Тристан и Тери. Ты (не) моя история

— Профессор Виркин уже стар! Он третирует студентов, не давая им возможности учиться!

Сын императора — бывший однокурсник Тристана, с которым они поддерживали дружбу не смотря на разность социальных статусов, расхаживал перед ним в комнате над трактиром с бокалом в руках и эмоционально рассказывал о том, как тяжело сейчас студентам учиться боевой магии. Тристан отпил и вздохнул. “Давно не виделись, давай проветримся” кажется, были только предлогом.

— Зейн, чего ты их жалеешь? Только благодаря Виркину я сейчас стою на своих двоих перед тобой.

— За эти десять лет он стал совсем глупым!

— Он не изменяет своим принципам. Вторжения тоже, знаешь ли, не с фейерверками из цветов проходят.

— Во-от! — Зейн радостно ткнул в него пальцем, — нам нужен тот, кто лично участвует в гашении вторжений.

Тристан напрягся и убрал бокал. Как-то разговор становился слишком серьёзным для пьяной головы.

— Виркин участвовал.

— Но это было давно!

— На него что, нажаловались?

Все знали, что сдать экзамен Виркину практически невозможно: он был самым строгим, объективным и неподкупным преподом.

— На него каждый год жалуются, — отмахнулся Зейн.

— К чему ты клонишь?

— Иди преподавать вместо него!

— Да ты с какого насеста рухнул?! — Тристан расхохотался, — я не препод. Я женщин по полгода не вижу, а там столько девиц, — он присвистнул, — не нужны мне такие проблемы.

— Наши травники что-нибудь придумают, — не унимался Зейн.

— Да ты совсем что ли?! — Тристан отступил на шаг назад и прикрыл пах руками, — не смей! — подозрительно посмотрел на свой бокал.

— Ты же сам говорил, что в последнее время вторжения стали жёстче и чаще. Нам нужны новые боевики, которые смогут мыслить нестандартно. Вот прям как ты! — Зейн не замечал изумлений друга, — к тому же, на твоей Северной стороне всё спокойнее, чем в остальных краях.

– Да потому и спокойнее, что я там всё время торчу! – Тристан не выдержал и взорвался, – ты думаешь, это шутки какие-то, оставить край на целый год? Под моим присмотром СОТНЯ деревень и ТЫСЯЧИ жителей! Или в масштабах страны это всё ерунда?

– Не ерунда.

Зло дышащий Тристан вдруг обнаружил себя напротив спокойно стоящего Зейна. Не того Зейна, с кем они сбегали с уроков, врывались в общежитие девчонок или взрывали кабинеты алхимии. А Зейна – сына императора. Будущего наследника престола.

Жар в груди тут же угас, и Тристан устало опустился на стул.

– У тебя будет возможность возвращаться на пару дней в лагерь каждый месяц. Все каникулы Института – твои. Увеличенное жалованье. Отпуск в конце года. И заслуженный титул для твоего отца.

Поднял глаза на друга. Друга? Разве стал бы друг давить на такие больные точки?

Тристан был родом из простой семьи. Его отец имеет небольшой дом и акр земли для хозяйственных нужд. У него в подчинении пара работников. Всё. Чин главнокомандующего у единственного сына позволил его фамилии подняться на пару ступеней вверх по социальной лестнице и упереться в потолок. Мать не могла пройти туда, куда приглашали сына для вручения очередных наград, и порадоваться за него. Отец не мог расширить хозяйство и начать сотрудничать с кем-то ещё. Зейна эта разница никогда не волновала. Казалось, он даже не знает обо всех проблемах. Оказывается, знает.

– На кой чёрт весь этот гемор вообще? Пусть Виркин отработает пару месяцев, а вы за это время найдёте достойную замену.

Зейн выдохнул и весь как-то сдулся. Не мог он долго играть роль наследника.

– Я не могу тебе сказать, – присел напротив, – потому что мне тоже ничего не сказали. Просто поставили перед фактом, что Виркин больше работать не будет. Отец темнит. Догадываюсь, но сам понимаешь… Мне нужен свой человек в стенах Института. Я договорился с господином Коулом, что поиски нового препода возьму на себя, – посмотрел в глаза друга.

– И зачем я согласился тогда с тобой выпить, – простонал Тристан, вспоминая их самую первую встречу.

— …каждый день на территории нашей империи открываются десятки окон. И между харрамами и мирным населением стоят только боевики — опытные бойцы подразделений. Только от них зависит, как быстро погасят вторжение, как много мужей останется вместе со своими семьями, и как много детей продолжат свое детство в полной семье…

Тристан сложил руки на груди и перевел взгляд на аудиторию. Усмехнулся про себя: оказывается, его работа не просто мочилово. Наблюдал за юными боевиками. И разочаровывался. Треть парней была здесь потому, что сын-боевик – это высокий престиж их родителей.

Другая треть – задохлики. Тристан вообще не понимал, как в такой форме они доучились до третьего курса и с чего вдруг решили пойти в боевики?

И только оставшаяся треть более-менее подходила для будущей работы. Если не сопьется после первого же вторжения.

Было здесь и несколько девушек. Эти обычно бежали от строгих родителей, думая, что куча полуголых и потных мужчин — это романтично. Либо же шли мстить за смерть родных, думая, что своей жизнью отдают им долг. К чёрту никому не сдался такой долг. Умершие больше всего хотели бы жить.

Вдруг в дверь постучали.

– Простите, господин Коул, вот, – распределительница втолкнула в аудиторию молодую девушку в пыльном боевом костюме, немного растрепанную и дезориентированную, – не хотела идти, еле уговорила.

– Вилан. Всё хорошо? – вежливо уточнил ректор у девушки, кивком головы поблагодарив мисс Тревони.

Тристан улыбнулся. Распределительница была здесь, когда учился его отец и когда учился он. Менялись студенты. Менялись ректора. Мисс Тревони оставалась бессменной.

Девушка поморщилась в ответ. «Все хорошо, но могло быть и лучше» говорило ее выражение лица. Стройная, высокая, шоколадные волосы собраны в косу и перекинуты на одно плечо. Вздёрнутый носик, красивый разрез зелёных глаз, брови вразлёт. Милая, хоть сейчас к алтарю тащи, но такая строгая, что сердце ёкает. Кто же знал, что уже через несколько минут из-за этой милашки в аудитории развернется целая драка.

— А теперь я хотел бы представить вам Тристана ван Де Бройка…

В это время взгляд Тристана скользнул по верхним рядам. Там сидела та самая треть, которая боевиками никогда не станет, но престиж был превыше всего. Среди них особенно выделялся парень, от взгляда которого Тристан внутренне напрягся. Белобрысые волосы и чёрные глаза выдавали знатную кровь. Несмотря на то, что на ряд ниже него удобно устроилась блещущая декольте девица, смотрел он на пыльную и закрытую комбезом Тери. И столько злости было в его лице, столько ненависти в буравящем затылок девушки взгляде, что Тристан уже мысленно выплетал защиту.

