Твой телохранитель, Ирэл Аш-Сэй

Микродиск камеры и сканера в сетчатку глаза передавали сообщения от процессора. На сетчатке глаза будто вирт-окно инфранета, смещенное влево, но не перекрывающее обзор. Одновременно с этим, камеры фиксировали все вокруг, обрисовывая контуры предметов и живых существ, движущиеся объекты, и выводили информацию после обработки процессором на «вирт-окно».

Головная боль стала привычной. Невыносимо хотелось иногда закрыть глаза. Это желание приходилось подавлять. Со временем станет легче. Органический мозг научится фильтровать поступающую информацию и «цепляться» за действительно необходимую информацию. Это станет инстинктом, реагировать на цвета сообщений – красный цвет «опасности» станет приоритетным. Главное, перетерпеть первый месяц.

Модификация организма была необходима, и внедрение имплантов и процессора в тело было самым легким из процедуры. Труднее было приучить собственный организм правильно принимать сигналы и действовать, подчиняясь им, до бессознательного. Трудная задача, когда первые тридцать с лишним лет прожил просто человеком. Это как заново учиться ходить.

Курс «невидимых» по медицинской терминологии стероидов и инъекций укрепили мышцы и кости, усилили подвижность суставов, но… эффективность тела повысилось по сравнению с прежними показателями всего на 20%. Мало, особенно для тех, чья работа обеспечить безопасность людей от угрозы со стороны биомашин. Киборгов.

– Итак, Ирэл, – проговорил кибер-инженер за краем тренировочной площадки. – Продемонстрируйте нам первый блок ударов из борьбы тей-о.

Процессор в голове тут же вывел перед глазами блок. Движения зрачка остановились на строчке «режим тренировки», затем перевели на первую строку. Веки чуть дрогнули и блок был активирован. Все про все – три секунды. Допустимая погрешность. Импланты, рассеянные по телу и сосредоточенные в нервных узлах и суставах, тут же перехватили управление телом на себя.

Теперь главное – не думать.

Мужчина средних лет, крепкий и поджарый, с ранними морщинами на лице, вдруг перетек в идеальную стойку и провел серию ударов и выпадов, атакуя невидимого противника.

Инженер, кивнул, поставил в планшете отметку и, сняв очки с носа, задумчиво прищурился… и бросил оные в мужчину.

Программа процессора требовала от имплантов закончить алгоритм действий, брошенный объект идентифицировался как «нейтральный», и тестируемый не должен был среагировать на брошенные очки…

Но это в идеале.

К сожалению, человеческое тело за тридцать лет жизни привыкло к иному. И вступило в тут же секунду в борьбу с «чуждыми» ему наноимплантами. Тело мужчины дернулось, разрывая ритм, рука болезненно дернулась в направлении предмета, пытаясь то ли отбить, то ли поймать… тогда как импланты «тянули» конечность силой завершить движение.

Очки ударились на излете о торс мужчины и упали на пол.

– Стой! – команда-приказ здесь и сейчас была нужна процессору, а не мужчине, чтобы остановить движение тела.

Ирэл и сам в данный момент хотел бы остановиться. К сожалению, противодействие имплантам всегда кончалось болью. Эту проблему инженеры вначале пытались решить, но… спустя время признали необходимой. Иначе нужного результата было не добиться.

Мужчина остановился и по лицу пробежала тень от испытанной боли.

– Хм-м… – ученый постучал стилом по планшету. – Неплохо, неплохо… но показатели далеки от идеальных! Утилизация для киборга, однозначно!

Он усмехнулся.

Ирэл промолчал. Шутка была не смешной. Он косо посмотрел на валявшиеся под ногами очки, думая стоит ли их подымать… вызовет ли это «протест» процессора?

– Но среди наших модификантов, у вас хороший результат! – «похвалил» мужчину меж тем инженер. – Не лучший из возможных, но в группе вы занимаете третью строку. И это до истечения первого месяца! Ирэл, подойдите.

Мужчина спокойно подошел, и инженер, вытащив из кармана халата маленький фонарик, резко включил его, направляя в его глаза луч яркого света. Зрачки дрогнули, и, повинуясь имплантам в сетчатке, тут же нивелировали «вред». Лицо мужчины не дрогнуло.

– Мимические реакции снижены на 36%, – с удовлетворением сказал инженер. – С каждым днем все лучше и лучше. Очень хорошо.

– Это будет и дальше прогрессировать? – спросил Ирэл.

– Нет, у большинства останавливается даже ниже… – рассеяно отвечал инженер.

– За последние два дня меня дважды останавливал полицейский патруль, требуя удостоверение, – сообщил Ирэл.

– Что же поделать, это побочное явление… просто у вас на 10% выше обычного. Не стоит беспокоиться.

Инженер чуть улыбнулся и вдруг предложил:

– А как насчет «полевых» испытаний? Эм?

– Поймать киборга? – уточнил Ирэл.

– Нет-нет, вам еще как минимум три месяца до полной «обкатки», – покачал инженер. – Конечно, ваши показатели выше всех похвал, но все же... не стоит форсировать события. Я уверен, что вы можете заняться обычной работой по проверке техобслуживания киборгов у частных лиц. Не все предпочитают являться со своим имуществом в сервис-центр. Сами знаете. И чем это может закончиться…

Это точно. Иначе Ирэл и не согласился бы на модификацию.

*** *** *** *** *** *** ***

Работа в «DEX-компани» была очень высокооплачиваема, а предоставляемый соцпакет и пенсионные от этой фирмы гарантировали, что ты не окажешься выброшенным на обочину жизни. Многие мечтали о работе в этой корпорации, но чаще всего соискатели попадали на работу в захудалые филиалы на дальних терроформированных планетках, где не было ни единого шанса добиться высоких постов. Но даже это обеспечивало достаточно высокий уровень жизни.

