Тихий замок, или Проклятие дракона

– Юля–Люля, поднимай свои веки и вставай, метлы ждут нас! – Подруга взвыла потусторонним голосом, пародируя привидение. Таня была на редкость приставучей. Если ей что–то нужно было, она добьется своего любыми путями. Не скажу, что я не такая, в этом мы с Таней похожи, но я стараюсь быть легче характером. Главное слово тут, стараюсь…

Я не открывала глаза и стоически терпела. Стоит открыть глаза и все она с меня не слезет. Придется идти на чертов праздник и весь вечер потратить на дурацкое дрыганье телом.

– Я вижу, ты моргаешь, – шепот Таньки был у моего уха, – даже не надейся от меня отделаться, я тебе такое платье притащила, а ты, – она сделала ударение на обиду в голосе. – Если ты сейчас же не встанешь я съём все твои заготовки в холодильнике. – В ход пошли угрозы.

– Не трожь! – Я подскочила, возмущенно посмотрела на подругу, потом прыснула. Таня оделась в черное облегающее платье на голове остроконечная шляпка. Белое тело в открытом вырезе, стройные ножки в босоножках с высоким каблуком.

– Вот ты и попалась, – сказала переодетая ведьмой, и близкая по характеру персонажу Таня, – все собирайся, у нас мало времени.

– Так, нечестно, – сказала я, – ты тронула за больное.

Я приготовила для торта по случаю своего дня рождения: жирные сливки, высокий бисквит, много ягод малины и черники. Танька как сладкоежка была не прочь съесть эти вкусности даже без оформления их в торт.

– Ты проиграла, я смогла поднять тебя с кровати, так что вперед, – подруга не дала мне времени для уговоров. Я со вздохом поднялась и посмотрела на платье, бордовое нечто лежало на кровати во всей красе… И куда мне бордовое с моими рыжими волосами?!

– Не буду я это надевать? – Ужаснулась я.

– Будешь, будешь, – подруга раскатисто рассмеялась, – Хэллоуину нужны ведьмы.

Праздник Хэллоуин отмечали уже второй год, собирались всеми пекарнями нашей компании, выкупали ресторан, нанимали организаторов, все красиво и страшно, тыквы по углам, улыбающиеся призраки.
Пока мы с Таней доехали до места сбора, праздник был уже в самом разгаре. Я взяла, себя в руки и решила выдержать все стоически. Таня единственный человек, который близок мне в этом мире, и я не хочу ее огорчать, пусть веселиться. Родни у меня нет, парня тоже нет, есть работа, которая мне нравится, я кондитер и комнатка, которую мы снимаем с подругой в малосемейке.

– Юль давай на конкурс, – Таня схватила меня за руку и утащила в галдящую толпу. Ничего, уговаривала я себя, это скоро кончится. Не любила я массовки, отдых для меня — это тихий уголок, книжка и горький кофе.

На конкурсе пришлось петь, у меня хороший голос и я заняла второе место, за которое мне всучили корзинку с фруктами и ягодами. Ну хоть какой–то плюс. Я щипала виноград и рассматривала веселую толпу. Мимо пронеслась в хороводе Танька, шляпа сбилась набок, метлу где–то потеряла, вот кому весело. Вздохнула. Сняла свою шляпу, которая была мала и уже сдавила голову. Поправила волосы, которые прилегли к голове.

Моя рыжая грива всегда вызывала пристальные взгляды, с самого детства. В детском доме меня дразнили из–за цвета, в колледже,наоборот, она была предметом зависти девчонок. Меня даже ведьмой дразнили, когда мои глаза стали менять цвет и из темного мха превратились в молодую зелень, редкий цвет. Интересно от кого мне досталась такая внешность.

– Юлька, ты меня достала, опять стену подпираешь, – Танька выбрала из корзинки с фруктами персик и вцепилась зубами в нежную мякоть с урчанием хищника. – Там такие мальчики пришли на подтанцовку, пошли знакомиться.

– Ну уж нет, – я отодрала цапучую лапку со своей руки, – с этим точно не ко мне.

– Зануда, – сказала подруга, – долго еще будешь страдать по своему Максу.

– Я не страдаю, – возмутилась я, – Танька махнула, рукой и унеслась прочь к тем самым мальчикам.

Настроение у меня испортилось еще больше. Я не хотела вспоминать Макса. Гад он. Признавался в любви, а сам гулял с еще двумя девчонками.

– Мне нужно было выбрать, – хмыкнул он, когда я ему сказала, что он раскрыт, – Ты не прошла отбор детка, любопытная слишком, пока.

Я смотрела на его широкую спину и понимала, что соглашусь с нашей вахтершей бабой Зиной, «мужики, козлы!».

Подхватила корзинку и пошла искать, где тут дамская комнатка, хотелось смыть с себя всю косметику. Не люблю я красится, кожа начинает чесаться, я забываю, что накрашена и все размазываю.

Узкий коридор вывел меня в пустой зал, я нахмурилась, звуки веселья тут были почти не слышны, показалось, что в темных углах шевелится тьма. Чего только не привидится. Открыла следующую дверь и задохнулась от неприятного запаха. Лицо облизал сырой ветерок, а в спину словно кто–то толкнул. Тормозила я конкретно, застыла статуей, смотрела вперёд, а нужно было вернуться. Когда сообразила оглянуться, двери не обнаружила. Вокруг был ЛЕС! Страшный, как в фильмах ужасов.

– Если это чей–то розыгрыш я вам этого не прощу! – Сказала я дрожащим голосом. Но понимала, чтобы так разыгрывать нужно быть волшебником. Какой лес посередине мегаполиса… Я потопталась на месте, осознавая, что начинаю трястись от страха. Сквозь ветви гигантских деревьев проглядывала огромная луна, она была серой еле видимой, но что странно вокруг было хорошо все видно.

Я сделала пару шагов, хрустнула под ногой ветка, я вздрогнула, но сделала еще шаг.

– Эй, есть кто–нибудь? Я не буду на вас в суд подавать, давайте сделаем вид,что ничего не произошло, только верните меня назад.

Дерево рядом странно шевельнулась, я вцепилась в корзинку покрепче и в следующую секунду заорала не своим голосом. Одна из веток повернулась, а на ней оказалась страшная белесая морда с оскаленными мелкими зубками.

– А–а–а–а, – я неслась по лесу, который вторил моему крику, визжал, скрипел, орал на все голоса, и цеплялся за меня тонкими корявыми ветками…

Я не трусиха, и всегда встречаю все беды с открытым забралом, жизнь приучила. К чему я не была готова так это к деревьям с жуткими мордами, к летающим страшилищам, которые пытаются сбить меня с ног. Не могла даже подумать, что когда–нибудь мне придётся убегать от страшного паука… Паука мать его! Который был мне по колено!

Я уже не кричала, просто неслась по лесу вцепившись в корзинку как будто она спасет меня от монстров. Я была в хорошей форме, но скоро стала задыхаться от быстрого бега. В какой–то момент упала под корни вывороченного дерева и затихла там, пытаясь выровнять дыхание. В боку кололо, в волосах застряли веточки и паутина, слезы катились от пережитого ужаса непрерывной волной. Но я больше не кричала, нужно быть тихой, чтобы не привлекать к себе внимание жутких монстров. А ведь у меня скоро день рождения, да, тридцать первого октября. Мне исполнилось двадцать пять лет, круглая дата, которую я хотела отметить тихо, с Таней, тортиком и бутылочкой вина. Отметила…

–Милая девушка, вы потерялись?

