Ты попал, или Мужик, мы случайно

Вожу пальцем по старой пожелтевшей бумаге, периодически поглядывая на экран ноутбука, чтобы сверить перевод. – А это что за хитрый значок? Такое странное обозначение диаметра?! Навряд ли... 
 
 – Да что за книга такая?! – от неразборчивых мелких знаков перед глазами уже всё плывёт. 
 
 Тру слезящиеся глаза и с мольбой смотрю на подругу.
 Совершенно не собиралась коротать вечер за сомнительным занятием, но та непреклонна, взглядом заставляя вернуться к переводу. Переводим принесённую Мьяной, якобы запрещённую книгу.
 – Ты со своими тайнами неисправима. – Ворчу я. – И зачем этот бред притащила? Ещё и меня эксплуатируешь. Ведь взрослый человек, должна понимать, что вся эта ахинея, тем более заклинания призыва, не более, чем больная фантазия. Это всё так далеко от реальности. – Вздыхаю, но тем не менее ввожу очередное слово в переводчик. Даже программа эту отсканированную ахинею отказался распознавать, приходится работать вручную.
 – Может, для тебя и нереальная, но ты на книгу глянь!
 – И что? Ты искусственно состаренных страниц не видела? Посмотри, написана твоя книженция на современном языке. Даром что иностранном…
 – Ты подожди! Цыганка говорила, что это правда — вещь!
 – Согласна, вещь – книга. Причём на современном Словенском! Прекрасно переводится через google переводчик, кроме, вот этих кракозябр. – Я ткнула пальцем в накаляканные нечитаемые символы. – Не наводит на мысли?
 – Да дай договорить! – возмутилась подруга и в её глазах мелькнула обида, но она быстро взяла себя в руки и доверительно наклонилась ко мне. – Та цыганка сказала, что книга прошла какой-то ритуал в Любляне, поэтому читаема, а раньше её и открыть-то невозможно было. – Начала Мьяна таинственно-заговорщическим полушёпотом, игнорируя моё скептическое выражение лица. – И ещё! – Будто спохватилась она. – Сказала, что видела во сне духа книги, который показал ей меня и потребовал отдать книгу именно в мои руки!
 От слов подруги я закатила глаза. Обычно она, вообще-то, у меня умная и глупости говорит крайне редко, а вот подобные увлечения: мифы и загадки – её стезя, погрузившись в которую она глупеет прямо на глазах.
 – И что? Так, бесплатно отдала? – сказала я с холодной ухмылкой, уже заранее предполагая ответ.
 – Ну, не-е-ет... – протянула осторожно Мьяна. – Ей во сне было сказано взять с меня символическую плату, иначе книга нового владельца не примет.
 – Реально? Я в восхищении! И какую же плату? – полюбопытствовала я с видом победителя.
 – Ну золото, что я на повседневку носила, – на мне было... и ещё … – тут она замялась, – браслет с топазами, который мне Рин с синим платьем дарил.
 Всё! Я вскипела! Уже не осталось сил контролировать эмоции и голос!
 – Ты хоть понимаешь, что выкинула свой подарок на помолвку в мусорку?! А как же Рин? Ты о его чувствах подумала? Ладно бы то штампованное золото… но ведь и оно, память о родителях!
 – Из родительского только серьги! – приняла бой Мьяна, но в глазах я прочитала сожаление.
 – Те самые?
 – Да!
 – Лучше бы мне подарила. – ответила я тихим обречённым голосом, осев в кресло.
 – Она сказала, что-то от родителей надо, за книгу отдать... – уже жалобно протянула подруга резко сникнув. Очевидно, что серьги для неё нечто большее, чем просто украшение. – Но теперь я, наконец, смогу с ними поговорить, понять, что произошло на самом деле… Может быть, даже помочь!
 – Извини, может это и грубо, но как ты собираешься помочь тем, кого уже нет с нами? Ты столько лет пытаешься приоткрыть завесу тайны, а насмотревшись своих передач, совсем уже в мистику подалась. Ты ведь даже специальность себе выбрала под стать! Я тебе глубоко соболезную и хотела бы для тебя чуда, но признай уже, что прошлое в прошлом. Я готова помогать тебе хоть в чём, но тратить время на такое?! – Я выразительно окинула взглядом наше поле деятельности. – Ты зрелый человек. Пора уже всё понять и прекратить. Давай лучше пойдём телек посмотрим, а? – Мы всегда говорим друг другу всё в лоб без обидняков, но тут я, похоже, подобрала не те слова. И без того уже помутневшие глаза Мьяны наполнились влагой и она сорвалась на крик!
 – Это не ты внезапно лишилась родителей в десять лет! Не тебе меня судить! Я была ребёнком и никому, кроме меня больше не было интересно, что произошло! Когда я повзрослела и на правах родственника сделала запрос, знаешь, что оказалось? В полиции пылился только стандартный отчёт с приложенными к нему показаниями свидетелей. Но всё было не так! Мне тогда было уже почти десять лет, – я всё помню!
 – Мьяна, – я подошла и обняла уже плачущую подругу, – ты же знаешь, что я о тебе беспокоюсь? С того самого дня, – ты член моей семьи. Мы больше чем подруги! Я пытаюсь смотреть на вещи с твоей позиции, но это для меня слишком. Давай... –Мьяна вырывается и не даёт мне договорить.
 – Я докажу тебе! Вот здесь! Прямо в этой комнате! Сейчас! – вспылила, краснея от эмоций Мьяна, выставляя растопыренные пальцы параллельно полу. Я отметила её фанатичный взгляд, который означал, что сейчас с ней спорить бесполезно, но тем не менее попыталась найти компромисс.
 – Конечно, докажешь, но немного позже. Мы книжку-то с тобой ещё не закончили переводить. – сказала я, успокаивающе поглаживая подругу. – У нас только десять страниц, и то «сырые». – Чувствую себя паршиво, сначала довела подругу, а теперь успокаиваю, но позволить ей обмануться ещё более жестоко.
 – Ничего, начала хватит! – упрямо вырывается Мьяна. – Первые страницы ведь переведены. Тем более, уверена, одно из них точно заклинание призыва, скорее всего, вот это... – Мьяна резко взбодрились и начала утирать слёзы размазывая их по лицу вместе с тушью и одновременно искать что-то глазами. Сейчас и выясним! – Я решила взять удар на себя, но сделать ещё одну попытку её остановить. Потом же ещё сильнее расстроится. Так было уже не раз. Бывало, она на целые месяцы уходила в себя, после очередной неудачи. А я всё то время ходила с мечтами о том, как, и в какой форме – покараю всех этих шарлатанов, дающих ей надежду.
 – Тебя не настораживают непереводимые непонятные символы на рисунке и, вот этот, непереводимый словесный оборот про тело?
 – Нисколько, продолжай.
 – Ночь, кладбище, круг из свечей, – не помнишь, в самом начале упоминались? Что за дичь?! – Еле удерживаюсь от оттого, чтобы отшвырнуть от себя книгу!
 –  Это раньше, так сказать, чтобы атмосферой проникнуться упоминали кладбище. Полночь уже скоро, а круг из свечей можно и в нашей библиотеке организовать, – невозмутимо пожимает плечами.
 – Может, здесь жертва нужна? Или, считаешь, что я в случае чего, сгожусь?! – я улыбнулась, делая попытку разрядить обстановку и подготовить благодатную почву, чтобы не быть воспринятой в штыки.
 Ну не хочу я этой ерундой заниматься! Но подруга умеет быть убедительной.
 – Может, и нужна, – задумчиво, – ты переводи, переводи, а то не узнаем...
 – Не забывай, кто тебе дал книгу. Подумай кто её, скорее всего, писал. Извини, но я не верю! Зачем на это время тратить! Постарайся посмотреть на ситуацию со стороны. Это очередная шарлатанка. Знаешь, сколько она ещё таких книжек после продажи твоих украшений наштампует? Ты же уже столько зарплат на всякие артефакты с аукционов потратила. Неужели всё ещё продолжаешь верить? Уже настолько отчаялась, что, как эти сумасшедшие сатанисты, на жертвоприношение готова?! – возмущаюсь не на шутку.
 – С жертвой ты перегнула…  Я имела в виду  капельку своей крови там капнуть, — духов задобрить. Знаешь, же… – Намекнула она на своё прошлое.
 – Прости.
 – Пусть меня не понимает весь мир, но ты-то, единственная подруга, должна меня понимать. Делая хоть что-то... постоянно находясь в поисках, у меня оставался смысл продолжать жить. И знаешь, я благодарна той передаче, которая вселила в меня надежду. Одна мысль, что вдруг такое возможно, тогда в детстве, меня воскресила. Да, знаю, опять скажешь, что там одни шарлатаны и сценарий. Ты всегда со мной честна. Скорее всего, так оно и есть, но я же имею право надеется? Просто слепо верить? – Конечно, каждый из нас сейчас видел ситуацию под своим углом, и в словах подруги всё же закралось зерно истины, но я не должна оставлять попытки хоть на этот раз образумить Мьяну, хотя, если, признаться себе, после её слов, внутренне уже сдалась.
 – А сейчас? Ты ведь уже взрослая. Замуж собираешься. Да не за кого-то, а за ректора нашей академии. Теперь тебе есть ради кого жить.
 – Ты права, теперь есть…
 – Как ты вообще умудрилась со своим замкнутым характером покорить розовую мечту наших студенток? Без обид, но я думала, что он выберет гламурную женщину, которая будет ему соответствовать. С вашей разницей в девять лет,  — ты его полная противоположность: хрупкая, тёмненькая, невысокая, тихая и неприметная, совершенно необщительная и со странностями, разве что красотка! – нашла я хоть одно весомое достоинство в пользу подруги. – И он до сих пор за тобой никаких странностей не подмечает?
 – Рин особенный! Он такой же фанатик истории и археологии, как и я! С ним мы часами можем разговаривать. И если я увлеклась очередной загадкой, он только за! – при словах о женихе её глаза загорелись счастьем и пушистые от природы ресницы мечтательно устремились верх. – Пусть я и не красотка, как ты сейчас приврала, но знаю, что он меня любит.
 – Приводи его почаще. Очень уж глаза чешутся за вами со стороны понаблюдать. Просто фантазия отказывает! Он такой деловой и серьёзный. Неужели только напоказ, а дури, как и у тебя хватает? Следующий раз как придёте вдвоём, я на вас душу отведу! – Я уже обрадовалась, что перевела разговор на другую тему, но Мьяне редко удаётся поменять курс, пока она не добьётся своего.
 – Вот ты сейчас сомневаешься, но ради меня, поверь! – Мьяна умоляюще заглянула в мои глаза, взяв мои руки в свои. – Цыганка сказала, что эта книга её предков из Паннонии! Ещё в те далёкие годы она уже была у них, представляешь? А более раннюю информацию о книге и своём роде цыганка не знает, но предполагает, что книга ещё более древняя. Неужели тебе просто неинтересно проверить, даже если ты во всё это не веришь?
 – И с каких пор Цыгане ведут родословную?
 – А думаешь, не ведут? Но тогда, откуда ей знать древние названия? Их передавали по наследству. Понимаешь?
 – А то, что цыганка элементарно взять и прочитать книгу может, и тебя, святую наивность, задурить?
 – Я же сказала, что сейчас докажу. У меня как раз свечи в гильзах к свадьбе закуплены. И мелок есть! Сейчас на полу всё начертим!
 – Ага, и ты на такой тёмной паркетной доске настояла – ритуалы проводить? – Мьяна отвела глаза. – Серьёзно?!! В доле шутки сто пудов правды?
 Я попыталась сделать глубокий вдох. Помню полгода назад мы чуть не поссорились из-за этого ремонта в библиотеке. Я хотела светлое воздушное посещение, а она настояла на этом стиле с практически чёрным полом. Даже согласилась на условие, что нашу комнату я делаю полностью на свой вкус.
 – Ну, я тогда подумала, чтобы каждый раз место не искать, можно кабинет обустроить. Тут достаточно просторно. Прости, что не сказала. Я давно думала о чём-то таком, а тут эта книга.
 – Ну вот, кому про тебя скажешь, подумают, что ты несовершенная малолетка, а не без пяти минут кандидат наук. Притом почти замужняя. Это же надо додуматься ремонт под это дело затачивать, книжку у цыганки за подарок Рина выменивать?
 – Сама знаю, что нормальностью не пахну, но ведь именно благодаря своим поискам я зашла так далеко и Рина встретила! – Застенчиво пошаркав носочком об пол, сказала она.
 Столько пережить и оставить повадки ребёнка – это меня в Мьяне поражало всегда. При этом она усердно учится, работает и никогда не жалуется, хотя ей часто от жизни достаётся. Интересно, но у себя на кафедре она всегда такая деловая, что я с неё просто умиляюсь, вспоминая её домашние повадки.
 – И не смотри на меня так! Ну как тебе откажешь! Хорошо, неси сюда гильзы. Рада, что ты меня ещё на кладбище не потащила со своими ритуалами. – Сказала я и запнулась на последнем слове. Потащит же! Но обошлось. Она уже успела начертить огромным циркулем круг (Вот где раздобыла?!) и начала распаковывать свечи.
 – Фея, расставляй свечи по кругу, ровно через семнадцать сантиметров, не нарушая, а я чертить знаки начну! – Командует Мьяна, поставив передо мной увесистую упаковку свечей.
 Да-да, так меня и зовут! Улыбается? А мне вот, нисколечко! А от полного имени, так вообще, плакать хочется. Я, конечно, люблю своих родителей, но в восемнадцать лет со скандалом чуть имя в паспорте не сменила. Мама тогда оскорбилась! Конечно, назвала свою дочь в честь любимого автора, а дочь, засранка, не ценит! А ничего, что он мужчина был, этот автор? Ну не могу я маму обижать. Сама первая не выдерживаю, – мириться иду. Так и с именем, смирилась. Пришлось так и остаться по паспорту Феодосией, ещё и прощения вымаливать, называя себя наиболее подходящими литературными словами, – другого мама, как литературовед с пожизненным стажем, не терпит. Мои мысли прервала одна наглая оккультная дамочка с наивным выражением лица.
 – Смотри, я подставила в формулу имена моих родителей, может крови ещё на неё капнуть? Для убедительности? Всё же на кладбище не пошли. – задумчиво говорит она.
 – Вот чтобы ты понимала! Детский сад, страшная группа, – сладкоежку вызываем! Ты ещё шоколадкой помажь. Ну, чтобы и кровь, и десерт!
 – Может, уже прекратишь? А то из-за тебя не получится. – Мьяна на меня так посмотрела, как будто не мы духов вызывать будем, а меня к ним отправят...
 Чтобы вдруг НЕ ПОЛУЧИЛОСЬ из-за МЕНЯ, я решила взять свой язык в руки, если понадобится и в буквальном смысле и принялась за работу.
 Теперь сломя голову, насколько это, возможно, отмеряю каждые семнадцать сантиметров круга и ставлю свечку. Уф-ф-ф... А круг-то – большой!
 Долго ли коротко мы мерились, ставились, решались на каком языке читать, а вопросов и нестыковок не убавилось. Книга на Словенском, – перевод на русском. В итоге Мьяна решила читать на гордом русском! Тут был шанс перековеркать слова только от волнения. А вот изначальную версию, не зная Словенского, – произнести шансов совсем никаких. Так умозаключила Мьяна. Причём символы и надписи она начертила точно по книге. Первозданно, так сказать, – без перевода на русский! Скажите, все кандидаты наук такие логичные? Или только моя? Всё это время на слова Мьяны я лишь усиленно кивала, до боли закусив язык, аж слёзы выступили. Хнык... Мьяна решила, что я прониклась серьёзностью процесса и даже успокаивающе похлопала меня по спине. Мамочка, родная, тебя бы сюда! Наверное, долго бы над нами смеялась.
 Мы встали по разные стороны круга она на юг, а я на север. Не спрашивайте, почему так, сама не знаю, и, похоже, не только я. Свечи зажгли предварительно, в две зажигалки, чтобы зажжённые в первую очередь не успели прогореть. Ну и стоим...
 Я стою с напускным атмосферным видом. Дай боже не рассмеяться… От серьёзности момента пробивает на хи-хи. Сдерживаюсь, что есть сил. "Кашлянула" в руку, – получила строгий, но заботливый взгляд. Держусь дальше… Она поднимает левую руку вверх и начинает!
 Две с половиной страницы текста пролетели достаточно быстро, – ну, почти пролетели. Я уже поймала предвкушающий взгляд подруги, но на последних её словах какая-то пакость защекотала ногу.
 – Ой, паук! Далее, последовал хлопок ладошкой по ноге, трёхэтажный речевой оборот, который хорошим девочкам знать бы не следовало, а я и не знала, – я на ходу сочинила, как-то обстановка к творчеству расположила. И тут нежданьчик меня посетил… Может, паук галлюциногенный укусить успел, перед окончанием своей паучьей жизни?
 – Зачем его в круг? Ты же жертву принесла! – успела услышать я возмущённый голос Мьяны, который резко оборвался на каком-то полуслове. Да я и не слышала уже ничего пытаясь сморгнуть дымку на глазах, но, похоже, это и не дымка вовсе…
 В круге начал сгущаться туман… Секунд тридцать, оторопев, я не могла осознать паучьи глюки меня посетили, или же просто глюки, которые явно набирают обороты! Из тумана, с занесённым над головой мечом, выбежала гора мышц… 
 Ага, гора! 
 Всхлип... 
 Темно...

Похоже, я долго не хотела просыпаться, поскольку уже слышала поминальные завывания Мьяны над своей начинающей соображать головушкой. Плачет, – значит жива! Значит всё-таки паучок...

Открыла глаза. Лежала там, где полегла. Только под головой подушка, а над головой лицо улыбается... Вроде как радостно, но не добро. Поворачиваю голову...

– Мамочка! – подскакиваю, чуть не наградив шишкой на лбу слишком сильно склонившуюся подругу и неосознанно, продолжая сидеть, включаю заднюю скорость. Меч лежит передо мной, а за ним... за ним… пристёгнутый наручниками к батарее, сидит ОН! Та самая привидевшаяся гора мышц. Я удивленно открываю и закрываю рот, и впервые не нахожу что сказать! Уж не спрашивать же подругу, её ли это папа материализовался? Вроде и так очевидно, не он... Продолжаю молчать, уже не специально. И вдруг весёленький такой голосок надо мной:

– Видишь!!! А ты в цыганку не верила и книжку в серьёз не восприняла! Мало того! – продолжала победоносную речь Мьяна. – Помнишь ты смеялась, что я электрошокер мощнецкий с собой всегда ношу! А ещё утверждала, что в критической ситуации я им воспользоваться даже не успею! Принимай результат моих тренировок! – Вот расщебеталась! Господи, сколько гордости-то!

– Закончила с победоносной речью? – я прочистила горло немного покашляв, но голос был будто не мой. Во рту Кара-Кум, только не конфеты, а пустыня. Впечатление, что даже песок на зубах скрипит. – Дай попить… – Мне протянули, видимо уже заготовленный стакан, и я мгновенно с ним разделалась, не отрывая опасливого взгляда от Нежданчика. – А ничего, что этот очнется?

– Не очнется! – с такой уверенностью заявила воительница, что я заподозрила неладное. Нет, вроде дышит. Может в подругу дух-воитель какой-то успел вселиться? 

Ну и мысли, а вроде головой не билась. 

Ладно, больше позитива и прорвёмся! Я встала на ноги.

– Хммм… – выдала я многозначительную фразу, подойдя почти вплотную к пленнику батареи. Даже лица толком не разберешь, чумазый весь. Волосы черные, может от грязи. ещё и голый. Только одно место шкурой прикрыто. 

– Не бойся, – забавляясь надо мной, смеётся Мьяна, – я ему львиную долю успокоительного вколола, пока он от шокера отходил. Сутки дрыхнуть будет, а проснется ещё какое-то время дезориентация будет.

– Да, ты! Ты его как котенка скрутила! – Посмотрела я на счастливую воительницу дожавшуюся заслуженного комплимента! 

Ростом Мьяна на голову ниже меня, немногим не дотягивает до 160 см, худенькая, миниатюрная настолько, что грудь первого размера смотрится волне органично. В школе её Дюймовочкой звали. Тогда она ещё совсем робкая и необщительная была, только книжки и нас с родителями, в френдзону пропускала. А тут в ней Амазонка проснулась? Ну, я конечно рада! А что мне эта Амазонка жизнь спасла, так в вдвойне радостно! – А откуда у человека науки наручники и такой занятный кляп? – Спрашиваю прищурившись.

– Ну понимаешь..., – опять это шорканье ножкой по полу, ну сама невинность, даже краснеет. Дитё контраста!

– Так, все! Ваши дела с Рином... Это ваши, в общем... – теперь смутилась я, но старалась не показать вида. Все же я почти на семь лет младше Мьяны и с парнем-то ещё не встречалась. Все силы на учебу и диплом. – Так что с этим мужиком делать будем?

– Давай его осмотрим?!

– Чего? – закричала я громко, как никогда!

– Ты чего? Тише… Это чисто научный эксперимент.

– А мне кажется это не чисто научная проблема. Не боишься подходить так близко? Ай! Только не трогай его!

– И не собиралась, – шикнула на меня подруга, – где перчатки? Его продезинфицировать надо, а потом трогать. Мало ли откуда он и с какой заразой. Может даже из ада. На ангела точно непохож. 

– Да и на демона тоже. Выглядит как человек. Здоровенный спартанец или пещерный человек, – грязный вонючий и потный.

– Только спартанцы такой тёплой шкуркой не прикрывались. Тут смотри, даже головы с стеклянными глазами висят. – Восхищается подруга!

– Вот, модник! И длинна… – хихикаю я, смущаясь.

– Ага, тут даже на мини-мини юбку не тянет. Скорее на пояс. Только-только прикрывает!

– Не говори. Тут и в более приличной юбке бабульки засудят. Мужика бы им этого показать!

– Точно! А мы с тобой как те бабульки сейчас! – мы нервно захихикали, уже сидя на корточках с двух сторон от обсуждаемого объекта исследования.

– Нет! Мы как две женщины, обсуждающие мужчину.

И тут я напряглась понимая, что Мьяна собирается сделать! Она уже одела перчатки и протянула мне вторую пару. В руке у нее блестел маленький ключик. 

– Я решила его помыть в ванной, так быстрее. – заявила она.

– Может поступим как безопаснее?

– Феечка, ну кто из нас старше? Почему же весь день как наседка кудахчешь?

– Жить хочу!

– Весомый аргумент. Не волнуйся, если что, я ему электрошокер в ванну. – подмигнула подбадривающе подруга.

– После твоих слов только смеха ведьмы не хватает. Ха-ха-ха.

– Ты что в них веришь?

– Издеваешься? Сначала вокруг, а потом в зеркало посмотри! – начали поднимать... – Он что из камней сделан? Есть же мифы о каменных людях? Я максимум его руку поднять в состоянии...

– Я тоже. Максимум руку дотащу. На счёт ноги уже сомневаюсь.

– Ты что его по частям собралась переносить и мыть? Вычитала в супер-книжке заклинание, по которому вызываемое можно как конструктор использовать?

– Вызываемое. – прощупала на языке Мьяна, подняв резиновый пальчик вверх. – А давай ему имя дадим?

– Ага, отмоем – и себе оставим! Как зверушку домашнюю. Кличку дадим, – охранять будет!

– А если не оставлять, чего отмыть-то пытаемся? – выдала Мьяна на полном серьезе.

– Есть мысль! – я подкатила стул на колесиках. Прощупала стул на прочность, перевела взгляд на эту нереальную груду мышц.

– Не выдержит, так всё равно старый. Зато этого на себе не тащить! – поняла мои мысли подруга.

На нашу радость, стул выдержал! Правда, пока мы эту тушку на него затягивали он то и дело пытался опасно опрокинуться и,вообще, откатиться подальше от этого грязного дела и тела! Надеюсь, во время обратной дороги к батарее он нас не подведёт, выдержит. А вот насчёт батареи – есть сомнения.

– Может не стоит рисковать и оставлять весь дом без отопления, а нас без жизни? – Озвучиваю свои мысли.

– Может Рина попросим помочь? – задаёт вопрос, но как будто больше себе, Мьяна.

– И как ты объяснишь это? – я кивнула в сторону нашего «гостя», похоже, подтверждая её мысли.

– Не знаю. Рин, конечно, ещё тот фанатик, но мужика в моём доме не потерпит. Да и поверит ли? Ситуация, мягко говоря, нестандартная. Перед свадьбой лучше не рисковать.

– А после? – спросила я, не нуждаясь в ответе. Взаимная улыбка отличный способ снять накопившийся стресс.

– Значит, так! Отмываем его – и к батарее… Утром, по открытию, идём в хозяйственный магазин! – Командным голосом заявляет Мьяна.

– Почему в хозяйственный?

– Цепей купим и по мелочи. Замочки там всякие. – отвечает Мьяна.

– ещё скажи, что в зоомагазин зайдём, проконсультироваться, как крупных агрессивных питомцев содержать?

– Точно! Еды надо. Мужики голодные – злые.

– А этот, наверняка особо голодный и особенно злой.

– Мы его вообще прокормить потянем? – задумывается Мьяна, прикидывая что-то в уме.

– Скажи честно. Тебе не страшно? – мой вопрос на фоне шуточного разговора звучит слишком робко, но, кажется, я далеко не такая смелая как о себе раньше думала.

– Страшно! Страшно как интересно! – глаза Мьяна горят азартным блеском. – Ты представляешь, что нам удалось сделать?!

– Всё с тобой понятно... – вздыхаю я. – Вызвать, нокаутировать и скрутить мужика – не думаю, что эти достижения можно включить в портфолио. Для полного счастья его теперь только раздеть осталось и... – Я встретилась с решительным взглядом подруги показывающим, что пора кончать с разговорами. – Поняла-поняла, учёный в тебе непобедим!

Мы с огромными усилиями перебазировали, с трудом умещающуюся в нашу ванну эту груду мышц.

– Какой крупный. – выдохнула Мьяна и мне показалось, что даже восхищённо.

Теперь мы были точно такие же потные, как и он. На щеке Мьяны красовался грязный след. Волосы растрёпаны, будто после драки. По подбородку не менее выразительно размазана грязь. Боюсь представить, как выгляжу со стороны сама. Заглянуть в зеркало, тем более желания не возникает. Есть одно желание сползти сейчас по стеночке. Я прислонилась к стенке тяжело дыша и откинула на неё голову. Лениво, не поворачивая головы, перевела взгляд на ванну с содержимым.

-Ну, приступим! А то волнительно. Вдруг у нас времени меньше, чем я думаю. – Заявляет Мьяна, одним этим заявлением добавляя моему умаянному телу сил и бодрости.

Подруга потянулась за душем, чтобы незамедлительно начать процесс очищения.

– Себе лицо сначала умой. – предлагаю я, протягивая полотенце. За пару движений она справляется с этой задачей, и я тоже торопливо освежаю лицо. На пару мгновений чувствуя себя почти счастливо.

– Теперь его очередь. – тут, Мьяна всё же заметно смутилась и даже замялась, переступая с ноги на ногу, покосив глаза. Что обо мне тогда говорить?! Лицезрение мужчины в ванной наяву, а не в каком-то фильме -вызывало у меня непомерный стыд, особенно осознание того, что сейчас я должна буду этого мужчину мыть.

Сильный, мощный, дикий, грязный и вонючий. Даже страх ушёл куда-то на задний план. Я очень старалась не опускать, свой любопытный, но то и дело соскальзывающий взгляд, ниже его груди. Всё-таки девушки до сего момента мы были порядочные, но женское любопытство – оно такое…

Мьяна стояла, и несмотря на свои же решительные заявления, выключив душ, смотрела на меня. Возможно, о Рине вспомнила, раз уверенность резко пропала. Всё-таки последнее время все мысли и разговоры у неё если не о работе, так о нём. Я решила подать голос чтобы поддержать подругу.

– Откуда мыть начнём? Душиком будем или водички наберём? Подала я робкий голос. – Мьяна встряхнула головой, подобралась и снова засветилась азартом! Вот мне бы так уметь!

– Это рыбу с хвоста чистят. Думаю мужика с головы очищать надо. Давай душиком..., а то столько грязи, лучше пусть всё стекает сразу.

Мьяна включает душ, проверяет воду на температуру и льёт на голову, а после проходит душем по всей длине.

– Фу! Псиной ещё сильнее попёрло! – зажимаю нос, другой рукой пытаясь отмахнуть от себя запах.

– Может его Доместосом? А что?! Все микробы наповал! Точно! У меня же где-то спрей антисептический был! Мы его после мыться для контроля пропшикаем!

– Надо эту повязочку как-то подцепить и подальше от носа откинуть. Похоже, основная вонь от неё идёт, – подаю голос, проигнорировав её риторический вопрос о микробах. Наверняка знаю, что сейчас я красная как рак. Ну да, – это я на словах смелая бываю, а на голого мужика я как-то не готова смотреть.

– Блин, его тогда опять приподнимать надо. Капец… он, мало того, грязный, так и мокрый ещё теперь.

– Может, разрежем и все дела? Главное, аккуратненько, чтобы больше ничего другого там не почикать?

– Фея, а ты мне потом наколдуешь ещё такую же из другого мира или откуда он там? Понимаешь, кроме меча, это единственная крупная вещь, попавшая с ним к нам. – поморщившись, я про себя передёрнулась. Она что «ЭТО» ещё и изучать собралась?

– Решай сама. – жму плечами. – Потом аккуратненько зашить эту мини-шубку или сейчас корячиться.

– Зашью. – сказала она обречённо вздохнув. – А ничего, что наручники намокли? Как думаешь, не заржавеют же? Сможем перестегнуть?

– Сама-то как думаешь? Вот смотрю на него и мне кажется, что эти наручники на его фоне, вообще, несерьёзно смотрятся. Держишь шокер наготове?

– Обижаешь! – хлопает себя Мьяна по карману.

– Так, давай сюда ножницы пока мы всё здесь не задохнулись, я режу ты снимаешь.

– Почему?

– Ты старше. И убери в какой-нибудь пакет сразу, чтобы не несло так.

– Аргумент. О! Я в машинку стиральную закину, всё-равно мокрая!

– Готова? – спрашиваю я, пару раз демонстративно щёлкнув в воздухе ножницами.

– Э-э-э-й ты глаза не закрывай! – беспокоится Мьяна. – А голову зачем отвернула! Смотри, куда остриё смотрит!

Разрезаю последние пару сантиметров и Мьяне на удивление одним резким движением удаётся выдернуть эту повязку из ванны.

– А-а-а-а-а. – Из меня одновременно вырываются визг, крик и какие-то нечленораздельные звуки! Я в панике отскакиваю и не задней скорости отбегаю, врезаясь спиной в стену. Вжавшись, не отвожу взгляд от устрашающего объекта. – у него что? От шокера там всё так всссштырило...? 

– Что за шум, а драки нет? Слышу голос, доносящийся к нам из коридора.

– Аааа… – теперь уже мы кричим мощным хором с Мьяной. Та всё ещё держит вонючую повязку в руках, причём уже не брезгливо, двумя пальчиками, а вцепившись в неё двумя пятернями, держа перед собой на вытянутых руках, как защиту.

– Рин, что ты тут делаешь? – спросила невеста, держа чужое нижнее бельё. Именно эту мысль сейчас выражало лицо Рина.

– А вы? – этот вопрос явно был не про наше местоположение. – Смотрю ты и наши вещички уже приспособила? – Закипая от злости и выдавил он из себя, указывая на наручники. От ярости Рина стало очень страшно. Внутри поселился страх, но не за себя, а за Мьяну – она не переживёт, если потеряет ещё и Рина.

От накала эмоций я не сдерживала слёз.

– Рин, нам нужна твоя помощь, успокойся и выслушай нас с Мьяной. – прошу я.

– Ты для этого меня звала, пообещав сюрприз? Ключ от дома вручила, чтобы вытворять вот ЭТО! Нет, девочки, такое без меня! – Рин будто меня не услышал, полностью проигнорировав мои слова. Он выразительным, полным ненависти, взглядом, окинул лежащего в ванной накаченного мужика кляпом во рту и наручниках, переведя бешеные от ярости глаза на Мьяну.

Мне и до этого было стыдно и неловко, а когда ещё и застали… Почему именно Рин? Перед ним мне было особенно стыдно. Во мне скопился целый клубок эмоций. Ведь он мне нравился! Да, я душила свою симпатию на корню, но сейчас понимала, что больнее всего сейчас, когда он думает обо мне такое. Что же тогда чувствует сейчас подруга? Я смирилась со своими тайными чувствами, но вот так глупо, закончиться истории его любви с Мьяной я не позволю!

– Рин! – нет, я заставлю его меня услышать!

– Для тебя Ринат Валерьевич! – припечатывает он. – Вот чем мои студенты с преподавателями занимаются на ночь глядя! Завтра отчислю и уволю! Вон из моей жизни! – Прокричал он, покраснев от гнева, смотря на Мьяну и показывая пальцем направление из комнаты.

– Рин, – проигнорировала я его охрипшие крики. – Он напал на меня! Мьяна его электрошокером... Она спасла меня! – Я поймала более осмысленный взгляд Рина. – Присмотрись, он без сознания!!! – Вырвавшийся из меня крик души заглушил всё вокруг!

Немного гробовой тишины...

Шестерёнки в голове у Рина с треском зашевелились, не до конца способные принять ситуацию. Но взгляд стал гораздо более осмысленным. С жертвы нашего ритуала он перекочевал на сидевшую обняв колени и беззвучно плачущую на полу подругу, но все же его ответ напряг.

– Охотно верю. Конечно же, самое разумное его раздеть, погладить и что вы там ещё с ним собирались сделать? Помыть? – это было жёсткое, ревнивое утверждение. – Я на идиота похож?!

В ответ я только шаркнула рукавом по щеке, подтирая слёзы.

– Он вонял! – в сердцах выкрикнула с места Мьяна. – Ты что не чувствуешь какой духан от него здесь стоит?

Похоже вонь оказалась тем самым весомым аргументом для Рина. Эти двое, смотря друг на друга, начали расплываться в улыбке, а потом и вовсе заржали в голос, – вот, по-другому такое не назовёшь! А вот для меня смысла поржать не нашлось, я продолжала крупно дрожать и начала реветь, но уже в голос. Вот так! Идиллия! Каждый в своей истерике, одному Этому хорошо... Явился дел натворил и дрыхнет, зараза... Может, тоже под шокер подлезть, чтобы, наконец, успокоиться?

Когда напряжение схлынуло, Рин подошёл, потыкал жертву прогресса и признал, что сюрприз всё-таки удался. На мою радость он же помог этот сюрприз домыть. Точнее, сделал это сам и близко нас не подпуская, как он выразился: во избежание наших визгов и восхищений.

Ревнует! Но неужели он не понимает, что надо быть дурой, чтобы смотреть куда-то, кроме него? Если бы не подруга, я бы сделала всё, чтобы добиться его внимания. Высокий широкоплечий мужчина, с идеально правильными чертами лица и светло-русыми, немного удлинёнными, но не доходящими до плеч, волосами. Своими выразительными серо-голубыми глазами он загипнотизировал не мало женских сердец у нас в академии.

Рин обернул чистейшее сопящее создание в простыню, но почему-то решил перебазировать его на кровать. Нам-то, девчатам, держать его у батареи было бы, конечно, спокойнее, но сочетание Рин плюс шокер – нас немного обнадёживало.

Морально и физически измотанные, мы добрели до кухни.

– А теперь жду подробных объяснений. – Рин выжидающе посмотрел, почему-то на меня. Сидел он, немного наклонившись вперёд, почти на интимном расстоянии от меня и подруги. Его такое, как никогда близкое присутствие, разлилось по мне чувством неловкости вперемешку со щенячьей радостью.

С мыслями я собралась не сразу, с трудом и довольно сбивчиво, но я начала рассказ с того момента, как Мьяна принесла книгу.

С каждым нашим словом у Рина на лице менялись эмоции: неверие, интерес, восхищение и, наконец, азарт! Всё-таки они с Мьяной идеальная пара, признаю. Он действительно поверил в то, в чём другой нормальный человек усомнился бы тысячу раз, затребовав доказательства.

Весь разговор меня не отпускала навязчивая мысль, нарастающая как снежный ком. Тайком я постоянно принюхивалась, осматривалась и даже почёсывалась. Мыться, мыться, мыться… – звенело в голове. В конце я даже нить разговора потеряла. Судя по поведению, подругу мучила та же проблема.

– Так, я мыться! – Подрываюсь больше не в силах терпеть, прерывая обсуждения их дальнейших действий. – А ты покажи пока жениху ритуальный зал, там и меч имеется!

Этот пока дрыхнет, успеете и посмотреть, и обсудить. Раз уж от наших криков не проснулся, то думаю ещё нескоро очухается.

– Ритуальный зал? Меч! – загорелись глаза у Рина.

– Мы наш с Феей кабинет приспособили. – услышала я перед тем, как прикрыть за собой дверь.

У нас в доме на втором этаже несколько комнат из окон, выходящих на юго-запад, открывается прекрасный вид на город, за которым виднеется море. Одна из спален родительская. Недавно, из-за папиной работы родители переехали в дом, находящийся ещё ближе к морю, но, к сожалению, в соседний город, немного южнее от нас. Однако, неприкосновенную для нас с Мьяной комнату за собой они оставили. Самую большую комнату на этаже занимает Мьяна. Третья и последняя комната, по идее должна была быть моей, но мы решили переделать её под библиотеку и кабинет, разграничив на зоны. Вот так мы с Мьяной оказались в одной комнате. И до сих пор нас это более чем устраивало, тем более, площадь комнаты позволяет при необходимости разделить ее на две отдельные спальни около двадцати квадратов каждая, что мы и планируем сделать со следующим ремонтом.

Если подняться по лестнице на второй этаж, то перед тобой открывается необычный вид: в самом центре дома, начинаясь практически от лестницы возвышается огромная стеклянная стена в виде цилиндра, с заключенной в него оранжереей. Если проследить наверх за вьющимися по центральной колонне растениями, можно увидеть необычный прозрачно-голубой купол над головой, до которого пытаются дотянуться эти растения. Наша оранжерея всегда была переполнена самыми необычными и красочными композициями, с преобладанием орхидей. Даже мандарины у нас имеются, правда мелкие. Кроме декоративной растительности наша практичная семья выращивай и нужную на кухне зелень. Территория вокруг дома, конечно, имеется, но на ней пара яблонь и аккуратно стриженый газон. 

Мама всю душу вложила в обустройство своей оранжереи это её вторая страсть кроме книг. Нас тоже с детства приобщила к уходу за безмолвными питомцами, как она называла своих зелёных и не очень подопечных. Переезд мама восприняла болезненно, но за папой все-таки поехала. С переездом мамы стало сложно. Признаюсь, были у нас косяки, что-то подвялю, что-то, наоборот, мы с Мьяной по неосторожности залили, но мы любим мамину оранжерею и стараемся за ней ухаживать как можем. 

Мьяна шутит, что мама создала для нас идеальное место для свиданий. Согласна. Я сама мечтаю посидеть за ручку с парнем на белоснежной садовой качели с кованными элементами, имитирующими обвивающий качели виноград. При приглушённым свете, среди благоухания цветущих растений и ароматных трав, даже зимой здесь можно смотреть через купол на звёзды. Только парня бы найти. К сожалению, до сих пор с парнями у меня не складывалось. 

Было несколько раз, что мне внешне очень нравился парень, но стоило ему открыть рот – я сразу понимала не моё. Почему-то самоуверенный развязные парни, которые привлекают многих девушек у меня вызывают обратную реакцию. Бывает и другая ситуация, которая возникает в моей жизни гораздо чаще: нам есть, о чем поговорить, парню я нравлюсь, но вот при любой попытке парня наладить более тесный контакт меня коробит. Ну не могу я, вот так, без чувств кого-то целовать. Нет, парни вокруг как минимум обаятельные, но при попытках перейти к более серьезным отношениям, мой организм прикидывался съевшим что-то несвежее, как бы давая понять, что этот не свой, а чужой! Исключением стал Рин. Ужасно умный, при этом невероятно красивый и спортивный. А его линия губ, буквально манит, что со мной ни разу до этого не случалось. 

Рин на работе даже очки без диоптрий носит, лишь бы добавить солидности образу. Не смотря на возраст, он слишком привлекателен. Я пару раз встречалась с ним в неформальной обстановке, после чего открыла в нем массу неоспоримых достоинств. Проблема в том, взгляд Рина направлен далеко не на меня, а на самого близкого мне человека. Поэтому последнее время я всячески избегаю личного общения с этой парочкой, старательно убегая из дома до его прихода к Мьяне. Я прячу свои, возникшие не к тому мужчине симпатии глубоко, далеко и надеюсь, надолго. 

В академии я довольно популярна и всегда окружена толпой холостяков и не очень. Впрочем, толпа эта кочующая и неунывающая. Прямо скажем, красивыми девушками академия наша не обделена и никто в обиде не остаётся. Только где найти парня, чтобы при виде него внутри хоть что-то пошевелилось, ну не знаю... Как там говорят? Сердце Ёкнуло?

