Ты моя Вселенная

Дорогие мои читатели,  я пришла к выводу, что напрашивается еще одна история, которая объединит в себе сразу два персонажа. Как вы, наверное, уже поняли – это Вис и Фархад. Многие писали, что было бы лучше убить генерала за мучения, которые он предоставил Светлане, но я посчитала нужным дать ему еще один шанс, ведь каждый житель Вселенной не застрахован от ошибок в жизни. О Висе, я думаю, и говорить не стоит. Лучше прочесть. Надеюсь и эта история найдет отклик в вашей душе.

Ты – моя Вселенная!

Алессандра

- Нет, папочка, не надо! Прошу! – заливаясь слезами, я умоляла отца отступить от принятого решения.

Я ползала возле него на коленях, хваталась за его одеяние, пытаясь разжалобить черствое ко мне сердце. Слезы текли ручьем, не давая возможности заглянуть в его глаза.

- Вопрос решен. Я уже получил за тебя деньги, - безапелляционно заявил мне пожилой юранец, оттолкнув от себя, будто я прилипший мусор. – Завтра прилетит лир Рантор и заберет тебя.

С этими словами пожилой юранец вышел из моей небольшой комнаты. Я слышала, как с тихим щелчком захлопнулась входная дверь, как до зубного скрежета прозвучал сигнал ее блокировки. Боль и отчаяние поселились в моей душе. За что он так со мной? Почему?

Мой отец чистокровный юранец, пятнадцать лет назад возомнивший себя богом. Он ученый-генетик, который ставил опыты на своих будущих детях. Если с моей единоутробной сестрой-двойняшкой эксперимент удался на славу, то я родилась неликвидом.

Примерно тысячу лет назад раса юранцев была многочисленной и довольно прогрессивной. Но разгневав Вселенную, они были обречены на гибель. Сперва умирали самки, не дожив до своего второго совершеннолетия. А все, кто выжил, почти не имели потомства. Юранцам пришлось искать выход, используя представительниц иных рас.

Методом проб и ошибок ученые и генетики смогли установить главный критерий, который смог помочь юранцам с увеличением рождаемости истинных потомков. Будущая мать должна отреагировать на зов и совершить привязку. Только так рождался чистый юранец, не несущий в себе гены матери. Но мой отец, теша свои амбиции, пошел дальше. Он нашел для себя Дарующую Жизнь в лице моей мамы.

Моя мать была землянкой, похищенной пиратами еще до того, как планете под названием Земля присвоили статус закрытой планеты. Как она оказалась на корабле юранцев я не знаю, но доподлинно известно, что ее кровь отреагировала на зов капитана корабля. Составив договор и взяв на себя обязательства по рождению двух малышей, мама вместе с ним поселилась на планете Юран.

Пять лет понадобилось ей, чтобы выполнить условия договора. За это время она успела превратиться в алчную, беспринципную и жестокую самку, мысли которой крутились только вокруг денег и власти.

Будучи длинноногой блондинкой с бездонными синими глазами, она слыла красавицей и причисляла себя к высшей расе. Такие ее суждения казались смехотворными, но небольшого ума женщину это не беспокоило. Главное, по ее мнению, это деньги и то, что они могут дать.

Ей было без разницы на то, как жили рожденные ею дети и кем они стали. Один контракт сменялся следующим, благо современные медицинские капсулы с успехом справлялись с последствиями беременности и родов.

С папой она встретилась совершенно случайно на одном из благотворительных вечеров, организованной правящей семьей. После недолгого знакомства отец предложил ей контракт на рождение троих младенцев.

Мать не стала отказываться от возможности пожить за чужой счет. В первый раз забеременела она сразу, родив отцу мальчишку – чистокровного юранца, а вот следующее оплодотворение произошло только спустя десять лет. За это время мать с успехом опустошала личный счет отца и практически привела его к нищете, чем очень злила отца. Только вот ничего сделать жадной землянке он не мог. Статус Дарующей Жизнь охранял ее от любых посягательств на свою жизнь.

Для расторжения кабального договора оставался последний пункт – рождение третьего младенца. Но в это время отцу пришла гениальная идея как выйти из сложной финансовой ситуации.

Скрывшись ото всех в своем доме, он начал проводить эксперименты над эмбрионами. Землянки имеют очень пластичные гены, которые с успехом подавляются более сильными. Только вот отцу пришла идея заделать ребенка не своей расы, а еще одну светловолосую и голубоглазую земляночку, которая бы в будущем зависила от воли отца вплоть до своего второго совершеннолетия.

О моральных и этических нормах здесь и говорить не стоит. Два жадных до денег существа нашли друг друга. Мать во всем поддержала отца, соглашаясь на эту безумную идею.

Первые три эксперимента прошли неудачно. Будущие юранки и уранцы были безжалостно удалены из утробы матери. Лишь четвертая попытка привела к долгожданному оплодотворению яйцеклетки, несущей в себе гены землянки. Более того, им удалось зачать не одну девочку, а сразу две.

Но не все оказалось так радужно, как представлялось вначале. Если сестра родилась очень похожей на матушку, такой же светловолосой блондинкой с голубыми глазами, то я совсем не задалась – низкорослая, да к тому же и темноволосая с карими глазами. Одним словом низшая.

По рассказам наиболее преданных слуг разразился жуткий скандал, но матери быстро удалось его замять, отправив жалобу самому императору. Детей-то, согласно договору, отцу она родила и даже больше, чем положено, а то, что я оказалась неликвидом, то это не ее вина, а горе-ученого. Прошение удовлетворили, и матушка с чувством собственного достоинства исчезла из нашей жизни.

Первые десять лет для меня прошли еще сносно. Отец не обращал на меня никакого внимания, уделяя все свое время сыновьям и голубоглазой нимфе. Я же была что-то вроде придатком к слугам. Помогала по дому, готовила на кухне и следила за чистотой в лаборатории.

За эти годы отец не единожды вывозил сестру в свет, в надежде, что ее кровь отреагирует на зов наиболее богатых юранцев. Так оно и вышло. Он уже успел составить несколько предварительных контрактов на свою дочь-землянку, которая, впрочем, была совсем не против. Наоборот, она каждый раз светилась от счастья, если удавалось заполучить на крючок какого-нибудь богача. Она была такой же меркантильной, как и бросившая нас мать.

Во всем этом, конечно, была и заслуга отца. Он подолгу разговаривал с сестрой на тему денег и той выгоды, которую они смогут получить. Даже контракты составлялись таким образом, что при отказе потенциального отца от услуг сестры все деньги будут уплачены в полном объеме. А это не малые суммы.

Я же в глазах общественности была низшим существом, не достойной внимания чистокровных юранцев. Никто из богатых сословий не желал заключать со мной контракт, не желая запачкать свою родословную. А вдруг родится такой же темноволосый малыш, как и его мать!

До десяти лет я жила серой мышкой, на которую почти не обращали внимание. Но по иронии судьбы, на меня обратил внимание один из немногочисленных друзей отца. Пожилой и до ужаса безобразный юранец чуть ли не слюной давился, завидев меня. Я же старалась в дни его приезда запираться у себя в комнате и не высовываться оттуда без острой необходимости.

Отец смекнул, что и от меня можно получить неплохую выгоду. Продав. Что, в прочем, он и сделал. Теперь я собственность лира Рантора, того самого друга-старика.

Проплакав до утра, я забылась тяжелым сном, из которого меня выдернули гневные окрики моей сестры:

- Ставай, дрянь, за тобой уже прилетели! – позлорадствовала она и бросила мне в лицо свое старое платье. – Чтобы через пять минут была в гостиной!

Пришлось в быстром темпе вскакивать с постели. Отец не любил ждать и строго наказывал. Не меня, а слуг, которых я очень любила. И очень жалела. Только вот теперь судьба повернулась ко мне иным боком, и жалеть меня будет некому. Я собственность. Бесправная рабыня. Инкубатор для обрюзгшего юранца. Гулко сглотнув над своей судьбой, поспешила к выходу.

Довольного отца, потирающего руки в завершении удачной сделки, нашла в гостиной. Он со всей семьей и лиром Рантором сидел за накрытым столом. Перед ним лежал комн с включенным экраном, на котором отображался файл с договором купли-продажи.

- Подойди, - как сквозь толщу воды услышала окрик отца.

На негнущихся ногах подошла ближе к столу. Довольные лица родных эхом жгучей боли отражались в моем израненном сердце. От меня не укрылся и плотоядный взгляд моего теперь уже хозяина, который едва удерживал себя в рамках приличий.

- Отныне ты принадлежишь лиру Рантору, - оповестил меня отец. – Твоя дальнейшая жизнь нас больше не интересует.

