Третье пугало

Чердак оказался ровно таким, как и описывал Ирулан, сосватавший его Алеку в качестве временного убежища. Надежный, сухой, высокий… С парой круглых слуховых окошек в противоположных торцах и массивными темными балками между ними… Но, главное, совсем неинтересный жителям того дома, под крышей которого находился – если судить по слою пыли на лестнице. Даже Аля чуяла – это неспроста, отводов глаз нечисть наложила на него столько, что у магистра, чем-то там способного такое видеть, перед внутренним взором аж рябило наверное.

– Холодно, – повела плечами она, озвучивая, пожалуй, единственное, что ее не устроило в этом убежище.

– Вот и отлично, – не согласился с ней некромант, снова напоминавший не очень свежее умертвие. – Дозревать – самое оно будет.

– Все-таки собираешься опять залечь в спячку?

– Выхода нет, – поморщился тот, не глядя на нее. – Говорил ведь уже.

И правда, говорил. Причем не раз – к этому вопросу они возвращались всю дорогу, то есть почти сутки, что та заняла. Но нельзя сказать, что Алек убедил ее до конца – слишком уж рискованной выглядела эта бесчувственная спячка в одиночку. Только вот как еще вернуть некроманту окончательно растраченные в пути силы, она не знала. Даже предложить остаться и подстраховать не могла – проблем и у нее сейчас хватало, и тоже неотложных.

– Может, лучше все-таки у меня где-нибудь устроишься? – предприняла она последнюю попытку его переубедить.

– Нет. Это я тоже не раз говорил – не надо к тебе сейчас лишнее внимание привлекать странными знакомствами. Его у тебя и без моего участия хватит. Возьми лучше вот.

Он снял с мизинца одно из трех своих колец, благополучно переживших все последние перипетии (начиная от перехода разделенного на тело и душу некроманта из своего мира сюда, и заканчивая недельными приключениями в лесу в виде нежити), и протянул ей:

– Зачем? – вообще-то, Аля и так примерно догадывалась зачем, но с этим человеком предпочитала перестраховаться и ответ получить однозначный. Чтоб не пришлось потом разгребать внезапные сюрпризы – спроста тот сроду ничего не делал.

– Маячок это, не дергайся. Чтобы найти тебя в случае чего, не бегая по всему городу и не опрашивая прохожих.

– Да? – придирчиво осмотрела она украшение, не торопясь надевать. Понятно было, что перед ней артефакт, но какой именно – загадка. – И ничего больше?

– Ничего. Не бойся, предложение тебе не делаю.

Аля собралась было съязвить в ответ, но прикусила язык и воздержалась – могло ведь и не получиться. В смысле, съязвить достаточно убедительно. А потому просто хмыкнула повыразительней и натянула неширокий ободок из серого металла на указательный палец. Пришлось впору, да и внимание особо не привлекало – никакой заметной символики на нем не было. Может и вправду просто маячок?

– Ладно, счастливо оставаться, – шагнула она обратно к крутой и неудобной лестнице, по которой оба забрались сюда четверть часа назад, очень стараясь не попасться никому из местных в поле зрения. – Отводы глаз сейчас обновлю и своими дополню – на всякий случай. А через пару дней жди с визитом – завтрак тебе в постель доставлю. Уверен, что раньше оно тебе не понадобится?

– Уверен, – откликнулся тот на удивление серьезно. – Сама тоже поосторожнее там.

– Конечно, – не стала она спорить. И прикрыв за собой щелястую дверь, пошептала над ней первый из тех наговоров, что должны были понадежнее прикрыть от посторонних глаз убежище этого спящего красавца.

За полгода Алина квартира почти не изменилась – разве что пыли прибавилось да запах стал каким-то нежилым. С другой стороны, а чего ей меняться-то? Иных хозяев кроме нее у этого родительского наследства не было, появляться здесь никто больше не мог…

Наверное не мог.