Пока я мылась мои мысли неслись в голове селевым потоком, и всё из-за сегодняшних событий. Начало приходить осознание произошедшего... Приходило оно как-то странно, будто кто-то довольно агрессивно крутил калейдоскоп, потому-то здесь было намешано всё — от мыслей про дом и академию до того, что я не подготовила реферат и забыла созвониться с девчонками, а также прочими сравнительными неважностями. Однако, погрузившись в себя, я забылась, что нахожусь в ванной неприлично долго и меня наверняка заждались.

Тело раздирал страх в вперемешку с непонятной эйфорией. Причём, да – именно тело, где-то изнутри в районе солнечного сплетения. У меня такое впервые, хоть стрессы в жизни и до этого случались.

Когда я вышла из душа тело била мелкая дрожь. Я потянулась за кремом, но взяв его в руку, умудрилась снести с полки всё остальное. После этого меня заколотило уже более основательно...

Я упрямо ставила косметические средства на свои места, поджав губы, стараясь выровнять траекторию рук, хотя бы в момент стыковки с полкой. Справившись с частью баночек и забив на остальные, я в первые в жизни решила пойти выпить успокоительное.

Меня ждали в столовой. Мьяна выглядела спокойной, а Рин, так и вовсе, с отблеском азарта в глазах.

– Фея, что с тобой случилось? – заботливо подскочила Мьяна не на шутку озаботившись моим видом.

– Ничего, косметику случайно уронила. – С подругой бы поделилась, но присутствие Рина не предрасполагало к откровенностям. – Думаю, сейчас важнее обсудить, что будем делать с нежданьчиком.

– Раз все наконец в сборе, объявляю собрание открытым. – высказался Рин.

– Ты как на работе. – хмыкнула Мьяна.

– На повестке главный вопрос: «Как вас обезопасить».

– Сложный вопрос. – задумчиво отвечает Мьяна.

– Предлагаю вариант с моим переездом к вам. – с улыбкой, словно Дед Мороз с подарком, объявляет Рин.

– Нет! – это крикнула я, – мне будет неудобно. Появление в женском гнёздышке мужчины как-то..., знаете, напрягает.

– Если ты заметила, у вас один тут уже материализовался. – приподнял левую бровь Рин.

На это было нечем ответить, но я попыталась защитить своё личное пространство.

– Он связан и с кляпом!

– То есть, для меня перспективы не радужные? – заулыбался Рин, глядя на Мьяну. В ответ она смутилась и пнула меня под столом, а Рин с неизменной смешливой улыбкой ждал от меня ответа, ну прямо не скрывая откровенно смешливого взгляда.

Делаю максимально строгий и серьёзный вид показывая, что мне не до веселья. Ещё не хватало жить в одном доме с Рином, чтобы окончательно потерять от него голову. Мне и так каждый раз нелегко прогонять мысли о нём или удержаться от взгляда на этого умопомрачительного мужчину. Да девчонки в универе не таясь разглядывают, а мне тайком приходится, мало того, постоянно себя одёргивать. То, что принадлежит подруге – святое.

– Но ты же знаешь, что спальня у нас с Мьяной общая. А родительская — табу! – предпринимаю ещё одну попытку намекнуть, что гость он нежелательный, при этом не обидеть Мьяну. У неё-то вон глаза уже загорелись, но она сдержанно молчит.

– Я и так ухожу из дома с ночёвкой к подругам, когда вы здесь свиданки устраиваете. Теперь-то мне куда деваться?

– Никто тебя не просит уходить. Ты член семьи Мьяны и абсолютно нам не мешаешь.

– Рин, – вступилась подруга, – это дом Феи. Мы и так её часто тесним. Давай что-нибудь придумаем без переезда, а?

– Не переживай, я не собирался никого теснить. – Улыбнулся мне Рин. – Временно, пока всё образуется, я буду ночевать на первом этаже. Кстати, поближе ко мне нужно и вашу жертву перенести. Не место ему на втором, рядом с девушками.

– Здоровенный мужик с мечом на жертву не тянет... – фыркнула подруга.

– Конечно, – кивнул Рин, – поэтому до сих пор лежит без сознания.

Мьяна пожала плечами, будто не при делах.

Итак, – продолжал Рин, – девочки сверху, мальчики снизу! Годиться?

Мьяна густо покраснела, а Рин отметил её реакцию довольной улыбкой. Похоже, Рин просто млеет, когда ему удаётся смутить подругу.

– Давайте для начала определимся, что мы будем делать с этим явлением народу. – отвлекла я Рина от созерцания любимой женщины. – Может быть и ночевать никому не придётся. – На меня уставились четыре удивлённых глаза.

– Звучит, опасно. – с подозрением прищурился Рин.

– Какие варианты ты предлагаешь? – спросила Мьяна. – Может ты уже сформулировала какие-то идеи, потому что я, честно говоря, совершенно не представляю, что нам с ним делать. Нет, не так. Делать-то понятно – исследовать, но как обезопасить себя, чтобы регулярно не разрежать в него шокер и не накачивать, к слову сказать, недешёвыми транквилизаторами, – ума не приложу.

– У меня тоже ограниченное число вариантов, правда, не таких радикальных. – поддержал её Рин. – Лично мне было бы удобнее перебазировать, – он запнулся, явно подбирая слова, – кхм…, гостя, ко мне. У меня дома имеется лаборатория, к тому же в наличии две свободные комнаты, только там сын с няней, да и дом многоквартирный, со всеми вытекающими, а стройка нашего с Мьяной дома на этапе подключения коммуникаций, так что тоже не вариант.

– На перебазирование объекта, я согласия не давала. – заявила Мьяна, явно не желающая уступать интересующий её объект. Если Мьяна включила учёного, то спорить с ней бесполезно.

– Знаю, поэтому это лишь рассуждения вслух. Итак, я выделил для себя два приоритета: ваша безопасность и сбор информации об объекте по максимуму. Интересно услышать, какой вариант предлагает Фея?

– Я задумывалась о нескольких вариантах решения вопроса. Первый: давайте, когда он очнётся, вызовем полицию и сдадим его. Скажем, что вломился странный тип. Преимущества варианта – отдали и забыли.

На мой вариант Рин хмыкнул, явно понимая, что я готова на всё ради того, чтобы избавиться от незваных мужчин в этом доме. Хорошо, что хоть о причинах такого усердия не догадывается.

– А второй, будто осторожно, но с немного хитрым прищуром спросил он. Ну хоть убейте, непохож он сейчас на нашего ректора. Сейчас, он больше напоминает героя-обольстителя из фильма и это я прямо сейчас ощущаю на себе, поэтому сглатываю подступивший к горлу комок и стараясь разглядывать видиеватый узор на гобелене, изрекаю давно сформированную мысль:

– Аналогичный вариант, но я прямо сейчас набираю номер, но вместо полиции вызываю психушку. Вопросов меньше. Увезут быстренько – как особо буйного. Преимущества варианта – те же.

– Ну то что вопросов будет меньше, в этом я сомневаюсь. – потерев нижнюю губу, наверное, чтобы окончательно меня доконать, поделился мыслями Рин. – Ещё варианты? – А вот спрашивает он сейчас довольно серьёзно. Ему действительно интересно моё мнение.

– Третий вариант самый гуманный, и с точки зрения человечности, и с точки зрения ответственности за то, что приручили, – он правильный, но при этом, самый сложный. Попытаться вернуть, где взяли. Преимуществ у данного варианта нет. – Вздыхая, понимая, что это единственный вариант, на который мне позволит пойти совесть и сколько канители с ним предстоит.

– Я за то, чтобы его оставить и пока он без сознания хорошенько обследовать, а как очнётся открыть дверь и пусть бежит куда хочет, а там его первые два варианта Феи сами найдут.

– Но тогда он лишится третьего. – снова вздыхаю.

– Может всё-таки дождёмся пока человек очнётся и уже исходя из его поведения будем решать его будущее? – заступился Рин.

– Можно и так, – сказала Мьяна, – тоже вариант. Только пока не очнулся, я всё же капельку удовлетворю свой научный интерес. Хотя бы узнаю из чего одежда и можно ещё образцов ДНК взять побольше.

– Ребята! Если что я боюсь момента, когда он очнётся. Какие исследования? Вы, о чём говорите? Вы его бешеные глазищи видели? Он летел на меня с мечом – такое не забывается. Я даже не знаю, как буду сегодня спать! Да я теперь с неделю уснуть не смогу, а если это нечто будет при этом находиться в моём доме, то нужно максимально озаботиться своей безопасностью, а не думать об образцах ДНК. – Укорила я Мьяну. – Электрошокер не всегда есть шанс применить.

– Поняла… Это из разряда я не трус, но я боюсь… – подколола чересчур осмелевшая после своих подвига Мьяна.

– Мьяна, Фея в чём-то права. Учитывая его мышечную массу и явно имеющиеся навыки боя, я ему не противник, а такая хрупкая женщина, как ты, тем более.

Мьяна на секунду задумавшись, кивнула. Ура, разум победил безумство учёного в ней!

– Фея, а как ты думаешь, а если мы поместим гостя в подвал? Стены в подвале кирпичные, крепкие, причём дверь железная и закрывается снаружи? Засов, нужно сказать добротный, а главное, тебе будет спокойно и мы, как учёные, не упустим свой шанс прикоснуться к неизведанному. – Всё же не упустила своего Мьяна.

– Тем более я уже продумал как его связать, – пошёл на подпевку Рин. Эти двое точно идеальная парочка. – даже учёл нелепые и невероятные случайности. Ты же мне доверяешь?

– Доверяю, а вот ему нет. Пообещайте мне оба, – я окинула парочку требовательным взглядом, – ни при каких обстоятельствах его не отвязывать. Только после совместного решения.

– Обещаем! – Дружный ответ. Мало того, они одновременно подняли правую руку в клятвенном жесте.

Узнаю фирменный жест Мьяны. Н-да, похоже, пропал наш ректор.

Хорошо, Рин, я согласна на твоё пребывание в нашем доме. Думаю, что твоё предложение поместить нашего гостя в подвал разумно. Но! Ровно до тех пор, пока у нас не появится больше информации о нём. Думаю и без лишних слов понятно, что я желаю избавиться от него при первой же возможности, поэтому, будем искать эту возможность и действовать по ситуации.

Рин сейчас сидел с выражением лица «Студентка раскомандывалась».

Ну уж нет… отмахнулся и пошёл дальше – не прокатит. Я строго посмотрела на Рина, давая понять, что здесь порядки устанавливаю я.

– И без самодеятельности в нашем доме! Никаких решений без меня. Надеюсь, я чётко выразилась? – Меня настораживал нездоровый азарт в глазах Рина, да и Мьяна, похоже уже прониклась жаждой познания, поэтому чётко очерченный границы для этой парочки не помешают.

– Ты сейчас это своему ректору сказала? – приподнял бровь Рин.

– Больше учёному, но так как по совместительству он мой ректор, то и ему тоже. – Подмигиваю, чтобы разрядить обстановку, а то мне ему ещё зачёт сдавать…

– Хорошо, однако наша договорённость ведь не помешает взять образцы и сделать тесты?

– Да, Рин прав. Мне самой очень интересно, отличается ли его ДНК от нашей? – поддержала Мьяна своего напарника по безумию. Я лишь вздохнула.

– Мы же не знаем откуда он, – подхватил Рин, – а так, хоть будем знать, с чем столкнулись. И артефакты, их нужно подвергнуть тщательному лабораторному анализу. Это же не противоречит твоим условиям?

– Артефакты?

– Да, всё что было на нём необходимо изучить в первую очередь. Я всё снял и положил в клип, перед тем как его мыть. Начну с них.

Главное, по молекулам не разберите. – Рин одарил меня снисходительной улыбкой, будто говорящей: «Наивная».

Я махнула рукой, выражая всем видом: чем бы учёный ни тешился, лишь бы не скучал. Чревато… Этот, конкретный, идя на свидание даже клип при себе держит!

– У него оказалось любопытное украшение на шее, – между тем, продолжал Рин. – не топорная работа. Моя версия о том, что вы его из прошлого вытащили, потерпела крах. Несоответствие одежды и довольно ювелирной работы вызывает массу вопросов, а меч даже при визуальном осмотре кричит о том, что сделан мастером… – Рин на секунду застыл приподняв взгляд к потолку, я даже проследила за его взглядом, но ничего интересного кроме залетевшей беснующейся мужи так не увидела, – или это всё-таки продукт китайского производства? – Глубокомысленно изрёк Рин.

– В смысле? – спросили мы хором с Мьяной.

– В смысле, а не пролез ли в окно к красивым дамам косплейщик?

– Ага, подгадал момент, когда Мьяна начнёт свой ритуал, запасся для эффекта дымовой шашкой под туман и пролез, ради того, чтобы в следующее мгновение мечом китайского производства со всей дури рубануть по мне… – Я поёжилась следов передёрнувшись. Моё живое воображение не всегда есть хорошо…

– Я его отмыл и как-то он слишком ухожено выглядит для своего первобытного наряда. Первое, что бросилось в глаза, это аккуратно подстриженные ногти. Хотя… может, они там, в прошлом, о какой-нибудь камень точильных их шлифуют? 

– Кто их знает. – подхватила Мьяна, – вон, некоторые племена себе зубы стачивают, или кольцами шею вытягивают ради красоты. 

– Ты права. Мало ли какие у его племени обряды и стандарты красоты. Только учитывая уровень мастерства, с которым сделано оружие, очень сомневаюсь, что он из племени. Может быть из другого периода времени или цивилизации? Атлантида, например, славилась искусными мастерами и развитым уровнем культуры, а вдруг нам повезло? Следуя рассказу Солона, в пятом веке до нашей эры главным соперником Афин была Атлантида, владевшая всей Ливией до Египта и Европой до Тиррении и до природной катастрофы атланты были искусными войнами, о форме одежды которых информация до нас не дошла, а вот крупные, явно натуральные самоцветы на нашем госте, говорят, что шкурка на нем не простая или подчёркивающая статус или же добавляющая зрелищности. Следовательно, по аналогии с древним Римом, этот мужчина вполне может оказаться кем-то типа гладиатора. 

– А мы о прошлом даже не подумали. – задумчиво протянула Мьяна. – Я восприняла его как пришедшего из другого мира, ну или демона из преисподней, как в романах. – смутившись, пояснила Мьяна и тут же заулыбалась в ответ на цепкий, но при этом многозначительный взгляд Рина.

– Для меня он точно исчадие ада, – отозвалась я, не разделяя их необоснованно дружно возникшего азартного блеска в глазах. 

Эта парочка вела себя так, будто для них это вполне обыденная ситуация. Подумаешь ёжик из тумана… Это подействовало успокаивающе. Ещё в середине ночи Рин позвонил какому-то своему аспиранту, двинутому на своеобразной охоте. Он с парой приятелей стреляют в крупное животное транквилизатором, ставят датчик, и отслеживают по спутнику ареал обитания, прикрываясь при этом написанием научной работы. Так вот, уже через час, запыхавшийся аспирант доставил нам компактное оружие с набором ампул и даже притащил несколько датчиков, долго объясняя какой датчик в какого животного вшивать, акцентируя наше внимание, что перепутать виды недопустимо. Также, парень дал нам устройство собственного изобретения, что-то наподобие мебельного степлера, но это устройство для вживления датчика.

После ухода парнишки мы всё ещё сомневались, но учитывая его опасность для окружающих, единогласно пришли к решению вживить датчик нашему объекту. Стрелять мы в него не собирались, Мьяна ввела транквилизатор внутримышечно из обычного шприца.

Эта отсрочка с некой гарантией безопасности, дала нам возможность вздохнуть и обсудить вновь возникшие вопросы. Мы довольно долго обсуждали что делать.

Датчик решили поставить тот, что для оленя. Так как более мелких и безобидных животных в перечне не было. Думаю, шатающийся по городу «Медведь», вызовет панику у этих учёных.

В пять утра Рин заявил, что пошёл готовить подвал и ставить чип (так они называли это датчик). Мьяна с шокером пошла караулить объект, а меня, как маленькую, отправили спать, но тут же обрадовали: утром хочу я этого или нет, сторожить придётся мне. Они по магазинам.

Как ни странно, я уснула, как только коснулась подушки, но меня тут же растолкала Мьяна. Только хотела возмутиться, как мне под нос сунули кофе.

– Утречка!

– Сколько времени?

– Уже пол-одиннадцатого. Мы решили дать тебе выспаться, но дольше ждать не можем. Сегодня намечается длинный день.

– А вы спали?

– Нет. Как сделаем всё необходимое, завалимся с чистой совестью! Так что, готовься следить за объектом весь день и, может быть, часть ночи.

– Это странно, что меня не вдохновляет твоё заявление? – Мьяна лишь виновато улыбнулась.

Не думаю, что этот день вообще кого-то из нас троих, вернее, даже четверых, будет радовать.

Торопливо почистив зубы и сполоснув лицо прохладной водой, я поспешила на завтрак, находу растирая по лицу увлажняющий крем, чтобы не задерживать парочку. Сегодня не до косметики.

Перед отъездом парочки я спустилась в прохладу подвала. Рин шёл рядом, придерживая за локоть, оберегая так, будто я ни разу не спускалась в собственный подвал. Возможно, это было больше для моральной поддержки. Я до белых костяшек сжимала электрошокер в руке.

Транквилизатора должно было хватить до шести вечера, из расчёта на взрослую особь лося. Я шла и проговаривала это в голове, пытаясь себя успокоить.

Рин ещё раз проверил узы пленника. Одобрительно хмыкнул.

– Вы из него Витрувианского человека пытались изобразить?

– Он прикрыт. Хотя, ты права. Сходи пока наверх, принеси воды, вдруг понадобится.

– Чип ему я поставил, он подключен к общей базе. Вениамин проследит.

– Вживил? – почему-то было неприятно от данной мысли.

– Кожаные браслеты на его руках. Пришлось их ему вернуть. Под кожу, как животному рука не поднялась вживить. Он ещё даже не очнулся. Вдруг он человек разумный, а мы с ним, как с животным.

Я выдохнула. Рада, что Рин учёный не на всю голову. Я этого мужика, конечно, боюсь, но издеваться над ним было бы лишним.

– Что ты рассказал своему аспиранту?

–Только то, что вы зверушку себе завели, а теперь опасаетесь, что сбежит.

– Ясно... Боюсь даже представить, что будет если это случиться, особенно если «зверушку» выследят. Ты точно его хорошо связал?

– На счёт этого, сходи пока всё же за водичкой. Я здесь кое-что подшаманю. Всё-таки ты на фоне этой крупногабаритной туши смотришься... кхм… Иди давай. – подтолкнул он меня между лопаток, задав направление.

Набрав немного фильтрованной воды в кувшин и подхватив стаканы, я спустилась в подвал.

Снова заглянула за простенок, за которым находился герой моих кошмаров. Н-да, Рин превзошёл многие больные фантазии…

– Я пошёл!

– А я? – ну вот, нашёл момент!

Я ещё только сюда пришла, но не как не в себя!!!

Внутри всё сжалось, как будто я лишилась самого жизненно необходимого.

– Ты справишься! Кстати, как видишь, кляп я убрал. Не мог на него с ним смотреть. На твою безопасность он не влияет. Будет буйствовать, как очнётся, оденем.

– Рин! – одним именем я воззвала ко всем богам.

– Справишься! – заверил уверенно. – И будет тебе автомат по "Истории цивилизаций".

– Как это связано? Нечестно играете Ректор Рин!

– Я же говорил, для Вас Феодосия, я Ринат Валерьевич. – сказал он с наигранной серьёзностью.

Меня же передёрнуло, от обоих полных имён.

– Не хотите автомат, забудем.

– Такое не забывается. Уже хочу. А в придачу хочу железный такой, тяжёлый. С патронами. И танк бы сюда бронированный. Вот тогда поспокойней бы было, бой в случае чего принимать. Или клеточку сюда с толстенными железными прутиками и кодовым замком – и меня в неё? А?

– Шутишь, значит, к бою готова! Ну, я пошёл, иначе мы до шести вечера вернуться не успеем. Не раскисай! – Подмигнул он мне, заметив, как и изменилась в лице после того, как по моей коже пробежал озноб от осознания, что мне прямо сейчас придётся оставаться один на один, пусть и со связанным, но страшным пришельцем.

– Это были не шутки, а мечты вслух. – буркнула я вздыхая.

Рин не стал задерживаться, а я продолжала стоять на месте, там, где меня оставили.

Минут через тридцать, когда ноги начало покалывать мелкими иголочками, я начала переминаться с ноги на ногу, а потом и вовсе решилась подойти ближе. Вон, до того стула!

Постаралась сесть максимально бесшумно.

С этого ракурса было гораздо удобнее наблюдать за спящим мужчиной.

Даже на мой взгляд, Рин, кажется, перегнул. Кляп он, конечно, убрал, но позу, в которую он скрутил пришельца, пока я ходила за водой, удобной не назовёшь. Руки были прикованы к стене наручниками, а тело лежало на боку, на надувной кровати. Ноги связаны и притянуты сзади на верх к рукам. В общем, лежал он вывернутой каралькой. И, похоже, мёрз. Да, солидарности Рина, похоже, хватило только на кляп.

Из одежды на нем были одни, явно малые труселя. Видимо, из комнаты родителей. Меня, одетую и то уже слишком холодило подвальным воздухом. От лицезрения мужчины в такой жутко неудобной и смущающей меня позе – передёрнуло. И тут случилось нечто неожиданно даже для меня самой. Мне стало его жалко... Настолько унизительной для такого сильного мужчины с идеальным телосложением была эта поза.

Мне совсем не хотелось на это смотреть.

Перед глазами возникла картинка, в которой я поставила себя на его место – жутко неудобно и холодно...

Возможно, от увиденного, а может быть и из-за подвальной прохлады на руках выступила гусиная кожа.

Я резко вскочила, брыкаясь руками и ногами, стряхивая с себя это физически ощутимое наваждение.

Сходила за одеялом, принесла сразу два: ему и себе. Осторожно накрыла его. Постояв рядом, насторожено понаблюдала за мужчиной, подумала и решилась подоткнуть одеяло по краям.

Подтащила ближе к кровати кресло-качалку из дальнего угла подвала и села напротив его лица.

Прикрытый одеялом в цветочек, он выглядел довольно уютно и даже мило. Когда не видно всей горы мышц, скрытой сейчас под одеялом, и того яростного взгляда, – мужчина выглядит вполне безобидно. Можно даже назвать его симпатичным. Хотя не знаю, можно ли назвать мужчину, у которого каждая черта кричит о его мужественности и силе – красивым? К тому же внешний вид портила пробившаяся щетина.

Я задумалась о том, что раз он бреется, значит, всё-таки не совсем дикарь. И предположение Рина основанное на принадлежащих этому человеку вещах, имеет смысл.

Я сидела и задумчиво смотрела на то, как спит мужчина. Конечно, можно было найти себе другое занятие, например, погрузиться в мир моего смартфона, но я опасалась потерять бдительность и пропустить важный момент. Время шло, но ничего не происходило. Уже совсем успокоившись, положила шокер рядом с собой.

Через некоторое время мужчина начал хмуриться во сне и шевелиться. Я удивлена, почему он до сих пор этого не делал? У любого в такой позе давно уже ломило бы всё тело. Я понимаю, что Рин думал прежде всего о моей безопасности и скрутил пришельца так, как, по его мнению, он точно не освободится, но, по-моему, он всё же переусердствовал.

Моё тело напряглось как струна. На всякий случай я взяла шокер в руку, но ничего особенного так и не происходило, лишь вопреки подвальной прохладе, по виску мужчины скатилась капелька пота или это была слеза из глаза? Может быть ему больно, но из-за транквилизатора он не может очнуться?

Мой порыв позвонить Рину и потребовать, чтобы тот срочно ехал домой погас из-за хрипа мужчины. Лишь сейчас я заметила, что его губы попрысканы и он пытается сглотнуть. И почему мы об этом даже не подумали? Он уже сутки у нас, а до сих пор без жидкости, не считая транквилизатор и снотворное. Последние, судя по всему, усугубляли ситуацию.

Мьяна позаботилась и приготовила мне сухой перекус, который лежал рядом на тумбочке. Тут же стоял термос. Но не кипятком же поить спящего человека? Воду, которую я принесла, уже выпила сама. Подниматься наверх и оставлять его без присмотра боязно.

Хорошо, что мы в подвале, где у нас хранятся сделанные ещё мамой заготовки. Я открыла баночку с томатным соком. Мне давно мозолил глаза лежащий на тумбе шприц, из которого Мьяна, видимо, вводила транквилизатор. И з него я и решила напоить мужчину. Томатный сок то что надо: и вода и еда!

Я поднесла шприц губам, но тут же убрала его в сторону Дело в том, что губы мужчины были чуть приоткрыты, и если бы я сейчас вылила сок, он бы вытек вниз, так как мужчина лежит на боку. Поэтому рукой которая до сих пор крепко сжимала шокер, точнее запястьем, я аккуратно приподняла голову мужчины и повернула её немного на себя. Рука с шокером задрожала, но в этот раз от тяжести.

– Ну и чугунный же у тебя котелок!

Я немного склонилась, чтобы было удобней и потихонечку начала выдавливать сок из шприца. Мужчине наконец удалось сглотнуть. Я мужественно решила выпоить ему таким образом хотя бы стакан. Не знаю по какой причине, но жалость к скрученному в каральку мужчине перевесила страх. Меня накрывало какое-то непонятное чувство, то ли стыда, то ли неловкости, из-за того, как мы обращаемся с живым человеком. А ведь должна признать, что я первая, кто требовал для себя максимальной безопасности.

Безопасность себе обеспечили, а о потребностях человека не подумали, а ведь всё-таки это мы виноваты в том, что он сюда попал. Неизвестно, как мог отреагировать средневековый разум на перемещение его в какое-то непонятное место.

Может он нас за ведьм принял?

Хотя, если судить по нашим действиям, иначе нас не назовёшь.

Возможно, когда он очнётся, можно будет наладить с ним контакт, пусть даже на жестах.

За размышлениями уже виртуозно, одной рукой, я набрала шестнадцатый по счёту шприц и вновь чуть наклонилась чтобы его влить, одновременно приподнимая запястьем голову. В этот момент расстояние между нашими лицами было не больше тридцати сантиметров, я даже чувствовала тепло его дыхания на коже. На секунду я задержала взгляд на его подрагивающих ресницах, а в следующее мгновение, он резко распахнул глаза, и я встретилась с ним взглядом. Моё тело без участия моего мозга среагировало в две руки: одной рукой выплеснув всё содержимое шприца ему на лицо, а пальцы второй вжав в шокер, включив его.

– Вот теперь мне точно не видать диалога...

Только что полные сознания глаза закатились куда-то вверх, а потом подёргиваясь и вовсе закрылись.

От обиды у меня даже слёзы на глаза навернулись…

Следуя женской логике: сама сделала — сама обиделась.

Я стояла у кровати сжав кулаки и пыталась угомонить разбушевавшаяся эмоции. В итоге вложив все эмоции в бросок, швырнула шокер в дальний угол подвала и, тут же испугавшись, побежала за ним.

– Ну, хоть размялась... – из-за меня вырвался нервный смешок.

– Приплыли... А давай поговорим сама с собой?

О чудо! На мой сама-диалог, откликнулся внутренний голос. Он предупредил меня о том, что транквилизаторами и шокером тычут в незваного гостя, а свихнусь я. И судя по симптомам, уже скоро! Да ещё так бодренько предупредил, будто я должна этому радоваться… Кстати, а почему у моего внутреннего голоса мужской тембр?

Одно хорошо, сейчас я уже больше боялась за связанного узника, чем за себя, потому что по странному стечению обстоятельств каждый раз доставалось-таки ему!

Я взяла бумажные полотенца и борясь с чувством вины начала протирать мужчине лицо.

– Да, милый… не спасло тебя прокаченное тельце, против двух сногсшибательных девушек. А вот сам виноват… нечего на нас с мечом!

Нам ещё Александр Невский завещал… На том стояла и стоит… и мы туда же.

Наконец, я услышала шаги на лестнице! Первым, с фирменной добродушной и вселенской улыбкой, вошёл Рин! Я бросилась ему на шею, даже не заметив, как обвила ногами от радости запрыгнув за талию.

– Рин! Ты вернулся! – расцеловав в обе щеки крепко к нему прижалась, продолжая висеть на нём!

Ох и крепко же я оказывается переволновалась! Встречаюсь с недобрым взглядом Мьяны, зашедшей сразу за Рином. Медленно, нехотя, сползаю по Рину вниз, на пол. Только сейчас я заметила, что в руках у Рина два тяжеленных пакета, а тут ещё и я присоседилась. Понятно почему Мьяна так многозначительно на меня смотрела.

Рин посмотрел на кресло-качалку, одеяла, подошёл туда и поставил пакеты на пол.

Почему-то мне даже не хотелось узнать, что в них. Лишь одно желание – на воздух!

Только вот в следующее мгновение Рин загадочно улыбнулся, заставив меня забыть не то что о воздухе, а даже о том, как дышать, но его слова моментально меня приземлили.

– Смотрю пока нас не было, вы двое здесь подружились!

– Боюсь тебя огорчить, но скорее наоборот. Я его в челюсть шокером приложила, предварительно облив томатным соком.

Хмыкнув Рин повернулся к Мьяне.

– А ты за неё весь день переживала! Смотри, а твоя младшая истинная леди! Что не так, сразу жидкостью в лицо, а для полной ясности – шокером!

Мьяна лениво зевнула в кулак, подошла к Рину, поднырнула к нему под руку и устроившись щекой на его груди немного прикрыла глаза. Только сейчас я обратила внимание на её жутко невыспанный вид, точнее, не спавший. Раньше несмотря ни на что, она всегда светилась энергией. Похоже действительно очень устала.

– Может, пойдём вздремнем на пару часиков, промурлыкал Рин, гладя Мьяну по голове и чмокнув в нос.

– Нет! – Выпалила я, чем заставила вздрогнуть эту парочку. – он же в такой ужасной позе лежит! Как ты вообще до неё додумался? Где мужская солидарность? Возможно он скоро очнётся, а быть в такой позе в сознании настоящая пытка.

– Точно подружились! – подмигнул мне Рин. – Посчитал, что так ему сложнее освободиться будет. Ваша безопасность для меня, важнее его комфорта. – В конце его речи голос стал железным.

– Но всё же, я прошу тебя побыстрее перевести его в более удобное положение. – Я до сих пор испытывала вину за шокер, наверно из-за этого хотелось хоть так её загладить.

– Да понял я. Девочки на выход! Мне нужно его переодеть и... мы кое-что прикупили! Фея, не переживай, через пару минут твоё воин будет в более удобной позе. А ты, Мьяна, иди чего-нибудь поклюй и ложись спать. Твой внешний вид вызывает у меня опасения.

Мьяна попыталась запротестовать, но Рин убедил её фразой, что иначе она рискует отрубиться в момент пробуждения их объекта. Пропустить самое интересное ей не хотелось, и она поплелась наверх, явно траты на лестницу последние силы.

Меня же их слово "Объект" стало нешуточно раздражать.

Я ж его с ложечки…, ну ладно, из шприца кормила, а они – «Объект»!

Быстрее бы очнулся. Может хоть имя его узнаем.

Сейчас после нескольких часов почти спокойных посиделок, леденящий страх по отношению к мужчине ушёл, даже произошедшее вчера, казалось, не таким уж и страшным. Правда, не появись тогда Рин, думаю мы с Мьяной, справлялись, с трудом.

Опасения по отношению к мужчине, конечно же, остались, а так, в присутствии Рина, я чувствовала себя защищённой, в то же время сейчас, несмотря на чувство вины, я с явным предвкушением ждала пробуждения «гостя».

Я поднялась на кухню вслед за Мьяной. Она плюхнулись на стул возле барной стойки, а я по-быстрому накидала на стол того, из чего можно было по-быстрому приготовить хоть что-то съедобное: порезала хлеб, сыр, пару овощей и копчёное мясо.

Вспомнила про пиццу. На днях я сама спекла и заморозила, так как опаздывала на семинар, а вот теперь попробуем! Заварила чай с добавлением трав из нашей домашней оранжереи, вдохнув неповторимый расслабляющий аромат и налила две чашки себе и Мьяне.

Покормила уставшую подругу чуть ли не с ложечки. Она была готова уснуть прямо здесь, за столом. Пришлось отвезти её наверх и укрыть одеялом. Я улыбнулась. Сегодня я что-то всех одеялком накрываю!

Прикрыла дверь в спальню и пошла на кухню, решив прихватить пиццы и покормить Рина. Наверняка он тоже голодный.

Тут я обратила внимание на два больших пакета с продуктами, которые привезли и, видимо, в спешке оставили здесь на кухне. Похоже, нужно начать с них.

Разобрав пакеты, подогрев пиццу и взяв кружку с горячим чаем, я пошла в подвал. К тому времени Рин уже переодел и более надёжно, но даже с некоторой свободой действий пристегнул мужчину к стене.

Я так и застыла на месте, держа уже до нельзя нагревшуюся ручку кружки.

Рин и Мьяна прикупили ему довольно стильную одежду.

Или на нём всё так выглядит?

Ему безумно шла эта обтягивающая чёрная футболка. Я как заворожённая подошла ближе, даже не обратив внимания, что Рин перехватил у меня чай. Чёрный чуп мужчины спал ему на лоб, добавляя загадочности. Я присела на краешек кровати так и не додумавшись отдать пиццу Рину, да откровенно говоря, совсем о нём не подумав.

Вот чёрт меня дёрнул за ногу, приблизиться ещё ближе, чтобы убрать непослушную прядку чуть в сторону от глаз...

Он открыл глаза!

Несколько секунд мы неподвижно смотрели друг на друга.

Узнавание, после чего в его глазах неожиданно промелькнул страх. Немедля он попытался от меня отодвинуться. Задёргавшись он быстро сообразил, что привязан, и тогда начал что-то быстро и непонятно говорить на трещащем языке шаря по помещению бешеным, чуть ли не затравленным взглядом.

Все что я успевала уловить из этого потока, это слог или слово "Ни". Я испугалась что это какое-то заклинание. Теперь-то я готова была поверить во что угодно!

Быстро сориентировавшись, схватила кусок пиццы и воткнула ему в рот.

Он, было порвавшийся сразу выплюнуть бяку, смекнул что это еда, и жмурясь, похоже, что от головной боли, медленно начал жевать. Прожевав и проглотив, он вопросительно уставился на тарелку с пиццей потом на меня потом на пиццу. Да, думаю пицца всё же вкуснее меня, но всё же некий лимит доверия я заслужила.

Осторожно, боясь, что может укусить, протянула ему второй кусок, на этот раз позволяя ему самому дотянуться и заглотить. Мужчина жевал мою стряпню с явным удовольствием. Уже на последнем кусочке я вспомнила про запить, и чай, а уже потом про того, кому это всё предназначалось на самом деле. 

Обернувшись я увидела откровенно смеющегося надо мной Рина.

– А вот этот кусочек случайно не мне предназначался?

Я нехотя, и под ревнивым взглядом ещё не даже не дожевавшего предыдущий кусок мужчины, протянула тарелку с последним куском Рину.

Рин улыбнулся ещё шире, целиком отправив в рот этот кусок. Наверное сейчас цвет моего лица напоминал перезревший помидор. Рин протянул мне кружку с недопитым чаем и подмигнул.

– Раз уж мне почти ничего не досталось, пойду перекушу наверх. А ты тут пока общайся. – Сказал он со смешинкой в глазах. Вот спокойный как удав, ещё и веселится, наблюдая за мной. Как будто всю жизнь в цепях неопознанных объектов держал. – Я закончил. Ты в безопасности, но голову от этого красавчика не теряй...

При его словах я залилась краской, где дальше некуда! Еле скрывая раздражение, чтобы не выглядеть глупо ответила:

– Давай, только быстро. Всё же в безопасности я себя здесь не чувствую. Заодно принеси ещё попить ну и пару бутербродов, если останутся. Он голодный.

– Я так и понял. – Мурлыкнул Рин.

Люди! Кто-нибудь, вставьте кляп ему, чтобы молчал и не улыбался! Это невыносимо слышать такие подколы от мужчины, от одного вида которого ты и без того смущаешься и силишься выглядеть нормальной.

Наконец Рин ушёл есть и мурлыкать на кухню! Раньше мечтала провести с ним рядом хоть пару минут, слышать голос, а если ещё и улыбку подарит… а сейчас, получив всё это с лихвой, хочется лишь сбежать, ведь рядом с ним слишком сложно постоянно контролировать мимику, слова и прочее. Не зря говорят, что со стороны виднее.

Я отхлебнула из кружки ещё горячий, почти тёплый чай, показывая «гостю», что он безопасен и хотела придержать ему затылок, чтобы помочь напиться. Но он дёрнулся от меня, как от прокажённой...

Видно, последствия с шокером всё-таки дают о себе знать.

Сморщив нос и оскалившись – он с жаром начал что-то мне выговаривать. Понять бы ещё что? Даже по интонации я не могла определить о чём речь. Могла лишь предположить, что его монолог связан с нашей гостеприимностью или это жаркое обещание всё же закончить начатое. Будем надеяться на первое.

В успокаивающем жесте, показав, что я без рук, подошла и, аккуратно касаясь его только кружкой, дала пить. Пил он жадно, со звуком лакающий собаки.

Неполная кружка закончилась махом. На меня смотрели выжидающим взглядом таящим вопрос: мол, не пытаете, кормите, на кровать уложили и вообще, что меня хотите?

– Да ничего мы от тебя не хотим. Случайно вызвали. – Ответила я своим мыслям. – Он, конечно, ничего не понял, но мой спокойный тон ему понравился.

Он мимикой и головой начал показывать на наручники, кровать, пустую тарелку, соединённые длинным железным прутом и прикованные к железной арматуре уходящего в пол, ноги.

Видимо, в его мозгу пленение и мягкая кровать, да ещё со вкусным обедом никак не сочеталось. А если сочеталось, то явно как-то не так.

Я попыталась объяснить жестами, что это всё только ради моей безопасности. Может быть, он понял, а может забил на всё уставившись в потолок.

Одно радует, интеллектом он не обделён, значит, сможем договориться!

Тут он резко повернул голову в сторону звуков на лестнице.

Увидев тарелку с бутербродами и ещё одну кружку, он заметно расслабился и даже слабо улыбнулся. Ну, да. Не обижают, зато непрерывно кормят. У них там, в Средние века или где-то в первобытном строе, точно таких вкусностей нет!

– Ну что? «Как пообщались?» — спросил меня Рин, с улыбкой протягивая тарелку с бутербродами. Чай предусмотрительно держал сам.

– Ожидаемо языка нашего не знает. Сам говорит на непонятно каком. Ничего похожего раньше не слышала. На контакт идёт. Пытается объяснить с жестами. Радует, что интеллект у него всё-таки есть. – отчиталась я Рину.

– Понял. Ты это… Мьяну не буди… Пусть выспится.

– Как не будить? Обидится же!

– Мы скажем что вот-вот, только-только, как раз за ней шли! Сама посуди, она будет здесь сидеть и смотреть на непонятно что бормочущего мужика, который будет продолжать это делать и через час, и через сутки – или ей всё же лучше отоспаться?

– Ты прав, сейчас или чуть позже, сути это не изменит. Приятно, что ты так заботишься о Мьяне. Возможно, не зря она тебе доверилась.

– Я тоже рад что у моей невесты есть такая подруга. – Рин немного помялся, сканируя меня взглядом. – Всё хочу спросить, а почему вы не называете друг друга сёстрами? Ведь вы росли вместе. Я имею в виду, в одной семье.

– Она мне даже ближе, чем сестра, а мои родители любят её, как родную, но Мьяна очень ревностно относится к памяти своих родителей и их месту в её жизни. Мы оставили как есть и ни на чём не настаивали, чтобы не ранить её чувства. Тем более какая разница как она меня называет, суть того, что она для меня родной человек от этого не меняется. – Рин согласно кивнул.

– Хорошо, что это я спросил об этом у тебя, а не у неё. – Он потрепал меня по голове как маленькую и я еле сдержалась, чтобы не протянуться за добавкой. – Мне приятно узнать тебя получше. Я был приятно удивлён. Глядя на своих студенток, я составил иное мнение о современной молодёжи.

– Можно я попрошу у тебя кое-что? – Рин кивнул. – Не бери, пожалуйста, пока никаких анализов, – я бросила взгляд на смотрящего в нашу сторону «явления», – он только вышел на контакт, мы можем всё испортить.

Рин мягко улыбнулся.

–Всё что нужно я взял, когда отмыл это чудо. Сегодня я уже развёз материал двум своим знакомым. Один из них микробиолог с мировым именем. Он сделает всё лично. Поэтому нам остаётся только ждать. Конечно, я бы хотел сделать побыстрее и свою часть исследования, но пока оставить вас одних надолго пока опасаюсь.

