Тонкая работа

Тонкая работаЯна Павлова

А такой хороший день намечался. Спать, спать, спать, потом валяться в постели, потом приготовить завтрак и опять залечь с горячими бутербродами и кофе в постель. Но...как же я ненавижу это "но", которое рушит замечательные планы одинокой женщины в самом расцвете своих почти тридцати восьми лет.

-Глаша, ты меня узнаешь? - голос был совершенно незнакомый, я нечленораздельно пробормотала что-то типа "конечно, кто же не знает старика Крупского...". - Это Саша, двоюродный брат Саши, твоего бывшего мужа.

Я издала стон. С мужем мы расстались легко, без взаимных претензий, а вот с его многочисленными родственниками так не получалось, они периодически возникали в моей жизни и каждый раз это заканчивалось суетой, мелкими и большими проблемами.

-Здравствуй, Саша, - ответила я уже более разборчиво.

-Глашенька, я еду в Сочи, мне предложили большую работу, буду реставрировать старую дачу Фронштейна "Светлана", - вдохновенно сообщил мужчина.

-Я за тебя рада.

-И вот какое дело. Путь из Питера до Сочи неблизкий, пустишь переночевать? - я не успела ответить, как он продолжил. - Только я не один. Ты ничего такого не подумай, у нас с Олечкой крепкая семья, сыну пять лет и у нас всё замечательно. Но в поездке меня будет сопровождать Лида, моя вторая жена, ты же помнишь Лиду? Или ты вышла замуж за Сашку, когда я был уже женат на Танечке? Ох, моя Танечка...

-Саша, я помню Лиду, - поспешила я вставить, пока его не унесло в воспоминания минимум на полчаса, - Приезжайте, только позвоните заранее.

-Так я и звоню, нам осталось километров двести. До встречи. И еще раз хочу сказать, Олечка знает, что я еду с Лидой. Мы сохранили прекрасные отношения!

-А-а..., - ответом мне были гудки.

Первым делом я рванула к холодильнику. Взгляду открылся набор продуктов одинокой женщины - маленькая бутылка кефира, яйца в количестве пяти штук, творог, двести грамм ветчины, столько же сыра "тильзитер", один огурец и одна куриная грудка, которую я собиралась запечь в фольге. Росстат мной гордился бы, я имела минимальный запас продуктов, до которого даже они не додумались.

-Двести километров, - прикинула я, - часа три ехать будут.

Окинула взглядом кухню - идеальный порядок, такой же царил и в гостиной, и в туалете, и в ванной, в спальне только кровать заправить. И тут возник естественный вопрос, а как мне устраивать Сашу с Лидой на ночлег, при условии, что они "сохранили прекрасные отношения"? Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

Саша - художник, архитектор-реставратор, личность творческая, находящаяся в вечном поиске и, честно говоря, не только в творческом. Если я не ошибаюсь, то сейчас у него пятый брак. Первую жену я не застала, Лида - вторая жена, у них с Сашей общая дочь, третья жена Таня ушла в мир иной, и о ней Саша горевал сильно, у него началась депрессия из которой его вытянула четвертая жена - Лиза. Но надолго её не хватило и Саша женился в пятый раз... На художнице Ольге Ким, кореянке. Несмотря на такую же творческую профессию, как и у мужа, в силу, наверное, национальности Ольга была практичной, спокойной, миролюбивой, и Сашу ей удавалось удерживать в рамках семьи уже шесть лет.

***

-Глаша, ты стала сухая как селедка, - приветствовал меня Саша, едва выйдя из машины, - Дай я тебя рассмотрю...

-И я рада тебя видеть, - отозвалась я, поздоровалась с Лидой и добавила, - Саша, давай мы рассмотрим друг друга в квартире, не май месяц.

Был, действительно, не май, и даже не апрель, а начало декабря. Погода баловала качелями из плюса и минуса, дождя и снега, гололеда и луж. Вот и сегодня с неба то ли моросил, то ли сыпался мокрый снежок, на термометре ноль градусов.

-А всё-таки жаль, что вы с Сашкой разошлись, - оторвавшись от ухи, которую я быстренько сварила из радужной форельки, выдал Саша, - Ты была такая красотка, формы..., - он изобразил мои былые "формы" руками, - а сейчас типичная адвокатесса, стиль и строгость.

В чем-то Саша был прав, мы с мужем поженились еще в институте и оба стали адвокатами. Мы обсуждали дома дела, которые вели, и частенько расходились во мнениях. В итоге, после десяти лет брака, решили разойтись и сами. Муж эмигрировал в Израиль, на историческую родину и был там вполне успешен, а я осталась в столице и тоже не бедствовала. Я специализировалась на бракоразводных процессах, и без ложной скромности могу сказать, была одной из лучших в своем деле. На личную жизнь времени не оставалось. Из смешливой девчонки, с ямочками на щеках я стала серьезной женщиной с четко обозначенными скулами. Иногда я думаю, что если бы у нас был ребенок, может мы и не разошлись бы. Но такие мысли появляются в моей голове очень редко. На них нет времени.

-Как ваша дочка? - обратилась я к Лиде. Вторая жена Саши была родом из поселка Лисий нос, который уютно уместился на северном берегу Финского залива, недалеко от Санкт-Петербурга. А познакомились они, а потом и поженились, когда Саша реставрировал там старинную дачу. Лида, насколько я помню, преподавала в школе рисование.

-Хорошо, Лора учится в балетной школе, - улыбнулась женщина, - она осталась с моими родителями. У тебя очень красивая квартира, - быстро перевела она тему, - главное кухня большая.

-А я, Лида, вспоминаю ваш дом в Лисьем Носу, и выход прямо на залив. Вот где по-настоящему красиво. А здесь, как в муравейнике. Я живу в этом доме уже пять лет и до сих пор не знаю своих соседей.

Мы поговорили еще о погоде, о выставках, громких премьерах и вот он - вопрос дня. Но я не была бы адвокатом, если бы не умела обыгрывать щекотливые ситуации.

-Саша, на кухне удобный диван, и холодильник рядом, - сказала с широкой улыбкой, перевела взгляд на Лиду, - Лида, я повесила в ванной банное полотенце, если желаешь принять душ. А я пока постелю тебе в гостиной.

Рано утром они отправились дальше, а я убрав квартиру зажила обычной жизнью...Но! Да, опять проклятущее "но". Звонок застал меня на выходе из зала суда.

-Глафира! - орал Саша в трубку. - Спаси! Спаси меня! Только ты можешь помочь, умоляю не бросай меня....

-Стоп. Саша, членораздельно, по пунктам, кратко и четко!

-Меня арестовали, то есть пока не арестовали, но могут арестовать...

-Саша, если ты не объяснишь мне в чем дело, арестовывать будет некого! - рявкнула я.

-Как это? - его голос сбился на писк, но потом Саша откашлялся и вполне связно изложил суть дела.

В подвале дома, который он взялся восстанавливать при осмотре обнаружили старинный сундук. Саша пришел в восторг, как реставратор он мог определить ценность антиквариата. А когда открыли тяжелую крышку - увидели скелет. По результатам первоначальной экспертизы примерно двадцатилетней давности. Рядом лежала борсетка, а в ней только записная книжка. Почти пустая. В ней были записаны данные четырех человек. И один из них - Александр Шлейфман.

