Твои наследницы

Ольга Шо

Твои наследницы.

С трудом открыв веки, ставшие почему-то такими тяжёлыми, Арсений Волков сразу же упёрся взглядом в бело-голубой потолок незнакомого ему помещения.

Где это он?

Лежит на какой-то узкой, но очень комфортной кровати в комнате, похожей на больничную палату. И запах здесь стоит соответствующий. В голове полный туман, каша из непонятных обрывков и воспоминаний.

Мужчина попытался встать, но мгновенно застонал от резкой боли, молнией прошившей его тело. Особенно правое предплечье и рёбра с этой же стороны.

Процедив сквозь зубы тихое ругательство, мужчина сделал глубокий вздох, снова ощутив резкую боль в рёбрах. Взгляд зацепился за левую руку, забинтованную почти до запястья.

Прикрыв глаза, Арсений медленно стал понимать что, к чему и почему.

Он попал в аварию. Вчера купил очередную новенькую дорогущую машину и решил её опробовать. Только вот «объезжал» железного коня не один. Позволил сесть за руль женщине. Но укрощать такого «зверя» Светлана оказалась не готова. Не справилась с управлением.

Девушка слишком сильно вдавила педаль газа в пол, а после Арсений мало что помнил. Успел вывернуть руль вправо, машину снесло на встречную полосу, затем выкинуло с дороги в ближайшую лесополосу.

Хорошо, что ночью дорога за городом оказалась пустой. Никто не пострадал кроме самого Арсения, его спутницы и новенькой тачки, в которую Арсений уже успел влюбиться.

Арсений покрутил головой, пытаясь осмотреться. Уже понял, что находится в больнице. И не просто в обычной клинике. А в лучшем медицинском центре.

И кто его сюда доставил? Обязательно разберётся со всем и всеми. А сейчас неплохо было бы понять, что с ним такое и что со Светкой.

Хорошо, что подушки безопасности в машине сработали чётко, но урок из этого дорожно-транспортного происшествия Арсений вынес основательный: баба за рулём хуже обезьяны с гранатой.

Снова осмотрелся вокруг. Палата шикарная. Но сейчас бесило всё и все. Ему дико хотелось пить, даже в горле пересохло, но здесь нигде нет и намёка на графин с водой. Он один в палате. Что за…

Медленно встал, превозмогая боль. Кажется, у него ничего не сломано. Отделался ссадинами, ушибами и синяками. Но вот неплохо бы понять, что с рукой. Гипса на ней нет, как он заметил, но повязка имеется.

Неторопливым шагом подошёл к двери, открыл и вышел в коридор. Тихо. Надо бы пойти в ординаторскую и выматерить там всех.

Арсений Волков привык, чтобы вокруг него все на задних лапках выплясывали, ещё и под ту музыку, ритм которой задаёт именно он. Не видел в этом ничего зазорного, ведь он щедро платит большие деньги за подобные танцы. А сейчас его бросили одного, словно ненужный хлам. А с Арсением Волковым так нельзя поступать.

Подойдя к оборудованной зоне ожидания в самом конце коридора, у окна Арсений наконец-то увидел кулер с водой. Пить хотелось ужасно.

Наполнил один стакан, выпил, а следом и второй. И сам не заметил, как настроение заметно улучшилось. Уже и не так хотелось на части рвать клинику вместе с её персоналом.

Развернулся, держа стакан в руке и останавливая взгляд на мягких диванах, выставленных в ряд вдоль больших окон.

Здесь увидел маленькую светловолосую девочку шести или семи лет. Сидела в кресле за небольшим столиком и что-то рисовала в альбоме с картонными белыми листами, но очень быстро отвлеклась и посмотрела на Арсения. Улыбнулась.

Серые глаза девочки с любопытством заскользили по забинтованной руке мужчины. Она отодвинула от себя стул, подошла к Арсению.

Её глаза горели любопытством. Приблизилась к кулеру. Девочка потянулась к стопке чистых одноразовых пластиковых стаканов, взяла один, сжала его пальчиками и попыталась набрать воду из кулера. Но добыть воду у неё никак не получалось.

Арсений сделал шаг к ней, а после показал, как и куда нужно давить, чтобы вода начала течь в стакан. Забавная девчушка. Всё время улыбается. Глаза шкодные и любопытные.

- Спасибо, - ответила девочка, налив себе немного воды, нажимая так, как показал ей мужчина. Сделала глоток и с ещё большим интересом принялась разглядывать взрослого дядьку.

Арсений всегда старался избегать общества маленьких девочек, находя их пресными, капризными и неинтересными. Его больше интересовали взрослые девушки, желательно с третьим размером груди и длинными ногами.

Уже собирался продолжить своё путешествие по больнице, как услышал голосок девочки.

- Дядя, а вы болеете, да?

- Не совсем, просто слегка поломался, - ответил, кивая на свою забинтованную руку, на повязке которой появилось красное пятно.

- Вам очень больно? – посмотрела с сочувствием.

- Терпимо. А ты здесь одна? Где твоя мама?

- Мы с мамой только пришли. Она сейчас переоденется и придёт.

- Переоденется?

- Ага. Мама очень красивая, когда надевает белый халат, - малышка довольно улыбнулась, очевидно представляя себе образ мамы, - а как вас зовут? Я – Полина и мне шесть лет.

Мужчина усмехнулся. Похоже перед ним скучающий ребёнок одной из работниц этого медицинского учреждения.

- Арсений Маркович, зачем вы вышли из палаты? – услышал упрёк, прилетевший от женщины в белом халате. На вид ей было лет пятьдесят. Она улыбнулась, подбегая к пациенту.

- Вам нужно вернуться в палату, - настойчиво добавила.

- А вы кто?

- Я ваш лечащий врач, - она ткнула пальцем по халату, на нагрудном кармане которого была пришита табличка с именем врача.

- Хорошо. Значит вы просветите меня относительно моего состояния, – Арсению хотелось прямо здесь и сейчас вывалить все свои возмущения и недовольства, но не решился устраивать разнос при ребёнке.

- Полина, сядь на место, не донимай дядю, - обратилась доктор к девочке, протянула к ней руку, но девочка проигнорировала сердечный порыв докторши загнать её обратно за стол.

- Мама пришла! – довольно произнесла малая егоза, встретив ещё молодую девушку, появившуюся в просторном коридоре.

Девушка подошла к Полине, сразу же взяла её за руку. Бегло поздоровалась со всеми, но при этом смотрела лишь на врача.

- Оксана Юрьевна, извините, я немного опоздала.

- После о причинах, Кира. Сейчас необходимо сделать перевязку пациенту. Арсений Маркович уже ждёт.

Кира кивнула, перевела взгляд на мужчину и едва ли сознание не потеряла. Пошатнулась. Хорошо, что сзади неё была стена, о которую она смогла опереться спиной, а иначе бы точно упала.

Арсений вперился ответным ошалелым взглядом в лицо молодой женщины, раздумывая над тем, что у него, похоже, уже глюки начались. Чем его здесь накачали?

Приглашаю в

Арсений тряхнул головой, словно пытался прогнать наваждение. Перед ним не может стоять Кира Ардынова. С этой девушкой он расстался примерно лет семь назад. Расставание вышло болезненным, мучительным и очень поучительным. Для него так точно.

Мужчина вынес для себя самый важный урок: даже самая благочестивая женщина рано или поздно посмотрит в сторону другого мужика.

А Киру он любил. Сильно. Никого вокруг себя не видел. Лишь её одну. А она… Она крутила одновременно и с ним, и со своим сводным братом Юрием, к которому Арсений её дико ревновал.

Просил ведь Киру оборвать все контакты со сводным, но девушка отнеслась легкомысленно к его просьбе. Позже Арсений понял истинную причину. Но не смог не понять, ни простить Киру.

Никак не был готов встретить её через столько лет. Помнил её такой худенькой и хрупкой, а сейчас она стала более женственной, расцвела. Превратилась в настоящую женщину.