Лицезрение нашего с Рином, милого разговора окончательно расслабило мужчину. Он лишь выжидающе смотрел на тарелку с бутербродами. Да такого крупного питомца моей стипендии прокормить не хватит. Намекнуть Рину, как заинтересованному лицу на нескромную добавку? Хотя я и так повышенную получаю.

В конце концов, наш пришелец не выдержал разлуки с бутербродами и подал голос.

– Нии.. крорс кох мтощх бечз ни женхзекх. – и выжидающе так смотрит.

На бутерброды...

– Я рассмеялась, кивнула ему и забралась на кровать кормить его бутербродами.

Кстати, в кружке оказался не чай, а грушевый сок. Который, судя по выражению лица мужчины, привёл его в гастрономический восторг! А меня привело в восторг выражение его лица! Забавный этот детина и даже не страшный, когда без меча и на привязи. Может откормлю и его желание меня добить отпадёт? Судя по всему, он сейчас стремится лишь к очередной кружке сока.

Мужчина ещё несколько раз бросал фразы, в которых мне удавалось вычленить и понять только короткое "Ни" – или длинное – "Ниии".

– Рин, кажется, я придумала ему имя!

– Уже!?

– Пусть будет Ник, раз уж без конца своё "Ни" повторяет.

– А вдруг на его языке это какое-то нехорошее ругательное слово? – засмеялся Рин. Ох уж эти смешинки в глазах и этот его заботливый взгляд... Я просто стою, смотрю на Рина, как на солнышко, и млею под его улыбкой... Так бы и стояла, но нельзя, делаю вид будто моя расцвётшая под этим солнышком улыбка не имеет к Рину никакого отношения и перевожу её в сторону Ника.

– Тогда он сам виноват! Да, Ник? – Ник отчего-то довольно странно среагировал на мою улыбку, или всё-таки обращение? Факт в том, что при моём обращении, он нервно дёрнулся, будто я его электрошокером повторно долбанула и всем своим существом попытался оказаться подальше от меня.

Вот, зря я его что ли, пиццей сегодня прикармливала? – Наклоняю голову немного набок, пытаясь расценить ситуацию под другим углом. – А соком поила?

Сегодня великий день не только для меня, но и для страны в целом! День передачи кристалла власти. В народе уже давно поговаривают о том, кто станет следующим Всевластным. Однако, официально, право на трон я докажу сегодня.

Предыдущие три месяца, которые в народе называют «Восхождение», я, вместе со своими братьями, проходил всевозможные испытания, неизменно выходя из них победителем. В нашей в стране права на трон передаются в пределах рода, однако для этого выбирается наиболее достойный из нас. Я и ещё четырнадцать моих двоюродных и шестнадцать троюродных братьев, а также пара племянников – все без исключения, достигшие половозрелого возраста и инициированные родовым кристаллом, как способные зачать наследника, были допущены к испытанию на право занять трон.

За эти долгие даже для меня, три месяца, на что только нас не испытывали: самыми первыми шли испытания на знания, затем нас ставили в самые невероятные жизненные ситуации и смотрели, как мы из них выйдем, естественно, никого о том, что это и есть испытание не предупреждая. Начиная со второго месяца Восхождения нам поручали всевозможные сложно осуществимые и даже опасные для жизни задания. Неожиданным для меня, оказалось испытания от жреца на мужскую силу и отсутствие связей. Как раз на нём выбыл первый из нас – мой, как оказалось, несдержанный племянник. Были и такие задания, в которых нужно было проявить свои дипломатические навыки. Самым последним, но не менее важным был турнир. К турниру допустили только десять человек, включая меня. И он начнётся всего через несколько часов.

Я встал с мягкой постели, в которой мне на самом деле, не так уж часто приходилось спать, хлопнул в ладоши. По сигналу в мою комнату влетели две горничные, которые, не поднимая глаз, помогли мне одеться в уже дожидающуюся меня одежду.

Девочки пришли как на подбор: грудастые, белокожие, темноволосые и чернобровые; в пышных, болотного цвета платьях, с длинными рукавами, которые воланами ниспадали по плечам, доходя до не менее пышной юбки. Сверху фигурки туго обтянуты тканью, подчёркивающей впечатляющую грудь и изящную шею. Честно говоря, не завидую тем, кто родился женщиной. Мужчинам дозволяется любая форма одежды, а вот женщины, даже работающие в жару на поле, должны быть наглухо застёгнуты. Хотя, богатым не лучше. У богатых обязательным элементом гардероба служит утягивающий талию корсет и ужасно пышные юбки. Причём пышность юбки говорит о богатстве её хозяйки и даже регламентирована, во избежание конфликтов между вечно ищущими к чему бы придраться женщин. У меня в услужении не обычные служанки. Судя по юбкам, это женщины из приближённых к Всевластию родов. Примелькаться при дворе, чтобы тебя увидело как можно больше семей не считается зазорным. Любой труд уважаем, а услужение мне – даже повод для гордости.

Хоть я ещё не получил кристалл власти, никто не смел смотреть мне в глаза, так же как Всевластному. Лишь только от моей близости горничные готовы выпустить дух, но тем не менее служат исправно.

Всему виной моя внешность. Я на голову выше среднестатистического мужчины, да и ежедневные, изнуряющие тренировки делают своё дело. К двадцати годам я шире и сильнее, любого из моих братьев. Говорят равного мне по физической силе нет во всём мире, а вот таких мелких женщин, моё присутствие даже пугает, вызывая благоговейный трепет.

Дав распоряжение служанкам, я прошёл в мраморную залу, где во главе стола восседал мой отец, – глубоко почитаемый Всевластный. Тут же сидела изящная брюнетка, способная поддержать разговор только об украшениях или деньгах, – моя судьба в случае проигрыша. Она является ярким исключением из правил: всегда нагло и жадно меня рассматривает. Точно так же, как рассматривают статую в залах искусств. Нормы поведения и морали явно не для этой женщины. Даже присутствие Всевластного, который ей благоволил, её не смущало. Напротив, в нём она чувствовала поддержку, уже заранее считая меня своим. Под её взглядом хотелось чем-то прикрыться, а то и прибегнуть к более простому способу – свернуть ей шею.

Я поклонился отцу и с его разрешения сел.

С его же разрешения приступить, которое он выразил тем, что вертикально поднял нож, мы начали трапезу.

Ели молча.

Если я стану Всевластным, а я им стану, то смогу выбрать себе любую женщину. Сейчас я даже намекнуть не смею, что выбор будущей спутницы меня в корне не устраивает. Неужели сегодня всё измениться и мне больше не придётся терпеть этот пожирающий масленый взгляд?!

Всевластного не судят – он сама власть и законы пишутся с его слов. Всё будет в моей власти и выбор женщины тоже.

С самого рождения я только и помню: бесконечные тренировки, турниры, испытания, учителя, магистры. Я знал языки всех ближних, подвластных нам, а также нескольких крупных неподвластных нашему влиянию, дальних государств. Отец целенаправленно готовил меня занять «Трон всевластия». Но готовил так, чтобы я легко мог занять его, в честной борьбе. Достичь трона другим путём чревато даже для сына Всевластного. Древняя сила не пощадит даже его.

Проигравшие турнир, не соперники, а будущие соратники – они будут должны занять должности при победителе, в зависимости от занятого на турнире места. Испокон веков должности при Всевластном распределялись по заслугам. В любом случае каждый в нашем роду, так или иначе, был занят управлением государством.

После завтрака отец попросил задержаться.

Впервые он пожелал мне удачи.

Сейчас мы виделись в последний раз перед турниром. Обед, по традиции, я буду должен пропустить.

На самом деле насчёт турнира я был спокоен, меня беспокоило другое. Совсем не хотелось одевать на себя ритуальные одежды. Привыкший к удобным для тренировок и изысканным одеждам для остальных случаев, я не представлял, как буду чувствовать себя перед толпой народа практически голым.

До этого момента я видел одежды лишь на картинах, изображающих турнир.

Десять ритуальных костюмов хранятся в специальном зале, расположенном в подземной пещере под самой мощной, родовой охраной. Доступ туда имеется лишь у жреца и Всесильного. В отличае от жреца, ухаживающего за залом, у Всесильного есть доступ лишь в определённые дни в году. Это не значит, что Всесильный не может туда зайти – этого не позволяют веками устоявшиеся традиции.

Даже неизвестно сколько поколений уже пользовалась этими с одеждами, надевая их один раз в тридцать лет на время турнира. Может быть, я непочтителен в своих мыслях, но одевать на себя старинные одежды покрытые чужим потом и кровью желанием не горю.

Никто не помнил, а может быть и не знал, откуда появились одежды, и кто их зачаровал. Во время турнира они непросто служили традиционным одеянием. Помимо всего прочего, они обеспечивали защиту. Надев их, каждый из нас был защищён от смертельных ран. Но и надеть их на себя – это отдельное и я бы сказал главное испытание: носящего в душе злобу, алчность или желание смерти кому-то из своего рода, костюм подчинял. Он приносил ужасную раздрабливающую кости боль. В этой агонии человек бился до конца турнира и мало кто после этого оставался в своём уме, были случаи, когда всё заканчивалось не так плачевно – наказанный приобретал второй шанс и выходил из состязаний с разумом полуторагодовалого ребёнка.

Только человек с чистым сердцем и благими намерениями к своему роду и стране мог без опаски его надеть. Те, кто отказывался от турнира, завидев одежды, опасаясь их свойств, как правило, высылались из страны с пожизненным запретом на въезд.

Впрочем, наверняка во многом благодаря именно этим костюмам, мы живём как одна дружная семья. Взаимовыручка и любовь к ближнему для нас не пустые слова. Не только в семье, но и во всех подопечных землях и странах. К сожалению, не весь наш мир таков. Далеко на юге, на снежной земле, которую занимает одна из самых крупных дальних стран под названием Хордшанша, правителем становиться любой, кто выживет, но и после, он тоже должен уметь выжить. Именно этими сказками пугают непослушных детей, грозясь, что их заберёт в подчинение правитель Хордшанша. На самом деле, никто, даже свирепые Хордшаншцы не посмеют ступить не территорию того, кто владеет кристаллом Всевластия, способным убить или воскресить землю и всё, что на ней находиться, – вне зависимости от расстояния. Стоит Всевластному пожелать и всё сбудется. Именно поэтому воспитанию детей правящей семьи уделяют особое внимание.

Чтобы убить время, я прогулялся по замку, встретив нескольких своих братьев, с которыми мне через считаные часы предстоит столкнуться на арене. Все были немного взволнованы предстоящими событиями, кто-то ещё надеялся, но большинство из них уже видело меня на троне.

Впрочем, не удивительно.

Во всех интеллектуальных испытаниях я вышел победителем, а в бою на мечах мне не было равных. Самым страшным для моих соперников было сражение на мечах без магии. Некоторые чисто физически не могли управлять тяжёлым мечом, потому что вес меча без поддержки магии быстро выбивал из сил. Меня же Отец с детства приучил носить с собой фамильный меч. Сначала я его тягал за собой по земле, затем постепенно смог его поднимать, так что за годы моего взросления мы с ним срослись как близнецы и его вес отдаётся в руке лишь приятной тяжестью.

В назначенный час я почувствовал вибрацию воздуха. Никогда раньше не ощущал подобного, но понял, что это призыв на судьбоносный турнир. Я поспешил к месту сборов.

Пришёл первым, но меньше, чем через минуту начали подтягиваться другие братья.

После того как все участники собрались, жрец прочитал проникновенную речь, слова которой есть в каждом детском учебнике о Восхождении, которая предупреждает, а после приглашает в святыню.

Ритуальный зал встретил нас холодом и полумраком. Запах здесь, правда, тоже неприветливый.

Мы с братьями обычно довольно близки, но сейчас каждый был сам за себя. Участник турнира должен подойти к одному из десяти алтарей и преклониться перед ним. Но и здесь ждало испытание. Перед каждым алтарём, в полу были встроены решётки, в которых проглядывалась часть пространства, уходящего куда-то в глубину, гораздо глубже, чем мы сейчас находимся. Думаю, вопросы, что там в глубине, возникли не только у меня, но спросить никто не посмел, – вопросы против правил.

– Время пошло. – Объявил жрец полушёпотом, но для нас он прозвучал как гром, отчего некоторые нервно дёрнулись. Нужно было в течение часа простоять на этой решётке в коленопреклонённой позе. Немного шевелиться допускалось, но не разгибая спины, не отрывая коленей и локтей и не поднимая головы. Казалось бы, после всего что мы прошли это испытание самое пустяковое. Настолько пустяковое, что мы даже не знали, что оно здесь будет. Все морально готовились открыться перед одеждами духовно, чтобы они правильно поняли, приняли, а стоять целый час на коленях нагнетая внутренний накал и откладывая основное действо на потом, явно никому не хотелось. У некоторых братьев по лицу проскользнуло недовольство, а некоторые, обречённо переглянулись между собой. Разговаривать после входа в ритуальный зал нельзя, лишь в ответ на слова жреца.

Я без особого энтузиазма, но подчиняясь всем правилам, опустился на решётку в необходимую для испытания позу. И сразу почувствовал, то испытание не будет таким лёгким, как показалось, на первый взгляд.

Стояла гробовая тишина через некоторое время я начал слышать звук. Туда, куда-то очень глубоко судя по звуку, начали падать капли. Пота или крови я сказать не мог, потому что поднимать голову недопустимо. Оставалось лишь догадываться. Минут через десять я услышал первые стоны, постепенно они становились всё более дружными, но я застыл и постарался не позволить телу даже шелохнуться.

Вскоре тело затекло до такой степени, что стало легче.

Трудными оказались первые сорок минут.

У этой решётки, на пересечении серебряных прутьев, чуть заметно поблёскивая в сумраке, красовались шипы. С первого взгляда они были незаметными, а при соприкосновении с кожей не острыми, но чем больше испытуемый ёрзал, тем острее они становились, нещадно разрезая тело в потревоженных нетерпеливым движением местах.

Я отстоял достойно. Поранился только чуть у локтя, отреагировав на пронзительный вой не выдержавшего племянника. Нескольким моим нетерпеливым братьям повезло меньше. 

Теперь нам предстояло снять с себя абсолютно всё, даже верёвки из волос, у кого были. Жрец осматривал каждого из нас, подробно записывал телесные повреждения и облачал, приговаривая обрядовые заклинания на древнем языке, который давно вышел их обихода и использовался лишь в древних заклинаниях и заговорах. 

Те, кто получил раны, терпеливо ждали своей очереди, ведь никто из нас не имел права применять исцеляющее заклинание перед облачением. Это делал сам жрец в порядке очереди, поочерёдно подходя к каждому.

И вот, осмотр и облачение были закончены.

Как не удивительно, эти меховые повязки пришлись каждому впору. 

Меня немного отталкивал вид сияющих в темноте закристаллизованных глаз дохлых животных, вшитых в пояс набедренной повязки. Пришлось себе напомнить, что будущего Всесильного таким не смутишь. 

Жрец проводил нас на арену, а сам направился к Всесильному и занял своё законное место подле него. Распорядитель объявил начало турнира, как только Всесильный метнул кинжал точно в цель, находящуюся на противоположном конце арены, чем вызвал восторженные возгласы толпы. И только некоторым из нас было известно, что Всесильный не вложил в этот бросок и толику магии. Я оглядел толпу. На турнир допускались лишь представители нашего рода и их супруги с близкими родственниками. Тем не менее, трибуны были заполнены. Дамы открыв рты разглядывали нас, некоторые из них, даже в увеличительные трубки. 

Даже осознавая, что ты не юная девица, которую раздели и выставили на всеобщее обозрение, а сильный воин, я не мог не чувствовать дискомфорта. Не я один. Брат, не выдержав взглядов, сменил показательную боевую стойку, но под взглядом Всесильного убрал руки в прежнее положение.

Всем нам было как-то так... Быстрее бы одеться... 

Прогремели имена первой пары. Все остальные, включая меня покинули арену. 

Нам не разрешалось смотреть поединки. 

Первый поединок шёл долго. 

Разговаривать ни у кого желания не было. Мы как суровые мужики в шкурах молча переминались с ноги на ногу. Невольно улыбнулся, посмотрев на нас со стороны. То ещё зрелище, даже без боя. Лишь дубинок в руках не хватает. 

Прогремел сигнал окончания боя. 

Мимо нас пронеслись с носилками. 

Кто-то пострадал? 

Первым с арены вернулся, не скрывающий довольный оскал победителя, мой двоюродный брат. Следом на носилках вынесли стонущего племянника. Я присмотрелся к нему. Он зажимал руку выше локтя и стонал, обливаясь слезами.

Тьфу... царапина.

Я уж подумал…

Да, племянник, пока ты в этих одеждах никакая магия тебе не поможет, даже целительная. Придётся перетерпеть. Костюм не позволяет нанести противнику смертельные раны. Он позволяет выявить победителя, но при этом на участника турнира не действует магия. Своего рода — это защита от внешней угрозы. Максимум, что доступно проигравшим, это припасённые в огромном количестве, свёрнутые в рулоны куски белой ткани, занимающие прикрытую шторой нишу в стене.

Снять костюмы мы можем только все вместе в ритуальном зале и лишь после объявления победителя.

Прозвучало моё имя и имя троюродного брата Книхоррона.

Мы вышли на арену. Народ требовал зрелищ. Но я не шут. Пока мой брат позировал для публики я сосредоточился и лишь прозвучал сигнал, одним ударом выбил меч из его рук. Не получив зрелищ, толпа разочарованно загудела. Я позволил сопернику взять меч и выбил его снова, лишь подтверждая законность победы перед Всесильным. Этого оказалось достаточно. Отец удовлетворительно кивнул. Ранить кого-то из тех, кто будет работать, помогая мне в управлении, я смысла не видел и очень надеялся обойтись без крови. Самоутверждаться за счёт толпы удел слабых.

Следующие два соперника тоже не вызвали особых трудностей, но ближе к финалу, я уже сражался, прикладывая немалые усилия. Всё-таки в нашем роду умеют воспитывать воинов. Если нас собрать, неплохая армия получится. Собственно, армии у нас и нет. Этим балуются другие земли, а у нас Всесильный сам способен защитить свой народ, не отвлекая жителей от более полезных для мира дел.

Финал.

Осталось только двое из нас. Друг напротив друга. Я и сын военно-начальника. В случае моей победы именно он займёт место своего отца, как дошедший до финальной схватки воин. Ни на ком из нас до сих пор не было ни царапины. Даже каждый зритель понимал, что финальный бой лёгким не будет. Толпа ожила, приветствуя сильнейших в роду, а может быть и в мире воинов.

В предвкушении доброй разминки встаю в стойку.

Прогремел сигнал к бою!

Соперник атаковал первым. Я приложил усилие, чтобы отбить прямой удар! А он ведёт себя смело! Мне это уже нравится. В крови загорелся азарт! Понимая, что это бой не учебный, а решающий не только нашу судьбу, но и мира, заставляет буквально бурлить кровь.

Следующий выпад с его стороны и мой ответный блок с разворотом и подсечкой, однако он, неожиданно легко перекувыркнувшись, оказывается у меня за спиной...

Я более массивный и такие акробатические номера с моей комплекцией несовместимы, и он этим пользуется, расценив это как слабое место. Он быстр, очень… Невероятно точен… но и у меня хватает скорости замечать и блокировать его удары. Замечаю испарину у него на лбу. Понимаю, что при таком активном движении он выдохнется быстрее, чем добьётся хоть какого-то результата. Мне остаётся стоять и блокировать удар за ударом. Мы сражаемся по ощущениям более получаса. Сначала я думал размяться, но сейчас вошёл в азарт, просто стоял на месте и отбивая атаки. Противник бился, как будто в его глазах я был абсолютным злом. Но всё же, в блокирующих магию одеждах, без доступа к внутреннему резерву он выглядел уже довольно устало, пыльно и подтрёпано. Сейчас он больше напоминал пещерного человека, которому удалось убежать от мифического животного.

– А теперь моя очередь. – Позволяю себе ухмылку, и он напрягается, выдавая себя нервным неточным движением.

Спуску я ему не даю, но он держит удар!

У него есть ещё одна причина выстоять, – моя невеста! Победив, он сможет сделать её своей женой.

Знал бы он, что я и сам рад её отдать. Мой отец свято считает, что интеллект женщинам лишь помеха. Я его мнения не разделяю. Как можно всю жизнь терпеть рядом такую женщину, своими взглядами выказывающую непокорность уже до свадьбы.

У нас не положено говорить о чувствах. Они лишние. Их уничтожают в зародыше ещё в детском возрасте. Мужчиной должен руководить лишь разум.

Только слабый мужчина ими руководствуется. Это позор для любого. Особенно если он отказывается от собственной пары. Вот и я, разве смогу доказать, что руководствуюсь лишь заботой о сильном потомстве. В глазах отца, даже если бы я посмел оспорить свою пару, я бы сразу стал слабаком, который пошёл на поводу у своих эмоций. Случаи расторжения пары слишком редки, я бы сказал исключительны.

Тем не менее пара назначенная родителями всё же могла разойтись, но только через год при обоюдном согласии и в случае, если союз ещё не закреплён.

Пара считается закреплённой, если мужчина принял еду из рук женщины, позволяя ей накормить себя своими руками. Вторым этапом закрепления служит совместное пребывание наедине. Вся ночь в одной комнате и в одной кровати. Этим женщина показывала, что добровольно перешла из семьи под власть своего мужчины.

Когда мужчина решает, что пора принять потомство, проводится ритуальную ночь. Эту ночь выбирает жрец. Для раздельных обрядов над женщиной и над мужчиной используются правое и левое крыло родового храма, который хранит силу предков. Жрец проводит ритуал и составляет карту, в которой предсказывает время рождения пол и судьбу первенца, а также силу, которой наделят его предки. Говорят, что за всё время жрец не ошибся ни разу, хотя мне он предсказал нечто, смысл чего сам не мог объяснить. Хотя судьба ребёнка храниться в тайне от него самого и о ней знает лишь жрец и родители ребёнка, но ещё подростком я случайно услышал обрывок разговора родителей о моей судьбе. Судя по тому, что я узнал, меня ждут какие-то особые страдания, до этого неведомые ни одному человеку в нашем мире, но лишь пройдя через них, я стану самым великим из Всесильных. Страх мне неведом и, даже узнав о том, что впереди меня не ожидает ничего хорошего, я принял свою судьбу с должным для мужчины смирением.

Всё-таки, я получил от жизни немало. Мне повезло родиться первенцем. Последующим детям так не везёт. Издревле, и не без оснований, последыши считаются слабым потомством, которых не коснётся судьба великих. Их рожали на утешение родителям. Лишь первенец получает всевозможную поддержку. Каждая семья вкладывает в первенца максимум, ведь именно он становится главой своей семьи и от его успеха зависит статус и возможности семьи в целом. Хотя, мой отец, вопреки словам жреца, воспитывает всех детей одинаково, давая каждому возможность проявить себя, однако, именно меня он с рождения, не щадя, готовил занять его место.

Но была в наших традициях и странность, которую я не понимал до сих пор.

Во все времена большим и единственным исключением являются женщины способные без посторонней помощи похитить и подчинить себе мужчину.

Меня передёрнуло от мысли об этом. Это слишком противоречило моему убеждению, что мужчина — это неоспоримая власть и авторитет. Самое парадоксальное, что похищение считается ритуалом, перечёркивающим необходимость во всех остальных.

Когда я задал вопрос обучающему меня жрецу: «почему?» он объяснил, что от такой женщины потомство будет особенно сильным и не только первенец. Такие женщины приписываются чуть ли не к легендарным личностям, которые занимают место в мире наравне с мужчиной, а когда и выше. К ним не применяются ни обряды, ни правила. Они сами принимают решения. Жти женщины ни перед кем не преклоняют головы, кроме Всесильного. О таких женщинах говорят много и долго, но не каждая спешит стать одной из них. Пусть для такого союза открыты двери всех домов, но тем не менее последней такой женщиной была моя бабушка. Да-да, если бы не бабушка, я бы подумал, что это всё сказки.

Однако мир на примере моей бабушки в очередной раз убедился, что именно от такого союза рождается следующий Всесильный. Мой отец был слишком дальним родственником Всесильного, всё-таки родственные связи с каждым поколением слишком истончаются и если разбираться, то каждый встречный, окажется тебе очень дальним родственником, поэтому лишь благодаря репутации бабушки дед занял место более близкое к трону, а отец, смог принять участие в турнире и победить. Хотя ещё до начала турнира было понятно кто победитель. Наш народ свято верит в силу предков — она не допускает ошибок.

В раннем детстве, признаться, я любил слушать рассказы бабушки о том, как она выбила из седла и скрутила моего до сих пор внушающего своими габаритами деда, укутав в кокон как младенца, после чего доставила к себе во дворец, объявив своим мужчиной. После этого хотел он того или нет, но уже официально считался её парой. Бабушку побаиваются все. Она даже Всесильного способна пожурить как нашкодившего ребёнка, но ко мне она с детства добра, выделяя из всех остальных внуков. Нужно сказать, что только она и добра, потому что больше никто не смеет сюсюкать с ребёнком всесильного, делая его слабым и эмоционально зависимым от кого-то.

Хорошо, что подобные случаи редки. Хорошо расположенную к тебе бабушку иметь хорошо, но я бы не хотел оказаться на месте деда. Он до сих пор выполняет то, что указывает ему женщина, причём с явным удовольствием. Ну, нет… я в такой роли себя даже представлять не хочу. Наши женщины, за исключением сильных чародеек, довольно слабы, да и интеллектом редко блещут. К тому же в женских школах им прививают особые науки.

Женщины изначально воспитываются, изучая правила и обычаи определённого дома, чтобы впоследствии угождать мужу и неукоснительно соблюдать его правила. Вот Кхорхна, к примеру, воспитывалась прихорашиваться и распоряжаться слугами. Куда ей до воительницы? Хотя взгляд у неё сегодня был такой, будто она меня завоевала в неравной схватке и теперь имеет на меня все права. Кажется, бабушка её недолюбливает, но молчит. Всё-таки в таких делах противоречить Всесильному, это подвергать сомнению его власть, но наедине, в моменты, когда даже слуг рядом нет, как бы невзначай, она не раз акцентировала внимание на недостатках в, по мнению остальных, совершенной Кхорхне.

Наши мужчины поддаваться не любят, а ещё меньше любят, когда им кто-то указывает. Ибо если женщина сильна на ровне с мужчиной, она и женщину-то не сильно напоминает. Бабушка, наверное, скорее миловидное исключение. С виду её можно даже хрупкой назвать. По сравнению с дедом, точно, но как маг она даже меня удивляет. Она до сих пор умудряется учить меня чему-то новому, постепенно раскрывая всё новые секреты. 

Мужчина своей по природе любит быть главным и обладать чем-то более нежным, я не исключение:

Мне симпатична одна, – дочь столичного торговца. Не глупа, с делами отца в его отсутствие управляется на раз. Высокая, мощная. Мужиков на помощь не ждёт. Если надо сама и мешки переставит и бочаны с вином да маслом сдвинет. Видно, что магическую силу в ней особо не развивали, не до того отцу торговцу было. Но и без того подходит. Одно лицо — засмотришься: крупные глаза и нос, розовые пухлые чётко очерченные губы, выдающие упрямую черту характера. Как подумаю, какой у нас сын с ней получится, сразу все трудности на второй план уходят. Всего-то победить надо. Иначе, не получить мне желаемого.

Отец как узнал, что любоваться хожу, пригрозил, что сошлёт и будут они торговать в Выселгороде у больных и обездоленных скитаться. Пусть я его мнение насчёт невесты не оспаривал, но поведением своим оскорбить сумел, наказание схлопотал. Только и я, упёртый. Знаю, мне она больше других подходит. Один ум смекалистый чего стоит. Такой бы сыну передать.

Давно я за ней наблюдаю. С тех пор, как в шестнадцать столкнулся с ней в кожевенном квартале. Уставший после очередного внезапного испытания, устроенного отцом. В тот день она меня с бродягой спутала. Поторопилась прогнать из города, пока я беду на себя не накликал. У неё даже получилось меня, пусть и уставшего, с места сдвинуть и по направлению к городским воротам развернуть.

Было смешно слушать, как она обеспокоенно кудахчет вокруг меня. Даже коженку с водой в руки всучила, торопливо купив её у водника, тут же, в соседней лавке. Так за жизнь чужую человеческую беспокоилась, что невольно уважение вызвала. Глупым назвать посмела, раз сунулся в столицу с Выселгорода. А я и правда оттуда плёлся. Отец, в качестве очередного испытания, в чём мать родила, прямо ночью из спальни спящего переместил. В руках оказалась лишь записка с заданием, которое я должен был выполнить перед возвращением, но и та рассеялась, стоило мне её прочесть. Особое условие: никаких магических перемещений. Ноги развивай. Вот и смотрела она на меня как на оборванца. Догнала и еды ещё сунула. А я ведь тогда чтобы отстала, действительно сделал вид, что пошёл прочь из города. Обнародовать себя до возвращения с задания права не имел. Такие условия. А еда впрок пошла, я третьи сутки нормально не ел. Вокруг Выселгорода лишь пустырь с гиенами и тушканчиками. Одних я есть не хотел, а другим съесть себя не позволил. Последний раз я ел в Выселгороде, потому что после того, как оттуда выбрался, чтобы сократить путь и успеть вернуться к назначенному часу, пошёл не обжитой дорогой, а напрямик, через вязкие болота, которые начинаются сразу после степи. Мне повезло, что сезон ягод, хоть что-то, что содержало влагу. До самых болот ни ручья не ложбины с водой, кроме пары красных безжизненных озёр с мёртвой водой я так и не встретил. Из болота особо тоже не напьёшься, хоть кожу смочил, хотя вопрос пошло ли на пользу спорный. Одежду в ветошь на мне разъело. Поношенные сапоги, которые я в Выселграде раздобыл, лишились носов, но пока от подошвы был хоть какой-то прок снимать из не стал. А здесь и напоили, и накормили. Чувства неуместны для мужчины, но тогда они во мне всколыхнулись. Я был очень благодарен и принял еду, так как правилам, когда ты не просишь, а тебе дают добровольно, принимать готовую еду не возбранялось. Ещё полдня и я был на месте, поспев в срок и даже успев сполоснуться по дороге в реке.

Вот уже почти два года подряд, я вынужден сделать вид, что и думать про неё забыл и имя её красивое, — Веха. Только вот, отец сам воспитал меня всегда добиваться своей цели.

Момент настал именно сейчас оно свершиться! Я этого и добьюсь. Хватит с меня ожиданий!

Пора заканчивать бой.

Я перехватил рукоять меча поудобней, сделал пару технических взмахов и побежал на противника. Убить брата я не боялся, ритуальная одежда не позволит нанести смертельное ранение, но и щадить теперь не думал. Иначе, услышу, как меня провозглашают победителем на ране, чем через час. Примерно через столько мой противник окончательно изнуриться и уже не сможет держать меч в руках.

От этих мыслей вокруг меня будто туман сгущаться начал.

Действительно, туман...

Дополнительное испытание напоследок услужливо подброшенное Всесильным? Или жрецом? Что ж… Готов я.

С каждой секундой туман становился всё плотнее. Последнее, что я увидел, это удивлённый, но не растерянный взгляд Книхошрона. Он поудобнее перехватил меч и встал в стойку, выражая нетерпение продолжить, после чего его окончательно скрыл туман.

Я поднял меч готовый рубануть противника. Ничего не различая, но интуитивно чувствуя расположение противника, я продолжаю бежать. По ощущениям противник, уже должен был скрестить со мной меч, но его всё не было. Обманный манёвр? Внезапно туман расступается, а вместо Книхошрона я вижу бесстыжую женщину с голыми плечами и руками, а ноги-то… Откуда такая бесстыжая здесь взялась? Собираюсь затормозить и опустить меч, но тело пронзают тысячи разрядов молний. Я оседаю на колени, перед падающей одновременно со мной на пол женщиной...

Тело не чувствую.

В глазах темно.

Мне снятся сумбурные, сложные сны из обрывков фраз, образов. Моё тело то ломит, то пронзает миллионом мелких иголок. Какое-то время снится моя желанная, — дочь торговца, но она ускользает прямо с обряда.

Я хочу проснуться.

Уже осознанно пытаюсь, но голова разрывается от боли, даже сильнее, чем тело.

Я как в тюрьме, — в кромешной тьме не могу ни выбраться, ни открыть глаза. Я чувствую, с моим телом что-то не то. Холод пронзает его насквозь. Вдруг становится неожиданно тепло, я на время расслабляюсь и уношусь с потоком мыслей, фраз, снов. Мне снится будто я привязан в пустыне Макхра под светилом: завалившись набок лежу на раскалённом песке. Мое горло иссушено и скребёт. Я пытаюсь сглотнуть, но не выходит. Я молю богов о помощи. И тут идёт дождь. Солёный, плотный. Вкусно!

«Нет… это не дождь, а что? Что это?»

«Кровь? Кровавый дождь, как в древней легенде?»

Испуг заставляет жилы застыть. Меня пробивает холодный пот. Таким немощным я даже в детстве себя не чувствовал.

От шока не понимаю как, но раскрываю глаза!

Это был сон! Даже выдох облегчения даётся с трудом.

Это лицо, это та бесстыжая...

Не успеваю ничего сказать как на моё лицо и челюсть что-то брызгает, а затем всю голову, пронзает резкая перекатывающаяся боль.

Темнота и боль... На задворках сознания мелькает мысль о том, как же мне плохо. Наверно отец опять меня готовит. Нет, я вырос, был на турнире. Тогда что это со мной? Как мутит всё кружится, как больно голову... Странно, но тело, наоборот, болит вполне терпимо.

– Удалось разлепить глаза. Снова это лицо. Будет больно... Я не трус, но такое больше терпеть не намерен...

Надо бежать...

Дёргаюсь, пытаюсь убежать, но понимаю, что связан.

Я быстро начинаю проговаривать заклинание перемещения. Но мне не дают закончить, заткнув чем-то рот.

Пытаюсь выплюнуть и продолжить начатое, но понимаю, что эта еда. Желудок предательски скручивает. Я уже жую, и, даже сам ещё не осознав глотаю. Осознавать и даже просо думть больно. Голова кружится так, что всё окружение пляшет и вертится по кругу. Но сквозь боль понимаю, насколько эта еда вкусная.

Может виной всему голод?

Сколько я был без сознания?

Мои глаза пытаются сфокусироваться хоть на чём-то. Я пытаюсь поднять и сосредоточить взгляд на лице, не получается. С трудом перевёл его на еду. Проследил как кусок поднимается и отправляется в мою сторону, и, почти перед моим ртом останавливается. Я продаюсь вперёд чтобы в следующее мгновение заглотить его целиком.

Как же вкусно! Я не ел ничего подобного. Забыв об опасности, я с удовольствием поглощал каждый протянутый мне кусок из рук этой женщины. И тут услышал мужской голос, который что-то сказал на непонятном мне языке. Мою еду, с виноватым видом тут же протянули ему.

Наверное, меня не должны были кормить?

Но нет, мужчина улыбается этой женщине и жестом отказывается от еды, ещё и протягивает ей питьё.

Я доел еду. Она глотнула питьё, и, одобрив его на вкус, протянула мне.

Нет! Она что? Собирается ко мне прикоснуться?!

Меня охватила паника. Я ещё слишком хорошо помнил ощущения от прикосновений этой женщины. Видимо, она уловила мою панику и быстро сориентировалась, показывая, что не собирается меня касаться.

Пить хотелось ужасно, поэтому я взял себя в руки. Сам не заметил, как сладковатый отвар закончился.

Никогда не считал себя и не был трусом, всегда достойно терпел боль, но терпеть такое, сравнимое со страшнейшей магической пыткой... было выше моих сил.

Что за сила у этой ведьмы, или кто она там такая?

Раз я до сих пор жив, значит нужен ей живым.

Как бы понять, зачем и куда меня привезли? Сейчас я знаю лишь одно: всегда есть шанс сбежать.

Мы с бесстыжей ведьмой встретились взглядами. Она мне что-то сказала, будто ответила на мой немой вопрос. Теперь, немного придя в себя и подкрепившись, я был способен отстранённо проанализировать ситуацию.

Эта женщина явно другой расы: светлые крупными кудрями волосы, прямой, аккуратный нос с озорно приподнятым кончиком. Если бы не моё положение, меня это лицо, заставляло бы ей улыбнуться. Чуть раскосые зелёные глаза, смотрели непривычно смело, но вместе с тем в них чудилась что-то вроде озорства?

Я ещё раз оценил своё положение. Очень хотелось получить конкретные ответы. Но из всех языков что я знал, даже близко не было схожего с их речью. Одни какие-то непонятные тягучие звуки.

Мимикой насколько было возможно без участия прикованных над головой рук, я попытался спросить, чем вызвано моё положение? Мне было необходимо хоть как-то прояснить их намерения.

Голодом не морят, даже кормят изыскано и лежу я на каком-то чудном воздушном облаке. При этом между моих ног, негнущийся тяжёлый прут, от которого идут странные, я бы сказал изящной ковки, кандалы и цепи. Возможно, именно они перекрывают и нарушают магические потоки, так как магии от этих людей я не чувствую. Однако, глубоко внутри себя я определённо чувствую отголоски моей собственной магии.

Надо же… Женщина сама охотно идёт на контакт, отвечая мне жестами.

Показала пальцем на меня, потом на себя, затем обхватила себя за плечи. Неужели похитила, чтобы сделать своим?

Дёрнулся… но от следующих её действий дёрнулся уже мой глаз.

Она отошла подальше, замахнулась руками вверх побежала в мою сторону, что-то при этом щебеча. Опять заклинание? Я приготовился к боли и глубоко вздохнув уставился в потолок. Но ничего не происходило. Немного погодя я услышал шум шагов и резко на него обернулся.

Это был тот вечно светящийся от счастья улыбчивый мужик, той же расы что и женщина. Неплохо ему живётся, судя по довольной роже.

Только не пойму кто он этой женщине?

Улыбается, подносит ей всё. Вроде бы слуга. Но то, как она реагирует на его присутствие, явно с этим не сходится. Но, тогда как же я? Значит, я нужен ей для другой цели?

Ну вот. Он даже питьё держит, чтобы её не утруждать. Вид очередной порции еды меня довольно-таки подбодрил. Всё же одной съеденной тарелки еды для моего мощного тела явно маловато.

Но кормить меня не торопились. Они затеяли беседу между собой. Язык действительно странный, но что более удивительно — эти люди не скрывали своих эмоций и с той стороны так и веяло теплом от их взаимодействия. Они однозначно не выглядят жестокими, что странно... Между ними искрило эмоциями: улыбки, тёплые взгляды, ничего большего я не уловил. Мужик вообще странный. Ладно женщины слабы и для них допустимо проявлять эмоции, но для мужчины… это же прямая демонстрация слабости.

Значит ли это что женщина кормила меня с рук, с намерениями?

Голод давал о себе знать.

– Эй, женщина! Будешь наконец меня ты кормить? – Я многозначительно посмотрел на тарелку. Хоть я пленник, а унижаться не в моих правилах.

Она рассмеялась звонким, как колокольчик смехом, кивнула мне и принялась меня кормить. Её настроение заразило и меня, и я расслабился, что обычно даже у себя в замке ни в чьём присутствии себе не позволял. На этот раз мне дали пить удивительно вкусный нектар. В наших краях такого точно нет, это доказало, что я в краях дальних. Несмотря на моё незавидное положение, что-то мне подсказывало, что всё будет хорошо.

Я выразил свою благодарность на своём языке, она кивнула, возможно, догадалась. Я попытался представиться и узнать название страны, где я нахожусь, но она уже развернулась и разговаривала с этим улыбчивым. В этот момент в их разговоре я отчётливо услышал слово «кастрировать»! Моя нежная часть тела подобралась, а внутренности дёрнулись и похолодели вместе с телом.

Я посмотрел на разведённые прутом ноги и данное положение навело меня на панические мысли. Попытался хоть как-то сомкнуть ноги в коленях, но это была жалкая попытка, потому что за этим занятием меня и застала женщина, развернувшись ко мне. Она заметила мою попытку. Лишь бы не расценила как попытку побега и не наказала магической болью!

– Что кастрируем?! – И, так весело на меня смотрит...

Она одержимая ведьма!

Я мгновенно покрылся липким потом.

Лучше уж магическая боль…

Резко нервно дёрнулся.

Бежать любой ценой!

Только бы момент уличить, когда её рядом не будет или..., я нервно и бегло начал читать сонное заклинание. Без помощи рук было сложно, но я старался обойти это препятствие.

Между попытками заклинаний я пытался просчитать варианты событий и мои дальнейшие действия. Кроме головокружения и боли, меня не оставляли в покое тошнота и жажда, несмотря на выпитое количество жидкости. Это мешало мне думать, но я упрямо складывал мысли как камни в стену замка, из последних сил.

Вероятно, меня похитили не для союза, а сторонники одного из братьев, прекрасно понимая, что в плачевном состоянии без способности зачать наследника, мне никогда не стать королём. Но ведь есть и другие вероятности. Тем более ни один брат не мог желать мне зла. Магия предков покарала бы такого ещё в ритуальном зале при облачении в одежды. Хотя, никто не мешает желать мне зла кому-то из сторонников одного из братьев.

