Титан слезам не верит

– Госпожа Красавина, ваш отчет никуда не годится! Нам нужно не ваше "очень экспертное" мнение, а цифры и факты! А свои, бесспорно, великолепные идеи оставьте для тех времен, когда из стажера дорастете до специалиста!

Ехидный тон начальницы обижал лишь поначалу. Сейчас уже не обращаю внимания. Сухая вредина невзлюбила меня с первой встречи.

Хотя вполне может быть, она ко всем сотрудникам так относится. Тучи на ее лице расступаются, только когда рядом наш босс.  Он же по совместительству владелец фирмы. Максим Воропаев умудряется в одиночку держать на плаву сеть туристических фирм по всей галактике. Как этот человек успевает везде и всюду, ума не приложу.

Когда встретила его первый раз, не  могла оторвать взгляд, настолько красивым показался. Голубоглазый блондин с невероятной улыбкой без усилий умеет расположить к себе. И это при том, что после Резкого у меня иммунитет на неотразимых мужиков. Что уж тогда говорить о бедной старушке Нонне Федоровне. У нее, наверное, сносит крышу каждый раз, когда наш начальствующий эльф к ней приближается.

Какая я стала злая. А все из-за подлеца Резкого. Тысячу раз обещала себе не думать, и все равно мысли постоянно возвращаются к нему.

Заставляю себя внутренне встряхнуться и открываю злосчастный отчет. Все еще не могу привыкнуть к рутинной, неинтересной работе. Мое нынешнее занятие не имеет ничего общего с исследовательской деятельностью, к которой я привыкла. Но ничего не попишешь, надо.

Когда пришла в себя после происшествия в Диких землях, стало ясно, что надо решать с работой. Ни одна фирма, куда я отправила резюме, не ответила. Попыталась выяснить, в чем дело, и мне вежливо намекнули, что связываться со мной не хотят из-за спорной репутации. К тому же бывший босс оказался замешанным в очень некрасивых историях. Это всплыло, когда Ганинский уже подался в бега. Я оказалась без вины виноватой.

Чуть не впала в отчаяние, но сумела взять себя в руки. Решила, что теперь работа для меня –  лишь средство пропитания, ничего больше. Пообещала себе, что соглашусь на первую попавшуюся вакансию. Путь в науку все равно закрыт.

Так я оказалась в турфирме "Большая Медведица".

Что-то общее с прежней работой здесь все же есть. В конце концов, "Футурум" тоже специализируется на путешествиях, правда,  другого толка. Душу на корню непрошеную рефлексию. Какая разница,  путешествия во времени или по галактике, работа есть работа.

– Виола Викторовна, – я задумалась настолько, что забыла про стоящую над душой Нонну, – понимаю, вам нелегко влиться в наш рабочий процесс, прежний опыт работы не слишком способен вам помочь. Но если вы действительно намерены продолжать работать у нас, очень рекомендую прислушиваться к моим советам. Максим Александрович бывает на месте не всегда, а в его отсутствие я решаю все насущные вопросы.

– Я понимаю, Нонна Федоровна, буду стараться изо всех сил, – как будто я не знаю, что она тут всем заведует. Зачем лишний раз напоминать?

Раниева, наконец, уходит. Пытаюсь спрятаться за перегородкой так, чтобы меня не было видно.

Наш офис представляет собой огромное помещение, разделенное на этакие кабинки для сотрудников. Если смотреть сверху, все становится похоже на ячейки сот. Собственно, офис и напоминает улей. Бесконечное жужжание техники, гул голосов и беготня работников усиливает впечатление.

Каждый сотрудник отвечает за одно из направлений. На самых востребованных работают местные "звезды". Заработок у них в разы выше, чем у новичка-стажера.

Никак не привыкну к экономии. В "Футуруме" я прилично зарабатывала, но тратить деньги не хватало времени,  была слишком увлечена наукой. О финансах я мало задумывалась. Тем сложнее сейчас, когда появилось время на удовольствия, но приходится во многом себе отказывать.

Так и не разобравшись с отчетом, краем глаза замечаю,  что офис стремительно пустеет. Пришло время обеда. Довольно потягиваюсь, ныряю в скинутые под столом лодочки, встаю и вливаюсь в поток сослуживцев, следующих на выход. Настроение,  как ни странно, приподнятое. И пусть дурацкий отчет никак не поддается, зато я смогла окунуться в работу с головой, как в старые добрые времена. И совсем не думала о ком-то синеглазом.

