Ты - мое желание

— Нюта, привет. Совещание через полчаса. Быть всем из отдела. Передашь?

— Привет. Конечно, Оксан, — вздыхаю. — Не знаешь, надолго?

— Откуда мне? Но пообедать лучше в темпе вальса. Забегу к вам через пять минут погреть еду, — невесело щебечет секретарь генерального.

— Забегай. В кабинете Ирина Геннадьевна, а мы с Мирой выбежали в кафе, но успеем.

— Ой, стой! Купите мне, пожалуйста, малиновый чизкейк и клюквенный морс. Позарез нужен серотонин, — зевнув в динамик, жалобно ноет девушка.

Завершаю звонок и быстро набираю сообщение начальнице отдела. Естественно, ей обо всём доложит Оксана, но уведомить нужно. Субординацию никто не отменял.

Подруга шустро вскидывает руку и просит запаковать нам пиццу с собой, а заодно принести счет. Хорошее решение. Салата и супа вполне достаточно, а пицца скрасит очередное послевкусие всеобщего разбора полётов.

— Крош, ты написала отчёт? — спрашивает Мира, пока мы выдвигаемся в сторону офиса.

— Конечно же, нет, — бормочу. — Перепишу прошлый, только цифры поменяю.

— Хах, моя девочка, — весело посмеивается подруга. — На прошлой неделе же уже не было. Надеялась, что эта тягомотина закончилась.

— Я тоже на это надеялась, солнце. Но, как видишь, не срослось.

— Прям как моё свидание с бывшим, — мрачно усмехается Мируся, показывая пальцами кавычки.

— Правда?! Как это мило. Жги, мать, — от любопытства к подробностям личной жизни подруги я даже останавливаюсь, развернувшись к ней всем корпусом.

Прокрастинация в действии… Опаздываете на совещание? Самое время обсудить мужчин.

— Конечно, подожгу, но потом. Давай пиццу у Оксаны спрячем? Не хочу потеть до четвёртого этажа, — предлагает Мира, едва мы вбегаем в офис.

— А блокнот нам тоже Оксана принесёт? — ухмыляясь, рублю на корню гениальную идею подруги.

— Чё-ё-ёрт, точно. Когда уже тебя починят, железяка ты бесчувственная? — Великая хлопает по табличке «Не работает» и недовольно идёт к лестницам.

В конференц-зале царит весёлая и непринуждённая обстановка. Ребята шутят о проделанной работе за неделю, спрашивают у отдела снабжения и технического обслуживания, сколько на этой неделе килограммов кофе было выпито и сколько рулонов туалетной бумаги потрачено. А освежители воздуха опять все растащили по домам или не успели?

Завхоз Галина Николаевна спокойно и иронично реагирует на подколы коллектива и демонстрирует полностью исписанный лист формата А4, на котором отражена вся её работа за неделю.

Однако, как только в зал входит генеральный, все сразу замолкают. Заняв своё кресло по центру стола, Олег Николаевич Доронин обводит взглядом всех присутствующих, и начинается так называемый тимбилдинг.

«Жребий» падает на наш отдел, а значит, стартовать придётся мне… Беспощадная алфавитная градация.

У меня от природы очень тихий голос, а у Олега Николаевича — очень плохой слух. С института не могу преодолеть страх публичных выступлений, и постоянные «просьбы» говорить громче, через каждые три слова, совсем не помогают бороться. Каждое такое совещание становится для меня настоящей пыткой.

Парадокс заключается в том, что, ввиду специфики своей работы, я постоянно общаюсь с незнакомыми людьми и не тушуюсь обсуждать деловые и светские вопросы, но стоит начать выступать на публике, как горло мгновенно пересыхает, и пульс подскакивает. Вроде и не заикаюсь, но чувствую себя некомфортно. Правда, на защите двух дипломов с лёгкостью выступала, а вот что за блок случился потом — сознание отказывается напоминать.

Есть какая-то нелепость рассказывать всем о том, что ты делаешь. Зачем коллективу знать, сколько писем и звонков было сделано, или какое количество снега вывезено с территории зимой? Ведь нельзя точно проверить достоверность данных таких отчётов. Если фирма работает гладко и стабильно, жалоб нет, а прибыли только растут — бессмысленно выявлять ключевые показатели эффективности таким странным методом. Но кто мы такие, чтобы осуждать решения руководства?

Единственный плюс этих совещаний — узнать, какие крупные мероприятия готовятся остальными отделами. С некоторыми из них обычно требуется наша посильная помощь, но узнаём мы об этом в самый последний момент.

Никогда не забуду, как с прошлым секретарём генерального директора мы ползали в позе краба по полу и собирали тридцать пять распечатанных листов А3 в единый отчёт для бухгалтерии. И особенно тот момент, когда было скреплено шестьдесят пять брошюр из ста: взлохмаченный главбух решила «обрадовать» нас, что они перепутали файлы и отдали нам не те листы.