Она передернула плечами, вспомнив об инквизиторской печати, лишь вчера перекочевавшей с ее лба на лоб Тоншела… Да и о самом чистильщике тоже. И прежде чем шагнуть через порог, запустила внутрь пару поисковых наговоров – один за другим. Вернулись оба быстро – обшарить на предмет внезапных сюрпризов две небольших комнаты, кухню и ванную оказалось нетрудно – и Аля перевела дух, входя, наконец, и захлопывая за собой дверь.

Чисто.

В смысле, в плане незваных гостей здесь было чисто. А вот в плане пылюки, скопившейся на полу и прочих поверхностях – как раз наоборот.

Аля задумчиво провела пальцем по крышке комодика, приткнувшегося прямо возле входа и приспособленного под всякие мелочи вроде ключей еще отцом; прикрыла поплотнее соседнюю дверь в ванную – оттуда затхлостью несло особенно сильно, но с источником она разберется потом; и сделала шаг в сторону кухоньки. Вернее, хотела. Но так и осталась стоять посреди символического по площади закутка, изображавшего здесь прихожую.

Что-то не давало ей покоя. Какое-то странное чувство. Не опасности даже, а словно она чего-то не учла и не предусмотрела.

Но что?

Что вообще могло ей грозить здесь и сейчас?

Бывшие коллеги искать ее точно не могут, официально, по крайней мере.  Для всех она просто уехала к больной родственнице, за которой больше некому оказалось присмотреть. А что сорвалась в жуткой спешке, больше напоминавшей побег – ну так обстоятельства же. О которых она пусть и не лично, но предупредила, успев отправить в управление письмо. Остались ли к ней из-за этого какие-то претензии, выяснится как раз завтра – когда она туда заглянет. Но в любом случае, устраивать на нее облаву или засаду у чистильщиков поводов нет. Инквизиция, конечно, отдельная история, и вопросов там гораздо больше чем ответов, но и перед ними она ничем официально не провинилась. Скорее уж наоборот – они перед ней.

Тогда что же так назойливо не дает ей сейчас покоя? Что она… вернее, они с магистром могли упустить?

Еще пару минут потоптавшись возле входной двери, но так ничего и не решив, Аля одну за другой толкнула две внутренние створки – в комнату и в кухню. Тут же убедившись, что и там с ее отъезда не изменилось ничего. Все те же крашеные в бежевый стены и темный, тоже крашеный, пол; в центре гостиной все тот же стол под бордовой скатертью с бахромой; а за ним, в простенке между двух окон, остекленный буфет резного дерева, больше напоминающий музейную витрину. Впечатление это подчеркивала и выставленная там столь же старомодная посуда. Напротив настежь распахнутая дверь в спальню и угол кровати за ней…

Сама Аля здесь ничего и никогда не меняла. Да и не жила, по большому счету, приходя лишь переночевать да позавтракать. Кстати… Запасы кофе и чая наверняка сохранились, что им сделается? И какое-нибудь не до конца окаменелое печенье можно поискать. А вот что творилось в леднике даже представить страшно – его она освободить перед своим бегством не успела.

Ладно, и ледник и прочая уборка подождут до завтра. Возможно, она даже наймет для этого кого-нибудь. А сейчас просто кофе, ванна и спать – дорога вымотала ее не меньше, чем магистра, да и выглядела Аля наверняка не намного лучше. Хотя Алек, конечно, молодец – за весь путь умудрился ни разу не выйти из образа больного родственника, рискнувшего навестить городского доктора лишь под опекой племянницы. Ну Аля и опекала – покупала билеты, обеспечивала пересадки, общалась с проводниками и попутчиками, пока тот очень подходяще к бледной морде постанывал и закатывал глаза. И, главное, молчал! В основном. Отвешивая едкие комментарии на тему торжества здешнего прогресса лишь когда они ненадолго оставались одни. В общем, не привлекать лишнего внимания им точно удалось, а вот пригодятся эти усилия или зря старались – посмотрим.

Под размышления она открутила кран, дала ему проплеваться попавшим в трубы воздухом, а воде немного стечь, набрала чайник и привычным до автоматизма заклинанием включила плиту, пристроив посудину сверху.