Тери же сидела на первом ряду в расслабленной позе и ничего этого не замечала. Выудила из волос травинку, почесала ногу, немного расслабила ремни на груди, меланхолично рассматривала стену. На плече нашивка – 2 курс. Хм… Что вторашка делает на первом занятии практической боевой магии, если туда можно только на третьем курсе после сдачи экзамена по теории?

– … одного из лучших студентов золотого выпуска нашего Института Таэриль, — тем временем продолжал ректор, — результаты десятилетней давности которого до сих пор никто не может перебить, опытного боевика и главнокомандующего Северным подразделением, который любезно согласился курировать вашу группу до выпуска. 

На представление ректора девушки ахнули и заулыбались, парни с уважением переглянулись друг с другом, и только Тери снова не обратила на него внимания.

– Студенты, виват!

Тристан вышел вперёд и сел на преподавательский стол. Был уверен, что ректор на это закатил глаза, и усмехнулся. Студенты посмотрели на него с б`ольшим интересом.

– Вполне вероятно, что вы будете одними из бойцов моего или другого подразделения. Главнокомандующие и остальные ребята передавали вам пламенный привет и велели запастись трусами с подтяжками, дабы не потерять их на первом же вторжении, – парни хмыкнули и посмотрели на него с вызовом, девушки раскраснелись.

– Ну и чтобы такого не было, мы решили показать вам реалии границ сразу, без розовых фей, радуг и соплей. Чтобы своё ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ решение… – вгляделся в глаза каждой девушки, – …вы приняли сейчас.

Последней оказалась Тери, всё ещё где-то витающая.

– Студент Тери..!

– Вилан, – сразу же отреагировала девушка.

– Териция ван Дер Вилан, – поправил тот самый парень сверху, который делал в ней дырку взглядом.

Приставка «ван Дер» говорила о том, что по социальной лестнице она была на шаг выше, чем семья Тристана. При этом никаких опознавательных знаков, украшений и драгоценностей, принятых для древнего рода, на ней не было. Только запыленный костюм.

– Студент Вилан, – подчеркнул Тристан, спокойно всматриваясь в чёрные глаза парня, – о чём я сейчас говорил?

– О розовых феях, соплях и разочаровании, – не задумываясь, ответила Тери и посмотрела, наконец, на него.

– Инструкция боевика, отправляющегося на задание, – губы Тристана дрогнули в улыбке. От ее взгляда стало странно приятно и хотелось растянуть это ощущение на подольше. 

– Вам все три листа и то, что прописано мелким шрифтом?

– Да.

– Хорошо, – согласно кивнула девушка и выпрямилась. Ей как будто тоже нравилась эта игра, и она с удовольствием включилась, – если пропустить официальную часть, то пункт первый. Студент, отправляясь на задание, изучи внимательно отправительный запрос. Подпункт первый. Узнай все о местности, куда отправляешься, о погоде, об особенностях природы. Подпункт второй. Представь все возможные варианты того, с кем ты можешь встретиться. Если сомневаешься, спроси помощи и совета у старшего, более опытного товарища. Подпункт третий. Подготовь оружие, задумай и сделай заготовки для магических плетений, заклинаний и ударов…

– Достаточно. Что из этого вы выполняете? 

– Ничего…Кроме пункта о местности. Неприятно оказаться в летнем платье в снежную бурю.

– Чем же вас не устраивают остальные пункты? 

Любовался. Её очень удачно освещал свет из окна, рисуя вокруг головы пушистый ореол и откидывая темные тени от длинных ресниц. Она отвечала со всей серьёзностью, мило поднимала глаза наверх, когда вспоминала, и часто поправляла падающие на личико волосы.

– Строить предположение на основании запроса, написанного напуганными, часто неграмотными людьми, бывает…опасно. 

Тристан с удивлением выплыл из собственного мира розовых единорогов. Потому что ответ был очень разумным. Даже слишком для студентки второго курса. Боги, почему они говорят не о платьях и погоде, а вот об этом всём?

– И в чем же эта опасность? 

– Из практики?

– Давай из практики, – хотя это было смешно. Какая практика у вторашки?

– Меня звали на лиса, который по ночам пил кровь у местных куриц, но его никак не могли поймать, – Тристан улыбнулся. На такую мелочь действительно могли позвать второкурсника или отличившегося перваша, – на деле это оказался новообращённый вурдалак, – улыбка стала каменной: новообращённые вурдалаки дикие, необузданные, яростные. 

– Это было моим первым заданием, – добавила девушка, многозначительно ухмыльнувшись.

На задних партах что-то громко треснуло. Тристан посмотрел вверх и снова наткнулся на перекошенное злостью лицо белобрысого парня.

– Студент…?

– Айрик ван Дер Лот, сэр, – он медленно отвёл взгляд от девушки и Тристана опалило бешенством, которое исходило от него.

Внимательнее присмотрелся к парню. Семья Лот была очень богатой, влиятельной и известной своим импульсивным, жёстким, порой жестоким характером. Они носились с чистотой своей крови так, что им могла бы позавидовать курица.

– Что-то не так, студент Лот? 

– Сэр! – Айрик быстро справился со своими эмоциями, – вы тоже считаете, что женщинам не место среди боевиков?

Тристан так не считал. В его подразделении были женщины, но они были уже свои, проверенные временем и не одним боем, и в их адекватной реакции и силе уже никто не сомневался. 

– И где же им место, студент? 

Парень плотоядно улыбнулся, пожирая глазами Тери.

– Ждать мужа, воспитывать детей и сохранять уют в доме.

И вроде слова красивые, правильные, но сказанные таким тоном, будто речь шла о домашней зверушке, а не о любимой женщине.

Тери раздражённо закатила глаза и медленно повернулась в сторону Айрика, одновременно с этим поднимая руку. Ректор сбоку напрягся и начал выплетать основу для защитного заклинания. Девушка закончила движение и остановилась, показывая парню средний палец. 

В зале стало оглушающе тихо. 

Лот сначала замер и побледнел, сливаясь с волосами и белой рубашкой. Потом лицо его начало медленно набирать краску, он оскалился, весь подсобрался, резко перескочил через стол и с глухим рычанием бросился на девушку, не замечая никаких препятствий. Скорость была неожиданной, но Тери успела перепрыгнуть свой стол и выставить щит.

– Да как ты смеешь! – его яростное шипение было слышно даже сквозь крики и грохот переворачиваемой мебели.

В руках Айрика затрещал голубоватый шар. Тристан сделал шаг вперёд, мгновенно сплёл защиту и накрыл ею Тери. Одновременным движением остановил Айрика и тот обездвиженным бревном с атакующим шаром в руках упал лицом вниз.

– Достаточно, – голос ректора из скучно-слащавого стал стальным, выдававшим всю его силу, – применение атакующих заклинаний вне специально предназначенных для этого зон запрещено в стенах Института. Студент Лот, вы наказаны

Тот лишь злобно сверкал глазами и тяжело дышал. 

– Студент Вилан, вас попрошу обратиться в медицинское крыло. Вы наверняка не сделали этого после задания, как того требует протокол.

