Туманные тропы

Глава 1

Чувствовала я себя откровенно неважно, поэтому глаза открывать не хотела. Была слабая надежда снова уснуть, чтобы измотанный организм отдохнул подольше. Но странная качка и поскрипывание разбудили мое любопытство. Открыла глаза и непонимающе уставилась в тряпичный потолок, опирающийся на железные дуги. Качка усилилась, а потом я вообще подпрыгнула на жестком и неуютном ложе. Старые кости заныли ещё сильнее от этой встряски, я даже не смогла сдержать стон боли.

В этот момент за моей головой раздался мужской недовольный голос, и я задрала голову, чтобы увидеть говорившего. Но взгляд натолкнулся на ту же серую тряпку, из которой был сделан потолок. В следующую секунду неясный шорох в ногах привлек внимание. Поняла, что там серая ткань отодвинута в сторону, но с моего положения было видно только кусочек хмурого неба. Извернулась и увидела незнакомого дедка вполне благообразной наружности. Аккуратная бородка придавала ему какой-то шарм. А добрые светлые глаза излучали заботу и  обеспокоенность.

- Мира, вы, наконец, очнулись, - пробормотал он.

Мира? Вроде всегда Любой была. Нахмурилась, наблюдая, как мужчина залезает ко мне в... Куда? Я снова огляделась: похоже на повозку устаревшей конструкции. Я лежу у одного борта, а с другой стороны стоят какие-то сундуки и короба из дерева. Вот в один из них и полез дедок. Достал необычный флакон и накапал из него несколько капель во фляжку, которую после протянул мне. Я же продолжила непонимающе смотреть на пожилого мужчину, отмечая и старинную одежду, и крепкое тело, и непривычно длинные седые волосы, перехваченные кожаным ремешком сзади.

Где я и что происходит?

Для сна все слишком реалистично. Даже щипать себя не стала: боль и без того была во всем теле.  

Мозг же пока выдает единственный вариант: похищение какими-то сектантами с неясной целью. Напоят, чтобы квартиру отписала? Так я давно на внучку дарственную оформила. Да и не тянет этот мужчина на злодея. Конечно, это может быть искусная маска, но к восьмидесяти годам я все-таки научилась немного разбираться в людях.

- Ну же, мира, не упрямьтесь, - с легким укором произнес мужчина преклонных годов. Стариком назвать этого  господина язык не поворачивается. С тяжелым вздохом он присел рядом со мной на корточки. – Вы бы хоть о Михее подумали. Совсем один останется малец!

Я снова растерянно моргнула. Кто такой Михей? Мужчина тем временем приподнял мою голову и ткнул в губы горлышко фляги. Я отвернула голову в сторону и хрипло спросила.

- Что это?

- Лекарство, которое придаст вам сил, чтобы окончательно победить болезнь. Лихорадка сильно измотала ваш организм.  Я уж подумал, что вы так и не очнетесь.

Я нахмурилась, припоминая недавние события. Очередной штамм вируса уже никого не испугал. Поэтому я не стала доставать одноразовую маску, мне  и надо было-то всего хлебушка купить да молочка. А к вечеру почувствовала недомогание. Выпила противовирусное средство и легла спать пораньше.  Однако утром я чувствовала себя ещё хуже. Поднялась температуры, и без того больные суставы начало ломить ещё сильнее, а к вечеру начался кашель. Я ещё подумала, что если к утру не почувствую себя лучше, вызову скорую помощь. Заснуть не могла несколько часов, а потом словно провалилась в какой-то туман. И долго бродила в нем по еле заметным тропкам, очень долго,  не в силах найти выхода из вязкого облака.

- Ну же, дочка, глотни отвара, сразу станет легче, - мужской голос резко вернул меня в реальность. Дочка? Я с изумлением посмотрела в светлые глаза.

- Помогите мне сесть, - попросила я хриплым шепотом. Горло уже саднило от сухости, так что на свой страх и риск я решила хотя бы смочить его «лекарством».  

- Рано, - возразил мужчина, но все же потянулся за холщовым мешочком, набитым, судя по запаху, травами. Завинтив колпачок на фляге, он приподнял меня, протолкнув ладонь под лопатки, и затолкал мешочек под мою спину. А после вручил мне фляжку, нетерпеливо поглядывая на меня.

Я с горем пополам отвинтила крышку и глотнула отвар, который оказался неожиданно теплым и приятным на вкус. Отстранила горлышко, желая уточнить состав, и застыла, разглядывая свою руку. То есть совсем не свою руку. Где морщины и пигментные пятна? Кожа на руке была гладкая и светлая, кисть сама по себе тонкая и изящная. И такой у меня даже в юности не было: моя ладонь широковатая, да и с суставами проблемы были. Охнула и начала ощупывать свободной рукой лицо,  убеждаясь, что и там кожа гладкая и упругая. Проверила и шею, и грудь, смутив этим пожилого мужчину. Но мне сейчас было не до него. Я приподняла грубое шерстяное одеяло и обнаружила светлую и длинную сорочку. Хотела заглянуть в декольте, но мужчина прокашлялся,  привлекая к себе внимание.

- Ваша одежда промокла насквозь, поэтому я попросил Смеяну вас переодеть.

Кивнула и залпом сделала ещё несколько глотков. Просто неожиданно поняла, что он говорит не на русском языке, и при этом я его прекрасно понимаю. А с иностранными языками я никогда не дружила. Да и не похож его говор ни на английский язык, ни на немецкий, ни на французский.

Мозг все ещё лихорадочно искал какое-нибудь логичное объяснение всем странностям. Взгляд же снова зацепился за фляжку.

- А из чего отвар? – спросила я, наконец. Вдруг меня какими-то галлюциногенами напоили? Конечно, наивно полагать, что похитители будут настолько откровенны, что признаются в этом. Но чем черт не шутит?

- Лекарственные травы и соцветия, - расплывчато ответил мужчина, вызывая тем самым ещё большие подозрения. Ещё и голова внезапно потяжелела, намекая, что отдых бы не помешал.

- А что вы накапали в отвар из того флакона? – я кивнула на короб, в котором мужчина уже спрятал необычный пузырёк.

- Настой сон-травы, - он пожал плечами, спокойно наблюдая за моей реакцией. – Во сне организм быстрее восстанавливается. Так что, давайте-ка, юная мира, мы снова ляжем и не будем противиться дрёме, – он тем временем вытащил мешочек, укладывая меня обратно на жесткий матрас, и укрыл меня одеялом. Уже сквозь сон услышала его слова. – Я пришлю Михея, чтобы присмотрел за вами.

Была смутная надежда, что проснусь я уже в своей квартире. Но этого не случилось. В следующее мое пробуждение в повозке было уже сумрачно. Все ещё ощущалась качка, да и поскрипывание колес стало явственнее. Где-то неподалеку шел разговор, впрочем, слов различить я не могла. Рядом же дремал подросток, опираясь спиной на сундук. Михей? Мальчишке было лет двенадцать-тринадцать, хотя я могла ошибаться. Сейчас дети слишком быстро растут.

Пользуясь отсутствием наблюдателей, заглянула в декольте, приподняв сорочку. И убедилась в том, что это тело – не мое. Молодое и худощавое. Грудь небольшая и упругая, при этом ребра и тазовые кости выпирают слишком явно. А я никогда не была такой худышкой. Может, это из-за болезни? Ага, при этом я ещё и чудесным образом помолодела лет так на пятьдесят-шестьдесят.  Против воли у меня вырвался истерический смешок, от которого тут же встрепенулся мальчишка.  Я снова укрылась одеялом под самый подбородок и присмотрелась к Михею. На миг в его глазах мне почудилась радость, но он тут же насупился.

- Очнулась? – проворчал он. Кивнула, хотя была не уверенна в этом. Подросток помог мне приподняться, ухватив за плечи. А после поднял со дна повозки знакомую флягу и начал отвинчивать колпачок. Поднес флягу чуть ли не впритык к моим губам, но в этот момент у меня в животе сильно заурчало от голода. Я отвернула голову и просительно посмотрела в светлые глаза Михея.

- Я есть хочу.  Сильно.

- Надо же? – ехидно протянул он. – Почему же тогда после казни отказывалась есть? Или всё? Отболело уже?

Казнь? Я пару раз растерянно моргнула, пытаясь сообразить, как реагировать, но голодный спазм снова скрутил желудок.

- Кормить меня не будут? – поинтересовалась я озадаченно. Зачем тогда лечили?

- Сейчас у мэтра Ведомира спрошу, - бросил Михей, двинувшись к пологу. Спустя пару секунд я снова осталась в одиночестве.

Так! И куда же я все-таки попала?

Вариант с сумасшествием оставим на потом.

Судя по допотопной повозке, обстановке внутри и грубой ткани, из которой была пошита одежда явно ручным способом,  я оказалась либо в прошлом, либо в другом мире. Точнее можно будет понять, когда выгляну наружу.

Почему я так спокойно рассуждаю? Внучка меня как-то подсадила на легкие фэнтезийные романы, точнее она просто забыла свою книжку, когда гостила у меня. Зимой делать особо нечего, поэтому ту первую книгу я проглотила за два дня. Интернетом меня Леночка обучила пользоваться, когда я ещё осваивала сайт «Одноклассники». Так что недостатка в подобном чтиве о попаданках у меня не было. И если исходить из канонов, в своей реальности я умерла. Скорее всего, от гриппа. Как и почему я перенеслась сюда непонятно. И что мне теперь делать ума не приложу. Памяти владелицы этого тела у меня нет. А выдавать свое попаданство нет желания. В лучшем случае решат, что я сошла с ума. В худшем – сожгут на костре, как ведьму. В человеческой истории были случаи, когда и за меньший грех, обвиняли в колдовстве. Если же этот мир магический, то вариантов ещё больше: от принесения в жертву какому-нибудь божеству до эпического сражения со вселенским злом.