"Ресто" – пространство, где сотрудники проводят обеденный перерыв. Это релакс-комплекс, под который владельцы здания "Иремель" отдали целый этаж. Значительную часть занимает первоклассный ресторан. А еще служащие могут позаниматься спортом, отдохнуть в банном зале, сходить в кино, подышать вкусным воздухом в тени настоящего сада или просто поспать в специально оборудованных капсулах-кроватях.

Поначалу меня привлекали только они. Я уходила из офиса и проваливалась в небытие до пробуждающего сигнала. Ничто больше меня не интересовало. Тревогу забила Зайка. Мой домашний робот констатировала сильное истощение на фоне стресса. Ее аргументы звучали впечатляюще, поэтому пришлось поменять тактику.

Теперь я завсегдатай местного ресторана. Шеф-повар здесь какой-то гений. Каждый раз удивляюсь, насколько вкусной может быть еда. Разнообразие меню не оставляет шансов стать любителем одного блюда. Каждый раз хочется попробовать что-то новое.

Сегодня на глаза попалось "Средиземноморское меню". Отлично. Значит, закажу что-нибудь оттуда.

Марс за долгие годы научился обеспечивать себя продовольствием. Давно миновали годы, когда продукты привозили с Земли. Сейчас на Марсе производится все необходимое для комфортного существования.

Но глубоко внутри каждого марсианина лежит бессознательная ностальгия по далекой родине предков. Мы и сейчас считаем доставленное с Земли чем-то эксклюзивным и статусным. Этим вовсю пользуются маркетологи. Поэтому "Креветки под сливочным соусом" стоят почти в два раза дешевле "Креветок с пряными травами Земли". Хотя сколько я ни крутила оптипроекции  обоих блюд, разницы в самих креветках не увидела. Решено. Никаких больше земных излишеств. Беру аппетитных морских козявок под сливочным соусом.

Блюдо выше всяких похвал. Шеф-повар ресторана еще ни разу не разочаровал.

Когда собираю остатки соуса на тарелке последней креветкой, сбоку раздается женский голос:

– Ви? Виола? Это ты?

Поворачиваю голову и не сразу понимаю, кто ко мне обращается. Присмотревшись, узнаю бывшую одноклассницу:

– Геля? Тарасова?

Она присаживается за мой столик.

– Да. Я тебя тоже не сразу узнала. Ты изменилась. Отлично выглядишь. Такая худая.

Я и вправду прилично скинула за последнее время.  Собственно, это и есть причина, по которой теперь являюсь завсегдатаем ресторана.

– Ты тоже шикарно смотришься, – не кривлю душой. Подруга на самом деле выглядит эффектно.

Платиновая блондинка с голубыми глазами и модной стрижкой. Геля и в школе отличалась индивидуальностью, но сейчас передо мной сидит настоящая женщина-вамп. Краем глаза вижу, что мужчины вокруг сворачивают головы в сторону нашего столика. На Геле умопомрачительный белый комбинезон, подчеркивающий фигуру и длинные ноги.

– Спасибо, – улыбается одноклассница, – А ты где сейчас? Чем занимаешься? Слышала, ты пошла в науку?

– Да... Пошла... Походила и вышла, – перевожу в шутку неприятный вопрос, – Я в "Белой Медведице" работаю. Недавно устроилась.

– Так ты тоже в этом здании обитаешь?

– Да... А ты?

– А я здесь снимаю офис и студию. Слышала про бренд "Сангели"? Это мое детище.

– Серьезно? Ты – дизайнер одежды?

– Ага. Исполнила детскую мечту, – улыбается Геля.

– Какая ты молодец! – не скрываю восхищение.  "Сангели" – яркий, неординарный бренд. У меня есть пара их вещей.

– В "Иремель" мы недавно переехали. Здесь предложили более выгодные условия. Раньше в "Джомолунгме" снимали помещение.

– "Джомолунгма" далековато отсюда, – прикидываю я.

– Да, здесь гораздо удобнее. И от дома могу пешком дойти.

На Марсе всем более-менее выдающимся зданиям принято давать имена. По давней традиции это чаще всего названия географических объектов Земли. "Иремель", в котором мы сейчас находимся, представляет собой 45-этажный небоскреб. А "Джомолунгма", если мне не изменяет память, чуть выше.

– Здорово, будем видеться, я почти каждый день в обед сюда прихожу, – я искренне рада видеть старую знакомую. В школе мы не то чтобы дружили, но всегда хорошо общались.