Тристан посмотрел на девушку и с удивлением обнаружил, что её закрывали три щита: её собственный, его и … ректора? Тери кивнула и, обойдя по дуге лежащего на полу Айрика, вышла из залы. Заметил, что она побледнела и у неё слегка дрожали руки. 

– Не смей уходить, Тери, – цедил сквозь зубы Айрик. Даже в таком положении он умудрялся казаться опасным. 

– Сэр, – Тристан осмотрел залу, дорожку перевёрнутых столов и студентов, жавшихся к стене, – это же мои подопечные с этой минуты?

Господин Коул кивнул.

– Все на выход, – скомандовал главнокомандующий, первым идя на тренировочное поле. Очень хотелось преподать Лоту урок

Полтора часа тренировки до кровавых соплей принесли Тристану некое подобие удовольствия. Он с удовольствием смотрел на то, как сдувается Лот на шестом круге пробежки; с удовольствием наблюдал, как дрожат его руки на двадцать пятом отжимании; с удовольствием слушал хриплое дыхание, когда его безжизненное тело пыталось подняться на ноги, чтобы дойти до общаги. Тристан был доволен тренировкой. Но не до конца.

Он прекрасно понимал, что это – баловство. Что ставь он эти тренировки хоть по два раза на дню…
Хм.
Задумался и остановился посреди коридора. Девушки, идущие сзади, пискнули и всей кучей в него врезались, хихикая, краснея и стреляя глазками. Тристан улыбнулся, девушки заохали, замахали на себя руками и приготовились падать в обморок. Он поспешно откланялся и широким шагом добрался до медицинского блока. А не потому ли уволили Виркина? Семья Лот вполне могла такое устроить.

В медицинском блоке стало гораздо тише, чем было во времена его студенчества. Пять отдельных палат пустовали — Тристан на ходу заглядывал в открытые двери и видел только аккуратно заправленные кровати, чистые белые тумбочки и отцентрованные относительно кровати коврики для ног. Вилан не было. Поэтому он прошел в приемный кабинет, где обычно сидел лекарь и осматривал жалующихся студентов.

– Здравствуйте, – пришлось чуть пригнуться, чтобы войти в невысокую дверь.

– Здравствуйте! – к нему выплыла стройная женщина в белом халате с невероятно пронзительными синими глазами. Он таких и не видел никогда. Она молча и внимательно осмотрела его с ног до головы так, что стало неловко. Почувствовал себя диковинной зверушкой на столе у ветеринара.
Зато в приемнике не изменилось ничего. Несколько кроватей, отделенных от остальной комнаты ширмой — для страдающих, нуждающихся в постоянном наблюдении, высокая каталка у окна, на которой проводился осмотр, и стол для документов.

– Так-так-так, – женщина приблизилась к нему и обошла по кругу. Она была невысокой, в собранных темных волосах мелькали седые пряди, на переносице собралась задумчивая морщинка. От неё исходила очень мягкая сила, которая мягко могла тебя заставить лечь к ней под нож без обезболивания, и ты ещё был бы рад. Истинный лекарь. Таких в стране – по пальцам пересчитать. Почему она здесь, в Институте, а не при императоре?

Тем временем женщина провела рукой по его спине, пожамкала ягодицы – Тристан от удивления даже отскочил, внимательно рассмотрела ладони и в особенности ногти, повертела его головой из стороны в сторону, держа за лоб.

– А это..? – пальцем огладила тонкий шрам, который проходил через щеку и нос.

– Харрамы, – Тристан хотел увернуться, но женщина держала на удивление крепко.

– Да что ты говоришь… – прошептала заинтересованно и достала из кармана лупу, – как интересно… – надавила на его голову так, что пришлось присесть, дабы ей было удобнее рассматривать шрам.

– Как давно? – теперь в свободной руке целительницы оказалась пробирка с пузырящейся розовой жидкостью и ватная палочка.

– Лет сто, – Тристан с опаской поглядывал на пробирку. Поймал укоризненный взгляд женщины и поспешил исправиться, – лет семь-восемь назад. Большое было вторжение. Одно из первых под моим руководством.

– Ааа… Так вы новый преподаватель? – протянула она разочарованно, отпустила руки и спрятала пробирку в карман. Ее разочарование было настолько искренним, что Тристан и сам слегка расстроился, – у вас что-то болит? – отошла к столу и достала большую записную книжку.

– Нет, – чувствовал себя неловко, – я хотел узнать о состоянии студентки Вилан. Я её новый куратор.

– Вилан… Вилан… Вилан… – женщина вела пальчиком по строчкам в книжке, – а её сегодня у меня не было. Что-то случилось?

– Должна была зайти после задания, – нахмурился. Всё так плохо или, наоборот, всё хорошо?

– Должно быть, чувствует себя нормально, – женщина села за стол, положила подбородок на руку и скучающе на него уставилась, – она приходит только тогда, когда сама справиться не может. Перелом там, или задета артерия. И кровища, кровища, – при этих словах синие глаза засветились восторгом.

– О, – Тристан растерялся ещё больше. Какая странная женщина! – А может вы знаете её комнату? – спросил вкрадчиво.

Знала. Правда, чтобы узнать номер комнаты, Тристану пришлось сдать кровь и пообещать прийти на тесты.

И вот он перед коричневой дверью. Таких в коридоре третьего этажа женского корпуса – двадцать две одинаковые штуки. Усмехнулся, осматриваясь вокруг. В былые времена они с Зейном побывали в половине комнат женского крыла. Интересно, что-то в них изменилось или всё осталось по-прежнему?

– Студент Вилан, – постучал в дверь, – это де Бройк, ваш новый куратор.

Дверь открылась и его быстро втащили внутрь. Он даже удивиться не успел, зато сплести защитное заклинание – вполне.

– Здравствуйте.

Тери многозначительно посмотрела на ровно светящееся плетение в руках, и Тристан быстро его снял. Красные глаза, опухшие нос и губы говорили о том, что она плакала. Тристан был уверен, что женщины созданы для ласки и любви, поэтому при виде вот такой картины у него всегда сжималось сердце.

– Ты в порядке? – спросил осторожно.

– Вы, – Тери упрямо поджала губы и строго на него посмотрела, – прошу вас не забывать, что ван Дер Вилан – древний род.

Тристан физически почувствовал, как в просвет между ними с неба рухнула стена, и его окатило пыльным, холодным воздухом.

– Студент Вилан, вы не были в медицинском крыле, – он не поменял ни позы, ни взгляда, но внутри все окаменело и начало трескаться.

– Я нормально себя чувствую, – Тери тоже держалась, несмотря на заплаканный вид. Вот что значит выправка крови, когда тебе с детства внушают, что ты – особенный. Тристан вспомнил, почему так не любил связываться с девушками “ван Дер”.

– Рекомендую сходить туда немедленно. Иначе… – он поднял руку и нажал на кнопку на часах, – я буду вынужден поставить вам минус балл.