Сразу и не узнать в ней прежнюю Киру.

Его Кира была блондинкой с короткой стрижкой каре. А эта новая версия Киры брюнетка с длинными волосами, достающими почти до талии.

А девочка Полина оказалась права. Её маме действительно идёт белый халат.

Маме? Это получается, у Киры есть дочь!

Полина ещё сказала, что у неё есть сестрёнка.

Выходит, что у Киры не одна, а две дочки?

Арсений неотрывно смотрел на девушку, понимая, что за эти годы её жизнь могла круто измениться. Похоже, Кира не теряла время зря. Видимо вышла замуж, родила детей и счастлива в браке. Это у него ни черта не срослось в личной жизни. Лишь в бизнесе добился успеха.

Кира отвела взгляд от мужчины, пытаясь взять себя в руки. Как же сложно это сделать, особенно тогда, когда дрожат не только пальцы на руках, но и каждая клеточка в её теле. Ещё и Оксана Юрьевна сканирует её пристальным взглядом и хлопает нарощенными ресницами.

- Кира, ты чего застыла? Займись пациентом, а после я к нему зайду.

Арсений уже и забыл, что хотел сначала переговорить с лечащим врачом. Появление Киры стало для мужчины эффектом, сравнимым со взрывом бомбы, к чертям разорвавшим, разворотившим его внутренний мир.

- Полиночка, пройди с Оксаной Юрьевной в ординаторскую. Сядь на кушетку и дождись меня. Я принесла тебе журналы. Они уже ждут тебя. Давай, милая.

Кира прикоснулась губами к лобику дочки, а после перевела взгляд на Арсения.

- Арсений Маркович, пройдёмте в процедурную, - произнесла Кира таким холодным и равнодушным тоном, на который лишь была способна в этот момент.

Арсений кивнул. Хотелось остаться с девушкой наедине и перекинуться с ней парой слов. Сам не понимал на кой чёрт ему нужно вообще с ней разговаривать, но не мог переть против этого желания.

Кира провела мужчину в процедурную, указала на стул, куда ему следует сесть.

- Положите руку вот сюда, - указала ладонью на стол.

Арсений подчинился. Сверлил девушку взглядом. Рассматривал. Молчал. Дар речи он терял редко, но сейчас был именно тот случай.

Кира же в это время молилась о том, чтобы не потерять сознание и правильно сделать перевязку. Руки же так сильно трясутся.

Мужчина так смотрит. В ответ мазнула по нему беглым взглядом и ощутила дрожь вдоль позвоночника. Этот его острый, сканирующий взгляд с искорками душевной боли…

Ей просто кажется. Не может у этого мужика болеть душа, потому что души у него вообще нет. Лучше совсем не думать о том, что в данный момент с ней рядом мужчина, которого она когда-то так сильно любила.

- Я не ожидал тебя встретить здесь, Кира. Ты работаешь врачом?

- Нет. Я медицинская сестра, - Кира пыталась вести себя с мужчиной так корректно, как только это было возможно в её ситуации. Она работает в элитном медицинском центре. Лучшего места ей нигде не найти. И с такими состоятельными пациентами, как Арсений Волков она просто обязана вести себя вежливо. Терпеть даже тогда, когда глаза век бы не видели этого мужчину.

Арсений слегка поморщился от резкой боли, когда Кира сняла повязку с его руки.

Мужчина покосился на длинный, глубокий порез вдоль всей передней плечевой области, на который было наложено не менее восьми швов.

Кира промыла рану, а после синхронно принялась выполнять свою работу, пытаясь не думать о том, что сегодня у неё не самый обычный пациент.

- Ты окончила медицинский техникум? Я помню, как ты мечтала поступить в медицинский институт на лечебное дело. А после выбрать специализацию и стать кардиологом, - продолжил лезть в душу Арсений.

Кира тяжело вздохнула.

Неужели он помнит?

Да, когда-то она о многом мечтала. О первом, единственном и любимом мужчине, о карьере врача и большой семье. Она столько всего хотела получить от жизни. Но не получила почти ничего из того, о чём так мечтала.

Все мечты рассыпались и превратились в прах, когда любимый предал, а она родила своих любимых девочек. Если бы не помощь друга, она даже техникум окончить не смогла. Но говорить об этом с Арсением не будет.

Дочерей Кира обожала. В её жизни нет и не будет ничего ценнее их. И они – это самый лучший подарок, который оставил ей Арсений Волков.

- Я почти закончила, - произнесла, завершив перевязку.

- Значит, Кира, ты здесь работаешь медсестрой! - тихо произнёс, - перевязки, процедуры и клизмы… всё это по твоей части?

- Да и не только. Вас так интересуют фронт моих работ, Арсений Маркович?

- Брось, перестань мне выкать и обращаться так официально. Всё-таки, Кира, мы с тобой знакомы и очень близко.

Вот в этом Кира могла бы ему возразить. Да ни черта она его не знает и не знала.

Думала, что её любимый верит ей, что любит её, что он заботливый и внимательный. Но на деле их отношения не пережили и самой первой жизненной бури.

Он подвёл её в тот момент, когда она так сильно в нём нуждалась.

Когда переживала свой личный апокалипсис.

Когда жить не хотелось.

Когда душа пылала в агонии от того, что сотворил с ней сводный брат.

А Арсений отвернулся. И слушать её не стал. Осудил. Не поверил. Вынес собственный приговор. Вышвырнул прочь из своей жизни как ненужную вещь.

В тот день умерла душа Киры и возродилась вновь только тогда, когда она взяла на руки своих любимых девочек. Они вернули к жизни новую Киру, но прежней девушки уже не существовало.

- Я не имею привычки тыкать пациентам. Я уже закончила, - Кира встала, явно намереваясь взять курс к двери, но Арсений остановил её, хватая за руку.

Кира тяжело вздохнула, ощущая его хватку на запястье. Как же больно, когда он к ней притрагивается. Сжал запястье, а болью отдаёт в самую душу.

- У тебя есть дочь? Я с ней успел познакомиться.

.

Не забудьте поставить лайк (звёздочку) у Вас это займёт всего пару секунд, а мне будет очень приятно.

Девушка дёрнула рукой, пытаясь ослабить его хватку, но мужчина и не думал её отпускать.

- Девочка сказала, что ей шесть лет! – продолжил допекать словами Арсений, - ещё сказала, что сестра у неё имеется. Сколько у тебя детей, Кира?

- Моя личная жизнь не касается пациентов, Арсений Маркович. Поэтому отпустите мою руку. Меня ждут другие больные.

- Кира, сколько лет Полине? – слегка дёрнул девушку на себя, отчего её грудь прижалась к его, будоража обоих.

- Зачем вам знать возраст моей дочки? – Кира едва дышала. Арсений так близко. Думала, что больше никогда не будет стоять вот так… рядом с ним. Что же за злой рок столкнул её сегодня с этим мужиком?

- Хватит мне выкать. Или тебе нравится эта игра, Кира?

- Я с вами не играю в игры. Всего лишь сделала вам перевязку. А теперь вернитесь в палату. Все вопросы зададите вашему лечащему врачу.

Арсений впился взглядом голубые глаза Киры. Его раздражала холодность девушки и полное её нежелание с ним разговаривать.

Перед глазами встал образ сводного брата Киры: блондина с голубыми глазами. А дочка Киры ведь тоже светловолосая и сероглазая.

- Ты родила дочку от своего сводного брата, Кира? – поджал губы, чувствуя, как давно забытое чувство ревности начинает подниматься откуда-то из самой глубины, вызывая бурю, которую он просто обязан сдержать.

Эта женщина больше не его. Она не просто изменяла ему с Юрием, но и родила дочку. От Юрия.

- А вторую дочь ты от кого родила? Тоже от сводного или у тебя появился кто-то третий?

Кира ни слова не ответила.

Что сказать? Как? И зачем.

Все слова уже сказаны.

Шесть лет назад Арсений Волков высказался предельно ясно.