Вот и все. Теперь моя жизнь полностью в руках уродливого старика. В этот момент я стала будто неживой, вещью, на которую больше не стоит обращать своего внимания.

Лир Рантор грузно поднялся со своего стула и подхватив меня под руки, направился к выходу. Мне даже не дали возможность попрощаться с друзьями и теми людьми, которых я считала своими близкими.

На улице нас ожидал флайт, окруженный крепкой охраной. Было видно, что хозяин готовился к худшему варианту исхода событий. Я бы, конечно, с радостью сбежала из дома при первой же возможности, но, к сожалению, узнала о своей судьбе слишком поздно.

Меня без какой-либо осторожности бросили на пол флайта под мерзкий смех сестры и ухмылки братьев. А следом, едва протискиваясь в открытую дверцу, взошел лир Рантор и уселся в единственное кресло. Не прошло и минуты, как мы взлетели и под сопровождением охраны улетели прочь.

Я долго смотрела в небольшое окошко, наблюдая, как отчий дом с каждой секундой становится все меньше и меньше. Из глаз вновь покатились слезы обиды и разочарования. Неужели моя жизнь теперь будет полностью завесить от милости этого старика? Даст ли он мне в будущем свободу? Отпустит ли?

Ощутимый пинок под ребра заставил меня очнуться от невеселых мыслей. Я сжалась, ожидая нового удара, но его не было. Оглянувшись, поняла, что мы прилетели и теперь хозяин ждал, когда я встану с пола и помогу ему выйти. Делать нечего, пришлось подчиниться. Взяв за потную ладонь, помогла ему спуститься на землю и только тогда посмотрела на окружающую нас обстановку.

Дом моего хозяина не был большим, как у моего отца, но весь утопал в зелени. Пение птиц смешивалось с рыком хищного животного, которого явно держали здесь не просто так. Пройдя сквозь защитное поле, я ощутила, как оно захлопнулось за мной, значит сбежать отсюда без посторонней помощи мне не удастся.

Дом был пустым и почти безлюдным. Людей здесь с успехом заменяли роботы. Я поняла, что это жилье не было основным, где постоянно проживал лир Рантор. Скорее всего оно было рассчитано для таких как я – инкубаторов для его будущих детей.

Стоит отдать должное, следующие десять лет, вплоть до моего первого совершеннолетия, хозяин не трогал меня как самку. Он кормил меня, одевал, но и учил премудростям постельных утех, заставляя смотреть через галовизор специально подобранные им файлы.

Вначале мне было стыдно и страшно смотреть на то, как спариваются истинные юранцы, но потом я привыкла и почти не обращала на это внимание. Отказаться от просмотров я не могла, искин дома отчитывался хозяину о каждом моем шаге в пределах выделенного мне ареола обитания, но я научилась абстрагироваться, представляя перед глазами совсем иные сцены.

Весь ужас своего положения я поняла лишь после дня рождения, когда донельзя довольный лир Рантор приказал установить возле хозяйской постели современную медицинскую капсулу. Его глаза горели безумством, а руки дрожали от нетерпения.

Я не знаю, как пережила эту долгую ночь, полную боли и криков. Пришла в себя в капсуле, а на развороченной постели, покрытой множеством бурых пятен от моей засохшей крови, спал мой довольный хозяин.

Так продолжалось до тех пор, пока я не забеременела. Залезать на меня он перестал, но заставлял удовлетворять его мужские потребности иными способами. Через девять месяцев я родила прекрасного мальчишку, которого тут же у меня отняли. И так пять раз подряд.

Мечта лира Рантора о своей собственной белокурой дочке-землянке разбилась в дребезги под гнетом обстоятельств.

Он оказался заядлым игроком и сильно проигрался. Чтобы покрыть значительную брешь в финансах, возникшую после уплаты долга, ему пришлось сдавать меня в аренду, а потом и вовсе продать.

С тех самых пор один хозяин сменялся другим, не задерживая меня в своей собственности больше, чем на три-четыре года. Я родила с десяток сыновей и дочерей, но ни одного ни разу так и не увидела. В конечном итоге мои скитания привели меня во дворец Драгхана империи Ронсад, жестокого и беспощадного существа, по сравнению с которым лир Рантор показался мне сущим ангелом.

Алессандра

- Алессандра! Вставай, моя линари! Драгхан требует тебя к себе! – тихий ласковый шепот прорывается сквозь полудрему, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности.

С трудом разлепив глаза, я посмотрела в сморщенное лицо старой рабыни, которая прожила в этом аду не одну сотню лет. Ее лицо, покрытое безобразными шрамами, было отталкивающим, но глаза, полные любви и сочувствия, с лихвой перекрывали недостатки во внешности.

- Он вернулся? Уже?

Эта новость выбила меня из колеи. По моим данным Драгхан должен был отсутствовать еще пять суток, в течении которых я бы незаметно для всех смогла прийти в себя после сделанного. Как же теперь быть? Не явиться по требованию своего хозяина – значить обречь себя на суровое наказание, которое не редко заканчивается смертью рабыни. А если он догадается о том, ЧТО я сделала – мне точно сегодня не выжить.

Тупая ноющая боль внизу живота как будто ждала команды, тут же активировавшись. Я не смогла сдержать болезненного стона, скрючившись на тонком покрывале, заменяющем мне и кровать, и одеяло.

Забеспокоившаяся старая рабыня одернула покрывало и пораженно ахнула. В ее глазах я видела неприкрытый равнодушием испуг.

- Что ты наделала, девочка!

Все покрывало подо мной было в крови. Увидев последствия своего решения, мне стало дурно. Если до этого момента я чувствовала себя еще более-менее сносно, то теперь все силы разом покинули мое тело.

Я обреченно уставилась на говорившую, не в силах сказать и слово. Из глаз потекли слезы. Только вот это были не слезы огорчения, а слезы радости. У меня все получилось!

Три года я прожила в этом аду, ублажая своего хозяина. Каждая наша встреча заканчивалась глубокими шрамами на моем теле и неизменной беспамятностью. Каждый раз после совместной ночи я просыпалась в регенерационной капсуле. Лишь благодаря ей я еще жива.

Но я устала от такой жизни. К тому же несколько дней назад почувствовала недомогание, которое часто сопровождалось рвотой и головокружением. Обратившись к лекарям, узнала неутешительную для себя новость – я беременна. С сияющей улыбкой они сообщили, что вскоре родится девочка. И тогда я приняла для себя решение – убить зародившуюся во мне жизнь.

Жестоко? Возможно. Но на то есть веские причины. Все женщины в империи Ронсад относятся к собственности мужа, отца или хозяина. Они не ценнее скота. Бесправные. Покорные. Смиренные. Ее участь была бы ненамного лучше моей. И пусть ее отец был самым влиятельным мужчиной на планете, это не уберегло бы ее от неравного брака и постоянных издевательств со стороны мужа.

Дети рабынь лишь на одну ступень выше матерей в социальном статусе. По сути, они те же рабы, рожденные от вольных мужчин. Он мог выдать замуж, продать и даже убить. Я не хотела такой жизни для своей дочери. Было бы жестоко обрекать ее на такое существование.

Последняя наша встреча с Драгханом произошла как раз до его отлета в империю клеранцев, после которой ему удалось все-таки заделать мне ребенка. Я не знала почему, но все мои хозяева очень старались получить от меня дочь-землянку. К чему такое стремление я поняла лишь здесь, во дворце, подслушав разговор лекарей.

Моя кровь уникальна. Она несет в себе гены древней расы, которая может проявиться в любой момент если не у меня, так у дочери. Почему именно дочь – не знаю, но предполагаю, что это связано с женскими гормонами, которые активизируются в период полового созревания. Именно поэтому лир Рантор тянул со слиянием вплоть до моего первого совершеннолетия, боясь нарушить во мне этот сложный процесс.

Сутки я провела под пристальным наблюдением врачей в лекарском крыле. Они-то и установили, что во мне зародилась жизнь, гены которой полностью совпадают с моими. Раньше у меня тоже рождались дочери, но они несли в себе гены отцов, а тут…

То ли мое депрессивное состояние, то ли не желание выносить и родить дитя этому чудовищу, но на следующие сутки я почувствовала себя плохо. Да так, что ноги подкосились и я упала на колени. Низ живота болел, в глазах темнело, но я, стиснув зубы, терпела.

Видимо долгожданная новость заставила вернуться Драгхана в свою обитель, чтобы лично убедиться в словах старшего лекаря, раз уж он требует меня к себе. Хотелось одновременно смеяться и плакать. Я обрекла себя на верную смерть, скинув нерожденное дитя. Не думаю, что хозяин сдержит свой нрав, а в таком состоянии я вряд ли смогу продержаться до самого утра.