– Да, обязательно, – кивает Геля, – Слушай! – ее глаза озаряет идея, – А ты сегодня после работы занята?

– Да не особо, – пожимаю плечами.

– Можешь меня выручить? У нас запланирована небольшая промо съемка новой коллекции. Там буквально несколько фотографий нужно, а модель только что написала,  что не успевает приехать. Может,  ты ее заменишь? По типажу ты как раз подходишь, и фигура у тебя что надо. Я бы тогда никого искать не стала. Что скажешь?

– Я? Моделью? – такого предложения мне точно никогда в жизни не поступало. Я несколько обескуражена, – Даже не знаю...

– Ви, соглашайся! В подарок заберёшь вещи с фотосессии,  – хитро подмигивает Геля.

Мой стажерский бюджет сейчас не может себе позволить дизайнерскую одежду. Внутри просыпается алчная модница, которая обычно спит непробудным сном

– Уговорила, – ввязываюсь в авантюру я.

К концу дня со скрипом доделываю отчет. Бездушные цифры и графики буквально высасывают из меня энергию. Приходит мысль, что долго так не продержусь. Без творческого начала работа  меня слишком изматывает. На прежнем месте я вообще редко про обед вспоминала, а теперь только его и жду, не говоря уж о конце рабочего дня.

В который раз за день смотрю на часы, и удовлетворено улыбаюсь.  Осталось 40 минут.

Неожиданно осознаю,  что офис притих. Сотрудники сосредоточенно работают.  Никто не болтает,  не пьет кофе и не бродит по офису без дела. Выглядываю из-за своей перегородки и понимаю, в чем дело.  К нам пожаловал шеф. Видимо, он только что вошел, к нему навстречу спешит Нонна, на ходу поправляя прическу.

Максим Воропаев хорош как всегда. Неотразимая улыбка, вежливые кивки в ответ на многочисленные приветствия. Рукава небрежно закатанной рубашки подчёркивают бронзовый загар. Слегка бесформенные брюки карго не могут скрыть отличное телосложение начальника. Одним словом, Воропаев – редкостный красавчик. Хотя, на мой взгляд, столько пуговиц на рубашке сверху расстегивать необязательно.  Вся женская половина компании и так при виде начальника чуть ли не в обморок падает.  Кроме меня. У меня иммунитет после одного несносного землянина.

Немного понаблюдав, как Нонна бабочкой-капустницей вьется возле аппетитного шефа, снова утыкаюсь в опротивевшие цифры.

Пока что мне не доверяют полноценно курировать какое-либо туристическое направление. Я лишь веду статистику по нескольким маршрутам. Надеюсь, со временем поручат что-то стоящее, тогда смогу сама отправлять туристов. Думаю, тогда работа покажется более интересной.

Лишь бы направление попалось удачное. А то на какой-нибудь пустой и бедной планете много не заработаешь. Не то чтобы сгораю от желания сделать карьеру турагента, но если уж взялась за дело, буду делать его хорошо.

Размышления прерывают Нонна и Воропаев. Слышу обрывок разговора, пока начальница сопровождает Максима к его кабинету:

– Как дела у новых сотрудников? – спрашивает начальник.

Любопытство заставляет выглянуть из-за перегородки. Мой взгляд тут же натыкается на его ищущий. Замерев на пару секунд, ныряю обратно в свой закуток. И чего только мне на месте не сидится? Я не боюсь внимания начальства, но все равно на расстоянии как-то спокойнее.

Нонна отвечает что-то длинное и обстоятельное,  но что именно, не слышно. Оба начальника скрываются за дверью кабинета.

К моей большой радости стрелка часов становится вертикально, возвещая об окончании рабочего дня. Привычку засиживаться на работе я уже забыла, поэтому выключаю рабочий экран и вливаюсь в поток сослуживцев,  спешащих на выход.

По пути вспоминаю, что обещала помочь Геле. Сворачиваю в сторону и выхожу на лестницу. После долгого сидения захотелось пройтись, поэтому 7 этажей до офиса подруги преодолеваю пешком.

Стены из прозрачного полистекла открывают вид на вечерний город. В вечной суете и проблемах всегда забываю, в каком чудесном месте живу.

Архитекторы Первого города на Марсе подошли к вопросу градостроительства серьезно. Они учли тысячелетний опыт возведения городов на Земле. Все строения расположены так, что с какого ракурса ни глянь, перед тобой пейзажная панорама, которая радует глаз.  Немного постояв на площадке между этажами и полюбовавшись видом, отправляюсь на фотосессию.