Девушка отвела в сторону взгляд, борясь с воспоминаниями, которые беспощадно врывались в память, причиняя жгучую боль.

Кира познакомилась с Арсением за несколько месяцев до своего девятнадцатилетия. Мужчина был старше её на десять лет. Такой взрослый, элегантный, с чувством юмора, состоявшийся в жизни и успешный, хваткий и невероятно привлекательный.

Ей было плевать на его богатство и статус. Арсений понравился ей как мужчина. И она точно знала, что привлекла его именно как женщина: красивая и желанная.

Кира не могла сказать, что влюбилась с первого взгляда, но, вне всякого сомнения, была очарована им. А вот он утверждал, что полюбил её сразу же, как увидел.

Знакомство у них выдалось экстремальным. Арсений едва ли не сбил её машиной, когда резко отъехал с парковки одного из крупных супермаркетов. Тогда пострадал лишь пакет с покупками, который Кира уронила прямо под колёса.

Арсений извинился, посмотрел на ту, которая помешала ему на пути, а дальше и забыл, куда собирался. Помог девушке купить новые продукты, подвёз домой, а после пригласил на одно свидание, а затем и на второе. Кира и со счёта сбилась, сколько встреч у них было потом.

Душа щебетала от счастья.

Кира был так счастлива.

А после мужчина взял и разбил эту её душу.

Зачем?

Оба виноваты.

Годы прошли, Кира почти каждый день вспоминала отца своих девочек и не могла простить себе собственной ошибки.

Если бы только она послушала Арсения, то, возможно, ей не пришлось бы пройти через весь тот ад, который, как она сейчас думала, сама же себе и уготовила.

Уготовила по неопытности и юношеской доверчивости.

А Арсений выбрал путь наименьшего сопротивления.

Больно вспоминать прошлое и всё, что было.

Оборачиваясь назад, Кира осознавала две свои самые большие ошибки.

Первая – когда познакомила Арсения с мачехой и сводным братом.

И вторая – когда не послушалась Арсения, не вняла его просьбе оборвать всяческие контакты со сводным и не переехала жить на съёмную квартиру, которую Арсений предложил ей оплачивать.

Кира не хотела чувствовать себя в такой зависимости от мужчины. Ещё и тогда, когда мачеха её подначивала:

- Ты ему только даёшь, но ничего не берёшь взамен. Да у этого пижона таких как ты миллион и вагон. Хоть бы поимела с него максимум прибыли, пока он ещё тобой интересуется.

Кире предложение мачехи казалось дикостью. Она и не думала ничего просить у Арсения.

Ей был нужен только мужчина.

Лишь он один.

Его руки и глаза. Его губы и объятия.

Его нежность, поцелуи, ласка и любовь.

Его срывающееся дыхание и полные страсти слова, когда он так искренне её любил, едва ли не до полного изнеможения.

Годы прошли, а в голове до сих пор звучат его слова, которые он любил повторять именно в такие моменты, когда лежал на ней сверху и прижимался губами к щеке, переводя дыхание после страстной бури экстаза.

- Я так сильно люблю тебя, Кира. Со мной такое впервые.

- И я люблю тебя, Арс. Так сильно, - отвечала голосом, срывающимся от переполняющих эмоций, в котором звенели слёзы от счастья.

А сейчас в груди выжженная пустыня, пепелище и мрак. Там нет никаких чувств. Пусто.

Ничего нет, кроме любви к дочерям.

Они её свет и только благодаря им Кира шла и идёт вперёд, стремится и добивается.

- Кира! – снова его голос вырвал девушку из болезненных воспоминаний, - ты так и не ответишь мне?

Кира застыла на месте. Ноги словно в пол вросли. Даже пошевелиться не могла.

Его голос, прикосновение и слова едва ли заживо вены не вскрывали, заставляли сердце задыхаться от боли.

Почему всё так произошло?

Они ведь были счастливы.

Кто из них и где допустил главную ошибку?

Она… наверное...

Но он ведь был старше и опытней. Мог бы разобраться…

Неважно уже это всё. Былого не вернуть.

А в настоящем Арсению Волкову нет места ни в её жизни, ни в жизни его дочерей, наследниц, о которых он не знает и не узнает.

Жили без него эти годы и дальше проживут. Тем более, когда он даже мысли не допускает, что дочки могут быть его. Пусть думает, что они от Юры или от Пети, Дани, Сани, да плевать, кого и что он там ещё нафантазируют в своей буйной головушке слегка прибабахнутой после ДТП.

- Не о чем нам с вами разговаривать, Арсений Маркович. Что было, то было. Было и прошло. У каждого из нас теперь своя жизнь, - выдавила из себя ответ.

- Своя? – хмыкнул в ответ, но при этом с такой силой сжал зубы, что Кира услышала скрип. Как они у него вообще не раскрошились.

Злится? Почему?

Арсений чаще задышал, едва сдерживаясь, чтобы не высказать ей, какая у него «своя» жизнь. Всё есть. Абсолютно. Но самого главного нет, не было и, кажется, уже и не будет. А вот она, как он успел заметить, свила семейное

- Кирочка, вы уже закончили? – Кира вздрогнула от голоса Оксаны Юрьевны. Даже не заметила, как та подкралась. Впрочем, Кира сейчас находилась в таком нервно-взбудораженном состоянии, что даже взрыва бомбы не увидела бы.

Доктор внимательно посмотрела на свежую перевязку на руке у пациента и на то, как Арсений вцепился здоровой рукой в Киру.

- Да, Оксана Юрьевна. Я уже всё. Арсений Маркович спрашивает у меня о дальнейшем лечении, но я уже объяснила ему, что эти вопросы ему нужно задать вам. Вы, как его лечащий врач, объясните лучше.

Кира отошла от мужчины, поспешив выйти за двери.

Арсению пришлось её отпустить. Проводил девушку недовольным взглядом. Не любил, когда от него вот так сбегали и не отвечали на поставленные вопросы.

- Давайте вернёмся в палату, - обратилась к Арсению врач.

Мужчина кивнул. Вышел в коридор, но Киры здесь уже не видел. Скрылась в одной из палат. Но он знает где её искать.

Вернувшись с врачом в палату, Арсений монотонно слушал её заключение о его состоянии, мыслями находясь точно не здесь.

Переломов нет. Но вот ссадин, ушиб и гематом нахватал немало. Больше всего пострадала рука. Придётся жить со швами десять дней минимум.

- Что с моей спутницей?

- У неё сотрясение головного мозга. Пробудет в нашей больнице недели две или три. Вас можем отпустить домой дня через три.

Арсений уже сегодня хотел бы уйти домой. Но Кира… Сегодня, пожалуй, задержится в больничке, а завтра свалит ближе к вечеру.

Арсений почти не замечал манипуляции доктора, которые та проводила, осматривая пациента. В голове все мысли только о Кире. Старался не думать о ней все эти годы. И вот так вот столкнулся… в больнице.

- А медсестра, которая руку мне перевязывала, - спросил, - как давно она работает в этом центре?

- А что? Вам что-то не понравилось? – женщина резко задрала голову, посмотрев в лицо пациенту.

- Нет. Всё нормально. Так сколько?

- Года два, кажется.

- Два?

- Да. Пришла сразу же после училища.

Арсений удивился. За какие это такие заслуги простую медсестру без опыта работы, выпускницу училища сразу же взяли на работу в лучший частный медицинский центр?

Да сюда пробиться не могут даже специалисты с опытом работы. Явно здесь что-то не так.

Интересно, а что именно не так?

Обязательно узнает.

.

Обойдя ещё двух пациентов, Кира вернулась в ординаторскую. Полина лежала на диване, дремала. Увидев мать, сонно потёрла глаза и подскочила к ней.

- Мама, мне здесь скучно.

- Милая, придётся потерпеть. Завтра у меня выходной. Побудем дома все вместе.

- А Ира пойдёт в садик?