Вопрос странный, если ты сидишь в темном лесу в небольшой яме, спасаясь от страшных чудищ и... ешь мандаринку. Сок брызнул, перекрывая дыхания и я не смогла сразу ответить. Рядом с лазом показались ноги. Ноги, одетые в черные, начищенные до блеска сапоги. Я замерла, не зная, что предпринять. Мне тут пока не страшно, даже тепло.

Мужчина — это не всегда спасение, иногда это еще большая опасность, чем страшные монстры.

– Ну чего же вы, вылезайте, я помогу вам дойти до живых.

Я сжала зубы и решилась, сидеть тут всю жизнь не будешь, а вот провожатый мне сейчас пригодится. Я очень хотела домой. И хотя разумом я понимала, что уже не на Земле, надежда жила, что меня переправят обратно. Аккуратно вытянула корзинку, которая лишилась половины своего наполнения, но выбросить ее у меня рука не поворачивалась. Мне казалось, что она моя защита…

Мужчина был красив. Светловолосый, в старинной одежде, с хлыстом в руке, которым постукивал по ноге, но его глаза, они были холодными изучающими. Неприятным взглядом он осмотрел мою фигуру, скривился в ухмылке:

– Куртизанка, – сказал он понятное и обидное мне слово.

– Кондитер, – не согласилась с ним, – я с праздника сюда попала.

Ну да, платье мне Таня принесла просто офигенное по ее мнению. Бордовое, с лифом из которого чуть не вываливается грудь, и с разрезом, в котором видны трусы. Что интересно я по лесу бегала, на земле сидела, а платье не порвалось, не помялось. Отряхнула невидимую грязь и сильнее вцепилась в корзинку.

– Вы сказали, что доведёте меня до жилья. – Попробовала отвлечь мужчину от рассматривания моего тела.

– Пошли, – кратко сказал блондин и повернулся ко мне спиной.

Я осторожно искала ногой, куда наступить. Что странно, пока бежала, даже не споткнулась на таких каблуках, а тут куда, не наступишь, каблук кривиться. Шли мы так пару минут, я старалась держать дистанцию и не подходить к мужчине близко, вышли мы на небольшую полянку. Света было вдоволь хотя вроде ночь, или не ночь, посмотрела на темный диск луны.

Мужчина остановился, посмотрел на луну и вдруг обернулся, его улыбка мне не понравилась, а нож, который у него оказался в руке, заставил остановиться и сделать шаг назад.

– Тебя или убьют твари, или я, – сказал светловолосый мерзко улыбаясь.

– Зачем вам это? Что я вам сделала? – Я зацепилась каблуком за ветку и чуть не упала на попу, поставила перед собой корзинку защищаясь и отступала от мужчины.

– Ты мне ничего, – Светловолосый раздувал ноздри от злобы, – А вот Элэй Ассадиан, должен сдохнуть. Ни одна арайна не должна пройти к границе Лагута.

При чем здесь моя жизнь и смерть какого–то мужика объяснений не последовало, несостоявшийся спаситель решил действовать. Он был резок и быстр, я понимала, что уйти от него у меня не получится. И тут черная тень сбивает светловолосого с ног, и два тела катятся по траве, рыча как два зверя.

Я замерла не в силах убежать, заворожённая жёсткой битвой. Они наносили друг другу удары, от которых брызгала во все стороны кровь, двигались быстро, мой взгляд еле фиксировал их в пространстве, а еще они рычали, словно человеческие слова у них закончились. Я стояла на краю поляны вцепившись в свою корзинку и боялась даже пискнуть, чтобы не привлечь к себе внимания. Если победит белый мне нужно спешно убегать, а если вдруг победит второй, у которого длинный плащ, и черные волосы… может, он не захочет меня убивать и вернет домой.

Я не была любительницей боев без правил, но тут, хочешь не хочешь, а будешь наблюдать, кто победит. Сначала я думала, что победит светловолосый, он сбил черноволосого с ног и казалось, что все… мне нужно убегать. Но в какой–то момент второй, вырвался из лап светловолосого и опрокинул его на землю одним точным ударом.

Это было красиво, я не любитель мордобоя, но в этот момент время словно замедлилась, и я увидела и летящий кулак и сам удар, от которого противник проехал на спине пару метров, прочерчивая глубокую борозду в земле, и затих. Спаситель медленно дошел к замершему светловолосому. Я замерла, собираясь прикрыть глаза, чтобы не видеть убийства, но черноволосый не стал добивать, сжал кулаки так, что скрипнули суставы. Плюнул на поверженного врага, потом медленно повернулся ко мне. Я громко сглотнула, вокруг тишина, словно лес подглядывает за нами и гадает, что будет дальше. Мучительно долго черноволосый идет ко мне, останавливается рядом, я поднимаю лицо, чтобы рассмотреть его ближе. Его синие, как небо глаза, сверкают, затягивают словно омут, хочется смотреть в них бесконечно. Пухлые губы расходятся в жуткой улыбке.

– Арайна, – шепчет он, и в ту же секунду я притянута, к его твёрдому как камень телу, а его губы находят мои и жестко целуют, сминая любое сопротивление.

Дорогие читатели, быстрая выкладка)

Опыт поцелуев у меня был, но такой… У меня подкосились ноги, глаза закрылись, по телу теплой волной пронеслась истома, вызывая тихий стон, корзинка выпала из рук с глухим стуком.

Именно этот звук меня отрезвил. Я открыла глаза и попыталась оттолкнуть незнакомца, с таким же успехом я могла столкнуть поезд с рельсов. Он стоял как скала и прижимал меня к себе слишком сильно, даже больно. Я почувствовала, как что-то острое упирается в мое бедро и это не то, о чем, можно подумать, при близком контакте с мужчиной. Я застонала и постаралась отодвинуться от наглого мужика, но тот мой стон принял на свой счет и усилил натиск, нагло ворочая своим языком у меня во рту. Я пнула его по голени и тут же оттолкнула, ему мой пинок как слону дробина, нехотя оторвался от меня, рассматривая меня сверкающими глазищами. Я потрогала бедро, там разливалось что–то теплое. Мужчина тут же принюхался и пробормотал невнятное, наверно мат на его языке не переводится.

– Где кровь? – Рыкнул он мне словно это я виновата.

– Ты чем–то меня порезал, – возмутилась я и указала на его пояс, где свисал странный куб с острыми гранями, мне показалось, он немного искрил.

– Бездна! Артефакт! – Черноволосый осмотрел свою игрушку и обратился ко мне. – Нужно торопиться, здесь скоро будет опасно, кровь притягивает нежить, и тварей, а я не могу сражаться и защищать тебя.

Черноволосый нагло оголил мое бедро и провел рукой по ранке. Темный комок словно пиявка прилип к ране, вызывая у меня оторопь. Это что за хрень такая черная, я зажмурилась, чтобы не заорать. Мои нервы, подпорченные лесом, мужиком, раной точно скоро сдадут. Но рана постепенно перестала болеть, и я замерла, отменяя истерику. Кровь прекратила течь и скоро лишь темный мерзкий комок и кровавый развод на подоле мог сказать, что у меня была рана.

– Это поможет тебе идти быстро, – сказал черноволосый и схватил меня за руку.

– Отпусти меня! – От слабости и понимания, что я не могу сопротивляться выступили слезы на глазах, а я пыталась вырвать свою руку, за которую он опять тащил меня уже в обратную сторону.

– Не сопротивляйся женщина, я не причиню тебе вреда.

– Никуда я не пойду! Верните меня домой!

Я все–таки вырвала руку из его хватки и кинулась бежать, споткнулась о корзинку. Была поймана и зажата в тиски так, что пискнуть невозможно. От него пахло сырой землей и дымом. Я попыталась вырваться, но мужчина вгляделся в мои глаза, и сказал жестким голосом:

– Ты спокойно пойдешь со мной и останешься цела. Тут пахнет кровью, нужно уходить.