Стук в дверь раздался через минуту, не больше.

– Черт! – от неожиданности Аля здорово приложилась локтем об угол стоявшего рядом стола. – Ч-черт…

Интуиция, до этого лишь слабо царапавшая душу непонятными то ли коготками, то ли предчувствиями, взвыла настолько резко, что удержать чайник не вышло. На пол тот опрокинулся с грохотом, испугавшим, кажется, его самого, что уж говорить про маленькую, и без того уже взвинченную ведьму. Первым порывом у Али вообще было в жабу себя превратить и за ту плиту шмыгнуть – жаль, невозможно. В смысле, и превратиться, и спрятаться от того, зачем она сюда, вообще-то, и явилась. От правды. Поэтому наплевав на залившую пол воду и так стиснув пальцы, что ободок недавно надетого кольца впился в кожу, она взяла себя в руки и пошла открывать.

Если новости сами ломятся к ней в дверь, наверное стоит их впустить? А иначе и удирать из деревни им с магистром следовало не сюда, а в прямо противоположную сторону.

– Здрасте, барышня, – здоровенный, но при этом странно рыхлый тип, обнаружившийся на пороге, показался ей смутно знакомым. А вот вспомнить откуда именно – категорически не выходило, хотя на память Аля сроду не жаловалась. Но он сам невольно пришел ей на помощь: – Я это… сосед ваш, в общем. Этажом ниже. Слышу сейчас, ходят вроде наверху, а вас давно не было. Ну вот и решил проверить – на всякий случай.

– С-спасибо, – натужно улыбнулась она, сама не понимая, что в этом объяснении ее не устраивает.

Ну да, сосед. Потому, наверное, и кажется ей смутно знакомым – близко-то она ни с кем здесь не общалась. Вроде все так и должно быть, но…

– Спасибо, да. Только беспокоились вы зря – у меня все в порядке, как видите.

– А грохнуло сейчас чего? Может, помочь надо, раз уж зашел?

– Нет, я там всего лишь чайник опрокинула, – она невольно обернулась в сторону кухни, где продолжала вольготно растекаться ничем не сдерживаемая лужа…

И пропустила момент, когда «гость» не просто шагнул внутрь, но и взмахнул руками с чем-то вроде веревки в них. Но шарахнуться в сторону все-таки успела – не иначе дала себя знать никуда не девшаяся настороженность. Мужик промахнулся с броском, впечатался в косяк кухонного входа и дал Але шанс сделать еще один прыжок – к двери ванной. Но, увы, не сообразить очевидное. Ведь даже если она туда юркнет, препятствие из хлипкой створки для нападающего получится так себе – вынесет с первого же пинка.

А вот он это явно понял, и двинулся к ней уже неторопливо. Не утруждая себя лишней суетой вокруг жертвы, которая и без того никуда теперь не денется. Без ухмылок, угроз или, не дай боги, совершенно ненужных сейчас театральных жестов. Лишь деловито натягивая зажатую в руках черную удавку – Аля ее, наконец, рассмотрела, хотя лучше бы наверное не…

– Бу! – непринужденно вывалилось из стены то, чего вообще не может быть. Да еще и попыталось ткнуть мужика в пузо козой из пальцев.

Ничего из той затеи, конечно, не вышло – призрачная, бледно светящаяся рука прошла насквозь, но драматизма сцене это лишь добавило. Как и окативший «соседушку» пристальный, серьезный взгляд человека, очень и очень близко знакомого со смертью. Ближе, чем это бывает даже у настоящего убийцы.

– Черт! – опять выругалась Аля, потрясенная чуть ли не больше незваного гостя. Но и тот не подкачал:

– И-и-и-и-и… – панический вой ссыпался вниз по лестнице, еле успевая за тем, кто его издавал. Да еще и красиво оттененный дробным топотом каблуков с резким хлопком входной двери в качестве финального аккорда.

– Класс! – одобрил магистр, закончив прислушиваться. – А ты тут, смотрю, не скучаешь? Это кто сейчас был?.. Эй, ты чего?!