Чувствую внутреннее волнение. Не представляю, какая из меня выйдет модель.

На пороге студии встречает довольная Геля:

– Ви, ты пришла! Проходи, у нас уже все готово!

Нерешительно захожу внутрь.  Меня тут же окружают вниманием стилист и ассистент. Заботливые руки начинают колдовать над прической и макияжем. В это время ассистентка подсовывает туфли:

– Виола, примерьте, пожалуйста,  если велики, я сделаю вкладыши.

Туфли оказываются в самый раз. Но меня смущает высота каблука:

– Не уверена, что смогу на них ходить, – киваю на пугающие шпильки.

– Ви, тебе на них не ходить надо, а позировать, – смеется Геля.

– А, понятно, – хотя мне все равно непонятно как стоять на этих ходулях.

Через сорок минут меня разворачивают к зеркалу, позволяя полюбоваться на результат работы профессионалов. В том, что на Ангелину работают мастера своего дела, нет никакого сомнения.

Из зеркала на меня смотрит невероятной красоты женщина. Глаза приобрели глубину. Красная помада подчеркнула форму губ. Они кажутся слегка пухлыми и, благодаря цвету,  чувственными. Никогда не замечала свои скулы, а сейчас они с помощью румян завершают образ женщины-вамп.

– Вот! Это лицо мне и надо! Замрите! – подскакивает ко мне все это время терпеливо ожидавший фотограф.

Я захлопываю рот, который непроизвольно открыла, изучая собственное отражение.

– Нет-нет! Верните! – командует этот немолодой, но очень энергичный мужчина.

– Что вернуть? – не возьму в толк я.

– То выражение,  которое только что у вас было. Этот взгляд... И губы... Это то, что нужно для нашей идеи, – активно жестикулируя, объясняет фотограф.

Теперь понятно, в чем секрет успеха "Сангели". Его создательница уделяет внимание к деталям. При нынешних возможностях роботов нанимать живого фотографа станет только настоящий художник. Результат натуральной съемки отличается от работы фоторобота. Но не каждый бренд станет заморачиваться на таких мелочах.

Я никогда раньше не снималась у фотографа-человека, только у робота.  Поэтому сегодняшний опыт волнует.

– Ви, не успела вас познакомить, это Эдуард Каримович, наш фотограф, гений портретной съемки, – представляет мужчину Ангелина.

– Ну, скажешь тоже, – картинно машет рукой Эдуард Каримович, – можно просто Эдуард, – протягивает мне руку.

Ассистентка приносит первый наряд для съемки. При виде его брови сами ползут вверх.

– Ви, я тебе не сказала... Коллекция называется "Секси рок".

Платье полностью оправдывает свое название.  Черное замшевое мини, по бокам которого при движениях видны полупрозрачные вставки из нашитых на кружево цветов. На ощупь замша тонкая и нежная. Едва удерживаюсь от желания приложить эту прелесть к щеке.

Облачиться в него помогает ассистентка. К образу добавляются те самые каблуки-ходули. Как ни странно, они достаточно удобные.  По крайней мере, во время съемки я о них не думаю.

Когда первая серия фото отщелкана, понимаю, что мне необходим перерыв. Сказать об этом вслух неудобно, столько людей суетится и работает, а я неожиданно устала. Сказались напряжение рабочего дня и волнение из-за дебюта в качестве фотомодели. Нахожу компромисс времен школьной юности. Отпрашиваюсь в уборную.

В коридоре пусто, большая часть работников уже покинула здание.

Прямо напротив двери студии стоит большой автомат с напитками. Думаю, чашка ароматного чая быстро вернет меня в строй.

Выбираю средней температуры со вкусом малины. Напиток готов через несколько секунд, о чем возвещает информация на табло.

Сейчас сделаю глоток, и мне сразу станет легче. Тяну руку, ожидая, что пластиковая шторка вот-вот откроется, и я заберу свою добычу.

Но ничего не происходит. Автомат молчит, нагло делая вид, будто он не при делах. Вожделенный стаканчик застрял где-то в недрах этой бандуры.

Тут на меня накатывает. В сердцах пару раз пинаю непослушную железяку. Моментально жалею, потому что внутри него начинает хлюпать и булькать. Пытаясь понять, что там происходит, наклоняюсь к закрытому окошечку и прислушиваюсь.