Угадайте, с какой скоростью летит степлер? Чуть медленнее, чем отборный русский мат, неразрывно сопровождающий его полёт. Прилетело орудие негодования прямо в яблочко — в голову Ивановой. Поэтому секретарь генерального и стала бывшей.

В нашей компании выживают только стрессоустойчивые люди.

Со спокойной совестью завершаю свой рассказ и передаю эстафету коллективу.

Мира одобряюще улыбается и начинает зачитывать свой отчёт. Видно, что девушка тоже волнуется — веки подрагивают, и на шее проступают красные пятна.

Мы подружились не сразу, первые несколько лет просто здоровались и всё. Потом Мирку перевели в мой отдел, и, как это обычно бывает, мы стали тесно общаться, даже ездили вместе в Питер. Там сдружились окончательно, а сейчас помогаем друг другу и в жизни, и по работе. Прикрываем тылы.

«Хрю-хрю! Огород созрел. Собирай скорее урожай», — громко объявляет Siri на весь кабинет ровно на середине совещания.

Под испепеляющие взгляды Олега Николаевича и почти единогласные попытки коллектива скрыть смех за псевдопокашливаниями, главный бухгалтер пытается скрыть уведомление, настойчиво предлагающее ей поторопиться, пока свиньи не съели огурцы. Однако вместо этого снимает блокировку экрана планшета и выводит вкладку с фермой на проектор.

Живенько там у неё — статуи, цветочки, дома красивые, голодные свиньи, яблоки со сливами посажены, огурчики… Постаралась Алевтина Егоровна.

Вот только ухоженный электронный участок в несколько гектаров счастья генеральный по достоинству не оценивает. Багровеет и часто дышит. Оксана, как настоящий стрессоустойчивый помощник, молниеносно подаёт шефу воды и конфетку «Алёнка», и он немного отвлекается. А Егор, ближе всех сидящий к розетке, невозмутимо вытаскивает штекер питания проектора.

Иванова только недавно научилась убирать звук и уведомления на телефоне. А тут целый планшет...

Ребята из программного отдела в прошлый раз выдали ей корпоративный гаджет и настроили вывод презентаций для показа финансовых отчетов. Главбух всё ругалась на эту шайтан-машину и требовала вносить отчёты в приложения за неё, потому что «не разбираюсь я в ваших штуках, я по старинке работаю!».

Стоит ли говорить, что совещание прошло весело и задорно?

— Аня и Мира, больше вы никаких отчётов и ксерокопий для Ивановой не делаете. Это понятно? — уже после совещания бросает нам Ирина Геннадьевна, сурово и настолько чётко выверенным командным голосом, что спорить попросту бессмысленно.

Пицца пригождается как нельзя кстати. После большого совещания всегда начинается маленькое, но уже за закрытыми дверями кабинетов.

Улыбаемся и согласно киваем. Всем известно, что между нашим отделом и бухгалтерией пробежала не одна дюжина чёрных кошек, хотя раньше дамы были лучшими подругами.

— А если: «Это приказ Доронина! Живее делайте, я не хочу задерживаться!»? — не скрывая веселья, Мира пародирует тон Алевтины Егоровны.

— Свиньи и козы ей в помощь, — ухмыляется наша начальница и откусывает очередной кусок пиццы. — Ну правда, девочки! Хватит уже позволять собой манипулировать. Раз эта грымза смогла построить такой весёлый огород, то и на работу пусть время ищет. Не сложнее, чем кабачки сажать.

— Да она забыла Олежке памятник поставить. Так бы, может, несильно серчал. Где-нибудь рядышком со свинарником.

— Надеюсь, что планшет у неё отобрали, — злорадствует Сафронова.

Несколько секунд я пытаюсь сдержаться, но не выдерживаю и с наслаждением «хрюкаю», вызывая тем самым дружный хохот коллег.

О скверном характере нашего бухгалтера, да и всей бухгалтерии действительно ходят легенды! Даже некоторые клиенты недовольны тем, что им могут открыто нахамить, когда они попадают под плохое настроение небожителей этой обители Тота (Тот — Древнеегипетский бог мудрости, счёта и письма. — Прим.авт.). 

— Нютик, пойдем сегодня по бокальчику жахнем? Настроение как четверговая пятница, — предлагает Мира, нисколько не стесняясь нашей начальницы. Она у нас мировая, лишний раз не накричит, если косячим, наоборот, спокойно объяснит и поможет, да ещё и мужиков с нами пообсуждает.

— Не могу, Мирусь, — отвечаю ей виновато. — Завтра с Костиком встречаемся, на эпиляцию записалась.