Развернулся и вышел. Уверял себя, что все в порядке. Что чёртова теория о том, что все родовитые – немного повернутые гордецы, только подтвердилась. А с чего он решил, что Тери другая? Почему подумал, что ей нужна помощь? На кой чёрт вообще припёрся к ней в комнату? Готов был сам себе надавать лещей, но статус не позволял. Поэтому дошел до деревьев, которые росли на границе территории Института, открыл портал и оказался у себя дома.

Хоть Тристан и принял решение о том, что личная жизнь всяких “вандеровских” девиц его не интересует, проще не стало. Он просмотрел журналы успеваемости своих подопечных и узнал, что Тери — очень старательный студент. Помимо основных занятий она посещала дополнительные, где так же преуспевала. Пока было непонятно, к чему она готовится, но Тери была готова.

На следующий день в обеденный перерыв он случайно проходил мимо столовой, когда увидел выходящую оттуда Тери. Как всегда хмурую и чуть более уставшую, чем при первой встрече в аудитории. Она ни на кого не обращала внимания, поэтому руки Айрика, которые обхватили её за живот и крепко прижали к себе, стали для неё полной неожиданностью. Для Тристана, кстати, тоже.

Он что-то прошептал ей на ухо, касаясь нежной кожи губами. Тери возмутилась, и это возмущение, усиленное в сто раз, взорвалось в Тристане. Ещё одна фраза – и девушка резко побледнела. Эту эмоцию он тоже прочувствовал так, будто сам рухнул в пропасть.

Тери что-то ему ответила, Айрик гадко улыбнулся и поцеловал в шею. Тери скривилась, дёрнулась, больно врезала своим локтем в его живот, вывернулась и убежала прочь.

– Студент Лот! – как-то само собой вырвалось, когда Тристан понял, что парень собирается бежать за ней, – вы отработали защитное плетение перед сегодняшней тренировкой?

Айрик остановился перед ним и сразу стал паинькой-заинькой. Таким правильным, что аж тошно.

– Безусловно, сэр, – вежливо кивнул и улыбнулся, – тренировался день и ночь.

– Так быстро пришли в себя? – в деланном изумлении приподнял бровь. Смотреть на Лота сверху вниз было приятно.

Лицо Айрика скривила неконтролируемая судорога, но он быстро пришёл в себя.

– Я в порядке, сэр.

– Вот и отлично, – растянул губы в угрожающей улыбке, – встретимся вечером на поле.

Нецензурную эмоцию, которую Айрик сдержал, выдал только расширившийся зрачок. Он вежливо поклонился на прощание и быстрым шагом пошёл прочь.

***

Вечером того же дня Тристан стоял на краю учебного поля со сложенными на груди руками и наблюдал, как стекаются к нему студенты. Это поле было предназначено для относительно безопасных боевых тренировок. Сзади стеной стояли деревья, впереди высился центральный учебный корпус Института, от шпиля которого расходился общий защитный купол. Большинство студентов шли с некоторой опаской, вспоминая прошлую тренировку. Или у них болели ноги. Тристан даже не пытался понять, почему они так странно подгибают колени и кривят лица. Спокойно шла только Тери, смотрела на травинки и не обращала ни на кого внимания. В особенности на Айрика, который следил за ней, как сокол за мышью.

– Виват, студенты.

Широким движением руки, который девушки сопроводили восторженным “Ах!”, он накрыл их просторным куполом.

– Практическое занятие.

Открыл портал и крикнул в него:

– Джей!

Из светящейся бело-голубой воронки вышел улыбающийся мужчина в одних широких штанах. Там, откуда он вышел, было, скорее всего, жарко: вниз по широким мышцам груди, вниз по прокаченным кубикам, вниз под ремень стекали капельки пота.

– Командир, – довольный Джей пожал руку Тристану, беспрестанно оглядываясь на глазеющую на него толпу.

– Джей! – Тристан напомнил о своём существовании.

Мужчина спохватился, но улыбаться не перестал. Протянул руки в портал и вытащил оттуда несогласного…

– Харрамы!!! – завизжали девушки и бросились врассыпную, совершенно забыв о куполе.

Как подпнутые мячики студенты добегали до края поля, врезались в защитную стену, охали, зажимая носы или лоб, и падали на землю. У кого-то паника была настолько сильной, что они, подобно мухам, залетевшим в окно, бились о купол, как придурошные.

– Он не опасен, – выкрикнул Тристан, перекрывая истерику. С боевым плетением в руках осталась Тери, Айрик укрылся дополнительной защитой и медленно подкрадывался к девушке, ещё пару парней скучковались вместе и не двигались. Тристан осмотрел поле ещё раз и продолжил:

– Пока я его держу.

И отпустил харрама.

Небольшое, со здоровую кошку величиной существо, отдаленно напоминающего лысого человечка с перепончатыми крыльями между руками и телом, с короткими, вывернутыми назад ногами и уродливым лицом с пронзительным визгом взмыло вверх.

Что тут началось…

Харрамов справедливо боялись. У них был длинный, трубкообразный язык с острыми зубками на конце, через который они высасывали кровь своих жертв. И если один харрам не представлял особой опасности, то сотни их при вторжении не оставляли шансов для неподготовленных.

Но и один харрам смог навести шухера. Студенты под куполом метались из стороны в сторону, кричали, визжали, суматошно швырялись огнём и атакующими шарами, долбились в стены и прятались за спины друг друга.

Айрик добрался до Тери и благородно затащил её за спину, несмотря на активное сопротивление девушки. Тристану пришлось признать, что в этот раз он поступил правильно.

– Ко мне! – выкрикнул через десять минут всеобщего хаоса и поднял с земли сырой кусок мяса. Харрам тут же метнулся к нему, припал к куску всеми руками-ногами, словно обнимал, и жадно впился в сочную плоть языком. Тристан ещё раз открыл портал и вручил эту чавкающую конструкцию вышедшему Джею.

– О, – понятливо хмыкнул мужчина, разглядывая зарёванных и зашуганных студентов.

– Иди уже. Не смущай мне детей, – Тристан плечом подтолкнул его к выходу и закрыл портал.

– Вы только что видели самое безобидное существо, которое можно встретить в наших краях, – говорил и наблюдал за тем, как ковыляли ближе к нему студенты, – малыш харрама не может причинить вред человеку.

– Малыш? – офигевшим и слегка охрипшим голосом переспросил один из парней, – да эта чёртово отродье мне чуть куртку не порвало!

– Минус балл, студент Райк. Обзывать существ божьих – это… – Тристан неодобрительно поцокал.

Парень покраснел, сдерживая рвущиеся ругательства.

– К харрамам, как и к любому врагу, нужно относиться уважительно. Кто мне скажет, чем отличается взрослый харрама от его детёныша?

– У детёнышей мягкие зубки, не способные прокусить даже человеческую кожу, – ответила Тери. Голос слегка дрожал, передавая перенесенный испуг, но в остальном она была молодцом. Даже Айрик уже не мог её сдержать и просто стоял рядом.