- Нет. Побудете дома, - Кира прижалась губами ко лбу дочки. Температуры нет. Вчера Полина плохо себя чувствовала. Дочку тошнило. Сегодня отправлять Полину в садик Кира не решилась. Иру отвела, а Полину взяла с собой на работу. Пусть побудет на глазах.

Как назло, Елена Николаевна уехала навестить дочку, поэтому с Полиной некому было посидеть.

Кира была довольна Еленой Николаевной. Женщине пятьдесят пять лет. Она мама Тани - однокурсницы Киры. Таня жила с мамой в однокомнатной квартире. После того, как пять лет назад Татьяна вышла замуж, Елена Николаевна не смогла ужиться в однушке с новоиспечённым зятем, у которого у самого за душой ничего не было, зато гонора в избытке. Муж Татьяны Кире совершенно не нравился, но не ей осуждать выбор подруги.

Снять жильё и съехать Елена Николаевна не могла себе позволить. Дочка и зять отказались искать съёмное жильё, мотивируя тем, что для них это слишком дорого.

Женщина сама предложила помощь Кире за небольшую доплату и возможность жить с ней. Кира не отказалась, была рада. За пять тысяч в месяц она няню никогда бы не нашла. А так Елена ей очень сильно помогала. Кроме того, Кира снимала однушку, за которую тоже надо платить. От зарплаты ничего не оставалась, но хватало на самое необходимое.

- Мама, я есть хочу, - пролепетала Полина.

- Хорошо. Сейчас пообедаешь. Ты нормально себя чувствуешь?

- Да.

- Но придётся придерживаться диеты, Полина. Поешь, а после приляжешь вот сюда, - показала на небольшую софу, - и попытаешься немного поспать, хорошо?

- А можно по больнице погулять?

- Нельзя. Ты же не хочешь, чтобы маму ругали?

- Не хочу.

Кира засунула в микроволновку жидкое пюре, которое принесла из дома. Еда подогрелась быстро. Поставила перед дочерью на столик тарелку, сама села напротив, пытаясь взять себя в руки.

Мысли всё время возвращались к Арсению. У неё так и не получилось стать частью идеального мира Арсения Волкова.

Этот мужчина обещал весь мир к её ногам кинуть, а в итоге разрушил её собственный, разломал.

Отвернулся в тот момент, когда она больше всего в нём нуждалась, когда переживала личную трагедию, в какой-то момент даже допустив мысль о самоубийстве. Но малыши, живущие внутри неё, не позволили совершить этот последний шаг.

Тогда Кира не имела сил оправдываться перед Арсением. Не стала унижаться и умолять не оставлять её. Ушла и унесла с собой частичку того, которого так сильно любила.

Позже, обдумывая всё то, что было между ней и Арсением, Кира пришла к выводу, что мужчина с ней наигрался, а после, когда приелась, выкинул прочь, даже не став разбираться.

Обвинил в измене, а Кире и возразить было нечем. У Арсения действительно были основания сказать то, что он тогда ей сказал. Но вышло у него это так жестоко.

Кира положила дочку спать, надеясь, что в углу на софе её никто не потревожит. Все коллеги врачи обычно вели себя корректно и понятливо в отношении и друг друга, и пациентов.

Дождавшись, когда Полина уснёт, Кира вышла в коридор. Нужно обойти ещё несколько пациентов. Особое внимание уделить состоятельной пожилой даме из двадцатой палаты. Женщина очень требовательная и скандальная.

Впрочем, в этом центре многие пациенты с завышенными требованиями. И понять их можно. Ведь они платят за качественное медицинское обслуживание немалые деньги. И должны получить это качество.

Кире хотелось верить, что с Арсением уже не столкнётся. Не будет же он сам искать с ней встреч? Она ему неинтересна.

Да и, судя из его же слов, он и понятия не имеет, что является отцом двух замечательных девочек. Допускает мысль, что их отцом может быть кто угодно, но только не он сам.

Словно и не было между ними никогда и ничего.

Словно он с ней не спал.

Арсений Волков самоустранился шесть лет назад и сегодня лишний раз убедил Киру в верности решения, которое она приняла ещё тогда, когда была беременна. Не сказала Арсению о беременности. Знала наверняка, он не поверит, что беременна она от него. А к очередной дозе помоев, унижений, обвинений и грязи Кира тогда была совсем не готова.

А сейчас… Сейчас ей всё равно. Смотрела на Арсения и не видела в нём того мужчину, которого когда-то полюбила. Он – другой. И этого мужчину Кира совершенно не знает, как и не знает, на что может быть способна эта новая версия Арсения Волкова.

Её же любимый исчез шесть лет назад. Испарился. Растворился, оставляя после себя в душе пустоту, выжженную пустыню.

Словно никогда и не бывало ни его, ни его признаний, ни заботы, ни любви, ни нежности, ни страсти. Её дочки живое напоминание того, что их отношения действительно были реальными.

Кира спустилась на первый этаж, побывав у двух пациентов. Но, проходя мимо седьмой палаты, так и застыла у приоткрытой двери.

Услышала голоса. Такие до боли знакомые. Женский и мужской.

- Арсений, у меня так сильно в голове шумит. Почему мне здесь не помогают? Мне так плохо. Всё тело болит, -услышала ноющий голос девушки из своего прошлого.

Эту блондинку Кира не забыла. Всё тот же противно-воющий голос. Странно, что Арсений до сих пор рядом с ней.

Может быть, они женаты?

В то время, когда Кира и Арсений встречались, он почти не общался с этой девушкой. Кира даже имя её запомнила: Светлана. Светлана неоднократно подходила к Кире, завуалированно угрожала, оскорбляла и просила оставить Арсения в покое.

- Ты ему не подходишь, дворняжка! Разве не понимаешь? – понесло дамочку, когда та подстерегла Киру у подъезда.

- Мы с ним любим друг друга, - Кира настороженно отнеслась к шикарной блондинке, которая уж точно подходила Арсению по статусу гораздо больше Киры. Но на тот момент Кира всё измеряла чувствами, а не властью или толщиной кошелька.

Тошно делалось от собственной наивности и доверчивости каждый раз, когда Кира вспоминала прошлое.

Светлана словно удовольствие получала, унижая соперницу.

Впрочем, Кира спрашивала у Арсения об этой девушке. Мужчина заявил, что между им и Светланой никогда ничего не было и нет. Она просто дочь его делового партнёра. И на этом всё.

Кира верила Арсению. Если тогда между им и Кирой ничего не было, то сейчас, спустя годы, всё ведь явно изменилось.

- Света, тебе придётся полежать в больнице недели две. Я всё устрою для твоего комфорта.

- Арс…

- Вот только не нужно меня доставать, - в его голосе сквозили нотки раздражения, - тебя лечат лучшие врачи. Кроме того, ты сама виновата в том, что произошло.

- Я не знаю, как так вышло. Прости меня, Арс. Но тачка так резко рванула вперёд.

- Конечно, Света. У моей крошки разгон был до бешеного гепарда за какие-то доли секунды. Теперь придётся новую игрушку заказывать. Но ты к месту водителя больше и близко не подойдёшь.

- Арс, мы ведь с тобой целы. А машина… Так ты новую купишь.

- Целы? Это ты называешь целыми? Впрочем, ты права. Если бы я не вывернул руль, ты бы нас просто убила.

- Арс…, - застонала, - прости. Я поняла, что поступила безответственно.

- Ладно, Света. Выводы сделаны. Я тоже хорош. Нечего было пускать за руль женщину, поддаваясь на её уговоры.

Кира слушала разговор этих двоих, чувствуя себя неловко. Не её дело о чём эти двое щебечут. Но уйти не могла. Ноги словно в пол вросли, вынуждая её слушать.

Кира помнила, как сильно Арсений любил и любит машины. Они его настоящая любовь и страсть, а всё остальное – вторично.

- Арс, а ты как? Что с рукой? Перелом?

- Нет.

- Ты здесь тоже пробудешь недели две, да?

- Нет. Мне тут так долго делать нечего. Завтра уже буду дома.