Мне очень повезло найти недорогой и в то же время качественный салон в центре Москвы, да ещё и в пяти минутах ходьбы от работы. Иногда прибегаю к девчонкам во время обеда.

— Встречаемся — это ты, уставшая после работы, опять едешь к своему мамонтёнку в кошачий рай, где вы спите, а потом он кормит тебя куриной грудкой, и смотрите скаченную из торрентов киношку на его компе? О, забыла, что потом «мачо» вызывает тебе такси, — возмущается Мира.

Знаю, что подруга волнуется за меня, но бьёт прицельно, по живому. В последнее время у меня копится много претензий к Косте. Мы видимся всё реже, а в его выходные он сначала отсыпается, а потом играет до глубокой ночи.

Ирина Геннадьевна недовольно хмурится и перестает жевать пиццу.

— Мельчает, конечно, сейчас мужик… Жалко так вас, девчоночки. Хорошие же, умные! А найти нормальных мужиков не можете. Надо заняться вашим сватовством.

— Только хорошие и умные? Что, совсем некрасивые, что ли? — специально подначивает её Мирка. — Мы, между прочим, воистину чумовая версия чеховского дуэта. «Толстый и Тонкий». — Протянув руку, эта засранка неприятно щипает меня за ключицу.

Пф-ф… нашлась толстушка сорок шестого размера. Это я ношу сороковой, ну иногда сорок второй размер, и никак не могу набрать вес. А Мирусик — красавица: высокая блондинка с голубыми глазами и милой родинкой под правым глазом, которую она зачем-то замазывает консилером.

— Не паясничай, Мира! Вы мне как дочери, — пытается быть строгой Геннадьевна. — Конечно же, красавицы, но внешность не главное. Нужно любимыми быть и счастливыми, — тепло улыбается нам женщина.

— Да где их взять-то?! — кривится Мира, подцепляя последний кусок пиццы. — Кругом одни козлики ходят: мозгов нет, только дешёвые понты, и секса сразу подавай, а сами ничего из себя не представляют.

— С таким настроем тебе именно они и будут встречаться. — Начальница осуждающе смотрит на подругу.

— Да-да, буду отправлять посылы в космос, чтобы в ножки упал Райан Гослинг, а Аньке — Иэн Сомерхолдер.

— Эй! Он женат вообще-то, — пытаюсь отмахнуться от подруги.

— И что? Он как раз любит кареглазых брюнеток. Ты подходишь. Кстати, ты симпатичнее Никки Рид, и губы пухлее, но вы очень похожи, — не теряя оптимизма, настаивает на своём Мируся.

Сомнительный, конечно, комплимент, но от комментариев сравнительного анализа своей внешности и пассий голливудского актера решаю воздержаться. Мы совершенно точно не похожи. Нина Добрев — гораздо милее, а у Никки очень «тяжёлая» челюсть. Моё субъективное мнение.

— Ну хватит, болтушки, — решает прервать наши пикировки Сафронова. — Давайте-ка берите листы бумаги, ручку и пишите сто желаний.

Это что-то новое… Любопытно.

— Будете исполнять, фея-крёстная? — На моих губах расплывается широченная улыбка.

«Мамочка Ира» показательно цокает и, смерив меня недовольным взглядом, отрицательно кивает головой.

— Вы же детки с клиповым мышлением. Откройте интернет и прочитайте про технику «Сто желаний» Фрэнка Беттджера, — всё же решает ответить начальница, указывая рукой в сторону монитора. — На досуге, — добавляет: — А теперь за работу! Перерыв окончен.

Оставшийся рабочий день проходит очень насыщенно, и времени вычитывать что-то в телефоне совершенно не остаётся. Во всяком случае мне. А вот Мирка изучила всё об этой чудо-технике. Плодотворно поработала, красотка. 

❤❤❤❤❤

Дорогие мои!

Приглашаю вас в историю Артёма из романа .

Многие просили показать, как сложилась его жизнь, и вот встречайте!

Мы с музом будем рады вашим лайкам, комментариям и, конечно же, растущим библиотекам.

«Лучший специалист» фирмы напрашивается со мной на эпиляцию и попутно рассказывает о методе: техника скорее психологическая. В процессе включается наше подсознание, которое вспомнит или придумает давно забытые мечты.

Интересная штука.

Пока мне делают эпиляцию и коррекцию бровей в четыре руки, неугомонная подруженция рассказывает мастерам о чудодейственной технике желаний и раздаёт всем клеевые стикеры.

А я так надеялась подремать во время процедуры… Высокий болевой порог — это, пожалуй, лучшее, что могла даровать женщинам матушка-природа. Мне искренне жаль девчонок с низким болевым, как они терпят ежемесячные процедуры вытравливания лишней «лохматости» — это загадка. Я в этом плане везунчик.

 Девчонкам идея Миры очень нравится, и все вовлекаются в процесс весёлого обсуждения мечт и хотелок.