Мои опасения сбылись. Стоило только переступить порог его огромной спальни, как меня буквально сбили с ног хлыстом. Жгучая боль змеей обвилась вокруг тела и не желала отступать.

Мое избиение было не долгим, но впечатляющим по размаху. На мне не осталось ни одного живого места. Местами вспоротая кожа, переломанные ребра и руки, неестественно вывернутая нога. Это еще только то, что я могла осознать замутненным от боли мозгом.

Спас меня главный советник. Именно он смог донести до Драгхана, что тот своими руками ломает лелеемую им мечту. Как бы ни странно это было, но хозяин вмиг успокоился и велел увести меня с глаз долой. Сутки я пролежала между жизнью и смертью, в течении которых лекари успели доложить ему о том, что в будущем шансов зачать дитя слишком малы.

Меня снова продали. После стольких лет издевательств и насилий над моим телом и разумом. Вывезли из планеты как отработанный материал и выставили на торги на станции Гибар, которая отличается от остальных станций жестоким отношением ко всему живому товару. Здесь обитают только перекупщики, которых не волнует физическое состояние товара. Им важно количество, а не качество.

Больше месяца я ожидала своей участи будучи запертой в зловонном трюме с двумя сотнями таких же бесправных граждан великих империй. Нас почти не кормили. Выдавали раз в сутки тюбик с синтетической кашей и стакан воды. Кто успел, тот поел. Поначалу у раздаточного окна была давка, унесшая более двух десятков жизни, теперь же мы стояли в очереди и ждали милостыню от временного хозяина.

Я бывшая рабыня Драгхана империи Ронсад, которая посмела ослушаться своего господина. Я сделала то, о чем мечтали многие девушки в его дворце. Мне просто повезло, и я успела убить еще нерожденную мной дочь. Его дочь.

И вот я здесь, среди множества себе подобных – бесправных рабов, купленных хмерами ради своего пропитания. Надеюсь на этом моя жизнь придет к логическому завершению…

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Фархад сей Миссун, генерал космического флота империи Нагширан

Голова раскалывалась от боли, а тело знобило от постоянного холода. Шею как удавкой сжимал браслет, блокирующий оборот. Я не знаю, как оказался на корабле хмеров, помню только сильный удар по голове, а дальше темнота. Очнулся уже запертым в клетке будучи в полном непонимании происходящего.

Поначалу меня не трогали, видимо боялись. Но голод заставляет хмеров идти на любой риск, лишь бы ощутить хоть немного чувства насыщения. Вот и меня сегодня едва не выпили насухо. Впрочем, сегодня повезло не всем. Еще пять клеток опустело. Если и дальше пойдет в таком темпе, то вскоре трюм опустеет окончательно.

Скорее бы. Устал. Десять лет томиться в ожидании скорой смерти, которая, как назло, постоянно обходит меня стороной. Жаль. Я бы с удовольствием встретился с ней лицом к лицу…

Только где там! Видимо Вселенная сильно озлоблена на меня за те поступки, которые я совершил в прошлом. И поделом мне!

Сильная боль в висках заставила меня поморщиться и едва слышно зашипеть. Дикая жажда вкупе с головокружением заставили меня приподняться и осмотреться. Перед глазами все расплывалось, но даже расфокусированным взглядом я смог оценить итоги недавнего пиршества шорховых тварей. Осталось всего девять пленников. Слишком мало для такого большого количества кровопийц.

Тишина, установившаяся в ангаре, давила, заставляя мозг соображать быстрее. Что-то не так, а что именно, я догадался далеко не сразу. Лишь прислушавшись, понял, что мы не движемся. Двигатель не заглушен, но обороты его так малы, что я едва улавливаю исходившую от него вибрацию.

Странно. Неужели мы успели долететь до созвездия Центарион, о котором говорили болтливые хмеры? Неужели я так долго был в беспамятстве? Или все же капитан рискнул и решил пополнить свои продуктовые запасы?

Жажда давила, заставляя двигаться. Я с трудом развернулся в тесном пространстве клетки и посмотрел в тот угол, куда кидали тюбики с синтетической едой и протухшей водой. Пусто. Что и следовало ожидать.

В последнее время хмеры не утруждали себя, забывая кормить нас по несколько дней. Слабые не выдерживали и умирали, не дождавшись и глотка воды. А вот мне не повезло в этом плане.

Меня пленили, когда я был в полуобороте. Трусливые хмеры не стали рисковать и дожидаться, пока я вернусь в двуногую форму, нацепили ошейник и бросили в клетку. В полуобороте мы сильнее и выносливее, что дает мне преимущество перед остальными пленниками. Только вот я не просил для себя такого бонуса. Наоборот, отчаянно желаю покончить со всем и уйти за грань.

Видимо я настолько углубился в свои мысли, что пропустил момент, когда ангар наполнился злыми и нетерпеливыми окриками кровопийц, а спустя всего несколько минут в него хлынул первый поток пленных.

Смотреть на живой ручеек обреченных было больно. Многие из них не переживут сегодняшнюю ночь, ведь ослабленные хмеры не упустят возможность пополнить запас своих сил. Безразлично наблюдал, как вдоль моей клетки проходило множество рас и лишь на одном пленнике невольно задержал свой взгляд.

Невысокий и худой парнишка с темными волосами, неровно отрезанными по самую макушку, представлял собой жалкое зрелище. Он едва переставлял свои ослабевшие ноги, то и дело цепляясь руками за прутья клеток. Едва мальчишка сравнялся со мной, змей внутри меня встрепенулся и зашипел:

- С-с-амочка! Моя! Элис-с-шея!

Что? Самочка? Оторопело уставился на хлипкую фигуру, замершую напротив меня. С трудом сдержал своего змея, мысленно прося его не привлекать сейчас к нам ненужного внимания. Ошейник пару раз болезненно прошелся током, заставляя меня приглушенно зашипеть от неприятных ощущений.

Боль отрезвила. Дала возможность здраво оценить наше положение.

- Не стой, - прошипел своей малышке. – Иди, иначе тебя заметят. Не стоит привлекать к себе лишнее внимание.

Малышка понятливо кивнула и поспешила отойти. Едва ее пальцы разжались и отпустили опору, она завалилась на пол. О, Боги! Только не это!

Откуда взялись силы, я не понял. Успел только просунуть между прутьями кончик своего хвоста и буквально втянуть в клетку безвольное тело. Вовремя. Два десятка кровопийц напряженно наблюдали за моим действиями, не зная, что и предпринять. Но, к счастью, жажда крови пересилила жажду расправы за мое самоуправство. Махнув рукой, они поспешили прочь – туда, где во всю уже шел кровавый пир.

Фархад Миссун, генерал космического флота империи Нагширан

Выдохнув от перенапряжения, я устало опустился на пол. Даже такое простое действие привело к оттоку имеющихся сил. Подтянул к груди несопротивляющуюся малышку, поражаясь легкости ее тела и сильной худобе. Бедняжка. Сколько же ей пришлось пережить трудностей и лишений! А о том, сколько еще предстоит и думать страшно.

Девочка была в бессознании. Это даже к лучшему. Не стоит ей видеть происходящий вокруг нас ужас. Знаю, что в ближайшее время выживут не многие, хорошо бы половину из того количества рабов, что заперли в ангаре, оставили в живых.

Подтянув малышку повыше, окутал ее своим хвостом, прикрывая от любопытных взглядов новых соседей. Все сидели молча, уткнувшись прямо перед собой и только один из них, запертый справа от меня, смотрел на нас с плохо скрываемой злостью и досадой. Ну и пусть. Сидя в клетке, он ничего не сможет сделать моей элисшее, а я уж попытаюсь урвать нам свободу. Расшибусь, но выполню задуманное. Если до этого момента я мечтал только о смерти, то с появлением малышки все изменилось. Я обязан выжить и вытащить свою пару из этого ада.

Прошло довольно приличное время, прежде сытые хмеры решили оставить пленников в покое. Как я и предполагал, многие просто не пережили сегодняшнего дня. Большая куча обескровленных тел лежала около утилизационного люка, поражая оставшихся в живых масштабами происходившего зверства.

Хмерам и в голову не пришло убрать за собой, а уж о том, чтобы покормить своих пленников и говорить не стоит. Плохо. Очень плохо. По опыту знаю, что следующий их приход в лучшем случае произойдет через пару тройку дней, а до этого момента придется терпеть голод, жажду и сладковатый запах разлагающихся трупов. Я-то справлюсь, не впервой. Но выдержит ли моя малышка? Не сойдет ли с ума, узнав, куда попала и в качестве кого?