- Бросишь меня? – едва ли не хныкала.

- Света, не выдумывай. Я знаю, что тебе страшно. Ты волнуешься. Но синяки и ссадины заживут. Главное, что мы с тобой вообще не убились и даже не переломались. Я к тебе буду приезжать. Отец будет тебя навещать и двоюродный брат тоже. А сейчас я должен тебя оставить. Нужно сделать пару звонков.

Кира поняла, что Арсений сейчас направится на выход из палаты. Едва успела добежать к лестнице и спрятаться за угол.

Мужчина остановился недалеко от окна, отрезая ей все пути к отступлению.

Придётся ждать, когда он уйдёт.

Кира заметила, что Арсений достал телефон и кому-то позвонил.

Чего вообще встал в середине коридора? Устроил здесь переговорный пункт.

Ответ на вопрос получила уже через минуту, услышав голос Арсения.

- Пётр, у меня к тебе дело. Я сейчас скину тебе фотку и данные на одну девушку. Хочу, чтобы ты в максимально сжатые сроки пробил на неё абсолютно всю информацию. Особенно меня интересует, как, где и с кем она жила последние шесть

Кира обалдела от услышанного. Только решила, что Арсению нет до неё совершенно никакого дела. Но ошиблась. Это же именно о ней он сейчас просил всё разузнать какого-то Петра.

Зачем?

Что ему от неё нужно?

Праздное любопытство или что-то замыслил?

Кира чаще задышала, дико волнуясь.

Как же хочется сейчас выйти и сказать Арсению, что она всё слышала.

Хотелось потребовать объяснений и спросить, что он задумал.

Но слишком хорошо знала этого мужчину. Арсений ничего не пояснит. Да он просто скажет, что она себе льстит. Вовсе не о ней шла речь в телефонном разговоре, а о другой девушке. Ещё и обвинит, что подслушивает разговоры пациентов.

Подумав о целой горе неприятностей, которые может повлечь её обращение к Арсению, Кире моментально перехотелось обозначать себя перед ним.

Ждать пришлось недолго. Арсений быстро завершил разговор, после вернулся к лестнице и поднялся на второй этаж.

Кира вышла из своего укрытия, подошла к окну, дотрагиваясь ладошкой до стенки. В голове зашумело. Давно она уже так сильно не волновалась.

Арсений сказал собеседнику, что скинет фото девушки. Выходит, у него есть её фото?

Да, когда-то у них было много совместных фото. Но почему-то Кире казалось, что он все их удалил.

Это она глупая. Не избавилась ни от одной фотографии. Слила их на флешку, закинула в трюмо и хранит копии. А вот из телефона все фотографии Арсения удалила. Слишком больно каждый раз на них наталкиваться. Теперь в телефоне у неё фотографии любимых дочек. Они греют душу и придают сил.

Кира развернулась, бросая взгляд на дверь палаты, из которой десять минут назад вышел Арсений. В той палате находится Светлана.

Сталкиваться с этой дамочкой нельзя. Никак. Узнает ведь и что тогда?

Светлана ядовитая и мстительная женщина. Кира не была уверена, что после общения с этой гадюкой у неё не начнутся массовые неприятности.

Только бы не потерять эту работу. Ей нужно платить за съёмную квартиру, оплачивать услуги Елены Николаевны, садик и на что-то питаться. Денег едва хватало на самое необходимое. А ведь больше, чем здесь, ей нигде платить не будут.

Кира готова была ногти сгрызть от отчаяния. Хочет или нет, а к Светлане зайти придётся. Ведь сейчас её смена.

Девушка решила надеть на лицо медицинскую маску. А волосы спрячет под медицинский белый чепчик. И будет верить, что Светлана её не узнает. Судя по всему, девушке и так плохо. Она пережила ДТП и вряд ли в такой момент будет думать о женщинах Арсения, с которыми тот расстался шесть лет назад.

Кира вернулась в ординаторскую. Проверила как там Полина. Девочка спала. Кира поздоровалась с коллегами, сидящими справа за столом.

Двое врачей, обсуждали карту пациента. И делали это тихо, чтобы не разбудить ребёнка. Кира была очень благодарна коллегам за чуткость, участие и умение понимать её непростые обстоятельства.

А ещё Кире повезло с дочками. Её малышки послушные. Слушаются маму почти всегда и во всём, ведь видят, как их маме непросто выживать.

Нацепив на лицо маску, а на голову чепчик, Кира отправилась в палату к Светлане. Тихо и медленно открыла двери. Ей несказанно повезло. Девушка спала.

Кира постаралась долго не задерживаться в палате Светланы, впервые сделав свою работу не так хорошо, как обычно это делала. Она должна была разбудить пациентку, но решила этого не делать.

.

Лишь оказавшись вечером дома, Кира поняла, в каком дичайшем напряжении находилась весь рабочий день. Избегать Арсения было непросто. Мужчина словно специально не сидел в палате. Шатался по всему этажу, наблюдая за ней, но не пытался более заговорить. Видел, что разговора всё равно не получится, ведь Кира не сидела на месте, а ходила от пациента к пациенту.

- Мама, а я уже поужинала! – прямо в коридоре Кира услышала довольный голосок Иры, - тётя Лена забрала меня из садика, а после сварила рисовую молочную кашу.

- Умница моя, - Кира поцеловала дочку в лобик, - а на нас с Полей тоже каши наварили?

- Да. Я напомнила тёте Лене, что Полина тоже захочет такую же кашу.

Кира прошла на кухню, поставила пакет на стол, наблюдая, как Ира заглядывает в сумку с её скромными покупками.

После работы Кира часто заходила в магазин, чтобы что-то купить. А дочки каждый раз окружали её, забирали из рук сумку и выставляли покупки на стол, всё время надеясь обнаружить среди покупок что-то сладкое или вкусное.

Но Кира не могла часто радовать детей вкусностями. Для неё это было слишком дорого. Лишь на день рождения любимых двойняшек всегда покупала торт, две плитки молочного шоколада, а ещё конфеты и подарки.

Готовиться к торжеству приходилось месяца за три. Кира не могла позволить себе сразу же выкинуть такую сумму, поэтому копила деньги

Полина села ужинать. Ира встала напротив, рассказывая, как провела день в садике.

- А завтра у нас ведь выходной. Мама, пойдём в город гулять?

- Пойдём, Ира. Полина уже чувствует себя хорошо. Обязательно погуляем все вместе.

- А в парк пойдём? Так карусели. Так хочется на колесе прокатиться, - внесла предложение Полина, но тут же отвела взгляд обратно в тарелку.

Кира знала почему дочка так нерешительно озвучила своё желание. Почти не сомневалась в том, что мама ей откажет. Понимала ведь, что в семье каждая копейка на счету.

- Прокатимся, милая. Обязательно. Купим три билета и покатаемся, - неожиданно ответила согласием, понимая, что после придётся экономить.

Но так хотелось, чтобы у дочерей было достойное детство и не хуже, чем у других детей. Хотя, оно итак хуже. Ведь у её девочек нет папы. Они не знают, что такое полноценная семья. Никогда не получали поддержку отца и не произносили слово «папа».

- Правда прокатимся? – подпрыгнула на месте Ира и радостно захлопала в ладоши.

- Да. Я же пообещала. Значит мы покатаемся. Один круг.

- Я так хочу, чтобы побыстрее наступило завтра, - Полина мечтательно прикрыла глаза, - а сладкую вату купим?

- Нет, милая. Обойдёмся без сладкой ваты. С собой возьмём бутылку с компотом, а после, как вернёмся домой, я спеку вам блинчики.

- Я люблю блинчики со сгущёнкой, мама. Давай купим её, а? – попросила Ира, а Кира заметила, как у любимого ребёнка загорелись глазки. Нельзя разочаровывать дочь в такой мелочи.

- Тогда нам нужно будет зайти в магазин и купить баночку сгущёнки.