И попытался подхватить медленно съезжающую по стене Алю, впрочем, столь же безуспешно, как до этого пытался тыкать в кое-кого пальцами:

– Аль, ну ты чего? В порядке же все теперь. Твои рыцарь и конь в одном лице успели прискакать вовремя… Вовремя ведь? Да ответь же, наконец!

– Черт!!! – ответ получился не слишком информативным, но ее на этом ругательстве определенно заклинило. – Погоди. Дай вдохнуть немного.

– Ага, – магистра это почему-то все равно успокоило. – Ну дыши, раз так. Только дверь все же закрой, пока сюда весь дом не сбежался.

Аля кивнула – в доме и правда начали уже хлопать двери и где-то внизу послышались взволнованные голоса соседей. Настоящих соседей, в смысле, а не тех, что заглядывают в гости с удавками, а уходя еще и воплями всех на уши ставят. Но на их этаже, последнем из трех, было пока спокойно – благодаря предусмотрительно и давным-давно навешанным заговорам на тишину…

– Стоп! – подобралась она вдруг, сообразив, наконец, что же не давало ей покоя с самого начала. – Дошло!!!

– Ну? – привидений, пристально изучавший что-то на полу возле входа, оторвался от своего занятия, изобразив лицом полное внимание. – Чем там тебя осенило?

– Наговоры! – не слишком понятно отчиталась она, и тут же постаралась исправиться: – Те наговоры на тишину, что я здесь еще для родителей когда-то навесила. Слишком свежими выглядят – будто их совсем недавно обновляли, хотя за полгода моего отсутствия должны были выдохнуться чуть ли не вчистую! И дошло это до меня только сейчас.

– Ясно, – поморщился тот. Но, как выяснилось, вовсе не по поводу ее тупости: – А я-то думал, какого он здесь совсем не стеснялся, орудуя словно у себя дома. Даже рот тебе заткнуть не потрудился. Знал, что все равно не услышат, хоть ты оборись? Кстати, а не орала ты как раз из-за полога?

– Угу, – признаваться, что на нее просто ступор нашел, не хотелось категорически, пусть лучше считает ее умной. И вдруг спохватилась: – Погоди, а ты-то как здесь?

– Маячок. Не забыла?

Аля в сомнении посмотрела на кольцо на пальце, даже покрутила его, но все равно мало что поняла:

– Ну ладно, нашел ты меня по нему, верю. А как сообразил, что вообще искать надо? И, кстати, почему сразу не сказал, что все еще можешь вот так, – и неопределенно повела рукой в воздухе, пытаясь изобразить привидение и надеясь, что поймут ее даже несмотря на такое вот красноречие.

– Могу, да – со времен твоего погреба у меня мало что пока изменилось, – призрак снова отвернулся к тому, что так заинтересовало его под дверью. – Но если не хочешь, чтобы тебя срывались искать, не стоит этот маяк так сжимать, да еще и в нервах. А вот если хочешь, чтобы сорвались – жми посильней. Все просто.

И снова переключился на свою находку:

– Глянь, пожалуйста, это ведь не твое?

Аля прикрыла глаза, опять помянула про себя чертей – очень надеясь, что это все-таки в последний раз, и начала подниматься.

– Не мое, – подтвердила она захлопывая, наконец, все еще распахнутую дверь в квартиру и тоже бросая взгляд вниз, на пол. – С этой дрянью меня душить явились. Никогда удавки не видел?

– Да в том-то и дело, что видел, – тон у магистра был все еще странный. – Вот как раз такую… или почти такую. Занятное совпадение, не находишь? Нет, не трогай, я хочу потом на ней кое-что посмотреть. По-своему.

Последнее заставило ее отпрянуть:

– Не слишком занятное, на самом деле. И, подозреваю, не совпадение вообще. Где ты ее видел?