-И ведь надо иметь такое счастье, - совсем грустно добавил Саша, - чтобы самому обнаружить свое несчастье. Это я, Глаша, нашел тот скелет. Вызвал полицию и теперь стал подозреваемым. Но я ни при чем! Глафира, ты же будешь моим адвокатом?

Не успела я положить телефон, как он снова ожил.

-Фирочка, детка, спаси нашего придурка! - кричала в трубку бывшая свекровь. - Даже в такой семье как наша, где все мужчины либо юристы, либо ювелиры, что практически одно и тоже, завелась овца, - Фаина Михайловна вздохнула и, не дав мне возможности поздороваться, продолжила, - или овец, не знаю как правильно. Алекс взялся бы сам, но ты же видишь, что творится в этом мире! Границы закрыты. И только ты можешь спасти идиёта.

-Фаина Михайловна, я уже дала согласие Саше. Сегодня передам дела помощнику, и буду выезжать. Не переживайте, всё уладится. Как вы себя чувствуете? Как Леонид Алексеевич?

-Что ты такое говоришь, Фира, - горько сказала женщина, - что я могу чувствовать кроме разочарования? Алекс категорически не желает делать меня бабушкой, а Мирочка ушла в армию. Ты себе такое представляешь? Девушка в двадцать лет идет не замуж, а таскать на себе немыслимую сбрую. Лёня, а что Лёня? Разве может он понять моё беспокойство? Я тебя умоляю, Фира, ничего он не может понять. Хотя Лёня умеет добывать деньги, и это хоть немного его извиняет...

Я еще полчаса слушала про Лёню, про маму бестолкового художника Саши, которая вышла замуж плохо произведя расчет, и теперь живет не на благословенной земле, а в Санкт-Петербурге, про сына, который не мог удержать собственное счастье - то есть меня - умницу и красавицу, из хорошей семьи, про дочь, которая решила остаться в армии после обязательного срока службы в один год и десять месяцев - "ты только подумай, столько мужчин вокруг и не выйти замуж, Бог наградил мою дочь красотой, но забыл про ум".

Потом были еще разговоры с Региной Михайловной, мамой Саши и родной сестрой Фаины Михайловны, бабушкой Алевтиной, дедушкой Мишей. Похоже Саша обзвонил всех родственников, или позвонил только Фаине Михайловне, и этого было достаточно для оповещения всех остальных. А потом позвонил Алекс.

-Глафира, я бы не советовал тебе браться за это дело. Ты же никогда не занималась уголовным правом. Я могу связаться с коллегами в Москве. Андрей просто ас в таких процессах.

-Алекс, я пообещала Саше. Но если почувствую, что не справляюсь и там что-то действительное серьезное, сразу свяжусь с тобой. И вот тогда привлечем твоих асов.

Когда мне позвонил Саша я вдруг почувствовала, что мне очень хочется все бросить и поехать в Сочи. Мне до тошноты надоело копаться в грязном супружеском белье. Последнее дело было особенно неприглядным. Молодая жена одного очень богатого человека, с которой он прожил всего два года, вдруг решила, что помимо ежемесячного пособия на воспитание дочери, подаренной трехкомнатной квартиры в центре Москвы, она имеет право на активы его компании. Уточняю, компания была создана олигархом в союзе с первой женой, разводила их, кстати, тоже я. И там все прошло по обоюдному согласию. А здесь лились потоки грязи. В итоге дело я выиграла, дочь теперь будет воспитывать отец, а мать выплачивать ему алименты. Гонорар получила и солидную премию от благодарного бизнесмена, но почему-то погано было на душе, неприятный осадок кислотой жег то ли желудок, до ли поджелудочную.

-Глафира Яковлевна, но как же наше английское дело? - сокрушался мой помощник Дима.

-Дмитрий, в Англии скоро Рождество, потом у нас Новый год и праздники. До конца января никаких подвижек и заседаний не будет. Ты просто будешь сидеть в офисе, приведешь в порядок все наши бумаги. Закончишь картотеку. А тридцатого декабря закроешь контору и отдыхай себе целых десять дней.

-А может я поеду с вами? - с надеждой спросил помощник, поправляя очки.

-Спасибо, Дмитрий, но кто-то должен остаться в офисе.

На самом деле можно было и не оставаться никому, закрыть контору, да и всё. Но мне хотелось поехать именно одной. Абстрагироваться от столицы полностью. Я была уверена, что Саша не имеет отношения к какому-либо преступлению, если таковое имело место быть. Ну, не тот Саша человек, он же как ребенок, к тому же врать не умеет абсолютно. Всем своим женам он сразу признавался, что встретил другую женщину и оставлял всё, что ему удавалось нажить в очередном браке уже бывшей жене.

Предстояло решить, как я буду добираться до Сочи. С учетом реалий сегодняшнего дня остановилась на автомобиле. Конечно преодолеть полторы тысячи километров гораздо комфортнее на самолете, но...Когда же прекратятся эти проклятые "но".

По дороге слушала аудио рассказ о даче Фронштейна "Светлана", ведь именно с ней связаны все события.

"Александр Павлович Фронштейн был народовольцем, в молодые годы в 1860 г. сражался в звании капрала в “тысяче” Гарибальди за свободу Италии. Через несколько лет, в дни Парижской коммуны, он борется на баррикадах Франции за дело парижского пролетариата.

В 1881 г., после убийства членами “Народной воли” императора Александра II, Фронштейн и его жена Татьяна Степановна были высланы в Сочи, как народовольцы, где над ними был установлен постоянный полицейский надзор".

-Ничего так место ссылки, - пробормотала я, подъезжая к заправке, - в Сочи я бы сослалась на пару лет.

Заправив машину бензином, а себя кофе поехала дальше.

"Пансион “Светлана” стал одним из центров революционного движения в Сочи. Вот что указывалось в протоколах допроса по делу о вооружённом восстании 1905 г. в Сочи: “На Верещагинских участках все поднадзорные обыкновенно поселялись сначала в гостинице “Светлана”… Кружок группировался вокруг содержателя гостиницы Александра Павловича Фронштейна, его сына Виктора, проживающих у них студентов… Кружок занимался распространением нелегальных брошюр, в чём были замечены, главным образом, Виктор Фронштейн и его приятель Журавлёв…” И отец, и сын Фронштейны принимали участие в подготовке вооружённого восстания в Сочи в 1905 году".

-Или я чего-то не понимаю, или порядки раньше были слишком либеральны. Представляю: полиции известно место подготовки теракта, а они наблюдают, записочки пишут, м-да...Интересное местечко.

Я забронировала себе номер в гостинице "Жемчужина", гордо переименованную в Гранд-отель. Саша с Лидой жили в небольшом арендованном домике, рядом с реставрируемым зданием и приглашали поселиться с ними. Но мне хотелось пожить в отеле, почувствовать себя...в общем почувствовать.

***

-Саша, подробно, не упуская ни одной мелочи расскажи мне, как ты связан с найденным скелетом.