Но некоторые попадали в штат по иным причинам…

Ирэл Аш-Сэй фактически продал себя компании. Вернее, как сказать правильнее? Заключил сделку, договор? Да, пожалуй, контракт…

Его дочь была больна. Острая форма вирусного полиомиелита, подхваченного на цивилизованном окультуренном курорте-планете… за три недели восьмилетняя девочка превратилась в инвалида. Требовалось дорогое лечение, на которое у простого полицейского не было денег. Он даже на кредит не мог рассчитывать. Ни один банк просто не пошел бы ему на встречу. Он обошел множество из них… и везде был один ответ – ваша работа не может обеспечить вашу кредитоспособность.

И тут «DEX-компани» объявило конкурс на вакантные места в своем штате, не пояснив на какие именно. И он зацепился за единственный шанс.

— Почему вы хотите работать у нас? – скучающий вопрос, без особого смысла.

— Я должен вылечить дочь, и я готов на все, – ответил он, уже утратив надежду на эту работу.

Он не хакер, не кибер-инженер, не… да просто не. Просто тупой полицейский с навыками борьбы с криминальными элементами.

— Действительно… на все? – уточнил сидящий рядом с кадровиком мужчина в дорогом костюме.

— Да, – просто ответил Ирэл.

Наверно, стоило уже признать свое поражение и просто встать, уйти…

— Хм-м… что же… достойная причина, – проговорил начальник кадровика. – Вы полицейский… служили несколько лет в армии… но вы не инженер, не специалист по кибернетике… впрочем, этого люда у нас достаточно… а вот в отделе по утилизации народу не хватает. Мало кто любит пачкать руки, а производственный брак никто не отменял. Пойдете на работу в этот отдел, и наша компания оплатит медстраховку на лечение вашей дочери. Но придется отработать. Минимум пять лет на минимальной ставке. С одним выходным в неделю, дальние командировки, и возможный сопутствующий риск.

— Я согласен, – он был согласен на все.

Компания не обманула. Оплаченная медстраховка позволила поставить на ноги дочь. Он был бесконечно благодарен за жизнь Нэй и работал как проклятый, отплачивая долг компании. А малышка жила с его матерью на Старой Земле. Редкие звонки по инфранету, наезды домой между командировками… и он был счастлив. Дочь вновь уверенно ходила, смеялась – что еще было ему желать?

А потом она погибла.

Детские аттракционы. «Сорванный» киборг. Пятнадцать жертв…

Не помогло и то, что Нэй-Ли «охраняла» старенькая Mary его матери. Тело девочки закрывал мертвый киборг… обе были пришпилены к полу обломком железной трубы.

Жизнь разделилась на «до» и «после». Мир обесцветился и жить не хотелось. Что-то оборвалось внутри, заморозив эмоции и чувства. Он не чувствовал ничего… кроме непонимания – как?! Как это могло произойти?

Почему?!

Он просто не понимал.

— Вы ничего не смогли бы сделать, – сказал его непосредственный начальник. – Аш-Сэй, вы человек. Просто человек. Ваших сил недостаточно, чтобы остановить киборга…

Да, недостаточно.

Он не хотел слушать начальника. Зачем тот вообще его вызвал?

Напомнить, что он обязан отслужить еще три года из пяти?

— … я понимаю ваше горе и утрату, но работа остается.

Точно, именно поэтому он все еще здесь. Долг.

— … и могут пострадать другие дети. Как Нэй-Ли.

Аш-Сэй тяжело смотрел на своего непосредственного начальника. Молча.

Тот кашлянул и бросил перед ним планшет.

— Здесь наше вам предложение. Ваш долг аннулируется. Если вы согласны пройти экспериментальную модификацию тела. Скорость, сила, выносливость, регенерация. И вы переходите в отдел прямой утилизации «сорванных» киборгов. Уничтожение, а не просто выписка направления… понимаете?

Аш-Сэй посмотрел на планшет. Он даже руки не протянул к нему.

— Подумайте, Ирэл… сколько людей может погибнуть. Детей. А вы можете их спасти.

Он медленно поднял голову, обжигая взглядом начальника. Пальцы до скрипа сжались в кулаки.

— Просто человек даже с глушилкой «DEX-компани» может не успеть. Но модификант, человек с определенным набором качеств, это может. DEXы, и вообще киборги… программируются исходя из стандартизированных данных обывателя. Или на других киборгов. Но не на модификантов. Их программы не учитывают их особенностей. А значит вы… сможете остановить другого убийцу-киборга.

— Их создали вы, – выплюнул Ирэл. – Вы!

— Киборги это вещь. Это оружие! Можно винить вещь?! Или того, кто отказался уничтожать неисправный бракованный материал? А?! Вы можете спасать людей! Так подумаете хорошо, что я вам говорю! Нет? Убирайтесь отсюда ко всем чертям! Но если надумаете… я жду вас здесь.

Аш-Сэй не дослушал, вставая и направляясь к дверям.

— Вот же азиатская морда… непрошибаемый… – прошипели за спиной на грани слышимости.

Он захлопнул за собой дверь.

Никогда больше он не хотел видеть своего начальника. Вновь надевать форму служащего «DEX-компани». Просто прийти домой и перестать бы дышать. Но умереть… мог ли он умереть?!

Нет.

Это слишком просто.

Через четыре дня он подписал новый договор.

Разве у него… был иной выбор?

*** *** *** *** *** *** ***

— Ирэл! – инженер помахал ладонью перед его лицом. – Очнитесь! Вы меня слышите?

Мужчина моргнул, усилием воли возвращаясь в реальность. Остекленевший взор спустя долгий вздох вновь ожил, показывая живого человека. Инженер тревожено смотрел на него.

— Знаете, пожалуй, нет… не стоит вам пока на «полевые» работы.

— Я справлюсь, – спокойно сказал Ирэл, пряча досаду.

— Может быть, – не стал спорить инженер. – Но… давайте так! Наши тренировки здесь уже мало что вам дадут, а для того чтобы дать вам выписку для работы нужно основание для кадрового отдела. Поэтому давайте «обкатаем» ваши достижения в иных условиях. В связи с деятельностью «антидексистов» ряду наших сотрудников предоставляются для охраны телохранитель-киборг. И вы идеально подходите.