Да, нет… не в нашем роду, где каждый брат за брата. Похоже, у меня это этой, непонятной мощной магии мозг оплавился. Вероятно, это кто-то из врагов рода? Убрать сильнейшего означает ослабить род в целом. Может, островные Южане, которые вечно нас боятся, хотя нам самим нет до них никакого дела? Нет, бесполезно гадать, первым делом нужно выбираться, а для этого адаптировать заклинание…

Если не получится усыпить, может попробовать разорвать цепи и кинуться врукопашную? Цепи с виду не проблема и потолще поддавались, но вот я даже встать не успею – магией приложат. Точно… лучше выждать и попробовать их усыпить. Не известно сколько их здесь ещё и каким долгим предстоит сражение. Если удастся заклинание, у меня будет немного времени найти карты или любое упоминание, где я нахожусь, и в какую сторону мне направляться. И меч… нужно найти… Без него на глаза отцу лучше вообще не являться.

О, нет… Как же я раньше об этом не вспомнил! Ритуальные одежды! Без возврата на место всех десяти, ритуал наследия не может считаться завершённым. Их похитили? Специально?! Как их им вообще удалось снять вне ритуального зала?! Куда они их дели?

Столько вопросов атаковало мою и без того больную голову. Кто знает в какой тайник они их закрыли? Нет, без одежд мне дорога домой заказана. Не может быть оправданий тому, кто не вернул ритуальные одежды в зал. Не занять мне место отца...

Впервые в жизни не могу побороть подступающую панику… Нет, нужна холодная голова. Эмоции удел слабых. Отбросить и думать…

Не слишком получается. Может, они в еду мне ослабляющий эликсир подмешали, делающий людей безвольными? Нужно сделать над собой усилие и выбираться… Жаль, я не знаю всех тонкостей ритуала известных жрецам.

Как они там? Неужели раненые братья до сих пор дожидаются меня? Ведь правила турниры незыблемы. Что предпринял отец? Остановил турнир? Понял, что меня похитили? А может быть, посчитал меня сбежавшим и теперь моё место займёт брат? Спасать и искать воинов у нас не принято, если тебя спасли это как минимум унизительно. Выбрался сам, – воин. Нет, – зато ушёл достойно. Надо выбраться, пока цел. Как вызволить одежды и меч, придётся думать по ситуации.

Женщина вышла и вернулась. Время шло, а простейшее сонное заклинание никак не поддавалось. Похоже, мои изначальные мысли были верны — оковы оказались антимагическими. Всё же, по-прежнему ощущая свою магию, глубоко внутри себя, я не сдавался.

Как ни странно, время шло, а со мной ничего не делали. Даже были излишне приветливы.

Хотя эта женщина… Как можно с такой улыбкой говорить об ЭТОМ?! Она безумна настолько, что от её приветливости становится жутко даже мне, повидавшему всякое… Привык я, что враг – это враг. Враг тебе не улыбается. И пылинки не сдувает, держа в кандалах и при этом милым голоском вещая о кастрации.

Страшные мысли… Может, они уже?! Магией?

Моментально обливаюсь холодным потом. Ёрзаю, пытаясь почувствовать своё...

Нет, я же бы почувствовал… Да?

Ноги унизительно разведены, не позволяя хоть немного свести ноги. Впадаю в ярость, но напоминаю себе, что эмоции — это слабость.

Остудить голову… она сейчас и без того взорвётся от всех предположений и отсутствия хоть каких-то ответов…

Время шло, но ничего по-прежнему не происходило. Начал успокаиваться и уже не так дёргаюсь, когда ко мне подходит эта Женщина.

Спустя какое-то время я предположил, что она просто ко мне так обращается, вроде того, что кличку дала. И чем дальше, тем больше я утверждался в последнем предположении. Она вообще за кого меня держит, дав такую кличку?!!!

Спустя ещё некоторое время я пришёл к одному немаловажному выводу. Я ведь не раз сталкивался как в разных языках одно и то же звучание может означать совершенно разные, порой противоположные вещи.

Действительно… это всё эмоции… если бы не запаниковал, а подумал, то сразу бы понял.

Теперь каждый раз на такое обращение я усиленно мотаю своей и так раскалывающейся головой, в знак протеста! Самый недалёкий бы уже понял, что протестую. Безуспешно пытался втолковать этой женщине как меня стоит называть! Но моя речь, наверно, как и их для меня, превращалась лишь в поток непонятных звуков.

Боль, негодование, усилия – привели к тому, что на мои глаза уже стекал липкий пот. Невозможность его смахнуть очень меня отвлекала — всё это время, между жалкими попытками отстоять свою честь я старательно продолжал выводить, сонное заклинание адаптируя и перекраивая под те крохи, что теплились где-то глубоко внутри, пытаясь к ним дотянуться.

Как себя не выжимал мои старания напоминали попытки рассечь воду… К моей радости, про себя отметил, что дожил, что меня уже радует такое, — меня с неподдельной заботой вытерли тёплым влажным куском ткани. А когда женщина принесла ужин и начала кормить, мой уже изголодавшийся от переживаний желудок, я понял, что протестовать бесполезно, и даже готов был временно смириться — пока кормят.

С каким же удовольствием она выговаривала это обращение ко мне…

Придушил бы…

Каждый раз меня невольно передёргивало. Если судьбе ещё угодно, чтобы я стал Всесильным, как столько сяду на трон, издам указ об удалении этого слова из обращения. Наслушался на жизнь вперёд. И теперь это желание для меня вышло, чуть ли на первый план. Даже все мои грандиозные планы на дальнейшую жизнь рядом поблекли.

Единственный плюс в моём положении был в том, что меня слишком вкусно кормили. Никогда не ел такой еды, чтобы уже наелся, а хотелось ещё… Очередной раз внутренне возликовал, только увидев поднос с несколькими посудинами, рассматривая необычную форму хлеба, предвкушая его необычный, сладковатый вкус с едва уловимым и таким, вызывающим вой желудка ароматом.

– Булочка, — я отчётливо начал выделять это слово. – была на удивление вкусной и необычно пушистой. А следующая была не сладкой, но при этом мясной, как я люблю. Даже через головную боль и скопившееся негодование, я умудрялся ей наслаждаться. Вдруг замечаю, что уже некоторое время находящийся здесь улыбчивый так откровенно зевает. Значит, у меня частично получилось воспроизвести заклинание?! Это добавило мне энтузиазма! Я собрался вновь вернувшимися силами и немного изменив структуру, снова прочитал заклинание. Я почувствовал волну магического отката, пробежавшуюся по мне и, меня срубило…

Проснулся я, от довольно приятного сна, тут же осознав от чего он был таким приятным. Рядом со мной, пригревшись под одеялом лежала, по всем законам и обычаям – моя пара! Да как лежала! От избытка ощущений резко и глубоко втянул до этого совершенно покинувший мои лёгкие воздух.

Просыпаясь, я будто купался в необычном легком и в то же время пьянящем цветочном аромате, исходящий от девушки. Наши женщины так не пахнут. Она Фея? Может, их мир не сказки, а они не совсем мелкие, а вот такие? Её волосы касаются моей щеки и подбородка, немного щекоча их. Сиюминутное желание приобнять её, ощутить тепло её тела своим в полной мере, откликнулось болью в затёкших кистях. Ну вот какой я ей Ник, после этого? Сейчас проснётся и сама всё почувствует!

Теперь-то ей точно нет смысла держать меня связанным! Значит, всё-таки для этого похитила!

Неужели всё складывается как нельзя лучше? Я самый могущественный из рода, приведу женщину невиданной силы! Никто не посмеет оспорить моё преимущество. Да, вероятно, последний бой с братом мы повторим, а если и нет, то не только бой решает судьбу трона.

Смотрю на свою спящую женщину. Она такая хрупкая и мелкая лежит рядом. Ничего не говорит о её могуществе. Кажется, стоит заключить её в объятия, не рассчитав силы, и она перестанет существовать. Манеру так одеваться я пресеку, а в остальном, вполне сносно, меня практически всё устраивает в этой экзотической внешности. Подкормить бы, а то такое ощущение, что других кормит, а ей не остаётся.

Главное, издавна замечено, что сыновья от смешанных браков отличаются знатным здоровьем! Жаль, что сын может ростом не выйти, — мелкая она слишком. Но не размер главное, а сила!

Близость этого создания явно выбила из меня всё благоразумие. Для находящегося в своём положении, я слишком много мечтаю. У этой женщины всё слишком непредсказуемо. И ведь только сейчас у меня промелькнула мысль про вчерашний вечер. А здесь было над чем подумать: каким-то образом, направленное вовне заклинание, прошлось откатом по мне. Даже в раннем детстве моя магия так себя не вела. Неужели здесь такая хитрая антимагическая защита?

Что за люди здесь обитают? Какие цели они преследуют? Я до сих пор не могу сложить мозаику. Слишком мало информации. Неразумно так рано сбрасывать со счетов вариант побега. Но теперь я и её с собой прихвачу. Лежит так беззаботно на мне связанном, ещё и улыбается во сне. Одно мне относительно ясно – с врагом рядышком спать не ложатся и уж тем более снов счастливых не смотрят.

Хотя… у них тут явно всё кувырком.

Волосы, касаясь, щекотали всё сильнее. Не вытерпев, я решил почесаться об её голову. Только я успел сделать пару спасительных движений, как услышал вопли. Я вопросительно уставился на мощно орущую, но ещё более мелкую и костлявую, чем моя, женщину. Таких мелких я ещё точно не встречал! Может и правда Феи?

Писку-то от неё! Она бросилась в мою сторону, но улыбчивый, который сейчас впервые был неулыбчивым, а его глаза метали в меня молнии, всё же её задержал писклявую и не давал ей вырваться. Тем временем от шума моя мелкая вынужденно проснулась, зевнула и посмотрела на меня невинным взглядом.

Вот надо ж так уметь!

Окончательно просыпаясь, она повозилась, запутавшись в одеяле, и, задела меня за живое. Я еле сдержался, проглотив вырвавшийся звук. Всё же не одни... Она снова подняла голову, чуть морщась от писка той мелочи, но меня этот писк уже не беспокоил, потому что лицо моей женщины оказалось настолько близко, что я чётко видел весь узор её радужки, а её дыхание опаляло моё лицо. Не думал, что такая красота может меня заворожить. Я постарался выровнять дыхание и дружелюбно ей улыбнутся, растерянно, но с интересом рассматривающей меня женщине.

По моим ощущения вышло не очень. Потому что в следующую секунду мой почти счастливый мир был разрушен пронзительной болью в паху.

Что со мной творит эта женщина?!

Прошлым вечеромФея

Мьяна уже проспала ужин, старательно приготовленный мной из полуфабрикатов. Рин, поужинав и убедившись, что я в безопасности, зевая как лев и пошатываясь как пьяный ёжик, поплыл спать.

После моего возвращения Ник какое-то время опасливо на меня поглядывал. Что-то щебетал своим баском, то со злостью и обидой, то умоляюще заглядывая в мои глаза. Казалось, он всё пытается, но не может мне что-то объяснить.

Может, если у него была возможность объясниться жестами, я бы смогла его понять? Жаль… Я уже внутренне порывалась освободить ему руки, но понимала насколько это опасно.

В жизни я ещё ни разу не встречала настолько крупного высокого и мощного мужчину. И этот мужчина сейчас был явно мной недоволен. Но задобренный очень плотным ужином и под влиянием явно мучащей его головной боли, признаки которой проскальзывали всё время "общения", он что-то ещё бормотал, нервно подёргивая пальцами, и, резко уснул.

Надо отдать должное Рину. Он уставший, полусонный, но позаботился и дал Нику лекарства. Остальное отдал мне и сказал подмешивать их в напиток Нику. Предположив, что его не только головная боль мучает, но и тошнота. Стало немного стыдно, ведь я об этом даже не подумала. Как он всё умудряется предусмотреть? Выполнив указания Рина, теперь сижу, смотрю на сонное царство.

Под равномерное сопение начала ронять голову, периодически вздрагивая и возвращая её в исходное положение. Тело, особенно спина и ноги затекли и уже болели. Я встала и начала наворачивать круги по подвалу. Через некоторое время мне это надоело, да и усталость брала своё.

Будить сладкую парочку археологов мне не позволила совесть. Они и так не спали всю предыдущую ночь.

И вдруг мне в голову пришло гениальное решение, способное прийти только мне. Гениальное, с точки зрения: наконец расслабить спину и гудящие ноги. Я аккуратно легла на самом краю кровати. Но так как кровать надувная, я тут же начала скатываться вниз. Пришлось подвинуться чуть ближе к Нику. Он мирно сопел совсем недалеко от моего уха. Под пледом меня холодило и я решила хотя бы пятки подсунуть под одеяло к Нику.

Наконец, пригрелась…

Меня с новой силой начало срубать, но я проявляю не дюжее мужество и не сдаюсь!

Слышу крики, доносящиеся сквозь сознание, больше напоминающие вопли. Нехотя разлепив глаза, вижу рвущуюся в мою сторону Мьяну и удерживающего её Рина. Блин что с ними, я так уютно... Спала!? Тут в моей голове промелькнули воспоминания… и я осознаю, где лежу!

А лежала я совсем не так, как ложилась! Голову закинула Нику на грудь. Верхняя рука лежала, не скажу где, но для полного счастья она умудрилась ещё там запутаться вместе с покрывалом, а верхняя нога обвила ближайшую ко мне, ногу Ника. Моё ухо буквально подпрыгивало от бешеного стука сердца мужчины. Трёхсекундный ступор, прервавшийся воплями Мьяны и лёгким шевелением Ника.

Я осторожно, надеясь не разбудить, приподнимаю голову и встречаюсь с насмешливым взглядом Ника. Точнее, он становится насмешливым после того, как я стараюсь посмотреть невинным взглядом, давая понять, что я просто погреться приходила. Чтобы не выказать крайнюю степень смущения, тыкаю голову в подушку и пытаюсь деликатно выпутаться из-под одеяла. Моё покрывало каким-то образом оказалось под одеялом. Может, всё было бы гораздо проще, но под истошные крики Мьяны, в смысл которых я даже не вслушивалась, я как-то совсем оказалась неспособной мыслить, не понимая, почему моё покрывало не выдёргивается. В попытке освободить ногой покрывало с чужой территории приподнимаюсь на локте, оказавшись так близко к лицу Ника, что чувствую его дыхание. Несколько секунд не мигая растерянно смотрю в его глаза, не прекращая попыток незаметно забрать своё покрывало и вдруг понимаю: "На кой мне сейчас сдалось это покрывало?"

Действительно, зачем я так рьяно пытаюсь его незаметно извлечь? Мужчина меня рассматривает око и дёргаюсь на выход, но вздрагиваю оттого, что взгляд Ника становиться болезненно умоляющим.

Да сколько же это может продолжаться! 

Я, ж озарённая догадкой как покинуть покрывальный плен, его коленкой, с размаху шибанула, да и оттолкнулась потом, явно, не от кровати...

Бедняга, он же даже успокоить боль не может из-за того, что связан... Его руки сжались в кулаки дёрнулись вверх, вены на шее и на лице надулись… однако встретив ограничение, кулаки застыли без движения, а яростный взгляд метнулся ко мне.

– Ой!

Мышцы на его теле так напряглись и заиграли, что их было видно через одежду. Одеяло-то когда я убегала, откинула, и ещё часть своего покрывала за собой на пол зацепив уронила.

Вопреки логике я дёрнулась к нему, решив пожалеть и растереть ушибленное место, но хоть в этот раз вовремя включила мозги.

В следующую минуту я всё же стояла и виновато гладила Ника по щеке, смотря в его наполненные слезами глаза и на сжатые губы.

Обиделся мальчик. И как мне теперь вину загладить? От растерянности я начала мямлить детский заговор:

У кошки заболи,

У собаки заболи,

А у Ника заживи, заживи…

На «Нике» он так дёрнулся, что я взвизгнула и отскочила, завалившись прямо в кресло, стоящее сзади… Так и осталась сидеть виноватым взглядом и мимикой, выпрашивая прощения. Вдруг понимаю, что за всем этим наблюдал Рин. Очень медленно и опасливо поворачиваюсь в его сторону. Они с Мьяной стоят в обнимку переглядываясь о своём и также о своём бесшумно, прямо деликатно, катятся со смеху.

Через пару секунд меня сдуло ветром из этого чёртового подвала и задуло в нашу комнату, под защиту моего родного одеяла.

Стыдно-то как…

Буквально через пару минут после того, как я укрылась от мира, оставив в нём только высунутый из-под одеяла кончик носа, послышался стук в дверь.

Мьяна.

Нет, меня не поддержать пришли.

После вопроса какого я там творила, следовала непереводимая нотация от Мьяны, первый раз в жизни, включившей мамочку. Слова-то переводимые, а вот до смысла ещё додуматься надо. И какой зверь её укусил? Может у неё предсвадебное? Инстинкты материнства взыграли?

Я несколько раз, по кругу, прослушала откуда берутся дети и об опасности их возникновения от неопознанных связанных объектов.

От зацикливания, её речь шла фоном, а я унеслась в свои мысли. Даже анекдот всплыл, над которым девчата в пятницу у аудитории хихикали:

Что такое наивность?

Это когда дочка думает, что мама девственница.

А что такое супернаивность?

Это когда мама думает, что дочка девственница.

Я, конечно, совершенно не та самая дочка, которая вписывается в этот анекдот. У меня ещё не было мужчин, да и с девочками у аудитории не я хихикала, я в стороне стояла. Не вливаюсь в компании, где девушки в подробностях обсуждают своих парней что там у них и чего. Я от одних мыслей со стыда сгораю. Да даже если бы мне было о чём рассказать, не думаю, что я стала бы делиться подобным опытом вот так, в коридоре. Поэтому, в некоторые компании я не влилась... Но особо наивной меня к моим двадцати годам с хвостиком тоже не назовёшь, зря Мьяна мамочку включила. Я уже не раз видела, слышала, читала, изучала и наглядно представляла различного рода пестики и тычинки их назначение и использование, однако никак не ожидала услышать подобные нотации от старшей подруги, которая, сейчас делилась информацией, так сказать, полученной опытным путём.

Мьяна заметила моё безучастие в её монологе и ещё сильнее напряглась…

После чего в комнату зашёл, потерявший терпение Рин, чем спас меня от этой циклической лекции. Мьяна попыталась ему втереть про наивную девственницу, которая влюбилась чуть ли не в пришельца.

Нет! Только не Рину! Только не перед ним!

Мьяна, за что?

Но Рин быстренько её осадил, мол сама такая недавно была, да и сейчас недалеко ушла. Он реально, лучший! В очередной раз Рин покорил меня своим поведением.

Однако было по-прежнему, если даже не более, стыдно. Я спряталась под одеяло страдать и стеснятся дальше, а он тем временем выпроводил Мьяну из комнаты и как ни в чём не бывало сел ко мне на кровать и позвал на завтрак – который, уже обед.

Стыдно... Столько, как за последние два дня, я не краснела за всю предыдущую жизнь.

Не скрою, меня приятно грела его защита, но вместе с тем я не могла отделаться от чувства, будто меня раздели и толкают на всеобщее обозрение. Я ни в какую не хотела расставаться ни со своим одеялом, ни со своей уютной комнатой!

Я упиралась как могла, но этот солнечный ректор, так обходительно меня разворошил и ловко вытолкал из комнаты, что я сама не поняла почему улыбаюсь, спускаясь вниз по лестнице.

Когда я с толкача спустилась до кухни, Рин ловко и на корню пресёк попытки Мьяны вернуться к разговору.

Всё же, не пойму её… Чего так завелась? Сама книгу притащила, меня вовлекла. Даже потащила меня в ванную мыть незнакомца, а теперь из-за малости буйствует. Подумаешь, легла на краешек ноющее тело расправить, а что я уснула, так сами виноваты, нечего хором наверху сопеть, а младшенькую без присмотра оставлять.

Надула губы и смотрю на Мьяну, в то время как недовольно плюхнулась на услужливо отодвинутый Рином стул.

И всё-таки больше всех я злюсь именно на себя. Мьяна всегда отличалась прямолинейностью, но стоило появиться чужаку, её было не узнать. Она мгновенно закрывалась. Рин, как и я уже стал для неё семьёй. Мы ведь были у себя дома и для неё скорее нет границы, между нами, тремя. В её глазах, мы одна дружная семья. Неправильно это… Она и знать не знает, что я мысленно заливаюсь румянцем от каждого доброго слова или улыбки Рина.

Рядом с ним такое чувство, как будто тебя гладит солнышко! Хочется выйти из тени и погреться под его ласковыми лучами. Знаю, не я одна таю под этим солнышком. У нас на курсе регулярно можно услышать, как идёт обсуждение личных качеств Рина, внешности и возможности его заполучить. Например, на той неделе я слышала, как студентка воодушевлено, в кругу сочувствующих подружек, рассуждала после вызова на ковёр как раз на эту тему.

У нас пол-академии ушло в депрессию, когда девушки узнали, что тучка по имени Мьяна им солнышко прикрыла. Вот мне сейчас и паршиво, что перед этим солнышком я в таком свете предстала. Ещё и мою неопытность при нём на обсуждении вынесли. Может мне как-то бочком, бочком и на время в общагу жить напросится? А там и в чувствах разберусь, симпатия — это – или то, чего так боюсь… Потом, может с кем и познакомлюсь. А здесь, за Ником, парочка пусть присмотрит. Всё не думать, куда в присутствии Рина глаза прятать.

– Вот что ребята, – обратилась я к парочке, уплетающей омлет с беконом. – теперь давайте как-то без меня. Не хочу в этом участвовать. Не тянет продолжать. Сами понимаете такими темпами Ник со мной калекой станет. То шокером, то коленкой. И ещё… Пусть я неопытна, немного младше вас, и, как и ты Мьяна, больше общаюсь с книжками, нежели с парнями, но нотации и обсуждение моей личной жизни – перебор. Я тебе не дочь, а подруга. – подруга изменилась в лице, кровно обидевшись, – Мьяна, прошу понять правильно, ели даже захочу сделать самого неподходящего мужчину, пусть даже Ника, своим парнем – спрашивать буду только своё сердце.

От мелькающих в голове недавних воспоминаний у меня задрожали губы, но я договорила.

– Согласен, что перебор. – с металлом в голосе подтвердил Рин, пронзая взглядом Мьяну. Та аж поёжилась! Он и так может? Впервые Рин при мне строго посмотрел на Мьяну, не считая позавчерашнего вечера. Хотя, что я знаю? Я всегда смывалась подальше от них. Рин сейчас мог даже промолчать, его глаза в этот момент говорили больше. Защита Рина, вызвала внутри такую неповторимую нежность, что я с трудом удержалась, чтобы не бросится и обнять его в благодарность. – Фея сама способна разобраться со своей личной жизнью.

Воодушевившись, я продолжила идти в задуманном направлении.

– И я сама не горю желанием видеть Ника. Думаю, у нас с ним это взаимно. – Меня жестом остановил Рин. У него на меня оказались свои планы.

– Сегодня отдохни. Может тебе сходить с одногруппниками погулять и проветриться? – Я пожала плечами. – Сегодня мне нужно создать для Ника более человеческие условия. Всё же не мумия в одном положении лежать.

Завтра нам на работу, а у тебя библиотечный день. Почитаешь и поучишься дома. Все нужные книги я тебе в обед представлю. Даже из читального зала, – предугадал он мой вопрос. – И, возможно, даже попрошу тебя задержаться дома на недельку. C материалами для учёбы проблем у тебя не будет, в помощи с разбором нового материала, тоже.

– Я не хочу! Я обычно эмоционально устойчивый человек, но за последние пару дней, сама себя не узнаю. Мне всё это не нравится! Удивляюсь ещё, как я вчера уснуть смогла!?

– Знаешь, Фея, я обычно тоже эмоционально устойчивый. Но сейчас реально на пределе. Думаешь мне, нравится разгребать ТАКИЕ последствия оккультных действий двух наивных... – Рин запнулся, явно вовремя себя сдержав, и после паузы выдохнул, – созданий! Не скрою, взыграл научный интерес, но я бы с большим удовольствием сейчас продолжал готовиться к свадьбе и уделять больше времени стройке собственного дома. Но мы работаем с тем, что имеем. Всем нелегко. Ты не ребёнок и тоже несёшь ответственность за произошедшее.

Разве что не сказал, что я и стала причиной призыва этого мужика. Ну да, кокнула паучка сбросив в круг и слов лишних добавила. Может, если бы не я, то у Мьяны ничего не получилось. Стало обидно за себя саму. Вот чувствовала, что не нужно во всём подруге потакать.

– Я очень нуждаюсь в твоей помощи. – Продолжил Рин уже более ласково, видимо, эмоции на моём лице были слишком красноречивы. – Ты же понимаешь? – Он вышел из-за стола, подошёл, погладил меня по голове, после чего нагнулся, обхватив моё лицо ладонями. Нагнувшись ко мне, он посмотрел как-то по-отцовски, стирая слёзы большими пальцами и, не давая отвести взгляд, ласково заглянул в мои глаза, расплавив во мне всю оборону. Улыбнулся, будто найдя в моих глазах ответ и отступил, оставляя щёки, где он только что меня касался, пылать огнём. – Вот и умница!

– Тебе невозможно отказать, – рассеянно произнесла я, вызвав своей фразой чертят в его глазах.

Вот, как так, ляпнула-то? Да опыта общения с противоположным полом мне явно не хватает. Сама не знаю куда себя деть, когда такой невероятный мужчина вытворяете такое...

Не выдержав, я резко склонилась к тарелке и без разбора начала всё сметать. Даже, стручковую фасоль, которую не ем. Запить всё это горячем чаем было апогеем! Я умудрилась отхлебнуть крутой кипяток, который Мьяна только что поставила передо мной на стол.

Конечно, меня уже не заботило то, как ровно и куда я поставила чашку. Я вылетела из-за стола, как пробка из шампанского и с такой же скоростью устремилась наверх. Сразу после отмачивания языка ледяной водой, я понеслась собирать вещи, лишь бы побыстрее вылететь из этого дома...

От Ника

Погладив меня по щеке, это недоразумение медленно развернулось в сторону тех двоих. 

Что же... То, что у них тут все кувырком мне и без магии понятно. 

Вот назовите мне хоть одну причину для смеха? Это больно и унизительно. А они стояли смотрели и скалились, как одна зеленоглазая катастрофа меня «жалела». 

Видите ли, ей теперь жаль! Само сочувствие. Это унижает ещё больше. Чего так скакать было?! Руки так и чешутся покарать, да связаны. 

Стрелой вылетев из помещения она оставила этих двоих переглядываться. 

Громкоголосая мелочь подошла и заглянула ко мне под одеяло, даже не реагируя на мой предупреждающий взгляд. Отшатнувшись и покраснев, передала эстафету улыбчивому.

Интересно, она ожидала увидеть там что-то другое? 

Улыбчивый ей что-то недовольно пробурчал и выпроводил со строгими интонациями в голосе, после чего поправив на мне одеяло, похлопал по нему рукой в районе груди, будто поддерживая. 

Через несколько минут улыбчивый вернулся с тазом в руках. Продолжая ворчать себе под нос, он помог, вернее, сделал за меня все утренние процедуры и поспешно вышел. Перед выходом, неожиданно одарив меня улыбкой. По крайней мере у меня на родине жесты которые я читаю с его стороны, является знаками поддержки.

После ухода Улыбчивого я какое-то время был предоставлен только своим мыслям. Странно, но после утреннего балагана во мне поселилась некая уверенность, что всё не так плохо. 

Зашёл улыбчивый. 

Мелькнула мысль попытаться использовать магию, но получив искажённый откат один раз, я решил в этом странном месте без острой необходимости магию не применять. Особенно, со связанными руками.

Улыбчивый принёс еду. С рук мужчины я есть не собирался. Он быстро догадался и ушёл наверх. Вместо моей катастрофы зашла мелкая. С её рук я тоже есть не хотел, но пришлось. Здесь мне особого выбора не предоставили. Не знаю, готов ли я к тому, чтобы меня покормила катастрофа. С ней вообще опасно находиться рядом. Даже мне. Мелкая выглядит совсем безобидно, даже потеет от волнения.

Обычно у окружающих я вызвал благоговение и преклонение перед моей силой, даже страх. Но не такой животный, как у этой мелкой. Пока она меня кормила взгляд её был расширен и буквально прикован ко мне, видимо, ожидая любой моей реакции. Руки, то мелко подрагивали, то в их движении прослеживались более быстрые резкие рывки, выдавая сковывающий страх.

Неужели моё положение вызвано тем, что они все меня просто боятся? 

Нет, не все. В глазах зеленоглазой я видел даже заботу, сочувствие – я хмыкнул, – удивление, интерес. То, что меня боялись, конечно, немного воодушевило и дало намёк на дальнейшие действия, но вопрос: кто они такие, не снимался.

По логике, зеленоглазая, здесь главная, но почему смущается и ждёт одобрения улыбчивого? А он, так больше на приставленную ко мне обслугу похож. Но почему тогда общается с ней на равных, а ещё эти будто снисходительные жесты?

А эта, мелкотрясущаяся визгливая низкорослая... напоминающая мне вполне определённую пискливую, мелкую и так же трясущуюся животину, моей, теперь уже несостоявшейся пары. Кажется, повысишь голос и она дух испустит. Не пойму, она-то тут какую роль играет? Улыбчивый по какой-то причине обращается к ней заботливо, и даже с большим участием, чем к зеленоглазой. Конечно, странное сочетание людей, и выбор улыбчивого, но, по всей видимости, эти двое являются парой. На родственников непохожи, на чужих тоже.

Улыбчивый одет подобающе, хоть и в простые ткани, без отстрочек заколотыми нитями и знаков отличия рода, а вот женщины…

Мало того что мелкая в лёгких облегающих штанах, держащихся на бёдрах, не оставляющих пространства фантазии, так на руки без стыда не глянешь. Женщинам положено руки до середины кисти прикрывать, а служанкам и работницам, позволено оголять их до кисти. У этой же, мелкой, видны все плечи и начало того, налитого, совсем не мелкого, чего посторонним видеть не стоит. Любопытный взгляд, так и тянется рассмотреть, но у меня в отличие от некоторых есть достоинство и лишнего себе не позволяю.

Вот это и не понятно: если улыбчивый с мелкой, то как он позволяет ей в присутствии других людей так одеваться?! Кто они все друг другу? О странностях одежды, конечно, не мне судить, сам предстал перед ними...

Я услышал шум и звуки голосов, которые отвлекли меня от мыслей.

Увидел, что улыбчивый заносит объёмный предмет, а мелкая сзади несёт моток гладкой верёвки.

«Что ещё задумали?» – напрягся я.

Они переставили ко мне поближе невысокую мебель, напоминающую стол, но со сквозными полками под столешницей. И поставили на эту мебель, принесённый плоский предмет на подставке.

Какое-то время улыбчивый крутился вокруг, присоединяя верёвки и протягивая их до противоположной стены, а мелкая крутилась вокруг чего-то лепеча и подавая ему то, что он требовал.

Обладая способностью к языкам, я начал выделять и понимать короткие слова, даже предположительно понял их обращения друг к другу, но проговаривать пока такие тянущие звуки не получалось даже в уме. Слово "На" они говорили, когда протягивали что-то другому. А "Даймне" когда просили.

Улыбчивый подошёл и протянул руку в сторону плоского предмета, он тут же откликнулся голубым свечением, как искры моей магии! Это у них накопитель такой? Огромный!

Так и светится силой!

Впечатляет!

Никогда за мной не водилось, но, видно, меня довели: я вздрогнул от неожиданного резкого звука, довольно громкого и неприятного, к слову. Кстати, мелкая от него же чуть не подпрыгнула и что-то недовольно высказала улыбчивому. Только улыбчивый, по-прежнему довольно улыбаясь, жестом убрав звук и притянув к себе женщину, передал ей в руки чёрную вещицу. Разглядеть я не смог, так как положение моё не самое почётное из возможных.

В момент, когда Мелкая прикоснулась к чёрной вещице, голубой цвет сменился на... Это сложно описать! Портал куда-то? Невероятно! Я видел множество звёзд, и было ощущение, что я приближаюсь к одной из них. Они становились ближе, и вот, уже, можно было рассмотреть некоторые детали! Вокруг этих звёзд вращались другие, не светящиеся. Они то приближались, то удалялись, по очереди, а ещё оттуда доносился голос. Уверенный такой, просвещающий, как у нашего жреца.

А дальше ещё более удивительно: меня будто приблизили к одной из них и начали спускать на поверхность. Это потрясающе! Я так увлёкся, что забыл, где нахожусь и что связан. Причудливые животные, люди с разным цветом кожи, даже увидел диких людей, которые танцевали и пели в повязках, напоминающих мою ритуальную. То, что я увидел потом, было похоже на яркий сон: дома, уходящие под облака, передвигающиеся в магических повозках люди (как по земле, так и по воздуху), ночные ярко освещённые улицы и огромные толпы разношёрстная одетых людей, наподобие одежд тех, кто находился рядом со мной. И да, они так и на улицу одевались.

Наконец, я начал понимать… Они показывают мне свой мир, и он определённо не часть моего. Мы даже не с одной планеты. У нас имеются магические сферы над Хоорном, которые установили маги погоды, чтобы контролировать погоду над дворцом. Сферы передают изображение в магические глаза погодников и те предпринимают необходимые меры. Я тоже видел Хоорн сверху, сквозь магические глаза и могу с уверенностью определить, что это не он. И светило, даже оно у нас не общее…

Эти мысли меня взволновали и вместе с этим я жадно впитывал новую для меня информацию: они показали мне несколько континентов с животными, невиданными растениями и природой, а также живущих там людей с присущим им образом жизни. У нас же был всего один континент и мелкая россыпь островов вокруг, на которых почти никто не жил, только на юге.

Я так увлёкся, что не заметил, как ко мне подкралась Мелкая и осторожно потрогала за руку отвлекая. Я перевёл свой взгляд. Оказалось, мне предлагали попить. Я не стал отказываться, так как от ощущения полёта над неизведанным миром, во рту пересохло.

Выпив всё до дна, я встретился с вопросительным взглядом Улыбчивого, кивнувшего на застывшую картину их планеты. Я отрицательно помотал головой. Он кивнул в ответ. Неужели мы начали понимать друг друга?!

Картинка снова задвигалась, теперь показывая мой меч и одежду. Я оживился, всем видом показывая, что мне они важны, на что Улыбчивый жестом показал, что они передадут их мне. Надеюсь, я правильно понял. Потом пошли какие-то старые потёртые мечи, и я каждый раз давал понять, что они мне незнакомы. От мечей мы перешли к насекомым, многих я видел впервые, другие частично напоминали мне наших.

Я заметил, начиная с мечей, меня всё сильней и сильней клонило в сон. Как будто я два дня не спал... В итоге я прикрыл глаза...

Проснувшись, ещё не открыв глаз, почувствовал, что со мной что-то не то. Действительно, руки хоть и не освободили, но теперь я мог свободно ими двигать, и, даже почесать пятку, а ноги, даже согнуть в коленях. Возможно, они действительно меня боятся, не зная, чего ожидать? Вокруг никого и тихо.

Если мои догадки верны, я ещё долго буду, не зная их языка доказывать, что со мной можно вести диалоги, а не только мечом махать. Сопоставив всю полученную информацию, я решил рискнуть и снова применить магию. Теперь руки были достаточно свободны для создания необходимых связей для заклинания.

Телу сейчас было более комфортно, одно не на шутку беспокоило — жидкости я выпил больше, чем достаточно. Особо не задумываясь, знакомым с раннего детства заклинанием решил вопрос, но, видимо, как-то не так. Вопрос конечно был решённым, но уже впитывающимся в ткань. Я проклял всю магию этого мира. Такой конфуз разве что в три года можно себе позволить. Лишь бы никто не узнал! Вчера я заметил, куда положили сменную одежду, осталось до неё добраться.

Чтобы избежать позора, придётся нарушить всеобщий покой и наконец освободиться от оков. Проснулся сейчас я в чистой и свежей одежде. Надеюсь, сменная ещё осталась? Я на автомате прочитал заклинание, разрушающее магические оковы, но на них оно не подействовало.

Зеленоглазая сильна!

Только бы не зашла! Только не сейчас!

Усилил заклинание, но оковы сжались ещё с большей силой, сдавливая до боли. Без особой надежды, лишь бы хоть немного уменьшить давление на запястья, воспользовался силой мышц.

Спасибо Всевластному за тренировки! Оковы поддались!

Ничего из того, что я ожидал, после уничтожения оков не произошло: никакого магического воздействия, никто не прибежал и тревогу не поднял.

Тем не менее, торопясь, я стянул одежду, а затем воспользовался стоящей здесь ёмкостью с водой и облачился в чистую одежду. Испорченную одежду я засунул в шуршащий мешок из странного материала.

Уже спокойно огляделся. В стороне от кровати, под расположенным ближе к потолку, немаленьким окном, стоят два плетёных кресла. Вот там и подожду...

Прежде чем сесть в кресло, я привстал на него и выглянул в окно. Видно было немного, но я смог разглядеть идеально ровную дорогу, разгуливающих по своим делам людей и природу, в очередной раз убедившись, что это действительно не мой мир.

Постояв так, и, разглядывая всё, что позволял обзор, довольно продолжительное время, я присел, потом встал, прошёлся по помещению. Повертел, потрогал всё что попадало в руку. Поднялся по лестнице, дёрнул железную дверь, она оказалась не заперта. Хмыкнул, а потом вдруг насторожился. Неспроста же она открытой осталась? Проверяют? В любом случае чтобы выказать своё дружелюбие нужно не сбегать, а принять на своей территории, как равных и раз уж эта территория выделена мне, буду ждать здесь.

Немного размял ноющие от долгого бездействия мышцы и сел в кресло дожидаться их прихода, но они почему-то совсем не торопились. Я даже успел перебрать предпочтения и варианты встречи. Лучше бы зашла Зеленоглазая. Отшлёпать её хоть и хотелось, но с этим стоит повременить. Сначала нужно убедить Зеленоглазую в моём расположении, с остальными она уже сама разберётся. Всё-таки главная.

Ноги всё ещё были будто не моими и неприятно ныли. Спасибо и на том, что ходили. Головная боль сегодня уже не беспокоила.

Что же, — нужно решать, как быть дальше, и для этого мне нужны эти люди. В этом незнакомом мире бежать некуда и незачем...

Время шло, а я по-прежнему сидел и ждал.

Надоело… неужели забыли про меня?

Снова встал, походил по комнате, уже более детально изучая вещи:

Помещение ниже уровня почвы, но тем не менее светлое и просторное. Пол, — идеально ровный. Опоры, — наверняка из ценного мощного дерева. Мебель, — плетёные кресла и изящный небольшой стол между ними, а также необычная кровать, которую мне выделили. В таких условиях в моём мире не каждый может позволить себе жить, тем более, содержать кого-то. Даже во дворце, подвал — это подвал.

Единственным недостатком этого места, была излишняя прохлада и бардак за перегородкой в дальнем углу.

Кто же эта зеленоглазая?

Назначение некоторых вещей мне было неизвестно и даже не представлялось возможным угадать. Повертев так в руках какую-то вещь, похожую на толстую короткую палку, я задел за выступ, сместив его и эта штука ослепила меня ярким светом!

Свет не причинил мне вреда, но вещь на инстинктах была отброшена и разбита о противоположную стену, к тому же наделав немало шума.

Понимая, что нужно бы положить её на место, подошёл, пнул ногой самую крупную часть, что осталась. Признаков «жизни» она не подавала. Наклонился, взял в руки, и заметив, что и эта часть с огромной трещиной, поморщился. Все же поломал чужую вещь, надеюсь, не особо ценную. Собрал всё, отнёс на место. Удивительно, но на шум, тоже никто не явился. У них что здесь, полог тишины? Так я и магии здесь не чувствую…

Чтобы ещё чего не поломать в относительно гостеприимном месте, решил поваляться на кровати. Светило уже пошло на закат и озарило мою обитель ярким, красноватым цветом, заставив сощуриться и уйти с кровати. Зря я сдвинул шторы, когда смотрел в окно. Шторы, кстати, здесь тоже странные: напоминают бинты для перевязки, – такие же полоски толстой ткани, соединённые, как ни странно, мелкими бусами.

Я уселся в кресло под окном. Немного посидев и поблуждав взглядом по помещению, приметил графин с водой. Есть и пить хотелось уже зверски. Наличие воды уже хорошо.

Раньше, я бы никогда не стал вставать для того, чтобы попить, для меня это элементарно. Но здесь я поостерёгся.

Моя магия творила здесь необъяснимые вещи, будто работала только наполовину.

После оков и… казуса, я опасался как-то ещё применять свою магию. Произошедшее наталкивало на мысль: или это свойства помещения, в которое меня поместили, или этот, другой, мир иначе устроен.