– А если не пойду? – Я упрямо пыталась смотреть в его глаза и не показать, как мне страшно.

– Я оставлю тебя здесь и уйду, поверь, лес будет мне за это благодарен.

Я судорожно сглотнула ком в горле, хотелось слёзно просить вернуть меня домой. Хотелось громко рыдать и биться в истерике, но я взяла себя в руки, как всегда, это делала и холодно спросила:

– Что вам от меня надо? - Перешла с ним, на "вы" чтобы держать на дистанции.

– Ты узнаешь это, когда мы выйдем из леса, тут не место для разговоров.

– Как я могу вам верить? Какие гарантии вы мне дадите? – Дыхание перехватило.

– Только мое слово, – он отпустил меня, отчего я чуть не упала, завязнув в сухой траве каблуком.

– Хорошо я пойду с вами, – понимание, что меня не спасут и все это не розыгрыш, а моя реальность, заставили меня искать выход из этой ситуации. По крайней мере, он выведет меня из этого ужасного леса. Мужчина поддержал меня, чтобы я не упала. Я же решила собрать свой выигрыш в корзинку, сейчас только это связывает меня с домом. Быстро подобрала персики с абрикосами, мандаринки, наполовину объеденную гроздь винограда.

Черноволосый вырвал из моих рук корзинку, принюхался.

– Что это?

— Это мое, – протянула руку, – отдай.

Мне казалось, что, если я не возьму корзинку с фруктами, с собой, случится что–то плохое. Она мой талисман, мой символ, что какая бы жопа вокруг меня ни была, мы с корзинкой выживем.

Мужчина фыркнул, но не отдал мою вещь, схватил меня второй рукой и потянул за собой:

– Времени нет, нужно идти, – сказал он.

– Вы поможете мне вернуться домой?

Я шла за ним некоторое время молча, ожидая ответа, который так и не последовал. Я не решалась больше спрашивать.

Черноволосый не внушал доверия. Мрачный тип. Единственное яркое пятно в его внешности, это его глаза, синие, сверкающие, меня так и тянуло вновь заглянуть в их манящую бездну. Страшно, но очень хочется. Странные у меня мысли. Я в другом мире, это точно, деревьев с мордами и громадных пауков у нас нет, мне хреново до тошноты, а я мечтаю заглянуть в глаза незнакомца, чтоб полюбоваться их мерцанием. Танька бы сказала, что я кукухой двинулась от страха.

Я не засекала, сколько времени прошло с начала нашего пути, но примерно тридцать минут мы шли. В какой–то момент послышался крик, потом к нам навстречу из кустов вывалился мужик с девушкой на плече. Та кричала и стучала по спине своего носильщика, а этому хвостатому и дела нет до ее визга. Я немного ошарашенно смотрела на длинный хвост, который взглядывал из-за спины пришельца и нервно подергивался.

– Отпусти скотина ушастая, – визжала моя землячка, уж русский мат я точно не перепутаю ни с чем. А на голове мужика точно были милые пушистые ушки. Я инстинктивно спряталась за спину своего провожатого. Ладно этот поцеловал, но хоть не тащит, как мешок с картошкой.

– Может, мы ей поможем?– Голосом искусителя спросила я черноволосого.

Мужик с визжащей соплеменницей, зашипел не хуже змеи, на что мой провожатый его успокоил:

– Иди, меховой, тебе повезло, я уже нашел свою арайну, – хотя взгляда с округлой задницы землячки, которую не скрывали тонкие трусики, не спускал. Я фыркнула. Что за брачные танцы тут у них.

– Неужели вы не спасете девушку? – Спросила громким шепотом, – Смотрите он ее тащит как животное.

Мужчины переглянулись и в их взглядах было что–то странное, словно я сказала, что-то смешное.

– Отпустите девушку. – Я храбро кинулась к хвостатому решив, что, если провожатому я нужна он за меня заступиться, – но была остановлена черноволосым. Он очень легко перехватил меня и прижался к моей спине, не давая мне идти дальше:

– Уходи меховой, я ее сдержу, – сказал черноволосый и оскалился в улыбке, его ладонь вольно легла на мой живот, прожигая жаром через ткань платья. Его дыхание обожгло затылок, отчего по телу пробежала толпа мурашек.

– Да как вы смеете! – Я попыталась его лягнуть, но поняла, что мои попытки вырваться безуспешны.

Ушастый кивнул нам и скрылся в кустах, унося свою добычу, попутно снося своей ношей тонкие ветки, девушка визжала не переставая. Мне очень хотелось самой так визжать, но единственно, что я себе позволила это зло сказать:

– Да вы струсили! – Я понимала, что говорить мужчине в темном лесу гадости опасно, но не могла остановиться.

Черноволосый хмыкнул, никак не комментируя свой поступок, и отпустил меня.

– Хочешь ее спасти? Вперед! Твари и нежить ждут свой кусок мяса.

Я замерла, сглотнула комок в горле, потом подхватила несчастную корзинку и, понурив голову, пошла вслед за черноволосым. Какой же гад! Понимает, что мне деваться некуда…

Мужчина иногда замирал на месте, а потом выбирал нужный путь. Что интересно больше нам монстры не встречались. Или мой провожатый мог их обходить или сам был более страшным монстром и его остерегались. И другие люди… или нелюди нам тоже больше не встречались.

Скоро лес закончился, раз и нет больше темной, мрачной атмосферы. Есть проселочная дорога, небольшой холм на которой стоит карета, запряжённая лошадьми. Кучер встрепенулся и тут же соскочил со своего места, открывая нам дверцу кареты. Я уже ничему не удивлялась, как–то устала за эту ночь удивляться.

На черном бездонном небе мелкой россыпью мерцали незнакомые звезды, на фоне которых, луна казалась нереально огромной. И хотя была ночь, вокруг, все хорошо видно. Я украдкой оглянулась на лес, из которого мы вышли, темная стена, непроглядная и жуткая, из которой, казалось, кто-то наблюдает голодным взглядом. Я передернула плечами и быстро отвернулась, страшно, но не страшней того, что впереди меня ждет такая же темная неизвестность.

Я застыла возле лесенки, которую вытянул из-под днища кареты кучер. Первая ступенька была высоко, да и вся карета была огромной совсем не похожая на ту, что я видела в музее. Темноволосый поднял меня за талию и легко поставил меня на верхнюю ступень лестницы. Я нехотя залезла. Внутри пахло терпкими травами, мускусом, и еще чем–то неуловимым. Две скамьи обтянутые мягким сиденьем, черный бархат, золотые вензеля. Я устало села, поставила на колени корзинку, нехотя отщипнула виноградинку и съела, очень хотелось пить, но я не стала просить воды у черноволосого. Мужчина залез следом и откинулся на спинку скамьи, прикрывая глаза. Карета двинулась мягко, кучер голосом подгонял лошадей. Я смотрела на попутчика и думала, стоит ли спросить сейчас или подождать, когда мы доедем до конца пути.

– Куда вы меня везете?

– Поедем в замок. Я приготовил тебе комнаты, там будет удобно.

– Почему вы это для меня делаете?

– Я это делаю для себя, – усмехнулся мужчина. Я перевела дыхание, отвечает это уже что–то.

– Как вас зовут?

– Для тебя Элэй.

Я сглотнула, не решаясь больше спрашивать, казалось, по углам кареты застыли тени и стерегут меня. Постаралась расслабиться, опираясь на спинку скамьи. В голове не одной мысли, стресс и непонятная ситуация выбили меня из равновесия.

– Вы можете вернуть меня домой? – Все же вырвалось у меня.