Против воли усмехнулась, обдумывая перспективы. Понимала, что лучше быть осторожной. Незаметно наблюдать и внимательно слушать, аккуратно расспрашивая окружающих. Надо понять  как можно быстрее, в какой именно переплет я угодила. Слова о казни явно намекали, что не от хорошей жизни мира загнулась.

Раздавшийся от полога шорох вырвал меня из мыслей. Михей вернулся с котелком и краюхой хлеба, завернутой в  полотенце. Мальчишка помог мне сесть, подпихав под спину уже знакомый мешок, и протянул котелок с бульоном. Знакомый запах тут же разбудил аппетит. Порывшись в одном из коробов, Михей протянул мне деревянную ложку.

- Спасибо, - хрипло откликнулась я и накинулась на бульон. Сама не заметила, как уничтожила его. А после невольно посмотрела на краюху хлеба.

- Мэтр сказал, что после длительного голодания тебе нужно аккуратно принимать пищу, - Михей недовольно поморщился, но все же продолжил. Интересно, кем он мне приходится? И отчего, так недоволен тем, что вынужден заботиться обо мне?  – Если с тобой все будет нормально, то через пять минут я отдам хлеб. Но лучше не торопиться.

- А где мы сейчас? – спросила я, осторожно подбирая слова.

- В двух неделях пути от столицы, - неохотно ответил подросток. -  До Альмвейга ещё дня два добираться. Весна в этом году ранняя и теплая, – он явно цитировал кого-то из взрослых. Лично я уже озябла, и это несмотря на плотный полог, одеяло и теплую ночную сорочку. Михей же тем временем продолжал. - Поэтому младший князь надеется, что снег окончательно сойдет  к тому моменту, как мы сойдем с главного тракта.

Младший князь руководит этим... путешествием?

- А когда это произойдет? – подтолкнула я к дальнейшему рассказу мальчишку. – И как долго нам ещё добираться до... конечной точки?.. – весьма обтекаемо закончила я.

- Дней через восемь тракт закончится. А до  разрушенной северной цитадели в лучшем случае ещё десятину тащиться.

А что нам делать в разрушенной цитадели? Прикусила губу, чтобы удержать этот вопрос в себе. Мира, наверняка, это знала.

- А где мои вещи? – спросила я, мысленно скрестив пальцы на удачу. У меня неожиданно появилась идея найти какие-то документы среди них: письма, книги, приказы, паспорта (или что тут удостоверяет личность?). Может, Мира дневник вела?

Михей указал рукой на небольшой сундук в дальнем конце повозки.

- Мэтр Ведомир потеснил свои пожитки, чтобы тебя с комфортом разместить.

- Он хороший... целитель?.. – против воли неуверенные  слова оформились в вопрос. Только бы не попасть впросак с предполагаемой профессией мэтра.

Михей пожал плечами и как-то снисходительно пояснил.

- Скорее знахарь, – я вопросительно приподняла брови, и мальчишка пояснил. - Всех травками лечит. Ни разу не видел его волшбы.

Угу, мир все-таки магический. Скорее всего. Мальчишка неожиданно вскинулся и всучил  мне  кусок серого хлеба.

- На! Ешь! – как-то зло произнес он  и отвернулся к выходу. Я осторожно откусила и начала тщательно пережевывать не особо вкусный хлеб. – Вижу, аппетит у тебя отменный, - ехидно бросил он. Хотела возразить, что для этого нужно хотя бы смотреть на меня, но благоразумно промолчала. – Так и не скажешь, что ты чуть не уморила себя голодом из-за тоски по любимому.

Не его ли казнили недавно? Я только протяжно выдохнула на новый выпад подростка, сожалея, что не могу задать сотню вопросов, что вертятся в голове.

- Михей, - начала я ещё более осторожно. Он дернулся, невольно кинув взгляд на меня. – Ты жалеешь, что я не умерла?

Мальчик скорчил недовольную гримасу, пожимая плечами.

- Мне всё равно, - бросил он. – Просто твои ежедневные истерики и постоянные слезы надоели мне, ещё когда мы ждали приговор. Но теперь, как я погляжу, ты успокоилась. И даже  не нудишь по поводу отсутствия любимых нарядов и сложной дороги. 

- Я смирилась, - произнесла я уверенно, пристально глядя на мальчишку. Он снова поморщился,  и я решила попробовать его разговорить. – А ты? 

- Я? – удивился мальчишка слишком натурально, чтобы заподозрить кокетство. – Тебя волнует, что Я чувствую?

Кивнула, откусывая новый кусочек хлеба.  

- С каких это пор? – уточнил мальчишка ершисто.

Пожала плечами, продолжая тщательно пережевывать хлеб. Но такой ответ Михея не устроил: он терпеливо ждал, когда я проглочу еду.

Придется импровизировать.

- С того момента, как очнулась, -  неуверенно начала я, решаясь озвучить предположение, на которое подтолкнули слова знахаря. – Просто неожиданно поняла, что у нас с тобой больше никого нет.

- А как же твой папенька, который обязательно вытащит тебя из этого кошмара? – спросил Михей насмешливо. Меня, точнее Миру, цитировал? Вот точь-в-точь, как мой внучок, Сашка, выделывался, когда у него был переходный возраст. 

- Но не вытащил же, - я пожала плечами, сдерживая желание дать подзатыльник. Михей округлил глаза, и я догадалась, что попала впросак. Поэтому поспешила сменить тему разговора. – Михей, я хочу оставить наши распри в прошлом. И стать тебе другом.

- Спасибо, что хоть в матушки больше не набиваешься, - фыркнул он, поднимаясь. Хмм,  я его мачеха? -  Я отнесу котелок обратно.

И просочился на улицу, по забывчивости оставив полог открытым. Ветер донес ржание лошадей и людской гомон. А ещё чистый запах весеннего леса, земли и талого снега.  Какой-то мужчина в кольчуге пронесся мимо повозки, вырывая меня из задумчивости. Головоломка под названием «как Мира докатилась до такой жизни», пока никак не складывается. Куда мы едем и зачем? Кого все-таки казнили? И почему обида Михея такая глубокая?

Выдохнув, решила, что надо хотя бы попытаться добраться до сундука с вещами. Отложив краюху хлеба на полотенце, я уперлась слабыми руками в матрас, заставляя себя приподняться. С трудом села, поражаясь слабости этого тела. Я в свои восемьдесят с лишним и то бодрее была. С ещё большим трудом перекатилась на колени, пытаясь привыкнуть к качке. А после поползла на корячках до сундука. Возможно я бы и добралась до него, но в какой-то момент повозка начала тормозить, а у меня и без того с равновесием были проблемы. Бухнулась на живот, чудом не расквасив лицо. В таком положении меня и застал Михей.

- Ты чего? – изумленно вопросил он.

- Хотела до своего сундука добраться, но не рассчитала силы, - честно призналась я.

- Зачем?

Пасынок присел рядом и помог мне приподняться.

- Хотела шаль или какую другую накидку найти, холодно здесь, - коротко ответила я, собираясь продолжить путь.

- Да ложись ты, сейчас сам посмотрю, - поворчал Михей, подталкивая меня обратно на лежанку.  Причем он с такой легкостью устроил меня на матрасе, что я невольно восхитилась.

- Ты такой сильный...

- Да не, - парень даже немного смутился. – Это ты просто легкая.

Он снова вручил мне хлеб и  переместился к сундуку. А я растерянно посмотрела на краюху. 

-А ты сам-то ел? – спросила я, почувствовав себя неловко. Да, я оказалась в незнакомом мире в ужасном физическом состоянии. Да, подросток выводил меня на конфликт. Но я все равно должна была позаботиться о нем.

- Ночной привал будет через час, тогда и приготовят ужин, – он пожал плечами, открывая сундук. - Мэтр распорядился ещё на дневной остановке сварить тебе бульон из куры.

- Но он был теплым, - растерянно побормотала я, ломая хлеб на две неравные части. В его возрасте мальчишки есть всегда хотят.

- Так Ведомир его разогрел в том волшебном котелке, - он достал какую-то накидку, подбитую мехом. И вскоре набросил мне её на плечи. Короткий плащ? Манто? 

Я же протянула Михею больший из кусочков хлеба.

- Я уже наелась, - спокойно сказала я, наблюдая за замешательством мальчишки.  Насильно вложила ломоть в его руку и спросила, желая сменить тему разговора. – А где ты ночуешь?

- Где скажут, там и сплю, - по привычке огрызнулся Михей. И передернул плечами.  – Хорошо хоть не в арестантской кибитке мы с тобой едем.

Неужели нас в ссылку направили? В местный аналог Сибири?

- Думаю, младший князь, - начала я, с особой тщательностью подбирая слова, – понимает, что мы не сбежим.

- Но все равно присматривает за нами.

 Я откусила хлеб, уже заставляя себя потреблять дополнительные калории.  Мне надо набираться сил. А Михей снова протянул мне флягу.

- Я опять засну? – спросила я его. Михей пожал плечами.

- И я, наконец, отдохну от твоей болтовни.

Я глотнула все  ещё теплый отвар и с удивлением посмотрела на фляжку. С одной стороны была выгравирована какая-то руна. Неужели и фляга волшебная? Слабость и сонливость накатили внезапно, и я решила не сопротивляться им. Сделала  ещё несколько глотков отвара, прежде чем соскользнуть с импровизированной подушки вниз.

- Оставайся спать здесь, если Ведомир не будет против, - пробормотала я, зевая. Уже проваливаясь в сон, поняла, что все ещё сжимаю краюху хлеба в руке.