Мы шли по набережной. После слякотной Москвы в Сочи было фантастически тепло, светило солнышко, пахло морем и я с наслаждением прислушивалась к давно забытым в столичной суете звукам...Когда волна подбирается совсем близко, она издает звук, который ни с чем нельзя спутать. Поверх оглушающего фонового рева вначале слышен глухой удар, когда волна с силой обрушивается на берег, а затем – особое шипение, когда она откатывается обратно в море. Я ощущала мощь прибоя и странное, волнительное чувство чего-то нового, неизвестного зарождалось внутри, заставляло дышать полной грудью. И, несмотря на грустные события, приведшие меня сюда я невольно улыбалась.

-Давай присядем, - сказал Саша, показывая на лавочку, - не могу говорить на ходу, мешает сосредоточиться.

-Тогда и кофе возьмем, - кивнула я на витрину "Кофе!Булка".

Когда мы наконец устроились, Саша начал рассказ:

- В то лето 1995 года мы приехали с Изой в Сочи подзаработать и покупаться в море. Иза была прекрасна. Светлые волосы, еще больше выгорели на солнце, и белым водопадом падали на плечи, голубые огромные глаза, тонкая талия...Здесь, в Сочи, я хотел сделать ей предложение руки и сердца.... Ах, Иза, Изабелла, Белла, Бэль, Белка...

-Не отвлекайся, - прервала я поток лирических интерпретаций имени прекрасной Изабеллы.

-Да, да, извини, - кивнул он, - Мы учились на втором курсе в Репинской академии художеств, были молоды, красивы, талантливы..., - я свела брови, - и приехали в Сочи рисовать быстрые портреты загорающим на пляже, прогуливающимся по Курортному проспекту, отдыхающим в тени парка Ривьера людям. У нас получалось заработать и на оплату скромной комнатки в частном доме, и на ужин в ресторане. Я был счастлив. И вот в один солнечный, но далеко не прекрасный день к нам подошла пара.

Саша устремил взгляд на волны, которые поднимались уже так высоко, что грозились перепрыгнуть через парапет, несколько соленых брызг попали на лицо и я опять ощутила радостный прилив непонятно отчего.

-Они хотели нарисовать шуточные портреты и девушка села на стульчик передо мной, а парень перед Изой. Влад, так его звали. Высокий, с бицепсами и трицепсами, золотой цепью на мощной шее. Черноволосый, с темными глазами. Одним словом яркий представитель тех лет. Марго, его девушка, была ему под стать, черная копна волос, короткие шорты и майка. Она была похожа на ворону, особенно рядом с Изой - изящной пуночкой...Мы познакомились и Влад пригласил нас в ресторан. Я не очень -то был раз этому знакомству, потому что заметил заинтересованные взгляды Изы на брутального красавца. Я тогда здорово проигрывал Владу. Худой был, в очках, нос длинный, еще эта шевелюра кучерявая, В ресторан с ними пришел еще один парень. Гена был местным жителем, веселым, загорелым, говорил с мягким сочинским акцентом.

Саша задумался, погрузившись в далекое лето, а я как наяву увидела несуразного паренька, влюбленного в красавицу Изабеллу. Когда я впервые увидела Сашу он выглядел уже совсем по-другому. Сделал коррекцию зрения и снял очки, очень коротко стал стричь волосы, и познакомился со спортзалом. Мне тогда было двадцать лет, а Саше двадцать шесть.

-Влад пригласил Изу танцевать и обнял её...как свою собственность. Я тогда очень переживал, но потом мы с Белкой ушли и она сказала, что я смешной и, чтобы не смел ревновать. Мы целовались, купались и любили..., - Саша хмыкнул, - точнее, любил я, как потом оказалось. Следующие две недели все вечера мы проводили впятером. У Гены была машина и он возил нас на дикие пляжи, в загородные рестораны. Влад уже не стесняясь ухаживал за Изой, и моя девушка отвечала ему взаимностью. И однажды она ушла с ним. Они пошли танцевать и просто не вернулись. Марго злилась и всю свою злость направила на меня. Гена тоже был мрачен. Иза нравилась и ему. Вот такая история, Глаша.

-Понятно, - протянула я, - так кого ты нашел в том сундуке? Влада, Гену, или Марго?

-А скажи, Глаш, как Сочи изменился, - невпопад ответил Саша, - просто прыжок в будущее. Я не был здесь с того проклятого лета. Дороги, развязки, крутой аэропорт, новые вокзалы, отели, гранд-отели, - он усмехнулся, - но почему-то мне не нравится, а тебе?

-Я тоже не была здесь тысячу лет, пока не могу сказать, что мне нравится, а что нет. В "Жемчужине" неплохо. И кофе хороший, - улыбнулась, но быстро убрала улыбку и повторила вопрос, - Кого ты нашел в сундуке?

-Влада, - Саша опустил голову, но потом вскинул и посмотрел прямо в глаза, - а знаешь почему я точно знаю, без всяких экспертиз?

Я замерла, готовясь услышать невозможное.

-На нем была та самая золотая цепь с крестом. Крест был заметный, с красным камнем в середине.

-Фух, Саша, - выдохнула я, - цепь могли украсть, он мог её продать, подарить, да мало ли что. Что говорят в полиции? Кстати, как зовут следователя, который ведет дело? Что тебе предъявляют, на каком основании? И что было дальше с Изой?

-А что с Изой? - начал с последнего вопроса Саша, - Когда утром она пришла в нашу комнатку я сказал, что уезжаю и спросил, поедет ли она со мной. Изабелла погладила меня по голове и ответила: "Сашка, ты хороший, но он крутой и я останусь с ним". Она собрала свои вещи и ушла. А я расплатился с хозяйкой и уехал в Москву. Не хотелось возвращаться в Санкт-Петербург, объяснять маме, какой у неё неудельный сын, не мог отстоять свою девушку...Рисовал на Арбате, снимал комнату у одной бабули в хрущевке. К началу занятий Иза в академию не вернулась. Потом я узнал в деканате, что она забрала документы. В полиции я рассказал всё тоже самое. А что мне скрывать? - с вызовом спросил Саша.

-Действительно, что тут скрывать? - съязвила я. - Алиби у тебя, я так понимаю, нет?

Саша развел руками.

-Бабульке лет семьдесят было, даже если она и жива, то вряд ли меня вспомнит. Да я и адреса не помню, только район обозначил. Следователь, зовут его Зоркий Дмитрий Иванович, сказал, что в том районе все хрущевки снесены уже. Такие дела, - он тяжело вздохнул.

-А в записной книжке были указаны какие данные? - уточнила я.

-Имена и фамилии, номера домашних телефонов, адреса - мой, Изабеллы, Марго и Влада.

-Странно, - помотала я головой, - получается книжка не Влада...Или Влада... некоторые записывали свои данные в такие книжки. Тогда почему там не было данных Гены? А откуда были Влад и Марго?

-Из Магадана.

- Да ладно? - усмехнулась я, - Типа "будете у нас на Колыме..."

-Эта фраза была постоянной присказкой Влада.

-Насколько я поняла, следователь Зоркий Глаз подозревает, что ты совершил убийство на почве ревности и спустя двадцать пять лет вернулся на место преступления? По всем законам жанра - преступник всегда возвращается на место преступления?

-Именно так, - согласился Саша, - а еще он сказал, что меня совесть замучила и я сам хотел, чтобы давнее убийство открылось. Сейчас они ищут Изу. Она приехала в Питер из Пскова. Послали запрос, но по старому адресу Изабелла Шатская не проживает с 2000 года. Она с родителями уехала в Норвегию.