— Мать, ты бы ещё клочок туалетной бумаги дала для ста желаний, — недовольно вздыхает бровист Лена. — Вот что я сюда напишу?

— Тут главное начать, — поучительным тоном вклинивается в наш разговор клиентка, к счастью, скрытая шторкой.

Я тоже решаюсь присоединиться. Всё равно краске нужно время для проявления пигмента.

Мечта практически каждой девушки — выйти замуж в невероятно красивом свадебном платье, а после блистать обалденной фигурой, где-нибудь на Бали или Мальдивах.

«И обязательно постить фоточки, чтобы все узнали о твоём сказочном свадебном путешествии», — шепчет внутренняя ехидна.

Немного подумав, в мой список летят...

Уже обдуманное: выйти замуж и отправиться с любимым в путешествие. Фигуру бы ещё…

Костика я очень люблю и, конечно же, хочу видеть чаще, несмотря на то, что не всегда получается. И он обещал, что мы будем вместе ходить в зал.

Вот только у «гуру» психологии Миры Великой есть обязательное требование — первыми писать не самые важные и «горипопные» хотелки, а что-то легко выполнимое, дабы не пугать подсознание.

Ну, раз так надо, то вот:

1. Записаться в зал.

2. Выучить английский язык.

3. Выйти замуж.

4. Найти дополнительную подработку.

5. Съездить с любимым на море.

Хочу, хочу, хочу, чтобы Костя сделал мне предложение на море!

— Анька, ты серьёзно собралась замуж за своего задрота?! — Подруга насмешливо вздёргивает бровь, красноречиво демонстрируя своё отношение к моей цели.

— Любопытной Варваре на базаре нос оторвали. Не слышала? — беззлобно отвечаю подруге, вырывая из её рук нагло украденную бумажку. — У тебя-то какие желания? Поделись с простыми смертными.

— А мы сейчас не обо мне, Нютик, — ворчит Мирка. — Вот то, что снова хочешь учить английский, — это молодец. Что за подработка?

— По второму образованию — я психолог. Буду пробовать практиковать индивидуальные консультации, коучинг, а то диплом пылится. Да и людям хочется помочь, — немного смущаюсь, всё-таки опыта у меня почти нет. — А ещё хотелось бы проводить сессии для иностранцев, в перспективе. Правда, всё упирается в знания языка… вот тут как раз и нужен репетитор.  

Пару лет назад я поднаторела в практике английского в одной онлайн-игре, но для полноценной работы этого, конечно же, недостаточно.

— Отличная идея! Как раз своего задрота вылечишь от игромании, — фонтанирует идеями подруга.

— Совершенно верно, Мируся. И тебя вылечу от чего-нибудь... а теперь, пожалуй, перейдём к фееричному рассказу о твоём бывшем? Сгораю от нетерпения в ожидании грязных подробностей. Жги! — усмехаюсь я, требуя самых пикантных сплетен.

Не из злорадства, разумеется. Я действительно хочу узнать подробности встречи подруги, но при начальнице поднимать эту тему постеснялась. Могут же у нас быть личные секреты?

Мира берёт непродолжительную паузу. Для проформы, конечно же, так как видно, что ей не терпится всё-всё рассказать. Даже посторонние люди не смущают. Впрочем, мастера эпиляции и бармены — хранители миллионов секретов, стесняться их не стоит.

— Ню-ю-т, ну я же не железная, — ноет она. — Полгода воздержания! Секса-то девушке хочется, а этот гад попал в самый, так сказать, острый период... своими картинками дурацкими и смсками. Короче, уговорил, что секс нужен для здоровья. Я, дура, и согласилась.

— Ну, поздравляю, мать, — иронично ухмыляюсь я.

— Так не с чем! У него не встал.

Нас прерывает мой мобильный, на который приходит новое сообщение. Прошу подругу достать его из сумки.

— Суслик твой. Смотри-ка, вспомнишь его — вот и оно.

Протягиваю руку, чтобы забрать у неё смартфон, но эта зараза быстро подносит экран к моему лицу и снимает блокировку через Face ID.

Внаглую начинает читать сообщения:

«Хьюстон, у нас проблема. Завтра надо ехать решать вопрос с председателем гаражного кооператива. Мать попросила с ней поехать, потому что подвал на меня записан».

«А потом у нас клановый турнир начинается», — Мира читает текст вслух.

— Что за привычка копаться в чужих телефонах? Сейчас же отдай мне телефон! — произношу спокойным голосом, а внутри всё каменеет.

Турнир у него… опять…

Девочки незаметно переглядываются и бросают в мою сторону сочувствующие взгляды. Ненавижу, когда жалеют.

Мира краснеет и молча передаёт мне телефон.

Быстро печатаю короткое «Хорошо, без проблем» — и посылаю всем натянутую улыбку.

