вниз и, я проведу тебя туда -  сказал Максимилиан.
Я, как под гипнозом подняла руку и повернула кольцо. Все закружилось, завертелось и растворилось, как в тумане.
 

То, что я увидела, когда повернула кольцо, не передать словами. Если вы смотрели фильм «Аватар», то это в сотни, в тысячу раз красивее. Мы с Максом, буду называть его так, оказались на крутом выступе горы, перед нами открылся вид на большую зеленую долину. Здесь не было снега, было тепло, как летом, даже жарко немного. Долина была окружена горами, в центре – Белоснежный замок, устремляющийся высокими шпилями прямо в лазурное небо невозможной красоты, не просто голубое, а именно лазурное, как море где-нибудь на Мальдивах. 

Вокруг замка раскинулся небольшой город, переплетенный прозрачными мостами. По краям я насчитала три водопада, что струились венами тонких рек, разрезая голубыми извилистыми нитями всю долину. Я выдохнула, а Максимилиан улыбнулся. Только сейчас заметила, что я все так же в своей пижаме с покемонами, короткие шортики и футболка вполне подходили для путешествия, мысленно улыбнулась я. На ногах были мои домашние пушистые тапочки.

– Мы дома, – сказал он. Спускались мы по широким каменным ступеням, которые соединялись с дорогой, ведущей к городу. Сам спуск я почти не заметила, хотя он был довольно длинным. Я смотрела и смотрела на красоту, простирающуюся вокруг. Мы спустились и вышли на дорогу из белого мелкого камня. По бокам замерли статуи, изображающие каких-то сказочных животных. Здесь я увидела драконов, фениксов, львов и неизвестных мне птиц и зверей. Мы шли по дороге и вокруг летали миллионы огоньков, маленьких, сверкающих, как бриллианты, даже сейчас, днём. 

Максимилиан взял меня за руку, и я вздрогнула. Первый раз я смогла его коснуться. Его рука была материальная, тёплая, крепкая, с изящными тонкими пальцами. Макс сжал мою ладонь и снова улыбнулся. Его улыбка так действовала на меня, что я не могла отвести глаз от зеленых бликов в его взгляде и изогнутых в улыбке губ. Только сейчас я нормально разглядела Макса. Очень красивый, высокий, стройный, с темно-каштановыми волосами до плеч. Лицо не слащавое, как сейчас модно среди нашей молодежи, а именно мужское, с правильными чертами лица, высокими скулами и ярко-зелеными глазами. У меня перехватило дыхание от того, как он смотрел на меня.

Макс снова улыбнулся и еще крепче сжал мою руку, вызывая трепет по всему телу. Что со мной? Прекрасный мир, открывшийся вокруг меня, просто завораживал. Мы не стали входить в город, а поднялись на мост из прозрачного, как стекло, камня. Мосты раскинулись по всему городу, соединяясь у дворца. Очень даже удобно, но я бы с удовольствием прошлась по улицам прекрасного города. Однако и с высоты узкого моста мне было всё хорошо видно. Каменные дома из светло-серого камня, красная черепица крыш и везде цветы. Люди, по крайней мере, похожие на людей, куда-то спешили по этим улицам по своим делам.

Мы шли по мосту, который гулко звенел под нашими ногами. Он плавно спускался, соединяясь с площадью вокруг дворца. Везде зеленые, аккуратно подстриженные лужайки, обилие фонтанов и благоухающих роз. Макс отпустил мою руку, и я расстроилась: так хорошо было чувствовать его тепло. Подойдя к замку, я издалека заметила женщину. Она стояла на большом широком крыльце. Подойдя ближе и всматриваясь повнимательнее, я замерла на месте.

– Бабуля?!

– Кристина! – улыбнулась бабуля, хотя сейчас я бы ее так не назвала. Помню, в детстве она показывала мне альбом со своими свадебными фотографиями. И она, и дедушка молодые и красивые. Я же помню бабулю уже в возрасте, с седыми густыми волосами, уложенными тугим узлом на затылке. Сейчас бабуля была молодой: лицо без морщин, волосы тяжёлой каштановой волной спускались к стройным бёдрам. Платье из струящегося голубого шёлка с серебристым широким поясом. На голове тонкий золотой обруч. Корона, что ли? Я тревожно всматривалась в эту красавицу, это моя бабуля?!

– Кристина, дорогая, – бабуля развела руки и лёгкой походкой подошла ко мне, обняла, поцеловала теплыми губами в щеку. Я стояла и не могла пошевелиться. Но как?! Она же умерла. Или я что-то не понимаю?

– Ты в шоке, дорогая, – бабуля улыбнулась. – Я думала, что в письме тебе всё объяснила, но, видимо, ты не поняла меня. Или не поверила. И это правильно, в это невозможно поверить. 

– Максимилиан, – обратилась она к Максу, что стоял в стороне, – твой отец здесь. – Он кивнул и, учтиво поклонившись, скрылся в замке.

– Объясни мне всё, – наконец-то отмерла я.

И бабуля засмеялась:

– Пойдём внутрь, в мой кабинет, поговорим. – Она взяла меня под руку, и мы пошли в замок. Широкая лестница из белого мрамора уходила вверх, разделяясь на две. Стены были оштукатурены и украшены картинами из цветной мозаики. Высокий потолок поднимался острым конусом вверх, отражаясь разноцветными бликами от витражных окон. Я остановилась, вглядываясь в эту красоту из цветных световых мазков.

– Подожди до ночи, ещё не то увидишь, – рассмеялась моя молодая бабуля. Мы прошли мимо открытых двойных дверей, ведущих в большой зал со светло-серыми колоннами и огромными окнами. Дальше повернули по коридору и вошли в кабинет. Здесь все было вполне по-человечески, как мне показалось, красивый кабинет: камин, мебель из красного дерева, кожаные диваны. Окна открыты. Волшебный вид на город привлёк моё внимание. Я отошла к окну, окинула взглядом ажурные прозрачные мосты и повернулась к бабуле.

– Я хочу знать всё, – произнесла я

– Что же, это твоё право, – ответила бабуля и присела на кресло.

– Ты попала сюда не случайно, как я тебе уже написала в письме. Это и есть этот мир, Призрачный мир. Ты, Кристина, проводник, – сказала она, наливая из серебряного заварника чай в белые фарфоровые чашки. На подносе скромное угощение к чаю: вазочка с печеньем, тарелочка с лимоном, кувшинчик сливок. Настоящий английский чай. Здесь. Смешно.

– Какой проводник? Договаривай. И кто ты такая? Моя бабуля умерла почти год назад, ты никак не можешь ею быть, хотя и очень похожа на нее молодую. – Я села в соседнее кресло и приняла от неё тонкую чашечку с блюдцем. 

– Это и есть мой мир, – бабуля обвела рукой всё вокруг, – Призрачный мир. Мы все здесь призраки. На земле, в твоём мире, уже никого в живых нет из тех, кто находится здесь, но... Здесь мы продолжаем жить, чтобы закончить свои земные дела.

– Вы все здесь мёртвые?! – Чашка задрожала в моей руке. Ужас, настигший меня, невозможно передать словами. Я попала в какой-то мир мертвых. Я что, умерла?!

– Нет, нет, успокойся! – бабуля мягко положила руку мне на плечо, похлопав меня. Рука была обычная, теплая, изящная, рука живого человека.

– Ты принцесса, принцесса Призрачного мира. – Я жутко испугалась и отдернула руку. Чай расплескался, капая горячими каплями мне на пижаму. – Какая ещё принцесса? – Я поставила чашку, сцепила крепко ладони. Ощущение горячего доказало мне, что это не сон.

– Не пугайся, этот мир, можно сказать, переход из призрака в душу. Как бы тебе объяснить? – Бабуля задумалась, а я осторожно снова ущипнула себя за кожу на руке. Точно не сплю.