– Ты уже дома арайна, теперь здесь твой дом.

– Я Юля, – исправила я своего провожатого и замерла. – Как мой дом?

– Арайна не имя, это слово означает пришедшая из другого мира.

– Если я тут не первая, почему нельзя вернуть меня назад?

– Ты не вернешься, – холодно смотрел на меня черноволосый. – Добро пожаловать в Лагут арайна, теперь тут твой дом.

– Я брежу, – ущипнула, себя за руку, было больно, я скривилась.

– Ты не бредишь, – Элэй выглянул в окно, и я поняла, что сказала вслух. – Проехали Лесную, это деревня недалеко от «Тихого замка». В замке тебя встретит пара слуг, помогут обустроиться, продукты в Лесном будешь брать… Тебя никто не потревожит.

– Прослушайте, – я перебила наглого мужика. – Я, конечно, благодарна, что вы меня из леса вытащили, но это не значит, что я позволю вам командовать. Я сама решу, что мне делать дальше и где жить.

Разум мне говорил не выпендриваться и прислушаться к спасителю, ведь за окном довольно унылый пейзаж. Проехали мимо деревеньки, в окно пахнуло свежескошенной травой, дымом и навозом. Лесной, как назвал поселок Элэй, был бедной деревенькой с унылыми перекошенными домишками. Света нет, дорога ужасная, если здесь средневековье со всеми вытекающими, то женщине тут пробиться одной будет нелегко. А я тут со своим гонором.

Элэй внимательно рассматривал меня, и я старалась взглядами с ним не встречаться.

– Ты не просто так пришла в этот мир Юлья, – сказал он, немного коверкая мое имя. – Ты спасешь жизнь дракона.

– Я не совсем понимаю, как мне спасать дракона, – мне вдруг стало не по себе, а вдруг они меня ему, как еду отдадут. Дракон в моем понимании огромный огнедышащий ящер.

– Ты скоро узнаешь об этом, – сказал он, улыбаясь, только улыбка больше на оскал похожа. – Главное, сиди в замке и не выходи раньше времени иначе тебя или выкрадут, или убьют.

– За что?! – Ужаснулась я.

– Чтобы дракон не спасся, а умер. Умрешь ты, умрет дракон, – такой ответ тебя успокоит?

– Пока да, – кивнула я.

Мой разум не мог осилить всю степень попадания. Всего полдня назад я была в своем мире и даже не помышляла, что со мной такое, может, приключиться. Я старалась не впадать в панику, понимала, что потом будет трудно взять себя в руки. Мы ехали недолго, но я успела немного подремать, когда карета остановилась и Элэй бодро выскочил на улицу. Я высунула нос наружу и оперлась о руку мужчины, раз помогает, почему не воспользоваться.

— Это «Тихий замок» арайна, тут ты будешь жить.

Я влекомая его рукой повернулась в другую сторону, чтобы увидеть нереальную красоту.

Элэй

Намира прогнулась в пояснице, и завлекающими движениями покрутила оттопыренной попкой, притягивая мой взгляд.

– Мой принц, ты не хочешь свою кошечку?

Я усмехнулся:

– Не называй меня так.

– Но ты старший принц и имеешь больше прав, стать королем, чем твой брат.

– Я проклят, а проклятые не могут быть королями. Брат — хороший правитель.

Намира поджала пухлые губы. Я знал, что она любит во мне, золото и власть. Можно быть проклятым принцем, но иметь власть больше, чем у короля.

– Эл, – Намира уже лежала на мне сверху и покусывала кожу, острыми зубками, – сегодня ты пойдешь за пришлой девкой, а я буду тосковать ночь без тебя. Возьми меня мой дракон!

Я не стал отказываться от предложения, сила внутри ярилась и желала свободы, и единственный способ держать ее в узде пока не придет моя арайна, это доводить себя до изнеможения. И кто говорил, что усталость не должна быть приятной? Я подмял любовницу под себя и грубо вхожу в податливое тело, вызывая у Намиры крик сладострастия. Двигаюсь быстро, Намира любит жесткие игры, а мне легче, не нужно сдерживаться и быть нежным.

Я родился в день черной луны, проклятый день, который дает силу, желающую тебя поработить. Я темный маг, призванный защищать людей от тварей Туманного леса. В мой день рождения изнанка миров истончается и в наш мир приходит тьма, которая меняет лес, людей, растения и животных. Мы родившееся в этот день сильны, но есть один изъян. Наша сила нас сжирает изнутри, меняет, выжигает все разумное, превращая в монстров, которых без жалости убивают. Нас все считают проклятыми, нас сторонятся, нам нельзя быть наследниками… и в то же время мы сила королевства, в котором родились.

Я дракон и мне легче переносить изменения силой, но и я не выживу, если не найду свою арайну, так в Лагуте называют дев из других миров. Нас не любят, одни боятся из–за силы, которая может лишить нас разума, другие завидуют нашему проклятию, ведь на нас не действуют некоторые законы мира. Многие разумные желают нашей смерти, а легче всего нас убить это не дать соединиться узами с арайной, и в дни черной луной, когда девушки приходят в этот мир не только мы, проклятые, ищем их.

В лес идут те, кто хочет помешать нам найти свою арайну. Девушек убивают, чтобы они не достались проклятым, не дают совершить первый обязательный в туманном лесу ритуал, поцелуй, который делает первую привязку. После поцелуя арайна настраивается на проклятого и помогает стабилизировать потоки силы в теле, забирая излишки, но это не навсегда, чтобы арайна стала твоей навсегда, нужно жениться на ней. Девушек мало и на всех не хватает, поэтому темные между собой сражаются, стараясь урвать у другого свое спасение.

После бурного соития Намира заснула, а я с ранними лучами солнца стал собираться в туманный лес.

Наш участок туманного леса довольно обширен, и у меня большой шанс найти арайну. Вот уже полгода, как я чувствую свое проклятие. Оно то отнимает силы, то возвращает их полноводной рекой, вводя тело в болезненные припадки. Я прожил довольно долго без арайны, почти сто лет. Но полгода назад я почувствовал первый припадок, когда тело скручивает от боли, а сила словно взбесившийся зверь пытается выжечь мне разум. Мое время найти свою иномирную деву пришло. Светлые маги, рожденные в день черной луны, могут жениться на местной арайне, нам темным, поможет только дева из другого мира, они приходят в день черной луны.

Я сказал брату, что время пришло и стал готовиться к новому периоду в своей жизни. Замков для проклятых магов вдоль границы отстроено десять штук, по самому большому числу магов, которые появились в один период. Проклятые редко уживаются с друг другом. Но сейчас половина замков стоит без хозяев. В том году проклятых из нашего королевства было двое, один не вернулся. Пропавших не ищут, «луна дала, луна взяла», есть такая пословица. В этом году я пойду от Лагута один.

Как проклятому мне нужно жить недалеко от границы в замке, чтобы убивать выползающую из леса нежить, но как принцу крови, мне делают поблажки.

Я первенец у королевской четы, долгожданный наследник, который родился в ночь черной луны, омрачив радость королевства. Я не могу быть королем. Зато я могу быть советником у младшего брата, который этим королем стал.

Я не лезу в управление мне это неинтересно, а вот искать врагов, распутывать заговоры и отбиваться от соседей, это по мне.

Матиас Первый наш король, младше меня на двадцать лет, но драконью кровь не унаследовал и взял от матери полу эльфийки ее светлую сущность и ее характер, творческий, мечтательный. Так что он с радостью скинул на меня все обязанности по защите нашего государства.

Матиас нашел меня в оружейной, где я выбирал себе доспех:

– Брат, ты готов? – В глазах короля так похожих на мои было беспокойство. – Ты уверен, что тебе не нужна охрана?