* * *

Слышу недовольное пыхтение и быстрое цоканье каблуков позади, означающее, что подруга пытается меня догнать. Оглядываюсь, но шаг не замедляю. Ничего пусть побегает. Кое-кому будет полезно лимфу разогнать, глядишь, и кровь будет почаще мозг навещать.

Я всё ещё злюсь: на Мирку — за подставу с телефоном, на Костю — за очередное сорванное свидание, на себя — за то, что позволяю так с собой поступать.

— Ань, ну хватит дуться! Прости, сглупила, вину осознаю. — Хитрая лиса складывает руки в умоляющем жесте и всячески пытается изобразить раскаяние. — Давай вместе запишемся в зал, а? Оплачиваю половину твоего абонемента, — отпивая свой коктейль, Мира выдаёт очень заманчивое предложение.

Внимательно рассматриваю раскаивающуюся мордашку подруги и передаю ей зеркало, чтобы стёрла следы посыпавшейся туши. Хоть и засранка, но с таким мейком негоже сидеть… Я уж было обрадовалась, что на Мирку запал официант, а она у нас, оказывается, гламурная панда.

— Я согласна. Не каждый день ты посыпаешь голову пеплом, мой золотой Буратино, — решаю пока согласиться, нужно ещё посмотреть цену абонемента.

Мирка довольно улыбается и предлагает завтра после работы сходить на разведку в клуб рядом с работой. Затем рассказывает, что очередное свидание с сайта знакомств не принесло ничего хорошего.

— Стой, стой. Чёрт с этим свиданием! С бывшим-то что? Ты же так и не рассказала, — резко вспоминаю я.

— У-у-у, — тянет Мира севшим голосом. — Мне от этого дня, наверное, теперь никогда не отмыться. Просто запомни, моя драгоценная Анна, что никогда, слышишь меня — никогда не смей спать с бывшими!

— Яхонтовая я, а не драгоценная! Ты издеваешься, что ли?! Немедленно всё рассказывай.

— Да блин... Ну, он снял отель какой-то, похвастал, что у него теперь есть деньги на это, — кривясь, рассказывает Мира. — Потом мы договорились, что встретимся у метро и поедем на каршеринге. А, я как физиономию его увидела, так и почесала мимо него в сторону дома…

Мира замолкает и выжидательно смотрит на меня. Ждёт волшебного пинка.

— Ну! — шиплю я. — Какого лешего я из тебя всё пассатижами вытягиваю?

— Клещами, вообще-то. Откуда ты слова-то такие знаешь…

— Великая!

— Я уже много лет Великая! — рявкает подруженция. — Короче, этот гад увидел меня на другой стороне улицы и стал звонить. И чего я не послала его сразу? — видимо, спрашивает у самой себя Мира.

Вопрос, и в самом деле, риторический... Я её не перебиваю. Даю подруге время прийти в себя и продолжить рассказ.

У Миры был женатый любовник. Узнала она об этой оказии только после их первого секса.

Познакомились тривиально: в чате по интересам. Моей занозе было скучно, вот и кинула клич — кто с ней в кино. Отозвался Иван, который, как выяснилось, «мы с женой живём как соседи и только ради детей!».

— Давай я тебе в другой раз скажу, Нютик? Честно-честно! — клянётся подруга. — А то, как вспоминаю, так и хочется кого-то очень определённого огреть.

Показательно цокаю, но не скрываю улыбки и обнимаю Мирусика.

Остаток вечера мы вообще никого не обсуждаем, а отрываемся под биты на танцполе. Через полтора часа улётных танцев решаем ещё немного посидеть и выпить по коктейлю, а потом разойтись по домам. 

Утром меня поднимает только третий будильник, означающий, что позавтракать и спокойно принять душ уже не успеваю. Хорошо, что у него самая высокая громкость и сигнал поступает на наручные часы, иначе всё…

Вчера, воодушевившись списком своих желаний, я не стала расписывать все сто, а сконцентрировалась на уже написанных. Всё равно больше тридцати не сочиню…

Итак, языки — это прекрасное развитие нейронных связей. Поэтому до глубокой ночи я зависала на сайте фрилансеров-преподавателей среди миллиона разнообразных анкет. Моя мечта — выучить язык с носителем, чтобы грамматику и произношение подтянуть, но для этого нужно просмотреть сотни страниц.

И это было ночью… Сейчас же я мечтаю лишь об одном — оказаться около платформы номер девять и три четверти, чтобы быстро телепортироваться на работу. Через шкаф таким методом попасть не удалось, может, хоть тут повезёт. Ну должна же магия работать вне Хогвартса?

Добежав до офиса за две минуты вместо семи и снеся пару ползущих пешеходов, я всё-таки успеваю занять своё рабочее место за минуту до прихода начальницы и клиента.