- Я напомню тебе, чтобы ты не забыла, - сказала Полина, доедая свой ужин.

- А теперь идите в ванную комнату. Нужно почистить зубы, покупаться и после ляжете спать. Завтра встанем рано утром и пойдём гулять.

- А почему рано утром, мама? – спросила Ира.

- Потому что, милая, если мы будем спать до обеда, то всё самое интересное проспим. Да?

- Ага! – поддакнула Полина, хватая сестру за руку, - идём, Ира, нужно покупаться.

- Я вам сейчас помогу, - Кира убрала тарелку в раковину, а после отправилась в ванную с дочками. Быстро завершив купание, она проводила их в комнату.

В однокомнатной квартире жить непросто. Тесно. Девочки спали на двуярусной кровати, Кира в раскладном кресле, а Елена Николаевна на диване.

В кресле спать жутко неудобно. Кира часто плохо высыпалась. Но прогонять Елену с дивана не решалась. Всё-таки, эта женщина ей так сильно помогает. Ведь без неё сейчас она никак не справится с дочками.

Оставив дочек в комнате, Кира выключила свет, а после вместе с Еленой ушла на кухню.

- Даже телевизор не посмотреть, - проворчала женщина, - не хочу ложиться спать в девять вечера.

- Сейчас девочки уснут, а после включим тихо телевизор, -выдохнула Кира, ненавидя телевизор всей душой.

Елена была неравнодушна к этому ящику. Он у не работал круглыми сутками. Если Лена была дома, телевизор обязательно был включён. А ночью Елена его смотрела до часу или двух. А Кира не могла уснуть, пока в комнате не наступала абсолютная тишина.

Но Елена или не замечала, или ей было всё равно. Конечно же, ей ведь не нужно рано утром идти на работу. Это Кире приходилось собирать девочек в садик, отводить и спешить на работу. Елена их только забирала, после приводила домой, кормила, присматривала. И вот за это Кира была ей благодарна и молчала обо всех неудобствах.

- Ты сегодня такая взбудораженная, - сделала вывод Елена, всматриваясь в лицо Киры, - бледная. Что-то случилось?

- Случилось, - тихо произнесла.

- Что именно? На тебе лица нет. Сделать чай? Будешь?

- Да. Давайте. Мне чёрный, Лена.

- Сейчас, - женщина встала, начав хлопотать.

Кира удивлялась. Вот как у Елены может случаться разбег от эгоистичной стервы до заботливой тётки буквально за какие-то доли секунды?

- Кира, так что же?

- Я встретила отца моих девочек.

- О-оо! – приоткрыла рот, резко поворачиваясь к девушке, - и что? Что он сказал?

- Елена, я бы хотела с вами поговорить, - Кира внимательно посмотрела на Елену, думая, можно ли ей доверять. Но выхода ведь нет. Она должна рассказать ей то, что собирается.

Елену нужно подготовить к вопросам, которые могут начать задавать ей люди, подосланные Арсением. Елена должна знать, что и как им правильно отвечать.

- Так говори, - женщина поставила перед Кирой чашку горячего чая, - если отец объявился, Кира, так подай на алименты. Вон как тебе сложно живётся.

- Дело в том, Елена, что отец моих детей и понятия не имеет, что они от него. Впрочем, он даже мысли такой не допускает. Полагает, что детей я родила от моего сводного брата.

- От этой мрази? – она разочарованно покачала головой, - он вообще видел Юрия?

- Видел.

- И? У него глаз нет? Да что общего может быть у тебя и этого негодника Юрия? – она развела руками, а после махнула, - ну его, Кира. Ты должна попросить алименты.

- Я не могу их просить. Уже ж сказала. А думала, что моему бывшему плевать на меня. Но случайно узнала, что он решил покопаться в моей жизни.

- Зачем?

- Я не знаю.

- Много времени прошло. Он женат?

- Да не знаю я. Он попал в ДТП и лечится в клинике, где я работаю. Я ему просто сделала перевязку. Всё. Но он решил усложнить мне жизнь.

- Кира, скажи ему, что дочки от него.

- Зачем? Чтобы снова терпеть унижения? Не хочу. Дочки только мои. А он просто пусть исчезнет.

- Как знать. А вдруг и исчезнет.

- Хорошо бы, но чувствую, так просто он от меня не отстанет. Лена, у меня к вам просьба. Если вас кто-то будет расспрашивать обо мне и девочках, вы скажите, что просто помогаете мне с ними и больше ничего не знаете.

- Но я действительно почти ничего не знаю, Кира.

- Не говорите никому о том, как мы живём. Одним словом, просто будьте готовы к тому, что вам могу начать задавать вопросы.

- Не переживай. Я не буду лезть в твою личную жизнь. Скажу всё так, как ты хочешь.

- Спасибо вам.

- Матвей, ты бы сюда ещё пироги притащил и выступление ансамбля заказал. Чтобы сразу с песнями и плясками! Главное, чтобы не с похоронными, – фыркнул Арсений, отпихивая в сторону пакет, принесённый другом.

Матвея Беркутова Арсений знал уже много лет. И Матвей, пожалуй, был единственным человеком в окружении Арсения, которому Арс мог полностью доверять.

- Как знаешь. Моя жена для тебя, твердолобого, старалась. Впрочем, ей известен твой дурной характер. Чем дальше в лес, то и дров больше, Арс, да!

- Это ты на что намекаешь? – Арсений запрокинул голову, сев на кровать, но не желал разрывать зрительный контакт с Матвеем.

- На то, что тебе уже сколько лет? Тридцать пять стукнуло. А ты всё тачки меняешь и баб. Никак не угомонишься. Так ещё и гонять вздумал, словно возомнил себя пилотом болида, перепутав обычное шоссе с гоночной трассой. Ещё и Светку за руль пустил. Хорошо, что не убились и всё обошлась. И себя можете покалечить и людей.

- Я думал, что она справится. Да и как бабе откажешь…

- Безотказный ты, однако, Арс. Вот прям совсем и ни в чём отказать не можешь, - с сарказмом произнёс Матвей, - Светка теперь с сотрясением попала на больничную койку.

- С ней всё будет в порядке. А я завтра отсюда выписываться буду.

- Как рука? Зачем спешить с выпиской?

- Потому что у меня дел по самое горло, Матвей. Ты же знаешь.

- Знаю. Но я ведь могу и помочь.

- Я разгребу.

- Женился бы ты Арсений и перестал вести себя, как подросток.

- Матвей, ты за словами следи. Кстати, подгони мне новую тачку. Я ту разбил. Восстановлю и продам.

- Какую тебе тачку на этот раз, а?

Арсений усмехнулся, беря в руки бутылку с водой. Матвей состоятельный бизнесмен. Владелец целой сети автосалонов, мастерских. Имея такого друга, поменять одну машину на другую, было лишь вопросом нескольких дней.

- Быструю, резвую и большую, Матвей. Всё, как и всегда. Деньги я переведу. Сколько скажешь.

- Ладно. Моя жена хотела навестить тебя сегодня, но не смогла, у нас малой приболел. Завтра днём она будет здесь.

- Зачем? Меня так точно тут не будет.

- Значит навестит Светлану.

- Твоя Катюшка, Матвей, не меняется. Всегда и везде сунет свой любопытный симпатичный нос.

- Катюша у меня такая. Она всё интересуется, почему ты на Светке никак не женишься. Извёл уже женщину, ещё и до больничной койки довёл.

Арсений тихо фыркнул.

- У нас со Светкой совершенно свободные отношения и без каких бы то ни было обязательств. Я в жизни ей никогда ничего не обещал. Мы и парой с ней никогда не были и не будем. Как подружайка - она шикарная, вопросов нет. Всегда под рукой и удобная, а на что-то большее, - поджал губы, - рассчитывать она не может. Не моя это женщина и всё тут. И вообще, Матвей, не лезь в мою личную жизнь.