По мере осознания пленниками масштабов той задницы, в которой они оказались, стихали разговоры и тихий плачь. Постепенно в ангаре наступила оглушающая тишина, изредка разрываемая едва слышными стонами и всхлипываниями. Оглянувшись, заметил, что многие лежали на полу своих клеток, уткнувшись в одну точку и о чем-то усердно думали. Пусть. Это даже к лучшему. Мозговая активность не даст им скатиться в пропасть безумства в первый же день.

Мой взгляд наткнулся на соседа, который так и продолжал следить за каждым моим движением. Судя по глазам и некоторым особенностям во внешности, он принадлежал к расе клеранцев. Да и лицо мне показалось смутно знакомым. То, как он смотрел на мою девочку, вызвало во мне чувство жгучей ревности.

Ухмыльнулся перипетиям судьбы. Сам в клетке, а чувство собственности к малышке начинало довлеть над разумом. Нам бы сплотиться перед будущими проблемами, а не грызться как шлахи.

Наглый взгляд соседа нервировал и сильно раздражал. Я не выдержал первым. Подполз к прутьям, стараясь не делать резких движений, чтобы не разбудить спящую девушку. Рослый клеранец, осмотрев нас с ног до головы своими огромными немигающими кошачьими глазами, скривился в улыбке.

- Успокойся, змей. Не трону я твою пару, - услышал его приглушенный шепот, - но и в обиду не дам.

- Кто она? Как попала сюда?

Эти вопросы не давали мне покоя. За десять лет я ни разу не видел, чтобы хмеры приобретали для своей подпитки детей или женских особей. Они старались выбирать выносливых самцов, способных продержаться долгое время, подпитывая кровью своего хозяина.

- Подробностей не знаю, она замыкалась в себе каждый раз, когда я пытался разузнать хоть что-то из ее жизни. Знаю только то, о чем шептались перекупщики. Эта девочка бывшая собственность Драгхана империи Ронсад. Он специально продал ее хмерам, зная о их предпочтениях. На сладкое для капитана. Так что нам придется хорошо постараться, чтобы не отдать ее на корм старому извращенцу.

- А тебе-то какой в этом смысл? – не удержался ехидства в голосе.

- Она напомнила мне о прошлом. Своим появлением в моей жизни земляночка помогла мне скинуть с себя оковы отречения. Я ей очень благодарен за это.

Оковы отречения? Этот древний обряд проводят клеранцы, которые не только повстречали свою линею, но и закрепили с ней связь. Интересно, что заставило его пойти на такое безумство? Неужели власть и деньги для него были дороже собственного счастья?

Каждый житель Вселенной в глубине души надеется встретить свою судьбу, найти свою пару, ведь только в таком союзе живет любовь и гармония. Истинная – это дар небес и встретить истинную половинку души удается не всем. Я тоже надеялся и верил, но не думал, что наша встреча состоится в столь жутких условиях.

- Когда я впервые увидел ее входящую в трюм, во мне словно все перевернулось. Я вспомнил прошлое и ту, которую меня заставили забыть, - тем временем продолжил сосед по несчастью. - Девушка была слаба и едва держалась на ногах, но даже этот факт не остановил некоторых индивидуумов от похабных действий. Пришлось ввязаться в драку и взять ее под свое покровительство, - кивнул в сторону моей элисшеи. - Больше месяца мы прожили на станции, прежде чем нас выкупили хмеры.

Я молчал, пытаясь совладать со своей сущностью, которая, едва услышав подробности, пыталась прорваться наружу. Ошейник, сдерживающий оборот, давил на шею. В какой-то момент он чувствительно ударил током, что заставило меня очнуться от неприятных мыслей и успокоиться.

- Фархад сей Миссун, - представился первым клеранцу. Сейчас мне нужны союзники, а не враги.

Тихий свист огласил соседнюю клетку. Я в недоумении уставился в сторону соседа.

- Тебя уже лет десять считают погибшим. Не думаю, что твое воскрешение пойдет тебе же на пользу. Твоя жена замужем за принцами и очень счастлива в браке.

- Бывшая жена. Я дал ей свободу. (История о жене Фархада описана в книге «Вопреки желаниям Вселенной) К тому же у меня и в мыслях не было воскрешать. Главное – это попытаться выбраться отсюда и вытащить малышку. Один я не справлюсь, даже будучи в полуобороте.

Этими словами я предлагал клеранцу выбор – стать обедом для ненасытных кровопийц или же попытаться вырваться из плена. Судя по сегодняшнему пиршеству и тому количеству оставшихся в живых рабов, следующий месяц будет нелегким. Многие умрут до того, как корабль достигнет созвездия Центарион.

Прикинул возможный маршрут корабля и задумался. В этом секторе больше нет полулегальных станций, значит пополнить запасы пленников хмерам больше не получится. Это одновременно и плохо, и хорошо. Плохо, что большинство из запертых в ангаре существ не выживут и половину пути. А хорошо…

Хмер без подпитки становился более уязвим, теряя без необходимого допинга все свои сверхспособности. Недельная голодовка способна сделать из их обычного существа без всяких дополнительных бонусов. А как это понять? Да очень просто. Их глаза обволакивает пелена, а ярко-красный зрачок становится бледно-розовым. Вялые, апатичные, не способные к быстрой регенерации.

О себе я не беспокоился, хмеры меня остерегаются и не трогают без острой необходимости. Но даже этот факт не дает гарантии, что в один прекрасный день не придут и по мою душу. Малышку я им не отдам, буду биться до последнего вздоха. Они получат ее только после моей смерти.

- Вис, - назвался наш сосед по несчастью. - Вис дин Ошер.

Теперь пришла моя очередь присвистнуть от удивления. Наследный принц Правящих из системы Нортан. Да уж, не ожидал такого. Наследный принц и в кулуарах смертников.

- И как же ты оказался в этой дыре?

Злая усмешка проскользнула на его лице, заставившая даже меня вздрогнуть от неожиданности.

- Надоел своей дорогой женушке, которую подыскала мне мать. Вот и продала она меня, как раба, лишь бы избавиться от обузы. А может в этом и был их расчет? Женить меня на подходящей самке, а потом незаметно устранить, объявив о пропаже, ведь, по сути, я никому не был нужен. Ни жене, ни матери. Моим исчезновением они могли добиться своих целей – одна бы получила безграничную власть и деньги, а другая желанную наследницу, которую никто бы не посмел отвергнуть.

Деньги и власть. Два постулата, которые влияют на выбор самки. В свое время и моя мать не раз пыталась женить меня на наиболее богатой нагине, но каждый раз мне удавалось сбежать от незавидной участи. Желая обрести свободу от родителей, я поступил очень плохо с одной ни в чем не повинной самочкой, насильно сделав ее своей женой. Я до сих пор корю себя за этот поступок и очень рад, что она смогла не только выжить, но и найти свое счастье.

Я был благодарен Вису за ту помощь, которую он оказывал моей элисшее. Без него она бы не выжила. К тому же и он был привязан к ней, это было видно невооруженным взглядом. В его глазах не было страсти и вожделения, лишь искреннее беспокойство. А раз так, то Вис стал был идеальным напарником в будущем побеге.

Недолго думая, я поделился с ним своими планами. Видел, как он будто оживал с каждым моим сказанным словом. В его скупых движениях пропала подавленность и обреченность.

- Я согласен, но есть одна существенная проблема, - задумчиво проговорил он, глядя на остальные клетки. – Мы не продержимся и половины пути, если будем голодать.

- Ты сейчас о чем?

- Твоя пара маленькая и худая, без труда может пробраться сквозь прутья клеток…

- Нет, даже думать об этом не смей!

- У нас нет иного выхода. Без еды и воды мы быстро потеряем и те крохи сил, которые сейчас имеем. А судя по тому, что я сейчас вижу, хмеры не очень-то и утруждают себя заботой о живых.

Я задумался. Вис во всем прав, но как же не хочется рисковать той, которая стала стимулом его жизни.

- Для начала спросим мнение малышки. Если она откажется, я не буду настаивать, - предупредил напарника.

Отпускать ее от себя было большим риском. Хмеры могут шастать здесь в любое время дня и ночи, да и не ходили они никогда по одному, всегда в компании трех-четырех себе подобных. К тому же в скором времени их жажда крови усилится, что опять повлечет за собой смерть невинных.

Задумавшись, я не заметил, как малышка завозилась в моих объятиях. Отчетливо нарастающее биение маленького сердечка известило меня о том, что малышка начала приходить в себя. Я как губка впитывал исходившие от нее эмоции и чувства. Сперва облегчение и явное чувство довольства, которая словно тягучая патока накрыла нас с головой, но стоило только малышке открыть глаза, как следом за ними проскользнули непонимание и страх.