– Верно, – кивнул Тристан, окидывая этих двоих как можно более равнодушным взглядом, – а как отличить взрослого харрама от детёныша?

– Никак… – ответ Тери поглотила тишина.

– Верно, – снова кивнул Тристан, отрывая от нее взгляд.

– Говорят, это вы придумали мясную ловушку, – подал голос один из “задохликов”.

Тристан хмыкнул и перекатился с пяток на носки.

– Что вы знаете о мясной ловушке?

– О! – задохлик оживился, – в эпицентр вторжения вы привозите целую телегу свежего мяса, куда слетаются все детеныши харрамов. В какой-то момент их становится так много, что они начинают затаптывать друг друга. А те, кто остаётся живым, от такого количества пищи засыпают.

– Верно, – кивнул Тристан, – а что вы будете делать, если у вас не будет заготовленного мяса?

– Эээ…

Тристан в предвкушении всех оглядел.

– Вам придётся сходу освежевать корову, лошадь или барана.

Девушки при этих словах заметно побледнели.

– Но этому вы будете обучаться уже в подразделении. Всех с радостью жду на следующем занятии, – улыбнулся, снял купол и благодушно со всеми распрощался.

На следующий день в Институт он пришел в приподнятом настроении. Насвистывая простую мелодию, вошел в общую преподавательскую и поздоровался с двумя тихими женщинами, которые здесь сидели. На своем столе увидел, как и ожидал, новые списки боевиков. А что, если сделать так, чтобы от его уроков отказались все? Пусть Зейн ищет другую подкладную свинку, а у него от этих институтских интриг уже мозги зудели. Взял в руки листочки. Их два: список отказавшихся и окончательный список. Несколько девушек успешно одумались, несколько парней пересмотрели свою жизнь. С каким-то странным облегчением среди отказников не увидел фамилии Вилан. И разочаровался, что не было там и фамилии Лот.

Но еще сильнее Тристан удивился, когда понял, что студентов стало не меньше. Больше! Предварительно плюс двадцать новых учеников.

– Господин Коул!

Не обращая внимание на окрик секретаря «Подождите! Так нельзя!», он шумно вошёл в кабинет ректора и кинул ему на стол листочки с именами.

– Откуда эти люди?

 – М, – ректор пробежал по ним глазами, – вы пользуетесь популярностью, господин ван Де Бройк. Может зачислить вас в постоянный штат преподавателей?

У Тристана отпала челюсть. А ректор не выдержал и хохотнул.

 – То, что вы устроили вчера, очень впечатлило многих студентов. Могу вас только поздравить, – господин Коул смотрел на него смеющимся взглядом, – такой успех был только у профессора Алаины, когда она вела дополнительный курс по любовным зельям.

Тристан напрягся.

– Но потом его отменили.

Так и не добившись справедливости, он вышел из кабинета и через поле пошёл к деревьям, чтобы порталом переместиться домой. Краем глаза заметил открывшееся на поле окно, но решил не заострять на этом внимание: раз не сработала сигналка, значит портал разрешённый. Скорее всего студент, вернувшийся с задания. Но тело всё решило за него и само развернулось в сторону Тери, которая вывалилась из этого окна.

– Да, да, спасибо, – махала она на прощание рукой и слабо улыбалась. С той стороны доносились бабские завывания благодарности и звонкие детские голоса.

– Если что зовите, да, – кивнула и закрыла портал. Стряхнула сухие травинки и пыль с костюма. Вздохнула и на мгновение закрыла лицо руками. У Тристана сердце ухнуло куда-то вниз: как же она устала…

– Териция! – они оба вздрогнули от окрика Айрика, – вот ты где.

Парень приближался широким шагом и улыбался так слащаво-радостно, что хотелось выбить ему все тридцать два.

– Ты опять была на задании? – Тери выпрямилась перед ним и сжала кулаки, – ну зачем так, крошка, – завел выбившуюся прядь за ухо, – моя жена не будет ни в чём нуждаться.

То, что Айрик не так просто бегает за Тери, а Тери не так просто от него убегает, Тристану было понятно. Но он никогда не докручивал эту мысль до конца. А теперь стоял в тени деревьев, смотрел на этих двоих и не дышал. Жена?!

– Ещё ничего не решено окончательно, – отчеканила Тери и сделала шаг в сторону, чтобы обойти Айрика. Но тот резко перехватил её за руку, притянул к себе спиной и обнял.

– Ты никогда не сможешь выкупить себя, глупая, – усмехнулся, утопая взглядом в наглухо закрытом декольте, – все остальное дело времени. Выходи за меня добровольно.

– Ненавижу! – со всей злостью выкрикнула Тери и дернулась вперёд. Айрик сдержал этот порыв одной рукой, по которой побежали яркие белые всполохи, а другой полез в карман. Лицо Тери исказила гримаса беспредельного ужаса: она рвалась вперёд, пиналась ногами, била головой, но не сдвинулась ни на миллиметр.

– Я, Айрик ван Дер Лот, властью, данной мне моим отцом Астаном ван Дер Лотом… – нараспев начал выкрикивать Айрик. Вокруг поднялся ветер, зашелестела листва, поднялась поземкой пыль.

Тери побледнела и забилась сильнее. В руках загорелся неровный атакующий шар, она ткнула им в его бок, Айрик вскрикнул, прервал свой речитатив, но смог удержать вырвавшуюся девушку за запястье.

 – Отпусти! – сквозь слезы кричала Тери.

Приступ паники оказался настолько сильным, что вместо куполов, атакующих шаров и чего там она еще умела, Тери просто упиралась ногами в землю и тянулась назад в надежде, что у неё хватит сил и Айрик её отпустит.

Но Айрик не слушал. С маниакальным блеском в глазах он смотрел на сжатый кулачок Тери и разжимал каждый пальчик по отдельности.

За эту минуту в груди Тристана вспыхнул и разросся вал настолько противоречивых эмоций, что его практически разрывало на куски. Не выдержал и вышел вперёд. Злой, непоколебимый, сильный.

– Студент Лот! – От звука его голоса ветер мгновенно стих. Тишина в ушах зазвенела. Время замедлилось.

Негромкий хруст.

Вскрик Тери.

Девушка падает на землю. Стонет. Прижимает руку к себе.

Айрик отступает назад. Смотрит на Тери. Бледнеет. Делает шаг к ней.

– Стоять! – Время ускорилось. Тристан опередил Айрика и приблизился первым. Присел рядом. Злость смешалась с бешенством и всепоглощающим сожалением.

– Тери… – прошептал сорвавшимся голосом.

Бледная, испуганная Тери прижимала к себе руку и жмурила от боли глаза. Холодная испарина на лбу, мелкое, поверхностное дыхание.

– Териция… – рядом раздался шёпот Айрика.

– Студент Лот, – Тристан одним движением поднял девушку на руки, – вы наказаны со строгим выговором и занесением в личное дело. Свободны.

И, не оборачиваясь, направился в медицинское крыло.