Посмотрев на воду, решил, что всё-таки стоит попытаться, как раз, вот на таком безобидном действии. Не думаю, что возникнут проблемы, тем более мне нужно свыкаться с реалиями. Не исключена возможность, что мне придётся обороняться, пусть это и наименее желательный вариант. Без этих людей мне будет сложнее адаптироваться в этом мире и найти способ вернуться домой. Раз я оказался у них, значит, и секретом перемещения они владеют. Главное, предложить им равнозначный обмен. Да и Зеленоглазая, несмотря на свои выходки, приглянулась… Интересно, у них традиции такие же, как у нас?

Так, отбросить посторонние мысли! Нужно сосредоточиться на графине с водой. Действие пустяковое, но не здесь. Для начала попробую перенести графин с водой к себе в руки, а чтобы не случилось неожиданности со звоном стекла, подошёл к нему и приготовил руки, расположив их над той же поверхностью, на которой стоит графин. Если и упадёт, то не разобьётся и пролиться не успеет, подхвачу.

Нет, быть такого не может, что упадёт. Делаю привычный пас руками, для действия мне хватило и доли секунды…

И!

– Нет! Этот мир явно намекает на то, что я в нём лишний!

Я, конечно, поймал графин, прямо напротив лица, но он оказался целиком из воды, и она продолжила своё движение по инерции, обтекая мои руки, угодив прямиком в лицо, а пустой графин, но уже без воды, так и остался стоять на месте.

Стёр стекающую с лица воду...

Остаётся порадоваться, что я не с кипятком и не с ведром красителя это провернул.

Конечно, были у меня в жизни трудности: тяжёлые травмы, сложные испытания, опасность для жизни, да и вообще, лёгкой мою жизнь не назовёшь. На этапе взросления я не один раз был на грани жизни и смерти. Но вот что происходит сейчас!

Чувство, что над тобой кто-то жестоко посмеялся и проклял шутя. Чтобы этому кому-то, за счёт меня, пожизненно весело стало.

Я полон сил и энергии, можно сказать, отдыхаю как никогда в жизни мне не было позволено. Тем не менее я ещё никогда не чувствовал себя настолько несвободным, и дело вовсе не в этом помещении. С большим энтузиазмом я бы предпочёл оказаться сейчас напротив реального противника. Выбраться из плена и пролить кровь, но лишь бы в своём мире. Там, я чувствую своё могущество. Здесь же, я чувствую, как оно тает с каждым действием. Я не уверен, даже уже боюсь предположить последствия применения своей магии в более серьёзных ситуациях, чем мои жалкие попытки её использовать.

Только я не я, если не попытаюсь ещё!

Пока всё было не утешительно. Я только что одел единственную сухую одежду и в результате с неё стекает вода. Что же, попытаюсь хотя бы самостоятельно её высушить.

Предусмотрительно снял одежду и положил её на кресло. Как я правильно поступил! Вода не стала исчезать в никуда, она закипела и испарилась мощным потоком пара за несколько ударов сердца. Зато теперь она выглядела свежей и даже проглаженной.

По-быстрому намочил одежду из пакета и провернул те же действия. Зря. Одежда, на мою радость, осталась чистой, а вот запах испарений, поднявшихся к потолку, меня совсем не порадовал.

Оделся и сел снова всё обдумать. Речи про использование магии в других целях, да ещё подкреплённой заклинанием, не было. Нужно найти способ стабилизировать её. Хотя я даже начал сомневаться, что это вообще возможно. А сомнения — главный враг победителя. Поэтому я не должен допускать подобных мыслей.

Какая магия самая безобидная, не связанная с материальным миром? – Магия Иллюзий? Да! Здесь нет вероятности получить откат и она не соприкасается с материальным миром, значит, и не может на него воздействовать.

И я осторожно попробовал…

То, что я знал детально, мне всегда было легче воспроизвести. Впрочем, как и всем остальным. Для начала попробовал воссоздать образ Всевластного на троне, черты которого пропечатались в моём сознании с раннего детства. Изначально получившиеся очертания поплыли и не удержавшись зарябили как водная гладь на ветру. Хорошо уже, что ничего плохого не произошло. Есть шанс, что получится удержать изображение на чём-то более мелком. Протянул руку ладонью вверх и воссоздал, свой маленький мячик из детства. Он оказался довольно проработанным, но долго его удержать, приподнимая над ладонью, не удалось. Я ещё несколько раз потренировался на мелких и простых предметах. Получались лишь статичные изображения, любая динамика смазывала все очертания. Ещё есть над чем работать.

Мои попытки измучили меня сильнее любой физической тренировки. За окном уже стемнело, голод, вновь начавший напоминать о себе, уже брал верх над мыслями. Я прервал тренировки и начал открывать все дверцы, в дальней части помещения, которые изначально меня не привлекли, чтобы найти хоть что-то съедобное. На удивление я нашёл целый шкаф с прозрачными банками. Чего в них только не было. Мой аппетит усиливался в разы только от взгляда на всё это разнообразие. Только открыть их руками не получилось. Пытаясь открыть одну из них, я просто раздавил, немного порезавшись. Нужно подцепить чем-то железным. Я снова полез по шкафам. В одном из них было много мелочей, а внизу лежала стопка книг.

Меня привела в ступор верхняя обложка. Девушка в чёрном головном уборе с козырьком, и, видимо, кожаной облегающей будто вторая кожа чёрной одежде, приложившая палец к широким ярко-красным губам! Сглотнул, но не от голода. Проще перечислить, что эти клочки ткани прикрывали, чем то, что было открыто! Меня пробило потом. Я инстинктивно откинул мягкую книжку.

Какой позор!

Однако глаза, а потом уже и руки потянулись обратно. Мысль что меня сейчас никто не видит, ещё больше подзадорила любопытство.

Что же там в книге?

Всё-таки позволил себе открыть первую страницу и начал листать.

Текст я не понимал, но вот картинки… Такие реальные и качественные портреты, вызывали у меня неоднозначные чувства. Я не мог оторваться, с жадностью разглядывая все подробности. Такое в нашей стране можно разглядывать только у своей пары, да и то, думаю, ненавязчиво. Какие они все идеальные и при этом разные. Я даже сам не понял, как создал направленный сгусток света, рассеивая столь скудное освещение, не позволяющее мне всё рассмотреть. Меня прервал звук шагов на лестнице. Я, как нашкодивший ребёнок швырнул книгу на место, захлопнув дверцу и ломанулся на кровать, но по пути затормозил, вспомнив, в какой позе и где я решил их дождаться.

Пару раз запнувшись, но удержав равновесие, я долетел до кресла, на ходу меняя свой растерянный вид на царственный и невозмутимый!

Мне еле хватает времени провести руками по лицу сверху вниз. Я всегда так делаю, когда хочу прийти в норму. ещё пара секунд звук проворачивающего ключа и дверь открылась.

Как ни странно, меня никто не трогал. Видно, Рин попридержал Мьяну с её заботой и сам придержался, чему я была рада ещё больше. Да, должна признать, может с их стороны всё не кажется столь трагичным, но я сгораю от стыда.

Если к выходу из дома я прокралась с максимально возможной, но леди скоростью движения, то стоило двери за мной захлопнуться припустила, вкладывая все силы и эмоции в скорость.

Хотелось как можно быстрее оказаться подальше от дома. От собственного дома. От одних воспоминаний о произошедшем горят уши и щёки.

Несусь, огибая все препятствия и недоумённо смотрящих на меня людей. Во мне скопилось столько всего, что этот сгусток энергии просто нёс меня вперёд. Через два квартала от дома я сообразила, что не взяла телефон.

Затормозила. Проверила. Убедилась.

– Не взяла…

Судорожно проверяю кошелёк. На месте. Судорожно перевожу дыхание.  Возвращаться домой за деньгами для меня сейчас было бы слишком.

И чем думала, когда собиралась? Ведь даже ветровку на вечер в сумку сунула и бутыль с водой, а телефон? Как могла забыть?

– Ну и ладно! – выдыхаю, подбадривая себя.

Правда о встрече с ребятами придётся забыть, но я давно хотела посетить недавно открывшееся, но уже ставшее невероятно популярным «Молодёжное кафе». Вот туда и пойду! Ценник, там гораздо выше среднего, зато как рассказывали  мне девочки, попойки массовые там не прижились. Кафе действительно молодёжное, но формат кафе предполагает отдохнуть, почитать, устроить романтическое свидание. Вот первым, я там и решила заняться.

Отдохнуть и расслабиться мне сейчас не помешает.

На входе меня приветливо встретил официант. Кафе было оформлено в стиле Онто-арт. Это позволило создать свежий, одухотворённый интерьер, при этом не лишённый удобства и особенного уюта, как раз и привлекающего романтичные парочки. Практичная и комфортная обстановка, естественная цветовая палитра, в которой за основу был взят белый цвет, буквально наполнял помещение воздухом! Качественные, экологичные отделочные материалы, хорошее освещение и, конечно же, повсеместное присутствие онто-арт изображений сделали своё дело. Здесь было очень многолюдно, но при этом создавалось ощущение простора.

Почти от входа, длинною во всю внутреннюю стену кафе, стоит стеллаж с разными книгами, которые можно было брать с собой, заменив на любую свою книгу , но обязательно интересную.

Мне повезло, и я заняла единственный, только что освободившийся столик на четверых, в мягкой зоне у окна. Тут было так уютно, что хотелось откинуться на эти стильно подобранные к интерьеру подушечки, и забраться на диванчик с ногами и уткнуться в книжку. Некоторые, впрочем, так и делали. Вот сделаю заказ и последую их примеру.

Мой обожжённый язык давал о себе знать. Я заказала коктейль со льдом, который назывался довольно просто: "Травка". Меня заинтересовал состав. В него входили: сок Алоэ-Вера, натуральный лимонад на Мяте и Эстрагон. Пока ждала заказ, уже успела сходить в дамскую комнату, чтобы освежиться и привести себя в менее растрёпанный после пробежки вид. Умывая лицо холодной водой, подметила, что появившийся румянец мне даже шёл, делая лицо ещё нежнее. Успела вернуться к столику как раз в тот момент, когда мне принесли коктейль в высоком и довольно забавном пластиковом стаканчике с фирменным логотипом и принтом, повторяющим картину у противоположной стены. Коктейль украшали взбитые сливки и аккуратная веточка мяты. 
Забавная цветная витиеватая трубочка, дополняла картину. 
Настроение от таких, с виду незначительных мелочей сразу же поползло вверх.

Я метнулась до стеллажа, в считаные минуты нашла книгу по настроению: точнее, по настроению была обложка: на ней красовалась счастливая пара из какого-то фантазийного романа, а вот каково содержание, я как раз собиралась попробовать на вкус, удобно умостившись на диван, пристроив коктейль поближе к себе и с предвкушением открыв книгу, но не успела прочитать и абзаца, как ко мне подошёл другой официант и с виноватым видом начал рассказывать, что произошла накладка и мой столик забронировали как раз в тот момент, когда я вошла в зал, более того, посетитель уже здесь.

И что за день такой? А вот не уйду! Здесь мне нравится! И почему именно я должна уходить?

– Этот посетитель один?

– Да. Извините ещё раз. Коктейль за наш счёт.

– Я не против, если он займёт противоположный диван. Я одна, никого не жду.

– Понимаете, – замялся официант, – это...

– Добрый день, – прозвучал у меня за спиной невероятно приятный мужской голос, настолько, что я поторопилась обернуться и увидеть его обладателя. О да! Внешность под стать! – я услышал вы не против, если я присоединюсь, – Парень улыбался до того момента, как я повернулась, но столкнувшись со мной взглядом, почему-то вошёл в ступор и эмоции так и застыли на его лице.

– Что-нибудь не так? Да, я действительно никого не жду и место напротив свободно. – выдавила из себя слова, но они прозвучали легко и непринуждённо. Откровенно говоря, я и сама готова была впасть в ступор! Это совершенство возжелало сидеть рядом со мной!

Ещё более удивительно, что его глаза, были копией глаз Рина. Даже ресницы такого же оттенка! Бывает же такое! Такие же светлые, с лёгким пеплом волосы. Правда, остальные черты лица другие, но тоже правильные, — можно смело заявить, что совершенные. Я думала таких няшек, только в анимешках рисуют!

Парень скорее мой одногодка или около того. продолжает на меня смотреть. Как-то не так.

Я немного занервничала.

Вроде умылась, в зеркало посмотрелась. На лице ничего не должно быть. Хотя лучше бы было — хоть немного косметики. Может, я волосы слишком намочила, когда умывалась? Косметикой я сегодня пользовалась только уходовой и точно ничего не потекло. Нет! У меня просто нет вариантов!

Возможно, какие-то мои нервные жесты по устранению невидимых недостатков внешности, вернули парня в реальность.

– Извините, – парень почему-то смутился, – не ожидал, что окажусь в компании столь красивой девушки. Вы без сопровождения?

– Я тоже не ожидала... – такой Няшка-стесняшка! А какая улыбка! Даже придраться не к чему. – я одна. Вы составите мне компанию? – и так ми-и-и-ло улыбаюсь! Серьёзно? Я его клею? Парня? Сама?!

Дааа... Может быть весь этот стресс на меня так влияет? Остановите меня кто-нибудь – пока непоздно! Почему я волнуюсь из-за того, что он передумает и уйдёт?

– С удовольствием. – парень, с завидной скоростью, но с чувством собственного достоинства приземлился на стул, жестом подозвал официанта и попросил меню.

Я как-то нездорово обрадовалась. С чего бы?! Всего-то незнакомец. Фея, но какой!

Изнутри меня загрыз червяк: разве такой красавчик может прийти в кафе для свиданий один? А комплимент он мне мог и дежурный отвесить, а я уже лужицей у его ног готова растечься. Ладно просто красивый, но этот ещё невероятно ухоженный и стильный, один элитный парфюм, что окутал меня с его появлением, чего стоит. И я решила уточнить, чтобы вдруг не оказаться третьей лишней.

– Не поймите неправильно, но вы, случайно, свою девушку не ждёте? – поймала его удивлённый взгляд и решила уточнить – Мне не хотелось бы мешать свиданию. Если нужно, я освобожу вам стоик.

– А похоже, что я кого-то жду? – отстранённо ответил он, не глядя на меня, перелистывая очередную страницу меню. Ах так! А мы не такие уж и пушистые?!

– Вам лучше знать. Я гадать не собираюсь, а спросила потому, что намеревалась тут посидеть подольше, почитать. – Он оторвал взгляд от меню и захлопнув его пристально посмотрел на меня.

– Не беспокойтесь. У меня нет девушки. Никто не придёт.

– С чего мне бес… Как нет?! У таких парней всегда есть. Не удивлюсь, если не одна. – и кто меня за язык тянул? Но нечего мне по ушам ездить. Чтобы у такого, как он, и девушки не было?!

– Вы всегда такая прямая?

– Статистику не веду, но в большинстве случаев, да. – признаюсь.

– И чем же я заслужил выражение: «У таких парней»? – Вкрадчиво спросил он.

– Неужели для Вас это секрет? Внешностью, конечно! Уверена, толпы поклонниц обеспечивают вам богатый выбор хоть на день, хоть не постоянку.

До сих пор все красивые и стильные парни, избалованные женским вниманием, интересовались мной лишь в ознакомительных целях, ровно в таких же целях интересуясь ещё кем-то. Исключением из всех знакомых мужчин с красивой внешностью является Рин, безоговорочно влюблённый в свою работу и мою Мьяну. Возможно, именно эта его черта взрастила во мне уважение и особое отношение к нему.

– В таком случае, я тоже могу сказать многое по вашей внешности. – он просканировал меня взглядом от макушки до пяток, выводя из равновесия.

Я смутилась под таки довольно дерзким и одновременно притягательным взглядом, но нашла в себе силы и продолжала смотреть в его глаза.

– В таком случае вперёд, мне и самой интересно! – пожимаю плечами, но как не хочется услышать какую-нибудь гадость именно от него.

– Вы одна из самых красивых девушек, что я встречал... но если исходить из ваших слов, основанных лишь на характеристике внешности, как вы думаете, какие выводы про использование толпы ваших поклонников должен сделать я?

– Ты! – я слишком повысила голос, тут же понимая, что всё моё поведение, это защитная реакция на красавчика, который побил меня моим же оружием.

– Стоп. Не находите, что мы недостаточно близки, чтобы вот так устраивать сцены? Не знаю с какой стати ваши слова меня задели. Видимо, я недалёко от вас ушёл, раз позволил втянуть себя в подобный диалог. – не дал мне договорить, парень. Похоже, он гораздо разумнее, чем я…

– Извините. В моей жизни столько всего произошло за последние два дня… Я действительно неуместно высказала свои выводы о людях, вам даже незнакомых. Я лучше просто молча посижу, хорошо? – Ну вот я сама себе настроение испортила…

От обиды на себя саму, я до боли прикусила нижнюю губу и тут же поймав на себе взгляд парня, вцепилась двумя руками в коктейль, словно в спасительную соломинку.

Как теперь с ним за одним столом сидеть?! Особого опыта общения с парнями у меня нет, разве что с одногруппниками между парами на уровне шуток. Правильно девчонки говорят, что я слишком домашняя. Даже с этим красавчиком вместо того, чтобы завести милую беседу, вопреки своему же желанию умудрилась поспорить. Любая бы на моём месте не растерялась и нашла общий язык с объектом симпатии, а я же успела отличиться, а всё из-за того, что меня жутко интересовало, есть ли у него девушка, но при этом очень хотелось скрыть этот интерес.

Ладно, нужно успокоиться… Это всего лишь обычный, незнакомый парень с которым я только что упустила все шансы.

Сижу, тяну жидкость через трубочку и мне совершенно не до наслаждения вкусом. Мне впервые так понравился парень, настолько, что растерявшись я всё испортила.

Может быть предпринять, пусть и неловкую, но попытку реабилитироваться? В любом случае иначе, мне лучше сейчас встать и уйти, чтобы и дальше не выглядеть идиоткой, вцепившейся в спасительную соломинку из коктейля.

– Вы можете мне не поверить, но такое поведение мне не свойственно. – Что блин опять несу? Выглядит как самоуничижение. – У меня кое-что произошло, и я просто еще не пришла в себя. – А это выглядит как никому не интересное оправдание.

– Если для вас это важно, я попытаюсь. – я вспыхнула от такого ответа, но промолчала, вовремя взяв эмоции под контроль. – Я могу задать вопрос? – Его голос прозвучал довольно доброжелательно без всякой надменности или издёвки, присущей таким ярким красавчикам. Хотя, если говорить откровенно таких красавчиков я видела только по телевизору и роли у них были соответствующие.

– Да, конечно… – Я не слишком слежу за современной музыкой и исполнителями, но у меня закралось предчувствие, что этот парень точно какая-то звезда. В нём всё идеально от внешности данной природой, до одежды. И держится, в отличие от меня сдержано, и, в то же время, по посадке видно, что чувствует он себя в моей компании свободно.

– Только снова не обижайтесь и поймите правильно. – вообще дико, когда к тебе обращается сверстник на «Вы». – У Вас довольно подавленный вид, а ваши выводы довольно красноречиво говорят о некоторых ваших проблемах. Боюсь предположить, но, неужели вас предал парень? Вы упомянули, что ещё не пришли в себя.

– Наверное… это так выглядит, но ваши предположения ошибочны. Кое-что дома случилось.

– Надеюсь, вы не обижаетесь на моё смелое предположение? В качестве примирения, можете задать любой вопрос мне.

– Мне не на что обижаться и парня у меня нет. – я чувствовала внутреннюю потребность выдать эту информацию, но выдав, ощутила стыд, ведь меня никто и не спрашивал. – Парень удивлённо на меня посмотрел и было непонятно: это связанно с тем, что я болтаю о том, о чём не спрашивают, или же, отсутствием у меня парня?!

– Я удивлён. – прокомментировал он свои эмоции, не стесняясь внимательно меня рассматривая. – Уверен, вокруг Вас немало достойных молодых людей.

– У меня на это нет времени! – выпаливаю и осекаюсь, глядя на его приподнятую бровь. – Хорошо, дело не только во времени, просто никто не нравился. – Улыбнулась, стараясь скопировать располагающую к себе улыбку Рина и принять независимый вид. – А в качестве вопроса от меня – вашего имени будет достаточно и ещё...

Я задумалась уместно ли самой говорить такое парню, который тебе симпатичен.

– Что ещё? – внимательно ждёт ответа.

– Ничего личного, просто не привыкла выкать сверстникам. Можно на ты?

Не знаю, что на парня подействовало слова или улыбка, но он протянул руку и представился –Действительно, уже личную жизнь обсудили, а имён друг друга не знаем и по-прежнему на «Вы». – В ответ он улыбнулся, обнажая идеально ровный ряд жемчужных зубов. Меня ни разу не волновала улыбка парня, но от этой захотелось схватиться за грудь, но я сдержалась, чтобы вновь не показать себя с глупой стороны. –Эдик.  – наконец произнёс он, идеально подходящее ему имя.

– Фея. – протягиваю руку в ответ, и чуть вздрагиваю, когда моя рука утопает в его тёплой ладони. Хорошо, что Эдик этого не замечает. Никогда бы не подумала, что простой жест может быть столько волнительным.

– Сейчас я охотно поверю даже в это. – улыбнулся парень.

– Нет, Эдик, я серьёзно. – поторопилась я объясниться, пока он не уверился в том, что я не желаю по-настоящему с ним знакомиться. – Это моё настоящее, просто сокращённое имя. Полное, пожалуйста не спрашивай, я его терпеть не могу. – в подтверждении слов я непроизвольно передёрнулась.

– Верю, не волнуйся так, – продолжает улыбаться он, смотря на меня с прищуром, – с моим именем, аналогичная ситуация.

Официант, находившийся на приличном расстоянии от нашего столика, терпеливо поглядывал в нашу сторону, видимо, ожидая когда мы закончим «совещание» и Эдик обратит внимание на лежащее перед ним меню.

Заметив это, Эдик открыл меню, порекомендовав и мне заказать тортик, "Красный бархат", с заварным белковым кремом, украшенный небольшими пироженками «macarons». Я последовала совету, хотя уже ела нечто подобное с этим названием и в особом восторге не осталась, но проигнорировать рекомендацию Эдика просто не смогла.

Заказ принесли молниеносно. Видимо, из-за накладки к нам было особое отношение, а может, персонал здесь настолько вышколенный. К тортику я повторила понравившийся мне коктейль.

Моё восхищение только от вида принесённого десерта зашкалило. Как ни жалко было портить такую красоту, я отправила первую порцию в рот.

– Божественно! – не удержалась я! Всё! Я отрекаюсь от действительности!

Эдик, глядя на меня, похоже, тоже решил отрешиться от всего земного и просто наслаждаться вкусом и моей компанией. Он оказался, весёлым простым и компанейским, и теперь я не чувствовала с ним той изначальной неловкости из-за неправильно начатого знакомства.

Мы как два ребёнка счастливо уплетали десерт, активно обсуждая вкусняшки! Слышал бы повар эти дифирамбы, точно принёс бы добавки за счёт заведения!

В один момент заметила, как Эдик косится на мой коктейль.

– Правда, вкусно?

– Попробуй, если хочешь. Ты так настороженно на него смотришь, будто там сок из шпината с кинзой!

– Вот эти две травы я точно не переношу. – сморщил он свой идеальный нос. Даже это у него получается невероятно мило.

Тем не менее он взял мой стакан и осторожно потянул жидкость через трубочку.

– Действительно, неплохо! – Эдик протянул стакан обратно мне. – Меня бабушка всё детство Алоэ лечила. Я и не представлял, как можно эту горечь добровольно заказывать, тем более второй стакан подряд!

– Я сама случайно попробовала, у подруги. Оказалось, даже вполне! Я заметила ты здесь частый гость. С меню неплохо знаком. Может, ещё что-нибудь посоветуешь? Кажется, место ещё осталось. – невинно улыбаюсь я. – Мне после сладкого вечно чего-то посущественнее хочется.

– Нечасто от девушки такое услышишь! Не смущайся, это, наоборот, хорошо. На самом деле мне не так часто удаётся сюда выбраться. Был всего пару-тройку раз, но кое-что уже успел пробовать. Сейчас скажу что!

– Давай! Неужели ты так занят, что не успеваешь сходить в кафе? – Мы нависли над меню, и я растворялась в запахе его парфюма. Издалека доносились немного иные, чуть заметные нотки. А сейчас меня будто обволокло уютным, дающим ощущение защищённости тёплым древесным запахом.

– Ты себе не представляешь насколько… Смотри, вот это определённо стоит попробовать. – сказав это, Эдик столкнулся со мной взглядом чуть заметно сглотнул, и, поспешно отстранившись, тут же перевёл разговор в другое русло.

С Эдиком мне оказалось невероятно комфортно. Насколько комфортно может быть со старым другом детства или человеком, с которым ты общаешься не один год. Поэтому когда Эдик предложил, моему до отвала наевшемуся тельцу догулять до расположенного в двух остановках центрального парка, я не раздумывая согласилась!

Ещё бы! Ведь никто не мешает мне представить, что у меня настоящее свидание! Интересно, а как это? Сходить на свидание с таким классным парнем?

Стоило дойти до парка, как наши души понеслись в рай! Судя по всему, нам с Эдиком не хватало одного и того же: развлечений! А ещё, вероятно: динамики, некоторой безрассудности и, наверное, человека, с которым можно оставить голову полежать в где-нибудь в стороночке, чтобы не мешала наслаждаться безумием и покупать билеты даже на самые страшные аттракционы!

Мы опробовали почти всё, начиная с детской карусели, заканчивая американскими горками и свободным падением.

Хорошо, что хоть прогулялись перед этим делом, иначе бы точно пришлось попрощаться со съеденным обедом.

Где-то в середине всего этого месилова-крутилова-вертелова, Эдик несмело взял меня за руку и повёл по направлению к следующему аттракциону. А я поймала себя на том, что радуюсь его решительности.

Пока мы шли, Эдик периодически чуть заметно сжимал мою ладонь вызывая в груди ответные волны тепла и восторженные мысли о том какой же он всё-таки классный. Мы остановились перед знаменитым в нашем городе чёртовым колесом. Считается, что прокатиться на нём к семейному счастью, но для этого нужно обязательно поцеловаться в момент нахождения в наивысшей точке. Не знаю, знал ли об этом Эдик, но сейчас уже уверенно вёл меня в застеклённую кабинку в форме кареты.

Почему-то не на шутку разволновалась, задаваясь вопросом, а готова ли я, так сразу, к отношениям? А вдруг Эдик знает легенду и это случиться?!

Я отставила внутреннюю панику и посмотрела на Эдика и решив, что, если даже и так, такого шикарного парня я навряд ли когда-либо ещё встречу. Целоваться я ещё, конечно, не готова, и вообще, жизнь учит меня думать по ситуации, а ситуация такова, что мы сели на очередной аттракцион. Мы в любом случае шли по аллеям с аттракционами ничего не пропуская, а колесо обозрения, элементарно было на очереди.

Эдик зашёл в кабинку в форме волшебной золотой кареты первым, обернулся и протянул мне руку.

– Как принц из сказки! – ой, это я вслух выдохнула?!

В своих белых брюках и воздушной тонкой, но при этом непрозрачной белоснежной рубашке, Эдик и вправду напоминал принца.

Я сделала шаг к нему, и он притянул меня к себе, полагаю для того, чтобы я не витала в своих мыслях, а успела зайти, но получилось , что Эдик слишком опасался меня уронитьт и чтобы не дать мне возможности упасть, крепко прижал меня к себе. Эдик не торопился отстраняться, разглядывая вблизи мои глаза.

– Добро пожаловать, принцесса! – было мне ответом.

Впервые в жизни пожалела, что я не в платье с корсетом и не в туфлях на шпильках! Для него бы надела!

Вместо платья на мне были лохмотья золушки: рваные белые джинсы и топ на резинке с голубым рисунком под народные мотивы, оголяющий плечи. Картину довершали удобные джинсовые босоножки на небольшой горке.

Эдик достал телефон.

– Можно я сфотографирую тебя на фоне города? Думаю, будет красиво. Хочешь, можно вместе попробовать уместиться в кадр. Я к тебе подсяду? – Спрашивает меня, неуспевающую следить за развитием событий.

У меня будет его фотка! – звенела единственная мысль в голове, принося головокружительный восторг. Я будто и правда последние мозги растеряла.

Мы поднимались всё выше, показались макушки ближайших деревьев, а внутри меня понемного стало леденеть.

– Ты чего так сжалась? Высоты боишься?

Не зная, как стоит ответить, киваю.

– Ты же на американских горках на ура каталась!

– Извини. Не хотела нам такой классный день капризами портить. Правда, боюсь. На американских горках побоятся-то некогда и ты за руку держал. – Эдик пересел на мою сторону и обнял меня за плечи. Сразу стало немного спокойнее. И почему, когда я сюда лезла, я думала о возможном поцелуе, а не о том, на какой высоте он предвидится. – Ты такой проницательный.

– Я не проницательный. Просто ты притихла, и даже видом не любуешься. Так лучше? – спрашивает он, обняв меня чуть крепче. – Я рядом. Можешь ничего не бояться. Смотри, как красиво солнце в реке отражается. На закат скоро пойдёт. А вон в той стороне мой дом. А где ты живёшь?

Я оживилась. Может быть привыкла к высоте, а может, мысли о близости Эдика вытеснили детский страх. Я посмотрела на реку, которую стало отлично видно.

– Правда красиво. И город посмотри, красивый какой! Давай здесь тоже сфотографируемся. – Мы сделали несколько селфи с забавными рожицами и без них и оставшись довольными результатом, продолжили обсуждать открывшийся вид.  

– Где ты, говоришь, живёшь?

Эдик ещё раз показал направление.

Оказалось, жили мы в одном районе, только на расстоянии около двух километров друг от друга. Эдик жил в квартире в одном из самых элитных домов города. Ну кто бы сомневался. Внутреннему голосу бы уже пора вопить, что меня водят за нос, но нет, не может человек с таким взглядом быть плохим!

– Смотри, а здесь, совсем рядом, я учусь! – Я резко развернулась, не подумав, что Эдик меня сейчас обнимают за плечи, поэтому резко оказалась всего нескольких миллиметрах от его губ. Эдик замер, его рука на моём плече вздрогнула и немного сжалась. Он прерывисто выдохнул, не отрывая глаз от моих. Наверно стоило сейчас отвернуться, но я не хотела от него отворачивается. Так близко он был ещё привлекательнее.

Я ловила его дыхание в то время как он ловил моё и с каждым вдохом, это дыхание становилось всё тяжелее. Это пьянило.

Голова кружилась, совсем уже не от высоты. Эдик первый не выдержав притяжения, подался вперёд, уничтожая последние миллиметры до моих губ.

Он не был деликатен. Ему, как и мне, хотелось выплеснуть скопившиеся внутри сжигающие эмоции. Я запустила руки в его волосы, а потом обняла одной рукой за плечо, с удовольствием ощутив его тёплую кожу сквозь рубашку, но этого было мало, я хотела большего, и, наверное, с Эдиком я была готова к большему. Мысль о легенде немного отрезвила, вынырнув в реальный мир, я осознала, что именно сейчас мы находимся на самой высокой точке, однако даже эти мысли не помешали мне продолжать наслаждаться самым сладким мгновением в моей жизни!

– Ты будешь моей девушкой, – на секунду разорвав поцелуй, спросил Эдик.

– Да! – Во время выдоха успела сказать я!

Некоторое время спустя, Эдик всё-таки оторвался от меня, взял моё лицо в руки, и водя большими пальцами по щекам, тяжело дыша, любовался.

– Ты невероятная!

– Это безумство... Мы же только познакомились.

Больше я ничего не успела сказать, так как поцелуй смел все мои сомнения.

Мы оторвались друг от друга только под пронзительный кашель билетёрши, намекающей, что за второй круг не заплачено.

– Хорошо побоялась! – выронила я, выпадая из кабинки прямо в объятия Эдика!

Эдик, нетвёрдой походкой и я на ватных ногах отошли немного в сторону, под деревья. Мы понимали, что нужно прийти в себя и в то же время оба этого не хотели. Каждой клеточкой хотелось продолжение этого безумства. Эдик обнял и прижал меня к себе. Это такое блаженство!

– Фея, как ты думаешь, у нас всё получится? – вдруг задал он мне странный вопрос. Хотя не такой уж и странный, я тоже сейчас как могла, отгоняла подобные мысли.

– Просто обязано. Ты украл мой первый поцелуй.

– Ты мой тоже. – Сказал хриплым голосом Эдик и чуть заметно облизнул губы.

– Да ладно?! – Ну и зачем он спрашивается это сделал? Не сомневаясь в своём порыве, я приподнялась на цыпочки и была перехвачена встречным движением.

Нас отрезвила пронзительновизгливая тётка с устойчивым мнением, что вся молодёжь развратная пошла. Но мы и правда, наверное, увлеклись, прижавшись друг к другу слишком страстно.

Эдик предложил пойти сесть на ближайшую лавочку, видно, чтобы как-то вернуться в реальность. Мы специально сели чуть подальше друг от друга, чем хотелось. Некоторое время, глупо улыбаясь о своём и переглядываясь, мы посидели молча.

– А ты знал про нашу городскую легенду про это чёртово колесо? – решила задать вертевшийся в уме вопрос.

– Какая легенда? Оно от силы здесь пару десятков лет стоит!

– Я плохой рассказик таких легенд. В интернете вечерком глянь. – Я заулыбалась, представляя его реакцию от прочитанного.

Через некоторое время мы прогуливались по заповедной части парка, куда совались разве что такие любители походить в одиночестве и парочки как мы.

– Фея, наверно с этого нужно было начать… Хоть с опозданием, но я должен кое что о себе рассказать. Если после этого ты изменишь своё решение, то я пойму, хоть и очень расстроюсь. – Меня прошибло холодным потом. Вот оно! Не бывает, чтобы так просто и хорошо!

Времени додумать Эдик мне не дал.

– Дело в том, что я не самый свободный в плане времени человек. Со мной вообще будет сложно. Я учусь в двух вузах, плюс меня посещает куча репетиторов. И с отцом сложно. Он настолько привык командовать на работе, что и дома всё слишком контролирует. Не думаю, что у нас получиться видеться каждый день. Это не значит, что я отказываюсь от своих слов. – поторопился добавить Эдик, а я почувствовала, что гора падает с плеч. – Наоборот, надеюсь, что ты примешь меня и мой образ жизни. Это ведь ненадолго, пока я учусь.

– Твой отец… Он может быть против… меня?

– Он вообще против любых отношений до конца учёбы. Мои желания, о том, как и с кем я хочу провести выходные, совсем не учитываются. Все мои попытки разговора, что пора бы пересмотреть сложившиеся порядки – жёстко пресекаются, но он не деспот и по-своему заботится обо мне. Думаю, я смогу донести, то, что для меня важно. Раньше, у меня не было особых причин перечить отцу.

– Нелегко с таким властным папашей. – сочувствую Эдику, заодно радуясь, что мои родители настолько считают меня самостоятельной, что спокойно переехали в другой город.

– Последнее время стало полегче дышать. Похоже, он кого-то себе завёл и ослабил тотальный контроль. Я даже в кафе умудряюсь вырваться. Мне как мужчине всего этого не стоит говорить, но я хочу быть с тобой честен. Ты должна знать с кем имеешь дело, это будет правильно.

А как у тебя как?

– Мои родители тоже меня очень сильно опекали, правда всегда считались с моим мнением. После того как я поступила в академию, они уехали жить на море. Папе врачи порекомендовали. Мы живём в нашем доме с моей подругой, можно сказать, старшей сестрой. С мамой почти каждый день созваниваемся, а папа у меня немногословный, общаемся только при личной встрече и приветы через маму передаём.

– Я вам даже немного завидую!

– А если тебе работу найти самостоятельность показать, ну или если есть стипендия в общаге поселиться? Тяжело же так жить, следуя лишь желанию родителей.

– Работать и зарабатывать я и сам способен, но по отношению к отцу это будет подло. Мы с ним не враги. С моего рождения он воспитывал меня один, оплачивал няню и все мои растущие потребности. А ведь когда я родился, он был младше меня. Мать испугалась ответственности и сбежала, а он не сломался. Даже карьеру сделал. Почему-то он считает, что я по его стопам пойду и совершу те же ошибки, поэтому усиленно контролирует. Думаю, у меня теперь появился дополнительный стимул его переубедить. – подмигнул мне Эдик.

Я даже не знала, что на всё это сказать.

И в какой башне держали это сокровище?

Что ж, даже если он папенькин сынок, я готова в это ввязаться и посмотреть, что из этого выйдет. Мне ситуация даже невероятный розыгрыш с принцем из сказки навеяла. Только даже если это и розыгрыш такой, кажется, я уже влюбилась! В любом случае сейчас мне не хотелось даже на миг отрываться от этого парня.

– Смотри, похоже аттракционы закрывают. Как думаешь, успеем ещё на один? – спрашивает Эдик, когда мы возвращаемся по обратной тропинке к аллее с аттракционами.

– Хочешь на вот эти милые паровозики из мультика? – предлагаю. – Сделаем на них селфи. Кажется, билетёрша не торопится.

– Окей, а остальные продолжим в другой день! Договорились? – счастливо улыбается мне Эдик. Судя по его виду, для него действительно было важно, чтобы я приняла его ситуацию.

– Да! – ответила я, и мы дружно за руку направились к аттракциону.

– Эдик, улыбаясь и протянул, как оказалось, прикорнувшей билетёрше билеты.

Она недоумённо на нас посмотрела и строго объявила, что без детей не положено. От себя добавила что-то про вандальную и неуправляемую молодёжь.

Эдик, понимая, что мы больше никуда не успеваем, заботливо положил руку мне на живот.

– А кто сказал, что мы без детей? Нам сейчас на взрослые аттракционы как раз и нельзя. А я сопровождающий!

Я положила руку поверх его и погладила, невинными глазами смотря на билетёршу. Эдик обезоруживающе улыбнулся женщине.

Она не сдержалась и расплылась в ответной улыбке.

– Ну раз так, конечно… Всё же не по правилам, но проходите. – запинаясь и не отводя от Эдика глаз, промямлили она, после чего отступила, пропуская нас внутрь.

Если мой парень на всех женщин так влияет, нелегко мне придётся.

Пока мы позировали, выбирая удачный кадр на селфи, круг уже закончился.

Эдик заботливо помог мне выбраться из узкого вагончика, чем заработал одобрительный возглас от женщины, провожающей нас уже как родных, с напутствиями.

Я редко возвращаюсь домой так поздно, практически никогда, да и задерживалась я даже не одна, а с Мьяной. Сейчас от Эдика совершенно не хотелось отрываться. Он кажется каким-то совершенно особенным человеком, настолько, что его присутствие рядом кажется нереальным. У меня нет опыта общения с парнями, но с ним я этого не чувствую. Всё кажется таким простым и естественным.

Эдик, ко всему прочему, оказался довольно интересным собеседником, с которым было невероятно уютно.

Я светилась от радости только оттого, что он находился рядом. Хотелось впитать каждую его эмоцию, каждое слово! Я даже поймала себя на том, что любуюсь его жестикуляцией.

Впервые я поняла разницу между симпатией перед привлекательным мужчиной и чем-то большим, чем симпатия.

Эдик не спешил прощаться, а я не хотела возвращаться домой. Поэтому я решила позвонить Мьяне и предупредить, что погуляю ещё немного.

– Можешь дать мне сотовый позвонить? – прошу телефон у Эдика.

– Боюсь придётся тебе отказать. – как ни в чём не бывало, пожал он плечами, а меня этот жест настолько возмутился, что я собиралась было ответить не очень дружелюбно, но он меня опередил, уточнив. – Он у меня в режиме полёта. Всё дело в отце. Стоит включить и вряд ли у нас получится спокойно погулять.

– Значит так… – поникла я, понимая, что не могу себе позволить гулять дальше, когда дома обо мне уже беспокоятся. Ведь и ушла я не как обычно, а, можно сказать, сбежала из дома.

– Давай попросим у прохожих, я заплачу. – видимо, уловив мою озабоченность предложил Эдик.

Мы остановили явно загулявшуюся девушку с коляской и Эдик осчастливил её крупной банкнотой, на которую можно весь месяц разговаривать. Да и сам аппарат наверно стоил не дороже, но несмотря на это она недоверчиво не нас косилась, не позволяя отойти для разговора дальше, чем на пару шагов. Ну да ладно, особых секретов у меня нет.

– Ало? – Мьяна ответила сразу же.

«Это я»

«Да, телефон дома забыла.»

«Звоню сказать, что задержусь.»

Вопреки  ожиданиям,  Мьяну моё местонахождение интересовало меньше всего. Она торопливо и сбивчиво рассказала суть.

– Как пропал? – не знаю, что добавить к вопросу, но Мьяна опережает меня и всё-таки интересуется тем, где я.

– Я сейчас в парке... Да срочно выезжаю...

– Что случилось? – Эдик смотрит с беспокойством во взгляде, даже на лбу проступила пара тонких морщин, выдающих его эмоции.

Срываюсь с места, не сомневаясь, что Эдик последует за мной.

– Мне срочно нужно такси. – уже на бегу кидаю через плечо.