- Тиш-ш-ше, тиш-ш-ше, маленькая. Не обижу-с-с, - прошипел ей в макушку и чуть посильнее сжал в своих объятиях. – Отдохни, ты ус-с-стала.

Алессандра

Мне снился кошмар. Он был в разы страшнее тех, которые мне снились во дворце главного верхана. Много крови и криков, от которых неизменно закладывало уши.

- Тихо, маленькая, - едва слышный шепот прорывался через беспокойное сновидение.

Мужская ладонь нежно погладила меня по срезанным наспех волосам. Этого оказалось достаточно, чтобы я мгновенно успокоилась и расслабилась. А зря. Я настолько забылась, что не сразу сообразила о том, где нахожусь и главное с кем.

Слишком много горя, слишком резко бросала меня жизнь из угла в угол и не всегда новое место было спокойным и безопасным. За всю свою жизнь не за кого было ухватиться. Я на подсознательном уровне всегда искала того, кто смог бы меня поддержать.

Сейчас, лежа на груди незнакомца, я с уверенностью могу сказать – нашла. Не спрашивайте, откуда эта уверенность, я не смогу ответить на этот вопрос. Просто знаю и все.

Внутреннее чутье, все время вопившее об опасности, как-то странно замолкло, стоило только взглянуть на наагата, сидящего в клетке. Что-то неведомое внутри меня потянулось к нему, как к родному. Я будто ожила, очнулась от продолжительного сна, в котором жила все эти годы. А может и влюбилась… Так, как описывают это чувство в электронных книгах, которые мне изредка удавалось прочесть. С первого взгляда. С первого вздоха.

Осторожно приподняв голову, взглянула на него. Этот мужчина оказался сильным и решительным, смелым и огромным, поэтому, наверное, я так отреагировала на него. Эта мысль, пришедшая мне в голову, успокоила. Да, я просто подсознательно ищу себе защитника, чтобы спрятаться за него. И ни о какой влюбленности здесь и речи быть не может. Это просто стресс и желание найти поддержку и опору.

Судорожно вздохнув, я только сейчас заметила, как сильно напряжена. Сглотнув застрявший ком в горле, я заставила себя немного расслабиться. Все пройдет. Как только немного приду в себя, эта никчемная влюбленность исчезнет. Останется лишь суровая реальность.

Крупные непрошенные капли слез скатились по моим щекам. Как глупо все вышло. Я долго ждала, чтобы хоть кто-нибудь из мужчин понравился. Все гадала, какой она будет – моя первая любовь. И такой абсурд. Мы пленники обстоятельств. Бесправные рабы своего хозяина.

- Как зовут тебя, малышка?

Такого вопроса я не ожидала. Привыкла, что каждый новый хозяин дает мне даже не имя, а кличку. Растерявшись окончательно, распахнула глаза и уставилась на него, не зная, как реагировать и что ответить на его вопрос.

- Мне каждый свой вопрос дважды повторять или ты с первого раза понимаешь?

- Я Алессандра, - прошептала я, напуганная его резкостью.

- Алессандра, - он словно смаковал мое имя, перекатывая на своем языке. - Красивое имя, земляночка.

- Я не землянка.

- Да? И кто же ты?

А ведь действительно, кто я? Мой отец был чистокровным юранцем, а мать землянкой. По идее, я должна была родиться смеском с доминирующими генами отца, но вышло все как раз наоборот. Получается, я юранка с генами землянки. Только стоит ли говорить ему об этом.

- Я не люблю, чтобы мои вопросы оставались без ответа, малышка. Запомни это на будущее. Мне напомнить тебе вопрос?

- Нет, не нужно. Я не знаю кто я и к какой расе отношусь. Меня вывели путем генетических экспериментов. Я никто… ничто… плод алчности и жадности. Бесправная рабыня, вещь, которую можно купить, подарить, убить. Меня нет ни в одной системе, я не существую…

Ну вот и все, призналась. А дальше будь что будет. Откажется, ну и ладно. Справлюсь одна, не в первой.

Я разрыдалась. Такой стыд и боль. Стыдно, что такая слабая, а больно оттого, что ничего не вернуть, не исправить.

- Ты ошиблась, маленькая. Ты есть, - теплая ладонь неожиданно нежно скользнула по моей щеке, стирая слезы, - это главное.

- Нет, - я шмыгнула носом, пытаясь успокоиться, - меня нет. Это вопрос времени. Я не смогу тут выжить.

До меня наконец-то дошло в какой ситуации я оказалась. И это понимание меня оглушило. Я не смогу выжить одна. Просто не смогу. Все мои попытки мимикрировать в сложившихся обстоятельствах здесь просто не прокатят. Хмеры не та раса, которых интересует мое основное предназначение, то, для чего я была рождена.

- Выживешь! – наагат как-то странно окинул меня взглядом. - Это, Алессандра, я тебе обещаю.

Его лицо озарила ласковая улыбка. Я по началу растерялась такому заявлению, а потом приняла его. Действительно, что хандрить раньше времени, может и удастся вырваться с корабля.

- А вы кто? – спохватилась я. Мой голос после истерики звучал хрипло и жалко. – Как вас зовут?

- Ммм, - он чуть склонился ко мне, разглядывая своими желтыми глазами, в которых вспыхнуло мальчишечье озорство. – Я уже и не надеялся, что ты задашь этот вопрос. Я – Фархад сей Миссун. Запомнила, малышка?

Я кивнула.

- Вот и умница. А теперь спи. Твоему другу тоже нужно отдохнуть и набраться сил.

- Другу? – не поняла я.

- Да, - подтвердил он. - Или Вис ошибся.

- Нет, конечно, – я даже встрепенулась от неожиданности, обрадовалась. - Так он жив? Вы виделись?

- Виделись и даже поговорили о будущем. Но все вопросы завтра, сейчас спи.

У меня сложилось впечатление, что он специально не стал говорить о том, как дела у Виса, а самой осмотреть место, где мы сейчас находимся, мне не удалось. Плотный кокон из змеиного хвоста надежно укрывал меня от любопытных взглядов. Скорее даже не так, это меня оберегали от вида окружающего пространства.

- Не вертись, маленькая, - пригрозил Фархад. - Иначе зацелую.

Угроза подействовала мгновенно. Я замерла, а потом незаметно для себя погрузилась в царство сновидений.

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Утро следующего дня началось с диких воплей, раздававшихся откуда-то издалека. С трудом разлепив глаза, я попыталась выглянуть, чтобы понять причину возникшего шума. Но где там. Я даже пошелохнуться не смогла, не то, чтобы приподнять голову и осмотреться.

- Сиди тихо, Алессандра, и не звука! – прошипел в мою макушку Фархад.

Замерла, не понимая происходящего. Перечить и вырываться, проявляя безрассудство, не стала. Я ничего не знаю о новом месте и его порядках.

- Все хорошо, земляночка, - шепнул мне на ушко Фархад, обдавая горячим дыханием кожу, - я не дам тебя в обиду. Ничего не бойся.

Благодарно улыбнувшись, я скользнула губами по его плечу и тут же получила ответный легкий поцелуй в висок. Тишину, воцарившуюся в грузовом отсеке, вновь нарушил вопль. На этот раз женский. Но теперь это звучало странно. Потому как кричали чуть ближе к нам. Потом послышались звуки борьбы и снова крик. Мужской.

- Фархад, - в ужасе шепнула я, привлекая к себе его внимание, - Что происходит? Почему крики?

- Хмеры пришли на подпитку, солнышко.

Он честно признался мне, хотя я ничего так и не поняла.

- Подпитка?

- Да. Ты что-нибудь знаешь о том, к кому попала?

- Нет. Абсолютно ничего, - призналась честно.

- Хмеры подпитывают себя кровью живых. Они словно паразиты высасывают кровь, которая дает им некоторые бонусы в виде повышенной регенерации, силы и выносливости. Но я обещаю, тебя они не получат.

В благодарность за такую открытую заботу, я потерлась о его грудь щекой. Из глаз предательски выкатились слезинки.

- Мы все умрем? – этот вопрос вырвался сам по себе.

- Не знаю, солнышко, - шепнул Фархад мне куда-то в макушку, плотнее смыкая вокруг нас кольца своего хвоста.

Признаться, я хотела услышать от него что-нибудь более оптимистическое и успокаивающее. Но при этом чувство благодарности за то, что не стал лгать, а ответил, как есть, теплом разлилось в душе.

- Фархад, - вновь позвала я мужчину, что укрывал меня от всего остального мира своим телом. – Если хмеры на нас все же обратят свое внимание, пообещай, что не допустишь, чтобы я мучилась. Пожалуйста, я устала от боли.