Мне снова приснились туманы в незнакомом лесу. Чем-то деревья отличались от родных,  земных, но чем я не понимала. И вместо того, чтобы снова искать выход, я прислонилась спиной к одному из них, опускаясь на землю. Сразу стало как-то спокойно на душе. И я, прикрыв глаза, провалилась в темноту.

Глава 2

Проснулась я ещё затемно, чувствуя себя уже значительно лучше. На улице  негромко переговаривались мужчины у костра. Караульные? Отблески огня немного освещали внутренности повозки, но Михея я увидела не сразу. Он спал, свернувшись калачиком у меня в ногах.  В повозке оказалось слишком мало места, да и мальчишка не решился лечь рядом. Удивительно, что вообще остался ночевать здесь. Неужели все-таки беспокоился обо мне? Или знахарь распорядился присматривать за мной?

Как бы там не было, но глядя на дрыхнущего ребенка, я почувствовала, как спящий ещё вчера материнский инстинкт «расправляет плечи». Невольно вспомнила сон  и поняла, почему не стала искать выход из тумана. Видимо подсознательно, я уже решила  остаться с Михеем, у которого никого кроме меня нет. И это не взирая на отсутствующую память и другие проблемы. А новых трудностей будет ещё больше, пятой точкой чувствую.

Тяжело вздохнула и снова попыталась сесть. Нет, до сундука я через Михея не дотянусь. Просто хочу укрыть этого замершего ребенка. Несколько неуверенных «шагов» на корячках, и я стаскиваю  с себя накидку. Укутала, как могла мальчишку и осторожно выглянула за чуть сдвинутый вбок полог. Собственно, из-за этой дыры в повозке и было довольно прохладно.

Возле костра, действительно, сидело несколько суровых мужчин в кольчугах. У всех были непривычные для меня удлиненные стрижки и бороды. Вояки негромко делились наблюдениями за время ночного дежурства, а точнее отчитывались только одному мужчине, стоящему чуть в стороне. Оттого я и не заметила его сразу. Да и черты лица сложно было рассмотреть, но его фигура отчего-то внушало трепет.

В какой-то момент показалось, что он смотрит прямо на меня. И  я поступила, как какая-то школьница, подглядывающая за симпатичным парнем: быстро задернула полог. От резкого движения меня повело, и я чуть не упала на Михея. Успела упереться в сундук, но под моей тяжестью он  с громким скрипом чуть сдвинулся к противоположному борту. Да, тьфу ты! Что ж ты будешь делать?

Михей завозился, просыпаясь от шума.

- Люборада, ты чего? – хриплым со сна голосом спросил мальчишка. А я снова чуть не наделала шума от неожиданности. Я думала, мое новое имя – Мира. Или Мирослава, но видимо ошиблась. А может, Михей меня с кем-то спутал? Посмотрела в его глаза: он как раз сонно щурился на меня.

- Да укрыть  тебя хотела, и опять силы не рассчитала, - негромко произнесла я. Ложь уже легко соскочила с языка, и, осознав это, я невольно поморщилась. Никогда не любила врать и обманывать. Но сейчас мне просто нельзя подставляться.

- Странная ты все-таки какая-то,  - пробормотала мальчишка озадачено. – Не ноешь, нотации не читаешь, воспитывать не пытаешься. Даже к обращению по имени и на «ты» спокойно отнеслась.

Я пожала плечами, не зная, как реагировать. Местных правил этикета я не знаю, как впрочем, и всего остального. И как выкручиваться в общении с другими людьми непонятно. Надеюсь только, что мою молчаливость и нелюдимость отнесут на недавно пережитое горе.

- Ещё и заботиться пытаешься... – закончил Михей совсем неразборчиво.

- Ничего, потерпишь, - уверенно произнесла я, сбивая мальчишку с мысли. А то ещё до правильных выводов дойдет. – Прости, что разбудила. Думаю, тебе лучше ещё поспать.

Зевающий мальчишка тут же подобрался и сел, прислонившись к сундуку спиной.

- Кушать хочешь? – спросил он неожиданно серьезным тоном. Удивленно посмотрела на него, и он правильно истолковал мой взгляд. – Мэтр сказал, что тебе надо сейчас усиленно питаться.

- Мне кажется, или ты действительно, хочешь, чтобы я поправилась? – с улыбкой спросила я и потрепала по волнистым волосам вмиг насупившегося мальчишку. – Да, есть я хочу, но лагерь ещё не проснулся. Так что я спокойно подожду. А вот пить хочется просто ужасно, - Михей потянулся к знакомой фляжке,  но я его остановила. – Обычной воды. От этого отвара я опять засну.

- Я сейчас, - пообещал мальчишка. И набросив мне на плечи накидку, выскользнул на улицу.

Пользуясь одиночеством, доползла все-таки до теперь уже моего сундука и начала перебирать в нем вещи. В основном там была одежда, как я предполагаю, платья. Разворачивать их я не стала, чтобы не отвлекаться от поисков. А вот шкатулки, больше похожие на маленькие  короба все-таки достала. В одной из них нашла гребни для волос, ленты, шпильки, и маленькое зеркальце весьма удручающего качества. В другой лежали серьги и бусы из плохо обработанных полудрагоценных камней, похожих на опалы и агаты. В третьей было несколько плотно скрученных свитков. Пощупала грубую бумагу, чем-то напоминающий папирус. И потянулась уже к завязке на одном из них, когда в повозку вернулся Михей с небольшим бурдюком в руках.

- Письма от папеньки решила снова изучить? – после секундного замешательства уточнил он. А потом заметил и шкатулки, от вида которых Михей скривился.  – И оставшиеся украшения опять пересчитать?

- А твои вещи где? – спросила я, чтобы отвлечь его от проведенной мной ревизии. Михей указал на полупустой холщовый мешок, лежащий рядом с моим сундуком. Я округлила глаза от изумления. Максимум, там только одна смена одежды.

- Это тебе разрешили приданое свое забрать. А мне... – он, не окончив, махнул рукой. И вспомнил про бурдюк.

- У тебя хоть теплая одежда есть, или только этот?.. – замялась на полуслове, разглядывая  легкую курточку на нем. Черт, как же эта верхняя одежда раньше называлась? Камзол? Дуплет? – Кафтан?..

Михей снова округлил глаза, но я не поняла почему. Состроила невинное выражение лица, забирая бурдюк у него. И пока пила воду, глазами уловила в коробе со свитками небольшой мешочек в шкатулке со свитками. Подхватив его, поняла, что там лежат тяжелые монеты. Не сдержала любопытства: высыпала несколько на руку. Желтый металл, похожий на золото: с одной стороны профиль местного правителя (как я полагаю), с другой неизвестная цифра и несколько букв-рун ниже. Испуганно икнула, осознавая, что не знаю, что означают эти символы. Задержала дыхание и глаза прикрыла, борясь с паникой. Не может же мне настолько не повезти?!

Постаралась мыслить позитивно: деньги местные у меня есть, что уже хорошо. Будет, на что купить Михею одежду и обувь. По дороге у нас впереди  какой-то Альмвейг, надеюсь, что это город, а не какая-то местная достопримечательность или храм.

С этими мыслями решила продолжить ревизию. Мельком бросила взгляд на реверс, собираясь тупо пересчитать монеты. И снова икнула от неожиданности, теперь надпись стала понятна: «1 золира». Чудеса! Мозг не сразу перестроился на  чтение нового языка? Или что это было? Высыпала остальные монеты на одеяло. Среди них попадались и другие номиналы: 2 золиры, 5 золир. Всего около ста золир было в мешочке. Помимо монет, нашла в кошеле и необычный черный камень с синими прожилками на кожаном шнурке. Интересно, почему он лежит отдельно от других украшений.  

Михей молча наблюдал за мной, никак не комментируя происходящее.  Покосилась на него осторожно, но не поняла, о чем он думает.

- Убедилась, что никто твои вещи не трогал? – спросил он нейтральным тоном.  Мира-Люборада была излишне подозрительной? Боялась воровства?

Пожала плечами, собирая монеты обратно в мешочек.

- Я хочу переодеться, но не уверенна, что сил хватит, - перевела я разговор на другую тему.

- Ещё слишком рано, - раздался голос от полога. Посмотрела на знахаря, который, не спрашивая разрешения, залез внутрь. Хотя чего это я? Повозка-то его. – Михей, иди пока к костру, мне надо миру Любораду осмотреть, – мальчишка кивнул и поспешно покинул мое временное убежище. Ведомир присел рядом и потрогал мой лоб.- Рад, что вам значительно лучше, но сегодня-завтра вам лучше отлежаться.

Кивнула: «выход в люди» я бы и на более долгий срок отложила. Знахарь заглянул мне в глаза, посчитал пульс и достал из короба какую-то непонятную трубку.  И приложил её к моей груди более крупной стороной, а к другой прислонился ухом. Неужели это древний стетоскоп? После паузы Ведомир переставил конец на другую сторону груди, и я не сдержала любопытства.

- Вы хрипы пытаетесь  расслышать? У меня воспаление легких было?

Мэтр удивился и более внимательно посмотрел на меня.

- Да, было воспаление легких. Но слушал я не только легкие, но и сердце, -  он снова переставил трубку. – Вдохните поглубже, - выполнила распоряжение врача. Странно, что кашля у меня не было.  – Мира, вы разбираетесь во врачевании?

- Немного, - коротко ответила я. По крайней мере, знаю об организме человека поболее средневековых докторов, которые всё лечили пиявками. Посмотрела в глаза знахаря и уточнила. – А почему я не кашляю?

- Так я выгнал болезнь, - ответил Ведомир. И я не смогла скрыть удивления вызванного этой странной фразой, но знахарь по-иному истолковал причину. – Потратил изумлек на это... – а теперь переведите на понятный язык. -  По распоряжению князя. Хотя я думал, что это уже не поможет... – лекарь отложил стетоскоп и пристально посмотрел мне в глаза. – Я буду предельно откровенен: я думал, что вчерашний день вы не переживете. Слишком слабой вы были. О чем и сказал миру Златозару,  но он настоял.