– Призрачный мир предназначен для перехода в Небесное царство. Здесь живут призраки, которые по разным причинам не могут туда попасть. Не отпускают родные, скорбя и печалясь, у многих остались незаконченные дела. Проводники помогают им доделать все, что нужно и проводят в Небесное Царство.

– Бред какой-то. – Я хочу обратно, домой – вставая, прошептала я, почувствовав, как подкатывает истерика.

– Хорошо, Максимилиан отведёт тебя, но тебе придётся вернуться, – грустно ответила бабуля. – Погости немного и, если захочешь, уйдёшь.

– Погостить у тебя? Среди мертвых людей? Я вообще не понимаю, где я? Что со мной? Может я в какой-то коме, или умерла, или в бреду? Что вообще происходит? – вскричала я, чувствуя, что истерика все же накрыла меня. Я покрылась холодным потом и дрожала мелкой дрожью с головы до ног, стуча зубами. Бабуля стремительно встала и подошла ко мне, подняла руку и коснулась моего лба. Все закрутилось, завертелось, и я упала. Упала в какую-то воронку из голубого света и утонула в ней.

Меня разбудил чайник, который надрывался своим свистом внизу, на кухне. Я была в усадьбе, в своей спальне, в постели. На мне была моя любимая пижама с покемонами, рядом, уткнувшись мокрым носом мне в подмышку, сопел Арчи. Я ощупала себя, проверила наличие ног и рук. Что со мной случилось ночью? Я же была в Призрачном мире или нет? Обвела внимательным взглядом комнату, всё, как и прежде. Вытянула левую руку, кольца на пальце не было. Чайник на кухне затих. Значит, в доме кто-то был. Я села на кровати, спустила ноги в пушистые тапочки, натянула халат и спустилась на кухню. Никого не было. На плите – горячий чайник. Что происходит-то? Я прошла по всему дому, все двери и окна были заперты.

Выглянула за дверь, на выпавшем за ночь снегу четко отпечатались лапки Арчи. Щенок выходил утром гулять и сам открыл дверь? Закрыв дверь на все замки, села в гостиной, пытаясь собрать мысли в кучу. Прибежал Арчи, радостно гавкая, завилял хвостом, уставившись на пустое кресло. Его шерсть была немного влажной, значит, он действительно выходил гулять. Но как? И опять это его радостное повизгивание около пустого кресла. Ну, нет! Больше я на это не куплюсь. Мне всё приснилось, убеждала я себя. Сон был просто очень реальный и всё. Выходить надо почаще на улицу и дышать свежим воздухом. Наверное, это какое-то кислородное голодание после Москвы, поэтому снится всякая чушь. Но чайник?!

День начался в привычном ритме, мы погуляли с Арчи, потом позвонила мама, спросила, как буду отмечать Новый год. Я что-то соврала, мама успокоилась. Затем позвонила Машка, спросила, как я там одна, ей тоже соврала, она пообещала приехать первого числа. Мы с Арчи решили позавтракать и сделали омлет с грибами. Арчи, правда, от омлета отказался и аппетитно похрустывал своим кормом. 

Я повалялась в пенной ванне, слушая свою любимую группу, а, когда сушила волосы феном, думая не пойти ли мне прогуляться в деревню, перевела взгляд на полку. И вздрогнула – на полке лежало кольцо. Рука потянулась, чтобы надеть его, и отдёрнулась – не хочу, боюсь. Надев тёплые джинсы и джемпер, я спустилась в гостиную. Арчи смешно передвигался по лестнице, скатывался на пухлом своем пузике, наверх забраться, правда, пока не мог, ножки не доставали. В гостиной было все, как и прежде, но горел камин, распространяя тепло. Я его не зажигала. Это точно! Да какого лешего это всё происходит?! Топнув ботинками, которые уже почти зашнуровала, я подошла к камину. На полке лежало кольцо. Обреченно вздохнув, я надела его камнем вверх. Он был здесь. Максимилиан сидел в кресле, глядя на огонь в камине. Перевел взгляд на меня. Его глаза, казалось, гипнотизируют меня и просвечивают насквозь

– Добрый день, принцесса. – Всё снова завертелось, закружилось, и я приземлилась на пол прямо у камина. Макс метнулся ко мне, но лишь прошёл сквозь меня, накрывая волной холодного воздуха.

– Так всё это правда? – прохрипела я.

– Да, как бы тебе ни хотелось, чтобы было по-другому, но это всё правда, – глухо ответил он.

Я застонала от отчаяния. Значит, Призрачный мир, действительно существует. Макс протянул руку, пытаясь убрать прядку с моего лица, но лишь холодный ветер коснулся моей щеки. Такие глаза, как у него, невозможно было игнорировать. Я честно пыталась не смотреть на него, но не получалось. Если бы где-то был идеал моего мужчины, то сейчас он стоял передо мной. Беда в том, что я не могла до него даже дотронуться. Рука вытянулась, пытаясь дотянуться до его щеки, но провалилась в холодный воздух. Хотя в гостиной было тепло, рука, прошедшая сквозь его тело, как в холодную воду окунулась. Макс вздрогнул, будто я действительно коснулась его, и отошёл, вернее отлетел, снова усаживаясь в кресло. 

– Что мне делать? – обречённо спросила я, вставая с пола и проходя, шатаясь, к креслу.

– Ничего, – последовал ответ. – Вернись со мной и поверь королеве Марии. Сколько бы ты там ни пробыла, здесь пройдёт лишь несколько часов. 

Макс обвёл гостиную взглядом и посмотрел на меня. Он был одет, как обычный человек, сегодня это были джинсы и рубашка, расстегнутая на груди, на ногах кроссовки. Его зелёные глаза, лицо, всё тело были такими реальными, что мне казалось, если я подойду и дотронусь до него, то почувствую тепло его тела. Но я этого делать не стала, так как знала, что вместо пустоты будет только холодный воздух.

– Хорошо, – проговорила я, глядя ему в глаза, – объясни, что можешь, и я отправлюсь с тобой, только сменю одежду. – Я помнила, что во сне в Призрачном мире было лето.

– Ты являешься принцессой Призрачного мира, – начал Макс, а я взяла на руки Арчи, и мы стали внимательно его слушать. Теперь я могла любоваться Максом, сколько хочу. Его лицо, улыбка, глаза, жесты, когда он говорил – все в нем восхищало меня. Хотелось слушать его, быть с ним, смотреть на него. Что это со мной? Никогда такого не было.

– Ты проводник между душой и призраком.

– Что это такое? – Я вернулась к разговору, с трудом отвлекаясь мыслями от внешности Макса.

– Душа, когда умирает тело, как все думают, делится на темную и светлую. Но есть и промежуточная, скажем так, стадия, когда она не попадает в Небесное Царство, а остается пока между мирами. Это и есть Призрачный мир. Там живут, или скорее обитают, души, которые еще находятся как бы в своем теле, но должны его покинуть. Призраки, что населяют мой мир, оставили что-то дорогое на земле, любимых людей. Кто-то их не отпускает, горюет, печалится, молится, чтобы быть с ними. Такие призраки не могут попасть в Небесное Царство, но и без души их нельзя оставить, они этого не заслужили.  

– Поэтому нужны проводники, которые разыскивают в Земном мире, тех кто их держит, и помогают устранить эту проблему. – Макс говорил чисто по-мужски, а я воспринимала все иначе. Значит, я человек с такими способностями, который помогает душе найти покой? Получается так, вроде все понятно и дико нереально.

– Как проводник находит причину, которая держит призрака?

– Сам призрак докладывает об этом королеве, и уже она решает, помогать ему или нет. Тут дело не в ее желании, а дело в возможностях.

– Что значит в возможностях?

– Ну как тебе объяснить? –задумался Макс. – Вот, например, мать потеряла свое дитя и тоскует по нему, жить не может. Одна в этой тоске проживет всю оставшуюся ей жизнь, а другая прыгнет с высотки. Первая окажется в Призрачном мире и продолжит там тосковать, но ей уже нельзя помочь. Есть один способ, но он тоже зависит от вариантов, как именно она потеряла своего ребенка.