Арсений понимал откуда ветер дует. Жена Матвея всё время пыталась подженить лучшего друга мужа, но Арсений усиленно сопротивлялся. На Катю не обижался, ведь на такую светлую девушку обижаться просто нельзя. Знал её давно и даже завидовал Матвею, что тот урвал себе такой кусочек счастья.

Проводив Матвея, Арсений вернулся в палату, а через минуту услышал звонок телефона.

- Да, Петь.

- Я уже почти всё узнал о интересующей тебя девушке.

- Ого! Так быстро?

- Да. Она совершенно ничем непримечательная дамочка. Я сейчас приеду и передам тебе информацию.

- Жду, - кратко ответил, но на счёт непримечательности Киры Арс мог бы поспорить с кем угодно.

Мужчина вышел в коридор. Уже поздно, но Петра пропустят без всяких проблем. Клиника шикарная. Условия здесь просто королевские.

Выбрав диван у окна, Арсений принялся ждать.

Через двадцать минут к нему присоединился Пётр, сунул Арсу в руку всего один листок бумаги.

- Это что? И это всё, что ты узнал?

- На неё больше вообще ничего нет. Даже штрафов. Впрочем, и машины у неё нет. Жилья нет. Вообще ничего, Арс.

- Но я вижу здесь, что в собственности у неё четверть двухкомнатной квартиры значится? – ткнул пальцем в нижний край листка бумаги.

- Да. Но она там не живёт. Я могу идти?

- Нет. Не можешь. Побудь пока, - Арсений пробежался по листку бумаги взглядом. Здесь были данные о семье Киры, о школе и дальше о техникуме. Родила двойню в девятнадцать, а уже через полгода пошла учиться в медицинский колледж, который и окончила через три года. Не замужем. Снимает однокомнатную квартиру. Живёт с двумя шестилетними дочками и такой себе Очковой Еленой Николаевной.

- А Очкова эта… Кто такая?

- Как я выяснил, она бывшая соседка.

- Выясни всё подробно об этой женщине. Надеюсь, она не какая-нибудь кобра очковая! – хмыкнул.

- Я узнаю.

- И ещё, разве Кира не замужем?

- Ты же видишь, что нет.

- Вижу. Может ты плохо узнавал? Выясни мне имена всех мужиков, с которыми она валандалась.

- Я всё тщательно узнал. Не было у неё никого. Родила дочек, после очно училась, ещё и работать ночами успевала в местном баре.

- Проверь ещё раз, Пётр. Мне нужно точно знать. И узнай, где сейчас её мачеха и сводный брат.

-

Утром Кира услышала звонок в двери. Интересно, кого это принесла нечистая? Поспешила в прихожую, чтобы звонящий не разбудил дочек.

Кира уже и сама хотела поднять их, но девочки так сладко спали. Не решилась будить. Пусть поспят до девяти, а после всей семьёй отправятся в парк.

Распахнув двери, девушка увидела на пороге Дениса Сафарова. Улыбнулась ему.

- Денис, входи. Я тебя так рано не ждала.

- Ты меня хоть когда-то ждёшь?

- Я…

- Ладно, не заморачивайся. А я узнал, что у тебя сегодня выходной. Подумал, что мы могли бы провести его вместе. Как ты на это смотришь? – Денис снял лёгкую куртку, повесил на крючок в крохотной прихожей, а затем пошёл на кухню, сжимая пальцами небольшой пакет. В квартире ориентировался хорошо, ведь уже бывал здесь прежде, как и знал, что единственная комната занята Еленой и девочками.

- Я обещала дочкам сходить в парк, - Кира присела на стул напротив мужчины, - ты будешь кофе или чай? Я только завтрак готовить собиралась.

- Я не откажусь с вами позавтракать. Кстати, он протянул Кире пакет, - а здесь есть кое-что вкусное для твоих сладких сладкоежек.

Кира улыбнулась, заливаясь лёгким румянцем. Постоянно робела в присутствии этого мужчины. Он ей всегда помогает. Неудобно принимать от него хоть что-то. Но и отказом обижать не хотела.

Дениса знала давно, ещё тогда, когда сама была десятилетней девчонкой. Денис жил в соседней многоэтажке, но Рита не была с ним особенно дружна. Денис – приятель её сводного брата Юрия.

Но всего лишь один злополучный день полностью поменял и жизнь Киры, и отношение Дениса к Юрию. Денис перестал общаться с Юрой и с тех пор стал определённой частью в жизни Киры.

Оборачиваясь назад в прошлое, Кира понимала, как много ошибок натворила. Она никогда не знала маму. Мать отказалась от неё сразу же, как родила и отдала дочь отцу.

Девушка точно знала, что её мама и папа никогда не были женаты. Зато, когда Кире исполнилось десять лет, папа женился на Диане, у которой уже был свой сын Юрка от первого брака.

Юра старше Киры на три года, поэтому родители даже не сомневались, что новоиспечённые сводные брат и сестра поладят между собой.

Они и ладили первый год. А дальше характер у Юры стал портиться. Парень начал отбиваться от рук, грубить родителям. А отчима и вовсе не воспринимал всерьёз.

Диана не работала, сидела дома, а папа обеспечивал семью. Отец работал в юридической конторе и неплохо зарабатывал. Не шиковали, но и не бедствовали.

Всё изменилось, когда Кире исполнилось пятнадцать. Папа умер от затяжной пневмонии. А уже через полгода жизнь девушки превратилась в ад.

Юрий ей буквально прохода не давал. Издевался, подкалывал и намекал на всякого рода пошлости. Сначала всё было просто и на словах, а позже парень стал распускать руки, не упуская возможности потискать или позажимать.

Кира пыталась поговорить об этой ситуации с мачехой, но та лишь руками разводила, сказав, что Кира сама виновата, потому что вертит задницей перед сводным братом. Да и вообще, она имеет слишком бурную фантазию, присущую всем подросткам в этом возрасте.

Поняв, что с мачехой говорить бесполезно, Кира стала задерживаться после школы. Приходила домой только тогда, когда домой с работы возвращалась мачеха.

После смерти мужа Диане пришлось найти работу. Устроилась продавцом в продуктовый магазин. Денег ни на что не хватало, отчего в семье лишь нарастал разлад.

Диана просила найти работу и сына, и падчерицу. Кира была вынуждена подрабатывать уборщицей. Ставку оформили на Диану, так как Кира на тот момент была несовершеннолетняя.

Жить с этими двумя Кире было непросто. Знакомство с Арсением Волковом стало настоящим лучиком света в её тёмном царстве.

Мачеха была очень рада, что падчерица подцепила такого состоятельного мужчину. Но совершенно не верила, что Арсений посмотрит на Киру всерьёз. Диана основательно промыла мозг Кире, чтобы та вытянула из мужчины всё, что только можно было, пока тот щедр с ней за возможность полежать между её ног.

Кира совету не последовала, из-за чего между ней и мачехой начались постоянные скандалы.

Когда Арсений предложил ей переехать на съёмное жильё, Кира отказалась, о чём после сильно жалела. Но на тот момент она не могла примерить на себя откровенную роль содержанки.

Незадолго до расставания с Арсением уже стала понимать, что он её не любит так же сильно, как любит его она. А любил ли вообще? Ведь замуж не звал. А просто встречался с ней, проводя приятно время в ресторанах, клубах и койке.

Вернувшись домой с очередного свидания с любимым мужчиной, Кира натолкнулась в гостиной на Юрия. Мачехи не было.

Так странно, ведь было девять вечера. Диана всегда приходила домой к восьми, иногда и раньше. А сегодня почему-то стало исключением.

Кире совсем не хотелось находиться наедине с Юрием, который ни упускал ни единой возможности, чтобы не начать приставать к ней или цеплять словами.

Молча повернулась на выход, чтобы уйти, но Юрий не позволил. Пошёл следом, вцепился в её руку и весьма грубо вернул обратно в комнату. Закрыл двери на ключ и после снова стал кидать в неё неприятными словами с пошлым подтекстом. Знал ведь, что Кира вернулась от Арсения. И Юра отлично понимал, как именно сводная сестра проводила время со своим мужчиной.