— Я должен его контролировать? – с сомнением уточнил Аш-Сэй.

— Нет. Вы будете этим киборгом!

Мужчина застыл, как камень, мгновенно забыв как дышать.

Инженер довольно улыбнулся, глядя в раскосые сумрачные глаза.

— Вы идеальный кандидат, Ирэл! Твоя задача стать телохранителем на семь дней! Обкатаешь программку, навыки и добро пожаловать на новый фронт работ!

— Зачем. Изображать. Киборга?! – прошипел сквозь зубы Аш-Сэй.

— Потому что антидексисты… выбирают наиболее слабую жертву, за спиной которой будет киборг. Хакер взламывает киборга, его процессор в голове… и тот нападает. А взлом вашего процессора… будет неприятным сюрпризом для ублюдка. И вы его поймаете.

Ирэл помолчал.

— Хорошо. Я согласен.

В конце концов он знал о нападениях, и о том что некоторые семьи служащих «DEX-компани» пострадали. Если он может найти и обезвредить, захватить одного из этих подпольщиков-антидексистов… он притворится киборгом.

– Это точно не киборг? – Михаил Синица с сомнением посмотрел на Ирэла.

Инженер-тестировщик весело усмехнулся, наслаждаясь замешательством приятеля. Аш-Сэй, одетый в стандартный комбез с принтом декс-компани стоял с каменным лицом, не спеша прояснять ситуацию и просто смотрел на будущий объект охраны.

– А ты проверь, – с издевкой предложил Михаилу инженер.

Тот раздраженно дернул уголком рта.

– Что за глупые шутки! Ты же человек? – начиная злиться, сказал он становясь прямо перед Ирэлом.

– Ответ отрицательный, – ровно отвечал «киборг».

– Джед! Мы же договаривались! – Михаил зло выругался. – Ты же обещал, что тот полицейский будет нас курировать! А теперь жестянку суешь?!

Джед уже в открытую едва сдерживал смех и даже возмутительно нагло подмигнул Аш-Сэю.

– Значит, был договор? – уточнил так же ровно Ирэл.

Михаил ошарашенно уставился на «киборга», осознавая вопрос.

– Да вашу ж маму… шуточки у вас! – проворчал он, чувствуя себя глупо. – Гм-м… Михаил Синица, рад знакомству…

– Ирэл Аш-Сэй, ваш телохранитель, – Ирэл пожал ладонь мужчины.

– Очень рад, – честно ответил на рукопожатие Михаил. – Не хотелось бы доверять жизнь своей дочери тупому киборгу.

– Дочери? – Ирэл повернул голову к Джеду.

Знал? Или специально? Уж он-то не может не знать про Нэй…

– Для дочери… мне-то чего боятся? Сел на флаер и на работу, где до семи часто торчу. А дочь то школа, то гулять ее понесет… а тут эти ненормальные. Антидексисты, мать их так… я надеюсь на вас.

– Условие неделя, – уточнил Ирэл.

– Знаю… но надеюсь, наша служба безопасности разберется с этой проблемой! Ну, а нет… придется соглашаться на киборга. Ох, не хотелось бы…

– Михаил, мы тут с Ирэлом договорились, ваша дочь не должна знать, что он человек. Киборг и киборг, сами понимаете, модификация человека тайна компании и юридические вопросы еще не проработаны. Декс-компани огласка не нужна, проговориться Мирослава в школе и…

– Она у меня не любитель болтать, – поморщился Михаил. – Но согласен. Ладно. Полетели? По дороге расскажу все, поговорим.

– Удачи! – кивнул им Джед.

Мужчины направились к флаеру, негромко ведя разговор.

*** *** *** *** *** *** *** ***

Флаер приземлился у гаража, позади небольшого двухэтажного дома с острой красной крышей. Второй этаж был мансардного типа и пара окошек были расположены аккурат в покатой крыше-мансарде.

Ирэл вышел вслед за хозяином дома из флаера, и пошел за ним как положено обычному киборгу на два шага позади. В густом жарком воздухе звенел стрекот сверчков, а небо уже налилось вечерней синевой, грозясь в какой-то час окончательно возвестить о наступлении ночи.

– Добрый вечер, хозяин, – пропела светловолосая, с пышной гривой волос, киборг модели Mary, открывая дверь.

– Мира где? – спросил хозяин, на автомате всовывая ноги в поочередно подставленные тапочки.

– Маленькая хозяйка в своей комнате, хозяин, – с приклеенной улыбкой отвечала киборг.

– Слава Федерации, не шляется где на ночь глядя, – проворчал под нос Михаил. – Ирэл, иди…

Мужчина вовремя осекся. И закончил правильно:

– … иди за мной! Вот же дерьмо, – прошипел он в конце, понижая голос.

На домашнего киборга ему было плевать, да и Аш-Сэй не принял бы эти слова на свой счет. Это относилось больше к ситуации в целом. Чертовы антидексисты! Жить спокойно не дают, мешают да угрожают.

На втором этаже оказалось довольно тесно. Узкий коридор, несколько дверей по обе стороны.

– Моя спальня, дочкина, там кладовка, и санузел, – негромко пояснил расположение объектов хозяин дома, направляясь к спальне дочери. – В кладовке старый, но удобный диван. Сойдет?

– Да, – коротко ответил Ирэл.

Михаил коротко взглянул на него и костяшками пальцев постучал в дверь спальни дочери:

– Мира! Я могу войти?

– Да! – послышался девчачий голос.

Михаил нажал на ручку, открывая дверь. С некоторых пор он предпочитал стучать, прежде чем войти. Увы, дочь внезапно повзрослела… и вновь застать ее за примеркой специфического женского предмета одежды ему категорически не хотелось. Или просто за переодеванием. Жаль, что у него не сын… вот был бы парень!