- Я могу пообещать тебе, моя земляночка. Мучиться ты не будешь.

Наплевав видимо на все и вся, Фархад обхватил мою голову и прижал к себе. Теплые, чуть обветренные губы прошлись дорожкой по моему лицу, иссушая слезы, которые стойким ручейком стекали по моим щекам. Наслаждаясь минутной лаской, которая до этого момента была мне не доступна, я прикрыла глаза. Так умирать не страшно.

- Но если мы с тобой, малышка, выживем и выберемся отсюда, то тебе уже никуда от меня не деться. Я тебя не отпущу и другому не дам. Только моя, до самой смерти.

- Твоя, - шепнула тихо, утопая в свете его ясных очей, - я очень хочу стать только твоей.

Время замерло. Все стихло и пугающе умолкло. Только чувство опасности стало ощущаться еще ярче, разливаясь патокой. Всхлипнув, я вжалась в Фархада. Крепко зажмурив глаза, представила, что нахожусь где-нибудь в другом месте. Ничего не вышло. Редкие вскрики и ругань то и дело доносились до наших ушей, напоминая о том, в каком аду мы все тут оказались.

Новый вскрик и шум борьбы заставил меня вздрогнуть. Совсем рядом. А потом и злорадный окрик в сторону змея. Мое сердце зашлось в ускоренном ритме, а в голове так сильно зашумело, что я ничего не смогла расслышать.

Наконец все окончательно стихло. Я почувствовала, как сильное напряжение в теле Фархада постепенно сходит на нет. Сглотнув, я приподнялась на локтях и осмотрелась. Если вчера я двигалась в состоянии сомнамбулы, не видя и не замечая ничего вокруг себя, то сейчас я пораженно застыла.

Два ряда клеток, тянущихся вдоль стены. Внутри них заперты представители различных рас, но все они были в гуманоидной форме. Лишь Фархад выделялся от остальных своим внушительным хвостом.

- Не смотри, - прошипел Фархад, - отвернись и прижмись ко мне.

Но я ослушалась его просьбы. И зря. Огромная куча беспорядочно брошенных тел возвышалась в самом дальнем конце отсека. Даже отсюда я увидела застывшую гримасу боли на их безжизненных лицах. О, Боги! За что?

Многие из пленных рабов лежали на полу и тихо стонали. Причину этого стона я поняла чуть позже, когда мой взгляд наткнулся на соседнюю клетку. Всего в паре метров от нас несколько кровопийц присосались к телу моего друга. Я видела его глаза, полные боли и слез. Будто слышала его молчаливый призыв о помощи…

- Не шуми и плавно отведи от них свой взгляд, - как сквозь толщу воды услышала приглушенный голос змея.

Я была не в силах совладать со своим телом, не в силах самостоятельно отвести глаза. В какой-то момент почувствовала, как на мои глаза опустилась ладонь, отводя голову чуть в сторону.

- Хмер, во время первого глотка выбрасывает в свою кровь вещество, действие которого подобно наркотикам. Это уже не разумное существо, а монстр, способный за раз убить более сотни живых. Не рискуй собой, не подвергай опасности чужие жизни, - прошипел на ухо Фархад, прикрывая меня собой.

Сколько по времени это продолжалось, я не знаю. Пришла в себя от довольных смехов и звука падающего на бетонный пол тела. А затем тишина. Страшная. Угрожающая своей зыбкостью.

- Вис, - испуганно прошептала в тишину.

Я попыталась выскользнуть из объятий змея, но мне не дали такой возможности.

- Не трогай его, пусть придет в себя.

- Хорошо, - согласилась с ним, не горя желанием спускаться на холодный пол.

Сейчас для споров еще не время. В далеке несколько хмеров занимались очисткой огромного помещения. Поднимали застывшие тела над полом и выбрасывали в утилизационный люк, жар которого скрывал следы их преступлений.

Фархад сей Миссун, генерал космического флота империи Нагширан

Я ошибся в своих расчетах. Впервые. Видимо дела у хмеров действительно обстоят не лучшим образом. Не прошло и двенадцати часов межгалактических суток, как они снова оказались в нижнем трюме. Пятнадцать пленных. Слишком много для одного дня. Если и дальше все пойдет в таком темпе, то за неделю здесь не останется ни одного живого существа.

Скверно. Очень скверно. Придется все-таки привлекать к реализации нашего плана и малышку. Боги! Как же я не хочу этого. Но без должных сил мы не справимся. Покормить нас опять забыли, а без еды и воды многие не протянут и дня. Особенно те, кто сегодня впервые насильно стал донором. Хорошо, что кровопийцы додумались утилизировать трупы до того, как они начали источать зловонный запах.

Алессандра замкнулась в себе, не реагируя на окружающую обстановку. Пусть. Не стану пока выводить ее из этого состояния. Пусть вначале переживет все в себе, а если у нее самостоятельно не получится выбраться из состояния апатии, то помогу уже я. Не впервой.

Справлюсь. Должен. Ради нас. Ради нашего будущего.

Хмеры на удивление быстро справились со своей работой. Побросав трупы в утилизационный люк, они посчитали свою работу выполненной. Заикаться о том, чтобы нас покормили не стоит, опасно для собственной жизни. Последний мой порыв как раз пришелся на время дозакупки живых рабов. Больше так рисковать я не буду. Во-первых, я теперь не один и в ответе за свою элисшею, а во-вторых, ради исполнения задуманного мне стоит быть крайне осторожным и осмотрительным. Вся основная сила по захвату корабля будет сосредоточена именно на мне, ведь я единственный, кого взяли в плен в полуобороте, а значит априори сильнее остальных рабов.

Справа вновь раздался стон, полный боли и отчаяния. Вис. Тот, на кого я возлагаю большие надежды. Он сможет уберечь малышку, пока я буду сражаться с хмерами.

Алессандра встрепенулась, услышав родной голос. Странно, но ревности к нему я не испытываю. Наоборот, только уважение. И пусть он в свое время профукал свое счастье, но тем не менее смог взять себя в руки и жить дальше. В одиночку встал на защиту незнакомой ему самочки. И защитил, а это многого стоит.

Хмеры ушли, оставив нас одних. Я не мог теперь и предположить надолго ли. Все слишком изменилось за последнее время. Даже для меня. И причину таких перемен я не могу предугадать.

Малышка попыталась выпутаться из моего хвоста. Не стал удерживать. Пусть взглянет на своего друга. Пусть убедиться, что он живой. И успокоиться. Я до сих пор отчетливо слышу учащенное биение ее сердца.

Как и предполагал, она без особого труда проскользнула сквозь параллельно закрепленные прутья решетки. Видел, как с замиранием сердца присела на корточки и осмотрела Виса. Бледный, изнеможденный, но живой. А это главное. Крупные слезы потекли по ее щекам, которые она по-детски вытерла ладонями, размазывая их по не совсем чистому лицу.

Ну что же, пора действовать. В течении получаса «гостей» ждать точно не стоит. Идеальное время для первой вылазки.

- Малышка! – привлек ее внимание к себе. – Твоему другу нужна вода и еда. Только так можно пополнить потерю крови.

- Но где ее взять? Здесь же ничего нет!

Я видел в ее глазах ужас и панику. Но в глубине ее глаз я видел и решительность. Смелая девочка. Моя малышка.

- У в хода в ангар с левой стороны стоит пищевой автомат. У тебя будет всего минут десять, чтобы набрать как можно больше еды и воды. Нажмешь поочередно красную и зеленую кнопки, следом за ними синюю. Продукты сложишь в стоящую рядом тележку. Запомнила?

- Да, запомнила!

- Хорошо. И помни главное – если услышишь шум по ту сторону дверей – бросай все и сразу беги ко мне. Хмеры не те существа, с которыми можно играть в кошки мышки, поняла?

- Да, - решительно заявила она, вскакивая с колен.

Как бы мне не хотелось отпускать от себя девочку, но Вис прав – без нее мы не справимся. Ослабнем быстрее, чем наши враги.

Маленькая без особого труда прошмыгнула между прутьями и побежала в сторону пищевого автомата. Надеюсь, она правильно все поняла и будет действовать строго по моим наставлениям, не проявляя самодеятельность.

Время потянулось слишком медленно, стоило только ей скрыться из виду. Я слышал ее копошение, негромкую ругань, и то, как она доверху нагружает тележку. Молодец, но для первого раза слишком много. У нее банально не хватит сил, чтобы дотолкать тележку до нас.