– Что это значит?

– Ну, если с ним случился несчастный случай, проводник может свести души вместе, и они соединятся и отправятся в Небесное Царство. Но бывает, ребенок ушел по своей воле, тогда он находится там, куда лучше не соваться. Поэтому матери помочь не получится.

– А где такой ребенок находится?

– Лучше тебе пока этого не знать, он находится там, где и мать из второго варианта, что прыгнула с высотки или выпила яда, ну не важно какой способ она выбрала. Лишила добровольно себя жизни, – пояснил Макс.

– Какие страшные вещи ты рассказываешь. – Меня передернуло. – И что я должна делать в таких случаях?

– В этих двух ничего, только если соединить тоскующие души вместе и отправить их в Небесное Царство, но это, скорее, не твоя забота. Есть те, кому действительно можно помочь.

– А кому тогда можно? – Но тут Арчи вскочил с моих колен и, звонко лая, побежал, заваливаясь на один бок, к дверям, тут же раздался звонок.

– Ну вот и я пришла, здравствуй, Кристина, здравствуй, мой миленький, – на пороге стояла Клавдия Васильевна с пакетом. – Я вот принесла вам молока и творог, сейчас сделаем блинчики, да, мой хороший? – И она пошла в кухню. Арчи, облизываясь, побежал за ней. Мы с Максом стояли в передней, провожая эту парочку взглядами. Клавдия Васильевна не увидела Макса. Я подумала, может, мне к врачу пора? А не поехали у меня мозги случайно? Хотя вроде нет, Арчи видел Макса, значит это все правда?

– Не задумывайся о том, что и как устроено, просто прими, что это есть, и не стоит искать объяснений, – сказал Макс и ушел в гостиную. 

Я скорчила ему вслед рожицу «надо же, какие мы умные» и пошла помочь Клавдии Васильевне. Мы долго провозились, пока жарили блины, потом она поставила варить борщ. Клавдия Васильевна похвалила Арчи за то, что тот, как воспитанная собачка, ходил на специальную пеленочку, что мы приобрели в зоомагазине. Нина с детства приучала щенков, как котов, ходить в определенное место. Щенки довольно часто писают, где стоят, поэтому я была очень благодарна его бывшей хозяйке за такое воспитание Арчи. И за большой запас этих самых пеленок, которых по совету Нины приобрела побольше.

– Надо же, какой воспитанный, – удивилась Клавдия Васильевна, первый раз наблюдая, как Арчи внезапно бросил все дела и присел в определенном месте. Пока щенок маленький, эти самые пеленочки были разложены везде, ну не сплошным ковром, конечно, но чтобы щенок успел добраться быстро, так как они еще не могут контролировать свои потребности. Бывали, конечно, промашки, но тут уже никуда не денешься, маленький Арчи еще. Поэтому всегда стояло ведро с чистой водой, чтобы устранить последствия, ну а с кем в детстве не бывает? 

Арчи был занят косточкой, а я прошла по дому в поисках Макса, его нигде не было. Я повертела на руке кольцо, может как-то отсоединилось, что ли? Связь пропала? Но Макс не появился. На следующий день тоже.

На вторую ночь, перед самым Новым годом, мы с Арчи проснулись от грохота внизу и побежали туда, со сна натыкаясь на стены. В гостиной на полу лежал Макс, весь в крови. Мы с Арчи заохали и заахали, но сделать ничего не могли, мои руки проваливались в холод. 

– Поверни кольцо – хрипло сказал Макс. Я подняла правую руку, схватила левой Арчи. Сунула его под мышку и медленно повернула бабулин перстень, камнем вниз. И снова все завертелось, и мы с Арчи падали под его визг. Оказались мы все там же. На высоком выступе. Макс стонал, лежа на камнях, и зажимал руками резаную рану в боку. 

– Собаку-то зачем взяла? – первым делом прохрипел он. А я и не поняла зачем, получилось как-то машинально. Это называется «все свое ношу с собой».

– Как мне тебе помочь? Надо кого-то позвать или вызвать сюда, я не донесу тебя до замка.

– Дай сюда Арчи. 

Я протянула ему корги, держа того на весу. Арчи вертелся и изгибался у меня в руках, но вдруг замер.

– Отпусти его, – попросил Макс, и я поставила щенка на землю. Он тут же стартанул, можно сказать, буксуя на месте, и понесся вниз по ступеням. Я вскочила, собираясь бежать за ним, но Макс схватил меня за руку.

– Побудь со мной, – попросил он. – Арчи приведет помощь. 

Макс привалился ко мне всем телом, чуть не свалив с ног. Я села рядом с ним на камни, понимая, что снова оказалась здесь в пижаме. Я оторвала от футболки низ и осталась в импровизированном топике. Сложила ткань и прижала к ране Макса, накрыв рукой. Как же мне нравилось дотрагиваться до него! Даже сейчас, держа рану, затыкая ее своей пижамой, я плыла под рукой Макса, что опиралась на мои плечи. Да что со мной такое? Почему он на меня так действует?

– Где ты был? Кто тебя ранил? – спросила я.

– Я был там, куда тебе не стоит соваться, и знать об этом тоже не обязательно, – сухо ответил Макс, но потом взглянул на меня, увидел, что задрожала губа от обиды. – Ну ладно, ладно, задание одно выполнял. Хотел вызволить одну душу из Темного Царства.

– Из ада что ли? – улыбнулась я, оценив, его шутку.

– Ну да, – на полном серьезе ответил Макс и добавил: – только у нас здесь это по-другому называется. Я посмотрела на него удивленно, что действительно из ада? Мое сумасшествие совсем близко.

Помощь пришла быстро. Откуда-то налетели призраки, ну выглядели они конечно не как призраки, а как воины. Одеты они были в костюмы светло-серого цвета и легкие свободные плащи с капюшонами, длиной до колен, спереди чуть короче. Свободные штаны были подпоясаны кожаной перевязью под меч. Сзади мечи у всех висели крест-накрест. Я удивленно наблюдала за ними. Эти призраки подхватили Макса и легко понесли по воздуху, уплывая вниз. Мне показалось, что я попала на какой-то слет ассасинов. Насчитала я пять воинов, но были ли это воины? Зачем они здесь, с кем воевать? Недоуменно пожав плечами, я стала спускаться по лестнице, меня что-то никто не захотел подвезти, вернее подлететь, нет не так, короче, оставили все меня. Даже Арчи.

Бабуля в этот раз не встречала меня у входа, да и никто не встречал. Арчи только выбежал с радостным лаем навстречу. Я решила сама пройти по замку, найти, куда все пропали. 

В замке было тихо. Не встретив никого на пути, я прошла через коридор и вышла к лестнице, спускавшейся широкими ступенями в подвал. Оттуда доносились голоса. Снова подхватив щенка под мышку, я начала спускаться. Здесь не было темно, на стене горели какие-то светильники без лампочек, было сухо и свежо. Внизу я ступила в широкий коридор с песочным полом. Арчи завозился и начал извиваться, но я шикнула на него, и он обреченно повис, глядя по сторонам глазками-бусинками. Немного пройдя по коридору, мы вышли в большой зал с окнами поверху, в центре которого стоял огромный каменный алтарь из серого мрамора. Бабуля была здесь, в таком же костюме, как и воины. Она склонилась над Максом, направляя на его рану ладони, из которых лился голубой свет. Я завороженно застыла, всматриваясь в это чудо. Рана по краям начала светиться и на глазах затягиваться. Вскоре на коже остался только след от крови и какой-то сажи, самой раны не стало. Бабуля обернулась и заметила меня. Кивнула одному из воинов, тот отделился от остальных и подошел ко мне

– Пройдемте в вашу комнату, принцесса.