Дочь сидела за столом, и явно поспешно, с каким-то испугом закрыла вирт-окно своего настольного компьютера, после чего развернулась на стуле к нему. Подозрительно… надо как-нибудь проверить содержимое компьютера. Мало ли?! Он же отец.

Дочь встретила Михаила настороженным взглядом. С некоторых пор этот взгляд стал привычным. Тринадцать лет… сложный возраст. Переломный. Каждый год в школе в первую неделю обучения проводилось общее родительское собрание, которое не рекомендовалось пропускать, чтобы тебя «не взяли на заметку» соцслужбы. А ему, как одинокому изначально родителю это категорически не рекомендовалось. Польза однако от этого была. Собрав родителей по возрастам детей-учащихся, школьный психолог подробно рассказывал психологические особенности каждого года. Отвечал на вопросы, давал рекомендации…

Главной рекомендацией для родителей подростков – набраться терпения и просто пережить этот период. Когда любое слово будет принято в штыки, а любые обещания и действия будут проверяться на прочность и достоверность. И стараться не нарушать личные границы, больше доверять… с последним были проблемы.

Дочь вновь нервно, опасливо покосилась, на стремительно закрытое вирт-окно компьютера.

Так… и что она там прячет от него? Личный «девчачий» дневник? Мальчика?! Она играет в азартные игры?

Твою же… так, спокойно, это после…

– Это кто? – Мира с нескрываемым удивлением уставилась ему за спину, на вошедшего следом Ирэлом.

Ну киборг, киборгом… модификант так его!

– Киборг, – мрачно ответил дочери Михаил. – Значит так… и это не обсуждается! Эту неделю, временно, я подчеркиваю – временно! – этот киборг будет тебя охранять. И в школе, и на улице…

– Зачем?! Пап!

– Никаких пап! Мира, за последний месяц на сотрудников ДЕКС-компани и членов их семей нападали антидексисты. Пока служба безопасности и полиция с этим не разберется, ты будешь ходить с киборгом! Точка! Считай его телохранителем.

Дочь хватанула ртом воздух, явно намереваясь продолжать спорить. Но потом лишь сердито сверкнула глазами, упрямо сложив руки.

– Телохранитель? Мой? – уточнила она.

– Именно, – кажется скандалить раздумала… уже облегчение. – Его зовут… кх-м, внесенное имя Ирэл Аш-Сэй.

– Это что за имя такое? – дочь удивилась.

Ну да, так киборга не обзывают.

– По абревиатуре подсерии.

– ДЕКС? – уже с большим любопытством спросила Мира, во всю разглядывая «киборга».

– Bond. Последняя моделя.

– Ладно… если на неделю, но права управления ты дашь мне.

– Обойдешься! Ирэл, это Мира, объект охраны. Вне дома сопровождаешь ее везде, даже в туалет.

– Пап! – возмутилась девчонка.

– Объект идентифицирован, – усмехнувшись про себя ответил Ирэл. – Информация сохранена.

– Он киборг, ему плевать, где стоять, – злорадно припугнул дочь Михаил. Оно-то так, и будь Ирэл киборгом, возразить было бы нечего, но… – Но хорошо, в туалет будешь ходить без него.

– Ну, спасибо!

– Не за что. Ирэл, за мной.

– Нет! Отдай его мне! И права управления передай! Он же меня охранять будет, значит я должна отдавать ему приказы. Мало ли что! И вообще пусть здесь остается.

– Нет, – отрезал Михаил, отворачиваясь от дочери.

– Тебе Синтии мало?!

Михаил остолбенел. И медленно обернулся, не веря своим ушам.

– Что ты сказала?!

Мира побледнела, стискивая кулачки. И хоть отчаянно храбрилась, было видно – жалеет о своих словах.

– Он же кукла. Жестянка. И ему все равно.

– МИРА!! – взвыл Михаил, уже не зная что он больше чувствует – ярость или шок от таких подозрений?!

Да как она думать такое может?!

– ПРОСТО ОТДАЙ ЕГО МНЕ! – девчонка вскочила со стула, с отчаянным решительным видом.

Михаил, изо всех сил, стараясь сдержаться, от греха подальше всунул руки в карманы пиджака и подойдя к дочери, наклонился нависая над ней.

– Ты в своем уме? – очень тихо и зло спросил он.

У Миры дрогнули губы.

– Ты не знаешь что в школе говорят… я не хочу… даже думать о таком не хочу! Пусть он.. ну, в кладовке спит. Что бы я знала. Пожалуйста.

Голос девочки сел. И было видно, как она пытается не отступить перед ним. Боится, а не отступает. Наверно, у детей это в подкорке мозга – опасаться взрослых. Что они ударят. Причинят боль. А у подростков еще проблемы с доверием, как говорил школьный психолог.

Михаил, как бы не был зол, смог взять себя в руки.

– Хорошо… будь по твоему. Bond, Мирослава Синица – хозяйка первого уровня. Полное подчинение.

– Информация сохранена, – донеслось безликое.

– Довольна? – дочь виновато кивнула головой, опуская глаза.

– Извини…

– Ирэл… иди за мной.

За дверью комнаты Михаил наконец смог выдохнуть. Ирэл казалось равнодушно стоял рядом. Мужчина опасливо, исподлобья взглянул на него. По невозмутимой мине «киборга» ничего не понять… небось потешается.

– Ни слова! – прошипел Михаил.

Ирэл лишь насмешливо чуть искривил губы.

Или это ему показалось.

– И вообще иди ты… в кладовку! – и Михаил сердито ретировался в свою спальню.

– Приказ принят, – ехидно сказал дверям Ирэл.

Ну, и семейка!

Это будут долгие семь дней…

*** *** *** *** *** *** *** ***

Условия проживая были удовлетворительны. В кладовке было чисто, даже маленькое оконце имелось. Диван казался древним, но был и мягким и одновременно твердым. И достаточно удобным.

Стену напротив дивана занимали полки, уставленные коробками с разным одержимым, под окном был приткнут комод с ящиками. В том числе в одной из коробок, что радовало, обретались позабытые раритетные печатные книги. Даже на взгляд ветхие. Видно, выбросить рука не подымалась. Вот и развлечение на сон грядущий.