– Матиас, – без посторонних мы с братом довольно тепло общаемся, – Ты же знаешь, что лучше не нарушать ритуалов, никто не знает, как могут воспринять это высшие силы. Возле замка все давно готово к охране, туда и паук не пролезет, а в лес я пойду один и вернусь, не беспокойся, когда я тебя обманывал.

Брат нахмурился:

– Когда сказал, что править это весело, «девки, любая выпивка и никакого надсмотра», – сварливо сказал Матиас Первый.

Я рассмеялся:

– Не думал я, что ты так злопамятен. Зато не отдали наше наследство в руки дядюшки, который только мечтает, чтобы мы сгинули оба сразу.

Матиас помрачнел, потом подошел и помог мне закрепить ремни кожаного зачарованного нагрудника.

– Он, кстати, тут в Арусане, веселится и делает вид, что ему плевать на черную луну. Если бы он не был родным братом мамы, я давно бы его уничтожил. Но ты знаешь, что она его любит, а после смерти отца прошло мало времени, чтобы нарушать ее покой новой смертью.

– Не зря говорят, что иметь родственников эльфов и врагов не надо, – я попрыгал, чтобы доспех сел на место и выполнил пару выпадов и стоек, чтобы понять не мешать ли чего. Повесил на пояс артефакт, который иногда помогает слить излишки силы. Он специально настроен, чтобы помогать мне.

В драконью ипостась я перехожу редко, слишком сильны в той форме инстинкты и сила давит на разум, желая отравить тело еще больше. Но скоро это изменится. Тело арайны будет принимать мою силу и отдавать ее уже очищенной. После того как я обзаведусь своим личным очистителем и хранителем силы, жизнь заиграет по–новому.

– Я принес тебе кое-что, – вдруг спохватился Его Величество, он быстро достал из безразмерного кармана старый свиток с небольшой магической печатью. – Послание проклятым, мне кажется, тебе будет полезно прочитать, как обращаться с девушкой из другого мира. Говорят, они страшные, – голос брата стал чуть тише, – а еще что брать их силой нельзя, тогда она не примет твои излишки Элэй.

– Я все знаю брат, отец с детства заставлял читать сказки о арайнах. И не такие они и страшные, я специально ходил к одному из проклятых. Обыкновенная человечка.

– Мое дело тебя предупредить, – брат все равно всучил свиток, – почитай, пока будешь ехать к границе.

– Я портал восстановил, тот, который недалеко от замка.

– Элэй, ты же знаешь, тварей привлекает магия.

– Не переживай, охрана будет хорошей.

Король покачал головой отчего его корона, тонкий обруч чуть не свалился с головы:

– Пусть высшие помогут тебе Элэй, – сказал он с чувством и повернулся, чтобы уйти.

Я склонился в поклоне:

– Спасибо за благословение, брат…

До Туманного леса доехал в карете, подумал, что тащить человечку до «Тихого замка», пешком будет неудобно. Мало ли в каком состоянии ее найду. То, что я найду свою арайну, сомнений не было.

В туманном лесу выпустил свою силу, которая черными крыльями расползлась за спиной. Создал заклинание, чтобы чувствовать вокруг врагов, и активировал артефакт, который показывает путь до ближайшей арайны. Можно в путь. Иногда мне попадались жалкие твари, что трусливо нападали из-за спины, мелкие кровососущие, или нежить, что тупо шла напролом, желая моего мяса. Я легко справлялся со всеми, даже скучно. Может быть легко, что я тут частый гость и знаю все слабые стороны тварей. Пусть я не живу в Тихом каждый день, мне положено избавлять наши границы от нежити, которая может перейти границу и напасть на простых жителей.

Артефакт завибрировал, показывая направление, а тьма послушно нашла девушку. Я почувствовал ее и побежал, желая быстрей закончить с поиском арайны.

Она была недалеко от границы с нашей территорией, вернулся, постарался выложиться в беге, понимая, что она тоже не стоит на месте. Туманный лес опасен для простой девушки. Времени еще много, но я могу больше не встретить арайну. Беру эту, даже если она страшна, как тварь бездны.

Совсем не удивился, когда увидел дядюшку с ножом в руках. Сбил его с ног, в груди зарождалась ярость. Его не остановил туманный лес, с толпами нежити, так хочет убрать меня с пути к трону, что пришел убивать иномирных дев и ведь уже нескольких убил, я чувствовал кровь на его клинке. Не найду я арайну и умру в течение года.

Брат мамы всегда был с гнильцой, а после смерти отца совсем распоясался. Победить его не составило труда, еле сдержался, чтобы не убить, не хотел расстраивать маму и пугать свою арайну.

Краем глаза следил, чтобы она не убежала. Иду к ней с каждым шагом понимая, что брат был прав, мне досталась страшненькая. Видимо, на ее лице есть какие–то изъяны раз так щедро обмазалась чернилами. Видел я, что послушницы Ляи богини любви так себе лица разрисовывают.

Потом успокоил себя, арайне необязательно быть красивой. Она должна собирать в себя излишки моей силы… впиваюсь в губы поцелуем, прижимая тонкое трепещущее тело к себе. Пахнет от нее хорошо, нежно, сладко, не могу остановиться, сила внутри бурлит и медленно утихает, переливаясь в пустой сосуд арайны. Да она мне подходит, плевать на ее страшное обмазанное чёрным и красным лицо и все, что она этим скрывает.

Она стонет, доводя меня до исступления, потом пинается, что ей не нравится? Хочется сломить сопротивление и заставить повиноваться, но я помню, что не могу жениться на ней силой. Она должна сама согласится выйти за меня замуж, а поэтому не буду ломать её, пока…

Чувствую запах крови и понимаю, что она порезалась об артефакт, что собирает из пространства излишки моей силы. Было бы хорошо, если эти артефакты заменили арайн, так было бы проще. Но они не могут. Один из проклятых поставил на себе опыт и умер, сила в какой–то момент взбунтовалась и артефакт попросту разрушился. Проклятый стал одержимым тьмой, без разума с одной лишь жаждой крови и его пришлось уничтожить. Пока его выследили и убили, он успел опустошить пару деревень с крестьянами. Поэтому возле проклятых замков мало кто хочет селиться несмотря на благодатную почву. Проклятые опасны.

Накладываю на рану «темное прикосновение», оно остановит кровь и обезболит, но нужно уходить, запах ее крови даже моего дракона вырвала из спячки. Чувствую, как он рвется наружу, желая участвовать в приобретении арайны. Но помню наставления отца, девы из другого мира не любят расы перевертышей. Мы драконы себя к ним не относим, но попробуй это сразу объясни визжащей от ужаса деве. Моя на удивление спокойна, я чувствую ее смятение, ее тревогу, но она сдерживает в себе свой страх, и мне это нравится. Думаю, я прощу ей уродство, если она и дальше будет так спокойна. Веду свою арайну вон из леса. На душе так хорошо, впервые за несколько месяцев мне легче дышать. Сила перестала колючим потоком рвать тело, а спокойно течет, как в детстве.

Слышу странные звуки, словно джах, идет в нашу сторону. Крикливая тварь, но почти безобидная, если не подпускать слишком близко. Давно их рядом с Лагутом не было. Но оказалась, что это не джах… навстречу выскочил оборотень, ошалевший от криков своей арайны и битв. Спокойно пропускаю его, не обращая внимание на легкое давление арайны. Она считает, я должен спасти соплеменницу. Сдерживаю ее, чтобы она не кинулась к оборотню, тот в таком состоянии, что может и убить. Видимо, арайна досталась ему нелегко, рука сломана, а обернуться, чтобы залечить свои раны, он не может. Прижимаюсь к мягкому, теплому телу своей арайны, дракон тут же меняет руку, удлиняет ногти, покрывает крепкой чешуей, он желает ее защитить, еле сдерживаюсь, чтобы не зарычать.