Я медленно кивнула, не понимая, к  чему клонит знахарь. Мне нужно этому Златозару выказать особую благодарность? В каком виде?

- Поэтому, мира, прошу вас быть хоть немного благодарной. И больше не морить себя голодом. Все уже  прониклись вашим горем...

- Мэтр, - перебила я его решительно. Надоело оправдываться за косяки этой миры. Лично я голодать не собираюсь, не на того напали. Тот, кто пережил голод в детстве, никогда не откажется от еды, даже от простого хлеба. – Спасибо и вам, и миру. Я смирилась с ситуацией, и больше не буду доставлять вам хлопот.

Мужчина снова бросил на меня взгляд.

- А куда вы рвались уже уйти?

Приподняла брови вопросительно, пытаясь понять, с чего такие мысли возникли.

- Вы о том, что я хотела переодеться? – уточнила я. И мэтр кивнул. – Я просто хотела выглядеть прилично, чтобы днем, как потеплеет, спокойно открыть полог. И насладиться свежим воздухом, любуясь природой.

А заодно послушать разговоры и понаблюдать за людьми. Сведений об этом мире у меня катастрофически мало.

- Хорошая мысль, я пришлю к вам Смеяну.

- Постойте, мэтр,  – окликнула я мужчину, который уже собирался покинуть повозку. – Это же ваша повозка? Возможно, мне лучше перебраться в другую....

- Не говорите глупостей, - отмахнулся Ведомир. – Она как раз предназначена для таких, как вы, то есть больных или раненных.

И спрыгнул  на дорогу. В ожидании Смеяны, я спрятала шкатулки на дно сундука, оставив только одну со свитками. При этом монеты я переложила к украшениям, те тоже при случае можно конвертировать в деньги.

- Светлого дня, мира, - поздоровалась девушка лет семнадцати, забираясь в повозку. – Я все ваши вещи отстирала и высушила. Ох, и ливень-то был, все в грязи перемазались в тот день.

- Спасибо, - на автомате сказала я, разглядывая платье. Дотронулась до лифа и рукавов, чтобы убедиться в догадке: ткань похожа на наш шелк. Ниже материал был более плотный и грубый, напоминающий парчу. Цвет же был тусклым, серо-синим. Приподняла его, пытаясь понять фасон. И чуть не фыркнула вслух: и как мира в этом наряде в телеге ехала? Или пешком шла? Под проливным дождем?  – А плащ? – спросила я скорее саму себя. Но реакция Смеяны привлекла мое внимание. Её глаза забегали.

- Он ещё не высох, - выпалила она. – Как только,  так сразу принесу его вам.

Себе хотела оставить? Я оглядела её наряд из более грубого полотна. Плащ вообще мешковину напоминал. Возможно, Смеяна и платье не думала возвращать. Если бы я умерла, никто про него и не вспомнил бы.

- Ты такая добрая, Смеяна,  - протянула я, как можно искреннее. И девушка смутилась от этой похвала. А это значит, что совесть у неё все-таки есть. – И заботливая,. – добавила я, следя за её реакцией. – Скажи, чем я могу тебя отблагодарить.

- Ой, да не надо ничего, мира, - отмахнулась она. – Давайте лучше я вам помогу одеться.

- Надо что-то более простое найти, - попросила я, аккуратно складывая платье, подходящее больше к торжеству, чем к походу. Интересно это была ещё одна акция протеста Люборады с кодовым названием: «Королева отправляется в изгнание»? 

Я выбрала темно-коричневое платье, ориентируясь на цвет и качество ткани. И обрадовалась, увидев, что оно более простого фасона, чем синее. Никаких рюшек и вышивок. Свободная юбка в пол, и простой верх с более чем скромным треугольным вырезом. Единственная трудность была в шнуровке, которая располагалась на спине.

- Может, вам волосы расчесать, - предложила Смеяна, завязывая бантик на спине.

- Да я сама справлюсь, - хмуро бросила я, перекидывая косу на плечо. Хм. Неожиданно. Волосы у Люборады, точнее теперь у меня, были шикарными: длинная коса цвета зрелой пшеницы толщиной с запястье. Вот только сейчас они были не в лучшем виде: тусклые и запутанные так сильно, что на расчесывание у меня уйдет несколько часов. – Как долго у меня была лихорадка?

- Так дня три вы точно в бреду провалялись, - ответила Смеяна, не задумываясь. Я не стала ловить её на лжи: за четыре дня любой плащ бы успел просохнуть. Вместо этого я попросила.

- Принеси, будь добра, водички мне для умывания и...

Черт! И как тут интересно зубы чистят? Раньше с этим были проблемы. В истории нашего мира в одно время во избежание будущих проблем с зубами вырывали их все досрочно. А потом  всю жизнь кашами и супами питались. Брр, такой судьбы я себе не хочу.

- И полотенце тоже захвачу, - закончила за меня Смеяна. Я не стала её поправлять, наблюдая за стремительными движениями девушки. Достала гребень и начала медленно расплетать спутанные волосы, напряженно размышляя над текущей ситуацией.

Вскоре вернулась Смеяна с небольшим тазиком чуть теплой воды. Умывание помогло мне взбодриться и привести мысли в порядок. С побегом из-под конвоя торопиться не стоит. Сначала надо всё-таки изучить письма отца Люборады и понаблюдать за людьми, их отношением ко мне и Михею. Возможно, безопаснее все-таки продолжить путь в качестве арестантов. В конце концов, сбежать я всегда успею, главное знать куда. А сейчас я даже примерное направление не представляю.

Поблагодарив Смеяну, я снова потянулась к сундуку за шкатулкой с письмами. Но вернувшийся Михей отвлек меня от этой затеи. Запах, который разносился от тарелки с кашей, вызвал голодное урчание в желудке.

- А ты поел? – спросила я, когда мальчишка протянул мне тарелку. Он кивнул уверенно. Каша напоминала пшенную, никогда её не любила особо, но сейчас она мне показалась безумно вкусной. Хлеб же был такой же, как вчера, только чуть посвежее. Тем не менее, я съела и его до последней крошки, запивая чистой водой. Отчего-то снова потянуло спать, но я не позволила себе такой роскоши. Едва Михей покинул повозку, я достала шкатулку и поставила поближе к изголовью своего ложа.

Развернув первый свиток, я пару минут просто вглядывалась в незнакомые символы, ожидая, когда сработает внутренний переводчик. А это случилось далеко не сразу. Пробежавшись глазами по тексту, развернула и остальные свитки, чтобы воссоздать хронологию переписки. При этом одно письмо разительно отличалось от остальных, оно больше напоминало записку, написанную впопыхах. Всего пара предложений, написанных явно другой рукой, чем остальные письма: «Прости, любовь моя. Я хотел подарить тебе всё великое княжество, но проиграл. Навеки твой  Лесьяр».

Прочитав остальные письма от отца Люборады, поняла, что это была записка от ныне покойного мужа. Лесьяр хотел организовать переворот и сместить Великого князя  с трона. На том основании, что именно его род  берет начало от  истинных правителей. Стоян предательство друга воспринял весьма болезненно, но все же выполнил просьбу бывшего соратника: сохранил жизнь и жене и сыну. Правда, лишил при этом всего: и титулов, и земель, и денег. И на северную границу отправил в брошенную два века назад цитадель. Что конкретно там случилось неизвестно и по сей день, но слухи ходят самые разнообразные: от нападения северных варваров до неведомой болезни.

Об этом вскользь упомянул Светлан в последнем письме, пытаясь убедить дочь не бояться страшных слухов и набраться терпения. Пока просить о её помиловании у Великого князя просто опасно. А вот через год или два, когда его гнев утихомирится... Короче, он сделает все возможное для доченьки, но попозже. Пока же он отправляет ей с надежным человеком золиры, чтобы она, то есть я, купила себе всё необходимое.  И изумлек, который в руках опытного лекаря, не раз спасет мне жизнь.

Изумлек – это черный камень с синими прожилками?

Подавила порыв отдать его Ведомиру, чтобы избавиться от чувства долга. Не стоит торопиться.

Ещё раз пробежалась глазами по строчкам писем, чтобы убедиться в догадке: судьба Михея не волновала ни Любораду, ни её отца. О нем практически нигде не упоминалось, а если и говорилось, то вскользь и так, словно для них это был совершенно посторонний человек.

Покачала головой, сворачивая свитки обратно  в тугие свертки. Положив их в шкатулку, я зевнула. Погрузившись в чтение, пропустила момент, когда мы двинулись в дальнейший путь. И сейчас мерное покачивание утягивало меня в сон.  И в этот раз я не стала противиться. Даже пару глотков  сделала из фляжки с отваром.

Проснулась рывком от громкого лошадиного ржания. И поняла, что выспалась, причем сон мне пошел явно на пользу. По крайней мере, с тяжелой крышкой сундука я уже легко справилась. Достала изумлек из мешочка, покрутила-повертела его в руках и снова убрала. Вытащила из другой шкатулки  гребень и, отодвинув полог, устроилась на краю повозки, разбирая волосы пальцами. Надеюсь, я не нарушаю этим правила местного этикета.

На улице значительно потеплело. А ещё стоял непривычный для меня шум: ржание и топот лошадей, скрип телег, людские голоса. С моего места обзор был не особо большим. Видела лошадь и возницу следующей повозки. Да лес по обеим сторонам дороги. Иногда мимо повозки проходили люди или проносились всадники: все те же суровые мужчины в кольчугах. Изредка лес отходил в сторону. На небольшом холме я, наконец, осознала масштаб похода. И это явно был не обычный конвой преступников, а скорее  переселение народа. Груженных телег и повозок, которые шли позади,  было не меньше двадцати, а людей так вообще под сотню наберется, наверное. И это я не считала  дружинников, которые постоянно перемещались. Осторожно выглянула, чтобы посмотреть, кто до нас в караване идет. Ещё несколько повозок и более крупный отряд вояк.