-Во как! - не удержалась я. - География поисков обширная. Но при современных средствах не думаю, что это проблема.

-А вот напрасно не думаешь. Пока не нашли ни Изу, ни Влада с Марго. Только я в их распоряжении, - тяжело вздохнул Саша, - этот, как ты его назвала, Зоркий Глаз знаешь мне что сказал? - я вопросительно подняла брови. - Что я всю компанию укокошил и добавил, что если я добровольно покажу места, куда дел остальных, мне зачтется. С меня взяли подписку и запретили менять место проживания.

-Не расстраивайся, Саш, завтра я встречусь со следователем и мы поговорим с ним немного по-другому.

Мы еще немного посидели молча. Потом я всё-таки спросила.

-А как Лида отнеслась к возникшей ситуации?

-Спокойно. Лида очень спокойный, терпеливый человек, она меня понимает как никто другой, - Саша оторвал взгляд от моря и твердо сказал, глядя в глаза, - и она мой друг, Глаша. Это, может, трудно понять, но так и есть. Мы не спим вместе, мы как брат и сестра. И Оля это знает. Скажу сразу, Ольге я рассказал, она считает, что скоро всё станет на свои места и не приедет. Мама хотела приехать, но я отговорил.

Я вернулась в отель, усталость давала себя знать, тело просило отдыха, немедленного. Но голова, впервые за последние годы была ясной и пустой. Нет, что-то в ней болталось, надеюсь, что мозг. Я взяла из отельной папки, лежащей на столике, лист бумаги и написала:

-Владислав Ластовецкий (брутальный красавец, скорее всего криминальный тип, приехал из Магадана, увел у Саши любимую девушку),

-Александр Шлейфман ( в те годы студент, ранимый и обидчивый, как описывал его мой бывший муж),

-Изабелла Шатская (красотка, бросившая парня, с которым приехала и увлеклась "крутым" Владом),

-Маргарита Бабич (девушка Влада, злая и явно не радостно настроенная по отношению к бросившему её парню и коварной разлучнице, приехала с Владом из Магадана),

- сочинец Гена (темная лошадка)

Кого Саша нашел в сундуке? Ему даже не сказали - мужчина это, или женщина. Одно ясно - не Изабелла, если она отбыла в Норвегию в 2000 году. И чего это её туда понесло? Может, в замуж рванула?

Утром я тщательно подобрала одежду - строгий темно-синий костюм с белой блузкой, туфли на небольшом каблуке, светло-коричневое легкое пальто. Прическа не требовала много усилий, классическое каре средней длины, легкий макияж придал выразительности серым глазам. Посмотрев на свое отражение я осталась довольна, улыбнулась и направилась в полицию. Здание УВД, расположенное по улице Советская 4, больше походило на посольство, как минимум, Великобритании. Я предъявила свое адвокатское удостоверение и дежурный, улыбчивый молодой лейтенант, направил меня в кабинет следователя.

За столом сидел непричесанный, коренастый мужчина со щетиной на лице. Он просверлил меня взглядом, и от увиденного явно был не в восторге, о чем свидетельствовали его слегка искривленные губы. Впрочем, он тоже не вызвал у меня симпатии. Я ожидала увидеть этакого бравого сыщика, не очень умного, похожего на Арчи Гудвина в исполнении Жигунова. Секунд тридцать мы мерились взглядами.

-Здравствуйте, разрешите? - я не дождалась приглашения и вошла в кабинет, сняла пальто, покрутила головой в поисках вешалки, угрюмый тип из-за стола не поднялся, ухаживать за мной, по всей видимости, не входило в его планы. Я аккуратно повесила пальто на спинку стула и, опять без приглашения, села напротив, - Гальперина Глафира Яковлевна, адвокат Александра Шлейфмана.

-Ух ты, - выдал он, - а всё отрицал. Раз адвоката нанял, значит морда в пуху!

"Он что идиот? Или пьяный? Или заработался?", - подумала я, но сохранила спокойствие.

-У моего подзащитного совершенно чистая, как вы выразились, морда. Но, раз ему предъявляются обвинения, нанять адвоката - разумная идея. Вы так не считаете?

-Слушайте, не отвлекайте меня от работы, что вам надо? - губы следователя скривились ещё больше, а я заметила, что в глазу у него лопнул капилляр.

-Вы плохо спите? - спросила я с сочувствием.

-Да я вообще забыл, когда спал, - ответил он без раздражения, это было неожиданно, - а все из-за вашего Шлейфмана. Угораздило же его найти этот скелет. Мало мне нераскрытых дел в настоящем, так теперь еще и в прошлом копаться.

-Это ваша работа, нет? - пожала я плечами. - Я хотела ознакомиться с делом и уточнить, какие обвинения предъявляются моему подзащитному.

Зоркий хмыкнул, упомянул кого-то, порылся в столе и бухнул передо мной папку. Я протянула руку, но он положил на папку мощную ладонь.

-Заявление пишите.

После соблюдения всех формальностей, я открыла папку и достала телефон. Экспертизой было установлено, что скелет принадлежал мужчине двадцати двух-двадцати пяти лет, европеоидного типа, рост около 190 сантиметров, размер стопы 44, переломов нет, зубных протезов нет, напротив - зубы все на месте. В височной области черепа обнаружено отверстие, характерное для пулевого ранения, которое и привело к летальному исходу. Я сделала несколько снимков цепочки с крестом, записной книжки, борсетки и самого сундука.

-Начитались? - с насмешкой спросил следователь.

-Ознакомилась, - ответила и уставилась в налившейся кровью глаз Зоркого, - вам надо к врачу обратиться. Глаз выглядит жутковато.

-Не ваше дело, - невежливо проворчал он, - вы лучше о своем художнике беспокойтесь. Он пока единственный свидетель, он же подозреваемый.

-Позвольте уточнить, на каком основании Александр Шлейфман является подозреваемым?

-На основании его добровольных показаний. На основании записной книжки, где указаны его данные. По срокам совпадает, мотив был - ревность, возможности...тоже были, - зло проговорил Зоркий.

-Дмитрий Иванович, - тоном, которым говорят с душевнобольными начала я, - вы же умный человек, опытный следователь, зачем же вы такое говорите? Вы даже не знаете, кого нашли в сундуке. С чего вы взяли, что это Влад или Гена из перечисленных людей в книжке? Может неизвестный ограбил Влада, например. Вы подняли списки пропавших мужчин в то лето? И я не увидела запроса по Геннадию. Он же местный...

-Вы, дамочка, будете меня учить? Да вы что о себе возомнили? - вызверился Зоркий.

-Меня зовут Глафира Яковлевна, - спокойно сказала я, потом печально улыбнулась. - Дмитрий Иванович, давайте сотрудничать.

-Сотрудничать? Мне с вами? - Зоркий Глаз мигнул несколько раз, глупо хихикнул, и выдал что-то нечленораздельное, типа - "дожил, баба мне помогать будет". Я всерьез озадачилась состоянием его умственного аппарата.

Но решила сделать еще одну попытку установить контакт со следователем. Миролюбиво улыбнулась.

-Дмитрий Иванович, у художников очень хорошая зрительная память. Творческие успехи художников, как правило, обусловлены в большей или меньшей степени хорошей зрительной памятью, их умением изображать по представлению. Блестящей зрительной памятью обладали замечательные русские художники: Куинджи, Айвазовский, Левитан, французские художники Доре, Дега, испанец Эль Греко. Александр Шлейфман обладает буквально феноменальной зрительной памятью.