Оборотень уходит, а я, наблюдаю от арайны жалкие попытки вывести меня из себя. Ухмыляюсь, не на том ты свою женскую магию пробуешь, девочка. Она трогательна в своем страхе и в то же время мне нравится ее стойкость. Даже ее размалеванное лицо кажется не таким уж и отталкивающим.

В карете, которая должна отвезти нас в «Тихий замок» она говорит своё имя, Юлья, необычное. Даже не буду менять ей его на местное, я имею такое право. Она смешно удивляется, зелёные глаза на черном фоне смотрятся ярко, притягивают, хочется смотреть в них, но я одергиваю себя. Не нужно ее пугать раньше времени. Когда показываю ей замок, она замирает, прижимает к груди свою корзинку, глаза вспыхивают восхищением, красные губы приоткрываются от удивления, показывая белые, жемчужные зубки. Я сам смотрю на замок, чтобы понять, что она нашла прекрасного в этой старой развалине.

Он был прекрасен! Замок из моих снов… Я давно вижу сны с удивительным замком. Сейчас видно, что он в упадке, в стенах глубокие дыры, словно кто–то бил по замку чем–то круглым и тяжелым. Черепица на башнях редкая, видны просветы старых перекрытий, которые кое-где провалились.

Я видела его в своих снах другим, светлым, живым, утопающим в зелени. Сейчас осень и растения взялись желто–красным цветом, но все равно красиво. К замку ведет брусчатка, выложенная из серых прямоугольников, раньше по краю были посажены красивые клумбы. Но и сейчас замок был красив. Остроконечные шпили башен, серые стены и узкая речушка с небольшим водопадом, наверно летом тут хорошо купаться. Место возле водопада заросло травой и кувшинками, но все еще видно, что раньше туда шла лестница и был небольшой трамплин.

– Пойдем Юлья, тебе нужно отдохнуть, познакомлю тебя со слугами, которые будут тебе помогать. Элэй подтолкнул меня вперед, и я вся под впечатлением от увиденного засеменила по серой дорожке. Мне удивительно, почему этот замок мне снился, почему я здесь. Словно сон какой–то, которые не кончается.

Нас встречали двое пожилых людей, краснощекая женщина в длинном платье серого цвета и белом чепце, которые охватывали лицо рюшами, делая его каким–то немного комичным и седовласый мужчина в чёрном костюме похожем на военную форму в его руках была небольшая трость, на которую он тяжело опирался.

– Ард Элэй, – мужчина и женщина синхронно склонились в неглубоком поклоне.

– Вот ваша ардина, она с дороги немного устала, накормить и показать ее комнаты. Знакомить с замком, будете завтра с утра, – сказал Элей и подтолкнул меня к мужчине и женщине.

– Юлья это твои слуги, – сказал он мне в спину, — ада Горис повариха и ад Нимер дворецкий.

- Постойте, – я повернулась к желающему смыться так, ничего не объяснив мне мужчине. – Вы обещали мне все рассказать.

За спиной ахнула женщина и я поняла, что делаю что–то не так, но мне было все равно, я хотела знать, где я, и что меня ждет. А еще я желала знать, смогу ли вернуться домой и что для этого нужно. Если мне нужно быть настырной я могу быть настырной. Сжала зубы и решительно посмотрела на черноволосого.

– Ардина Юлья, – как–то слишком мягко сказал мне Элэй, – Вы узнаете все завтра, когда будете отдохнувшей и спокойной.

– Я спокойна, – открыто встретила прожигающий взгляд Элэйя, упрямо не отводя глаз, – Но не зная своего будущего, могу ли спать спокойно, сомнительно, разве можно отдыхать, когда ты не знаешь, что тебя ждет впереди?

Элэй внимательно смотрел в мое лицо и его темные брови сошлись на лбу, показывая недовольство хозяина. Я ощутила, как позади замерли слуги, и поняла, что Элэй не такой уж и добренький, каким хочет казаться. Они боялись его, и я этот страх ощущала, неприятный и разъедающий.

– Хорошо, – сдался черноволосый, а женщина за спиной опять ахнула, чуть слышно, но это нервировало. – Я расскажу вам то, что вам нужно знать ардина Юлья.

Мне показалось, что на секунду его зрачок превратился в узкую полоску, но, когда я моргнула, зрачок стал нормальным. Странное, мне кажется, хотя почему я решила, что Элэй человек, если у него нет хвоста и ушей как у встреченного в лесу мужика это еще ничего не значит.

Черноволосый твердо ухватил меня под руку и повел внутрь замка, позади шаркая ногами, шли слуги. Я озиралась, мне все тут казалось странным, пару раз пыталась привести себя в чувства, щипала себя, потому что происходящее не укладывалось в голове. Я даже позавидовала девушке, которая орала и материлась как грузчик, потому что ей было легче, прооралась и спокойна, можно принять действительность и идти дальше. Элэй привел меня в небольшой зал, в котором стояло пару диванчиков, с двумя креслами, в одно из них Элэй усадил меня, корзинку я ему не отдала, он фыркнул и сел напротив, кресло еле уместила довольно рослого мужчину.

– Ада Горис принесите что-нибудь выпить ардине, ад Нимер можете быть свободны.

Слуги ушли, а Элэй уставился на меня.

– У вас есть вопросы Юлья? – спросил он.

– Кто такая ардина, спросила я, – вы называли меня арайна, теперь стали называть ардина.

– Так в нашей стране обращаются к высокородной девушке или женщине, – спокойно сказал Элэй, – думаю, вы хотите знать, что это за страна и кто вы теперь?

Я качнула головой, потому что вопросов было намного больше. В принципе мне могли рассказать все слуги, с опозданием подумала я, но потом успокоилась. Слуги скорей всего знают не так много что будет касаться меня.

– Вы ардина Юлья, попали в королевство Лагут, в нем правит мой брат Матиас Первый. Так как вы являетесь арайной, то имеете право на дворянство, не имеет значения кто ваш проклятый, девушка получает статус высокородной в любом случае, это подарок нашего королевства девушкам. Более подробно можете узнать у слуг или прочитать в своде законов. Лагут довольно развитое государство ардина Юлья.

Мне чуть не поплохело, если брат, король, то, значит, Элэй принц, я вздохнула и сжала ручку корзинки еще крепче, отчего она жалобно скрипнула. Судя по одежде слуг да и самого Элэйя не такие они и развитые, я вздохнула, потом прислушалась к объяснениям мужчины.

– Раз в год в наш мир открываются порталы, и приходите вы девы из других миров. Ваша участь помочь проклятым жить дальше, а в лучшем случае одержать вверх над проклятием.

– Кто такие проклятые и имею ли я право отказаться? – спросила я.

Элэй нахмурился:

– Проклятые это маги, которые родились в день черной луны. Проклятие разной формы, но имеет одно спасение, арайну, девушку из другого мира. Вы имеете право отказаться, стать МОЕЙ арайной, но проклятых много, вас найдет другой, но будет ли он так же вежлив в обращении с вами как я?

– Вы прокляты? – догадалась я.

Возникла на пороге Горис и, поставив на столик небольшой поднос с дымящимися кружками поклонившись, ушла, тихо прикрыв дверь.

– Да я проклят. Не имеет смысла скрывать, вы нужны мне, чтобы победить проклятие. Через месяц мы поженимся.

– С чего вдруг вы решили, что я выйду за вас замуж? – Я удивилась, но внутри меня вдруг появилась какое–то томительное ожидание, тело желало повторения поцелуя, я ошарашенно сглотнула комок в горле. Силой воли подавила все низменные поползновения своего тела.