А где Михей? Рассмотреть пасынка я не смогла, а вот Ведомир меня, видимо, заметил. Подъехал на коне и поинтересовался о моем самочувствии. В ответ на вопрос о Михее пожал плечами.

- Скорее всего, с другими подростками исследуют окрестности. Могу поискать  его, если он вам нужен.

Покачала отрицательно головой, коротко поблагодарив. Пускай хоть так развлекается ребенок.

Глава  3

Остановок днем на обед мы не делали. Многие перекусили на ходу, мне же, как и вчера, Михей принес разогретый бульон с  хлебом. И смылся, прежде чем я успела его о чем-нибудь расспросить. Пустой котелок забрала уже Смеяна. Смущаясь, попросила её проводить меня в кустики. Девушка растерянно огляделась в поисках помощи.

- Вы сможете спуститься на землю? – спросила она нерешительно. Кивнула, уверенная в этом. Но, как оказалось, я снова переоценил свои силы. Благо Смеяна подстраховала и я не расквасила себе нос об  землю. После мы вместе поплелись в лес. Я всё боялась, что кто-нибудь из обоза меня увидит, поэтому углублялась в заросли все дальше.  Но силы закончились прежде чем, я успокоилась на этот счет. 

Ещё несколько минут ушло на отдых, чтобы набраться сил на обратный путь. Всадников увидела на полпути к дороге и жутко смутилась. А ведь Михей предупреждал, что за нами присматривают. Один из дружинников, увидев меня, спешился и предложил мне воспользоваться его конем. Я со страхом посмотрела на этого монстра, но отказаться не решилась. Меня легко подсадили в седло, и я тут же вцепилась в луку изо всех сил. Дружинник повел коня под узды, торопливым шагом возвращаясь к обозу. А после помог мне перебраться в повозку.

И я снова устроилась возле своего наблюдательного пункта.

К вечеру, когда окружающие обустраивали лагерь, поняла, что так я ничего толком не узнаю. Общий костер находился далековато от меня, поэтому до меня доносились лишь обрывки разговоров. Впрочем, общее настроение в обозе было позитивным, страха в глазах обывателей я не заметила. Дружинники были сосредоточенными, это да, но возможно это их обычное состояние. После продолжительных размышлений решила присоединиться к вечерним посиделкам возле костра. Только, как это осуществить, я не знала, так как банально боялась навернуться с повозки, при попытке слезть на землю. Благо Смеяна все-таки решила вернуть мне плащ.

- Помоги мне слезть с телеги,  пожалуйста, - попросила я её.

- Снова в кустики? – со вздохом поинтересовалась она. Неопределенно пожав плечами в ответ, спрыгнула на землю. И тут же вцепилась в борт повозки обеими руками, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

- Я же говорил, что вам рано ещё вставать, - сердито произнес знахарь. Никак не отреагировала на его слова, борясь с приступом слабости. Ведомир поддержал меня за плечи, продолжая прожигать недовольным взглядом.

- А вы не видели Михея?

Собственно, именно желание отыскать его было решающим фактором в моих недавних размышлениях.

- Да где-то тут бегает, - нарочито небрежным тоном ответил знахарь. Или мне показалась эта нарочитость? Вгляделась в глаза Ведомира, но в неверном свете костра так ничего и не поняла.

Повела плечами,  освобождаясь от поддержки врачевателя,  и направилась к костру. Тщательно смотрела под ноги, чтобы не запнуться о корни деревьев. Поэтому не сразу поняла, что при моем приближении голоса смолкали. Остановилась и подняла взгляд, чтобы убедиться в догадке: все смотрели на меня. Не ожидали возвращения Люборады с того света?

- Доброго  вечера, - поздоровалась я одновременно со всеми, но, кажется, удивила их этим ещё больше. Мысленно пожала плечами и оглядела толпу в поисках Михея.  Не обнаружила. Опять окрестности разведывает?

Пауза затягивалась.  Я обернулась и посмотрела на знахаря.

- А где я могу поужинать?

Мой вопрос разбил уже вязкую тишину. Казалось, все выдохнули разом и занялись брошенными делами. Расслабились, получив хоть какое-то объяснение моему появлению?

Ведомир тем временем подошел ко мне, предложив руку. Воспользовалась подставленным локтем, надеясь, что этим не нарушаю правила местного этикета.

- Вы могли попросить меня или Смеяну. И ужин принесли бы в повозку, - негромко заметил он, направляясь к «полевой кухне», то есть к огромному котлу. Местная повариха выпучила на меня глаза, накладывая  в тарелку кашу. Сверху она же положила кусок хлеба.

- Спасибо, - негромко сказала я, продолжая выискивать взглядом пасынка. Знахарь повел меня к поваленному дереву, но я через пару шагов остановилась. – Мэтр, где Михей? – спросила я требовательно. Ведомир тяжко выдохнул и развел руками, продолжая разыгрывать незнание. – Меня пугает ваше молчание, - предупредила я. – Более того я уже начинаю придумывать всякие ужасы, типа нападения диких зверей. Или...

- Успокойтесь, мира, ради Богов, - попросил Ведомир, подталкивая меня к дереву. – Подрался Михей со сверстниками, вот и не хочет показываться вам на глаза. 

- Почему подрался? – уточнила я озадаченно. Михей не показался мне особо задиристым. Да, он огрызался со мной, но, как я поняла, на то были причины. Ни Люборада, ни Лесьяр не уделяли ему внимания.

- Не говорит причины, - знахарь пожал плечами, мягко, но настойчиво усаживая меня на дерево. – Могу заверить, что его противнику тоже досталось, – добавил он с легкой улыбкой.

- Можете передать ему, что я не буду ругаться? – подумав, я добавила. - И нотации тоже не буду читать.

-  Хорошо, но он порвал кафтан, - обронил Ведомир, следя за моей реакцией. И тут я вспомнила один немаловажный вопрос.

- А у нас будет возможность обновить гардероб?

Спрашивать напрямую об Альмвейге я опасалась. Не зная, что это такое, можно было попасть впросак.

- Да, завтра к вечеру мы должны подъехать к крупному полису. Мир Златозар планировал там основательно закупиться перед дальнейшей дорогой.

Кивнула, улыбкой благодаря за ответ. Значит, Альмвейг – это все-таки крупный город, территориальный центр, а может и столица княжества. Здесь феодальная раздробленность? Как же все-таки сложно без минимальных знаний об этом мире.

Покачала головой и приступила к ужину. Ведомир отлучился на минуту за своей порцией, но вскоре присоединился к трапезе. Со временем люди перестали кидать на меня любопытные взгляды, и я смогла расслабиться.

Возвратив тарелку на кухню, решила все-таки сходить до кустиков. Вернувшись, пересела поближе к повозке лекаря, пытаясь скрыться в тени. Наблюдать отсюда было проще. Дружинники чистили оружие и обихаживали коней. Остальной люд, который я бы отнесла к крестьянам, занимался обустройством ночлега: кто-то таскал хворост, запасая на всю ночь, другие  лапник заготавливали. Часть людей заботились и о транспорте: проверяли колеса, кормили лошадей. Женщины же пытались загнать детей спать в повозки и не всегда успешно. Увлекшись наблюдением за двумя неугомонными близнецами,  я не заметила, как мое уединение нарушили.

- Смотрю,  вы, действительно, идете на поправку, мира, - мужской голос заставил меня вздрогнуть от испуга. Хотя голос звучал мягко и бархатисто.

Оглянувшись, вгляделась в мужской силуэт. Голос показался смутно знакомым. Не тот ли это воин, перед которым утром отчитывались караульные? Глава дружинников? Воевода? Или сам мир Златозар? Младший князь?

- Так и есть, - осторожно ответила я, кутаясь в плащ.

- Рада, - позвал меня мужчина. И это обращение меня удивило: как-то слишком интимно прозвучало. Посмотрела на него, пытаясь скрыть замешательство. Он хорошо знал Любораду? – Ты меня боишься?

- А надо? – аккуратно уточнила я. Воин усмехнулся и покачал головой.

- Не надо, - постановил он, приближаясь. – Утром мне показалось, что ты меня испугалась.

Покачала головой, но взгляд мужчины все ещё был вопрошающим.

- Нет, я не испугалась. Просто я была неподобающе одета, - опустила взгляд, надеясь, что он примет это за смущение.

- Не думаю, что тебе стоит сейчас опасаться слухов, - заметил воин. Я вскинула возмущенный взгляд, и он продолжил с легкой улыбкой. – Что? Забыла, как в детстве мы купались вместе в княжеском пруду?

- Это было давно и... – прикусила губу, чтобы не закончить любимой присказкой внучки. Просто покачала головой, осознавая, что мне общаться с этим мужчиной вдвойне опасно.

- Неужели ты до сих пор не простила мне тот проигрыш? – удивился он. Пожала плечами, отводя взгляд. Мужчина тяжело выдохнул. - Не замыкайся в молчании, Рада,- то ли попросил, то ли потребовал он. – Скажи, чем я могу тебе помочь?

Я снова непроизвольно взглянула на него. 

- Почему? – порывисто спросила я. – Почему ты хочешь помочь?

Теперь он пожал плечами. А я с запозданием поняла, что переняла его манеру общения на «ты». А ведь если подумать, что Ведомир, что Смеяна обращались ко мне на вы, в отличие от этого человека. Да и дружинник, который одолжил своего коня, вел себя подчеркнуто уважительно. А если мира – это титул, а не обращение к девушке? Что-то вроде боярыня, раз здесь князья  и княгини водятся. И это значит, что ко мне на «ты» мог только мир обратиться. Или князь.