За девочкой наблюдал не только я, но и все находящиеся в ангаре существа. Многие из них с надеждой смотрели на то, как она скоро набивает под завязку тележку бутылями с водой и контейнерами с наиболее калорийной пищей. Пусть синтетической, но полной макро- и микроэлементами, необходимыми для нашего организма.

Каково же было мое удивление, когда эта маленькая девочка принялась с крейсерской скоростью раскидывать пайки по обжитым клеткам.

«Умница!» - в который раз похвалил малышку, хотя в груди все замерло от страха за ее жизнь.

Алессандра быстро справилась с первой партией и снова поспешила наполнить тележку. Секунды складывались в томительные минуты, а ее все не было. Я уже начал сильно нервничать и переживать, хвост то и дело чувствительно ударялся об железные прутья, прежде чем я вновь увидел ее в далеке.

На этот раз все прошло быстрее. Выделив каждому оставшемуся пленному его дневной паек, она поспешила к нам. Меня слегка покоробил тот факт, что малышка в начале уделила свое время не мне, а Вису, а потом резко успокоился.

Землянки не подвержены влиянию парности. Они спокойно могут прожить оставшуюся жизнь и одни, чего не скажешь о нагах, повстречавших свою элисшею.

Алессандра просто не чувствует нашего притяжения. Но это не повод вести себя с ней как последний скот, требуя безоговорочного подчинения. Хватит. Один раз уже попробовал этот метод и до сих пор жалею.

Светлана, моя бывшая жена, тоже была землянкой. И я уверенно могу сказать - они разительно отличаются от наших самок. К ним нужен иной подход, чтобы завоевать безграничное доверие, а следом, может, и любовь.

То, как Алессандра с нежностью и осторожностью поила и кормила обессиленного друга привело меня к мысли о скорейшем воплощении нашего плана в жизнь. Такому цветочку не место среди холода и грязи. Даже если мы сможем уберечь ее от кормления, то холод и вирусы сделают свое дело. Ее организм просто не выдержит столь суровых реалий.

- Не спеши, - окликнул я свою малышку, когда она вновь потянулась к бутылке с водой, чтобы напоить Виса, - пусть вначале придет в себя. Иначе его просто вывернет на тебя и все твои усилия окажутся напрасными.

- Но он же почти ничего не проглотил!

- Пару глотков достаточно, чтобы он смог прийти в себя. Сейчас для него главное набраться сил. Так что иди ко мне, нечего студить свои ножки почем зря.

Малышка и на этот раз смогла меня удивить. Не было слез и истерик, доказывание своей правоты. Она молча поставила еду и воду рядом с Висом и направилась в мою сторону. Правильно, маленькая. Доверие и полное подчинение. Вот что требуется от тебя, пока мы заперты в этом корыте. Как только вырвемся отсюда, тогда делай что хочешь – хоть раскапризничайся. А пока лучше держать эмоции при себе.

- Шлах! – выругался я, когда ее ножки вступили на мой хвост. – Ты же вся холодная!

Прижал девочку к своей груди, а ноги ее укрыл своим хвостом. Так хоть немного, но будет для нее теплее. Подтянув к себе ее паек, я настойчиво уговаривал малышку поесть. Знаю, что не вкусно, но силы ей будут еще необходимы.

Мои уговоры возымели свое действие. Немного поев, она вновь уснула у меня на руках. Такая маленькая, беззащитная, но удивительно смелая малышка. Уж не знаю за какие заслуги мне подарила ее Вселенная, но я сделаю все, чтобы она была счастлива.

Полночи прошло на удивление очень быстро. Если раньше я едва ли не шипел, сходя потихоньку с ума, то теперь все изменилось. Мне есть ради кого жить и бороться.

К утру пришел в себя и Вис. Я видел, как он борется со слабостью и тошнотой, но тем не менее выглядел намного лучше, чем нелюди в соседних клетках. Один из них так и вовсе раскашлялся, на краткий миг поворачиваясь в мою сторону.

Даже мне, отъявленному вояке, стало не по себе. Он явно болен и может быть заразен. Но почему кровососы допустили больного до своего стола? Ему явно здесь не место. Неужели никто из них его не видел, когда совершали сделку? Неужели им все равно, главное получить доступ к свежей крови?

Лицо соседа было осыпано язвочками, с него обильно тек пот и та одежда, которая чудом удерживалась на плечах, была абсолютно мокрой. Посиневшие губы и впалые глаза указывали на обезвоживание, хотя полная бутыль с водой стояла рядом с ним.

Заметив, что я с интересом наблюдаю за ним, нелюдь оскалился острыми, словно иглы, желтыми зубами. Распухший язык на краткий миг вывалился наружу, но тут же был втянут назад. Он вновь зашелся кашлем и отвернулся. Этого мне хватило, чтобы понять – наши дела дрянь. Нужно как можно быстрее покинуть столь «гостеприимного» хозяина.

Спавшая до этого времени в моих объятиях малышка что-то пробормотала невнятное. Перевернувшись на другой бок, она уткнулась в мою шею и продолжила тихо посапывать. Ее теплое дыхание щекотало кожу, вызывая во мне жгучее желание немедленно овладеть ее, заявить на нее свои права.

Я боялся сделать лишнее движение, чтобы ненароком не разбудить свою элисшею. Шлах! Как же тяжело держать себя в руках, когда столь желанное тело так доверчиво прижимается ко мне.

Вис, видя мои потуги лежать смирно, тихо рассмеялся.

- Не вовремя боги одарили тебя парой, змей! – услышал его сиплый голос.

- Если бы не она, ты бы уже лежал мертвым.

- Что ты этим хочешь сказать?

- А то, что моя пара сумела добыть всем нам еды и воды. Прежде чем зубоскалить, лучше бы подкрепился. Того, что она в тебя так упорно вливала, явно не хватило твоему организму.

Я взглядом указал на контейнер с едой и початую бутыль с водой.

- Но как?

- Молча, быстро и без истерик. Не ожидал, что моя девочка столь сильна духом, но она справилась с первоочередной задачей. А теперь ешь, у нас не так много времени. Нужно серьезно поговорить, прежде чем проснется Алессандра. Я не хочу, чтобы она услышала хоть слово из того, что я тебе сообщу.

Вис задумчиво посмотрел в мою сторону, но слава богам, не стал допытываться. Молча проглотил безвкусную пищу и почти залпом осушил всю имеющуюся у него воду.

Вис дин Ошер

Не ожидал, что первая кормежка окажется так скоро. Хмеры будто с цепи сорвались. Им было все равно на своих рабов, лишь бы ощутить вкус свежей крови на своих губах.

Я не сопротивлялся, когда меня выволокли из клетки. Боялся, что своим сопротивлением привлеку внимание той, которая стала для меня намного ближе родной матери. Той, которая подарила мне прошлое и дала стимул жить в настоящем.

Трое кровопийц с ухмылкой наблюдали, как я безропотно стою перед ними. Ну и пусть, главное – это выжить. Недолго думая, они буквально напали на меня, прокусывая кожу рук в разных местах. Дикая, жгучая боль расползлась по руке, заставляя меня стиснуть зубы и терпеть во чтобы то ни стало. Нельзя, чтобы Алессандру увидели. Она не сможет устоять и кинется меня спасать. Сейчас же, в объятиях змея, она скрыта от хищных взглядов кровопийц.

Секунды складывались в минуты, а этому действию не было ни конца, ни края. Мощный, стальной захват не давал вырваться. Отстраненным сознанием наблюдал за кровавым пиршеством. Чувствовал, как меня постепенно покидают силы, как слабеют ноги и темнеет в глазах.

Спустя пару минут меня, полуживого, все же оставили в покое. Зализав раны, чтобы они не кровоточили, трое сытых и довольных хмеров как ни в чем не бывало толкнули в сторону клетки. Я успел сделать все лишь несколько шагов, прежде чем сознание покинуло меня. Сильный толчок в спину довершил начатое. Я рухнул на пол, не в силах больше подняться. Сквозь темноту в глазах, сквозь дикий грохот своего сердца, отражающегося эхом в ушах, смог только расслышать тихие уговоры змея не шуметь и не привлекать к себе внимание…

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Мне снилось прошлое. Снилась та, которая стала для меня центром вселенной. Виктория. Моя малышка, моя линея!

Моя пара, дарованная самой Вселенной!

Тот злополучный день теперь уж точно я не забуду до конца своих дней. Я как ребенок радовался новому дню и тому, что моя линея смогла не только принять, но и полюбить. Окрыленный неизведанным ранее чувством, поделился радостной новостью с той, от которой не ожидал удара в спину. Я как преданный сын своей империи поделился своей новостью с матерью.