Сама кладовка два на три с половиной метра. Для кладовки просторно.

Переживет. Но сомнения в разумности соглашаться на такой «тест» и работу телохранителем все же появились.

Михаил оказался неплох, с ним проблем не должно быть. Все вопросы они с ним обговорили. А вот его дочь… Мирослава Синица, тринадцать лет, но на взгляд лет двенадцать. Русые волосы ниже плеч, лицо «европейского» типа по старой земной классификации. Не красавица. Не дурнушка. Никакая. Обычная девчонка. Ничего общего с малышкой Нэй. И это уже радует.

Что еще ему известно?

Михаил единственный родитель. Обратился в репродукционый центр, потому что его мать умирала и очень хотела перед смертью увидеть потомство сына. Быть уверенной, что род продолжится. Женщина старой закалки и старого поколения. Послушный сын исполнил ее желание, но в Центре произошла накладка. Вместо заказанного сына из инкубатора достали дочь. Впрочем, это особо новоявленного отца не расстроило. Девочку назвали в честь бабушки и Михаил растит ее один.

Учится средне, с неба звезд не хватает. Упряма, как все подростки. Максималистка. Опять же возраст. Но судя по знакомству отчаянная и… добрая. За киборга вступилась. Ирэл понял, что улыбается, вспоминая сцену дочери с отцом. Но что в голове у этой девчонки, что она так на отца подумала?

Синтии тому мало… ну, многие мужчины берут себе киборгов Mary для этой цели. Irien-ы стоят дороже, а минимальная специфическая программа устанавливается легко и вполне удовлетворяет желания хозяев. И одинокому мужчине с дочерью ходить по борделям после работы… Ирэл его понимал. Хотя сам никогда не рассматривал киборгов в плане секса.

Мирослава… Мира.

Посмотрим, что она из себя представляет.

*** *** *** *** *** *** *** ***

Мира возилась утром так долго, как только могла. Всю ночь девочка прокрутилась в постели, думая о киборге, которого притащил отец. Интересный. С виду ровесник отца. Лицо приятное, но застывшее, как и положено правильному киборгу. Не смазливый красавчик, как Irien какой-то. А то в школе стыда не оберешься.

Миру прошиб холодный пот, при этой мысли. Как же хорошо, что это Bond!

– Что, папаша тебе куклу купил? А ты с ним уже играла? – ехидный, издевательский голос Киры Гибульской, главной хулиганки в школе, так и прозвучал в голове Миры.

И ведь все одно привяжется… вот где ужас-то!

Может, отец уехал уже на работу? Тогда она попробует приказать киборгу остаться дома!

Мира выглянула в окно и приуныла – флаер стоял у гаража.

Не уехал!

– Мира!! Ты в школу опоздаешь!! – вопль отца, будто услышавшего ее мысли, раздался с первого этажа. – Живо спускайся!

– Иду! – Мира подхватила рюкзак с учебным планшетом, и вышла из комнаты.

Отец заканчивал на кухне свой завтрак. А киборг уже стоял у стены. Мира покосилась на него, и села за стол. Синтия тут же поставила перед ней тарелку овсяной каши с молоком и ягодами. Ее любимую.

– Доброе утро, – пробормотала она, не подымая глаз на отца и уныло сунула ложку с кашей в рот.

– Даже не пытайся оставить Ирэла дома. Ты едешь с ним, ясно?

– Ясно, – буркнула Мира. И покосилась на киборга, статуей подпирающего стену. - А он ел?

Отец, который уже уткнулся в вирт-окно окно инфранета, просматривая новости отреагировал ожидаемо:

– Что ты сказала? – рассеяно.

– Ничего, – буркнула Мира и повернула голову к киборгу. – Ирэл, доложи состояние системы.

– Система готова к работе на 90%.

– Знаю я эти проценты, – поморщилась Мира. – Когда ты в последний раз принимал… питание?

Кто его знает, чем его отец пичкал… может еще на работе вчера?

Ирэл не мог медлить с ответом, он должен был отвечать незамедлительно. Если бы это его не развлекало, он бы не стал в это «играть».

– В 19:45, 25.09, – сообщил он через секунду.

Утром он не ел. Старая привычка, которую перебороть так и не смог. Кофе – вот что он признавал утром. Крепкий черный кофе с одним кубиком сахара. А ужин ему с киборгом хозяин дома прислал именно в озвученное время.

– Ясно-понятно, – протянула, нахмурившись Мира.

Михаил покосился на дочь, и вновь уткнулся в новости.

Девочка встала и подошла к кухонному ящичку, достав оттуда банку кормосмеси. Порционную и сразу в жидком виде. Не надо отмерять нужные граммы для киборга. Достал и сразу сунул в руки куклы. Что девочка и сделала.

– На, ешь, – приказала она категорично.

Михаил за столом напряженно уставился на Ирэла. Но не вмешался.

Твою же…

Ирэл невозмутимо открыл крышку и сделал большой глоток. И еще один, сразу допивая кормосмесь.

– Вот, а то в школе достанут, – непонятно сообщила Мира, вновь усаживаясь за стол и принимаясь за кашу.

То, как непередаваемо перекосило лицо Ирэла она не увидела. А Михаил закашлялся, поспешно отводя глаза.

Пробрало модификанта!

*** *** *** *** *** *** *** ***

… по школьному коридору Мира шла так, будто никакого киборга за спиной у нее не было. И изо всех сил старалась не вслушиваться в говорки за спиной:

– Смотри! Смотри!!… чего она с кибором?… а симпатичный… вот ненормальная! С куклой приперлась!…

Мира сильнее стиснула лямку рюкзака, задрав подбородок вверх. Да говорите, что хотите!

– Эй, Синица! – в голову врезался бумажный комок. Мира чуть не застонала. Гибульская! – Слышь, ты!