– Душили меня этим. Прежде, чем на алтарь кинуть. Ну, в смысле сначала «пеной лотоса» в морду, потом вот этим, а потом…

– Ритуал, – догадалась Аля когда тот притих, так и не закончив. И про «пену» догадалась тоже – сдается, это та самая пыль, которой так резко несло от него поначалу. – Выходит, тоже инквизиция?

– Нет.

– Что, вот так прям уверен? – снова сползать по стеночке хоть и тянуло, но не стоило совершенно точно. Пришлось брести до дивана и падать уже на него.

– Вот так прям, да, – магистр, поколебавшись, поплыл следом, оставив доказательство нападения на нее лежать где уронили. – Я, видишь ли, не младенец, и прежде чем дать согласие на участие в той занятной вечеринке, проверил всех ее участников вдоль и поперек. Инквизицией там и не пахло.

– А чем пахло? – Аля не знала, откуда у нее такая уверенность, но могла бы денег поставить, что пахло там романтикой. Воняло даже. Взгляд у магистра был сейчас очень подходящим – тяжелым и словно вывернутым внутрь – видела Аля пару раз такое. Потому, наверное, и удержаться не смогла: – Это она тебя продала? Да?

Нет, Алек не вздрогнул, он просто глянул на нее так, словно впервые видел:

– Не знаю. Вряд ли. Нас там тогда пятеро было – по одному на каждый луч пентаграммы. И ее я видел, когда на меня кинулись сразу с двух сторон. Свои же! Свои же кинулись, понимаешь! Те, кто стоял на лучах рядом.

Аля прикинула, как бы это могло быть и передернулась:

– А она, выходит, стояла почти напротив и просто смотрела?

– Мне надо вернуться!

– Ну, это-то я уже поняла, – кивнула она. – А поконкретнее предложения есть? Более актуальные в нашей ситуации?

– Есть, – встряхнулся тот, перестав, наконец, ее пугать. – Для начала, например, стоит пройтись по твоей квартире на предмет других улик. Трудно даже представить, сколько полезного может оставить после себя персонаж, не читавший наших детективов. Вот и пошли копать этот клад.

– Погоди, – подниматься с дивана все еще жутко не хотелось, вот Аля и не стала. – Что он вообще мог здесь оставить? Если успел, по сути, лишь порог переступить? Или под персонажем ты имеешь в виду меня? Так я и без того во всем покаюсь…

Магистр, молча висевший перед ней в воздухе с видом «ты что, и правда не понимаешь?», все-таки не выдержал:

– Алита, ну начинай уже думать! Пора!

– Сбавьте тон, господин некромант! Не у себя дома! – не выдержала и она – и терпение, и нервы у нее на сегодня явно заканчивались. Но тут же раскаялась, увидев как дернулась у того щека: – Пока еще не у себя.

– Прости, но думать и правда уже пора, – тон он все-таки сбавил. – Или полагаешь, это тоже совпадение? Не успела ты сюда войти, а тут вдруг оп! – и убийца как раз.

– Черт, – опять ругнулась Аля, сообразив о чем речь. – Думаешь, ждали?

– Не просто ждали. Здесь еще и какой-то звоночек на тебя наверняка поставлен. Оповещалочка, что хозяин вернулся, можно теперь в и гости заглянуть. – Дух попытался усесться на диван рядом, чуть не провалился сквозь него и в итоге завис чуть выше – на ладонь примерно. – Рассказывай, что ты успела сделать, когда сюда пришла: каждый свой шаг, каждое движение, посекундно.

Аля перестала бездумно пялиться на странный зазор между задницей призрака и диваном, встряхнулась и начала:

– Ну… дверь разумеется первым делом открыла… – и спохватилась, увидев, как тот встрепенулся: – Нет, ничего особенного, своим же запасным ключом. Есть у меня на случай, если его забуду, маленький тайничок перед дверью…

– Где этот ключ?

– На комоде возле входа, – вставать по-прежнему не хотелось – пусть кому интересно сам туда отправляется.

Ну он и отправился, через пару секунд доложившись уже из прихожей:

– Нет у тебя теперь тайничка, Алита. Да, вскрывали квартиру, похоже как раз им, следы тут явно не только твои.