За спиной раздается деликатное  покашливание, заставившее вмиг выпрямиться. От мысли,  какой вид открылся сейчас перед невесть откуда взявшимся мужчиной, по лицу растекается румянец. Я ведь все еще в Гелином провокационном платье.

– Позвольте помочь? – произносит кто-то за спиной.

Поворачиваюсь, собираясь надменно отказаться и скрыться за дверьми студии. Но говорю совершенно противоположное:

– Если это в ваших силах, – улыбаюсь и невинно пожимаю плечами. А все потому, что передо мной стоит никто иной, как Максим Воропаев.

И что понадобилось начальнику на этом этаже?

– В этом автомате самые вкусные напитки, – словно в ответ на мои мысли отвечает шеф.

Он наклоняется, несколько секунд что-то колдует, и – о чудо! – мой стаканчик появляется из утробы недружелюбного монстра.

– У него шторка заедает иногда, надо в сторону потянуть, – поясняет Воропаев, протягивая мне напиток.

– Спасибо, – принимаю добычу из рук удачливого охотника.

Возня с автоматом заняла уйму времени, боюсь, что меня уже потеряли в студии. Но появиться там с чаем в руках кажется проявлением неуважения.  И пить уже остывший чай залпом перед боссом не могу себе позволить.

Тем временем Воропаев достает из автомата свой напиток. Судя по аромату, это кофе. Я цежу чай, размышляя о том, знает ли шеф, кто перед ним. Вдруг макияж изменил меня до неузнаваемости? Это могло бы стать отличным выходом из неловкой ситуации.

– Подрабатываете после основной работы? – развеивает сомнения шеф, кивая на дверь студии.

Все-таки узнал.

– Не то чтобы... Подруга попросила помочь.

– Да, от такой помощницы никто бы не отказался, – он стреляет взглядом на мои голые коленки.

– Что, простите? – решаю, что ослышалась.

– Я говорю, надеюсь, усталость не повлияет на вашу трудоспособность завтра, – кивает, прощаясь.

– Что вы! Конечно,  нет, – спешу уверить босса.

Как и предполагала, в студии меня заждались. Но ни слова упрека не получаю. Продолжаем съемку с того места,  где остановились.

Мое следующее перевоплощение представляет собой кожаную тунику с длинной бахромой. Ее демонстрирую вместе с высокими сапогами-ботфортами.

А последний костюм сражает меня наповал. Это простая белая рубашка из хрустящего, словно накрахмаленного хлопка. И длинная узкая юбка с высоким разрезом сбоку. Сверху разрез словно подхватывает невесомая паутина, не давая юбке распахнуться слишком широко. Мелькает мысль, что Ангелина умудрилась нанять настоящих пауков. Паутина смотрится волшебно.

После фотосессии Ангелина подлетает ко мне:

– Ви, спасибо тебе огромущее! Ты нас так выручила!

– Да что ты! Не за что, – уверена, что подруга преувеличивает мои заслуги. Но надо отдать должное, раньше я не подозревала, что работать моделью так тяжело.

– Как мы и договаривались, все костюмы твои.

– Гель, это необязательно, – мне неудобно брать такую высокую оплату за свой труд.

– Ви, они тебе так идут, что отказа я не приму. Вот увидишь, мои платья еще изменят твою жизнь, – шутливо подмигивает Ангелина.

– Спасибо тебе,  – мне ничего не остается, кроме как благодарно улыбнуться. Фея "Сангели" даже не подозревает, что ее платье уже повлияло на мою жизнь.

Сегодня я устала настолько, что дома валюсь на кровать без сил. Зайка тут как тут:

– Виола, во избежание выгорания на работе, рекомендую витаминный ужин, расслабляющие процедуры и сон не позднее 23 часов.

И кто может от такого отказаться? Выполняю все рекомендации своей железной няньки. Видимо,  я все сделала правильно, в благодарность получаю крепкий сон без сновидений.

Утро следующего дня встречает ароматом свежей хвои. Обожаю этот запах. Зайка об этом знает.

В сонных грезах я в сосновом бору "Вита-парка". Там так хорошо. Чья-то теплая рука берет мою...

Быстро просыпаюсь. Опять Резкий. Теперь даже в свое любимое место не могу перенестись без мысли о нем. Когда уже забуду его!