Вселенная Анечку любит!

Перед обедом в наш кабинет вбегает запыхавшаяся Оксана и сообщает Ирине Геннадьевне и Мире, что их срочно вызывает генеральный. Поскольку непонятно кто допустил ошибку в договоре — бухгалтерия или Мирусик, то и на ковёр вызываются обе стороны конфликта. Надеюсь, что всё же не мы… Иначе Монтекки и Капулетти разнесут директорский кабинет до основания.

Пользуясь тем, что осталась в одиночестве, набираю Костю. Время — полдень, а от моего парня даже смски нет…

— Привет, труженикам! Не занят?

— Привет, пупс. Это ты, что ли, труженица? — как ни в чём не бывало говорит Костя. — Домой только недавно зашёл.

— Нашлась свободная минутка, решила набрать. Подумала, что ты тоже скучаешь. Ладно, труженик онлайн-игр, отдыхай перед боем, — не удерживаюсь от сарказма и сбрасываю звонок.

В какой момент у нас всё пошло через одно место? Мы с Костей почти год вместе, а знакомы сто лет. Вместе учились в колледже, потом немного переписывались, поздравляя друг друга с праздниками. И вот, спустя двенадцать лет, судьба нас снова столкнула.

В начале отношений телефон просто разряжался от нескончаемого потока сообщений и звонков, адресованных друг другу. А сейчас…

Говорят, что за долгие годы отношения притупляются, и страсть может поутихнуть, но у нас даже года не прошло. Видимся раз в неделю, точнее виделись. В последнее время встречи всё реже, интима всё меньше, совместный досуг и общение сводятся к минимуму. Однако, несмотря на всё это, на тусовках общих друзей Костя часто заговаривает о нашем совместном проживании.

Из невесёлых размышлений меня вырывает входящий видеозвонок. Костя. Дал мне пару минут выпустить пар или думал, что сама буду перезванивать? Считаю ровно до шестнадцати, представляя, что я тихая заводь, которую ни один камушек не вспенит, и принимаю звонок.

— Пупс, у тебя ПМС, что ли? Да, я тоже соскучился. Чё за предъявы? — сходу начинает атаковать любимый. — Я, вообще-то, устаю на работе, протаскался ещё полдня с этими гаражами. Хреново вчера получилось, может, приедешь вечером? Мать в зале, а потом к подруге в гости. Пара часов у нас есть, — тон Кости меняется на более игривый.

Пара часов…

— Милый, я не знаю. Рабочий день в разгаре, буду понимать ближе к вечеру. — Улыбаюсь, хоть внутри и коробит от его резко меняющегося настроения. Он-то был уверен, что я сразу же соглашусь, и теперь обижен, а я так не могу… нужно взвесить. — Спишемся! — Послав в экран воздушный поцелуй, сбрасываю звонок.

Вовремя, потому что Мира и начальница возвращаются в прескверном настроении. Виноваты, конечно же, в бухгалтерии, но скандал разгорелся неслабый. Отпрашиваемся у взвинченной Сафроновой на обед и бочком уползаем от греха подальше. Надеюсь, что за час обеденного перерыва она успеет расчленить и склеить по кускам всю бухгалтерию во главе с Ивановой, съесть свой салат и выпить успокоительного чая.

— Ну что, вечером на вылазку в фитнес? — предлагает Мира.

— Прости, родная, но давай не сегодня. Поеду к Костику, — виновато отвечаю подруге.

Определилась я за доли секунды… инстинктивно.

Мирка умело скрывает своё недовольство и тактично молчит, хотя мы обе знаем, насколько сложно ей это даётся.

Если я поддамся на эмоции обиды, выходит, зря тратилась на эпиляцию и сама же лишила себя радостей секса? К тому же Костик признал свой косяк…

— Привет, пупс. — Быстрый поцелуй в губы.

— Привет, милый. — Сбрасываю туфли под внимательным взглядом. 

— Ты такая строгая… прямо ух, — тянет Костя, идя за мной в сторону ванной комнаты.

Я и без него знаю, опаздывая, схватила узкие брюки-дудочки, топ и лёгкий удлинённый пиджак. Любимый привык видеть меня в женственных образах, а сегодня будет так — незапланированный секс с бизнес-леди.

Едва я подношу мыльные ладони к воде, как на мои плечи опускаются тяжёлые руки. Разминают их и, отодвинув волосы на правую сторону, оставляют влажные поцелуи на шее.

— Соскучился, — бормочет Костя и, развернув меня к себе, впивается в губы жадным поцелуем. Обхватывает мою попу и, сдёргивая на ходу мой пиджак, оттаскивает нас в его комнату.

Я опираюсь ладонями о компьютерный стол и переступаю через свои стянутые брюки. Правда соскучился… Голой кожи касается его возбуждённый член.