– Отпустите, я в порядке, – услышал голос где-то в районе груди. Он шёл по коридору и все никак не мог унять свою злость. Только дыхание Тери, которое он чувствовал грудью, было той сдерживающей силой, которая не позволяла ему развернуться в полную силу.

– Это в качестве вашей же безопасности. В прошлый раз до медблока вы так и не дошли.

На них смотрели. Оборачивались. Тут же шептались. Тристан плевать на них хотел.

– Прошу прощения, – ногой открыл дверь приемника, чуть пригнулся, на короткое мгновение крепче прижав к себе хрупкое тело, и выпрямился, – у нас раненый.

– Да что вы говорите! – К ним радостно выплыла синеглазая лекарь, – О! Териция! Как необычно… – остановилась и протянула она. Чуть наклонила голову набок и с удовольствием уставилась на них.

– Ничего страшного, миссис Коул, – сдавленно проговорила Тери и попыталась выбраться, – вывих или перелом.

Тристан взорвался. Ничего страшного?! Вывих или перелом?!

– Так, – её дыхание и тепло продолжали довольно успешно сдерживать рвущуюся наружу силу, – передаю её вам, миссис … Коул.

Неожиданно понял, что миссис Коул… это жена ректора? Он много о ней слышал, но увидел в первый раз.

Посадил Тери на кушетку и отошёл назад, давая лекарю пространство для действий. Женщина подошла к ней и посмотрела в глаза.

– Не люблю, когда вы так делаете, – пробормотала Тери, но, ведомая целительской силой, послушно отдала прижатую руку.

Тристан похолодел. Безымянный палец был неестественно выгнут в сторону. Он видел тысячи повреждений пострашнее и сотни смертей, но именно этот сломанный палец заставил его вздрогнуть.

– Неплохо, неплохо, – восхищенно пропела миссис Коул, – где это ты так?

– Айрик, – словно через силу ответила Тери. Ещё одна особенность истинных лекарей – им невозможно соврать, – хотел надеть кольцо.

Всё схлопнулось. Холод скрутился в животе склизкой змеёй. Потому что Айрик хотел не просто надеть кольцо, а запечатать его на ней родовой магией.

– Вот же сволочь, – таким же певучим голосом среагировала миссис Коул и нахмурилась, – без согласия?

Тери скривила лицо.

– Тери…ция! – в кабинет вошёл ректор и внимательно оглядел всю их троицу, – Тристан, благодарю за помощь. Дальше мы сами.

Он шёл по тем же коридорам обратно к порталу, до которого так и не добрался. Рядом не было дыхания Тери, и он позволял своей силе бурлить и переливаться через краешек. По телу вниз сбегали яркие красные всполохи. Часть падала к ногам и отскакивала в стороны, оставляя на обуви недостаточно далеко отскочивших студентов прожженные следы. Часть вилась за ним, подобно плащу, и не позволяла подойти слишком близко. Глаза светились пылающим огнём, который пугал и притягивал одновременно. Тристан ван Де Бройк, главнокомандующий Северным подразделением империи Альтэа, лучший студент золотого выпуска Института Таэриль был очень зол.

“Какого черта связывает Лот и Вилан? Жду в обычном месте через час”.

– О-оу, – Зейн стоял напротив и удивлённо разглядывал продолжающего вспыхивать огнём Тристана.

– Зейн! Ради всех Богов, хватит так на меня таращиться.

– Я любуюсь, дружище, – серьёзно ответил Зейн, – не каждый день тебя увидишь таким… эффектным.

– Ты меня сглазишь. И мне придётся выжечь тебе глаза, – констатировал Тристан.

– Я буду орать от боли, мне понадобится лекарь и так ты точно ничего не узнаешь.

– Какой нежный, посмотрите-ка, а, – отпил из бокала добрую половину и бахнул им обратно об стол, – рассказывай.

Они были в той же комнате над трактиром. Две кровати, один стол, пыльное окно с видом на город. Скрипучие полы и тонкие деревяные стены, через которые было слышно абсолютно все. Внизу – шум и пьяное веселье, наверху – напряжение, будто они решали вопросы мирового значения.

– На самом деле ничего необычного, – Зейн упал на кровать и с удовольствием вытянул ноги, – договорной брак между Лотами и Вилан.

Но здесь они могли встречаться и говорить обо всем. Щепотка купола, чтобы никто не подслушивал, дешевый костюм, чтобы в этом длинноволосом мужчине никто не узнал наследного принца, и пара монет, чтобы к ним не приставали, решали почти все.

– Договорной брак? – уже было успокоившийся Тристан вспыхнул заново, но вовремя вспомнил, что комната – деревянная. Пришлось выдохнуть и только потом продолжить, – на каком договоре?

– Ну, знаешь ли, – Зейн заложил руки за голову и разглядывал потолок, – договорные браки они ведь какие – пользу приносят всем, кроме жениха с невестой. Из личного опыта говорю.

– Ты не женат.

– Это ненадолго, – Зейн закрыл глаза, вздохнул и улыбнулся, – но знаешь, этот случай, кажется, исключение. Лоту-младшему крайне повезло.

– В смысле? – нахмурился Тристан и не сразу заметил, как с руки потёк огненный ручеёк.

– Как это в смысле, дружище? – Зейн подскочил с кровати, – сколько ты не появлялся при дворе? Два года? Три? Ты вообще видел остальных девиц? Кросса – толстушка, Гал до сих с прыщами, а у Руга такой скверный характер, что любой приём с ней – запланированная катастрофа, – перечислял и заливал водой из графина тлеющий пол, – Вилан же у нас исключительное сочетание красоты и скромности. Об этом все говорят.

– Зейн! – Тристан психанул и врезал кулаком по стенке. Перегородка под ударом проломилась, из соседней комнаты раздались крики и визг разбегающихся полуголых девиц, и невнятные ругательства запутавшегося в простынях мужичка.

– Прошу прощения, святой отец, мы все оплатим, – заглянул Зейн в дырку и неспешно заткнул её подушкой.

– Чего ты так нервничаешь, Трис? Неужели Вилан и тебя очаровала?

– Мне пр-росто не нравится вся та ситуация, которая вокруг неё собирается, – прорычал Тристан на одном дыхании.

– Ну, если просто так… – Зейн пожал плечами и пригубил бокал.

– Хорошо, – Тристан выдохнул и одним движением смахнул с себя весь огонь, – что ты хочешь услышать? Что я влюблён? Да мне крышу сносит, когда я вижу лапы этого Лота на ней!

– Ты влип, – улыбнулся Зейн.

– А что-то более полезное ты можешь рассказать?

– Влип не потому, что влюбился, – Зейн продолжал улыбаться, но теперь улыбка стала какой-то… сожалеющей? – а потому что тебе её никто не отдаст.

– Давай, рассказывай уже, – выдавил из себя Тристан, глядя в запыленное окно.

– У отца семейства Вилан большой долг, который согласился оплатить Лот. А ещё у Виланов – рудовые шахты, которые при должном вкладе будут приносить бешенные доходы. А ещё во всем этом как-то замешан мой отец. Он подумал, что я интересуюсь дочкой Вилан для себя, и запретил мне даже думать об этом.