Следующий комок из смятого листа бумаги, что швырнула Кирка остановился у самого уха Миры. Девочка замерла, не закончив шаг, смотря на руку киборга.

– Спасибо, Ирэл, – осторожно сказала она. Киборг отступил за спину.

От групки девчонок отделилась симпатичная светловолосая девчонка в драных джинсах. Одна сторона лица у ней была разрисована синими полосами, что выдавало в ней болельщика гонок на флаерах.

– Синица, это че за кукла? – спросила она, подходя.

– Тебе то что за дело? – огрызнулась Мира.

– Че, папочка боится его доченьку в школе обидят? – глумливо спросила Гибульская.

Мира поняла, что от Киры так просто она не отвяжется. Нашла, к чему прицепится!

– Завидуй молча! – окрысилась она. – Твой про тебя думать забыл!

Кира побелела от злости.

– Ща убьет, – выдохнули за спиной.

– Рот закрыла, – прошипела Гибульская. – Папенькина дочка! Думаешь кибер охраняет, не прилетит?!

– От тебя? – фыркнула Мира. – Да я бы тебя сделал на раз! Да личное дело портить об тебя…

К сожалению, перспектива драки не устраивала и Киру, что с удовольствием бы начистила нос фифочке Мирочке. Да и отчим с матерью рады не будут… но ведь можно и по другому ее урыть?

– Да уж… ты у нас такая чистенькая, – усмехнулась она, зло кривя рот. Она высокомерно смерила взглядом Миру с ног до головы и наклонилась к ее лицу. – Развлекаешься? А папаша знает? Небось целовалась с этой куклой? Трогала… тискала…

– Дура! – Мира отпрянула так резко, что врезалась спиной в грудь Ирэла.

Что молча матерился про себя.

Кира расхохоталась.

– Ой-ёй, видать угадала! Развле… ай!

Мира не выдержала. Вот же дура!!

Уроки самообороны, не прошли даром и хук справа прилетел прямо в нос Гибульской. Та отшатнулась, схватившись за расквашенный нос.

– Синица! Гибульская! Что тут происходит! К директору!! Обе! – послышалось из динамика над головой.

Мира обреченно опустила руку.

– Теперь точно внесение…

Личное дело было подпорчено, а впереди светил сеанс психотерапии от школьного психолога.

— Что скажете об этом кандидате?

Куратор программы ждал ответа. Руководство компании не пожалело средств, нанимая в штат высококлассных специалистов в области человеческой психиатрии. Которые будут и компетентны, и беспринципны. Увы, работа была «грязной», а пачкать ручки мало кто любит и хочет…

Мужчина лет шестидесяти пожевал губами и все же вынес вердикт, смотря на досье модификанта.

— Приставить куратора. Чтобы отработал деньги копании. А затем лучше убрать. Утилизировать, кхе-к!

Доктор психологических наук противно хекнул, усмехаясь.

Куратор вопросительно поднял бровь:

— Основания?

— Вам нормальным языком или научным? Ясно. Психотип ужасный. Для дела. Такой будет работать пока не разобьет «розовые очки». А как поймет, проблем не оберешься.

— Раньше его работа не вызывала нареканий. Большинство киборгов, которых он направил на утилизацию, соответствовали критериям. Погрешность в 10%. И никаких эмоций.

— У киборгов их и нет, – буркнул психолог. – Создание «модификантов» хоть и строится на принципах увеличения потенциала тела, но в некоторых аспектах прямо следует кибернетизации организма.

— Поосторожнее.

— Не извольте волноваться. Для меня деньги значат все. А вот этот… дайте ему понять, что сделали из него и «полукиборг» откусит вам руку.

Куратор задумался, разглядывая на голограмме лицо Аш-Сэя.

— Жаль. Значит, утилизация. Но вначале проверим.

************************

— Так и сделала?

— Да.

— Молодец! – Михаил довольно улыбнулся, гордясь дочерью.

Ирэл тоже одобрял поступок «маленькой хозяйки». Нос школьной хулиганки она расквасила… ну, не расквасила, а пара капель крови ерунда, но сам факт! Что ж, постоять за себя Мира может и это радует. Вот только… было в ее поведении нечто странное. Слишком по-человечески она относилась к «киборгу». После первого урока, обнаружив его стоящим навытяжку у дверей класса, она только тяжело вздохнула и велела следовать за собой. У следующего кабинета, где проходили занятия, она ткнула пальцем на лавку у стены, приказав сесть там и «не дурить». Так и сказала:

— Туда садись! И не дури!

Она хоть представляла себе «дурящего» киборга?

После третьего урока спросила, хочет ли он пить. Нет, не хотел. Кулеры с водой стояли в каждом коридоре, как и автоматы с чаем, причем бесплатные. Так что напиться, пока девчонка на уроке и его не видит, он мог тысячу раз. А вот киборг без приказа… вернее киборг, получивший приказ сидеть на лавке и не «дурить», наверно вряд ли. И ни один нормальный подросток даже не подумал бы о киборге в таком ключе.

Следующий вопрос был хуже во сто крат. Сообщать в тридцать с лишнем лет ребенку, что «физиологические отходы не требуют сброса»… оказалось весьма смущающим опытом в его жизни. Едва не сдал себя, зависнув на вопросе «в туалет хочешь?». Благо девчонку отвлек какой-то возглас и она отвернулась на какое-то время.

После четвертого всучила в руки шоколадное печенье-сэндвич, велев съесть. Это когда его и так до сих пор тошнило от кормосмеси! Склизкая, мерзкая субстанция, по вкусу хуже соплей, отдающая химией… но, увы, усваивающаяся на сто процентов. Даже людьми… в чрезвычайных ситуациях, при отсутствии альтернатив, инструкция по выживанию рекомендовала употреблять его до «прихода помощи». Только в дважды меньшей дозировке…

Так что он исхитрился сделать вид, что исполняет приказ, а вместо этого, когда девчонка отвернулась, выбросил его в мусорное ведро.