Как оказалось – зря. Мать, теша свои амбиции и надежды, поступила подло. В погоне за наследницей, она отказалась от моего счастья, обманом и хитростью заставив меня, ослабленного и дезориентированного убойной дозой яда, отказаться от линеи и жениться на той, которая стала бы новой главой в семье Правящих.

Тогда, на начальном этапе образования нашей связи, у ее еще был небольшой шанс заставить меня отказаться от Виктории. Что в последствии я и сделал. Наивно доверился родному человеку, который принес много боли не только мне, но и всей своей семье.

Идея матери потерпела крах в первый же год нашей супружеской жизни. Жадная до денег и власти, моя супруга предъявляла все больше претензий не только мне, но и Главе клана, которая не смогла долго терпеть такого пренебрежения к своей персоне.

Это для общественности Глава клана казалась идеальной женой и заботливой матерью, но, как оказалось в последствии, ширма доброжелательности не выдержала натиска обстоятельств. Если раньше я не замечал очевидных вещей ввиду своего долгого отсутствия дома и редких встреч с семьей, то после грандиозного празднества в честь нашей свадьбы, все стало на свои места. Мама оказалась такой же подлой тварью, как и большинство самок, рожденные во Вселенной.

После грандиозного скандала, учиненного моей супругой, с требованием освободить дворец и передать ей власть, мы с позором были изгнаны на седьмую, самую дальнюю планету нашей империи. Матушка прервала все контакты не только с женой, но и со мной.

Почти две сотни лет я жил словно во сне, исполняя все прихоти избалованной и эгоистичной жены. Я чувствовал неправильность происходящего, но сделать ничего не мог. Я был связан до конца своих дней с той, которую мне навязали.

Теперь я понимаю, что будто спал и вовсе не жил все эти годы. Так, существовал без чувств и привязанностей. Словно во сне, кошмар которого не заканчивался и наяву.

Я долго не мог вспомнить ту, которая стала для меня подарком богов. Знал, что она существует, что живет в империи Нагширан, но чувства к ней были будто стерты из памяти.

Все изменилось, когда меня вновь предала семья. Мать, желая избавиться от неугодной ей наследницы, поступила очень подло. Мало того, что она отказалась от меня, как от сына, так в последствии все сделала так, чтобы меня больше ни для кого не существовало.

Она продала меня, кровного сына, словно вещь! Сделала из меня бесправного раба, основной обязанностью которого стало служение своему хозяину.

Ночью, когда все заснули, в наш дом ворвались прислужники Главы правящего клана. Никого не тронули, только меня. Избитого и обессиленного, они вывезли меня на станцию Гибар, которая славилась жестоким отношением ко всему живому товару.

Меня предали, раздавили как личность. Если бы не Алессандра, то я бы не выжил в этой зловонной яме. Она стала для меня лучиком света в кромешной тьме, заставила меня ожить и вспомнить все. Все, до мельчайших подробностей.

Я поклялся, что отомщу всем, кто причастен к нашему горю. Никто не уйдет от моего возмездия! А для этого мне нужно выжить любой ценой. Стать тем, кого не только будут уважать, но и бояться…

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Из воспоминаний о прошлом меня вывел натужный кашель соседа. Фархад прав – нам нужны силы, чтобы противостоять невзгодам. Сколько их еще будет на нашем пути не ведомо даже Вселенной.

Я наспех проглотил безвкусную слизкую субстанцию, запив ее водой. Такая пища обычно выдавалась в медицинских учреждениях. Белково-углеводная жидкая каша, похожая на густой бульон, с полным комплексом витаминов и микроэлементов обеспечивал организм взрослой особи калориями на целый день. Так что это было не так уж и плохо в нынешних реалиях. В трюме Гибара нам не доставалось и сотой доли того, что я только что проглотил.

Кашель соседа усилился. Ему уже вторили и другие рабы, запертые чуть в отдалении. Плохо. Очень плохо. Если и дальше так продолжится, то все сложится скверно не только для нас, но и для девочки. Она слишком слаба здоровьем и не имеет второй ипостаси. Пройдет немного времени и сбудутся самые худшие мои предположения – организм Алессандры не выдержит и разболеется.

Поговорить с Фархадом и обсудить дальнейшие планы нам было не суждено. В помещение вновь ворвались хмеры. На этот раз меня не тронули, видимо после вчерашнего посчитали нежильцом. Оно и к лучшему.

Кровососы вели себя странно. Даже мне это бросилось в глаза, не считая настороженного змея. Лихорадочный блеск глаз, порывистые движения и небольшой тремор рук я заметил у них сразу. А после того, как один из них попытался осушить нашего больного соседа, так и вовсе убедился в своей правоте.

Едва хмер вонзил в соседа свои зубы острые зубы и сделал пару глотков, его буквально вывернуло на пол. Но даже этот факт не заставил его оставить больное тело. Иссушив его окончательно, хмер, недолго думая, направился в сторону Фархада. Запоры на наших клетках при его приближении мигнули зеленым светом и с тихим щелчком отворились.

К счастью, змей уже был наготове. Не прошло и пары секунд, как обнаглевший кровопийца был вырублен одним ударом хвоста.

Я с недоумением наблюдал за действиями Фархада. Он как ни в чем не бывало подполз со спящей малышкой на руках к валяющемуся на полу хмеру и принялся его осматривать. Зачем-то оттянул веки, заглянул в рот и проверил пульс. По его недовольному взгляду стало понятно, что дело дрянь.

- Ну что там?

Я не выдержал первым и задал интересующий меня вопрос. Не стал бы змей пачкаться, прикасаясь к кровососу, значит у него есть какие-то предположения.

- Плохи наши дела. Шлах, как же не вовремя!

Фархад, в отличии от меня, успел хорошо изучить расу хмеров. Это для меня, обывателя, все было в порядке вещей, но вот его, пленника со стажем, насторожило несвойственное поведение своих хозяев.

- Ты о чем?

- Они все заражены бактериями босборы. Видимо кто-то из новых рабов был носителем. Если нашего соседа уже…

- Подожди, ничего не понимаю, - прервал его тихий шепот. - Что это за бактерии и как они передаются?

- Через кровь. Бактерии поселяются в легких, заставляя носителя буквально выплевывать их с кашлем. А я-то гадал, почему к нам зачастили кровопийцы. Видимо им невдомек, что поселили у себя бомбу с замедленным действием.

Где-то в далеке вновь зашлись в приступе сильнейшего кашля. Скверно. Уже седьмой по счету пленный. Слишком быстро разворачиваются события.

- Хмеры пытаются новой порцией крови излечить себя от недуга, ведь только с ее помощью у них открывается возможность к регенерации тканей. Только вот они не учли природу самого недуга. Избавиться от бактерий невозможно без современной медицинской капсулы, да и она не дает стопроцентной гарантии. Если взять во внимание тот факт, что нашего соседа уже кусали и не раз, значит заражены почти все, кто сейчас находится в этом корыте.

От такой новости я побледнел. Умереть от какой-то бактерии не входило в мои планы. Ладно бы в бою, но так…

Хмеры будто сошли с ума. Их поток за новой порцией своего допинга не прекращался ни на минуту. За последние полчаса они иссушили десятки рабов и уже подбирались к нам. Если и дальше так пойдет, то быть нам укушенными и выпитыми до основания.

- Нужно выбираться отсюда и как можно скорее! – решительно заявил Фархад, выкидывая тело в узкий коридор и прикрывая дверь своей клетки так, чтобы та не заблокировалась. Я повторил его действия, создавая себе таким образом путь к отступлению.

- Нужно, не спорю. Но как?

- Клетки открываются следящими за порядком хмерами, стоящими у щита в начале ангара. Но в таком ажиотаже они, скорее всего, не в силах уследить за каждым своим сородичем. Слишком большой наплыв желающих испить кровь. Нужно дождаться, когда откроют соседние камеры и только после этого нападать.

- А толку? Их слишком много на нас двоих.

- Если успеем добраться до щита и открыть двери, возникнет переполох. Многие рабы разбегутся кто-куда, это даст нам фору в несколько минут. Главное, чтобы нас не укусили и не поцарапали.

- Судя по ангару – это корабль класса G, значит здесь имеются спасательные капсулы и мобильные шаттлы, - рассуждал я, глядя прямо на соседнюю клетку, которая теперь уже пустовала.

- Нужно разбудить Алессандру и подготовить ее к предстоящему побегу. Она наше слабое звено. Придется ненадолго оставить ее одну.

Я видел, что это решение не нравится змею, но ничего путного в такой ситуации мы придумать не могли. Она будет отвлекать нас от задуманного, да и риск, что ее зацепят слишком велик.

- Хорошо. У нас есть минут десять. Буди Алессандру, а я пока осмотрюсь.