– Ясно.

Медленно спускались сумерки. Вдоль улицы зажигались многочисленные огни, матери гнали своих детей по домам, дневные товарники закрывались, а ночные распаковывали столы. Появлялись женщины в красивых платьях, неспешно прогуливающиеся под руку с подругами или мужьями. Музыканты устанавливали свои инструменты, тонкие девушки в коротких юбках готовились к представлению. Город готовился жить, а у Тери сломанный палец. Его ей, конечно же, поправили, но Тристана в очередной раз перекрутило от её гордых, но полных боли глаз.

– Что будешь делать? – Зейн встал рядом.

– Она отказывается от любой помощи.

– Ван Дер, – понимающе кивнул Зейн, – сложная ситуация.

– Решим, – Тристан дыхнул на окошко и нарисовал сердечко.

На следующее утро он уверенно шёл по коридорам среди шепчущихся студентов и искал знакомую шоколадную макушку. Но ни шоколадной, ни белобрысой не нашёл. Это напрягало. Решил дождаться тренировки боевиков: если придет – задержит после занятия и поговорит; если нет – как препод имеет полное право узнать, где шляется его студент.

В былые годы этот контроль раздражал, а сейчас вдруг обратился в плюс.

На тренировке на него смотрели как усталые и чуть напуганные глаза старых студентов, так и нетерпеливые глаза новых. Он как-то совсем забыл о дополненном списке. Но ни Лот, ни Вилан не было.

– Встаём в пары и отрабатываем защиту, – велел всем и вгляделся в стены Института. Даже нашел окно Тери. Может долго причёсывает волосы и опаздывает? Или миссис Коул дала выходной? Но ему никто об этом не сообщил. Тревога непрошенной гостьей заселилась в душе, подкидывая все новые и новые причины отсутствия Тери. 

Резко развернулся и пустил несколько атакующих шаров в рандомные парочки. Девушки взвизгнули, парни чертыхнулись, а кто-то так напугался, что выпустил струю неконтролируемого огня.

Тристан быстро её блокнул и оглядел студентов.

– Рад вам сообщить: только что вы подверглись атаке Отвлеченных племён и дали им возможность думать, что наши бойцы слабы и невнимательны. Благодаря вашему продуманному и неординарному плану, основному составу отряда удалось отбиться практически без потерь. Ваши семьи получат ваши награды за “честь и отвагу”.

Студенты непонимающе смотрели на него и хлопали глазами. Те, кто начинал понимать – краснели и отводили взгляд.

– Если вы думаете, что боевик – это махина мышц и необычных плетений, то вы ошибаетесь. Живой боевик – это отработанная до автоматизма защита, – он подождал, пока информация дойдёт до каждого, – работаем.

Заглянул к миссис Коул. Женщина самозабвенно порхала над блюющим студентом. Сказала только, что вчера отпускала Вилан в полном здравии.

Постучал в дверь комнаты – закрыто.

Задумался и остановился на крыльце. Куда дальше? Искать Лота? Идти к ректору?

И тут его осенило.

– Мисс Тревони, – подпёр плечом косяк дверного проёма, в котором стоял стол распределительницы, и улыбнулся, – как ваше здоровье?

– Ооо, непоседа Бройк, – женщина сняла очки и внимательно вгляделась в его лицо, – как ты возмужал. Неужели стал более серьёзным?

– Работа обязывает, – кивнул Тристан. От мисс Тревони веяло теплом и домашним уютом.

– Да-а, непросто, – согласилась женщина и надела очки обратно, – но другого я от тебя и не ожидала.

Стало приятно.

– Скажите пожалуйста, тут студент Вилан мимо не пробегала?

– Териция? А, да, конечно. Ещё вчера вечером ушла.

Тепло и уют мисс Тревони уже было разморозили его тревогу, но последние слова осели в груди тяжёлым камнем.

– Вчера вечером?

– Да, попросилась куда-нибудь подальше. За это тоже доплачивают все-таки… сейчас… – она принялась рыться в многочисленных бумажках. Тристан молился, чтобы нужная бумажка была здесь, а не в одной из папок в огромном кабинете за спиной.

– Нашла!

“Прошу нам помощь. У курей нет крови, у тёлок нет крови, у баран нет крови. Злые духи. Помощь”.

Тристан проверил координаты. В этой местности не было активного вторжения, значит можно было подумать либо на выжл, либо на чуприков. В целом самое то для подработки студенту второго курса. Но почему так беспокойно?

Часы на запястье завибрировали и загорелись красным. Срочное сообщение от ректора.

“Всем преподавателям с боевыми навыками немедленно явиться в кабинет.  Разрешены внутренние порталы.”

Сердце подскочило к горлу, и он посмотрел на мисс Тревони. Началось.

 Тристан вышел из портала одним из первых. С ним одновременно через дверь вбежал крепкий лысый мужчина – преподаватель по физической подготовке.

Бледный и взъерошенный ректор расчерчивал кабинет короткими ходками из стороны в сторону.

– Тери? – одними губами спросил Тристан. В это время кабинет заполнялся всё новыми преподавателями.  Мистер Коул подождал минутку и включил раздирающую душу запись.

«Господин Коул! – девушку было плохо слышно из-за сильных помех и шума вокруг, – тут полноценное вторжение…харрамы…мне нужна помощь…господин Коул, вы меня слышите?...Чёрт! – голос заглушил скрежет и треск, чей-то громкий крик, лязг металла, – помощь! Отследите координаты!»

Тери некоторое время не отключала связь, давая возможность её найти. По ту сторону кричали женщины, плакали дети и ревели монстры.

– Вперёд! Вперёд! – кричала она. Потом всех оглушило взрывом и последовавшей за ним тишиной.

– Где? – глухо спросил Тристан.

Ректор перекинул данные всем.

– Это южные границы. Не твоя компетенция, Бройк. Нам нужны имперские войска и Дерек ван Дер Крайн. Все уже проинформированы.

– Плевать. Зовите кого хотите.

Пустота в голове и отчаянно бьющееся сердце. Пальцы ловко нажимали кнопки на часах, собирая личную команду. Верных друзей и лучших воинов.

Он дошёл до конца поля, а там его уже ждали. Стройный красавчик Алаин, медведеподобный Бром и парень с ярко-зелёными глазами и невероятно сильным целительским даром — Ротан. Алаин перекинул Тристану два меча.

– Будет весело?

– Там одна девушка на все вторжение. Пока этот пьяница Крайн что-то сообразит и соберётся… – ответил, прилаживая мечи.

– Деевушка, – протянул Ротан. Бром лишь хмыкнул.

– Да. Малявка. Второй курс.

– Ну-ну. Поэтому и сам идёшь, и нас позвал. Ради малявки.

– Ты же только что с границ, не наразвлекался что ли? – с ухмылкой спросил Алаин.

– Хватит. Вперёд.

Набрал на часах последние координаты Тери, которые остались в памяти устройства после проверки у мисс Тревони, открыл портал и первым в него вступил.