– Я провожу, – Эдик хватает меня за руку, забирает сумочку и бежит чуть вперёд, тем самым, помогая мне бежать чуть быстрее.

Мы плюхнулись в первое попавшееся такси и я выпалила адрес, давая таксисту понять, что нужно стартовать без промедления.

– Так, а теперь пока едем, рассказывай… Что случилось и чем я могу помочь? – спрашивает Эдик.

– Ребёнок моего друга пропал, – сбившимся дыханием начала рассказывать я, – а дома такая ситуация, в общем, нужно чтобы кто-то там находился.

– Будешь помогать с поисками?

– Я даже не знаю, как ребёнок выглядит, поэтому мне срочно нужно подменить подругу с женихом, чтобы они могли отправиться на поиски.

– А в полицию обращались?

– Я так поняла, там сказали ждать до утра.

– Малыш сильно маленький?

– Сама не совсем в курсе всего. Из разговора поняла, что няня хватились его ещё в обед, но надеялась найти своими силами, а уже вот темнеет. Ребята наверно там с ума сходят.

– Водитель, можно побыстрее? Я сверху накину. – всё-таки Эдик такой решительный. С ним мне и вправду как-то спокойнее. – Не переживай, доедем, попрошу фотографию и тоже пойду помогать искать. Вот только своих предупрежу, чтобы без меня спать ложились. Подожди, сейчас режим полёта выключу и сделаю звонок.

– Неужели дома бы не поняли, что тебе иногда и одному побыть хочется? – спрашиваю, уже понимая, что Эдику не повезло с деспотичным отцом.

– К сожалению, нет. Но сейчас действительно уже поздно и предупредить домашних в таких случаях не лишнее.

– Спасибо тебе за всё. Мне жаль, что волшебный вечер закончился именно так.

– Здесь не о чем жалеть. Всё в порядке.

– День был, правда, классный.

– Согласен!

– У меня последнее время, в жизни всё кубарем пошло. Особенно по вечерам.

Эдик уткнулся мне в висок, а после нежно поцеловал в щёку. Не отстраняясь, прошептал, что теперь всё изменится к лучшему и я хотела ему верить!

Телефон Эдика ожил и на экран градом посыпались уведомления. Потом сразу же последовал звонок. Эдик сбросил.

– Это отец. Я ему позвоню сразу, как только выйдем из машины. Предлагаю, сейчас обменяемся телефонами. Когда приедем, будет не до этого.

– Точно, ты же до сих пор мой номер не знаешь. Записывай.

Я только лишь успела продиктовать свой номер телефона, а мы уже остановились. Эдик рассчитался за такси и помог выйти из машины.

На дороге у входа в ограду стояла Мьяна.

– Знакомьтесь, это мой парень, Эдик. Он поможет вам искать малыша.

– А это Мьяна, моя подруга.

Лицо Мьяны и без того испуганно-шокированное, теперь ещё и от удивления вытянулось.

– С каких пор у тебя есть парень?!

– Официально с сегодняшнего дня! – не стал палить меня Эдик и правильно. Мьяна такой поспешности в отношениях не поймёт.

– И ты молчала?

– Да мы много времени отдаём учёбе, поэтому не спешили с отношениями. – выкрутилась я. Почему-то мне казалось, что, если мы скажем, что познакомились только сегодня, разразится настоящая буря. Видно, что обычно спокойная подруга на взводе.

Боковым зрением увидела Рина. Он направлялся прямиком к нам. Эдик стоял к нему боком и совсем не ожидал подвоха. Впрочем, как и я.

Рин одной рукой развернул к себе Эдика, сцепившись с ним взглядом, а затем, с размаху заехал в челюсть, отчего парень упал на газон.

– Да как ты посмел!!!

– Рин! – только и смогла вскрикнуть я от испуга и бросилась к Эдику.

Мьяна сделала шаг назад, от ужаса прикрыв лицо ладонями.

Я же, после двухсекундного ступора, загородила Эдика собой от яростного взгляда Рина.

Если бы не знала о чувствах Рина к Мьяне, подумала бы что он ревнует меня к Эдику.

Рин отстранил меня и взял Эдика за грудки.

Это стало последней каплей!

Я впервые испытала отрицательные эмоции по отношению к Рину.

Сейчас, я его ненавидела!

Может, конечно, как ректор он знал про Эдика что-то плохое, и подумал, что это отразиться на мне, но это ведь  не повод бить того, кто проводил меня до дома!

 – Это ты, как посмел! – взрываюсь и вырываю ткань из крепкой хватки Рина. Он не сопротивляется, позволяя мне втиснуться между ними. – Рин, объясни своё поведение! Откуда ты знаешь моего парня? Он твой студент?

– Нет. – сквозь зубы процедил Рин.

– Зачем распускать руки, если парень ничего плохого тебе не сделал? – к концу своей защитной речи я поднялась на ноги и стояла рядом с немного растерянным Эриком, который явно не понимал причину нападения на него людей, которым он пришёл помочь!

Рин не стал объяснять, лишь оттолкнул меня с дороги. Не сильно, но достаточно для того, чтобы я оступившись подвернула ногу. Эдик бросился ко мне на помощь, но был перехвачен Рином.

– Рин, не смей! – мой голос стал обжигающим, как сталь.

Рин обернулся.

Даже Мьяна, стоящая молча и непонимающая чью сторону занимать, вздрогнула.

Через боль с ледяным решительным взглядом, в котором от боли всё же стояли слёзы, я направилась к застывшим мужчинам, вновь оторвала Рина от рубашки Эдика, не прекращая с ним зрительного контакта.

– Рин, не ожидала от тебя. Запомни: с этого момента, чтобы ноги твоей  в моём доме не было. Теперь ты нежеланный гость. – Пошли... – это я уже сказала Эдику, и, наступив на больную ногу, вскрикнула. Эдик, просверлив яростным взглядом Рина, тут же подхватил меня на руки и молча понёс в дом.

– Фея, прости его! У Рина сын пропал! Нам нужно срочно его искать, а полиция ничего не делает. Пойми, нам нужна помощь! Рин поэтому такой нервный. Ты же знаешь, он раньше никогда…

– Не знаю. Оказывается, я совершенно его не знаю.

– Уже ведь ночь почти! Ну, Феечка... – дрожащим голосом попыталась остановить нас семенящая  следом Мьяна.

– Оставь их. – холодно ответил Рин, где-то сзади. Как оказалось, не смотря на мои слова, он пошёл за нами в дом.

Эдик, положил меня на диван и стал аккуратно расстёгивать босоножку, освобождая ногу. Подошёл Рин, за ним Мьяна.

Рин, оттолкнул Эдика и собрался осмотреть мою ногу.

– Не трогай меня! – вспылила я.

– Не смей к ней больше прикасаться, – одновременно со мной вспылил Эдик и вернул Рину должок, повалив того ударом в челюсть на край журнального стола. Удар оказался достойным моего принца! Даже загордилась, победно посмотрев на Рина, но когда заметила кровь, проступающую через рубашку на боку Рина, чувство маленькой победы мгновенно улетучилось и переросло в беспокойство, которое я попыталась не показать.

Мьяна тоже увидела кровь и впервые за всё время проявила активность, бросаясь к Рину.

– Я в порядке, – сухо ответил Рин. – А вот у неё нога распухает, похоже, что-то серьёзное. – Извини, Фея, но этот паршивец, в отличие от тебя, заслужил.

– Не смей обзывать и бить моего парня! – уже обнимая Эдика, сказала я. – Я что, неясно выразилась про твоё присутствие в моём доме?! Почему ты здесь?

– А ты ясно помнишь, чем моё присутствие здесь обусловлено? – оскорбившись, чеканя последние три слова, вкладывая в них ядовитые нотки, высказал мне Рин.

– За что же мне это! Кто вверху решил так позабавиться, наградив такими друзьями?!

– Фея, успокойся. – Мьяна не привыкла видеть меня такой… если преуменьшить, то можно назвать меня взвинченной и злой.

– Самого нормального из всех нас человека и то тумаками встречаете. – выговариваю, яростно сверля Рина взглядом. – Эдик, извини меня. Я постараюсь, чтобы ты с этими двумя сумасшедшими фанатиками, ты больше никогда не пересекался.

– Боюсь, не получится. Но могу устроить ситуацию наоборот. – Рин угрожающе и почему-то с обидой во взгляде посмотрел на меня, а потом на Эдика.

– А я тебя, дура, ещё уважала... Вон! – последнее слово я закричала, вложив в него всё отчаяние и боль исходящую от пульсирующей ноги. Вновь наградила Рина яростным взглядом, тот нагло на меня глядя шагнул навстречу ко мне.

Не контролируя себя, я замахнулась.

Мою руку перехватил Эдик. Отрицательно мотая головой, он отпустил мою руку, после чего взял её в свою и подбадривающе сжал.

– Фея, не надо, он мой отец... – сказал он севшим голосом...

– А я-то думал, расколешься, или дальше в бунтаря играть будешь, ребёнок! – чеканя каждое слово, произнёс Рин.

– Да какой он тебе отец, он сам то... – И тут до меня начала доходить вся ситуация. Рассказ Эдика склеился с кусочками происходящего. Это ж Мьяна, скоро мачехой Эдику будет... – Вот это ты попал... Эдик.

Все дружно посмотрели на меня.

Так, остыть… Ну, подумаешь, вышла из себя... Может, просто хотела прогуляться.

– И почему моя жизнь в последние несколько суток напоминает непрерывный контрастный душ, у кого есть варианты? – Я окинула взглядом нашу взъерошенную компанию. Вариантов явно ни у кого не было, зато наступило затишье… – Рин, Эдик, сбавьте обороты. Особенно ты Рин, как старший, держи себя в руках.

– Фея! Ему всего девятнадцать, понимаешь? Он ребёнок! Ему ещё образование получать и жизнь устраивать, а он из дома сбежал. Гуляет. Представляешь, как он закончит с таким отношением? – Так, стоп, это сейчас он надеется, что я на своего парня с позиции родителя смотреть буду?

– Да я просто в кафе вышел. Или ты мне подгузник забыл сменить, поэтому так волновался? – А этот то… куда Ментос в Колу подкидывает?

– Накажу...

– А было иначе? – перебил его Эдик.

– Да, когда я тебя…

Я не выдержала.

– Рин, проснись! Мне 21. Я такая же по возрасту как Эдик. Может пора бы и его начать серьёзно воспринимать? Или по-твоему, я сегодня тоже из дома сбежала?

– Хотя по факту, ещё как сбежала. Правда, мне предлагали прогуляться. Я вспомнила сегодняшнее, но уже такое далёкое утро и как я стремительно кралась к двери. Я рефлекторно пожала плечами стараясь унять появившуюся внутри неловкость от моих утренних действий. – А ты Эдик, сам же говорил, как уважаешь отца, зачем же ты так сейчас?

Моя фраза, задела Рина, несмотря на мои опасения. По крайней мере, спор он дальше не продолжал. А я решила реабилитироваться в глазах отца моего парня.

– Знаешь Рин, мои слова про дом забираю назад, но ты передо мной виноват, и перед моим парнем тоже. И надеюсь, что ты понимаешь, что с Мьяной их знакомить нужно было давно и в другой ситуации.

Рин хоть и старался выглядеть сейчас достойно, но весь этот кавардак, который ему и разгребать, был у него на лице. У нас у всех, нужно сказать,  сейчас ещё те лица были… Наверно в данный момент, со стороны, мы выглядели довольно комично. И эти эмоции… легко читаемые, несмотря на наши усилия и произносимые слова, были такими разными на наших лицах. Но общей в этом ярком букете – была некая растерянность.

Ситуацию спасла Мьяна, лицо которой до сих пор выражало только сострадание и вселенскую любовь со всепрощением. Подруга моментально перевоплотилась в образ примерной улыбчивой девочки-подростка, подошла и протянула руку Эдику. Вид у неё при этом был довольно торжественный, что не могло не вызвать у меня улыбку.

– Давай познакомимся заново! Я Мьяна, лучшая подруга твоей девушки. Мы вместе выросли в этом доме. И так получилось, что я невеста твоего папы. Я тоже думала, что ты малыш и не ожидала увидеть перед собой взрослого парня.

– Рад знакомству! – Эдик искренне пожал Мьяне руку и посмотрел на отца. – Ну хоть жену ты себе адекватную выбрал. А что не сообщил сколько годиков сыну или шокировать побоялся? И скоро свадьба? Мне вообще сообщать собирались? Или сразу в ЗАГС кольца бы держать поставили?

Я чувствовала, что ситуация между мужчинами опять накаляется, поэтому встряла.

– Не такая уж Мьяна адекватная, – я загадочно улыбнулась, – но очень добрая, вы подружитесь! – Мьяна посмотрела на меня немного с укоризной, но мой манёвр, хоть как-то перевести разговор угадала и улыбнулась. – А про мою ногу никто вспомнить не хочет?

И зачем я это сказала?!

Надо мной закружились все трое, одно радовало, что уже дружно и слажено. В общих чертах, знакомство с родителями, удалось!

Дело шло к ночи. Мьяна обработала царапину Рина и позвала всех за стол. Оказывается, когда я «пошла» гулять, они с Рином решили порадовать меня вкусностями. И позаботившись о Нике, а затем закрыв его на ключ, хлопотали на кухне.

Мы довольно оживлённо поужинали. Как-никак аппетит мы с Эдиком нагуляли нешуточный. Мальчики сидели с припухшими симметричными боевыми ранениями на лицах, а Рин так ещё и с перевязанным торсом, Мьяна посчитала, что пластыря недостаточно… В начале нам с Эдиком пришлось отвечать на шквал вопросов от Мьяны «Про нас». И всё это происходило под отчасти немного ошарашенный и пытливый взгляд Рина. Мы отвечали общими фразами, пытаясь не слиться, что познакомились сегодня. Потом они затянули свою романтическую историю в ответ на некоторые вопросы Эдика. Рин наконец расслабился, и только сейчас вспомнив про няню, позвонил, успокоив её. Эдик в присутствии отца чувствовал себя явно неловко. Удивительно, но оказалось, что дома они практически не едят вместе. Да и у меня сложилось впечатление, что эти двое только сейчас знакомились  друг с другом. Но постепенно наше общение набирало обороты, и романтическая история старшей парочки, начала обрастать смешными историями из жизни, а потом вообще перетекла во всеобщее непринуждённое веселье и смех. Мы с Мьяной даже наверно так никогда не смеялись. Парни, не уступая друг другу, рассказывали до того захватывающе и забавно, что мы уже буквально держались за животы и сползали под стол! Теперь мы стали похожи на шумную и весёлую дружескую компанию! Но…

Когда Мьяна предложила уступить нам с Эдиком спальню на втором этаже, а им с Рином, лечь на диван в гостиной, Рин снова включил папочку и заявил девочки сверху, а мальчики снизу. Да я собственно и не собиралась, рановато нам ещё, но сам факт...

В дела с Ником мы негласно решили Эдика не посвящать. Рин, пока мы с Мьяной общались с Эдиком, успел сходить и закинуть в того еду. Пришёл то ли уставший, то ли задумчивый, но какой-то не такой. Хотя сегодня не удивительно. Отозвав в сторонку, сообщил мне, что ещё до обеда установил камеру с выводом на компьютер в комнате. А завтра утром всё подключит и покажет все новости. В общем, успокоил. Все были уставшие, так что решили не дежурить, а просто спать!

Ногу обезболили, но она продолжала ныть и наступать я на неё не решалась. Эдик взял меня на руки и понёс наверх, под наудивление одобрительный взгляд Рина. Когда мы поднялись по лестнице и очутились в оранжерее, Эдик даже замер, окидывая всё взглядом.

– Может ты и вправду Фея? Тут так красиво! – Он поднял голову, увидел поднимающиеся к куполу растения и венчающие их звёзды. – И даже сказочно!

– Хорошо бы! Тогда бы так глупо не оступилась.

– Зато ты и твоя нога дали мне возможность найти общий язык с отцом. Для меня это тоже чудо. Наверно это первый раз, когда мы так сидели за столом и действительно общались. Обычно он или на работе, или дома, но работает. Даже едим чаще в разное время. В детстве часто спортом вместе занимались, а потом с каждым годом всё сложнее общаться становилось. Если мы, о чём и говорили, так о моих достижениях и планах, сейчас понимаю, может и темы другой не было. Просто хочу сказать, что очень тебе благодарен и не только за день, но и за сегодняшний, переломный для нас с отцом вечер.

В ответ я улыбнулась, прижалась к нему сильнее и поцеловала.

– Интересно, мы в одном вузе, почему я тебя не видела?

– У меня есть возможность сдавать удалённо или лично преподавателям у нас дома. Большинство из них мои репетиторы. К тому же я ещё в одном вузе учусь, за границей. Прихоть отца. И вообще, не хочу сейчас обо всём этом думать. Хочу думать только о тебе…

Эдик наконец поставил меня на пол и наклонился за очередным поцелуем, несмело прижимаясь ко мне, обволакивая притягательной аурой, даря совершенно новые ощущения.
Пусть утро не задалось и вечер был сложным, зато я валилась с ног не от усталости, а из-за находившегося рядом со мной парня, — моего парня! Чего ещё можно желать? Все просто волшебно, ведь перед сном были обнимашки в оранжерее, качели, звёзды, а главное, всё это без пристального внимания папаши-Рина, — человека, на которого сегодня  я впервые посмотрела другими глазами.  Теперь я чувствую себя по-настоящему счастливой!

И как же я ошибалась, думая, что самое удивительное и сумасшедшее со мной уже случилось…

РинДень начала событий. Пятница 13

Сегодня слишком сложный день. Мне еле удалось отстоять свои права и не лишиться статуса академии. Нашу академию пытались превратить всего лишь в пару корпусов от педагогического университета. Опять эти влияния образовательных реформ и "свежие" идеи свежей, фонтанирующей ими верхушки.

Хорошо хоть друзья предупредили, и я основательно подготовился, что дало возможность пойти в наступление, оперируя основательными аргументами. Победа, но тем не менее я выжат как лимон.

Сейчас бы добраться до кабинета и рухнув в кресло расслабиться под чашку кофе.

Как назло, ещё на подходе к главному корпусу, узнаю – студенты в общаге напортачили. Как выяснилось, искали новый способ бальзамирования. Смешали реагенты, в результате получилась эвакуация всего общежития. Естественно, присутствовать и карать виновных пришлось мне. Вот как утро не заладилось, так весь день и идёт всё веселее и веселее. Пришлось вызывать нескольких штатных учёных и пару друзей, для быстрого анализа витающей по всему общежитию тошнотворной вони. Ужасно было и то, что вещи, вынесенные студентами с собой, продолжали источать этот запах, не собираясь выветриваться в ближайшие часы. Что же будет с постельным бельём и остальными вещами, когда я позволю всем вернуться?

Собрал всех в актовом зале.

Еле сдерживая настоящие эмоции, как всегда, с достоинством высшего начальства, бросил гневную речь о последствиях и правилах поведения в каждом из помещений, относящихся к вузу. Тут же прилюдно дал распоряжение преподавателям, сделать тираж досконально подробных методических пособий, которые студенты будут обязаны сдавать в начале каждого года, перед тем как приступить к практическим занятиям. Раз стандартной техники безопасности им не хватает и её не воспринимают всерьёз, да будет так!

Оглядел недовольную толпу студентов.

Получите, распишитесь... – полноценный зачёт.

– В этом семестре независимо от курса вводится зачёт по технике безопасности. – формулирую свои кровожадные мысли строгим доходчивым тоном.

Как всё это будут втискивать в учебный план, при общем количестве часов, на эмоциях, конечно же, не задумался.

Я глубоко с задержкой вздохнул, сбрасывая накал эмоций, рвущихся наружу. Остальным не нужно о них знать. Для них – я всегда уверен и твёрд.

На сегодня дал распоряжение всем жителям общежития распределиться по знакомым. А кому некуда идти, приказал подойти к коменданту, который на ближайшее время распределит студентов в другие корпуса общежития.

Завтра прикажу вывесить список отчисленных. Этих дрожащих малахольных, сопливых, до сих пор стоящих в сцене в центре всеобщего обозрения.

Я методично и совсем непедагогично забиваю последние гвозди в крышку гроба их карьеры. В этой области точно.

Нет, мне уже их не жалко. Наоборот, прибил бы... Вот для таких я сегодня ночь не спал, а ещё пару часов назад нашу академию отстаивал? Таким беспечным студентам не место в академии. С этого момента будут вылетать за любые опыты и хранение ненужной химии в быту. Сколько уже раз предупреждал. И я и учителя. Да и комендант, с ними уже скоро на второй круг поседеет. Казусы и раньше были, но до всеобщей эвакуации, как сегодня, дошло впервые. Посмеются же надо мной при встрече те, перед которыми я доказывал, что в стенах академии учатся будущие гении научного мира.

Раньше я шалости студентов списывал на молодость и присущий её азарт, но сегодня накипело... и всё это чувствовали. Даже спорить не пытались. Наверное, это я так поплатился за некоторую свою мягкость.

Наказывал нестрого. Максимум лишал стипендии, а чаще просто заставлял исправить свои деяния, плюс немного потрудиться во имя чистоты в наших стенах. Конечно,  хорошо, что они у меня такие живые и любознательные. Если так посудить, из многих отличные учёные выйдут, но границу сегодня перешли. Причём перешли её далеко не самые способные и дисциплинированные студенты.

В такие моменты даже радуюсь, что мой сын учится по индивидуальному расписанию и двойне рад, что живёт он не в общаге. Что ни день, у них то ожоги, то травмы, то, стыдно про своих студентов сказать, похмелье, отягощённое хроническим недосыпом. И судя по жалобам коменданта, у них одно без другого не ходит.

Вот если бы экспериментировать им негде было... Для моих любопытных и ненасытных я специально в отдельном здании открыл четыре лаборатории. Каждая с отдельным входом и мощной вентиляцией, а также всевозможными мерами безопасности. Спрашивается, чего ещё надобно?

Спросил одного стоящего на сцене «артиста». Так он и ответил, что там вдохновение не прёт.

Какое нафиг учёным вдохновение нужно? Есть цель и иди к ней.

Выхожу из актового зала и по мраморному полу шагаю к себе. Уже и кофе не хочется. Вообще ничего не хочется.

Хоть сотрудники мои не зря зарплату получают, да и старые друзья подсобили знатно. Через несколько часов передо мной лежал полный отчёт о химическом составе воздуха и заключение о том, что на территории общежития опасных для жизни соединений не обнаружено. При этом в воздухе находилась всё же низкая концентрация веществ, способных повлиять на здоровье.

Основной проблемой был отмечен стойкий запах, а в рекомендациях было предложено решить эту проблему при помощи озонирования, а после произвести повторную пробу воздуха.

Я подписал нужные бумаги и сделал несколько необходимых звонков. Всё! Наконец можно расслабиться. Рабочий день уже несколько часов как закончен.

Устало откинувшись в кресло, я прикрыл глаза. Не смотря на предыдущие бессоные ночи, вероятно от усталости и перенапряжения, до конца расслабиться не получалось. Мысли неслись чередой образов и звуков, унося моё сознание в поверхностный сон. На очередном образе моей невесты я вздрогнул и резко открыл глаза.

Мьяна же меня ждёт... – на меня будто ведро ледяной воды вылили. Подрываюсь, спешно снимаю небрежно брошенный на спинку кресла для посетителей пиджак и закрываю кабинет.

Сегодня утром у Мьяны было всего две пары. После них она убежала по своим делам, напомнив о том, что вечером ждёт у себя дома и даже приготовила для меня особенный сюрприз.

В первый раз я не выполнил своё обещание и в такой день. Возможно, она уже спать ложится, а может, ещё надеется, что приеду...

По пути повертел в руке телефон, но звонить не стал. Ведь скажет, что всё в порядке, даже если ждёт. Она у меня такая. Раз обещал, приеду. Пусть и поздно, но хотя бы на пять минут. А если света в окнах не будет, то записку в почтовый ящик положу. Пусть знает, что всё-таки был.

Сажусь за руль и завожу двигатель. Трясу головой, пытаясь вырваться из манящего сонного состояния, буквально притягивающего мой лоб к рулю, будто к мягкой подушке. Еще раз встряхиваюсь, даже за подбороток щипаю. Ради Мьяны можно и потерпеть.

Мьяна у меня потрясающая, отзывчивая, добрая и красивая. Правда, красота у неё особенная, не подходящая под общепринятые каноны. Тут скорее сочетание её внутреннего мира и хрупкой внешности дают убойный эффект.

Хотя, признаюсь, влюбился я не сразу. Несколько лет она была студенткой и ходила в общем потоке ничем для меня не выделяясь. После того как она осталась у нас работать, мы несколько раз вместе ездили на раскопки. Я постепенно раскрывал для себя мир хрупкой на вид, но фанатично увлечённой своим делом девушки. С ней было везде спокойно и уютно. Я мог быть в ней уверен. Она никогда не подводила в работе, даже если болела. Постепенно я начал замечать людей, которые мне не нравились, а не нравились именно потому, что проявляли интерес к этой довольно замкнутой, невысокой хрупкой девушке. На моё счастье, она не замечала никого вокруг, поглощённая своими исследованиями и написанием кандидатской. Мьяна охотно общалась только на эти темы, неприемля стандартных и пустых диалогов. Такая замкнутая, серьёзная и совершенно необщительная. Говорила строго по делу. Избегала всех корпоративов. Зато не пропускала ни одной полевой вылазки, даже если предстояло работать со множеством незнакомых людей.

Даже сейчас, её настоящая страсть — работа. Лишь в эти минуты её глаза загораются азартом и любопытством. А стоит найти хоть мельчайший по значимости артефакт, она и вовсе преображается. Я, столько лет отдавший своей карьере, искренне её уважал за такое отношение к профессии. Даже больше, – ценил. Наверно, так же, когда-то меня ценил бывший ректор – Виктор Иванович.

Даже не думал, что решусь на новые отношения. На момент нашего сближения у меня уже была семья — Эд. Кроме этого была работа, на которой сначала я пропадал из-за острой необходимости, а позже меня и вовсе затянуло в водоворот, из которого не выбраться.

Обязанности ректора и научная работа с постоянными конференциями в разных городах, а иногда и странах, занимают почти всё свободное от сна время. Когда я начинал, думал, что это временно и скоро я стану более свободным, но оказалось, всё, наоборот, накатывалось на меня как снежный ком.

Частые командировки и затягивающие в ночь исследования — сделали своё дело. Время для меня летело слишком стремительно. Я даже не успевал улавливать этапы роста сынишки, замечая лишь первый зуб, первый шаг, первое прочитанное слово. Каждый раз с удивлением поглядывал на ростомер сына, в его комнате, отметки на котором появлялись буквально скачками. А говорят чужие дети быстро растут... В то же время я понимал, что если остановлюсь, то не смогу обеспечивать сыну должный уровень жизни. А обеспечить ему жизнь не хуже, чем у детей из полных семей, было для меня приоритетом.

Первое время во мне жило много страхов, и самый сильный из них, что я не справлюсь. Я боялся, что у меня заберут Эда какие-нибудь органы опеки, а может, даже мои родители тому поспособствуют... Но время шло, а молодого отца одиночку никто не трогал. Я медленно становился на ноги, а сын подрастал. Страхи уходили, пришло уважение коллег, достойная зарплата, зато дыры в общении прикрывать становилось всё сложнее. Тем не менее каждый день я срывался с работы и спешил к сыну. Не зная, о чём с ним говорить, каждый раз я спрашивал о его делах и достижениях с нашей прошлой встречи. Случалось, что интервал был всего несколько часов, и я буквально терялся, не в силах найти тему для разговора кроме учёбы или здоровья. Если в раннем детстве, мне в общении с сыном помогало катание машинок и обсуждение игрушек, то чем старше он становился, тем сложнее стало найти что-то общее.

Единственное, что объединяет нас сейчас — это утренние разминки и спорт. Однако и эта совместная деятельность в нашей жизни редкость.

До чего я дошёл? Безмерно любя своего ребёнка, не могу найти баланс в общении и воспитании. Когда мы остались вдвоём, я твёрдо решил воспитать его подготовленным к жизни, обезопасить, чтобы ему не пришлось проходить мой путь. Из-за своей цели постепенно ласкового папочки я превратился в очень требовательного отца. Даже сам удивлялся откуда в эти моменты во мне столько жёсткости. С какого-то момента у нас повелось: я чётко говорю, а он чётко выполняет. Конечно, моё воспитание дало плоды. Мой ребёнок растёт не по годам развитым и начитанным. Только с появлением Мьяны в моей жизни я явно стал понимать, что все эти годы нам не хватало той женской связующей семьи, способной расставить всё по своим местам.

Мне давно пора поставить сына в известность о том, что в моей жизни появилась женщина и у нас с ней всё серьёзно. Я несколько раз пытался завести разговор, но каждый раз останавливался, опасаясь, что весть о мачехе лишь усугубит наши и без того сложные отношения с сыном.

Я долго думал. В итоге решил познакомить Мьяну с сыном после помолвки. Хочется, чтобы Мьяна приняла моего сынишку и у них всё сложилось.

Валентина Егоровна, так зовут нашу несменную няню, уже давно ставшую частью семьи, очень мудрая женщина. Она давно начала бить тревогу и подавала мне намёки, но я их не желал слушать. Пару дней назад, когда Эд уснул, она застала меня на кухне и высказав свою догадку, посоветовала ничего от Эда не скрывать. После моего вынужденного признания, поздравила меня и искренне порадовавшись заверила, что только сейчас я наконец начинаю жить и новый человек в моей жизни, это очень хорошо не только для меня, но и для Эда.

Вообще она часто со мной спорит. Например, она категорически не разделяла моего отношения к образованию и интенсивной подготовки ребёнка. Всё время ворчала, что я с малых лет пихаю его во взрослую жизнь. Не скрывая своих действий, наперекор мне она часто его баловала, водила по детским развлечениям. А я, если подумать, был ей благодарен, потому что в глубине знал, что делаю всё как-то не так, но по-другому просто не умел. Взвалившаяся ответственность на работе, проблемы, достижения и переживания, годами душили всё остальное в жизни, не оставляя места на анализ и исправление элементарных ошибок.

Наверно, если не кривить душой, основной виной всему была боль. Её я игнорировал годами, и пока не встретил Мьяну даже не осознавал, что мучило меня все эти годы. Боль от предательства самых близких и боязнь снова кому-то доверится слишком долго преследовали меня.

Даже сейчас в груди слишком больно.

Когда Оксана ушла, Эду было всего два месяца. Я долго не верил, что мать способна бросить своего ребёнка. Мне всё время казалось, что вот-вот она не выдержит разлуки с нами и возьмётся за ум. Я ждал с надеждой увидеть её на пороге изо дня в день. Время шло неумолимо. Сын начал спрашивать о матери, как только научился говорить и стал осознавать, что у всех в песочнице есть мамы и бабушки, а у него нет. Мы были только вдвоём.

Не желая ранить ребёнка, в надежде, что Оксана всё же одумается, объяснял отсутствие мамы тем, что она уехала по важным делам, и приедет домой, как сможет.

Время продолжало безжалостно бежать. Сын начал подрастать и наверно вперёд меня осознал, что мама не вернётся. Он первым сказал вслух, что мама нас бросила. За это время я из нескладного, практически подростка, превратился в матёрого, битого жизнью бородатого мужика, а мой сын уже ходил в школу. Со школой появлялись новые вопросы. Никогда не забуду день, когда им задали нарисовать родословную в виде дерева. Наверно у нас было бы самое куцее деревце, не решив я вписать туда хотя бы своих родителей. А вот и вопросы!

«Где они? Почему я не гощу у бабушки, как остальные дети?» – закидал оживившийся обрадовавшейся такой информации ребёнок.

Я снова стоял перед выбором. Не рассказывать же шестилетнему ребёнку, что мне поставили ультиматум: или я не позорю интеллигентную семью своими связями и сдаю "нагулянный приплод", как они выразились, в детский дом; или я им больше не сын. Я выбрал Эда.

Конечно, я понимал, что в их глазах восемнадцатилетний пацан струсит и скинет груз ответственности на органы опеки, но я любил Эда. Не знаю, как объяснить, но несмотря на то, что сын неуловимо напоминал мне женщину, которую я на тот момент почти ненавидел, я боялся потерять эту скуксившуюся у меня на руках мордашку больше, чем тех, кому обязан жизнью и воспитанием.

Так под негативные комментарии родителей я ушёл с двухмесячным ребёнком на руках.

Самое страшное, что я не представлял, как дальше быть. Нужны были деньги. Съёмная квартира, на которую мы съехались после рождения Эда, была оплачена только на три месяца вперёд, оставался всего один. По идее с ребёнком должна находиться мать, а отец работать. Мне срочно нужно было найти работу, чтобы оплатить жильё и недешёвые смеси, а также няню на время работы, так как от этого пищащего свёртка, который уже активно елозил, я просто боялся отходить больше чем на пару метров.

Оставалась ещё одна важная проблема — моя учёба. Поэтому мы вместе с Эдом пошли в деканат, отчислять меня со второго курса. Академ я даже не рассматривал, понимая, что времени и сил на учебу ближайшие годы у меня просто не будет. Коляски у меня не было, уже продал, чтобы закупиться детским питанием, поэтому сейчас я нёс сына на руках. Хорошо, что городок у нас не слишком большой и квартиру мы сняли в пешей доступности.

Надо отдать должное, Эд был довольно спокойным малышом. Он как будто понимал, что папе тяжело и усугублять его жизнь ещё больше будет слишком. По пути он даже уснул.

Зайдя в деканат, я сразу столкнулся с деканом. Это была женщина за сорок.

– Ой, кто это у нас? Твой?

– Да.

– Можно? – она ловко перехватила у меня сына и начала покачивать. Вовремя. Мои мышцы от постоянного напряжения и непривычного положения рук уже неслабо ныли.

Пользуясь короткой передышкой, я не постеснялся размяться и даже хрустнуть шеей. Тут не до стеснений.

– Вот, пришли отчисляться. Нам подрасти нужно, потом и об учёбе подумать.

– А мать? – я пожал плечами. – ну что тут скажешь. – но увидя участие в глазах декана, до сих пор бережно держащего спящего Эда, все же добавил.

– Сказала не нужны мы ей. Одни мы.

– Знаешь, – протянула Наталья Ивановна задумчиво, а потом улыбнулась малышу, который только что открыл глазка и моментально среагировав ухватил её за палец всей пятернёй, потянув это счастье в рот. – Я против терять своего лучшего на курсе студента.

– Да какой я лучший? Не троечник, конечно...

– Я о другом. – она ласково нам улыбнулась. – Давай поищем выход. Пошли к ректору! – Не дожидаясь моего ответа, они с Эдом пошли на выход, а я поспешил за ними.

За всё время учёбы ректора я видел только на посвящении. Этот мужчина олицетворял власть и могущество на своей территории. Даже мысли ни у кого не возникнет с ним спорить. Естественно, даже мысль пойти к нему, мне показалась  абсурдной, но заслоняющая меня спина декана, вселяла в меня надежду. Сам даже не знаю на что. Это была просто надежда.

У кабинета ректора у меня невольно затряслись колени. Но времени на моральную подготовку мне дали только в два стука в дверь.

На удивление ректор нас не вышвырнул, не воспринял как попрошаек, требующих особого отношения, а предложил присесть и обсудить сложившуюся ситуацию. Даже поинтересовался не голоден ли ребёнок.

В итоге было решено выделить мне бесплатную комнату в общежитии. Даже, как потом выяснилось, с собственным санузлом. Стипендию я и так получал, но её повысили до размера социально незащищённых. Я рвался на заочное, но меня убедили остаться на очном, мотивируя тем, что доучиться мне всего три с половиной года, а заочное даст плюсом полтора. Однако мне организовали свободное посещение. Также предложили должность лаборанта и четверть ставки грузчика в столовую. Всё это по словам ректора и декана я как раз буду успевать до пар и после них.

Я сидел ошарашенный.

А такое бывает?!

Люди, которых я почти не знал, за какой-то час решили все мои самые страшные проблемы. Эдик забеспокоился, явно проголодавшись, да и в который раз подмочивши себе репутацию. Памперс, одетый на ребёнке, был последним, поэтому снимать его я не спешил, надеясь, что Эд потерпит дискомфорт хотя бы до выхода из кабинета ректора. Я не знал, как благодарить ректора, полные ФИО которого запомнил только сейчас, в кабинете. Растроганный со скопившимися слезами в глазах и Эдом на руках, на эмоциях я подошёл и обнял Виктора Ивановича.

– Ну-ну, давай, всё образуется. Не бросим. – это были самые важные для меня слова в жизни.

Он похлопал меня по плечу и даже приобнял нас в ответ.

Эд уже совсем стал беспокойным, и я поспешил удалиться, скороговоркой повторяя бесчисленные слова благодарности, пока не вышел за дверь.

На следующий день, хоть квартира ещё была проплачена, мы переехали в общежитие. Так было проще хоть на десять минут, но в промежутках я мог забегать к Эду. Общежитие соединялось переходом с первым корпусом, где, собственно, я и должен был учиться и трудиться.

Декан снова удивила и привела шестидесятилетнюю приятную женщину, которая была готова за размер моей стипендии фактически круглосуточно сидеть с ребёнком. Позже выяснилось, что она бывший преподаватель нашего вуза. Её дочь с семьёй уехали в Австралию. Если коротко, настоял её муж, а Наталья Ивановна осталась в этом городе одна. Пять лет назад она ушла на пенсию, только посидеть с внуками удалось только два года. Когда ей рассказали мою историю, она сама предложила помощь, и это был больше жест доброй воли с её стороны, нежели желание заработать. В деньгах она точно не нуждалась.

Следующие пять лет прошли как зацикленный сон. Я работал, учился, забегал на десять минут проведать сына с «бабушкой» и уносился обратно. Даже ел на ходу, когда не забывал. Няня не просто сидела с Эдом. К четырём с половиной годам, он уже бегло читал и немного говорил на двух языках. Сказки, которые рассказывала Наталья Ивановна были щедро разбавлены научными познаниями. К моему приходу всегда было сварено и прибрано — тоже своеобразный жест доброй воли от Натальи Ивановны. За стипендию-то...

Благодаря этой доброй женщине хоть на час перед сном, я мог насладиться обществом своего ребёнка и послушать, как он с удовольствием хвастается своими подвигами за день!

Почти два года проучившись в аспирантуре, и уже как год занимаясь репетиторством, я начал понемногу преподавать. Виктор Иванович часто ездил на конференции и изредка поручал мне провести за него лекции. Сначала, правда, я это делал в должности лаборанта. Работу грузчиком я оставил сразу как защитился. Буквально через пару дней я был переведён в педсостав. Моими коллегами стали мои же преподаватели, которые очень ценили мою безвылазность на работе в должности лаборанта и упорство, с которым я двигался к цели.

С тех пор и поныне я преподаватель на кафедре истории и археологии. А тогда я не мог поверить своему счастью и тому, что так быстро прошёл этот путь.

Теперь моя загнанная внешность нуждалась в корректировке. Это я почувствовал ещё тогда, проводя первые пары, получая в спину жестокие смешки за свой внешний вид.

Ну да, согласен, было за что. Ведь мне даже побриться не хватало сил и времени. Так и ходил с бородкой, лишь следя, чтобы борода как у попа не отросла. Волосы я тоже стриг больше к праздникам, всё ещё экономя деньги. Сын рос, а вездесущие поборы и расходы на питание и одежду никто не отменял. В целях экономии я даже ел только дома. Единственное, что мне было доступно это личная гигиена, несколько рубашек, брюк и пиджак, которые каждый день тщательно выглаживались няней. Иногда казалось, что у неё не один, а двое подопечных. Хотя, по сути, так и было.

На тот момент я уже проработал месяц в качестве преподавателя и через неделю ожидал первую достойную зарплату, плюс я набрал несколько новых учеников на репетиторство уже по повышенному тарифу. Я уже предвкушал совершенно другой уровень жизни и решил больше не тянуть.

Так вот, посчитав свои скудные финансы, я зашёл в недорогой, но всё же салон. Мне предложили подстричь бороду и сделать стрижку, начали уточнять, как я хочу выглядеть. Показали картинки.

Вот честно, не работают мои мозги в этом направлении. Решил довериться мастеру. Молоденькая девочка обрадовалась и объявила, что будет полубокс. Вот этот..., так, полу что-то и получился. Посмотревшись в зеркало на рвано состриженные волосы, будто меня сын подстриг, я закатил скандал, но слушать претензии от такого как я, просто отказались.

Теперь я смотрелся совсем дебильно.

Конечно, на ком же ещё практиковаться? Ещё и деньги, отданные по предоплате, не вернули. Выходя, я со злостью хлопнул дверью, с удовольствием слыша, как по её стеклу пошла трещина. Все же годы работы грузчиком и спорт, который я умудрился не выронить из жизни, сделали своё дело.

Дешевле им бы было вернуть деньги...

Дома сам подравнял этот ужас как смог, да и бабушка, охая, но сзади подобрала.