С другой стороны, могло быть и хуже… и «сдал» бы он себя сразу же, стань он личным киборгом той же милой девочки Киры… волосы на голове при такой мысленной альтернативе чуть дыбом не встали. «Тренироваться» в поцелуях? Или чтобы его… «тискали»…

Он бы сразу стал «сорванным» киборгом. Очень сорванным и злым.

Есть чему радоваться.

***********************

Мира ждала неприятностей. Дома отец наверняка бы устроил допрос с причастием – за ее «драку» в стенах школы. Хотя это была не драка… да драку в школе или за ее пределами устроить было практически невозможно!

Камеры были везде… и все снимали и фиксировали. Но только тогда, когда рядом был шум-крик, или действия объектов отвечали заложенному программой, передавая данные в ближайший полицейский патруль. Не успеешь оглянуться, а рядом уже копы и их флаер. Камер не было только в частном жилье…

Преподаватели неустанно благодарили этот факт, и что им не приходиться ловить «любовные парочки в туалетах». Мира своими ушами это слышала.

Но если взрослые думали, что все контролируют… то сильно ошибались.

Мира знала, Кира найдет способ подгадить ей жизнь.

Дома отец первым делом велел Ирэлу иди с ним в кабинет, желая проверить «запись с его камер наблюдения». Как хозяин второго уровня он вполне мог приказать киборгу предоставить данные, и ей ничего не оставалось, кроме как ждать под дверью его кабинета на первом этаже. Дверь была такой, что не подслушать, но… если просмотр записи займет больше десяти минут… ничего она сделать не сможет. Придется просто уйти, утратив последнюю веру хоть в собственного отца.

— Ладно, Ирэл, иди к ней, а то еще подумает черт знает что… после этой школы жизни! Подростки, чтоб их!

Распахнувшаяся дверь кабинета и появившийся Ирэл заставили Миру вздрогнуть от неожиданности. Лицо киборга было таким суровым и неподвижным, что к нему следовало привыкнуть, чтобы заметить и иное. Что не бросалось сразу в глаза. Морщины у глаз, складки у губ, будто мужчина тайком улыбается.

Киборг.

Да, киборг. Не мужчина…

А жаль. Ему бы Мире хотелось бы поверить сразу.

— Ага, – сказал отец из кабинета. – Так я и знал, что ты здесь. Ну, заходи! Ничего не хочешь мне рассказать?

Мира с тоской вздохнула и вошла в кабинет. Дверь закрылась.

******************

Второй день проходил по сценарию первого дня, буднично и стандартно.

Кормосмесь для киборгов он кажется возненавидел навсегда.

Очень заботливая девочка на его голову…

В школе происшествий не было. Всученный бутерброд с арахисовым маслом пришлось, подавив тошноту, съесть. Следующие три урока он был занят исключительно попытками не «сбросить физиологические отходы». Ему бы бумажный пакетик… мусорное ведро еще никогда не было столь притягательным для его взора.

— Мира…

— А?

— Знаешь, у твоего кибера та-а-акой романтичный томный взгляд... тоску-ующий…

Мира, сидя на уроке литературы, недоуменно посмотрела на соседку, а потом взглянула на "кибера". Кабинет литературы в стене, примыкающей к коридору, имел большое во всю длину окно, в котором распрекрасно было видно сидящего с прямой спиной киборга.

Ничего такого девочка не заметила… и в который раз убедилась, что сильно отличается от сверстников. Ну, дурость же! И киборг ей нравился именно потому, что не был романтичным!

********************

Дочь Михаила ничего не подозревала. Крайне ненаблюдательный ребенок… или он хорошо играет роль? Хотелось бы надеяться.

После конца шестого урока, девчонка направилась в школьную столовую, но там ограничилась лишь сэндвичем и чаем. И направилась на дополнительные занятия. Михаил говорил, что дочь имеет проблемы с грамматикой интерлингвы, математикой и следовательно с началами информационных технологий, поэтому и посещала их трижды в неделю. Но, по-видимому, он чего-то не знал.

Или забыл добавить.

Девчонка отправилась в тренировочный зал, переодевшись в раздевалке в спортивную форму. В зале кроме нее, собралась разношерстная компания подростков обоего пола и явно разного возраста. Следующий час, Ирэл со скрытым интересом наблюдал, как инструктор проводил занятие. Легкая разминка, растяжка, а потом подростки учились правильно выскальзывать из захвата. Сначала с инструктором, потом отрабатывали урок с друг с другом. Так же инструктор показал, как преодолеть высокую стенку, используя рядом расположенные объекты. Потом инструктор погнал их на странную платформу, которая мгновенно пошла волнами, временами останавливаясь или вспучиваясь холмом – как понял Ирэл, это было посвящено повышению координации и равновесию. Подростков ощутимо вело из сторону в сторону, когда они слезли с тренажера. Ирэл слышал их смех и подколки, от того что кто-то упал или приземлимся на пятую точку.

Это походило на странную смесь древнего искусства «паркур» и самообороны…

Через полтора часа подуставшая, но довольная девчонка направилась… в школьный тир.

Там Ирэл, стоя в углу, имел удовольствие видеть, как девчонка тренируется в стрельбе из муляжа бластера со световым лучом вместо лазера. Из положения лежа. Сидя, стоя на одном колене, стоя боком из-за препятствия.

Что-то Ирэл явно не знал об этой школе… с другой стороны, когда он поступал в полицейскую академию, там требовалось предварительно сдать зачеты по основам самообороны и стрельбы. Хотя бы на нижний бал. Ладно, он выходец с Шебы, но иные абитуриенты где получили эти навыки, пусть и минимальные?

Кажется, теперь он понимал где… вот значит какие школы на других планетах.

Но почему Михаил ничего об этом не сказал?

— Ирэл! – Мира подошла к нему, по окончанию занятия. – Сотри запись за последние три часа. Я была на занятиях по математике и интерлингве. Повтори.

— Ирэл, сотри запись…

— Нет, стой! – Мира досадливо скривилась. – Сотри запись за последние три часа. Задание выполнено? Доложи.