Любимый просовывает руку между моих бёдер, проверяя степень готовности, и, размазав вязкую смазку по входу, тянет за правое бедро вверх. Послушно поднимаю ногу и опускаю колено на стол, прогибаясь в пояснице.

— Ах, — несдержанно стону, принимая в себя глубокое проникновение.

Губы Костика касаются плеч и шеи, а руки сдёргивают топ на талию и обхватывают груди, насаживая меня ещё глубже.

Отдаюсь во власть нашего слияния и самозабвенно стону, наслаждаясь его резкими толчками и звуками наших сливающихся воедино тел.

Я тоже безумно соскучилась, поэтому уже через несколько минут сжимаю Костика внутри и содрогаюсь в бурном оргазме… Тяжёлая ладонь обхватывает мою талию и жёсткое рваное дыхание врезается в ухо, ускоряя темп фрикций. Глухо постанывая, Костик выскальзывает из меня и, придерживая член рукой, обильно заливает своей спермой мои попу и поясницу.

— Фух, хорошо так. Пупс, я первый в душ, — хрипит любимый, запечатлевая невесомый поцелуй на моих губах.

Совместный душ — это не про нас…

— Как я зла! Есть какое-нибудь приложение, которое сотрёт этого Ивана-мудачка из моей жизни?! Ну что мне сделать, чтобы он свалил?

— Заблочь? — выдаю на автомате.

— Я уже! Этот придурок со второго телефона пишет! — рычит Мира, рискуя меня покусать.

— Заблокируй и этот. И что же он такого тебе шлёт, интересно?

Неужто дикпики…

— Фотографии своего сморчка с предложением всё же не искать кого-то другого, а продолжить оздоровляться!

Ох… кажется, у меня открылся дар ясновидения, или просто Иван — слишком предсказуемый… дурак.

— Выдыхаем, девочки. Вас на весь коридор слышно, — по-отечески журит начальница. — Стоило задержаться, как вы устроили вакханалию. А ты, Мируся, будь разборчивее в связях.

— Да я…

— Тише, не перебивай старших, — останавливает её «мамочка» Ира. — Говорю один раз и не повторяю: расставшись с козлами — блокируем их сразу же и везде; встречаясь с козлами — не присылаем им свою запрещёнку. Начал козёл донимать — сохраняем сообщения и говорим, что если он, гад такой, не отстанет, то мы покажем переписку жене, или кто там у него, — менторским тоном поучает Сафронова. А вы говорите, взрослое поколение… тётка шарит получше нас!

У Миры звонит стационарный телефон, прерывая наш просветительский ликбез, и подруга, скривившись, сообщает, что их опять вызывает Доронин.

И пока коллеги уходят на амбразуру, я эгоистично радуюсь, что не стала браться за эти проверки… сейчас бы сидела, краснела, а так самое время Костика набрать.

Едва я беру телефон в руку, как он начинает звенеть знакомой мелодией. Не зря говорят: мы с Селивановым — одна сатана.

— Привет, любимый! Как дела?

Я широко улыбаюсь, переключаясь на видеозвонок.

— Привет, пупс. Пойдёт, — зевает в трубку Костик. — Ой, зачем это?

— Что? Девчонок нету, можем по видео поболтать…

— Хах, выбора у меня нет? Придется смотреть на твой сонный фейс? — ухмыляется Костя, словно это я зевала в трубку, а не он. — Только недолго. Сейчас с мамой будем в зал собираться.

— Маме привет передавай. А вы в новый зал пойдёте? Тогда жду фитнес-селфи.

Я стараюсь не обращать внимания на его нападки, ведь женщина должна быть гибче. Мы четыре дня не виделись, а он жмотится на видеозвонок?

— Нет, в старый ещё. В новом зале его не будет. Это точно подмочит репутацию альфа-самца, — усмехается Костя и, откладывая телефон в сторону, начинает собирать сумку в зал, предоставляя мне лицезреть потолок.

—  Самец, значит? Сейчас напишу твоей маме, чтобы громко пришла тебя фоткать. Око Саурона не дремлет! — ухмыляюсь в ответ и ставлю телефон на подставку, чтобы тоже не держать в руке.

— Да пиши, я буду прятаться. Зал большой, — смеётся Костя и иронично добавляет: — Око Саурона надо бы тоже в зал.

Теряюсь с ответом, потому что задело. Не то чтобы я была толстая, скорее наоборот. В зал не хожу, но занимаюсь дома, поддерживая тонус тела в хорошем состоянии… Два месяца назад мне делали небольшое хирургическое вмешательство и запретили половую жизнь на месяц, а спорт — на два месяца.

В нашу предпоследнюю встречу Костя саркастично проехался по моим нижним «девяносто» женского счастья. Было неприятно, зато дал мощный стимул вернуться к былым формам. 