- Я думал, ты спросишь: чем же я могу помочь, – усмехнулся мужчина.

- Мир, разрешите обратиться, - к нам приблизился  дружинник. И я поняла, что мои догадки были верны. Это и есть Златозар. Причем, судя по поведению дружинника и караульных, он был и воеводой этого военного подразделения.

Златозар кивнул и мельком глянул на меня, прежде чем попрощаться.

- Мира Люборада, доброго вам вечера.

- Мир Златозар, - окликнула я его. Надо ковать железо, пока горячо. – А у вас есть какие-нибудь книги?

Заодно и узнаю пределы допустимых просьб. Насколько я знаю, в древности книги были очень дорогим удовольствием.

- Хотела почитать что-нибудь, - произнесла я в ответ на вопросительный взгляд мужчины. Информация об этом мире мне необходима, как воздух.  

Златозар кивнул мне и посмотрел на дружинника.

-  В лесу разведчики обнаружены следы... – начал вояка, уводя за собой воеводу.

Оглядевшись, поняла, что лагерь уже готовится ко сну. И решила вернуться в повозку. Кто-то догадался подставить бревно к заднему борту, благодаря чему я забралась в телегу без особых проблем.

Устроилась на жестком ложе, облокотившись спиной о борт повозки, готовясь к долгому ожиданию Михея. Надеюсь, что Ведомир уже передал ему мои слова. Будет трудно его отыскать самостоятельно, но если он не объявиться, придется этим заняться.

Я уже начала дремать, когда Михей проскользнул внутрь повозки, чтобы забрать свой мешок.

- Как ты? – спросила я у него.

- Ты не спишь?

- Да, я тебя жду, - произнесла это без укора, но так чтобы он поверил. -Ложись спать, завтра я посмотрю, что с твоим кафтаном.

Среди вещей Люборады я видела и швейные принадлежности. Правда, иголка размером  больше цыганскую напоминала, но я справлюсь. 

- И что? – с вызовом произнес Михей. - Ты, действительно, не будешь возмущаться из-за драки?

- Возмущаться не буду. Но я хотела бы узнать причину...

Оставила предложение открытым, не желая давить на мальчишку. Михей промолчал,  но полог опустил и завозился, расстилая тюк, что был в его  руках. Я последовала его примеру. Сняла плащ и залезла под одеяло. В платье спать, конечно, будет неудобно, да и помну я его, но сейчас выбора особого не было. Начала поправлять подушку и рука наткнулась  на флягу. Решила не пропускать прием лекарства, хотя в сон и без него жутко клонило.

Уже засыпая, услышала просьбу-приказ Михея.

- Не общайся особо с миром Златозаром.

- Почему? – растерянно уточнила я. Сон сняло как рукой. Но больше Михей ничего не добавил. И вскоре он начал посапывать, в отличие от меня. Пыталась разгадать причину его просьбы, ведь Златозар не показался мне опасным.

Плюнув, решила глотнуть ещё отвара, чтобы сон быстрее пришел. Но сначала укрыла мальчишку плащом. Разглядеть в такой темноте, насколько он пострадал в драке, было невозможно. Остается успокаивать себя мыслью, что лекарь с ним общался,  и серьезную травму Ведомир бы не просмотрел.

Протяжно выдохнув, вернулась на свою лежанку и сделала несколько глотков из фляги. Мысли о причинах драки стали вялыми и я отключилась. И вновь оказалась в туманном лесу. Упрямо сжала губы и опустилась на землю, крикнув в белое облако пара.

- Я всё равно никуда не уйду!

Прикрыв глаза, я провалилась в черное ничто до утра.

Проснувшись, не увидела Михея, хотя было ещё очень рано. Лагерь только просыпался. Зевнув, я выползла из-под одеяла.  И попыталась расправить платье, но быстро смирилась с неудачей. Зато коса не растрепалась, так туго я её вчера заплела.

Потянувшись, решила сама поискать ручей, чтобы умыться. Заодно подумать, что с зубами делать. Мяту хотя бы пожевать? Спросила  дорогу у проходившей мимо девушки и отправилась в указанном направлении, выбирая более сухие участки земли. Под теплым солнышком травка только начала пробиваться, так что растительность я не особо могла рассмотреть, но все же мне она показалась немного другой. Как ни вглядывалась, я даже подорожника не нашла.

Возле ручья увидела несколько женщин, но общаться тесно я была не готова. Поэтому поднялась чуть выше, отыскав небольшой закуток за хвойным деревом. Таких деревьев в родной стране я не встречала: что-то среднее между елью и пихтой. Нагнувшись над ручьем, попыталась рассмотреть свое отражение. Нечеткое изображение довольно симпатичной девушки меня порадовало. Миловидное лицо, пухлые губы, большие светлые глаза, темные ресницы и брови. Что не говори, а внешность имеет значение в любом из миров.  

Снова накатила слабость, и я устроилась на большом камне на берегу ручейка.

Вода в ручье была ледяной, поэтому умывалась я быстро и интенсивно. Пригодилось и найденное вчера в сундуке полотенце, но надо будет ларь ещё раз осмотреть более тщательно.  Намочив полотенце, я  обтерла шею, было холодно, но терпимо. Поэтому я начала спускать платье с плеч, чтобы освежиться: после затяжной болезни пахло от меня далеко не фиалками. Но какой-то неясный шорох со стороны дерева привлек мое внимание.

Златозар даже не попытался скрыться с места преступления.

- Я не подглядывал, просто не хотел тебя напугать неожиданным появлением, - он пожал плечами.

Сердито глянула на него и поправила платье, собираясь с мыслями. А вот и обратная сторона внешней привлекательности: мужчины могут не услышать «нет». Златозар, конечно, не выглядел подонком, способным воспользоваться моим зависимым положением. Но возможно именно этого опасался Михей.

- Мир, неужели  вы решили сами за мной следить? – спросила я негромко и выразительно посмотрела на него.  Брови Златозара подлетели на лоб.

- Нет, я просто увидел, как ты направляешься в незнакомый тебе  лес, - начал мир спокойным размеренным тоном. – Ты могла заблудиться, поэтому я решил присмотреть за тобой. К тому же тебе лучше не ходить одной, вчера наш следопыт разглядел следы диких арихонов.

И кто это такие? Почему внутренний переводчик не сработал? На Земле нет таких зверей?  Но судя по интонации Златозара – это весьма опасные животные.

- Настолько близко к Альмвейгу? – выразила я удивление.  Дневной переход такой медленной кавалькады – это максимум километров двадцать-двадцать пять. Мир кивнул, продолжая вглядываться в мои глаза. – Мальчишек, надеюсь, вы сегодня не отпустите на изучение окрестностей?

- Я и вчера их не отпускал, - он криво усмехнулся. Подумав,  мир добавил:  –Михея отправят к тебе, я распоряжусь. Хотя не считаю, что это ему поможет влиться в компанию сверстников.

- Надо занять их чем-нибудь полезным, - задумчиво пробормотала я.

- И чем же? – спросил Златозар весьма заинтересованно. Если бы я знала?!  Летом можно было бы по ягоды и грибы отправить под присмотром кого-нибудь из дружины,  а сейчас?

Я пожала плечами.

-Я подумаю над этим вопросом, - зачем-то пообещала я, чем вызвала ещё одну улыбку у мужчины. Я перевела взгляд на воду в ручье, жалея о том, что не удалось освежиться. В таких условиях просить оставить меня одну, неразумно. Новая мысль заставила посмотреть на собеседника.  – Мир, а где мы остановимся этой ночью? – и снова вопросительно поднятые брови в ответ. – Я хотела бы сходить в баньку. Или, на крайний случай, принять ванну.

Брови Златозара добрались уже до линии роста волос. Ну не могла же я настолько сильно попасть впросак? На Руси бани использовались с древних времен, а вот в Европе в ходу были ванны, насколько я знаю. Для южных купален климат не тот. Или изумление вызвано другим?

- У меня есть деньги на это, - произнесла я неуверенно. – Отец передал.

- Я знаю, - коротко обронил Златозар. – Я планировал поставить лагерь за воротами города. На постоялом дворе нам просто не хватит места, чтобы разместиться. И отпускать тебя одну – не вариант. Приставлять к тебе охрану...

- Конвой, вы хотели сказать? – не удержалась я от шпильки.

- Охрану, - повторил Златозар с нажимом.  – Это выделять тебя из толпы. Снова, – он тяжело вздохнул. – Рада, тебе надо налаживать отношения с остальными переселенцами. А не постоянно демонстрировать свое положение.

Прикусив губу, я задумалась над его словами. Мне предстоит  жить с этими людьми. А повышенное внимание со стороны мира к молодой вдовушке смотрится весьма однозначно.

Ладно, если мне путь в придорожную гостиницу заказан, то надо другие варианты придумать. Оглядела Златозара, он в который раз наполнил мне русского витязя. Волосы только каштановые, а не русые, зато глаза голубые. Возможно, я хочу обмануться, но мне этот народ древних славян напоминает.  Поэтому пока буду исходить из истории нашей Руси.

- Так может нам разместиться рядом с какой-нибудь деревушкой, которая будет по пути? И попросить местных жителей растопить баньку, а то и не одну. Я думаю, многие захотят смыть с себя грязь после долгого перехода.

И снова мне в награду достался пристальный взгляд Златозара.

- Я подумаю,  - спустя минуту постановил он, протягивая руку, чтобы помочь мне подняться с камня. – А сейчас нам лучше вернуться в лагерь.

- Мир, зачем нас с Михеем отправили в Северную цитадель? – решилась спросить я, поднимаясь самостоятельно. – Великий князь, хотел просто убрать с глаз долой? Или у нас будет трудовая повинность?