В жутковатом, красном глазу было трудно что-то рассмотреть, но в другом, стального цвета - блеснул интерес, и я бы даже сказала, что увидела там проблеск интеллекта. Продолжим.

-Изобразительное творчество немыслимо без оперирования образами памяти и представлений художника, которые в совокупности со зрительными образами, полученными непосредственно в процессе рисования с натуры, создают полноценный образ, необходимый художнику для реализации этого образа в художественное произведение, - всё, следователь готов, легкое косоглазие, после моего яркого монолога, будем надеяться, пройдет. - Мой клиент рисовал Марго, то есть Маргариту Бабич, может делал наброски и всей компании, так почему не попросить его нарисовать по памяти их портреты?

Я замолчала и вопросительно подняла бровь. Зоркий минуту помолчал, постучал ручкой по столу, помотал головой и сказал.

-А ведь точно. Может сработать. Пусть нарисует, а мы прогоним по базе, - мужчина поднялся из-за стола. - Вы меня извините, я не спал несколько дней. Устал очень, начальство требует результаты, а откуда я их возьму? - он потер рукой лицо, - Тут вы еще, вся такая...столичная. Но портретами вы меня уели. Не додумался.

А то! Я целый час изучала материал, заучивала определения и фамилии художников.

-Дмитрий Иванович, у меня нет опыта следственной работы, но баба я умная, и меня очень заинтересовало это дело, - я встала и протянула ему руку, - давайте раскроем его, а?

Он улыбнулся, и хмурое лицо преобразилось, неожиданно став симпатичным и каким-то бесшабашным, оно словно засветилось изнутри, и мне захотелось улыбнуться в ответ.

-С вашего позволения я попрошу Сашу заняться портретами, а вы всё-таки сходите к врачу и отдохните, - поднимаясь со стула сказала я и взяла пальто.

Зоркий вышел из-за стола, взял у меня пальто, помог надеть.

-А наши спецы обещали мне выполнить реконструкцию внешнего облика — лица неизвестного потерпевшего. Где вы остановились? - неожиданно спросил он, заметив мое легкое удивление, добавил. - Вдруг срочно понадобитесь.

-В "Жемчужине", и вот мой номер телефона, - достала из сумки визитку и протянула мужчине, - наберите, а я зафиксирую ваш номер.

Я вышла из шикарного здания вполне довольная собой. Контакт установлен. И я не лукавила, меня на самом деле очень заинтересовало это загадочное преступление. И моя интуиция нашептывала мне, что оно точно связано с той самой компанией 1995 года, которую описал мне Саша.

Я шла по Сочи и не узнавала его. Красиво - да. Современно - да. Но я любила тот старый город, с платановой аллеей, летним кинотеатром, чебуречной....

Позвонила Саше и уточнив адрес направилась в гости. Но сначала подошла к зданию, которое должен был реставрировать Саша. Села на лавочку в парке напротив и любовалась. Дача "Светлана" прекрасно сохранилась. "Что тут реставрировать? - раздумывала я, - И так всё в порядке. И вот интересное дело, двадцать пять лет никто в подвал не ходил. Что же здесь было-то тогда?".

Саша с Лидой меня ждали, встретили с такими лицами, как, наверное, встречали черный воронок. Только что без узелка с вещами в руках. После взаимных приветствий, я поспешила успокоить Сашу, что никакой арест ему не грозит и изложила мою идею с портретами.

-Глаша, вот я всегда говорил, что ты самая умная из всех красивых женщин, с которыми я знаком.

-Саш, это мощный комплимент, учитывая весьма обширный круг твоих знакомых женщин, но ты можешь не усыпать мой путь розовыми лепестками и не славословить. Лучше скажи, сможешь нарисовать портреты?

-Глашенька, что за вопрос? У меня фотографическая память. Сейчас же примусь за работу.

-Только в реалистичной манере, - уточнила я, - и скажи мне, а чего это хозяину вдруг вздумалось реставрацию проводить? Здание, на мой взгляд, в прекрасном состоянии.

-На твой взгляд таки да! Но! - Саша попал в свою тему и я выслушала лекцию о том, что новый хозяин хочет восстановить историческую достоверность. - А какая может быть достоверность с пластиковыми окнами, ответь мне.

-Никакой, - согласилась я, - Саша, что располагалось в этом доме в 1995 году?

-Поликлиника, кажется, а потом банк, - Саша нахмурил лоб, походил по маленькой комнате, - хотя, в том злосчастном году его, по-моему, купил Брынцалов.

-Брынцалов - это клоун, который в президенты баллотировался? Я смотрела передачу, где он голый с мечом скакал, и жену свою по мягкому месту шлепал, он? -спросила я и Саша кивнул.

-Может, он и клоун, но тогда был миллионером, у всех на слуху. Эпатировал публику, не без этого, над нарядами его второй жены все смеялись. А ты почему спрашиваешь?

-Скелет же как-то попал в это здание, - задумчиво сказала я, - может он там работал? Или тот, кто его убил там работал.

-Зачем тебе это знать? - Лида тихо вошла в комнату. - Главное, чтобы Сашу в покое оставили, разве нет? И вообще, пойдемте обедать, я уже все накрыла.

Я давно уже почувствовала дивный аромат южных специй, а мой желудок наполнил, что кроме кофе и круассана он еще ничего сегодня не получал.

-Я чанахи приготовила в горшочках.

За столом разговор опять вернулся к пансиону "Светлана".

-Давно, более 130 лет назад, когда Сочи не был ни городом, ни даже посадом, то небольшое поселение называлось постом Даховским. Здешние места ещё только предстояло обживать. И вот в эту глушь по предписанию государя, сослали вольнодумца Александра Павловича Фронштейна, участника боёв на Парижских баррикадах.

-Я прослушала историю появления пансиона "Светлана" , - отозвалась я.

-Уверен, не всю историю, - продолжил Саша, - Прибыл он на эти берега с женой и малолетним сыном — Витей. Ни денег, ни жилья. И вдруг — о, счастье! Прогуливаясь как-то по окрестностям, он неожиданно встретил приятеля Грабе. Тот объяснил, что его нынешний хозяин, богач Мамонтов, решил здесь построить особняк для своей малолетней больной дочери Веры. Поскольку мороки с расчисткой участка, сильно заросшего, было много, Грабе решил перепоручить эти хлопоты Фронштейну. И посоветовал: " У моего хозяина денег много, строй заодно и дом для себя." Фронштейн обрадованный таким предложением, энергично принялся за дело. Спустя год были готовы и вилла у подножия горы Батарейка, и дача самого Фронштейна в двадцать комнат. Супруги назвали её в честь героини баллады Жуковского «Светланой» и устроили в ней пансион.

-И какова судьба первого хозяина? - спросила я.

- Фронштейн прожил в Сочи около 40 лет и умер в 1909г. Особых почестей он не заслужил по причине своего свободомыслия и непочтительного отношения к местной бюрократии и был похоронен за кладбищенской оградой. Его сын Виктор за участие в революционных событиях 1905 года был арестован и сослан. Вернувшись из ссылки в Сочи в 1917 году Виктор узнал, что их пансион конфискован и ему с семьёй пришлось обитать, где придётся. В 1944 г. вместе с женой Виктор Фронштейн был репрессирован и вскоре оба погибли в лагерях. Такова горестная судьба хозяев «Светланы», именем которой позднее назвали весь микрорайон за речкой Верещагинкой.