На работу всё же явился в кепке, вызывая недоумение старшего педсостава. Хорошее начало дня, ничего не скажешь. В итоге, развернул кепку козырьком назад, решив для себя, что так головной убор меньше бросается в глаза.

Весь день чувствовал себя неуютно, продумывая, как лучше поступить. Наверно лучше спросить у того, кто прилично выглядит — что он посещает.

На четвёртой паре у себя на лекции заметил одного паренька. Я и раньше его замечал там и здесь. Он выделялся из пёстрой толпы студентов. До конца пары я зациклено обдумывал стоит ли у него спросить о своей проблеме и как это сделать, не вызвав насмешек и сплетен.

Я попросил его задержаться после пары. Терять было всё равно уже нечего. Я и так в головном уборе веду лекции, вызывая улыбки студентов.

Когда все вышли, он вопросительно на меня уставился. И да, сейчас именно я себя чувствовал студентом на зачёте. Я немного помялся, как полагается студенту и набрал воздуха.

– Ну! Я вас слушаю, Ринат Валерьевич. У вас ко мне претензии? Вроде у вас как раз норм себя веду. Рассказываете прикольно, да и сам такой, – он выразительно провёл взглядом до моей макушки и снова вниз – интересный. – Не стал добивать меня он.

Да, препод в кепке козырьком назад, в поношенном пиджаке и с бородой, наверно смотрелся комично. Примерно так же выглядят бомжи прибарахлившись на свалке.

– Интересный, значит. Впрочем, по этому поводу мне как раз необходима ваша помощь, Виталий.

– В плане?

– Чтобы стать более интересным.

Виталий скрыл ухмылку за рукой, потирающей нос.

– Жесть. Мне уже интересно. – расплылся в предвкушающей улыбке. – Похоже, мы можем поладить! А что от меня требуется?

– Насчёт дружбы время покажет, а пока помогите мне с внешним видом. – он явно не ожидал от меня такой прямой просьбы. Ну да, кроме няни у меня друзей-то нет. К кому мне с таким? А у него, со стилем явно проблем нет.

– Что вас конкретно интересует? – он ещё раз, более оценивающе меня осмотрел, я непринуждённо выдержал взгляд.

– Всё. Хочу быть модным как ты! – не выдержав, парень прыснул. Похоже, я слишком прямолиеен. – Точнее, мне нужен модный, но деловой стиль.

– Стиль? Ого! Мы и такие слова знаем? – сдерзил парень, но я постарался напомнить себе, что действительно выгляжу странно.

– Да, некоторые слова знаем. Даже для защиты кандидатской, пару штук наскребли...

– Тут, конечно, такой зашквар...

– Со своей стороны могу предложить репетиторство. Бесплатно. Весь семестр.

– Лады, помогу. Но думаю, это будет сложновато – он произнёс последнее слово делая между слогами небольшие паузы. – Сейчас телефон дам, пиши. Это сеструха моя старшая. Предупрежу её сейчас. Хотя, нет! Давай прямо сейчас к ней и поедем. – Я, проигнорировав его переход на "ты" кивнул, хоть в мои планы и не входила поездка. Первый раз за два года сказал няне, что в шесть уже дома буду. Наверно там праздник готовит, но раз выпал шанс, нужно воспользоваться.

– Хорошо, только няню предупрежу, что задержусь. – на меня посмотрели, как на снежного человека.

– У тебя что, ребёнок есть?

– А что не должно быть?

– Ну ты просто такой... – он закатил глаза, а потом посмотрел в мои и снисходительно улыбнулся. – Ты реально, только не обижайся, но выглядишь нищим и забитым. У твоей тянки с мозгами впорядке, что она от тебя размножаться решилась?

– Поверь, я не всегда таким был. – сжимаю зубы. Знаю, что правда износился, на себя забил, но правду со стороны слышать: нет, не обидно – стыдно.

– Ну я даже не сомневаюсь, что невегда. – скептически произнёс он.

По идее я уже давно должен был прервать такой разговор и уйти. Парень слишком много себе позволяет. Но понимая, что если спасую сейчас, то уже точно больше не стану ни к кому обращаться, я решил идти до конца и не реагировать на выпады парня.

Молча вышел из аудитории за ним.

Я должен через это пройти. У отца одиночки, знаете, других забот хватает, но теперь сын в школу пошёл, и я это делаю ради него тоже. Видел, как ухоженные мамки косятся на меня и брезгливо отстраняются, транслируя эти эмоции и на моего ребёнка. Да, я простенько одет и далеко не в новое, но всегда во всё чистое и проглаженное. Из вещей с момента рождения сына я докупал себе только обувь и недорогой пуховик. Наталья Ивановна, замечая это на все праздники усиленно мне дарит разные мужские наборы и парфюм. Иногда кажется, что она всю зарплату на меня же и спускает. Да и сына по кондитерским нечасто, втихую, но водит.

Теперь с новой зарплатой я могу свободно вздохнуть и возможно, даже через годик – другой, съехать из общежития.

Я набрал няню. Она, как и ожидалось, уже готовилась к моему приходу. Первым делом попросил прощения за неудобства и предупредил, что задержусь. Тем временем Виталий позвонил сестре, уточняя, где она.

Мы сели в крутую спортивную машину студента и понеслись. Наверно я в этой машине смотрелся очень контрастно и, возможно, со стороны ущербно.

Мы подъехали на центральную улицу и припарковались у здания со стеклянной бликующей от чистоты витриной. Она была с шикарным оформлением и на вид с дорогой, брендовой одеждой. Я немного замялся. Это место даже с новой зарплатой сейчас не для меня. С другой стороны, никто же не заставит меня покупать именно здесь. Послушаю советы и если что, смогу найти подобное в магазине или рынке подешевле.

Я перешагнул порог этого элитного салона, чувствуя себя крайне неуверенно.

– Готовься Ринатик, сейчас ты у нас будешь в Топе! Моя сеструха профи. – обращаясь ко мне Виталий явно был в приподнятом настроении и, похоже, уже совсем не следил за речью, чувствуя себя на своей территории.

К нам вышла шикарная, как их называют, светская львица с не менее шикарными рыжими волосами. – – Сорян, сеструха. Я порофлить заскочил. Это мой препод из академии, самый прикольный, так что ты постарайся сделать из него красавчика.

– Харе братан. Меня бомбит от твоего сленга. Переходи уже на Русский, а то как подросток до сих пор, ей-богу.

Девушка перевела оценивающий взгляд на меня и я удивился тому, что в нём не было брезгливости, которая читается в отношении меня у многих. Особенно таких женщин. – что ж, добрый вечер, препод. Может быть хоть имя своё назовёте? Или вы только на работе разговариваете?

– Ринат. – я немного прокашлялся. Больше от смущения и чувства нелепости моего положения и внешнего вида.

Пока я смущался, девушка уже обошла меня вокруг и начала щупать мышцы на руках. Она была довольно высока, с модельной внешностью и всего на пол головы ниже меня.

– Карина, – задумчиво протянула она. – Это моя студия. А вот эта одежда – моё творчество. Виталик правильно тебя привёл. Говорят я неплохой стилист.  Вот и проверим. Только у меня будет одно условие.

– Какое? – я моментально испугался, почувствовав подвох.

– Я готова предоставить тебе одежду, и полностью собрать образ уверенного делового мужчины. Но ты напишешь согласие на фотосессию до и после. А также согласие на использование этого материала в рекламных целях.

– Чего так зажался? Не бойся, нижним бельём не промышляю и репутацию твою не испорчу. Разве что наоборот.

– Сеструха, тебе зачем? Заапгрейдь, да и отпусти с миром. К тебе же очередь известных моделей пороги оббивает. Зачем тебе мой препод?

– Увидишь дорогой братик! – и уже обращаясь ко мне, шаря руками по мне и уже оценивая мою грудь, – ну как Ринат, согласен?

– Я... – нет, ну а что тут скажешь, когда тебя оценивает такая девушка... И не просто оценивает: уже сняла с меня пиджак и расстёгивает на мне рубашку, и, кажется, ей вполне нравиться то, что она видит. Последний раз меня раздевала Оксана. Вы спросите как так можно, да вот так, оказывается, можно. Просто на моём месте оказаться надо. Я стоял и старался думать на отвлечённые темы, но куда там, Карина то и дело возвращала меня к реальности.

Виталик с указания сестры нажал какую-то кнопочку на пульте и вместе с дверью закрылись ещё и жалюзи, расположенные внутри помещения, за витриной.

– Так нам никто не помешает.

– А ты ещё более прокаченнее, чем на первый взгляд. Взгляни Виталик, тебе до таких форм ещё пару лет в спортзале пропадать.

Виталик подлетел и заворожённо начал меня оценивать. Спасибо, что штаны не снимают.

Ну нет, и сюда добрались.

Меня неожиданно снова начали одевать в моё же. Я вопросительно посмотрел на Карину. Она поняла мой взгляд.

– Ты подходишь. Сначала фото "до". И подписание договора.

Терять мне нечего. Прочитал протянутые мне листы. Договор на фотосессии был стандартный с прописанным пунктом выбора именно одежды в деловом стиле, а вот на использование фото "до" – я написал ещё и расписку. Она позвонила какому-то скоростному фотографу, который уже через десять минут был на месте и ужасно противно лебезил перед Кариной, даже оттесняя, при этом Виталика.

Виталик нетерпеливо и крайне заинтересованно наворачивал вокруг нас с Кариной круги. Мне тоже не терпелось узнать, что она такое задумала.

Фотосессию я отработал быстро и без проблем, в детстве я часто в них участвовал. Мать была помешана на семейных фото. А тут от меня почти ничего и не требовали три раза только позу сменил. Тем более из-за растительности на лице, особой мимики от меня не требовали.

Тут и началось самое интересное.

– Теперь давай я тебя побрею. Я вызвала своего мастера, она занимается мной и моими моделями для показа. Вот пока она едет мы должны успеть справиться. И что ты в кепке, сними уже, блох напаришь. – Она сдёрнула с меня кепку резким движением. – Да уж... Пока надень. Мои глаза на это смотреть не смогут. Только мы её развернём.

– Карина ловко меня побрила, как будто занималась этим каждый день. На мои протесты и заявления о самостоятельности был один ответ, — я рулю!

Карина сполоснула моё лицо водой и провела ладонями по щекам, как бы пробуя кожу на гладкость. Нагнулась, внимательно рассматривая мои черты и неожиданно поцеловала меня в губы.

Я не ответил. Просто опешил!

Я был крайне не уверен в правильности происходящего, но моё тело было со мной не согласно. В этот момент подбежал Виталик и оторвал от меня сестру.

– Сеструха, ты чего? Это же мой препод!

– Ну не мой же... Тем более посмотри, он такой сладенький...

– Фига-се... Я думал ты старикан. Тебе сколько?

– Какой он тебе старикан, – оскорбилась за меня Карина.

– Не беспокойся, мне больше, чем тебе – добавил я. И меня с некоторых пор не привлекают легкодоступные девушки. Поэтому, Карина, перестань так себя вести. – Сногсшибательная кокетка явно не ожидала отпора от такого, как я, но сохранила лицо.

– Да поняла я уже. Прости, не удержалась, Сладенький... – захихикала. – Ты поэтому такую ужасную бороду отрастил? Шифровался, чтобы по улице ходить не страшно было?

Ответить я не успел. В салон тайфуном влетела чуть полненькая девушка, славянской внешности.

– Привет дорогие! – Она молниеносно пронеслась, зацеловав всех в обе щеки. Досталось и мне, причём я даже не смекнул что происходит, когда она чуть ли не в панике закричала. – Кто тебя так красавчик?!

– Да вот под чайник попал...

– Видно, особенно сзади, на проплешинах.

– Дашенька! – Карина подошла к девушке. – Спасибо, что так быстро приехала! Ты выглядишь на все сто!

– Килограмм или лет? – хихикнула Дашенька, плавным жестом не без удовольствия обратив внимание на свои округлости. – Мне стало любопытно, что за редкий экземпляр!

Они уставились на меня в шесть глаз, оценивая.

– Кариночка, тут только один вариант. – Карина обошла меня и встала со стороны затылка. – Вот здесь всё придётся убрать начисто. Предлагаю плавный переход на удлинение по миллиметру вверх. А спереди по линии чёлки оставлю немного длиннее, чем основную длину? Пока только так, ок?

– Оки.

– А будет отрастать, там уже найдём с чем работать. Кстати, для фотосессий неплохо будет на нем смотреться стайлинг с воском. Образ такого знойного красавчика с небрежной шевелюрой. М-м-м...

Девочки как-то слишком плотоядно на меня посмотрели, но не дождавшись от меня ни слова и не тем более намёка, продолжили общее занятие.

Стригли меня с особой тщательностью, около часа, не как в горе-салоне за пять минут с мытьём головы. Хотя, на мой взгляд, как раз на этот раз там уже и состригать было нечего.

Когда я увидел себя в зеркало, на меня смотрел повзрослевший незнакомый парень с большими серьёзными выразительными глазами, стильной аккуратной причёской. А я уж думал теперь только налысо, но нет, кое-что спасли. Только одежда теперь просто вопила о своей неуместности.

Девушки как сговорившись подруки потащили меня в примерочную. Оказывается, она здесь была... В четыре руки, как бы споря, кому что достанется, принялись меня раздевать. Самое святое снять я не позволил, а то размечтались.

Тут началось сумасшествие. Меня переодевали, как игрушечного Кена, ставили в нужную позу, фотографировали. Визжали, шутили, не упускали возможность прощупать мышцы или игриво ущипнуть, а то и подышать на ушко. Всё продолжалось до глубокой ночи, настолько девочки и фотограф увлеклись новой игрушкой.

В каких образах я только не позировал.

Они даже в сетку меня одевали и какие-то кожаные ремешки на меня цепляли. Как это относилось к образу делового мужчины, я интересоваться не стал. Явно творческих не в ту сторону занесло, но спасение моей шевелюры того стоило.

Я стойко всё перенёс, не теряя оставшегося во мне достоинства.

В любом случае, образы были настолько разными и невероятно атмосферными, что мне и самому постепенно стало интересно, каким я получусь на следующем фото. Втянулся.

Нужно отдать должное, ни в одном комплекте я глупо не выглядел. Мне показывали по паре самых удачных фото из каждого фото сета и восхищённо комментировали. Тут я с ними солидарен. Такие фотки только на обложках печатать! Вот что значит профессионалы! Даже я на них как какой-то актёр смотрюсь, а пару часов назад, на меня без жалости взглянуть нельзя было.

По итогам моих мучений, я увешанный пакетами с бесплатной для меня одеждой и рекомендациями как носить, возвращался в общежитие. Кроме деловых, Карина мне буквально всучила комплекты для похода на вечеринку и простую повседневную одежду, как она выразилась. Естественно, от простой одежды было только слово. Она была не просто эксклюзивной и невероятно дорогой, но и заставляла чувствовать себя в шкуре какой-то знаменитости. Ужасно уставший, но тем не менее счастливый. Те немногие, кто мне встретился, явно меня не узнавали, но провожали заинтересованными взглядами.

Зато дома узнали! И даже сын оценил! Залез на колени и сонно потёрся своей щекой об мою. После чего ещё долго с интересом разглядывал, водя пальчиком по моим чертам. Почему он не спал в это время, я даже не спросил, потрясённый событиями произошедшими событиями вечера.

Мы с Натальей Ивановной, которую сын упорно называл бабушкой, уложили Эда спать и поели праздничный ужин, который всё же был заботливо приготовлен и дожидался меня. Да, повод был прямо-таки двойной! Вперёд в новую жизнь! Теперь всё изменится!

Рин

Следующий день оказался гораздо сложнее, чем предыдущий.

Из общаги я вышел, как частенько бывает в последнюю минуту и буквально добежал до входа в Академию. Я засекал. У меня на это уходит минута и двадцать секунд, у меня даже ещё оставалось минуты полторы, чтобы отдышаться, прийти в менее взъерошенный вид и степенным шагом дойти до нужной аудитории.

Но сегодня что-то было не так. Внимание окружающих!

Девушки, проходившие группками, теперь не посмеивались вслед, а провожали заинтересованными взглядами. Пара преподавателей с другой кафедры, встретившихся мне не пути, в ответ на моё приветствие посмотрели недоумённо, явно не поняв кто я и неопределённо кивнув проследовали дальше. Мне, непривыкшему ко всему этому – было неловко. Уютнее было быть серым и неприметным. Но пора понемногу возвращать себя к жизни, пусть и получилось всё так неожиданно резко и я бы сказал феерично.

Дверь в аудиторию была открыта и я зашёл, окидывая её взглядом. Как всегда, посещаемость на уровне. Хорошо, так как сегодня у нас введение в одну из самых сложных тем.

– О! новенький! Красавчик! – понеслось перекатом, преимущественно женских голосов, со всех сторон. – Иди к нам!

– Нет, к ним не ходи, лучше садись к нам!

Но на что я рассчитывал? На нормальную лекцию?!

– Давай, не стой там, здесь место удобнее!

– Как тебя зовут? – а это уже самая активная студентка подлетела и тянет меня за собой за руку.

Без бороды на препода не тяну? Ну что же…

– Зовут меня всё так же. – вырываю руку из её цепкой хватки. – А место меня и моё устраивает. – студенты напряглись, явно узнав знакомый голос.

– Прохожу за кафедру, наблюдая за реакцией аудитории. Откровенно сдерживаю смех от вида этого переполоха, но улыбку себе позволил. Да, милые, голос-то мой узнали, но с картинкой не сходится? Обычно такие удивлённые рожицы, да в таком количестве – только в комедиях увидеть можно. Но забавно мне было недолго, а всё потому, что серьёзная тема сорвалась, так как моя личность интересовала студентов гораздо больше, нежели предмет. В итоге к лекции мы приступили или попытались приступить только через полчаса от начала занятий.

Ладно студенты, но на протяжении дня, я всем коллегам доказывал, что я – это я, и совсем без пластики. Да, даже такие шутки в мою сторону некоторые отпускали. А самый частый комментарий был от женщин, которые удивлялись, как сильно борода мужчин меняет. Хотя думаю просто раньше в моё лицо никто и не вглядывался. Кому был интересен серый, потрёпанный жизнью аспирант.

В тот день у меня было четыре лекции и пара практик у разных курсов. Половину каждой лекции я буквально отбивался от нетерпеливых вопросов студентов, например, куда я делся и почему препод новый. Также сыпались вопросы личного характера о том, как давно я сам окончил ВУЗ и есть ли у меня девушка. Я как мог, старался отшучиваться и не злиться, понимая, что этот ажиотаж нужно просто пережить. К четвёртой паре вопросов стало меньше, видимо,   студенты на переменах уже многое обсудили между собой. Однако, стоило выйти в коридор и вокруг меня как-то "случайно" оказывалось слишком много студенток, даже тех, у кого я не веду. На пятой паре я вёл практическое занятие у группы Виталика. Он опоздал на пять минут, ввалившись в музей, где проходила практика, растрёпанный и запыхавшийся. Заметно, что спешил. Вместо извинений у входа,  не сбавляя скорости он подлетел ко мне затромозив лишь когда приблизился вплотную ко мне, чем вызвал смешки и реплики студетноов.

– Сорян, Рин, не хотел твоё занятие пропускать. Проспал после вчерашнего. – я пока соображал, как же притормозить студента, в стандартной комплектации которого тормозов не наблюдалось, меня уже схватили за руку, для крепкого рукопожатия, а другой рукой приобняли за плечо. Затем Виталик отстранился оценивая. – Красавчег!

Толпа студентов загудела. Чёрте-что твориться...

– Витали...

– Моя сеструха в тебе не ошиблась. – бесцеремонно перебивает меня он. – Пойдёшь с ней на свидание?

Ну кто его за язык, говорить такое при всех тянул?

У этого парня явно в голове нет подразделения "личное". По музею пронёсся шёпот, переходящий в гомон, улюлюканье и редкое посвистывание. Видимо я один здесь не знал, что та самая сеструха, уже мировое имя зарабатывает и считается самой завидной и шикарной невестой в городе. Студенты здесь же на месте меня и просветили. Неудивительно. Вчера я увидел её уровень и талант. Даже то как фотограф перед ней лебезил, уже могло навести на нужные мысли, если бы меня этот вопрос волновал.

– Виталик, постарайся больше не опаздывать. Если что, я тут уже пятую пару после вчерашнего веду... На счёт Карины пообщаемся на перемене, а сейчас подключайся к нам. Сегодня мы учимся определять возраст включений в магматические и метаморфические горные породы.

– Чего? – Виталик будто опешил, не ожидая, что он попал на пару.

– Виталик, раз уж ты уже вышел к доске, пройди по музею и укажи на все метаморфические горные породы, назови те, в которых заметишь включения. – Виталик подошёл к первому стеллажу.

– Ринат Валерьевич, а можно с вами? – он это сказал так жалобно, что я невольно улыбнулся. Тут же услышав восторженный вздох рядом сидевшей студентки.

– Можно. Остальные тоже могут встать с места и пройти за нами запоминая то, что ещё не выучили.

У нас в академии было несколько музеев. Наше занятие как раз проходило в одном из них. Музей минералогии. Огромная аудитория с огромной интерактивной доской на одной стене, а остальные стены заняты невысокими остеклёнными витринами, высотой чуть выше пояса, в которых хранились различные горные породы и не только. В центре стояли три ряда оборудованных столов для студентов.

– Тут же одни номерки, даже подписи нет... – возмутился один студент. – Как запоминать, ху из ху?

– Да-а-а, – удручённо выдыхаю, не понимая перед кем распинался, демонстрируя целую гору камней и рассказывая происхождение каждого. – Чувствую, кроме этого, сегодня придётся повторять и основы с прошлого курса. А уже про включения поговорим на следующей практике. Вот это называется каталог... В нём и найдёте ответы на свои вопросы.

– Мы не виноваты... Это у нас препод неинтересно вёл... – возмутился один студент.

– А на следующий год про меня так же новому преподавателю рассказывать будете?

– Нет, ну что Вы... Вы самый классный. – раздалось со всех сторон. – И, красивый, теперь! – донёсся сдавленный возглас какой-то глупой студентки.

– Ну раз так, давайте все вместе помогайте однокурснику. Первый экспонат по каталогу. Ищите горную породу с номером один на витрине.

– Я нашёл! – это мрамор! – радости-то сколько на лице. – У сеструхи в студии пол с колоннами такой! Помнишь же! – Виталик со вселенским счастьем смотрел в мою сторону, ожидая подтверждения.

Я кивнул, но следом задал ему вопрос, к каким горным породам он относится. На что на удивление быстро получил развёрнутый ответ от него же.

Да, не ожидал.

Похоже, парень просто ведёт себя так, создавая обманчивое впечатление оболтуса, которому ни до чего нет дела.

Своим азартом Виталик заразил даже тех немногих, кто изначально кисло сидел на лекциях. Они уже наперебой спорили о следующем экспонате, поставив одну девочку за главную перед каталогом, она опровергала или подтверждала их догадки. Я уже просто стоял и временами немного подталкивал к решению очередной "загадки", попутно подкидывая им легенды про месторождения или места, где были найдены экспонаты. Значительная часть из них, была моими находками.

Окидываю активных ребят!

Хорошо!

Практика пролетела незаметно. Ребята очень расстроились, что успели только четверть каталога определить. По мне, так они более, чем продуктивно поработали. Я пообещал им перенести сюда следующую лекцию, чтобы они могли продолжить, раз уж так увлеклись. Всё равно между спорами внимательно слушают мои истории, а заодно наглядно запоминают, что к каким породам относится.

Занятие закончилось, почти все студенты разошлись, а Виталик не уходил. Небольшая оставшаяся группа студентов тоже чего-то то ждала.

Уже начала подтягиваться следующая группа.

Предположу, что личная жизнь препода им теперь интересна... Виталику я, конечно, обязан, потерплю выходки в пределах "нормы", но остальных радовать не намерен.

– Виталик, подойди ко мне после следующей пары, поговорим.

– Ок! – всего одно короткое слово, улыбка, и он так просто ушёл. Я думал, включит свою упёртость, скажет, что ждать не может. Наверно всё же ошибаюсь в парне.

Последняя пара без Виталика прошла более размерено. Признаюсь, мне не хватало этого энергетика в аудитории. Стоит ему появиться и все оживают. Я постарался немного скопировать его лёгкость переделав на свой манер и ко второй половине занятия увидел результат. Студенты стали более активными, с улыбкой и увлечением общались на нашу тему. Даже получилось нечто похожее на предыдущую пару. Вот что внешность с психологией делают!

С отличным настроением я вышел из музея, у входа меня уже дожидался Виталик.

– Кофе выпьем? – предложил он.

– Выпьем. – соглашаюсь.

Предполагаю, что кофе Виталик навряд ли будет пить из автомата.

Я не ошибся. Он направляется на выход, а я прикидываю, сколько там у меня в кошельке монет звенит. Наскребу ли на чашку в приличном месте? А если ещё и парня в благодарность за всё угостить?

Мы сели в машину Виталика. Сегодня я вписывался в неё очень органично и не чувствовал себя тараканом на стерильной кухне. Пока подходили к машине и усаживались, я поймал несколько заинтересованных женских взглядов на нас с Виталиком.

– Хорошенькие тёлочки. Только им ничего не обломиться... – прокомментировал студент.

– Зачем ты так. Они просто на нас посмотрели.

– Глупый ты. Много они на тебя ещё вчера смотрели? Эти тянки только на тачки и цацки и смотрят. А вот моя сеструха, другая... Кстати, какую музыку слушаешь? – быстро переводит разговор, заметив, что я хмурюсь на столь явное навязывание отношений.

– Да никакую сейчас...

– А раньше?

– А раньше, колыбельные на ночь слушал.

– Тогда послушай эту колыбельную... – усмехнулся парень, включив музыку так, что в ответ на басы вздрагивал каждый орган, и визгом сорвался со стоянки.

Just a young gun with a quick fuse

I was uptight, wanna let loose

I was dreaming of bigger things

And wanna leave my own life behind

Not a yes sir, not a follower

Fit the box, fit the mold

Have a seat in the foyer, take a number

I was lightning before the thunder

На магнитоле виднелась надпись, по которой я прочитал исполнителя: Thunder. Imagine Dragons

Через пару гремящих "колыбельных", которые мне, признаться, понравились, мы приехали.

Кофейня оказалась довольно тихой и уютной. Столики стояли довольно свободно относительно друг друга и были все заняты.

Хотя, если разобраться, мне сейчас вообще везде уютно, лишь бы не шумно. Наверное, возраст.

Мне подают меню. Оно в фирменном стиле и даже салфеточки с эмблемой кафе стоят.

Я заказал эспрессо и мясной салат. Ничего серьёзней у них не было: одни десерты да салатики. Причём мясной оказался самым дешёвым.

Виталик заказал горячий шоколад. Причём ему почему-то принесли такой, довольно тягучий густой напиток, а не то что на газу варится или как для разведения водой продаётся.

Нужно взять на заметку и привести сюда сынишку с зарплаты. Виталик медленно цедит напиток и щурится от удовольствия. Тоже хочу, но денег не хватит.

В дверь влетает запыхавшаяся Карина, привлекая всеобщее внимание. У них это семейное или сегодня звёзды так совпали?

Лёгкой походкой подлетела к нам и даже обниматься не полезла. Сразу зацеловала нас, во все четыре щеки, начиная с меня.

– И что же такого срочного и важного стряслось, братик?

– А сама как думаешь?

– Негодник! Заставил меня отменить встречу, очень выгодную, между прочим, ещё и загадками мучаешь? – протянула обиженным тоном Карина.

– Свидание вам устроил. А что? Только не заливай, что против.

– Не буду… Но, вот инициатива… хоть и должна от мужчины исходить, но никак не от третьего лица. – строго отчеканила Карина, отчитывая братишку, игнорирующего все границы.

– От него? – хмыкнул. – Ты бы ещё долго ждала. – Он даже пальцем на меня показал!

Мне стало неудобно за Карину и от Карины. Вот в какое положение её брат поставил?

– Систер, расслабься! Приглашение на свидание шло от мужчины. Давай опустим эту незначительную деталь, касающуюся меня? Наслаждайся!

– В чём-то Виталик даже прав. – решил согласиться я, заметив, что девушке всё-таки неловко. К тому же я даже бы не подумал, что могу быть интересен такой девушке, как Карина.

– Рин, ты вообще склонен себя недооценивать. Скоро ты сам убедишься. – Карина накрыла мою руку своей, а я нервно отдёрнул.

Что со мной? Реагирую, как наивная девчонка на первом свидании. А передо мной, между прочим, сидит красивая женщина.

Странно, что семейка именно в отношении меня пошла в наступление. Странно, что такой посредственностью как я, интересуются подобные люди. Хотя ребята действительно интересные и мне нравятся их общество, так зачем отказывать себе в общении?

– Ну раз вы уже за руки держитесь, я пошёл. Дальше сами как-нибудь разберётесь! – Виталик встал и пошёл к выходу, потом резко затормозил и обернулся. – Кстати, сеструха у меня мировая. Не обижайся её. – Я ответил кивком.

Ну, а чего тут добавишь? Бежать хватать его за руку и умолять чтобы остался, со стороны будет смотреться глупо и оскорбительно для Карины. Мои проблемы, что я к свиданиям не готов.

– Ну, раз уж мы оба здесь, давай получше узнаем друг друга. – предлагает Карина.

– Я не против. Но после нашего разговора, ты откровенно ответишь на один мой вопрос.

– Так, не поняла. Что за условия на ровном месте? – приподнимает бровь, а я теряюсь. – Что ж. Следуя твоим правилам и от меня один вопрос.

– Да хоть тысячу... – я улыбнулся, расслабляясь. Всё же Карина очень милая. А то что она невероятно стильная красотка лишь добавляет ей баллов в моих глазах.

Смотрю на неё. Карину вполне можно назвать солнечным человеком не только по характеру: девушка с солнечным цветом волос, нежной светлой кожей, и аккуратными, как будто бережно созданными скульптором чертами лица.

Волновал меня всего один вопрос: я действительно не мог понять, почему они продолжают тратить на меня время и средства? Неужели думают что-то с меня получить?

В дружбу я уже давно не верил, вращаясь только в кругу коллег.

Когда в восемнадцать лет от тебя одновременно отворачиваются все друзья, лишь из-за того, что теперь ты не в состоянии оплатить очередную тусу, и даже на готовенькое прийти не имеешь возможности, так как памперсы менять нужно, то ты переоцениваешь смысл дружбы. На помощь от друзей, как финансовую, так и элементарную вроде сходить в магаз, рассчитывать не приходилось. Всего пару раз из нашей огромной и «дружной» компании, ко мне заходили «друзья», скорее разведать обстановку и посмотреть, что ребёнок правда появился и он маленький и орущий, при этом даже морально поддержать меня никто не собирался. Как и родители, «друзья» предлагали не заморачиваться и избавиться от гемора, откровенно высказываюсь, что им у меня теперь не прикольно, поэтому навряд ли придут ко мне тусоваться.

Странно, но из-за друзей я тогда и не расстроился. Наверно на фоне остального для меня это были уже мелочи. Тем не менее после этого я усиленно избегал людей, пытающихся назваться моими друзьями.

Но ведь Карина, она другая...

Сильная и самодостаточная женщина. В то время как я на данном этапе жизни, одинокий начинающий препод, живущей в общаге с ребёнком. Деньги от меня ей точно не нужны.

Тогда что?

Навряд ли ей хочется просто поглумиться над пришедшим за помощью к ней человеком. Точно нет. У неё такой открытый взгляд и на её лице никогда не было и тени неприязни ко мне. Карина не такой человек.

Она заметила, что я неотрывно её разглядываю, и улыбнулась во все свои жемчужные, надеюсь, тридцать два зуба. Впрочем, последние несколько минут, пока я был в своих мыслях, она занималась тем же, что и я — разглядывала.

– Давай переспим. – Карина смотрела в мои ошарашенные глаза и немного нервно улыбалась. Говорит такие смелые вещи, но при этом волнуется? Быть не может, что она серьёзно о таком думала… По взгляду вроде не шутит.

– Зачем тебе это?

– Не думай, я не всем предлагаю. Вообще, в первый раз предлагаю... – понизила она голос почему-то немного краснея. Играет или правда? – Просто думаю о тебе со вчерашнего дня. Надоело уже. Считаю, надо переспать и успокоится.

Я с сомнением посмотрел на Карину.

– Карина, отказывается не буду. Просто давай вернёмся к этому вопросу в конце... нашего свидания – нашёлся я, как назвать эту нашу встречу.

– Вернёмся. – задумчиво повторяет, вычленив слово из моей фразы.

– Расскажи о себе?

– А тебе действительно интересно? – этим простым вопросом она вызвала во мне больше удивления, чем предыдущим.

– Конечно. Хочу понять, что ты за человек, чем живёшь. Брата твоего я уже вроде понял. Но вы хоть и дружны, но совсем разные по характеру. Ты выглядишь более зрелой и только что прозвучавшее предложение в общую картину не вписывается.

– Интересно, и что ты понял о брате? – решает поговорить сначала на отстранённую тему.

– Он хороший, добрый парень. Как успел заметить, неглупый, но почему-то тщательно шифруется и предстаёт перед всеми – неким неуправляемым балагуром.

– Точно подметил. А ещё про брата говорят он неисправимый бабник. Это тоже не так! На деле он всех отталкивает и боится отношений. Этим он напоминает тебя. Просто у вас методы защиты разные.

– А ты? Ты тоже боишься отношений? Поэтому пытаешься всё упростить? – Карина вздрогнула и заглянула мне прямо в глаза, я бы сказал душу, так как по коже пробежал холодок.

– Не знаю. Не ожидала таких вопросов на первом свидании. – слабо усмехается. – Наверное, скорее да. Не знаю, можно ли такое говорить парню, с которым собираюсь провести ночь, но совсем недавно я сильно обожглась. Влюбилась в одного парня, а потом случайно услышала его разговор с дедом и поняла зачем я им. Они так спокойно обсуждали не стоит ли меня сменить на дочку нового делового партнёра, недавно переехавшего к нам в город, что мне стало противно. Дед сказал, что она лучше, чем обнищавшая аристократка, одевающая манекенщиц. Представляешь? – здесь Карина возмутилась, ища взглядом поддержки. Я кивнул. – А я, между прочим, денег больше чем вся их семья зарабатываю. Только не афиширую. Зачем доходом хвастаться? А потом ещё хуже. Пополз слух, что мы так обнищали, что продаём фамильные драгоценности. Якобы замуж меня выдать выгодно из последних сил пытаемся.

– Какая людям разница сколько у тебя денег?

– На деле, я всего лишь продала полную безвкусицу, которая мне с детства не нравилась. Конечно, дорогущая, но до сизх пор не понимаю, как такую мои предки купить могли? Может, подарок был...

– И этот слух дошёл до твоего женихи и он тебя бросил?

– Нет, слух об этом дошёл до деда. Дед ему об этом втирал, а Кирилл, он хоть бы про чувства упомянул… Но в его речи был лишь холодный расчёт, а в разговоре с дедом полное согласие.

– Ну и зачем такой человек рядом? Я любила, всё ещё находила оправдания их разговору. Например, что он перед дедом специально так себя ведёт, а потом предложит мне тайно пожениться. В общем, всякая романтическая чушь в голову лезла.

– Полагаю, надежды не оправдались?

– Нет. Через день Кирилл предложил отложить свадьбу на год, ссылаясь на напряжённость в работе. Я ещё пару дней переваривала все и не могла принять действительность. А он тем временем ловко оставлял для себя отходные пути. Когда я собралась силами для разговора с ним и официально разорвала отношения, он вдруг взбесился и напоследок пустил про меня пару слухов, которые до сих пор гуляют. В итоге все общие знакомые оказались на его стороне.

Я не знал, что сказать. Пересел на её сторону и обнял девушку. Она разрыдалась у меня на плече. Окружающие с соседнего столика на нас поглядывать начали. Благо в кафе столики на приличном расстоянии и больше мы никому особо не помешали.

– Карина, ты замечательная девушка. Это ведь хорошо, что ты избежала жизни рядом с таким человеком. Рано или поздно он бы себя выдал и было бы больнее. Особенно если бы появились дети. Тогда особенно больно.

– Это было полгода назад, а почему реву здесь с тобой? – негромко всхлипнула Карина, беря себя в руки.

– Ну ты как? – я стёр слёзы большими пальцами, обхватив ладонями её личико, и с теплом заглянул в её глаза. Эдика обычно этот жест успокаивает, но он малыш... Тем не менее, похоже, и на Карину подействовало.  Она улыбнулась сквозь слёзы.

– Спасибо. Я не знала... Я не хотела... То есть, только брат знает... И ты... Теперь... на первом свидание... Глупо?

– Почему? То, что ты поделилась наболевшим нет ничего глупого.

– Просто Виталику я рассказала только из-за того, что он допытывался о причине разрыва поволвки. Он надумал себе лишнего из-за слухов. А тебе... Ты другой. Я наверно дура, опять доверится мужчине?

– Наверное...

– Что?! – столько возмущения на нежном заплаканном личике!

Она даже вскочила.

Я протянул руку и усадил на место улыбаясь.

– Всё нормально, я рад что узнал твою историю. Теперь могу понять тебя немного лучше. Но знаешь, я не хочу пользоваться ситуацией. Сейчас это будет неправильно. Я сам не готов. Я предлагаю тебе свою дружбу, и если этого нам будет её недостаточно, думаю, время всё поставит на свои места.

– Я тебе не нравлюсь? А если я захочу большего?

– Нравишься, – я сглотнул, – очень. Но я вижу не только красивое личико, а тебя. А тебе, поверь, сейчас не нужны отношения с загруженным отцом одиночкой. Я сына-то почти не вижу. И... – Я помедлил. – Если тебе нужна будет просто ночь. Я тебе её дам. Без иллюзий на продолжение.

– Что ты сказал?! У тебя есть ребёнок?

– Разве Виталик не говорил? Думал он тебе всю мою биографию выложил.

– Не говорил. А жена?

– Ты действительно хочешь услышать мою историю? Она не более весёлая, чем твоя. – Я заметил, что за соседний столик, спиной ко мне садится женщина и подумал, что будет некомфортно рассказывать, даже если она не услышит.

– Ну это будет справедливо. Я же с тобой своей поделилась.

– Хорошо. Тогда давай прогуляемся. – Карине не пришлось объяснить, намёк поняла.

Мы рассчитались и вышли.

Вечер был тёплый.

Я предложил пройтись до набережной. Карина взяла меня под руку, опустив голову мне на плечо, а я забрал у неё руку и обнял её более удобно, за плечи. Сейчас нам двоим требовалось простое человеческое тепло.

В тот день я впервые поделился своей плохо закончившейся историей любви и почувствовал рядом друга. Каждый из нас получил от той встречи гораздо больше, чем изначально планировал.

Последующие дни вокруг меня постоянно можно было наблюдать толпу кокетничающих студенток, желающих получить свою долю внимания. Почему-то некоторые резко решили, что таким образом можно добиться снисхождения на зачётах.

Карина уехала на показ. Мы созванивались. Она была в отличном настроении и обещала обалденный сюрприз по возвращении.

Мы с Виталиком оба ждали сюрприза. Теперь этот студент был неотъемлемой частью моей жизни. Моим другом. Постепенно в моём присутствии он начал вести себя иначе, без показухи, а ещё он был благодарен за сестру. Виталик заметил, что она отпустила прошлое. Не знаю, как он это определил, но проронил фразу, что благодаря мне Карина готова двигаться дальше.

Моя популярность среди женской половины всё росла, хоть снова бороду отпускай, но Виталик мне такого не позволит! Хотя видя творящееся безобразие вокруг меня, он подсуетился и принёс мне очки без диоптрий. Сказал для серьёзности надевать в академии, а то, как он выразился, уж очень я сладкий экземпляр в глазах молоденьких студенток.

Всё усугубилось, когда через пару месяцев, одним прекрасным вечером по телевизору показали рекламу творческой студии, в которой меня превратили в человека. И чего я не ожидал, так это демонстрации в рекламе моих фото в разных стилях, хоть фото "до" не показали. Это и был сюрприз от приехавшей Карины.

Это было из разряда: почувствуй себя звездой. Популярность обрушилась как билборд на голову. Кто-то из коллег автограф просил, кто-то просто заваливал вопросами о том, когда я ухожу из образования. Почему я скрывал насколько крутой.

Все дружно решили, что я меняю профессию. Коротко говоря, каждый посмотревший рекламу, додумал чего-то для себя и поделился этим с другими. Некоторые ломанулись ко мне советоваться по стилю, причёскам и даже совсем неожиданным вопросам.

Ко мне?

Они серьёзно? Разумеется, отец-одиночка лучший советчик во всех вопросах.

В те дни жизнь вокруг меня напоминала пчелиный рой.

Мало того, мне действительно поступило пару предложений сняться в рекламе, а также предложения по участию в нескольких показах у нас в городе. Меня это мало интересовало. Моя новая должность занимала у меня всё время, да и удовольствие от своей работы, я нужно сказать получал и бросать не собирался. Это было неоспоримо моё дело!

Но, случилось — но...