Твою ж…

Сколько времени это должно занять?!

Решил рискнуть.

— Задание выполнено.

Мира облегченно выдохнула.

— Приказ, сказать Михаилу Синице, что я была на занятиях по интерлингве и математике при задании соответствующего запроса!

Вопрос снят с повестки дня. Все понятно.

— Информация сохранена. Принято к исполнению.

Дополнительные занятия, говорите?!

**************************

Михаил задерживался на работе. Уже был восьмой час, и девчонка в столовой ужинала в одиночестве.

— Спасибо, Синтия! Очень вкусно. Ты сделала мне бутерброды и какао?

— Да, маленькая хозяйка, – Синтия механически улыбнулась. – Они в вашей комнате.

— Хорошо! Ирэл, какие твои показатели?

Твою! Опять кормить хочет!

— Физические показатели в норме. Уровень работоспособности 98,6% от нормы, – даже не соврал. Именно это выдавал процессор о состоянии его тела. – Дополнительное питание не требуется.

— Точно? Ну, ладно… а впрочем, Ирэл возьми банку комбикорма из кухонного шкафа!

Нет!!

Он в ужасе посмотрел на шкаф, где хранилась эта отрава. Улыбка Синтии почему-то расцвела еще ярче. Но делать было нечего… пришлось брать.

— Если что, потом выпьешь! Пошли! – какое счастье, что нет приказа сразу это пить… – Жди у дверей!

У каких именно?

Как оказалось у входных. Куда ее на ночь тянет? На улице через полчаса начнет темнеть. Но киборги не задают вопросы и он молча последовал за Мирой, неся корзинку с продуктами. Улица, на которой проживали Синицыны, примыкала к небольшому запущенному скверу с прудом, где обитали водоплавающие цинги. Яркие пестрые, похожие на помпоны птички с кулак взрослого мужчины, бегали по поверхности воды, едва касаясь коготками оной. Девочка остановилась на мостике, потребовала из корзины пакет с сухарями и засвистела, призывая стайку к себе. Те тут же рванули на зов, и заверещали, раскрывая клювы. Девочка со смехом скормила им сухари, полюбовалась на драку прожорливых птах и пошла дальше.

Вскоре она свернула с тропинки и пошла через бурелом и кусты. Над головой уже серело небо, грозя обернуться темнотой в ближайшие минуты, и Ирэл начинал просчитывать варианты, как правильней намекнуть гуляке о необходимости возвращения в дом.

Прорвавшись через очередные кусты «киборг» и девочка оказались у границы сквера, отсеченного от свалки сеткой.

Девочка подошла к сетке, и, вцепившись в нее пальцами, пристала на цыпочки, заглядывая за горки мусора.

— Мэл! Ты здесь? Мэл! – девочка почему-то звала (кого бы она не звала) громким шепотом.

На призыв никто не ответил. Девочка напряженно вслушивалась, и вглядывалась в горы мусора, пытаясь кого-то разглядеть. Небо стремительно темнело. Девочка подождала еще минут пять, иногда зовя «Мэла». За это время окончательно стемнело, и девочка сникла.

— Нет. Он опять его избил… Ирэл, дай корзинку!

Мира вытащила сверток с сэндвичами и аккуратно перекинула его за сетку, а затем и бутылку с какао. Подумала и затребовала банку с кормосмесью. Ирэл со скрытой радостью ее отдал, и та полетела также за забор. Ирэл начал подозревать, кто такой "мэл". Явно, не пес... а Мира вздохнула, и пошла прочь от мусорки, махнув рукой «киборгу». И они направились к дому.

Вернулись уже ночью, а хозяина дома и отца Миры до сих пор не было.

— Ну и хорошо. Ну и ладно! – с какой-то обидой сказала Мира. – Может, его друзья в бар затащили?

Мира взглянула на Ирэла и беспокойно нахмурилась.

— Сегодня будешь спать в моей комнате!

Это еще почему?

И… это приказ?

— Пошли!

Время было 21:20 и спать даже ребенок бы не пожелал. Мира и не собиралась спать, и его не «уложила». Просто велела сесть, не уточнив где, и Ирэл, отыгрывая «тупого» киберга просто сел на ковер. Мира сморщила рожицу, что-то буркнула и села за комп, развернув вирт-окно инфранета. Открыла вкладку «Полет мысли» и… через час Ирэн понял, что ему достался крайне интересный объект охраны. Которую абсолютно не знал собственный отец.

Девочка была… писателем.

Ирэл, сидя на ковре, прекрасно видел возникающие строчки на экране вирт-окна, и спокойно мог прочитать все. Закончив писать, девочка загрузила новую главу в инфранет в свободный доступ. Через минуту коротко звякнул значок кошелька.

— Так… какой у нас баланс… 65 единиц… плюс 2743… мало!

Девочка сокрушенно вздохнула.

— Ну, ничего… накоплю.

Девочка крутанулась на стуле, мечтательно улыбнувшись.

— Выучусь на пилота! Куплю корабль и! Все, спать!

Ему подумалось, что она была неплохим «писателем» для своих тринадцати лет. Судя по комментариям под предыдущими главами «А когда прода? Хочу еще!». А то, что за ее писательство еще и реальные деньги платили, это только подтверждало. Хм-м… должен ли он сообщить об этом?

Мира соскочила со стула и направилась к кровати. Через минуту в Ирэла полетела подушка, на голову свалился плед с кровати… и ему приказали спать. Пришлось лечь. На ковре, считай на полу…

Да… вот как-то об этом он не подумал, соглашаясь на работу.

Но почему он должен спать здесь, а не в кладовке?!

Он подумает об этом завтра.

Снился космос, маленький звездолет и приключения девчонки-капитана. Которая боролась с злодеем-пиратом, промышляющий работорговлей. А помогал ей разумный киборг, обожающий наводить уют на корабле…

— Мэл! Зачем нам кружевные шторки на иллюминаторе?!

Было… смешно.