— Кстати, я решила записаться на фитнес. С Миркой сегодня пойдём смотреть зал рядом с офисом, — зачем-то выпаливаю я. — А ещё буду искать репетитора по английскому и решила подрабатывать психологом.

Вместо ответа Костя бурчит что-то себе под нос про футболку и кричит матери, не видела ли она её. Затем камера приходит в движение, и вместо потолка на экране всё-таки появляется лицо моего парня.

Прогресс…

— Пупс, слушай, тут такое дело… — неуверенно мнётся Костя. — Из башки вылетело про отпуск. Мне же позавчера подписали — через неделю иду. На плавки наткнулся и вспомнил.

Я молча на него смотрю и не знаю, что ответить. Нецензурных слов слишком много, но я всё же девушка воспитанная, а цензурные пребывают в таком же шоке, как и я.

— Помнишь, ты говорила про санаторий какой-то? Глянь там у них на сайте, чего по ценам, и билеты.

— Дом отдыха, — цежу я, каменея. — Если мне ещё подпишут заявление на отпуск. Одним днём такие вопросы вообще-то не решаются.

Пусть мы смотрим друг на друга через экран телефона, но я явственно ощущаю, как атмосфера между нами становится тяжелее.

Решаю первой закончить разговор, сославшись на работу. Хорошо он отпуск планирует…

— Поражаюсь тебе, мать! — пыхтит Мира за обедом.

Я и сама себе поражаюсь. Но тут пороть горячку бессмысленно и нужно взвесить все «за» и «против». Отпуск всё же, наверное, лучше провести с любимым, чтобы понять, можем мы вообще сосуществовать на одной территории или нет.

Я всего пару раз оставалась у него ночевать — и в первый раз это случилось в новогоднюю ночь, когда под бой курантов я сказала, что тоже люблю Костю. В нашей паре он первым признался в любви… правда, во время секса.

Романтика на четвёрочку…

— Я не знаю, как теперь быть с отпуском… Иванова после недавнего скандала точно не подпишет.  

Расстроенно ковыряюсь вилкой в салате.

— Кстати, не факт. Ты же в скандале не фигурировала.

— Думаешь, ей до этого есть какое-то дело? Сделать пакость нелюбимому отделу — это святое, — невесело ухмыляюсь я. 

— Есть у меня один вариантик… — загадочно тянет Мира. — Может, мы махнёмся отпусками и никому не скажем?

Идея, конечно, заманчивая, но уж больно ненадёжная. Рисковать работой ради отпуска мне совсем не хочется. Тем более, что это Костин косяк со сроками. Всё же идти просить отпустить тебя на отдых через десять дней, лучше, чем всего лишь через неделю. Согласитесь, что разница огромная.

— Я лучше попробую купить марципановых конфет и умаслить Иванову. Вдруг прокатит.

— Тогда уж и коньяку купи. Надёжнее будет, — ёрничает подруга.

— Пьющая мать — горе в семье, а у нашей мадам свиньи и куры. Забыла, что ли? — подхватываю весёлое настроение Мирусика.

И, уже через час, сидя в приёмной Доронина, я понимаю, что веселились мы зря… Оксана бросает на меня сочувствующие взгляды и пытается подбодрить чаем с конфетами — «Алёнка» и чёртовы марципановые.

Я со злостью сжимаю кулаки и ёрзаю спиной по дивану, рискуя превратить коробку «Моцарта» в растопленное месиво, но начальник снисходительно решает меня принять.

— Олег Николаевич… — неуверенно тяну я.

— Не мнись, Аня. Знаю я уже, зачем пришла, — недовольно пыхтит генеральный. — От меня-то что хочешь?

Кто бы сомневался… конечно же, Иванова уже успела наквохтать.

— Можем мы с Мирой поменяться на две недели? У нас же всё равно время отпусков… мне даже не обязательно делать выплату сейчас, просто Алевтина Егоровна даже слова сказать не дала.

После того, какую истерику мне закатила Иванова, толком не выслушав, я со злости побежала к Доронину, вспомнив Мирину идею. Если уж и «план Б» не сработает — значит, отпуску с Костей не быть.

Доронин сверлит меня долгим недовольным взглядом, жуёт очередную конфету и, наконец-таки, набирает кадровика — договаривается с ней, чтобы та подписала приказ, и сама разобралась с Ивановой.

— Спасибо-спасибо, Олег Николаевич! — радостно пищу я и, срываясь с места, обнимаю начальника, как отца.

Мужчина смущается, но всё же приобнимает меня в ответ и сконфуженно отправляет восвояси.

Доронин на самом деле добрый дядька, хоть и пытается строить из себя строгого руководителя. На такой должности, увы, по-другому и нельзя, а то коллектив с радостью сядет на шею.

«Отпуску быть! Расчехляй чемоданы», — довольная собой, я печатаю смс Костику.