Тут же пришлось уклониться.

Портал вывел их на поле рядом с деревней. Полчища харрамов, подобно стае очень крупных мух, бесконтрольно, с тонким писком и режущим нервы карканьем, летали в разные стороны. Их было так много, что они даже сталкивались друг с другом, при этом недовольно взвизгивали и начинали драться прямо в воздухе.

Люди уже не кричали так суматошно и громко, как при звонке Тери. Их голоса вообще было сложно различить в творившейся какофонии звуков. На земле лежало несколько иссушенных тел, судя по одежде – мужчин.

Харрамы мгновенно почуяли свежую кровь и всей пищаще-визжащей толпой рванули на Тристана. Зрелище, до икоты пугающее новичков, и до улыбки радующее бывалых: при такой плотности за один удар можно было расправиться с большим количеством монстров.

Ротан мощной волной целительского света откинул эту волну, освобождая небольшое пространство рядом с порталом. Тристан создал защитный купол, который полностью повторял контуры тела, достал мечи и влил в них огненной энергии. Мечи тут же заполыхали, стали шире и длиннее раза в три.

По бокам от него встали светящийся белым Ротан и Алаин с мечами из голубого льда.

– Божечки-кошечки, – пробасил из-под густой бороды Бром, который выходил из портала последним, – налетела детвора. Совсем оголодали, видать.

– А тебе лишь бы поесть, ненасытный дорга из пещер Сарачилии. Как только Матилия тебя терпит? – ответил Алаин, с лёгкой улыбкой наблюдая, как харрамы быстро собирались на вторую волну.

– Не завидуй, – сплюнул Бром и звякнул цепями кистени*, – глиста тощая.

Алаин грациозно развернулся к нему вполоборота и изящно изогнул бровь в жесте непередаваемого удивления.

– Ты серьёзно сейчас?

– Хватит, – ухмыльнулся Тристан: визжаще-пищащее облако харрамов определилось с направлением и летело на них, – давайте поговорим о красоте чуть позже.

Провернул в руках мечи и бросился вперёд. Бежал к домам, надеясь, что Тери – умная девушка и не стала уводить людей в лес. Краем глаза замечал белые вспышки Ротана, голубые росчерки меча Алаина, слышал тяжелое буханье и свист кистени Брома. Тристан чувствовал, как его сущность заполнялась бурлящим ликованьем от свободного движения, от знакомой обстановки, от выброса сил, от того, что рядом верные друзья, а где-то впереди потерявшаяся девушка. Шёл, размахивал мечами, отклонялся, уворачивался, кружился, делал выпады и улыбался.

На улицах деревни стало чуточку тяжелее. Здесь даже воздух казался гуще. Молодняк разбивал окна домов, влетал внутрь и всё там переворачивал. Старшие и более опытные харрамы залетали сразу в будки, курятники, хлева и нападали на сходящих с ума от страха животных. Они блеяли, кудахтали, ржали, мычали, бились о стены сараев, а потом замолкали. Кому-то удавалось выбежать на улицу, но так они делали себе только хуже…

Тристан издалека заметил, как в воздухе харрамы плотной кучей облепили невидимую полукруглую преграду. Кто-то ползал по ней, кто-то упорно долбился, то отлетая подальше, то камнем падая вниз. Один из харрамов взлетел и, пронзительно каркая, бросился на невидимую стену и… не показался обратно после неудачной попытки. Сердце бухнулось куда-то в пятки, стоило только Тристану подумать, что этот летающий гадёныш приблизился к Тери.

– Эй, командир! Разглядывать красоту потом будешь! – вернул ему шутку подбежавший Алаин, – пошли! Сил мало осталось у твоей девочки.

И они побежали вперёд.

Тери устала.

На ней не было институтской куртки, а белая футболка измазалась в крови. Одной рукой она старалась удерживать купол, но он уже сдавал: то тут, то там под тяжестью тел харрамов образовывались проплешины, через которые они влетали внутрь. Во второй руке сжимала меч, который был слишком большим для неё. Возможно, дал кто-то из местных, потому что задания вторашей не предполагали использования холодного оружия. Движения Тери были слишком медленными и размашистыми, и харрамы короткими подлётами исцарапывали грудь, спину, руки. У входа в дом, в который забились оставшиеся в живых жители деревни, стояли две крупные женщины с вилами наперевес и защищали последнее, что у них осталось.

– Она? – на бегу спросил Алаин.

– Да, – кивнул Тристан, испытывая огромное облегчение.

Расширил вокруг себя купол до примерных размеров того щита, который создала Тери. Мимолетно удивился, что для вторашки умелка более чем сносная. И крикнул:

– Тери! Снимай!

Она тут же обернулась к ним. Словно ждала кого-то на помощь и вот, наконец, дождалась. Лицо бледное, сосредоточенное, глаза напуганные и обречённые. За секунду оценила план Тристана и… Ему оставался шаг до купола, когда она сняла свой и рухнула на колени. Ещё пять шагов, чтобы до нее добежать. Из дома уже раздавался заунывный плач женщин, почувствовавших спасение: сейчас они могли начать оплакивать своих погибших мужчин. А он подхватил Тери на руки.

Его купол был мощнее и прочнее. Он даже не обращал внимания на попытки харрамов пробиться к ним. Так. Мелкие мошки за толстым стеклом. Зато всхлипывающая Тери, цепляющаяся дрожащими пальчиками за его футболку и края куртки полностью его поглотила.

– Всё хорошо… Ты большая молодец… – шептал и сам не заметил, как начал целовать. Волосы, щёки, слезинки, носик, пальцы. Это было так естественно, так знакомо… Именно эти волосы, именно это лицо. Именно это тело, по которому он дико соскучился, хотя даже не знал его. Именно этот запах, который всегда кружил ему голову, хотя он слышал его впервые.

– Ты справилась… – сжимал её крепко и не хотел отпускать, – пойдём за мной.

В небе вспыхнуло что-то яркое, но он даже не обратил внимания: мало ли чем Ротан или Алаин балуются. Тери вздрогнула и напряглась. Распахнула мокрые ресницы и посмотрела на него своими серьёзными глазами. Но Тристан только умилился на это: Тери такая Тери.

– Ты же наверняка хочешь выбраться отсюда? – подцепил и убрал с лица слегка вьющуюся прядь волос.

Она несмело кивнула.

– Да.

Новая вспышка в небе. Черт, как же они достали со своими разборками.

Тери повела плечами, сбрасывая его руки. А у Тристана голова плыла так, что любое её движение, даже вот такое, вызвало у него очередную порцию умиления. Какой у неё миленький курносый носик. А вот этот изгиб губ… Боги! Совершенство. Да тут и родинка около глаза… Как бы удержать себя в руках.

– АСТЕР! – вдруг что есть мочи крикнула она.

*кистень – представляет собой ударный груз (костяную, металлическую или каменную гирю — било), соединённый гибким подвесом (цепью, ремнём или крепкой верёвкой) с рукоятью (преимущественно деревянной) — кистенищем.