– Но я хочу знать… – начала я, однако меня мягко взяли под локоток и выпроводили из зала. Пока мы шли по длинным светлым коридорам, я приглядывалась к мужчине, что шел впереди. Арчи тоже к нему присматривался. Он был довольно широк в плечах и мускулист, одет как и все, в такой же серый костюм. Половину лица скрывал капюшон. Подойдя к двери, которая вела в покои, предназначавшиеся мне, мужчина обернулся и откинул капюшон. Я охнула, увидев перед собой Макса, но в более старшем возрасте. На вид мужчине было лет пятьдесят или немного больше. Такие же зеленые глаза, подбородок, лицо, только более жесткое. В каштановых волосах просматривались белые нити седины. Они с Максом так похожи, что сразу было понятно – родственники.

– Вы отец Максимилиана? – спросила я. Мужчина улыбнулся краем губ и кивнул.

– Да, Максимилиан мой сын, страж, – ответил отец Макса глубоким бархатным голосом.

Он приоткрыл дверь, пропуская меня в комнату. 

– Здесь есть все, что необходимо.

– Как ваше имя? – спросила я, оборачиваясь к нему и спуская Арчи на пол. Щенок сразу подбежал к новому знакомому и начал обнюхивать его. Тот нагнулся и потрепал Арчи по голове с нежностью, неожиданной в таком могучем воине.

– Мое имя Вячеслав, – улыбнулся воин открытой, как у Макса, улыбкой.

– Так вы тоже призрак? – Я только удивлялась всему этому, так как объяснений у меня никаких не было.

– Да, я призрак-страж, принцесса.

– Что значит страж? 

Воин задумался.

– Думаю не мне отвечать вам на этот вопрос, – уклончиво сказал Вячеслав.

– Что с Максом? Он поправится? 

– Да, с ним все будет хорошо, а сейчас я должен покинуть вас, принцесса. – И Вячеслав вышел, тихо прикрыв дверь. 

Комната, в которую меня привел страж, была очаровательна. Высокий потолок, обшитые светлым деревом стены, ковер с мягким шелковистым ворсом. Огромный балкон с креслами и столиком, выходящий на город и кружево прозрачных мостов. Арчи резвился, обнюхивая все вокруг, и сделал лужу, не найдя своего места. Для такого малыша впечатлений хватало за последние три дня. 

В дверь постучались, и вошла девушка, с длинными черными волосами, невысокая, худенькая. Она мило улыбнулась нам с корги.

– Здравствуйте, принцесса. Мое имя Лана. Королева отправила меня к вам, чтобы подготовить к балу.

– Балу?

– Да, сегодня во дворце бал, все соберутся, будут танцы и угощение. – Девушка была очень миленькая, с тонким голоском. Разговаривая, Лана прошла в другую комнату, где стояла огромная медная ванна, и включила воду. Я извинилась за Арчи, что понуро сидел в уголке, зная, что провинился. Лана засмеялась, погладила щенка и пообещала принести что-нибудь для таких случаев. Арчи воспрял духом и проникся к ней доверием. 

По пути Лана положила на кровать чехол, из-под которого виднелась юбка платья, пышная, изумрудного цвета, и коробку, где, наверное, были туфли. Лана вернулась и начала доставать платье. Это было самое настоящее бальное платье, у меня даже дух захватило. Какая девушка в наш век не мечтает оказаться на балу, под руку с красивым принцем и в таком платье? Узкий атласный лиф, расшитый маленькими кристаллами-каплями, соединялся с пышной воздушной юбкой, под которую снизу надевалась еще одна – атласная. Я залюбовалась изумрудными переливами ткани и бликами от камней. Захотелось быстрее примерить эту красоту. В коробке, которую открыла Лана, лежали туфли, но не на высоком каблуке, а такие атласные балетки, тоже расшитые мерцающими блестками. В отдельной коробочке лежала маска, вся будто сплетенная из кружева – такого же материала, как лиф и с бликующими капельками. Маска была настолько легкая и ажурная, что я боялась взять ее в руки, боясь порвать. 

Лана вышла и вернулась с подносом, на котором стояли блюда с едой. Здесь был кусочек мяса с маленькими картофелинами, овощи, сваренные в каком-то пряном соусе. Отдельно стоял маленький серебряный графин с напитком. Я пригласила Лану разделить со мной трапезу, но девушка покачала головой, ставя две мисочки для Арчи, где была вода и кусочки вареного мяса и овощей.

– Мы так не питаемся, – сказала она, – но кухня у нас есть, в основном для проводников и стражей. Кусок застрял у меня в горле.

– А стражи питаются как люди?

– Да, они же на половину еще в теле. Это мы здесь все призраки, питаемся у источника с благодатью, а стражи, они сами сюда приходят, поэтому в Земном мире они не умирают.

– Как это?

– У каждого стража есть предназначение. В определенном возрасте они заканчивают земную жизнь и перебираются сюда, чтобы охранять нас и проводников.

– А зачем вас охранять и от кого?

– Спросите лучше у королевы, – вставая, подсказала Лана, – мне мало известно, я здесь недавно и пока не совсем поняла, что и как, – улыбнулась девушка, забирая поднос с опустевшими тарелками.

– Почему ты здесь? – спросила я. Лана немного замялась, потом все же ответила:

– Мама меня не отпускает, все время зовет обратно, жить не хочет, – грустно улыбнулась девушка, – болеть начала, совсем зачахла. Я просила королеву помочь, может, что и получится.

– Ты хочешь в Небесное Царство?

– Да, я болела долго в Земном мире, потом попала сюда и хочу уже покоя, чтобы не слышать ее плача и боли.

– Так ты слышишь, как она плачет по тебе? – У меня мурашки побежали по коже.

– Каждую ночь, – вздохнула девушка, – она зовет меня и воет от боли, я так больше не могу. 

Лана вышла из комнаты, унося поднос, а я присела на кровать, отодвинув платье, чтобы не помять. Мне открылась какая-то другая сторона этого Призрачного Мира, настолько ужасная, но не в смысле образа или смерти, а именно чувств, эмоций, которые держат здесь этих призраков. Каждый из них оставил кого-то или что-то в Земном мире, что не отпускало его. Некоторые могли продолжать существовать с этим, некоторые – нет, как Лана. Но в любом случае, я решила помочь девушке при первой возможности. Не это ли должен делать проводник?

Спускаясь с Ланой в бальный зал, я широко открыла глаза. Всего полдня мы провозились с ней с нашими нарядами и прическами, а замок успел так измениться. Кругом были цветы, живые огни струями плескались по стенам и свисали почти до пола. Я отодвинула один такой, на ощупь он был как шелковый волос, нисколько не горячий и не обжигал. Просто струился в руке, играя светом. В воздухе, как снежинки, летали мелкие блестки. Оказалось, это благодать, как объяснила Лана. Я не поняла, что это, поймав пару блесток, попробовала подержать на руке, но они пропали, не оставив следа. Действительно, как снег, но, если тот таял, оставляя мокрое пятнышко, от благодати не оставалось ничего. Подхватив длинную нить, что свисала с потолка, держась в воздухе и покачиваясь, я тоже показала девушке, та засмеялась и сказал, что это нити жизни. Если бы я сейчас не чувствовала голыми плечами легкий ветерок и запах цветов, я бы подумала, что сама уже попала в Небесное Царство. Такая красота завораживала. Лана тоже сияла, рассматривая украшения, преобразившие дворец. Девушка надела длинное шелковое платье цвета розовой пудры, что очень ей шло. Высокая прическа на греческий манер и одно открытое плечо сделали ее женственной и еще более хрупкой. Маска на лице была из такого же материала и такого же цвета, как платье. 