– Чтобы моя сила меня не убила, я должен жениться на вас, если вы не хотите, — улыбка, похожая на оскал, Элэйя не красила, – я найду другую арайну.

– Так просто? Вы вернете меня назад? – Я немного оживилась.

– Вы не вернётесь в свой мир, мне придется отдать вас другому проклятому. Если вы принимаете мое предложение, у вас будет все, что вы пожелаете, дома, слуги, драгоценности.

Я замерла, не сказать, что я была меркантильной, но тот, кто познал голод, хорошо понимает цену деньгам, желанию иметь свой угол и уверенность в завтрашнем дне. Вся моя жизнь — это терпеливый путь к тому, чтобы обеспечить себя нормальной едой, одеждой и насобирать деньги на квартиру.

Мои родители погибли, когда мне было десять лет. Родственников у нас к тому времени не осталось. Бабушки и дедушки умерли, а папины «друзья» быстро разорвали фирму отца на куски оставив меня ни с чем. Оказалось, что наш достаток был эфемерным и держался только на работе отца. Я попала в детдом, домашней спокойной девочкой. И первый раз мне не повезло, детдом был настоящей тюрьмой со своими законами, своими бандами и разборками. Мои личные вещи тут же разошлись по девочкам, которые верходили в группе, пару раз меня избили, только за то, что я домашняя и хорошо училась. Этот год был для меня адом.

Потом в детдом пришла проверка, может, кто–то донес, я не вникала в эти хитросплетения дележки власти верхушкой. Но после проверки меня взяли в частный детский дом. Нас там было двадцать детей. Жили в большом прекрасном доме, кормили досыта, не били, не обижали, но работать там нужно было с утра до ночи. Скотный двор, огороды, сады, зимой уборка территорий от снега и помощь опекунше по дому.

Надо сказать, что наши опекуны работали не меньше и помогать им никто не отказывался. Я уставала, но была счастлива. В доме царила спокойная и уютная атмосфера и была уверенность в завтрашнем дне. Я и сейчас поддерживаю связь с опекунами и общаюсь со своими назваными братьями и сёстрами, но очень редко. После школы я поступила в колледж на профессию кондитера, а потом переехала в другой город, где устроилась на работу. Я ставила себе план собрать деньги на собственное дело.

Ночами я продумывала, как открою свою маленькую кофейню и как буду счастлива купить свою небольшую квартирку. Положенную от государства квартиру получу, может, только к старости, и то сомнительно. Мечты не давали мне хандрить и вели меня к намеченной цели. Я понимала, что придется влезать в кредиты, придется пахать как проклятой, и была к этому готова. Разговоры девчонок, что лучше найти богатого мужика и не мучатся, считала глупостью. Нельзя надеяться только на мужика, в жизни всякое может случиться, лучше уверенно стоять на своих ногах. Моя первая влюбленность, в, казалось бы, классного парня Макса закончилась крахом веры в любовь. Я только сказала себе спасибо, что не легла сразу с ним в постель, как он желал. Поэтому рассталась немного обозленной, но не разбитой на осколки. Знакомится с парнями мне как–то больше не хотелось. Не верила я больше в чистую любовь, сказки все это.

И сейчас, когда Элэй сказал, что у меня будет все, я не поверила, тому, кто шантажирует, чтобы добиться своих целей, нельзя верить, но и выхода у меня нет:

– Может, я еще могу вернуться домой? Я хочу быть уверенной, что вы не обманываете меня.

– Я не привык, чтобы кто–то сомневался в моих словах Юлья, – немного угрожающе сказал Элэй и увидела, как его пальцы обхватили подлокотники кресла, сильно сжимая лакированное дерево. – Нет, в свой мир вы больше не вернётесь. Никто в нашем мире не имеет такой силы, чтобы создать портал в другой мир.

– Если я соглашусь, выйти за вас замуж – сказала я, не спуская с него взгляда, – я хочу договор. Какие тут у вас есть договора, магические, простые?

– И что вы хотите по этому договору ардина? – Губы Элэйя скривились в усмешке.

– Я хочу свой дом и деньги, естественно, которые вы не сможете у меня отобрать невзирая на ваше самочувствие. Вдруг ваше проклятие в какой–то момент, вас убьет. Я хочу гарантий, что не останусь на улице. Если мы заключим договор, я выйду за вас замуж и буду целовать вас, когда нужно. Надеюсь, вам нужны только поцелуи?
Элэй хмыкнул:

– Я не насилую женщин, обычно они сами желают, чтобы я обратил на них внимание, — он показался мне в это момент мерзким.

На несколько минут в зале воцарилась тишина. Я не верила сидящему передо мной мужчине и не собиралась так сразу соглашаться на его предложение. Хотя какое предложение, он просто поставил перед фактом, что будет происходить. Гордо задрать нос и уйти в туман, я всегда успею. Я всегда была несколько прагматичной и смотрела на ситуации с разных сторон, чтобы выбрать лучшую.

Элэй смотрел как–то странно:

– Меня устраивает ваше предложение ардина, – я чуть слюнями не подавилась, словно это я ему сделала предложение жениться на мне. – Вам дом и деньги, мне женитьба. – Черноволосый встал и как–то ехидно улыбаясь, склонился в поклоне. – Думаю остальное, вам расскажут слуги, вы можете спрашивать у них все, что вам будет интересно. Они предупреждены кто вы. Уходить из дома я вам не советую. Не забывайте о других проклятых, которым вы нужны. Все свои пожелания передавайте через ада Нимера. Может быть, я еще приду в Тихий замок, а может, мы встретимся через месяц на ритуале нашего брака.

– Договор? – Я не собиралась сдаваться.

– С договором вы ознакомитесь перед ритуалом. – Элэй кивнул. Я чувствовала, что его отношение ко мне странно изменилось, в нем теперь сквозило пренебрежение. Было неприятно, но терпимо. Неужели он думает, что я буду целый месяц тихо–мирно сидеть и ждать неизвестно чего. Чуть не хмыкнула. Мало ли что может случиться с ним за этот месяц. Я встала, когда он направился из комнаты, вроде так положено провожать высокородных. Вздохнула, когда за ним закрылась дверь, но я недолго оставалась одна. Тут же вошла ада Горис и склонилась в поклоне, несмотря на меня, она проговорила:

– Ардина Юлья, я приготовила вам ванну, если вы желаете…

– Желаю, – я встала и посмотрела грязные ноги в босоножках, кто ж знал, что мне придётся носиться по лесу, надела бы удобные кроссовки. Вздохнула и, не выпуская из рук свое единственное сокровище, потопала за адой Горис. Я правда устала, в голове все перемешалось, было странно понимать, что я больше не увижу Таньку. Не выпью чашечку кофе в любимой кофейне, не увижу родное звёздное небо. Вчерашнее уверенное завтра превратилось в марево непонятного. Но я не хочу сегодня думать над ошибками, подумаю об этом завтра. У меня есть крыша над головой, есть наметки будущего и это лучше, чем сидеть под деревом и трястись от страха, что тебя сожрут. Брак не так страшен... ведь так?

Ада Горис привела меня в небольшую комнатку, в которой стояла большая деревянная бочка, довольно широкая. Внутри бочки маленькая лавка, на которой лежит ткань. Прозрачная вода, от которой понимается легкий пар.

– Вот ардина вещи нужно сложить сюда, я их постираю, – женщина старалась не смотреть на меня. Я подошла к скамье, на которую указала ада и взглянула в огромное зеркало, что стояло тут же. Мутное зеркало, которое показывало не четко, искривляло, но я замерла перед ним и выругалась:

– Мать твою!