-За что боролись на то и напоролись, фрондеры, - с неприязнью сказала Лида.

Меня слегка покоробило, на миг показалось, что маска доброты и спокойствия сползла с лица женщины и выглянула злая крысиная мордочка.

Ровно на секунду мелькнуло злобное выражение на лице Лиды, и опять она улыбалась скромной, милой улыбкой. Лида из всех жен Саши была самой, если можно так сказать, "нетворческой". Она молча терпела все Сашкины закидоны. Жить с творческим, неординарным человеком трудно. Иногда совсем невозможно. Именно поэтому у меня так много клиентов из красавцев и красавиц с телеэкранов. Мне пришлось долго работать над самообладанием, чтобы не смеяться от выдвигаемых причин развода - полное мусорное ведро, не помытая посуда, жирные пятна на рубашке, в которой он пришел с очередного банкета, плохо выглаженная рубашка к тому самому банкету. Про банальные измены я не говорю.

Однажды, муж моей клиентки заявил, что вот мол Булгаков откровенно признался своей жене, что «по работе» ему надо встречаться с женщинами, а ее ревность этому мешает. Остался без штанов, в соответствии с брачным договором, а потому что не Булгаков.

-Саша, а кто тебя нанял? - спросила я.

-Новый владелец, я же говорил, - удивленно посмотрел не меня Саша.

-И кто же этот владелец? - продолжала настаивать я.

-Он бизнесмен, Волков Артем. Выкупил дом у обанкротившегося банка и вот решил провести реконструкцию для переоборудования в жилой дом. Да при чем тут он-то?

-А как он на тебя вышел? Кто ему тебя рекомендовал? -я не обратила внимания на вопросы Саши.

-Я не интересовался, - надулся художник.

-Саша, тебе не кажется странным, что старинный сундук никто до этого не обнаружил?

-А что странного-то? - вскинулся Саша, - Он же не на виду стоял, был в нишу заделан, досками забитую и заштукатуренную. Хозяин решил в подвале винный погреб устроить, вот я и обследовал подвал тщательным образом, надо же вентиляцию продумать. И сравнить все помещения с первоначальными планами, - горестно покачал он головой, - зачем я это только сделал...

-Да, Саша, тебе много чего не стоило делать, - кивнула я, - но что уж теперь, как говорится, что выросло, то выросло.

-А разве нет срока давности? - тихо спросила Лида. - Двадцать пять лет прошло всё-таки.

-Это суд будет решать. Если бы уголовное дело было заведено тогда, то срок давности, естественно, прошел бы. А его завели благодаря моему клиенту, - показала я на Сашу, - несколько дней назад. Эксперты точно установили, что смерть наступила в результате пулевого ранения. Значит убийство. А как сказал мне следователь Зоркий, сейчас раскрытие преступлений прошлых лет в приоритете. С прошлого года в Следственном управлении СК России по Большому Сочи работает подразделение по раскрытию преступлений прошлых лет. Стряхивают пыль с нераскрытых дел, возобновляют уголовные дела. А тут вам пожалуйста - и скелет с пулевым ранением и подозреваемый и мотив, - я посмотрела на Сашу, он совсем сник, - Ну, дорогой, не кисни. Зоркий Глаз вменяемый, неглупый мужик, и совместными усилиями мы всё выясним.

Я доела чанахи, поблагодарила Лиду за прекрасный обед и попросила Сашу проводить меня.

На улице стало прохладно, но на пляже, на смешных креслах-мешках загорало достаточно много людей, некоторые даже купались. Я поежилась. Саша шел рядом, погруженный в собственные мысли.

-О чем задумался? - взяла его под руку.

-Восстанавливаю в памяти черты Влада, Гены и Марго, - отозвался он.

-Саша, а почему вы развелись с Лидой?

-Я встретил Танюшу, - пожал он плечами, - она была балериной, танцевала в Мариинке. Мой белый лебедь...Таня была такая чистая, нежная. Я влюбился, нет - я полюбил её всем сердцем. И сразу сказал об этом Лиде.

-И она поняла тебя, отпустила и благословила, - не могла я удержаться.

Саша немного помолчал и потом сказал.

-Нет. Она плакала и просила не оставлять их с дочерью. Она говорила, что у меня это пройдет, что я быстро остыну, а она подождет. Но я так не могу. Я ушел от первой жены, когда встретил Лиду... А почему ты спрашиваешь?

-Потому что мне кажется, что Лида не оставила мысли вернуть тебя... не как друга.

Саша засмеялся. А я не верила в такую дружбу. Вот что хотите делайте, но не верю я в бескорыстную дружбу с бывшим мужем. Может, сказывается специфика моей работы? Я вообще в искренние отношения не сильно верю.

-Скажешь тоже, я вполне счастлив с Олечкой, у нас замечательный сын.

Но сказало это было таким тоном, каким Саша не мог говорить о любимой женщине. Сколько эпитетов он нашел для Изабеллы, для Тани, а тут - "вполне счастлив".

***

Не успела я закрыть воду в душе, как заиграла мелодия на телефоне.

-Здравствуйте, Фаина Михайловна, - надев халат я быстро схватила телефон.

-Фира, успокой моё сердце, скажи что в нашей семье нет арестантов, - с придыханием говорила моя бывшая свекровь.

-Арестантов нет и не будет, - с улыбкой ответила я, - я встретилась со следователем, никаких обвинений Саше не предъявляют, он, наоборот, помогает следствию.

-Фира, держи руку на пульсе, прошу тебя. Он же у нас не от мира сего. Мало ему быть художником, менять жен, так он теперь и в полицию записался.

Я улыбнулась и стала ждать звонка от Алекса. Разговор с ним вышел конструктивным, он одобрил мои действия. Ясное дело, я же не сказала, что мне самой хочется раскрыть это дело. Алекс тут же обвинил бы меня в непрофессионализме - адвоката должен интересовать только клиент и защита его интересов.

Вышла на балкон. Вдохнула особый сочинский воздух, немного сладкий с привкусом йода, соли, и чего-то волшебного. В холле отеля уже стоит ёлка, и как ни странно, но здесь, несмотря на полное отсутствие снега и плюс 15 градусов я ощущаю приближение Нового года ярче, чем в разукрашенной, кричащей о скором празднике Москве.

Следующий день был праздным, Саша создавал портреты, Зоркий молчал, а я наслаждалась отдыхом и размышляла, размышляла...Потом устроилась с ноутбуком на балконе и читала про лихие девяностые, про то, что в эти годы к морю потянулись криминальные бригады из разных городов, что часто приводило к стычкам «гастролеров» с местными авторитетами. И хотя в Сочи существовало неписаное правило бандитские разборки не устраивать и все решать миром, соблюдать его выходило не всегда…

Архангельские, Омские, Ростовские, Екатеринбургские, про Магаданских не нашла ничего.

А на следующий день Саша позвонил мне и сообщил, что он выполнил заказ, так и сказал "заказ".