Это просто ссылка? Или нас всё-таки каторга ожидает? Надо понять это сейчас. Альмвейг – это лучшее место для побега, чем тот же караван.

- Рада, ты будешь заниматься тем, что тебе любо, - уверенно произнес Златозар. – Но я хотел на правах старого друга попросить мне помочь с управлением хозяйством. Девочек твоего рода  учат этому с младенчества.

- Старого друга? – переспросила я невольно. Неужели они, действительно, так тесно общались? Но тогда почему он до сих пор не заметил подмены?

- Да, наши встречи были редки, - пробормотал Златозар. – Но я думал, что был твоим другом. Ты, видимо, считаешь иначе.

Глава 4

Возвращались мы в лагерь в гробовом молчании. Я настолько растерялась от его слов, что не смогла придумать, как правильно ответить. Понимала, что невольным вопросом обидела его, но как исправить ситуацию пока не знала.

Шли мы медленно, что дало возможность снова обдумать его предложение. Он мне место экономки в цитадели предложил? Или управляющей? Возможно, в этом мире были другие названия указанных должностей, но сейчас меня волновало другое.

Я родом из деревни и всё детство занималась тяжелой работой: пасла коров, заботилась о корме для домашних животных, днями пропадала в огороде  вместе с сестрами. Летом вместе с другой детворой собирала дикую смородину, малину, землянику, чтобы мать могла хоть какие-то копейки заработать. Но как вести такое огромное средневековое хозяйство я даже не представляла!

Как я поняла из обрывков разговоров, нам нужно занять разрушенную крепость и капитально обосноваться в ней. И такая задача порождала множество вопросов. В каком состоянии сама цитадель? Сколько нужно купить припасов на такую толпу людей? Какой климат там? Насколько плодородна почва? Какие культурные растения вообще здесь есть? И как дела обстоят с домашними животными? На часть вопросов Люборада, наверняка, знала ответ, но далеко не на все.

Остановившись на середине пути, я растерянно посмотрела на Златозара. Мужчина сделал ещё два шага прежде, чем заметил, что я отстала. 

- Рада? – вопросительно произнес он. Выдохнула, решаясь на авантюру.

- Златозар, я хочу быть твоим другом, - уверенно произнесла я. И да,  я верила, что дружба между мужчиной и женщиной возможна.- Действительно, хочу. Но твое предложение насчет помощи в управлении... Честно, я боюсь,  что не справлюсь. Я не знаю,  в каком состоянии крепость.  Не имею представления о местности, есть ли там почва пригодная для выращивания овощей и злаков. Да и с животноводством множество вопросов. Вдруг в окрестностях столько хищников, что покупка домашних животных просто бессмысленна, – я беспомощно развела руками. Златозар слушал меня внимательно, причем,  судя по всему, я говорила дельные вещи, раз он  не перебивал. Снова вздохнула и закончила скомкано. – Меня учили вести хозяйство, а не создавать его с нуля.

- Да и эти занятия тебе не нравились, насколько я помню, -  с улыбкой заметил Златозар. – Меня же с детских лет обучали ратному делу, а не управлению крепостью. Так что будем вместе пробовать себя в необычной роли... если ты согласишься. И да, я понимаю, что ошибки будут и готов к ним.

- А почему ты согласился на это... назначение? – спросила я, не скрывая любопытства. Несмотря на довольно простую речь без особых архаизмов, подбирать слова было тяжело.

Златозар пристально посмотрел на меня, но ответил легкомысленным тоном.

- Великий князь пообещал, что если мы там хорошо обустроимся, то он присвоит цитадели  статус города, а  меня назначит князем земель Северного Приграничья, -  мир снова протянул мне раскрытую ладонь. – А ты же знаешь, что  по праву рождения я на такое и рассчитывать не мог.

- Так это награда? – удивленно пробормотала я.

- Которую мне ещё надо заслужить, - с нажимом закончил он. Причем в его словах мне почудился какой-то скрытый смысл. Но понять я его была не в силах. Поэтому я только  неуверенно кивнула в ответ и попыталась перевести разговор на безопасную тему.

- Нам надо поторопиться, а то без завтрака останемся.

- Так ты согласна мне помочь? – настойчиво спросил Златозар. Снова неуверенно кивнула. И мужчина поспешил меня озадачить первым заданием. – Нам надо составить список покупок, которые необходимо сделать в Альмвейге.

- Для начала мне надо понять, что у нас есть в наличии, - возразила я и шагнула в сторону лагеря.

- У меня есть опись, - произнес Златозар, подстраиваясь под мой медленный шаг. – Можем сразу за ней сходить.

Я снова остановилась  и нерешительно посмотрела на Златозара.

- Нам лучше вернуться в лагерь по отдельности, - произнесла я. Мужчина обернулся и пытливо посмотрел на меня. – Мне дорога моя репутация.

- Никто не посмеет даже косо на тебя посмотреть, - уверенно произнес мир.

- Ой ли?! – усмехнулась я. – В твоем присутствии – возможно. Но каждый подумает о моей доступности.  Мне такая слава не нужна, мир.

Златозар медленно кивнул.

- Иди, - он жестом указал на лагерь. И я устремилась вперед, чувствуя взгляд мужчины каждым сантиметром тела.

Вернувшись к повозке лекаря, я повесила полотенце на задний борт, чтобы оно подсохло, и огляделась в поисках Михея. Куда он опять пропал? Почувствовав голодное урчание желудка, я направилась к полевой кухне, продолжая выискивать пасынка взглядом. Поэтому заметила возвращение Златозара в лагерь. Вышел он с другой стороны из леса, а, значит, к моим опасениям он отнесся серьезно. На несколько секунд наши взгляды встретились, но вскоре я отвела взор, забирая тарелку с кашей. Оценивающе посмотрела на повариху, пытаясь понять её лояльность. Она могла сориентировать меня, сколько необходимо припасов, чтобы разово накормить такую толпу людей.  Оглядела я и её помощниц, встретив настороженное любопытство в ответ. Враждебности я не заметила ни от кого, но с просьбами  пока не торопилась. В этот раз на трапезу я устроилась неподалеку от огромного котла, наблюдая за кухней.

 Я уже доедала кашу, когда ко мне чуть ли не за шиворот привели Михея. Выглядел он каким-то  взъерошенным и дюже сердитым.

- И чего ты им наговорила? – со злостью спросил подросток. При этом на дружинника, который его привел, он посмотрел с опаской.

- Ты завтракал? - игнорируя его враждебность, уточнила я. Синяк под глазом и ссадины на лице вызвали в сердце щемящую жалость, так что рассердиться на него я просто не смогла.  

- Завтракал, - бросил он едко.

- Тогда иди в повозку, - строго произнесла я. – И переодень рванный кафтан. Заодно оглядись: всех твоих друзей-товарищей вернули в лагерь. – Михей осмотрелся и вопросительно приподнял брови. Интригу решила не держать. - Вчера один из дружинников доложил миру, что видели следы арихонов. А теперь брысь в повозку, не позорь нас своим видом.

Михей подчинился с очевидной задержкой.

Доев, я отдала тарелку более молодой  помощнице кухарки.

- Спасибо, - поблагодарила я всех одновременно. Повариха же протянула мне глиняную кружку с ароматным напитком. Сделала глоток взвара и снова поблагодарила улыбкой женщин.

Допив напиток, я неторопливо вернулась к повозке и с тяжелым вздохом забралась внутрь. Михей сидел в рубахе и портках, с некоторой растерянностью поглядывая на кафтан.

- Сменного кафтана нет? – уточнила я, кивнув на его мешок. Подросток поморщился и вытащил грязную одежду из  него. И чему я собственно удивляюсь? Я оперлась на сундук локтем, а ладонью подперла подбородок. -  А стирать вещи мы и не умеем, - протянула я насмешливо.

- Это женская работа, - фыркнул Михей заносчиво.

- Так иди и попроси женщин, чтобы тебе одёжу постирали, - предложила я. Подросток отвел взгляд и сердито выдохнул. – А если не можешь, так учись сам. Вечером я тебя обучу этому нехитрому искусству.

- И когда это ты стирала себе сама? – съехидничал  Михей. – Тебе даже сейчас Смеяна платье с плащом очистила. Но ты же мира, а я теперь никто.

И столько горечи была в его словах, что я успокоилась даже раньше, чем рассердилась. Трудно потерять всё в одночасье. Стоп, а почему я осталась мирой, а Михей потерял титул? Тот же принцип, что и с приданным? То, что у меня было до брака с Лесьяром, то и осталось после его казни?

Я тяжело выдохнула. И как мне достучаться до этого юноши, не зная всех реалий этого мира.

- Во-первых, ты - человек, а не «никто». Мужчина, будущий воин и защитник, - я хотела потрепать его  по волосам, но вовремя сдержала порыв. Михей зло и недоверчиво глянул на меня, но возражать не спешил.

- Ты думаешь, мир Златозар возьмет меня в дружину? – с тщательно скрываемой надеждой спросил он. Причем имя мира Михей произнес с особой интонацией. Так словно говорил о тайном кумире. Я нахмурилась, но пока не перебивала его.  – Я же сын предателя и заговорщика.

- Ты же изучал ратное дело? – уточнила  я, и подросток кивнул. – Тогда не вижу  причин, чтобы мир не взял тебя на службу. Он не из тех, что будет разбрасываться нужными к... умелыми людьми. – Михей недоверчиво хмыкнул. – Меня, например, он уже попросил помочь с хозяйством в цитадели.

- Ты с ним опять разговаривала? – обвинительно произнес мальчишка. Поморщилась, но не стала отрицать.

- Говорила, - кивнула я. – И если ты не объяснишь причину своей вчерашней просьбы, я продолжу с ним общаться. И уже не буду обижать недоверием своего старого друга.