Любопытство все-таки победило – Аля поднялась и пошла смотреть, как он эти свои выводы делает. Подоспела ровно к моменту, когда призрак с сосредоточенной и отстраненной мордой совал пальцы в ее замок, пытаясь что-то там нащупать.

– Ну да, кое в чем такая форма даже удобнее, – правильно расшифровал он ее замешательство. – Даже инструментов не надо, чтобы с уверенностью утверждать – ничем посторонним в твой замок не лазили, только родными ключами.

– Так может в таком виде и останешься? – опять не удержалась она.

– Нет, не останусь. В общем, тайничок смени, а еще лучше вообще завязывай с этой привычкой. Когда открыла, дальше куда пошла?

– В комнату, – ткнула она себе за спину. – Вот в эту.

– Ясно. Но там вроде чисто, хотя потом стоит подробнее посмотреть. А оттуда?

– В кухню, – теперь она ткнула в открытую дверь рядом и уже совсем не так равнодушно – кажется, азарт начал накрывать и ее. – Вот сюда, да. А об этот косяк он плечом приложился, когда попытался на меня кинуться.

– Угу-м, – магистр вдумчиво поковырял тот самый косяк, еще раз хмыкнул и вплыл-таки внутрь:

– Ну да. Вот и оно, собственно. – Заглянувшая следом Аля увидела, как призрак висит возле плиты, брезгливо пялясь на что-то невидимое прямо над ней: – Что и в какой последовательности ты здесь делала?

– Открыла шкафчик, – честно начала она перечислять, – достала чайник, открутила кран, нацедила воды, пошла к плите, включила ее…

– Как?

– З-заклинанием, – Аля и сама уже догадалась, куда и на что могли повесить сигналку. Самую элементарную – просто на любую вспышку силы в квартире.

– Логично, да: в кухню с туалетом хозяева по приезде обычно первым делом и заглядывают, – согласился с ней магистр, хотя вслух она ничего не сказала. – На твою плиту что-то прицеплено – срабатывает, как только ты ее активируешь. И еще что-то в ванной наверняка должно быть, сейчас гляну пойду.

А через секунду из-за так и не открытой двери, сквозь которую привидений просто просочился, донеслось его бодрое:

– Ой, а у тебя тут мышка сдохла. Давно уже – аж мумифицироваться успела… Судя по состоянию тканей, думаю, месяца три-четыре…

– Да чтоб тебя! – нервы у Али все-таки не выдержали. – Все, я – в гостиницу, а ты можешь ворковать над своей мумией дальше. Не смею мешать!

В конце концов, имеет право девушка, обнаружив в собственной ванной подобный сюрприз, тут же съехать в отель? А в дом вызвать уборку?

Имеет, черт побери! Еще как имеет!!!

Отличный будет предлог сбежать подальше хотя бы на время, не насторожив тех, к кому она приехала сюда выуживать сведения – в полном соответствии с очередным своим гениальным планом. Согласно которому знать она ничего не знает о том, что стала чьей-то там дичью, и вообще, наивна как выпускница благопристойной начальной школы. И, кстати, никому не отчитываясь, что на нее, якобы ничего не подозревающую, с чего-то вдруг решили напасть чуть ли не сразу по приезде.

Радужные планы вдребезги расколотил зануда-магистр – высунув голову сквозь створку:

– Не так быстро, Алита. Я тут прикинул кое-что, и, кажется, нашел еще одно не совсем совпадение.

– Ну? – смирилась Аля, перестав нащупывать замок. – Говори уже.

– Три месяца назад она сдохла… это я про ту тварюшку, что в ванне нашел.

– Догадалась, что не про меня.

– А ты когда отсюда сбежала?

– Около пяти, – прикинула она сроки. – Чуть меньше.

– Сейчас, – магистр втянулся обратно в ванную, и Аля предупредительно щелкнула для него выключателем – благо сделан тот был с этой стороны. Черт его знает, вдруг оно и привидению будет нелишним?