Я оглядывалась вокруг, пытаясь найти знакомые лица. Недалеко от себя заметила бабулю, которая помахала мне рукой, а около нее – отца Макса. Сейчас на Вячеславе был костюм из легкой шерсти, такой же, как днем, с капюшоном, но белого цвета и без кожаной перевязи и мечей. Бабуля в красном, как вино, платье и с прической в черной сетке из жемчуга, была сама элегантность. Мне придется перестать называть ее бабулей, подумала я, буду звать королевой, ну не Маней же, как звала ее тетя Клава. Подумав об этом, я тихо прыснула и услышала раздавшийся сзади голос, заставивший мое сердце забиться, как у испуганной птички. 

– Я представлял, насколько ты красива, – обволакивающий голос Макса заставил меня обернуться и заставил почувствовать жар от огня, разлившегося по всему телу. Вот таким я его еще не видела: наряд как у отца – белоснежный костюм с серебристой вышивкой по капюшону и рукавам, волосы забраны в хвост и стянуты черным кожаным шнурком. Макс был без маски и просто стоял, сложив руки на груди, и смотрел на меня. Его глаза потемнели до насыщенного оттенка зеленого. У меня по телу пробежала дрожь, свиваясь с тугой узел где-то внизу живота.

– Потанцуй со мной, – прошептал на ухо Макс, наклоняясь ко мне.

От него пахло морем и хвойным лесом. Меня захлестнула волна разнообразных новых ощущений. Никогда не думала, что мужчина может на меня так действовать. Он протянул руку, я вложила в нее свою. Рука захватила меня в теплый плен и повела на середину зала. Юбка колыхалась за мной, сверкая каплями. Волосы, играя серебристыми локонами, опускались на спину. Лана завила их и уложила в высокую широкую косу, в которую вплела зеленую ленту и посыпала всю прическу жемчужной пудрой. Получилось очень красиво, жаль, что Машка меня сейчас не видит. Макс закружил меня под легкую, волшебную музыку, сжимая нежно руку и талию. Его глаза, запах, прикосновение – все наполнило меня жизнью и желанием. Я чувствовала, что оживаю в его руках, танцую душой, покоряясь звездам. Это ощущение не передать словами, возможно, в Земном мире такое невозможно, но в этом мире все было таким реальным, что хотелось здесь остаться навсегда. Я счастливо засмеялась, кружась в танце, чувствуя его руку в своей, в этот раз от нее исходило тепло, а не холод. 

– Как ты себя чувствуешь? – спросила я, оглядывая его.

– Относительно нормально, здесь тело восстанавливается быстрее из-за благодати, – ответил Макс, закружив меня. – Спасибо тебе, что не стала задавать вопросов и быстро отправила сюда.

– Что с тобой случилось?

– Столкнулся на входе с Темными, пришлось вернуться к тебе, чтобы переправила. 

– Всегда пожалуйста, – улыбнулась я, чувствуя, как ноги приподнимаются над землей, так Макс прижал меня и почти взлетел, не касаясь пола. Я засмеялась, отдаваясь новым ощущениям. Мне так легко было кружиться с ним в танце, что на мгновение вылетело из головы, где я и зачем я здесь.

Музыка закончилась, и началась новая, какая-то веселая, типа польки. Мы вышли из круга танцующих, и Макс повел меня знакомить со стражами. Вячеслав стоял в окружении таких же стражей. Среди них были и молодые, столь же симпатичные парни. Могучие, высокие и с выправкой воина. Все были одеты одинаково – в белое. Отличались стражи принадлежностью к разным национальностям: разный цвет кожи, разрез глаз, строение тела.

– Знакомься, Кристина, отца ты уже знаешь, а это мои друзья, стражи. – Каждый легонько пожал мне руку и расшаркался, утопая в улыбке. Первый – как качок, с ежиком светлых волос, второй – угрюмый, с черными бровями, нависающими над глазами. Третий, веселый и немного легкомысленный, чем-то напомнил мне Дениску. Четвертый был похож на моего отца – такой подтянутый, строгий и серьезный. Все они расспрашивали меня о первых впечатлениях от города и Призрачного мира, и правда ли, что я притащила сюда собаку. Я пообещала, что завтра покажу им Арчи, так как сейчас он остался в комнате, его могла напугать такая толпа. Я с каждым пропорхала по танцу и выскользнула на балкон немного отдышаться. Макса нигде не было видно. Город раскинулся передо мной, как сотканное из блестящего кружева покрывало. С неба сыпалась благодать, покрывая все блестками. Даже тут свисали живые нити жизни, что струились с неба, раскачиваясь на легком ветру. Луны не было, светили только звезды, плотно заполняя небо, казалось, усыпан каждый клочок этой темной синевы.

– Я искал тебя, – тихо сказал Макс, касаясь губами моей шеи и обхватывая за талию. Он подошел совсем не слышно и встал близко, слишком близко.

– Тут так красиво, – прошептала я и повернулась к нему, упёрлась взглядом в губы, что приближались ко мне, как в замедленной съёмке. Ощутила я этот миг соприкосновения, как вспышку, свет, который пронзил меня. Мягкие теплые губы прикоснулись к моим губам, нежно и шелковисто, именно так, как шёлк, тонкий и обтягивающий. Они захватили меня, обволакивая гладкостью и забирая в плен. Макс, еле касаясь, поцеловал и отстранился, медленно и неохотно.

– Сладко, – произнёс он, всё ещё прижимая меня к своему тёплому телу.

– С Новым годом, – прошептал Макс

– С Новым годом, – ответила я, приставая она цыпочках, чтобы получить второй поцелуй.

Утром мы с Арчи решили вернуться домой. Бабулю я нашла в её комнате, она лежала в кровати, шторы были задернуты.

– Тебе нездоровится? – спросила я первым делом, когда вошла в комнату. Хотя глупо было спрашивать это у призрака.

– Нет, всё хорошо, просто поздно легла, – ответила королева, устраиваясь поудобнее на подушках.

– А вы спите? Ну, в смысле, призраки?

– Нет, скорее, привычка из земной жизни, – улыбнулась бабуля, – иногда как бы отключаемся, видим картинки из прошлого, что не дает нам совсем превратиться в бестелесное существо, – засмеялась королева.

– Я хочу вернуться домой, ненадолго, – успокоила я бабулю, видя, что она собирается вмешаться.

– Потом, обещаю, я приду сюда, только не торопи меня.

– Хорошо, Кристина, как будешь готова, я всегда тебя жду, – сказала бабуля и протянула руки, чтобы обнять и поцеловать меня в щёку.

– Тебе нужно лишь повернуть кольцо камнем вверх, и ты дома.

Я кивнула и, подхватив под мышку Арчи, тронула перстень. Мы с Арчи оказались у себя в усадьбе и стояли посреди гостиной, озираясь по сторонам. Казалось, прошла целая сотня лет, как мы ушли из дома. Какое сегодня число? Я нашла пульт от телевизора и включила его, так как не представляла, где искать свой телефон. Тут он сам напомнил о себе, заиграв мелодию где-то на кухне.

– Крис, Крис? Алло? – Машкин голос звучал, будто она была на другом конце света.

– Да, Машунь, – ответила я.

– Ну наконец-то, – выдохнула подруга, – я весь день пытаюсь тебе дозвониться, а тебя всё нет и нет. Где ты пропала? – Как я ей могла объяснить?

– Я хочу тебе сказать, что еду к тебе, мы с Дмитрием расстались, и Новый год буду отмечать с тобой, ты рада?

Я в ответ завизжала в восторге. Значит, здесь Нового года ещё не было. Конечно, я была рада, я хочу встретить Новый год с Машкой, рассказать ей всё.

– Алло, Крис?

– А, да, да, конечно! Я в восторге! Когда тебя ждать?

– Думаю, часа через три, пробки жуткие. У тебя елка есть? А гирлянды? А продукты? Скинь мне подробно свой адрес, как проехать. – Я оглядела гостиную, ничего у меня нет.

– Так я и знала! – возмутилась Машка. – Тогда часа через четыре буду. И она отключилась.