-М-да, эта Марго получилась у тебя малопривлекательной особой, на Лайзу Минелли похоже. А Влад у тебя на Дракулу похож, в исполнении Люка Эванса, а твоя Изабелла...

-Глафира, хватит уже сравнений, пойдем отдадим Зоркому, пусть он сравнивает.

Зоркий порадовал чисто выбритым подбородком, очками с дымчатыми стеклами, скрывавшими кровожадный глаз, светлой водолазкой, которая была ему к лицу и аккуратной, стильной стрижкой. "Черт, какие перемены, - улыбнулась я про себя, - да он симпатяга, может и мозги прояснились?". На этот раз в кабинете он был не один, за другим столом сидел молодой, светловолосый и загорелый паренек.

После того, как мы поздоровались, Зоркий представил своего помощника.

-Лейтенант Спиридонов, Сергей Петрович.

Лейтенант взял у меня пальто и даже стул отодвинул.

Саша положил свои работы на стол перед следователем. Зоркий и Спиридонов вдвоем склонились над портретами. Потом отпрянули, посмотрели друг на друга, произнести пару слов с упоминанием девиц облегченного поведения, но на простонародном языке, смутились, извинились.

-Это же Нинель Шахова, - потряс портретом Марго Зоркий, - бизнес-вумен, владелица шикарного отеля на Красной Поляне, кандидаткой в мэры была, благотворительница, меценатка. Это что такое? Что за ..., простите, Глафира, ещё раз простите, от обалдения отчество ваше забыл.

-Яковлевна, - ответила я, - не извиняйтесь, сама поражена не меньше вашего, Дмитрий Иванович. Саша?

-Я воспроизвел всё точно. Вы же видите, какое выразительное лицо - круглый капризный лоб, бесформенный нос, широко посаженные глаза и большой рот. Посмотрите на подбородок, он свидетельствует о силе характера, жесткости. А еще у Марго был хрипловатый, низкий голос.

-Лицо Шаховой можно опознать по этому лицу, - выдал Зоркий, видимо всё-таки не совсем отоспался, а лейтенант уже нашел фотографии в компьютере и показывая на них пальцем сказал.

-Только несоответствие получается. Если Маргарите Бабич в 1995 году, согласно данным, присланным из Магадана было двадцать три года, то сейчас ей сорок восемь, а Шаховой тридцать семь лет, а выглядит она еще моложе.

-При современном уровне косметологии женщина может выглядеть на столько лет, насколько она захочет, - уточнила я.

-Поясните, - Зоркий снял очки, глаз по-прежнему отсвечивал красным.

-А! - вмешался помощник Спиридонов. - Я понял! Типа Пугачевой, по паспорту - пенсионерка, по прикиду - пионерка.

-Очень точное определение, - серьезно сказала я и добавила, - а что вам сообщили из Магадана по поводу Бабич и Ластовецкого?

Лейтенант посмотрел на начальника, Зоркий милостиво кивнул. Сергей пощелкал пальцами по клавиатуре и прочитал:

"Бабич Маргарита Сергеевна, 1972 года рождения, уроженка города Магадан. Окончила среднюю школу-интернат, затем проживала в общежитии, работала уборщицей в том же интернате. В мае 1995 года ушла в отпуск с последующим увольнением. Родители Маргариты были лишены родительских прав, в настоящее время оба покоятся на кладбище."

"Владислав Викторович Ластовецкий, 1970 года рождения, уроженец города Магадан. Окончил среднюю школу номер четыре. Проживал с родителями в доме 9 по улице Широкой. Занимался в секции бокса и карате, нигде не работал. Отслужил срочную службу в ВМФ на корабле в Новороссийске. Родители Ластовецкого погибли во время пожара в собственном доме, когда от проходил службу".

-Понятно, значит искать их было некому, - резюмировала я, - а ваши специалисты еще не сделали фоторобот по черепу?

-Серега, смотайся в экспертный, поторопи. Скажи, иначе Фюнесу нажалуемся. Дело принимает суровый оборот. И портрет Гены передай оперативникам, пусть по базам прогонят.

Я не сильно поняла при чем тут Луи де Фюнес, но спрашивать не решилась. Зоркий разглядывал портрет Марго, лишь мельком взглянув на оставшийся рисунок с лицом Изабеллы. И тут дверь рывком распахнулась, в кабинет, в буквальном смысле, влетел энергичный, невысокий мужчина до невозможного похожий на Луи де Фюнеса. Поздоровался, бросил взгляд на рисунки и неожиданно густым, низким голосом спросил.

-Художественную галерею решили устроить, майор?

-Евгений Николаевич, это предположительно портрет неизвестного потерпевшего из сундука, Спиридонов пошел наших, - следователь усмехнулся, - художников поторопить, вот сравним с портретами, которые нам подозреваемый предоставил. Но у нас тут еще открытие.

Следователь встал, подошел к столу Спиридонова, нашел фото Нинель и положил на стол рисунок Саши. Вкратце доложил суть вопроса. Выразительное лицо начальника пошло волнами, он сморщил лоб, свел брови, губы пришли в движение и можно было разобрать упоминание всё тех же девиц с низкой социальной ответственностью.

-Держите меня в курсе, и с этой мадам, - показал он на монитор с эффектным фото Нинель-Марго, - побеседуйте. Честный человек не будет имя менять. Фамилию женщина поменять может выйдя замуж, возраст уменьшить, это тоже бывает, но имя на кой...,хм, зачем имя менять? Зоркий, смотри в оба!

И Евгений Николаевич Фюнес так же энергично покинул кабинет.

-Начальник наш, - вздохнул Дмитрий Иванович.

-Я так и поняла.

Через несколько минут вернулся Сергей, держа в руках лист формата А-4 с таким видом, как будто он только что раскрыл тайну Эдвина Друда.

-Если доверять вашей памяти, - обратился он к Саше, - то череп принадлежит Владу Ластовецкому.

Зоркий долго смотрел на два рисунка, потом передал мне, а я Саше. Мой подзащитный, как идиот непуганый, победно заявил.

-А я сразу говорил, что в сундуке скелет этого негодяя Влада.

-Мой клиент хотел сказать, что он опознал цепь и крест, находящиеся в сундуке, но это утверждение художника, которое не несет в себе никаких скрытых смыслов. Вы смогли убедиться, насколько сильно у господина Шлейфмана развита зрительная память, - я распиналась еще минут пять под легкую, ироничную улыбку Зоркого Глаза.

"Ох, и права Фаина Михайловна, идиёт Сашка, и никак иначе, не приведи Бог найдут хоть пол молекулы его ДНК на останках, одежде, чертовой цепи, каюк нам. Сейчас такие анализы проводят, что мама не горюй".

-Вы можете идти, - выслушав меня, сказал следователь, - понадобитесь - вызовем. И спасибо за помощь.

Сашка облегченно выдохнул, это он поторопился, выйдем я ему мозги расчешу.

-Сергей, бери машину, навестим госпожу Шахову, - бросил Зоркий помощнику, а я ощутила зуд в одном месте, очень, ну просто очень-очень хотелось посмотреть на Марго и поприсутствовать при разговоре.

-Дмитрий Иванович, - моя улыбка была маслом маслена, сахаром посыпана, - возьмите меня с собой, пожалуйста.

-Так и я могу поехать, - вызвался Саша, - опознать, как у вас там называется - очная ставка.