– Может и пять, – согласился тот, на этот раз проскакивая створку целиком и не пугая ее своей говорящей головой. – Когда ее там пришибли, влажность в помещении была, похоже, выше, поэтому…

– А ее пришибли? – слушать все эти подробности не хотелось.

– Совершенно определенно – да. Множественные повреждения, как внутренние, так и внешние… Короче, бедняжку просто расплющило, и по срокам оно вполне может совпасть с визитом тех, кто у тебя здесь сигналки развешивал. Вполне может, понимаешь?

– Намекаешь, что это могли быть они же?

– Да какие уж тут намеки… Прямо говорю: наверняка они. Не проходной же двор у тебя здесь, правда? Чтоб сначала одни прошлись, понатыкав сторожей, потом другие – нанося твоим мышкам травмы, несовместимые с жизнью, типа перелома основания черепа…

Аля прикинула, как он все это сейчас выяснял и прикрыла глаза, борясь одновременно и с тошнотой, и с нервным смехом:

– И что же в свете столь ценных сведений ты намерен делать? Явно ведь что-то задумал, так?

– В их свете, Алита, я собираюсь сейчас поработать по главной своей специальности. Как некромант.

– Нет, – распахнула она глаза, не поверив. – Не хочешь же ты сказать, что будешь сейчас поднимать эту мышь?

– Буду! Именно это я и буду. Пусть жертва зверского убийства сама поведает нам, кто это с ней сделал.

– В красках? Поведает? – Поверить до конца, что над ней сейчас не издеваются, Аля все еще не могла.

– Ну нет, красок не обещаю, – погрустнел магистр. – Мышиное зрение ими вообще похвастаться не может. Но что здесь тогда произошло, я ее глазами увижу. Надеюсь увидеть, по крайней мере.

– От меня какая-нибудь помощь для твоего ритуала нужна? – снова смирилась Аля, что не помешало ей нервно сглотнуть – мумифицированный грызун с переломом основания черепа, волей некроманта разгуливающий по ее квартире, энтузиазма не вызывал. Видеть этого она определенно не хотела.

– Зачем?

– То есть не нужна? – перевела она дух.

– Нет, конечно.

– А сколько времени тебе надо?

– На подготовку? – не понял тот. – Час, не меньше. Слишком древнее это твое ископаемое, вложиться в ритуал придется без дураков…

– Я к тому, – опять перебила она его, – что не стоит ли мне прогуляться отсюда, пока ты занят?

– Отличная идея, кстати. Давай так: пока я готовлюсь, ты пройдешься по своим соседям – из тех, которые и в самом деле соседи. Ну должна же ты хоть кого-то из них в лицо знать, правда? Вот и пообщайся – случившийся переполох отличный повод задавать глупые с виду вопросы, которые в другое время могут и не прокатить.

– На какую тему?

– На тему того бугая, что бросил здесь свой реквизит, разумеется. Если он прибежал сюда через минуту после свистка – без пальто, но в домашних туфлях, значит и правда где-то здесь живет. Вот и выясняй – кто он и зачем.

– Знаешь, – Аля, уже потянувшаяся к дверной ручке, вдруг замерла и задумалась. – А ведь я его откуда-то знаю. Только вспомнить не могу, откуда именно.

– Ну вот может соседи тебе в этом как раз и помогут. Иди давай. Но к тем, кого не знаешь, не суйся ни в коем случае! Не рискуй! Особенно если сами будут в гости зазывать. Колечко мое тоже все время наготове держи. И чтоб через час была здесь – выгуливать эту твою потерпевшую будем вместе.

– З-зачем? – тошнота опять подступила к горлу.

– Затем, что это твой дом, Алита. И твой мир. Я могу просто не понять, что они здесь у тебя делали. Или понять неправильно. Или вообще не заметить чего-то важного.

– Ладно, считай, дошло, – в очередной раз заставила она себя смириться – уж в чем – в чем, а в логике этому болтливому клочку тумана отказать было трудно. И быстро выскочила за дверь, пока тот не увидел, как ее перекосило.