Я кинула Арчи на диван, на что он обиженно гавкнул, и заметалась по комнате. Ёлка, гирлянды, что ещё? Игрушки? Где я всё это возьму?! Мне внезапно захотелось нарядить этот дом, как подобает, как в Призрачном мире. Блеска благодати и живых нитей у меня не было, ничего другого тоже. Я расстроенно села на диван и прижала к себе крякнувшего корги. Мне стало так печально, что у меня нет этих украшений. Но ведь у бабули должно быть что-то, и я вскочила, снова выпустив Арчи из рук. Тот скатился на пол и приготовился было совсем обидеться на меня, но, мгновение подумав, рванул за мной, так как я уже выбегала из комнаты наверх в сторону чердака. Замедлив у лестницы, схватила корги под мышку и понеслась с ним, перепрыгивая через ступени.

Чердак у бабули был огромный. Расположенные наверху узкие мансардные окна давали свет, которого хватало, чтобы увидеть чистый пол, немного пыли на закрытых чехлами ящиках и коробках, которые угадывались под тканью. Приподнимая полотно, мы с Арчи принялись заглядывать в коробки. Перебрали кучу древнего хлама, покрываясь пылью и чихая, но наши старания увенчались успехом. Я сдернула чехол с очередной коробки, большой и длинной, и открыла её: так и есть, у нас будет елка. Аккуратно сложенная, разобранная на части искусственная ёлка, очень качественная, почти не отличалась от настоящей новогодней красавицы. Иголки были сделаны так, что были очень похожи на натуральные. Отдуваясь и пыхтя, мы с корги спустили длинную коробку по лестнице, вернее просто скатили ее вниз. Причем я направляла ее, а Арчи ехал на пузике рядом. Затем снова поднялись на чердак. Здесь просто обязаны быть игрушки и гирлянды. На этот раз на чердаке нас ждал Макс. Я засмотрелась на его мощную грудь в обтягивающей водолазке, таким он мне нравился даже больше, чем вчера на балу.

– Ты так быстро сбежала, – подлетел ко мне Макс и провел рукой по щеке. Легкий, холодный ветерок коснулся кожи, заставляя сердце забиться чаще.

– Моя подруга приедет к нам, и мы с Арчи решили нарядить ёлку. Вот, хотим найти игрушки и гирлянды, чтобы украсить дом, – пытаясь отвлечься от мыслей о его прикосновении, затараторила я.

Макс плавно пролетел по чердаку, указав нам на несколько коробок в самом углу. Открыв их, я нашла игрушки и старинную гирлянду с разноцветными круглыми лампочками. Рядом стояла большая коробка, в которой обнаружился целый набор из серебра: фужеры, кувшины, вазочки. Нашли и коробку с набором старинных столовых приборов. В три захода мы перетащили это всё и разложили в гостиной на полу. В дверь позвонили, пришла Клавдия Васильевна, нагруженная пакетами.

– С наступающим вас, милые мои, сейчас начнем готовить праздничный обед. – Клавдия Васильевна прошла на кухню, где я помогла разгрузить ей пакеты.

– У тебя кто-нибудь будет из гостей, Кристина? – спросила тетя Клава, делая тесто для своей знаменитой кулебяки.

– Да, подруга ко мне едет, а где будете вы? Может, с нами? – из вежливости спросила я, хотя мне хотелось побыть с Машкой вдвоем. Ну, не считая Макса, конечно, и Арчи.

– Нет, спасибо, я всегда встречаю Новый год со своими двумя подругами. Раньше и Маня с нами была, – взгрустнула, вспоминая, Клавдия Васильевна. – Мы смотрим «Голубой огонёк», обязательно ждём обращение президента, а потом, бывает, и песню можем затянуть, – смеясь, сказала она.

Мы с Арчи оставили Клавдию Васильевну на кухне делать свои дела, а сами пошли в гостиную и всё–таки попытались собрать ёлку. В коробке было несколько железок, длинных и коротких, которые вставлялись друг друга, а сверху к ним прикреплялись ветки. Час спустя, немного поломав голову, с подсказками Макса, которые слышала только я, посреди гостиной стояла большая пышная елка, очень похожая на настоящую, только не пахла. Макс мне не мог помочь физически, в принципе, как и Арчи, который больше мешал, гоняя игрушки по полу. Страж уселся рядом со мной, подсказывая, куда лучше игрушки повесить. В итоге мы нарядили очень красивую ёлку, включили гирлянду, которая, как ни удивительно, сразу зажглась маленькими яркими огнями. Елку мы решили так и оставить в центре комнаты, потому что её размеры как нельзя лучше вписывались именно сюда. Даже Макс пошутил, сказал, что можно водить вокруг неё хоровод. Когда елка была готова, раздался звонок телефона.

– Открывайте, люди дорогие, Снегурочка пришла, подарки принесла, – проговорила в трубку Машка и отключилась. Мы с Арчи побежали к калитке и открыли ворота, чтобы она могла заехать к нам во двор. Машка вылезла из машины, обнимая нас с Арчи поочередно и целуя в носы. В своей белой шубке с широким капюшоном Машка действительно была похожа на дочку Деда Мороза. Из сказочного облика выделялись рыжие волосы, делали её похожей скорее на сказочную фею. Фея достала из багажника кучу пакетов, в которых подозрительно зазвенели бутылки с шампанским. Мы оттащили все это на кухню и распределили что куда. Несколько бутылок нашего любимого шампанского тут же положили в холодильник, фрукты и другие разные деликатесы – в раковину и на стол. Если мы не съедим это в новогоднюю ночь, то я буду питаться ещё целый месяц всем, что мне навезли.

Я провела Машку по дому, показывая комнаты. Она выбрала одну, в светло-зелёных тонах, куда мы тут же перенесли все её вещи из машины. В гостиной подруга оценила наши с Арчи старания, восхищаясь красивыми игрушками с ручной росписью. Мы с ней стали накрывать на стол, застелив белоснежной скатертью стол и начищая до блеска серебряные приборы. Машка восхитилась старинными вилками и ложками, а также хрустальными фужерами. Подруга болтала без умолку, рассказывая, как поругалась со своим Дмитрием. Оказалось, он до такой степени ей уже надоел, что она из последних сил пыталась дотерпеть только из-за Нового года. Ну, а когда я уехала почти неделю назад, Машке не с кем было даже поговорить, и общение с Дмитрием чуть не бросило ее в пучину дикой депрессии.

– И тут я поняла, что Дмитрий – это не принц моего романа. –Представляешь, он мне сказал, что если когда-нибудь – главное слово «когда-нибудь» – мы поженимся, то я буду сидеть дома и принимать гостей. Больше от меня он ничего не ожидает. Нет, ну ты как себе это представляешь? – возмущалась подруга. – И он говорил это вполне всерьёз, что детей у нас должно быть двое детей, что мы должны отдать их сразу в какую-нибудь гимназию, воспитывать их будут нянька и гувернантка. Короче, Дмитрий распланировал всю мою жизнь лет на тридцать вперёд. Я ему так и сказала, что я для его расписания неподходящий объект.

– На самом деле я очень рада, что вы расстались. Дмитрий тебе совсем не подходил, – смеясь над её словами, ответила я. Так мы и болтали обо всём на свете, чувствуя, как дом наполняется ароматными запахами из кухни.

– Девочки, я поставила кулебяку в духовку, через час её нужно вынуть. Фруктовая и деликатесная нарезка в холодильнике, туда же поставила компот. А я, скорее всего, пойду, потому что скоро должны прийти мои подруги, – вошла в гостиную, снимая фартук, Клавдия Васильевна.

У входа раздался топот и громкий лай Арчи. Мы все недоумённо переглянулись и поспешили встретить ещё гостей. В холле стоял Влад, неотразимый в своём чёрном длинном пальто и со снежинками в волосах. Клава всплеснула руками, прошептав: «Князь Лазанский». И действительно, сейчас Влад выглядел настолько аристократично, что казалось, сам князь вернулся в усадьбу, чтобы встретить Новый год.