Приглашаю в

Кире не понравился его взгляд. Смотрел так нагло, пошло. Надвигался на неё горой, Кира отступала, пока не упёрлась ягодицами в стол у окна.

А дальше девушка смутно помнила всё, что происходило. Юра на неё напал. Одной рукой заткнул рот, чтобы не орала, а второй начал грубо раздирать на ней одежду.

Кира пыталась сопротивляться. Но против сильного молодого парня оказалась беспомощна.

Содрав с неё абсолютно всю одежду, Юрий разделся сам. А после припёр её к стенке и принялся целовать, сминая руками грудь, прижимаясь к её обнажённому телу своим.

Кира едва сознание от страха не потеряла.

Сводный вёл себя невменяемо. И явно не просто так. Ему и прежде крышу сносило. Но чтобы аж так капитально… никогда такого не было.

Не то, чтобы кричать, дышать едва ли могла. Его губы заткнули её рот, а руки с такой силой сдавили грудную клетку, что она услышала хруст в рёбрах. Казалось, что ещё немного, и насильник её просто на две части переломит.

Экзекуция у стенки длилась минуты три, а после Юрий швырнул её на кровать. За попытку сопротивления с силой ударил по лицу, оглушая.

Кира застонала, перед глазами всё поплыло. Парень устроился на ней сверху, жёстко ломая сопротивление девушки, снова впился в её губы.

За то, что Кира его укусила, девушка снова получила по лицу, а после просто отключилась.

Пришла в себя, когда её тряс за плечи Денис.

Обнажённый Юрий валялся на полу, вытирал кровь с лица и жалобно скулил, щедро исторгая маты, кидаясь бранью в сторону Дениса.

Кира и сама была обнажена. В голове туман, шум. Щеки болели, в висках гудело, тело ломило, рёбра болели. Даже думать не хотела о том, как измывался над её телом подонок Юрий, пока она была в отключке.

И как здесь оказался Денис?

Когда он пришёл?

Судя по разбитой Юркиной роже, уже успел наподдать другу… теперь бывшему.

Кира всхлипывала, была так напугана, что и одеться не могла, руки тряслись, ноги не слушались. А ведь из дома нужно бежать. Далеко. И больше не возвращаться.

Денис помог ей одеться, собрать документы в сумочку, а после вытащил из квартиры, в которую Кира так никогда и не смогла больше вернуться жить.

Денис помог Кире прийти в себя. Оставил в своей квартире. Денис временно жил один. Мама его лежала в больнице и нуждалась в срочной операции на сердце.

Кира всю ночь прорыдала. Не верила Денису, который убеждал её, что Юрий не успел над ней надругаться. Но Кира не сомневалась, Денис скажет всё, лишь бы она так не убивалась, даже солжёт.

Не верила, что Денис появился вовремя и сорвал с неё Юрия, а тот не успел ничего сделать со своей жертвой.

Кроме того, утром Юрий посмел набраться наглости и явиться домой к Денису. Тот его не пустил и на порог, но Кира слышала, как сводный насмешливо выкрикивал, как успел с ней развлечься и поиметь так, как ему того хотелось.

А вечером Кира получила сообщение от Арсения с просьбой больше его не беспокоить. К сообщению прикрепил занимательное видео.

Кира поверить не могла, как так… Откуда у Арсения видео того, что вчера произошло между ней и Юрием?

И самое обидное, что на видео был именно тот кусок, где Кира стояла у стенки, полностью зажатая лапами Юрия и даже не могла пошевелиться. Тот сжал её и целовал, светя обнажённой задницей в кадре.

Со стороны казалось, что девушка не сопротивлялась и всё происходило по обоюдному согласию. А дальше Юрий кинул её на кровать, и видео оборвалось.

Конечно же, никто не будет присылать Арсению куски видео, где Юрий её бил.

В тот момент Кира поняла, почему Юрий на неё напал. Он сделал это специально. Для видео.

Кира попыталась поговорить с Арсением, убедить его, что всё это сделано умышленно. Но даже фиолетовые следы на её щеках не убедили мужчину.

- Ты не меня потерять боишься, а мои деньги. Ради этого могла себя даже разукрасить, чтобы разжалобить. Только зря стараешься, Кира, - рявкнул в ответ Арсений.

А после не дал ей и возможности оправдаться.

- Я видел, как Юрий смотрит на тебя. Да он одним взглядом тебя имел во всех плоскостях. Я просил тебя не жить с ним на одной территории. Предложил переехать, даже жильё уже снял, как последний дурак. Но ты отказалась. Теперь я знаю почему. Вам просто удобно было с ним кувыркаться, пока я спонсировал тебя бабками.

Кире тогда казалось, что её опустили ещё в большее дерьмо, чем Юрий, когда накинулся на неё. Столько грязи она просто не могла вынести. Задыхалась и медленно умирала.

Говорить не могла, дышать не могла, существовать не хотела.

Не понимала, как сможет со всем этим жить и где. Домой не вернётся. Просто не сможет. Да, четверть квартиры принадлежит ей. Но такую крохотную часть быстро не продать. Да и кто купит, чтобы жить на одной территории с сомнительными личностями, типа её братца?

Кира ушла от Арсения и до утра сидела в парке, не понимая для чего она вообще такая нужна. Правда в том, что она вообще никому не нужна. Замерзла. Кажется, потеряла сознание. Пришла в себя в больнице, где приятная женщина в возрасте в белом халате сообщила Кире, что она беременна. И малышей будет двое. Извинилась, что пришлось покопаться в сумочке Киры и посмотреть данные её паспорта.

Услышав, что о её местонахождении сообщили мачехе, Кира удрала из больницы.

Новость о беременности отрезвила Киру, заставила включить мозг и отрубить эмоции. Она больше не одна. Внутри неё бьются сердечки двух крох. И эти крохи будут её любить. Пусть у них не будет папы, но вместе – втроём, они смогут стать семьёй. А больше им никто и не нужен. В этот момент Кира поняла, кому она на самом деле нужна.

Девушка слабо представляла, как и что ей делать. Как жить и куда двигаться. Но больше не имела желания сдаваться.

Помощь ей предложил Денис. Первое время Кира жила у него, после нашла работу, сняла жильё и съехала. Познакомилась с Еленой Николаевной, которой была безмерно благодарна за помощь.

За возможность бесплатного проживания с Кирой и доплату, Елена согласилась присматривать за малышами днём. Это позволило Кире поступить учиться в медицинский колледж через полгода после рождения детей.

Вечерами пришлось подрабатывать, но небольшой зарплаты и государственных выплат на детей ей хватало, чтобы кое-как сводить концы с концами.

Кроме того, помогал Денис. Деньги Кира от него не брала, хоть он и предлагал. Но от продуктов не отказывалась. Раз в неделю Денис всегда приносил ей фрукты, продукты и кое-что для малышей. К этому времени жизнь самого Дениса круто изменилась. У парня объявился отец, который клялся сыну в том, что и понятия не имел о его существовании. Денис познакомился с отцом в морге, где лежало тело мамы.

Отец Дениса оказался состоятельным человеком. Известный кардиолог, который к тому же являлся владельцем крупного, элитного медицинского центра.

Денис не желал признавать отца. Поздно узнал о его существовании. Маму уже никак не вернуть. А у Михаила Евгеньевича ведь были все возможности и предостаточно денег, чтобы помочь его матери. Денису же пришлось пойти на сделку с собственной совестью, чтобы раздобыть денег на операцию матери. Мамы больше нет, а совесть он и до сих пор успокоить не смог и вряд ли уже сможет.

Михаил Евгеньевич готов был на всё, чтобы сын его признал и понял. Денис согласился, но при условии, что отец возьмёт в свой центр на работу Киру.

Мужчина нехотя согласился, ведь не видел никаких перспектив в зелёной и юной медсестричке. Но, познакомившись с ней поближе, очень быстро поменял о Кире своё