Зоркий задумался, но отказал.

-Очную ставку мы проведем, но позже, а пока просто побеседуем с госпожой Бабич-Шаховой.

Он встал, подал мне пальто, и мягко выпроводил из кабинета.

Мы отошли уже на приличное расстояние от полицейского управления, а я так и не могла найти приличных выражений для вправки мозгов моему подзащитному. Вдруг Саша сказал.

-Я на объект. Я еще не все обследовал и за рабочими проверить надо, там заднее крыльцо уже переделывать начали...

-Тебе надо начистить заднее крыльцо, - вызверилась я на него, - Саша, какого пряника ты лезешь со своими признаниями? "Я сразу опознал негодяя...", тьфу, еще бы добавил, что на дуэль его вызвал!

-А ты откуда знаешь? - оторопело повернулся ко мне Саша. - Я же тебе не говорил...

-У-у-у..., - протянула я, сдерживая вполне оправданный порыв стукнуть а-ля Пушкина по творческой башке, - а скажи мне Александр, разве художники хоть раз в истории сходились на дуэли?

Живописец, так его русского папу, молчал.

-Я тебе говорила, что адвокату, как священнику на исповеди надо говорить всё и чистую правду?

Саша кивнул и гордо вскинув голову встал в позу.

-Это к делу не относится, всё что надо я тебе честно рассказал.

-Да неужели? - сарказм полился рекой. - Дырка от пистолетной пули в черепе и дуэль хорошо сочетаются, не находишь? Да еще обиженный художник, преданный коварной музой Изабеллой, упорхнувшей и крутому бруталу.

-У тебя нет ничего святого!

-Это ты зря, ко многим вещам я отношусь с должным пиететом.

- Это к каким же?

- Старый, добрый рок. «Звездная ночь» Винсента ван Гога, планы Илона Маска по колонизации Марса...

-Глафира, прошу тебя, от твоих откровений мое восприятие мира разбивается как хрусталь.

-Не уходи от темы, дорогой. Что там с дуэлью?

-Я не могу вспомнить ни одного художника, дравшегося на дуэли, разве что Караваджо, но там была не совсем дуэль, он убил в таверне любовника своей жены и был объявлен папой Павлом V «вне закона», его мог убить любой человек и даже получить за это вознаграждение. Невозможно представить, - Саша поднял глаза к небу, - Микеланджело Меризи да Караваджо преследовали...

-Очень даже возможно, - перебила я исторический экскурс, - я тебя сейчас придушу и сдамся полиции, облегчу Зоркому работу. Я еще раз спрашиваю, что с дуэлью? Что об этом знает Марго? Рассказывай быстро, не нагнетай!

-Караваджо, - как завороженный продолжил Саша, не обращая внимания на мои вопросы и угрозы, - реформатор европейской живописи, основатель реализма, один из крупнейших мастеров барокко. Одним из первых применил манеру письма "кьяроскуро"— резкое противопоставление света и тени... Глаша, тебе нравится Караваджо?

-Особенно "Кающаяся Мария Магдалина", - с угрозой в голосе ответила, говорить будешь?

-Да что тут говорить. После того, как Иза стала явно предпочитать Влада, я в один вечер перебрал и сказал, что в прошлом веке я вызвал бы его на дуэль. Он засмеялся и съязвил, мол, а что мешает сделать это в веке нынешнем, и выложил прямо на стол пистолет. "Пошли, постреляем. Кто больше бутылок разобьет, тот и выиграет". Я пистолет ни разу в руках не держал, но вино делало свое дело и мы всей компанией пошли на пляж. Глаша, я опозорился, руки дрожали, я так и смог выстрелить, а потом мне и вовсе стало плохо...

Я посмотрела на Сашку и вся моя злость пропала, в красивом, сильном мужчине я увидела того паренька, с раненной душой. "Значит Марго знает о дурацкой Сашкиной эскападе , - подумала я, - и на свет появился пистолет. Интересная, однако, была парочка из Магадана". Я невольно передернула плечами, как же хочется познакомиться с Марго и выведать, как ей удалось стать тем, кем она стала.

-Саша, ты больше от меня ничего не скрываешь? - мужчина интенсивно замотал головой. - Хорошо. И, пожалуйста, больше не делай никаких заявлений в полиции, предоставь говорить мне.

Мы не заметила, как подошли к бывшему пансиону "Светлана". Саша набрал код на калитке и подал мне руку, приглашая войти. Территория вокруг дома была небольшой, очень зеленой с выложенными желтой плиткой дорожками. Саша повел меня вокруг дома. Там трудились рабочие, в составе четырех человек.

-Вы что делаете? - закричал Саша. - Это что такое? Здесь не должно быть никакого приямка! - или приступка, я не расслышала.

Мужчины прекратили укладку кирпичей и уставились на Сашу.

- Так...это..как-то....то ...а мы его того..., - от непонятного бормотания Саша трагически закатил глаза и громко позвал какого-то Юрия Степановича.

То, что строители это особые люди, я знала всегда. С тех самых пор, как я имела несчастье сделать ремонт в новой квартире. Люди делали, старались, а результат поражал - окно перекошено, пол неровный, батареи висят строго наоборот, а новомодный унитаз с инсталляцией, который должен парить над полом, вмонтирован в него напрочь. Историю о том, как вынимали окно и упала стена даже вспоминать не хочется.

Из дома появился небольшого роста мужчина с круглым животиком. Он вытер пот со лба и уставился почему-то на меня. Причем взгляд его был странным, он смотрел на меня как колдун на инквизитора.

-Здравствуйте, - обреченно сказал мужчина.

- Юрий Степанович, вот объясните мне, вот на этом самом месте, что должно быть? - Саша ткнул пальцем в крыльцо, видимо, для наглядности. - По проекту должно быть приямок, или не должен?

-А...?! - Юрий Степанович задумался, вернулся в дом и принес большой лист, несколько минут его рассматривал.

А дальше полилась особая, прорабская речь.

- Так...рогатые, чтобы вас черти в аду жарили...безрукие дурбилы, - это сравнение я совсем не поняла, что-то, наверное, очень специфическое, - крапиву вам под хвост. Вот чтобы было переделано!

Дальше я решила пожалеть свою вроде бы окрепшую, закаленную бракоразводной практикой психику и не слушать откровений прораба. Взяла Сашу за руку и попросила проводить к выходу.

-Ты же хотела подвал посмотреть? - удивился Саша.

-В другой раз, дорогой, что-то устала. Да и тебе надо с крыльцом разбираться. Благо "Жемчужина" рядом. Ты иди, работай, созвонимся.

Саша кивнул и побежал назад, а я отправилась в отель. Мне надо было подумать. У Влада был пистолет, он входил в бандитскую группировку? Или действовал сам по себе? И стоит ли намекнуть на это Зоркому.

-Зоркому, - тихо повторила вслух, на губах появилась улыбка, - паразит он всё-таки, неужели трудно было уважить просьбу женщины и взять меня с собой.

Через час паразит позвонил и пригласил выпить кофе. Я кокетничать не стала, согласилась сразу. Надела черные брюки, серую кофту и короткую куртку, мельком глянула в зеркало. Отметила нездоровый блеск в глазах, отнесла его исключительно к деловому интересу и понеслась на встречу со следователем.