– Всех с наступающим! Я надеюсь, примете ещё одного гостя? – улыбаясь, спросил Влад. – А то, как оказалось, мне не с кем встречать этот Новый год, – развел он руками.

– Ох! – прошептала Машка, потеряв разом все свои слова.

– Н-да... – ответил ей Влад.

Я закружилась, завертелась вокруг них, радуясь, что все в сборе. Это уже было похоже на самый настоящий Новый год, когда самые близкие, родные и друзья рядом с тобой. Даже Арчи, ликуя от счастья, сделал небольшую лужу, что за ним водилось крайне редко. Видимо, такого наплыва гостей радушная щенячья душа не выдержала. Мы все немного побранили смущенного щенка, и он нам пообещал, что больше такое не повторится. Влад принес из машины пакеты, в которых позвякивало его любимое виски, шампанское и упакованные красиво деликатесы. Чувствую, что весь остальной месяц я буду питаться икрой и сыром бри.

Затем мы немного посидели в гостиной, расхваливая ёлку, и проводили Клавдию Васильевну почти до дома. Мороз все крепчал, прихватывал щеки и нос, зажигая румянец. Машка восхищалась воздухом и надумала перебраться ко мне, мотивируя тем, что здесь намного лучше рисовать, располагает к вдохновению. Влад над ней посмеялся, спрашивая, как она будет обходиться без магазинов, на что она показала ему язык и сказала, что компьютера тут точно нет. Брат успокоил ее тем, что здесь есть интернет, а ноутбук у него всегда с собой. Так они и шли, пререкаясь, а я наслаждалась их присутствием. Не хватало только Макса, который куда-то пропал, как приехала подруга. Когда все вернулись домой, то успели в последний момент спасти кулебяку, которая уже начала подгорать снизу. Я проводила Влада в оставшуюся свободную комнату. Сами мы с Машкой разошлись по своим опочивальням, как она назвала наши комнаты, и принялись наводить красоту.
 

Я решила принять ванну, перед тем как наряжаться к встрече Нового года. Пока мы с Арчи возились с елкой и были на чердаке, казалось, я вся засыпана пылью. Из шкафа достала единственное платье, которое зачем-то взяла с собой. Длинное, обтягивающее, как вторая кожа, на тонких бретелях с разрезом до середины бедра. Ткань из маленьких серебристых пайеток от Patrizia Pepe. Платье было новым, я его еще ни разу не надевала, и вот представился случай. Оно было удобно еще тем, что не мялось, поэтому его можно было взять с собой куда угодно. К нему я прихватила серебристые босоножки на высоком каблуке. Принимая ванну с ароматной пеной, я напевала себе под нос рождественские песенки. Высушила волосы феном, закрепила в высокую причёску, выпустив несколько легкомысленных прядей по бокам. Затем, полностью одевшись, постучалась в комнату к Машке.

Мы спустились в гостиную и покрутились перед Владом, сидевшим в кресле и потягивал виски, позвякивания кубиками льда в стакане. Влад наш внешний вид оценил, особенно восхищался, что ему было не свойственно, Машкой, которой очень шло ее темно-синее платье с кокетливым шелковым платочком на шее. Обычно брат с подругой устраивали жаркие споры и перепалки, доставалось в них и мне. На этот раз обошлось без этого, мы стали дружно накрывать на стол, вынося из кухни хрустальные салатницы, выкладывая на поднос кулебяку. Влад достал из холодильника бутылку шампанского и положил в серебряное ведёрко, куда насыпал лёд. В дверь снова позвонили, и мы все недоуменно переглянулись, так как никого больше не ждали. Я прошла в холл и открыла дверь. На пороге стоял Макс. Я застыла, с удивлением разглядывая его, и обернулась к остальным. Все его видели и вопросительно смотрели на нас, чтобы я объяснила, кто это такой. Макс взял всё в свои руки, убедившись, что я не могу вымолвить ни слова.

– С наступающим, я Макс, друг Кристины. Она пригласила меня, но сама, видимо, забыла предупредить вас об этом. – Я только и могла, что кивнуть в ответ, подтвердив его слова.

– Добро пожаловать, – протягивая руку Максу, шагнул вперед Влад. – Мы тут все оказались без приглашения в этот раз, – улыбался брат.

Я крепко зажмурилась, ожидая удивленного возгласа, когда Влад коснется руки Макса, но этого не случилось. Мужчины пожали друг другу руки, Макс склонился над рукой Машки, запечатлев поцелуй. Подруга приятно раскраснелась, принимая приветствие. Никто в страхе не отодвигался от Макса, а все мило расспрашивали, как он добрался и сразу ли нашел усадьбу. Машка загадочно мне улыбалась, обещая взглядом припомнить, что я не рассказала ей про нового знакомого. Макс снял длинное черное пальто, почти как у Влада, и остался в темно-синих брюках, голубой рубашке и синем пиджаке. Влад оценил его внешний вид и, сразу взяв под локоть, проводил в гостиную, где они начали тихий разговор, позвякивая льдом в стаканах с виски. Машка схватила меня за руку и потащила в кухню.

– А ну, рассказывай, кто это такой? – грозно спросила она.

– Ну… я... Да это он... – начала было я, понимая, что толком не могу ничего придумать. Как все это объяснить, я и сама не знала. – Это знакомый бабули Максимилиан. Он приехал ко мне неделю назад из… из другой страны, чтобы уточнить кое-какие детали по наследству.

– Какой страны? – наседала подруга.

– Ну этой, где бабуля жила раньше, до смерти, где жила, ну до самой своей смерти, – мямлила я.

– Так она в Лондоне вроде умерла, у твоих родителей?

– А, ну да, да, забыла, как страна называется, – с облегчением подхватила я.

Подруга грозно свела брови, но улыбнулась.

– Такой мужчина! Не потеряй его, сразу видно породу, намного лучше твоего Дениски, – успокоила меня Машка.

Как мне его не потерять, если его вообще нет?

– Нотариус, что ли?

– Да нет, какой-то адвокат, – ответила я первое, что взбрело в голову. – Мы с ним познакомились уже после нотариуса, я пригласила его встретить со мной Новый год, так как он тут совсем один.

– Ничего себе, – удивилась Машка, – не замечала за тобой склонности к таким скоропалительным отношениям.

Я пожала плечами, что я ещё могла ей сказать?

Мы достали оставшиеся блюда из холодильника и отнесли в гостиную. Влад разливал нам шампанское в высокие хрустальные стаканы. Арчи на шею повязали бант, и он смешно смотрелся, сидя в кресле, как приличная собака. У щенка тоже может быть Новый год. После полуночи под веселое улюлюканье друзей я стала открывать свои подарки. Случилось так, что подарки получила только я одна. Влад привёз подарок только мне, Машка привезла подарок тоже мне одной, а я в итоге не подарила ничего и никому. Так увлеклась своей жизнью в усадьбе, что забыла про всё на свете. Макс сказал, что свой подарок подарит мне наедине, на что все заулыбались, даже Влад. Затем мы включили дискотеку девяностых, которая шла по телевизору, и стали танцевать, в основном медленные танцы. Недостатка в партнерах у нас с Машкой не было, так как периодически нас приглашали то Влад, то Макс, но я всё же предпочитала больше танцевать с Максом. Никак не могла насладиться теми ощущениями, что дарило мне прикосновение к нему. Не было пока времени расспросить, как ему удалось появиться в мире в телесной оболочке, но мне и не хотелось. Я наслаждалась этим вечером, этими мгновениями. Потом все попросили кофе, и я отправилась на кухню. Подруга забежала ко мне, чтобы взять новую холодную бутылку шампанского и, состроив мне удивлённые глазки, прошептала, что Макс – это чудо. Сообщила мне, что я влюблена в него по самые уши, а он с меня глаз не сводит. Заливаясь ярким румянцем, я не стала её переубеждать, потому что это было действительно так.