Когда собираюсь на работу, взгляд падает на вчерашние подарки. Не успела их убрать. Из трех нарядов, я уверена, больше всего шансов быть надетыми у блузки и юбки. Красивые. Когда-нибудь обязательно надену. Когда только?

А что если...сейчас! Почему бы нет? Вряд ли найдется человек,  который меня осудит. Если только Нонна... Но немного ее позлить будет даже приятно.

Не знаю,  откуда взялся дух авантюризма, но смело облачаюсь в юбку "с паутинкой". И даже нахожу в недрах гардероба подходящие туфли.

В зеркале отражается дерзкая, сексуальная женщина. Раньше так одеться я могла только для одного человека...

Интересно, они сняли за мной слежку? Давно не видела поблизости черный ховер. Стоп. Все в прошлом. Хватит думать о Резком.

Гоню прочь грустные мысли и отправляюсь на работу.

Как и предполагала, на мой "секси-рок" наряд мало кто обращает внимание. А за столом разрез юбки вообще не виден, он сверкает в сторону стены.

Прежде чем открыть рабочий экран, оглядываюсь по сторонам, в надежде понять, у себя Воропаев или нет. Вроде бы его нет.

Не то чтобы переживаю, но вчерашний пустяковый эпизод меня смущает. Никак не могу выкинуть из головы, что шеф видел, как я светила бельем, приложив ухо к автомату с напитками.

Через некоторое время забываю обо всем, нырнув в мир цифр и статистики. Привычка еще времен "Футурума" – люблю писать ручкой. Лучшие идеи проходили в  голову, именно когда записывала их вручную. 

Вот и сейчас, пытаясь разложить все по полочкам, перевожу экран на режим письма.   Можно обойтись без физического носителя, цифровой стилос – отличная альтернатива.  Но мне нравится чувствовать в руке тяжесть настоящей пластиковой палочки.

Увлекшись созданием схемы, роняю ручку на пол. Конечно же, она закатывается в самый дальний угол. Приходится тянуться за ней, встав на четвереньки. Когда уже почти справилась, сзади раздается мужское покашливание:

– Э... Виола Викторовна...

Да что ж такое! На секунду прикрываю глаза,  чтобы дать себе поверить в то, что происходит. Я опять встречаю шефа не лицом, а выпяченной пятой точкой.

Спешно выкарабкиваюсь из-под стола.

– Здравствуйте, Максим Александрович.

Воропаев, а это именно он, отчего-то медлит с ответом. Его взгляд останавливается на моем нескромном разрезе.  От такого внимания хочется прикрыться.

– Я хотел вас уведомить, что мы с Нонной решили поручить вам один из маршрутов.  Это новое направление, работы предстоит много, вы согласны?

– Конечно, согласна! – тут же забываю обо всех неловкостях и расцветаю улыбкой.

– Рад вашему энтузиазму, – улыбается в ответ шеф и покидает каморку.

Мне наконец-то дают маршрут! Я готова запрыгать от радости.  Осталось дождаться более подробной информации.

–  Титан?! Серьезно?! – мое негодование прорывается невольным вскриком.

Только что пришло сообщение от Нонны с подробностями направления, которое мне предстоит разработать.

Это Титан. Небольшая планета рядом с Сатурном. Она была колонизирована одной из первых.    Огромные запасы нефти и газа быстро сделали планету очень богатой.

Но через некоторое время жители Титана предпочли закрыться от остального мира. Они никого к себе не пускают и редко сами посещают другие планеты. Туризма там нет и быть не может. 

Тогда зачем весь этот цирк? Воропаев решил надо мной поиздеваться? Или это Нонна? Ничего не понимаю.

Пока сижу, уставившись в пустоту, приходит еще одно сообщение от Нонны. Она оповещает, что через полчаса меня ждут на совещании в кабинете босса.

Что еще за совещание? Сроду не слышала ни о чем подобном в нашей фирме.

Настроение – высказать в лицо руководству, что я о них думаю. Наделать глупостей сгоряча не хочу, поэтому использую полчаса до встречи,  чтобы успокоиться.

Собравшись, отправляюсь в кабинет начальника. Воропаев и Нонна уже там.

Босс расслабленно развалился за столом, Нонна, наоборот, словно кол проглотила.  Ее спина выпрямлена, губы сжаты, руки перед собой сложены в замок. Думаю, ничего приятного от нее ждать не стоит.

– Проходите, Виола Викторовна, – приглашает Воропаев, – думаю, можно начинать, раз все в сборе? – обращается к Нонне.