Танька любила краситься сама и меня приобщала к этому виду искусства, ведь правильно накрашенная девушка может быть прекрасной феей… и ужасом, когда вся краска потечет. Я смотрела на свое лицо с черными разводами туши и не понимала, почему меня еще не сожгли на костре. Губы красная клякса, щеки залиты черным, страшное зрелище. Я вспомнила, что как раз шла, чтобы смыть с себя краску. В лесу я рыдала, размазывала трёхслойные ресницы по лицу, капец! А–а–а! Что подумал Элэй обо мне? Да как он вообще решился мне замужество предлагать?! Видно, сильно припекло! Я выдохнула и поставила корзинку на скамью. Юля, успокойся, ты все правильно сделала. Вытребовала себе плюшки, пусть пока на словах…

– Ада Горис прошу не трогать мою корзинку, там фрукты с моей родины. – Я не знала редкие ли они тут, но предупрежу. Еще раз взглянула на свое черное лицо, содрогнулась, как это твари не разбегались при виде меня, фыркнула. Ада не уходила, а я не стала стесняться, быстро содрала с себя платье, трусики, надоевшие, но удобные босоножки и полезла в бочку.

Утром я принимал душ дома, теперь буду плескаться в иномирной водичке. В принципе если отбросить ужасы леса, то мое приключение вышло не очень страшным. Я не ранена, не изнасилована, даже морально не сильно пострадала. В такой ситуации нужно видеть плюсы…

Я зажмурилась и села на скамью, погружаясь в воду по самый подбородок.

– Ардина, я помою вам волосы? – голос у ады Горис был довольным.

– Конечно, ада Горис, но вы показывайте мне, чем будете мыть, чтобы я знакомилась с местным бытом.

– Конечно, ардина Юлья.

Ее руки мягко касались моей головы, это было приятно. Давно мне голову не мыли. Постаралась не вспоминать родителей, итак, нервы на пределе.

– Вот эта жидкость для мытья головы, она смывает пыль и жир с волос, а вот это специальные масла для того, чтобы волосы были густыми и росли быстро. У вас очень короткий волос, но красивый, не бойтесь ардина Юлья, ваши волосы через месяц будут положенной длины.

Я слушала воркование ады Горис и присматривалась к бутылочкам и глиняным горшочкам, которыми она пользовалась. Судя по замку и обстановке тут не продвинутый мир. Средневековье с бочкой воды… Потом укорила себя, что бочка для помывки все лучше, чем просто таз с кувшином. Я любила читать, так что понимала, как жили в средневековье, и понимала, как мне повезло попасть к принцу, а не к какому-нибудь крестьянину. В присказку с милым и в шалаше рай я не верила. Теперь мне нужно понять, правду ли сказал Элэй, верить на слово первому встречному тоже не всегда правильно. А вдруг он работорговец или… тут я вспомнила о драконе. Стоп он же говорил о драконе, которого я должна спасти.

– Ада Горис, а тут есть драконы?

– Ардина Юлья, драконы есть, и другие расы есть, мы люди самые плодовитые, а вот магические расы малым числом живут. Драконы раньше у нас общиной жили, а потом поняли, что вырождаются, и стали селиться везде. Батюшка арда Элэйя был дракон, а матушка, эльфийская леди. Король наш Матиас Первый взял от матушки своей сущность, а ард Элэй от батюшки.

– Значит, Элэй дракон? – вычленила я из всего набора слов главное.

– Дракон, – ада Горис вылила из ковша мне на голову теплую воду, – темный дракон, только редко когда он оборачивается, проклятие сильно на разум давит.

– А что за проклятие, – я отфыркалась от воды, которая норовила затечь в нос.

– Так, проклятие черной луны, каждому свое оно дает, у кого ипостась звереет, у кого дар преображается в непонятное, а кому сила разум выжигает.

– И помочь можем лишь мы девушки из других миров, можно как-то по-другому снять проклятие. Кстати, а девушки, которые родятся в черную луну, их, как от проклятия спасают.

– Девушки проклятию не подвержены, эльфы тоже не поддаются черной луне. Ард Элэй имеет кровь эльфов, поэтому так долго сопротивлялся проклятию. Почитай сто лет уже скоро. А по-другому, проклятие не снимается, давно бьются уже с этой напастью, –сказала ада Горис. – Все выходите ардина, я вас вытру, да пойдем, комнату вашу покажу. Завтра уже все остальное, отдохнуть вам надо.

Я послушно вылезла из бочки, но большую простыню, что тут полотенце заменяла, забрала из рук ады и стала вытираться сама.

– А вы красавица ардина Юлья. Будет удивление нашему арду Элэйю.

Я усмехнулась про себя. Железные нервы у арда, такую «красавицу» себе в жены брать, чуть не рассмеялась. Но тут можно и задуматься, если ему плевать на мою внешность, какая участь меня ждет после женитьбы. И почему я решила, что ему нужен будет только поцелуй. Сейчас немного придя в себя, я понимаю, что в браке будут дети, а дети — это секс. Или у них тут многоженство и детей он будет делать с другой женой.

Вопросов, конечно, было много, голова пухла оттого, что мне нужно узнать. Но все это утром…я вздохнула.

Ада Горис проводила меня в мою комнату. Надо сказать, что внутри замок был обжитым. Чисто, по стенам светильники, каменные стены убраны в тяжелую гобеленовую ткань, что тонкими узорчатыми деревянными пластинками крепилась к стене. Мебель в основном грубая совсем не подходящая к стенам и общему стилю замка. Пол, каменные плиты, отшлифованные до зеркального блеска, узор натурального камня был красив, серый цвет был щедро разбавлен черными и белыми вкраплениями. Ада Горис дала мне из одежды, теплую рубаху, до пят и кожаные тапки, которые легко надевались.

– Ваши вещи я вам завтра принесу, – сказала она, показывая мне путь до моей комнаты. – Вот здесь вы будете спать, – женщина торжественно открыла дверь в мою спальню, теперь уже мою. Я вздохнула и вошла внутрь, корзинка, естественно, при мне. Это было странно, но мне казалось, что оставлять ее нельзя. – Ард Элэй, как понял, что в этом году ему нужно идти за арайной, так и стал замок готовить к вашему приходу. Отремонтировали комнаты, для вас и мебель привез аж из столицы.

Мебель и правда отличалась от остальной. Деревянные детали были белыми, покрытые лаком, шторы и балдахин на громадной кровати нежно–оливкового цвета с золотистыми узорами. Комната была небольшой, но гармонично обставленной. В ногах кровати стояла длинная танкетка с изогнутыми ножками и прошитым сидением все того же зеленого цвета. Стены убраны в деревянные панели, покрытые лаком, некоторые деревяшки с изящными узорами. Я была уставшей, поэтому рассматривать остальные комнаты не стала.

– Тут, – ада Горис приоткрыла одну из дверей, – если вам, что-то понадобится, – она запнулась, не зная, как сказать про потребности тела.

– Я поняла ада Горис, – кивнула женщине. Установила корзинку на тумбочку у изголовья и отодвинула мягкое, пушистое одеяло. По крайней мере, я буду спать в замке, в комнате, которую ремонтировали ради меня, в мягкой постели, уже это дает мне надежду, что я буду жить нормально… если не вернусь домой.

Мне показалось, что я заснула, как только за адой Горис закрылась дверь. Мне снились сны, в которых я вновь и вновь проживала сегодняшнюю ночь. Сквозь тревожную дрему мне показалось, что моя корзинка, стоящая рядом с кроватью, светится мягким золотистым светом… но открывая глаза, я ничего не видела и опять погружалась в изматывающий сон.