Разошлись мы уже под утро, направляясь каждый в свою комнату. Нас проводили лукавые взгляды Машки и Влада, когда Макс вошел в комнату вместе со мной. Я пропустила его вперёд и встала, облокотившись на дверь.

– Как такое возможно? Как получилось так, что ты оказался здесь, в своём теле?

– Это всё твоя бабуля, – ответил Макс, – она передала мне благодать, которая на время может задержать меня в телесной оболочке, не превращая сразу в призрака, утром я снова стану прежним.

– Значит, эта ночь полностью принадлежит нам? – еле слышно сказала я.

– Уже нет, – ответил Макс, вглядываясь в окно, где рассвет, окрасил небо розовым светом на горизонте. Макс встал, пошёл ко мне, подхватил на руки и сел в ближайшее кресло, прижимая к себе. Я вдыхала запах его кожи, смешанный с морским бризом и хвойным лесом, уткнув нос ему в шею. Макс крепко обнимал меня, целовал моё лицо. Не знаю, что он сделал со мной, но я оказалась наполнена таким счастьем и умиротворением, что не придумала ничего лучше, как уютно устроиться в его объятиях и уснуть.

Утром я встала поздно и, шлёпая босыми ногами по тёплому полу, спустилась на кухню. Арчи нигде не было видно, я стала искать его, заглядывая во все углы. Случайно бросив взгляд в окно, увидела, как он резвится, будто играет с кем-то около дома. Рядом с ним никого не было, я бросила взгляд на руку – кольцо отсутствовало. Значит, вот кто выводил Арчи на прогулку и теперь играл с ним. Макс вернулся в свое прежнее обличие. Мне стало так грустно, что навернулись слезы, ну почему я не могу быть с ним, как это происходит у всех нормальных людей?

Я открыла входную дверь, чтобы впустить превратившегося в маленький сугроб Арчи, и понесла его в ванную. После мытья закутала его в огромное пушистое полотенце и оставила в кресле в гостиной, а сама поднялась в свою комнату, чтобы отыскать кольцо. Мне необходимо было видеть Макса. Я чувствовала его незримое присутствие, но этого мне было мало. Кольцо я нашла на тумбочке у кровати и надела его камнем вверх. Макс стоял рядом невыразимо прекрасный и такой желанный. Я счастливо засмеялась и протянула руку, чтобы дотронуться до него, но рука, как всегда, провалилась в холодный туман. Улыбка сползла с моего лица, волшебная ночь, что была дана нам на такое короткое время, закончилась…

Я направилась в комнату к подруге, чтобы рассказать ей все и, возможно, спросить совета. Приоткрывая дверь, я ожидала увидеть Машку, но уставилась взглядом на пустую, заправленную постель. И куда она делась? Я открыла дверь в ванную, на балкон, там подруги не было. Странно… Пришлось возвращаться в свою спальню, но сидеть на месте долго не удалось, и я направилась в комнату к брату. Тихонько постучала и открыла дверь, собираясь не будить его, если он еще спит. Брат лежал на постели, заложив одну руку под голову, а рядом с ним виднелись яркие рыжие перышки волос моей подруги. Влад приподнял свободную руку и приложил палец к губам.

Я выскочила из его комнаты, как ошпаренная, вот чего я точно не ожидала, так увидеть их вместе. Брат никогда не интересовался моей подругой, все время делал вид, что она его нисколько не волнует и даже иногда мешает своей болтовней. Ну а Машка? Ну, она, да, все время спрашивала про Влада. Сейчас я начала все вспоминать, спускаясь на кухню, чтобы приготовить завтрак. Еды было полно, но к салатам я решила приготовить яичницу. Машинально доставая из холодильника яйца на яичницу, вспомнила, как подруга всегда спрашивала меня, будет ли Влад, а приедет ли он. Так я что, получается, ничего не замечала? Макс вертелся рядом со мной, вопросительно поглядывая, но не задавая вопросов. Наконец, я сама не выдержала.

– И что ты об этом думаешь? – спросила я его взволнованно.

– Яйца сейчас пригорят, – ответил Макс.

– Да я не о яичнице, – снимая сковороду с огня, проговорила я.

– Ну а что тут думать? Влад и Маша – пара, соединившаяся душами, другого быть не может, – пожал плечами Макс.

– Как это? – удивленно заморгала я.

– Ну, у каждого человека есть пара, душа, с которой он пройдет всю свою жизнь и отправится в Небесное Царство. Некоторые ищут свою пару всю жизнь, многие находят, но не каждому это дано.

– Почему не каждому?

– Потому что было бы все намного проще, – улыбнулся Макс, щелкнув меня воздухом по носу.

– Но получается, что они давно знают друг друга, с самого детства, и только сейчас это поняли?

– Да, бывает, что нужное не сразу находишь, тем более в отношениях, – ответил мой любимый философ.

– У твоей души есть пара? – краснея, спросила я.

– Да, – Макс смотрел мне в глаза, и я забыла, как дышать, – это ты.

Вот теперь я точно не дышала. Сверху спустился Влад, в светлых брюках и водолазке, как всегда элегантный и красивый. Я гневно проводила его взглядом. Брат как ни в чем не бывало налил себе кофе и повернулся ко мне, приподнял вопросительно бровь.

– Что?

– А ничего! Что произошло у вас ночью с Машей?

– Тебе подробно рассказать? – У стола тихо засмеялся Макс, хорошо, что Влад его не слышал.

– Если ты ее обидишь, я не посмотрю, что ты мой брат, все волосенки твои гладко причесанные выдеру, – пригрозила я, замахиваясь вилкой, которую держала в руке.

Макс вовсю веселился, передразнивая гневное выражение моего лица.

– Ну Влад. У вас что, все серьезно? – заныла я, пытаясь добиться определенного ответа.

– Да, мы сейчас едем за кольцами.

Я радостно взвизгнула и повисла на его шее, поздравляя.

– Только боюсь, сегодня не работают магазины и ЗАГСы, – спускаясь, проворчала подруга.

Я кинулась обнимать ее, так была рада за этих двоих самых близких мне людей. Машка спустилась вся румяная, красивая, как будто и не было бессонной ночи, вот что творит с людьми любовь.

– А где Макс? – спросила она, накладывая всем яичницу и чмокнув Влада в губы. Тот, довольный, откинулся на стуле и следил за ней обожающим взглядом. Я наблюдала за ним с удивлением: никогда бы не подумала, что Влад может быть таким домашним и счастливым.

– Крис? Где Макс, ты слышишь? – толкнула меня в бок подруга.

– А… а он уехал, у него дела.

– Он сказал, что у него утренний рейс в Лондон, – пояснил Влад, и я опять удивилась, надо же, а я не знала. Макс уже корчился, смеясь надо мной, стоя позади брата.

– Значит, мы сегодня никуда не едем, – решительно сказала Машка, усаживаясь за стол.

– Почему? – теперь удивился брат.

– Мы же не можем оставить ее здесь одну? – как само собой разумеющееся проговорила его невеста.

– А что с ней будет? – все еще не понимал Влад.

– Нет, нет, вы езжайте, я тоже скоро приеду, ваша помолвка важнее, – улыбнулась я, чтобы предотвратить первую ссору влюбленных. – Я не одна здесь и переводов у меня куча. Подруга строго посмотрела на нас обоих, но смирилась и повеселела.

Через час мы с Арчи махали платочками, провожая влюбленную парочку, пообещавшую приехать через пару дней. Машка чуть не плакала, уезжая, будто ее брали в плен. Влад, как всегда сдержанный и молчаливый, терпеливо ждал, пока мы обнимались. Две машины отъехали от дома и скрылись за поворотом.

Я вернулась в дом, почему-то грустная, и увидела Макса, который сидел на лестнице и смотрел на меня.

– Пойдем домой, – сказал он, и я радостно закивала, схватив упирающегося Арчи под мышку и поворачивая кольцо камнем вниз.