– Да, конечно,  – не меняя мимики, дает добро начальница.

– Виола Викторовна, вы уже получили материалы по направлению, по которому вам предстоит работать?

– Да, но я не понимаю...

– Не торопитесь,  сначала выслушайте, – жестом Воропаев прерывает мой едва прорвавшийся поток возмущения.

– Хорошо, – вздыхаю и откидываюсь на спинку стула.

– Виола Викторовна,  вы следите за мировыми новостями?

– Отчасти, – признаться, что последнее время вообще не слежу,  отчего-то стыдно.

– Тогда, с вашего позволения, дам краткую новостную сводку. Не так давно на Титане к власти пришел новый правитель. Все склоняются к тому, что теперь политика планеты может в корне измениться,  она станет более открытой.

– И поэтому вы решили на будущее поинтересоваться данным направлением, дав его мне? – скептицизм в голосе скрыть не удалось.

– Не совсем так. Несколько дней назад Титан сам вышел с нами на связь.

– В каком смысле? – а вот это уже любопытно.

– Они прислали официальное приглашение посетить их планету.

– С какой стати? – не могу взять в толк, что происходит.

– Я навел справки, и оказалось,  что подобные приглашения пришли не только нам. Наиболее крупные туристические фирмы тоже его получили.

– То есть Титан приглашает представителей турфирм к себе? Что-то вроде рекламного промо-тура?

– Да, вы совершенно верно все поняли.  Если все пойдет удачно, мы заключим с Титаном соглашение о туристическом обмене.

– Странно.  Обычно подобные контракты заключаются между правительствами, а не представителями частного бизнеса... – мыслю вслух я.

– Вот и я о том же,  – вступает в разговор доселе хранившая молчание Нонна, – все это слишком подозрительно и опасно, на мой взгляд.

– Нонна, не начинай. Что может быть опасного? Титан – современная,  развитая планета. Это же не варвары какие-нибудь.

– Никто ничего толком о них не знает. С чего бы они вдруг решили открыться миру, да еще таким странным способом? – не сдается Нонна.

– Так.  Мы с тобой уже это обсуждали. Я все решил, – закипает Воропаев.

Впервые наблюдаю накал страстей между начальниками. Мне неудобно,  словно присутствую при семейном скандале.

Нонна замолкает и отворачивается.

– Виола Викторовна, теперь вы понимаете, какие перспективы нам открываются?

– Кажется, да, – я все еще растеряна.

– Я хочу, чтобы вы навели справки и узнали все, что можно об этой планете. И... Виола Викторовна, я хотел бы, чтобы вы поехали со мной на Титан.

А вот это неожиданно.  Одно дело сидеть в надежном офисе на родном Марсе. И совсем другое – отправиться невесть куда в поисках приключений на свою пятую точку. Будь на моем месте сестренка, она бы, наверное,  согласилась, не раздумывая. Но я люблю приключения только на страницах книг или в кино.

– Я... подумаю, – предложение слишком невероятное, чтобы согласиться с ходу.

Только что я собиралась рвать и метать, потому что мне не дают достойной работы. А сейчас обескуражена масштабом.

– Конечно, подумайте. Но я был бы рад вашему согласию.

Уже покидая кабинет, задаю мучающий вопрос:

– Максим Александрович,  а почему я? – меня интересует, почему новичку готовы доверить столь интересный проект.

– Как почему? – удивляется Воропаев, – А не вы ли единственный в нашем офисе кандидат наук? Я был бы дураком, не предложи все это в первую очередь гениальному ученому, волей судьбы оказавшемуся моим сотрудником.

– За гениального ученого спасибо, – благодарю, – Я все обдумаю и дам ответ. А материалы, конечно, соберу в любом случае.

Это же надо! За своим рабочим столом даю волю собственным чувствам.  Оказывается,  Воропаев прекрасно знал,  кто я такая. Более того, он в курсе моей научной деятельности.

А Нонна? Выходит, она тоже знала? И ни  словом, ни делом не показала? Отчитывала меня как школьницу. Вот же... земноводная.

Так, все это ерунда. Надо подумать о главном. Стоит ли ввязываться в авантюру с путешествием на Титан?

С ходу принять решение не могу, откладываю на потом. Лучше займусь поиском информации о таинственной планете.

Задача не из  лёгких.  Информацию о Титане приходится собирать по капле. Больше всего статей о географии планеты, что и понятно, сведения не являются секретными.