- Друга? – насмешливо переспросил Михей. – Что ж ты с ним не общалась до болезни?

- Я была ослеплена горем, - пробормотала я, озадачившись этим вопросом всерьез. Неужели Люборада игнорировала Златозара все время в пути?

- А создалось ощущение, что ты его ненавидишь. Ведь это младший князь раскрыл заговор.

Награда, которую ещё надо заслужить, была за это? Люборада винила Златозара в смерти Лесьяра? Я отвернулась, чтобы скрыть растерянность от Михея. И чтобы как-то объяснить это действие, попыталась поднять крышку сундука. Но, видимо, взялась неудачно, она выскользнула у меня из рук и громко хлопнула. Михей чуть подвинул меня и открыл сундук.

- Михей, - негромко начала я, с опаской покосившись на мальчугана. – Лесьяр признал свою вину. – Я достала его записку и протянула её. Михей забрал у меня кусочек берестины, с легким недоверием вглядываясь в буквы.

- А мне он ничего не передал, - глухо пробормотал он.

- Лесьяр уговорил великого князя сохранить жизнь нам обоим, а это дорогого стоит, - не зная, как ещё утешить ребенка, пробормотала я. Выдохнула и снова уверенно солгала, ведь я не знала этого наверняка. – Он любил тебя, пусть и не показывал этого. 

Михей часто заморгал и отвернулся. Я дала ему пару минут, чтобы взять себя в руки, и продолжила мысль.

- Так что нет, я не виню Златозара в смерти Лесьяра. И хочу помочь младшему князю с управлением хозяйством. Поэтому либо ты говоришь сейчас, почему не хочешь, чтобы мы общались. Либо мы к этому вопросу больше никогда не вернемся.  

Михей  посмотрел на меня и снова отвернулся, упрямо приподняв подбородок. Я тяжко выдохнула и полезла в сундук за нитками с иголкой.  Положила их к кафтану, раздумывая насчет более тщательной ревизии. Нижнего белья я здесь никакого не заметила, так что неловкости возникнуть не должно.

- Я пойду? – неуверенно спросил Михей.

- Нет, - твердо произнесла я. - Ещё холодно гулять в одной рубахе. Лучше завернись пока в одеяло. Да и куда ты хочешь пойти? Сегодня на разведку местности вас не пустят из-за арихонов.

Привстав, я завернула полог ещё сильнее, чтобы света было больше. И решила все-таки заняться кафтаном. С досадой посмотрела на практически оторванный рукав: незаметно сшить ткань на таком видном месте не получится. Да ещё и деревянная пуговица была вырвана с мясом и болталась на одной ниточке. Начала с неё. Старалась пришить вырванный клок максимально аккуратно, поэтому не заметила, как к повозке подошел Златозар.

- Мира, - позвал он меня. От неожиданности я уколола палец иголкой. Ойкнув, по старой привычке засунула палец в рот и посмотрела на Златозара совсем недобрым взглядом.

-  Да? – вопросительно произнесла я, удивленная его теплой улыбкой. Поспешно отдернула руку, предположив, что этот жест выглядел детским в его глазах.

- Я принес опись, - мужчина протянул мне тугой свиток и тяжелую книгу. – И книгу, ты просила что-нибудь почитать.

- Спасибо, - буркнула я, забирая макулатуру. Пристроила книгу со свитком  в открытый сундук и снова вопросительно посмотрела на мира, который не торопился уходить.

- Я чем-то ещё могу вам помочь? – после неловкой паузы уточнил Златозар.  Посмотрела на нахохлившегося Михея и пожала плечами.

- Сколько всего человек в обозе и сколько дружинников у вас?

- У меня здесь тридцать дружинников и восемьдесят шесть крестьян, считая женщин и детей.

- Плюс нас трое и лекарь? – уточнила я. Златозар кивнул. Всего сто двадцать человек. Да уж, такую ораву пойманными в лесу кроликами не накормишь. – Хорошо, вечером я ещё пару вопросов  у вас уточню,  – с намеком произнесла я.  И Златозар его понял.

- Скоро отправляемся дальше в путь, - произнес он, прежде чем удалиться.

Я пришила пуговицу и словно невзначай спросила у Михея.

- Ты с миром  принципиально не разговариваешь?

Мальчишка ничего не ответил, только сердито засопел ещё громче. Телега тронулась, занимая свое место в караване.

С кафтаном провозилась больше часа. Положила его между нами и потянулась за описью. 

- Спасибо, - пробормотал мальчишка, надевая кафтан. И тут же уточнил. – Я пойду?

Кивнула, хотя и не понимала, куда ему торопиться. Развернула свиток и принялась его изучать. Так овес и сено для лошадей, а их в обозе больше полусотни. Не уверена, конечно, но для такого количества фуража надолго не хватит. Рожь, ячмень, просо, полба, она же пшеница. Из овощей: капуста, репа,  редька, морковь, свекла, горох, бобы. Из фруктов имелись только яблоки. Из мясного ассортимента: говядина, свинина, куры. Запасы не впечатляли. Впрочем,  вполне возможно, что Златозар планировал закупиться в последнем городе на  пути в Северную цитадель. Приобрел необходимый минимум в дорогу и на этом успокоился. Да и зачем тащить продукты через все княжество?

Отложила опись, чтобы достать книгу. Название не впечатлило, но выбора не было. «Летописи Росславии с древних времен и до наших дней». Спасибо, конечно, что не житиё каких-нибудь святых. Кстати, а как тут с верой? Сколько богов в местном пантеоне? А может, поклоняются природе?

Вздохнув, принялась за изучение летописей, надеясь найти полезную информацию.  И она была, но в небольшом количестве. Первые страницы я читала, словно сказку о временах, когда люди жили в гармонии с природой. И в соседях у них значились магические народы: русалки в реках и морях, лешие и нимфы в лесах, а тролли и гоблины в горах. Шли годы, и человек и здесь возомнил себя венцом природы. Некоторые из них смогли покорить самую сложную стихию этого мира – магию. И самые сильные маги объявили себя правителями. Земли Росславии возглавил некто Лучезар Суровый. Несколько веков великокняжеский титул переходил от отца к самому сильному и умелому сыну. Пока маги не устроили армагедец. Был это эксперимент неудачный, или просто случайность, но на юге великого княжества произошел магический взрыв, уничтоживший правящую чету. Причем он спровоцировал цепную реакцию по всему миру. А после магия иссякла, избытки возникшие после взрыва впитались в камни из изуникса. Черный минерал смог упорядочить хаотичные остаточные выбросы. Впоследствии по прожилкам маги смогли понять, какую конкретно энергию содержат те или иные изуниксы.

Оставшись без правителя, князья городов-полисов решили провести совет, на котором выбрали  нового главу. Пролистав до конца, поняла, что позже  титул великого князя передавался по наследству. Куда исчезли магические народы? Вымерли, ушли в другой мир или спрятались подальше от людей. Никто толком не знает, после взрыва было не до отслеживания их миграции. А потом  стало  поздно.

С печальной улыбкой я закрыла книгу. Хотела бы я увидеть какой-нибудь волшебный народец, но человек и здесь умудрился нагадить так, что мама не горюй. Как я понимаю, маги сейчас умеют только извлекать энергию из этих камней и направлять правильно потоки. Изумлеки, как я понимаю, хранят целительскую магическую энергию, объем которой напрямую зависит от размера камня. А вот за эффективность использования отвечает маг - целитель.

Это конечно все интересно, но практической пользы от этих знаний не много. Отложив книгу, я полезла в свой сундук. При повторном осмотре нашла отрез ткани, похожей на сатин на самом дне сундука. Также обнаружила пару интересных свертков: в одном было два брусочка мыла, в другом кожаные балетки на лето. Местные крестьяне ходили в онучах и лаптях из коры деревьев, пару раз я замечала лапти из полосок кожи. Дружинники же ходили в сапогах, как и мы с Михеем. Причем у мальчишки они были уже изрядно поношенными. Надо будет в Альмвейге нам прикупить сменную обувь.

Изучила я и платья, чтобы понять, что для себя стоит приобрести в городе. Мне понадобятся более простые платья, которые не жалко будет замарать. Интересно, мы найдем лавку с готовыми нарядами? Или проще будет ткань закупить? В том мире я в молодости на курсы шитья ходила. В советское время это было необходимостью. Основная же работа у меня была на заводе, как и у миллионов моих сограждан.

И все же почему я так заинтересовалась предложением Златозара? Даже о побеге перестала думать. Хотя стоит признаться, идея с побегом никогда не казалась мне особо привлекательной. Поэтому, наверное, убедившись в том, что к нам с Михеем относятся здесь нормально, я отбросила эту мысль. К тому же отец Люборады обещал похлопать за неё через пару лет. Беспокоила только неизвестность, а именно незнание причин исчезновения прежних жильцов цитадели. Но возможно стоит расспросить об этом Златозара?  Вряд ли он знает намного больше Светлана, но был шанс, что великий князь просветил посланца в Цитадель лучше, чем праздных наблюдателей.

Хм, надо бы уже составить список вопросов к Златозару.
Оценить насколько они безопасны, то есть не выдадут ли они моё переселение в этот мир. И понять, какие из них можно переадресовать другим людям. Записать бы вопросы, но на ходу это сделать невозможно. Да и не уверена, что  у меня получится управиться с пером. 

Я задумчиво изучала пейзаж, когда заметила одну из помощниц кухарки, ту, что помоложе.  Заряна была улыбчивой и приветливой девушкой. Да и поболтать любила.

Выпрыгивать из повозки, пока она неторопливо двигалась по дороге, мне было страшновато. Я уселась на самый край телеги  и, собрав всю смелость,  соскочила на землю.  Страх разоблачения все ещё довлел надо мной, но я решительно направилась к Заряне. Пора уже начинать действовать, а не плыть по течению.