Планета обжита давно, изучать ее начали задолго до колонизации. Титан – настоящий Клондайк полезных ископаемых. Метановые озера, нефтяные моря и вода, скрытая в недрах в форме льда, позволяют планете прекрасно существовать, практически не общаясь с остальным миром. Собственных ресурсов для выработки энергии им хватает на производство всех продуктов,  необходимых для жизни.

Узнать удалось немного, но одно могу сказать однозначно – планета очень богатая. Правда, пригодной для жизни земли там маловато. Один материк на всю планету.

По обрывочным сведениям я смогла выяснить кое-что помимо  природных особенностей Титана. На континенте процветает одно государство.  По форме правления это султанат. Насколько я понимаю,  власть там передаётся по наследству. Монархический строй на высокоразвитой планете? Странное сочетание, но вполне может быть, что информация неточна.

О новом правителе, которого упоминал Воропаев, я почти ничего не нашла. А вот о недавно почившем султане кое-что обнаружилось. Оказывается, при нем планета начала вести торговлю с соседними планетами.  Правда, сделки до сих пор совершаются в строжайшей тайне, а участников настоятельно просят помалкивать.

О новом султане ходят слухи, что он учился в одном из лучших учебных заведений Земли. Само собой, находился он там инкогнито. Теперь понятно, почему он хочет стать ближе к остальному миру, наладив туристические потоки.

К концу моего исследования мысль посетить Титан уже не кажется безумной. В глубине души даже просыпается любопытство.  Хочется своими глазами увидеть чудеса, о которых упоминают немногие счастливчики,  побывавшие на планете. Например, один бывший торговец уверяет, что люди там умеют летать. А другой утверждает,  что красота их городов завораживает и околдовывает с первого взгляда. Одним словом, экзотика, на которую стоит взглянуть.

После долгого и насыщенного трудового дня отправляюсь домой. Я все еще не приняла окончательного решения по поводу поездки. Решаю, что мне необходимо развеяться, поэтому отправляюсь в небольшой парк по соседству с "Иремелем". Конечно, до "Вита-парка" здешней зеленой зоне далеко. Но на меня любые растения действуют умиротворяюще.

Содержать настоящую зелень в условиях искусственной атмосферы Марса дело хлопотное и затратное. Тем выше моя благодарность городскому руководству, которое поддерживает этот маленький оазис на радость нам, местным жителям.

Устраиваюсь на лавочке возле аккуратно подстриженной ивы. Деревья в парке большей частью низкорослые. Условий, чтобы почти до бесконечности тянуться ввысь, как на Земле, здесь нет. Но очарование природы все равно чувствуется.

Кладу голову на спинку скамейки, вытягиваю ноги и вдыхаю вкусный воздух. В этот момент почему-то вспомнился любимый "Вита-парк". А следом пришло еще одно воспоминание, которое как раз хочется прогнать: синие глаза на фоне высоких сосен. Неужели при мысли о "Вита-парке" я всегда буду вспоминать несносного землянина? Пора прекращать.

Открываю глаза и утыкаюсь взглядом в рекламный щит на той стороне улицы: "Слезы земных гор" – коктейль, для избранных в "Ресто". Интересно чем плачут горы Земли?

Пешком прогуливаюсь до дома . Моя неторопливая походка резко контрастирует с суетливым людским потоком. Пешеходы бегут по делам, не смотря по сторонам. Ощущаю себя вырванной из реальности. А на задворках сознания беспокоит еще что-то.  Что именно никак не получается выхватить. Словно зудящий в большой комнате комар – не факт, что он по твою душу, но напрягаться все равно приходится. Что же это?

И только свернув на родную улицу, понимаю. Черный ховер. Он снова здесь. Останавливаюсь и медленно поворачиваюсь в сторону машины, притормозившей на другой стороне улицы . Всматриваюсь в темные окна. Конечно, мне никого за ними не видно. Пронзаю взглядом толстое стекло, дав понять, что я о них всех думаю.

Дома суетливая Зайка считывает эмоциональное состояние как  подавленное и тут же принимает меры для исправления ситуации. Контрастный душ, расслабляющий массаж и приятная музыка помогают.

Скоро подоспевает доставка из любимого ресторанчика. После ужина балую себя ароматным ромашковым чаем. Думаю о событиях прошедшего дня,  и перед глазами встает темное стекло ховера. Кто был внутри? Мог ли это быть он? И если да, то мы с ним можем рано или поздно встретиться.  Решено. Лечу на Титан.