Один очень пронырливый агент таки убедил меня посмотреть контракт на рекламу стильных аксессуаров для мужчин, довольно известного бренда. Нужно отметить, небольшой процент населения нашего города может себе подобное купить.

К тому же я в этом не разбираюсь. Для меня барсетка как барсетка. Если не присматриваться к надписям и предварительно не прочитать описание в каталоге, откуда знать, что фурнитура с платиной? Или кожа какая-то суперэлитная?

Вот этот агент меня достал... Даже у меня столько упорства нет... Подлавливал рано утром и дожидался поздно вечером, когда я выйду. Убеждал, что утвердили именно моё лицо. Даже "случайно" сталкивался со мной на улице в воскресенье. Моё терпение лопнуло. На грани вежливости послал его с бумажками в место, где они пригодятся.

На следующий день он поменял тактику и сидел в гостях у нашего ректора. Он оказался каким-то внучатым племянником двоюродной тёти троюродного брата ректора. Коротко говоря, Виктор Иванович попросил помочь родственнику, но при этом просьба включала только просмотр контракта, подтверждения он даже не просил. Ему просто было невыгодно, лишатся преподавателя хоть на день, а контракт подразумевал командировку. Когда я увидел сумму в контракте, которую я получу за несколько дней, равную сумме, которую я заработал за последние полгода, мне прямо так скажем стало интересно, за что мне так много чести? Вокруг можно найти и других людей не обеделённых внешностью и знающих своё дело.

Нет, я далеко не альтруист и деньги скопить на машину и собственную квартиру хотелось быстрее. А здесь сразу на отечественную трехгодовалую б/у машину хватит. Права у меня есть, а вот машина у родителей так и осталась. Они её мне на восемнадцатилетние подарили. Крутая спортивная иномарка. Теперь понимаю: глупо на такой в наших пробках стоять, бензин жечь, а то и ямы на дорогах ловить. Даже будут деньги, такую не куплю.

Бренд оказался серьёзным. Условия больше, чем устраивали. В общем, продал я несколько часов своей жизни подороже, чем обычно... Однако бросать свою любимую работу и переходить под софиты – мне всё равно не хотелось. Я чётко понимал, что это разовая "акция" с моей стороны. От жизненных целей меня это не отклонило. Видно, я вдвойне не сын своих родителей.

Кстати, про родителей… Нарисовались прямо возле входа в главный корпус, как только по телеку увидели эту рекламу бренда. В ней у меня даже монолог короткий был. Наверно правильно сказать окружающие восприняли это больше, как мою рекламу, чем рекламу продукта. Когда первый раз посмотрел, чуть глаз не задёргался. В рекламе такой брутальный, стильный мужик, прямо миллиардер на отдыхе и певица известная ко мне в машину садиться, смотря в мою сторону жарким взглядом.

Кстати, режиссёр как-то пошутил, что за ней для подписания контракта меньше чем за мной бегали. Смотрел рекламу, а сам вспоминал, как мне вентиляторами в лицо дули, чтобы волосы на ветру и взгляд такой дерзкий и уверенный.

Смотрел телек и себе завидовал.

Мне б так жить!

Как же лебезили родители! Наперебой говорили, как они мной гордятся. Прощения просили, про Эдика спрашивали. Интересовались сколько ему сейчас. А то раньше не знали где меня найти. Ведь сами на поступление в эту академию за ручку привели когда-то. Им гордиться хотелось, что сын в таком месте учится будет, да ещё своими силами. Прямо весь в них интеллигент...

Вспомню, корёжит. Противно...

Смотрю на их лица такие все милые, а перед глазами тот день, крики, гримасы отвращения, оскорбительные слова желающие смерти сыну. Меня аж передёрнуло от контраста.

А почему смотрю? Это же уже всё было... дежавю?

На душе так щемяще противно… Я просто молча разворачиваюсь под негодующие возгласы этих людей и иду в противоположную сторону, теребя трясущимися руками ту самую дорогую барсетку из рекламы, великодушно подаренную фирмой. Мол реклама не врёт — модель пользуется.

Хоть не воспринимал я этих людей уже больше как родителей, а по телу такой колотун пошёл, что в итоге я просто остановился и сел у стены мимо которой проходил. Как-то мне совсем нехорошо. Внутри всю сжалось и колотит.

Девчата, проходившие мимо меня, оказались моими студентками, допытавшись от меня реакции, отвели на скамейку, отпоили водой. Даже на скорой настаивали. На их вопросы чем моё состояние вызвано отмахнулся, сказав, что увидел людей похожих на родителей, которых у меня давно нет. А то девочки уже начали задавать странные вопросы, никто ли витаминами не угощал или ничего ли мне в лицо не распылили. Успокоившись сами, и дождавшись стабильного состояния от меня, они настояли на том, чтобы проводить меня до дома. Оказывается, я все это время шёл в противоположную сторону от общежития. Проводив, они пожелали мне держаться, так как я, по их мнению, самый лучший и адекватный препод, поэтому жить обязан долго. Тут они, конечно, сильно льстили. Я сам здесь учился и из вредных у нас в академии только психолог. Но всё же было приятно. На откровенную лесть не похоже. Девочки и правда так считали.

В глубине души их неожиданная забота откликнулась разливающимся в груди тёплом – и я немного ожил. Начал согреваться. Однако чувствовал, что до нормального состояния мне ещё далеко. Даже боялся напугать домашних. Натянул улыбку и вошёл в дверь, чувствуя свинцовую тяжесть в конечностях.

– Совсем тебя доведёт эта популярность... – слышу голос няни, но даже не понимаю откуда он идёт. 

– Угу... – сказал я и уткнулся в подушку. Сегодня не до подготовки к занятиям. Смертельно устал. Завра выкручусь как-нибудь.

Что-то всё-таки не так и шея ноет.

Чёрт.

Никакая это не подушка. Точнее, сработавшая подушка безопасности. 
В какой момент я уснул? А куда вообще ехал?

Меня же Мьяна ждёт...

Анализирую свои ощущения, кроме общего ощущения побитости и боли в затёкшей шее, — цел. Уже хорошо.

Дверь открывается без труда. Выхожу. Немного пошатывает. Вертолётик полетел. От этого хочется присесть, но я лишь придерживаюсь рукой за капот и стараюсь дышать глубже.
Немного отпустило.

– Не так уж всё печально. Осматриваю передок машины. Правая фара в хлам, бампер и крыло под замену, но жить тачка, как и я будет.

Пару метров в сторону обрыва и нам с тачкой уже не так бы подфартило. Наверное, в моём возрасте  по ночам не спать чревато. Результат на лице собственной тачки. Своё я не видел.

Сел в салон. Посмотрелся. Норм. Намёк свыше усвоил, но до Мьяны я всё же доеду.

Пятница 13 от Мьяны

Сегодня особо волнительный день! Вечером я собираюсь рассказать Рину новость! Я беременна! И хоть годовщина у нас уже в следующем месяце, я решила сделать ему сюрприз сегодня не затягивая!

Наверное, я не дождусь вечера, ведь это так волнительно! Ребёнок от любимого. Обрадуется ли?  У него ведь уже есть сын, это для меня всё впервые: первая любовь и первый малыш.

Подумать только, ещё недавно я была убеждена, что не создана для семьи. А уж детей... такой как я, считала, что вообще заводить не стоит. Странная мать из той, которая не любит общество людей и боится детей. Всю тщательно выстраиваемую годами крепость разрушил Рин, ворвавшись штурмом.

Я и ОН! До сих пор задаюсь вопросом, что он во мне нашёл... Я объективно себя оцениваю: замкнутая, невысокая и далеко не красавица, к тому же со странностями.  Однако он не раз мне повторял, что я для него самая лучшая и красивая… И вот не врёт же… не сомневаюсь — что любит! За годы заставил меня в это поверить и даже сделал предложение, убедив согласиться.

Я много раз видела  фото ребёнка в портмоне у Рина. Милый годовалый крошка, ну копия Рина! Сейчас, конечно, по-взрослей. Я, как никто другой, знаю насколько Рин любящий и заботливый. Пусть и слишком занятой. Надеюсь, нашего малыша он будет любить не меньше. Это произошло в последнюю нашу романтическую встречу. В тот день, когда он сделал мне предложение. Символично получилось. Хочется верить, что это своеобразное благословение нашей совместной жизни!

Видимся и проводим время мы в основном на работе. Несколько раз в месяц я немного наглею и Фея, предоставляет нам дом. Хотя всё началось с того, что я как-то сказала ей, что к нам Рин придёт познакомиться, а её сразу, как ветром сдуло. Как-то она сказала, что она рада за меня и сама предложила проводить наши романтические встречи дома. Во-первых, на своей территории я чувствую себя увереннее, во-вторых, не ходить же нам с Рином по отелям, а шумные и людные места типа кино я не люблю. В доме проводить свидания намного комфортнее.

У нас с Рином до этого и свиданий-то стандартных не было. То на раскопки едем вместе. Бывает и в палатках живём. Отношения мы не скрывали, но и не афишировали. А вот в элементарном театре мы так и не были. Я стараюсь не наглеть и не забирать, то немногое время, которое он может провести с сыном. Я-то и так Рина каждый день вижу.

Сегодня у меня по расписанию мало пар и есть возможность купить подарок Рину на годовщину. Я даже успею приготовить шикарный ужин! И Фею, когда с занятий вернётся, попрошу на сегодня нам дом одолжить! Она давно собиралась с одногруппниками на дискотеку сходить. Те – каждые выходные ходят, а она всё на потом отодвигает, предпочитая допоздна зачитаться книжкой под кружку чая. Может мое влияние – не знаю... Младше, она слишком активной была, а как поступила – сильно изменилась.

Сначала расскажу новость Рину, а потом и Фее! Его я уже предупредила о вечере, ещё утром, когда мы увиделись! Так что он часиков в семь, уже ко мне приедет!

Наш первый день мы отмечаем каждый год. И теперь, после свадьбы, думаю, продолжим. Я даже знаю где найти подарок! Вчера услышала, что ближе к черте города, рядом с котлованом расположился табор цыган. Эти цыгане заметно отличаются от привычных, снующих по рынкам в поисках добычи. Они не сами заходили в город, а зазывали к себе. У них там и зоопарк, и акробаты – и много разных, необычных диковинок, включая выставку-продажу антикварных вещичек со всего мира! Поэтому, несмотря на опасения лишиться денег, я была далеко не единственной, кто туда поехал. Автобус до конечной был переполнен. Машину, в отличие от Феи – я не вожу. Фея была на парах, да и отговаривать бы стала от поездки. Не принимает она этого, хоть и старается сильно не показывать. В автобусе было немало мам с детьми, ожидающих интересного представления.

Я невольно положила руку на живот.

– И мы идём!

От остановки толпа ринулась в нужном направлении, так что я даже не задумывалась куда идти. Солнце приятно согревало лицо и открытые участки кожи! День стоял яркий, немного жаркий, располагающий к таким прогулкам!

Подходя ближе, я разглядывала расположившийся ровным кругом, напоминающий шатёр – табор.

По периметру он был украшен свисающими острыми концами вниз треугольниками ткани. В этой гирлянде чередовались два цвета: красный и синий. Внутри, как ни странно для присущей пестроты цыганам, преобладали те же цвета. Даже фургоны были окрашены соответственно. Картину разбавляли только яркие и пёстрые одежды самих хозяев. Здесь уже на любой вкус и свет. И одежда, и аксессуары. Однако, если брать каждого человека по отдельности, безвкусно они не выглядели, а очень так даже органично, насколько я могу судить со своим недалёким вкусом в одежде. Мне-то, наоборот, чем спокойнее тон одежды, тем она кажется приятнее к телу.

Я впервые была в таборе. Здесь было всё так необычно! В воздухе витало ощущение праздника. Яркое солнце и освежающий ветерок, приятно ласкали кожу. А с поля доносился аромат скошенной травы. Тут же вкусно пахло от лавок с едой, которую готовили здесь же на костре. Желудок сразу же отреагировал, стоило манящим запахам достигнуть моего носа, но пробовать, учитывая моё положение, я не рискнула, даже несмотря на активно вырабатывающуюся слюну.

Походила вокруг, но волшебным образом уже не раз подходила посмотреть на то, как здесь готовят.

Последние дни я уже не как птичка ем. И почему-то постоянно тянет на мясо, хотя раньше я его почти не ела. А тут конина... Раньше я вообще не понимала, как можно коняжку есть, а сейчас...

Ох, нелёгкая доля у беременной женщины. Чего только не захочешь и чего только не разлюбишь...

Вот мой любимый апельсиновый сок теперь ни в какую не заходит, а если и заходит, то также быстро и выходит.

Ладно, смысл киснуть, завистливо глядя как остальные уплетают мясо. И без еды пару часов прожить можно! Зато я вдоволь прониклась праздничной атмосферой и насмотрелась представлений, к которым тоже всегда была относительно равнодушной.

Надо же, я прямо умилялась двумя обезьянками, участвующими в фокусах. Всё было представлено так, будто они их и показывают, а парень, наоборот, тупит.

Я так смеялась!

Сентиментальность последние дни зашкаливает и хорошее настроение может резко смениться на раздражительность или, наоборот, истерический смех. В такие моменты стараюсь с людских глаз исчезать. Не объяснять же, что, к примеру, меня растрогала легенда о рождении бога из животного, которую я уже сто раз студентам рассказывала.

Бред? Согласна. Почему именно сейчас мне это до коликов смешным показалось?

В приподнятом настроении я пошла к палаткам со всякой всячиной. Мимо меня прошёл молодой симпатичный цыган в красной рубахе и просто так, очаровательно улыбаясь, подарил розу. Вполне себе обояшка, но жутко этим жестом смутил.

Через пару минут я увидела его же, несущегося на коне и на скорости выполняющего невероятные трюки. После представления он получил не только шуршащие бумажки, но и цветы. Видно, уже появились поклонники, намеренно приехавшие сюда с цветами.

Теперь понятно, почему раздаёт. Зачем мужику цветы. А так подарит цветок, улыбку заработает, а может и ещё чего больше.

Тут, в таборе, действительно было на что посмотреть! Я ещё какое-то время побродила вокруг…

Территория хоть небольшая, но невероятно насыщенная зрелищами! Хорошо предусмотрительно денег немного взяла, чисто только на подарок, а то всё бы тут и спустила. Я уже стояла и разглядывала настоящий, явно старинный кинжал.

– Счастливый у тебя сын. – Так внезапно... Я вздрогнула и автоматически разжала руку и металл жалобно звякнул о разложенных ниже собратьев.

– А... что? – я развернулась на голос.

– Ребёнок... которого ты носишь, дорогая... Говорю, счастливая судьба его ждёт.

– Что... сын? Откуда... – откуда эта цыганка знает, что я беременна?! Срок четыре с небольшим недели, пол даже УЗИ не определит ещё. Я посмотрела в это некогда идеально красивое и загорелое лицо, которое успело покрыться мелкой сеточкой морщин. Цыганка улыбалась мне идеально ровным рядом жемчужных зубов. Ох, мне бы такие! Даже сейчас, хоть ей явно далеко за сорок, она красивее меня. А в этой яркой салатовой юбке, расшитой золотым узором и такой же блузке, смотрелась как куколка с витрины магазина.

– Ты, милая, хоть и рано потеряла своих родителей, знала много одиночества, несмотря на доброту вокруг тебя. Но твоего сына и тебя с момента его рождения ждёт лишь счастливая судьба. Вся жестоко и неправильно отобранная удача, вместе с жизнью твоих родителей, вернётся в этот мир через твоего сына. А мужчина твой — твоя удача... Тоже редкой породы... Такой не пользуется своей силой и красотой, а несёт добро в семью. Держись его красавица и будет вам счастье. –поучительным тоном цыганка явно хотела донести для меня нечто иное, но я уцепилась за наболевшее слово "Родители".

У меня выступили слёзы, и я уже никак не могла сдержать дрожания губ и рук.

– Родители. Может быть, вы мне поможете узнать, как это произошло и что это было? Кто в этом виноват? – Засыпала я её торопливыми и сбивчивым вопросами.

– Ты могла бы спросить у них сама. Но мой тебе совет — не живи прошлым. Отпусти его... Иначе, тем, кто тебя окружает от этого будет тяжело, и ты... Ты даже изменишь судьбу одного, неизвестного тебе человека...

– Спросить их?! О чём вы говорите? Они давно мертвы! – я повысила голос и окончательно разревелась.

– Тише, пташка. Пошли ко мне в шатёр, и всё тебе расскажу.

Я, без опаски пошла в шатёр за цыганкой.

Сейчас меня волновало только истина, которая мучила меня на протяжении всей моей жизни. Я должна её узнать. Ради памяти моих родителей.

Цыганка налила мне воды из современного фильтра и протянула разовый стакан. Я не отказалась и выпила залпом.

– Сегодня ночью, духи показали мне сон. Он был про тебя. Про твоё прошлое, настоящее и возможное будущее... Не знала только, что так скоро появишься. Бывает несколько лет проходит. Духи поведали, что моя фамильная книга должно перейти к тебе. Она же поможет узнать тебе истину о родителях, но это будет не так-то легко сделать. Будешь искать одно, а найдёшь другое. Правильно ошибёшься – но нужно будет исправить – и вот тогда, получишь желаемое.

– Мне… мне всё это неважно. Я готовилась к этому всю свою жизнь. Я только и жила в надежде раскрыть правду, до которой кроме меня никому нет дела! – не сдерживаясь, я плакала навзрыд, не в состоянии успокоиться.

– Ты неправа. Твоим близким было дело. Но они были просто неспособны что-то изменить. – цыганка погладила меня по голове. – Да. Несправедливо. Но многие теряют родителей. Поэтому просто продолжай жить, пташка. Знание истины тебе ничего не даст. Те, кто виноват, уже наказаны судьбой.

– Вы же что-то знаете... Я вижу! Не скрывайте от меня, прошу... – я сползла со стула на колени и потянула дрожащие руки к цыганке. – прошу, отдайте мне эту книгу.

Цыганка не позволила стоять на коленях, она подняла меня и усадила на стул, налив мне ещё воды.

– Пей – мягко приказала. – Не переживай, против воли духов я не пойду и насколько бы ни была цена книга, теперь она должна перейти к тебе. Но, за неё нужно заплатить тем, что когда-то принадлежало твоим родителям.

– Я отдам всё что у меня есть. Мне ничего не нужно! – я сняла с себя всё золото, включая оставшееся от мамы и выдвинула эту горку к цыганке.

– Вообще-то, мне нужна была только одна вещь, но учитывая бесценность фамильной книги, думаю, что твоя цена будет справедливей. А вот деньги с кошелька не доставай, убери назад. — сказала она более строгим голосом.

Цыганка встала, подошла к огромному старинному сундуку, закрытому на большой амбарный замок. Достав ключ из декольте, открыла его и начала выкладывать разноцветное тряпьё. Затем что-то щёлкнуло и она достала дно. Нагнувшись немного ниже, она достала не менее старинную покрытую перламутром шкатулку и сдула с неё пыль.

Это шкатулка была размером с крупную энциклопедию и имела какой-то странный замок, одновременно напоминающий скрижаль и современный кодовый замок. Он был довольно крупным относительно шкатулки, но на нём не было цифр, а были написаны какие-то знаки, напоминающие письмена. Впервые такое вижу. Не врёт. Это явно очень старинная и редкая вещь. Углы и сердцевина шкатулки украшены пластинами метала с включениями драгоценных камней и проглядывающими остатками осыпавшегося от времени перламутра.

Шкатулка открылась с незначительным визгом металла.

Цыганка с трепетом достала книгу и открыв протянула её мне.

Я с тем же трепетом приняла увесистую книгу, в немного потёртом, но добротном кожаном переплёте, ещё и железные набойки на углах, добавляли ей солидности. Мне показалось, что кожа книги заметно теплее, чем окружающие предметы, но было не до тактильных ощущений. В нетерпении я заглянула в книгу и уставилась на незнакомый мне язык, но совершенно не тот, который на шкатулке. Так и захотелось воскликнуть: «А где картинки?! Сноски с переводом?»  

Кошусь на шкатулку.

– Коробочку я оставлю себе, фамильная. Тебе она без надобности. – поспешила заверить цыганка, убирая шкатулку с глаз. – Над книгой, в Любляне, был проведён древний сложнейший ритуал. И теперь её можно прочесть на вполне современном, словенском языке. По словам моей бабки, раньше эту книгу и открыть-то невозможно было. Книга прогоняла любого. На вопрос почему и для чего проводили этот ритуал, сама ответа не знаю, так что не спрашивай. Только знаю, что книгой так и не пользовались. У меня она только хранилась, ожидая хозяина. Никто не ожидал, что это будет не цыганка из нашего рода, а гаджо.

А теперь иди, если всё же решилась, – цыганка на секунду задумалась, – а то ты можешь упустить время. Через пару дней наш табор уезжает. Если понадоблюсь, ищи Тшилабу. Меня тут все знают.

Я развернулась и переваривая произошедшее на с трудом сгибающихся в коленях ногах пошла на выход, прижимая книгу к груди.

– Погоди пташка! Вот. Ты же подарок искала. Ценная вещь. Подари отцу ребёнка. Глядишь отведёт и поможет вам. И сумку возьми. Нечего такой книгой перед всем табором светить, а перед чужаками тем более. Храни ее и на глаза людям не выставляй.

– Спасибо. – я с благодарностью приняла подарок и вышла.

На улице я посмотрела на каменный перстень. Из какого камня он сделан я с ходу определить не смогла. Он был бледно-зелёный, почти фисташковый с тонкими насыщено-серыми разводами. Да, такие кольца сейчас не носят... В центре кольца красовалась печать с неизвестными символами, точно такими же, как на шкатулке. Я спрятала перстень понадёжнее. Хоть я и учила мёртвые языки, но такого точно не встречала. Подумаю про перстень позже, не это для меня сейчас самое важное...

Мысли мои возвращались к книге, точнее к родителям... и что значили её слова про время? Сегодня особенный день?!

Хотела вернуться и уточнить, но вдруг времени и правда слишком мало?

Я кинулась домой, и, забыв обо всём включая еду, – села за перевод.

Вскоре вернулась Фея и немного покачав головой, смирилась с моим настроем и даже присоединилась.

*Тшилаба — ищущая знания

Фея. Понедельник

Утро понедельника мы встретили суетливой дружной семьёй. Ощущения напоминали новогодние, тем, что все ощущалось каким-то необычным, я бы сказала нереальным с привкусом радостного предвкушения!

Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается.

Рин, выпроводил, даже не успевшего допить чай и дожевать круассан Эдика домой, мотивируя тем, что ему до репетитора нужно ещё извиниться перед няней и успокоить её. Признаюсь, няня из уст Рина в отношении моего теперь уже парня, зазвучало дикостью, но, как бы то ни было, эта бабушка ужа стала частью их семьи и теперь уже сама требует заботы младших.

После ухода Эдика меня ждал сюрприз. Рин, зачем-то следом за Эдиком отправил из дома Мьяну, но уже в Академию: под проблемой на мой взгляд надуманной. 

Дождавшись того, как Мьяна выйдет, Рин, закрыв дверь на все засовы, что меня, собственно, сразу насторожило, повернулся в мою сторону и сделал проникновенный взгляд...

Маньячить вздумал?!

– Ты только не волнуйся… 

Так, знаем, проходили. Ничего хорошего с этих слов не начинается! 

В голову тут же полезли всякие версии дальнейших событий, и я решила не предаваться мукам воображения, а спросить влоб. 

– Давай чётко, без эмоций и по делу. А если дел нет, — иди на работу. Я присмотрю за Ником.

– Правда? Хорошо. – Неожиданно легко согласился Рин, а на его лице читалось облегчение. Конкретное такое. – Спасибо что спокойно реагируешь. Честно, устал я от бурных эмоций. Надеюсь, ты настолько же спокойно отреагируешь на новость.

– Рассказывайте уже, Ринат Валерьевич… – поторопила я его. Что за преподская привычка тянуть резину, подкидывая наводящие фразы.

– Наверно лучше сразу увидеть. На словах объяснять долго и сложно — рискую на работу опоздать. – открываю рот, но он продолжает. – Могу заверить, ничего особо критичного не произошло. 

– Неужели? – скептически смотрю на ректора. 

– Просто это нужно видеть, идём. – подходит ближе и подставляет мне локоть.

Нога за ночь не прошла, и я прихрамываю и видно это не скрылось от пытливого взгляда Рина. Вход в подвал находится за кухней и проходя мимо неё, мы резко остановились.

– Захватим завтрак. 

Рин оставил меня стоять на месте и метнувшись к столу взял поднос с едой, а мне доверил нести термос и стакан. Заботливо, ничего не скажешь... Вот мужики! Ну ладно, поковыляю сама, не жаловаться же... Хотя обе руки заняты и за перила не схватишься.

Рин быстро спустился, унёс поднос и всё-таки вернулся за мной, на свой страх и риск преодолевшей целых две ступени.

Да, уж. Лестница с больной ногой всё-таки подвиг. Когда всё нормально ты обычно даже и не задумываешься о подобных вещах.

Когда я спустилась, то увидела Ника смотревшего телевизор. Но он сидел! Заметив меня, он встал, галантно поклонился и протянул руку, только более изящно, чем кто-либо в моей жизни до этого. Я не могла не оценить его рост и ширину плеч, нет даже не так... его габариты в таком положении. Последний раз когда я его видела в вертикальном положении он напугал меня до обморока, но на этот раз совершенно не внушал страха. 

Убедившись, что падать я никуда не собираюсь, а напротив внимательно и с большим знаком вопроса во взгляде жду от него действий, он сделал несколько шагов вперёд на встречу мне с протянутой перед собой рукой, должно быть демонстрирующей, что он не хочет навредить. 

На автомате, пока ещё переваривая поступившую в мозг информацию, я протянула руку, тут же довольно мягко перехваченную и устроенную на огромном предплечье, и повинуясь мужчине, поковыляла туда, куда меня вели. А довели меня до кресел, стоящих под окном и галантным жестом, предложили сесть. 

Сесть? Я только рада! В противовес «гостю» я совершенно негалантно плюхнулась в кресло и вопросительно уставилась на мужчин.

Ник, занял кресло напротив, затем подался немного навстречу и снова протянул руку, чтобы ловко подхватить мою.

– Кхникхрон – жестом свободной руки он указал на себя, затем перевёл руку по направлению ко мне, вполне однозначно ожидая ответа.

– Фея… – заливаюсь краской оттого, что мне сейчас ручку поцеловали. Галантно так! 

И это наш дикарь с мечом?! Да, контраст… 

Может Рин там ему курс таблеточек «Задобрина» подмешал? После всего что было, такое поведение ни в какие рамки... В моём представлении, он должен быть зол. Очень зол... Гораздо злее, чем в момент появления в этом треклятом круге! 

Я бы была...

Нужно хоть прощения что ли попросить... А то от того, что он так добр, мне становится стыдно за себя.

– Ник… – попыталась начать, но слово было прикрыто указательным пальцем, прижавшимся к моим губам. 

Ник помотал головой, явно не одобряя это слово.

– Ему это имя явно не нравиться. Говорил же, возможно на его языке оно нецензурное. – Рин, как всегда: комментирует с огоньком в глазах и сияющей улыбкой. Ещё и со смартфоном в руках. Явно видео для истории снимает. 

Рина вообще пронять можно? Сцена в Эдиком, скорее исключением была. В остальных случаях Ринат Валерьевич вот такой. Тут пришелец на контакт вышел, а у Рина огонёк в глазах, как у подростка, дорвавшегося до запретного.

Я посмотрела на Ника. Уже ведь и привыкла его так называть. Но не нравится человеку, что поделаешь, понимаю... 

Так как он там себя назвал назвал? К.. что-то там с похорон... 

Хорошо всё-таки, что Рин видео записывает. 

Ник смотрит на меня такими глазами... Наверное выжидает, когда правильно по имени назову.

Как неловко-то переспрашивать...

– Рон? – робко уточнила я… вспомнив окончание имени и даже этому обрадовалась!

Ник только развёл руками, а потом и вовсе по-нашему, махнул рукой! 

Всем видом показывая: что с недалёкой возьмёшь…

– Рон, – со вздохом, но утвердительно, повторил новую интерпретацию своего имени в моем исполнении.

Вот все бы мужики такие сговорчивые были!

– Вот теперь у нас здесь есть Рин и Рон. Прямо звучит! Как колокольчик! Жаль, что Эдик не вписывается.

– Только Эду дальше имя не меняй. Это приказ – поспешно предупредил Рин, будто на самом деле опасался, что мне больше заняться нечем.

Рон наблюдал за нашим с Рином диалогом и как-то жалко мне его стало. Далеко от дома и пообщаться бедняге не с кем. Поэтому я решила закрепить пройдённый материал, бескультурно тыкая пальцем по очереди в каждого из нас:

– Рон, Рин, Фея! – вроде все были согласны с утверждением, и никто не спорил. Вот и отличненько!

– Фейха – попробовал повторить Рон, с лёгким «х» посередине. Мне прямо представился фрукт «Фейхоа», но я утвердительно кивнула.

– Фея. – подбодрила его сделать ещё одну попытку произнести моё имя. 

Со второй попытки имя уже утратило чуть произносимое «х». К остальному придираться не стала. Он же не настаивал в правильном произношении его полного имени. А может это у него как раз ещё и не полная его форма? 

+++

Рон действительно красив. Даже сейчас, в обычной одежде, его можно было поместить на обложку фитнес-журнала, а если одеть в классику со своим волевым лицом, он идеально впишется на обложку уже бизнес-издания.

Я вспомнила более изящную и идеальную красоту Эдика, наше с ним  нечаянное первое свидание, вчерашние посиделки и сердце забилось как бешеное!

Сегодня утром вчерашние события кажутся какими-то неправдоподобными. Более неправдоподобными, чем мужчина, сидящий передо мной. Я неосознанно расплылась в улыбке и в тот же момент поймала на себе заинтересованный взгляд Рона.

Рон вызывает во мне совершенно другие, совсем непонятные мне чувства. Его красота в силе, уверенности, способности держать себя, даже в мелких жестах, мимике и властном взгляде.

Без слов, лишь по взгляду, но я и так понимаю, что это он ведущий, он позволяет мне сидеть здесь, рядом с ним. От этого любопытство лишь разгорается: как всё-таки Рин его освободил и при каких обстоятельствах? Надо будет добиться у Рина внятного ответа.

Как они вообще общий язык нашли? Не взглядом же Рон ему приказал его развязать!

Может, Рин это на камеру записал? Ну не мог он его так просто отпустить. Должен был быть повод. Мы же совсем не представляли намерений Рона, да и сейчас, его изучающий, но вполне дружелюбный взгляд… после того, что я вчера вытворяла, выглядит как минимум странно...

Кто знает, что он думает? Может быть, и узнаю, позже, когда он говорить научится… и если научится, а не пропадёт так же внезапно, как появился. Хорошо бы...

Лишняя головная боль перед свадьбой Мьяны и Рина нам ни к чему. У них и своих забот хватает, да и у меня, есть чем и с кем заняться.

Всё время моих размышлений Рон не отрывал от меня взгляда, изучая или, может, ожидая чего-то.

Смысла дальше ломать голову я не видела, как и сидеть в прохладном подвале. Какой я ему сейчас охранник? Захочет сам меня здесь запрёт и на голодном пайке держать будет.

Я протянула Рону руку, посчитав, что это самый простой способ увести его наверх. На улицу ему ещё рано, а вот дом пусть посмотрит. Он доверчиво протянул руку в ответ, и немного сжав мою ладонь, пошёл следом за мной.

Странное чувство. Вот так вести его за собой. Да всё что связано с ним, всё странно, но нужно начинать налаживать отношения.

По пути я подхватила поднос с уже остывшей едой для Рона. Решила разогреть на кухне, заодно составить Рону компанию за завтраком и погреться чаем.

Пока мы шли по лестнице Рон настороженно смотрел по сторонам. Заметив, что я прихрамываю, уже через несколько ступеней, он перехватил поднос, а свободной рукой, заботливо подхватил меня под локоть.

Ну и силище! Я чуть в воздухе не вишу!

Когда мы оказались на кухне, я указала ему ,куда присесть.

Рон, не напрягаясь, прошёл и сел, куда предложили.

Под изучающим взглядом мужчины я положила еду в микроволновку и через минуту достала горячее, аппетитно пахнущее мясо! Наткнувшись на одобрительный взгляд Рона, поставила перед ним еду и налила так понравившийся ему грушевый сок. Положила рядом с тарелкой только вилку и ложку. Нож для мяса, как-то побоялась.

С выражением собственного достоинства на лице гость принялся за трапезу.

Сок я замучилась подливать. Сам он почему-то категорически этого делать не хотел, хотя я поставила трёхлитровую банку уже прямо ему под нос!

После еды показала ему ванную комнату на первом этаже. Нога, на мою радость разработалась и уже беспокоила не так сильно. В ванной комнате я показала Рону, как мыть руки, и как пользоваться дозатором для мыла.

Он долго баловался с краном, а потом и выключателем света. Выключатель его особо позабавил. Он проводил над ним рукой, соображая, как тот работает, но вспомнив о том, что всё же не один, сделал царственное лицо, типа он тут ни при чём. А вот у меня закрался вопрос: «Из какого он времени»?

Слежу за мужчиной дальше: кончиками пальцев, с небольшим нажимом, он провёл по гладкой белоснежной каменной столешнице и продолжил исследовать территорию дальше.

Подошёл к душу, и увидев подобный знакомому выключатель воды, с деловитым видом поднял рычажок вверх, да ещё и до конца!

Я даже пискнуть не успела!

Окатив себя ледяной водой, он как ошпаренный отскочил, руганулся, и каким-то образом расплавил дверку душа, в месте, где за неё придерживался рукой.

Первый порыв рассмеяться от души, растворился в страхе.

Как он смог?! Ведь руки у него определённо были пустыми!

Поймала виноватый взгляд мужчины.

В его взгляде не было угрозы и это немного успокоило.

Собрав мысли и эмоции в кучу, для порядка пригрозила ему пальцем, показав на испорченную дверь.

Он торопливо, но осторожно, пальцами рук, попытался привести её в прежнее состояние.

Но куда там! Пластик был расплавлен, а по краям даже обуглен!

На меня смотрели до глубины души виноватые глаза с пушистыми чёрными ресницами…

Хорошо, что он наш язык не знает, все равно слов на него нет…

Подошла, показала жестами, что такое душ, предложила ему помыться.

Всучила большое полотенце и большой халат. Видимо Рин принёс. Ник одобрительно кивнул. Теперь оставалось объяснить, как ему в этой самой ванной закрываться, если планирует занять душ. 

Подозвала к себе, показывая, как открывается закрываться дверь в ванную комнату. Вроде как понял...

Только я, — мало что понимая, вышла, и пошла пить успокоительное.

Какой смысл заниматься самообманом? Дверь меня впечатлила... 

А ведь это могла быть моя рука или другая, — удобная для хватки, часть тела. 

– Б-р-р... – передёргиваюсь... – Успокоительное... кажется у Мьяны в аптечке оно было...

Пока Рон принимал душ, я второй раз в жизни принимала успокоительное, кипятила новую порцию чая и рассуждала о произошедших событиях.

Даже учитывая странности Рона и мои, мягко говоря, косяки, он настроен дружелюбно и явно не собирается специально применять здесь физическую или какую-то иную силу.

Надо бы подробнее узнать о его возможностях. Он непохож на образ волшебника из сказки и на супермена тянет только телосложением.

Эти его особенности... — точно не от мира сего. Впрочем, как и он сам.

То, что я увидела сейчас в душе и близко не назовёшь фокусом со светящимся шариком или левитирующими предметами. Так, за секунду локально, под абсолютно голой рукой расплавить пластик?! Нужно быть самым настоящим волшебником или магом, чтобы при этом самому не обжечься.

Финиш! И я после такого ему ещё и пальчиком погрозить умудрилась?!

Вот теперь даже не сомневаюсь, что ответ Рина был истиной правдой. Рон действительно освободился сам, без посторонней помощи.  Почему же он тогда не возвращается туда, откуда пришёл? И почему я так часто ловлю удивление на его лице? Неужели с ним всё же что-то не так? Хотя, откуда мне знать, как должно быть?

Уже голова ломится, от увеличивающихся в геометрической прогрессии вопросов в ней. – Я шлёпнула руками по поверхности стола.

Вот что! Сейчас накрою для него на стол и буду просто принимать как иностранного гостя. А там, как пойдёт...

Собственно, и выбора-то у меня особого нет. В подвал его точно для спокойствия не запрёшь. Да и в комнате от проблем, как маленькая девочка, не спрячешься...

Может и по наивности, но не чувствую от него особой, направленной на меня опасности или злобы. Опасные мужчины так себя не ведут.

А ещё, моё упрямое любопытство прямо подталкивает бежать в ванну, проверить всё ли там в норме или ещё чего учудил?

Не смотря на эти мысли, накрыла на стол и посмотрела на время.

– Ого!

В душе он уже неприлично долго – больше часа.

Будет ли разумным идти проверить всё ли в порядке?

Я глубоко вздохнула, пытаясь найти внутреннее равновесие. Слишком уж волнуюсь. Подумаешь пришелец способный освободиться от всего и расплавить дверь душевой кабины.

– Эй, Фея встряхнись? Где та, девчонка, которую раньше невозможно было вывести из себя или сбить с курса? Нашлась? Ну, пошли!

Проходя мимо зеркала, я даже сама себе ободряюще улыбнулась!

Я, как культурная дама, постучалась в дверь.

Естественно, из-за шума воды никто моего стука не слышал. Дверь он оказывается даже не потрудился за мной запереть. Спрашивается, зачем я так усердно и дотошно всё показывала?

Ладно, сам виноват…

Я стучалась! Да-да! А хлюпаться, — действительно хватит.

Разомлевший, развалившись в гидромассажной ванне мужчина, спал сладким сном!

Ну кто так делает!?

Оглядываю масштабы бедствия! Не всемирный потоп, но... пенная вечеринка с одним участником.

Рон умудрился включить гидромассаж и даже додумался добавить в неё пену для ванны! Как?! У нас с Мьяной столько всего наставлено, а этот абориген в шкуре мамонта умудрился выбрать нужное. Именно оно стоит в сторонке с открытым колпачком.

К тому же я ему только про душ объяснила! Этот мужчина действительно с сюрпризами, но должна признать, большая часть из них, неприятные.

Вода в ванну бежала и бурлила по-прежнему, а верхний слив Рон, видимо, перекрыл своей широкой спиной. В любом случае пена не уходила через него, зато прекрасно и бодрым темпом уходила через край ванны!

«Пушной зверёк, приплыли»

Из пены торчат только макушка, нос и толстые колени. Сам Рон, блаженно улыбаясь, причмокивает во сне. Идиллия! Пена же, шикарной шапкой, покрывает пол, далеко за пределами ванны.

А что остаётся от пены, когда та тает? Правильно, вода! И эта вода так и подмывает вступить с гостем в разъяснительные переговоры. Она уже дотекла до двери и вот этот факт вызвал у меня естественную потребность, заставить кое-кого за это заплатить!

Хотя бы отхлестать его сейчас тем самым, мокрым полотенцем для ног, плавающем на полу…

Торопливо сбросив носочки, чтобы не намочить, я решительно шагнула вперёд, но не учла мокрого пола, ставшего похожим на каток! Мой стремительный порыв, – закончился скольжением...

Я оказалась достаточно ловкой, чтобы удержать равновесие, но законы физики порой бывают к нам жестоки! По инерции прокатившись на пятках, я въехала ванну!

Очень больно…

К тому же с соответствующим звуком...

Хорошо хоть вовремя схватилась за борта, чудом не улетев в воду.

Рон, от такого "наезда", моментально вскочил на ноги! Даже глаза ещё не продрал, а уже стоит. И в аккурат перед моими глазами ТАКОЙ вид стоит!

Как говорят, глаза бы мои не видели, но век не забуду…

Выдыхаю...

Следом прошибает мысль: «А что, если бы он с испуга меня, как ту дверь, приплавил?»

Рон продрал глаза довольно быстро.

Несколько секунд соображал, затем его зрачки резко расширились, и он дёрнулся, не ожидая подвоха от скользкого покатого дна ванны.

Грохнулся он в воду феерично, своей громадной тушкой вытеснив большую часть воды, окатив при этом стоящую рядом меня.

Один миг веер из брызг был даже красивым, пока не прилетел на меня, стены, шкафы и в итоге, под силой тяжести не осел на пол.

Стою мокрая и злая на весь мир... а этот сидит в ванной и отфыркивается, так как успел наглотаться воды.

Чувствую, как прилипшая к телу одежда начинает холодить и это злит ещё сильнее!

– Ты! – скриплю зубами, задыхаясь от эмоций!

А этот?! Ещё на меня и смотрит, этими своими большими глазами, хлопая веером густых чёрных ресниц!

Изучающе так смотрит, явно не понимая причины моей ярости! Зато внезапно задерживает взгляд, явно ниже моего лица и его рот приоткрывается.

Прикрываюсь руками. Могла бы сразу догадаться, куда мужик смотреть может. На мне лишь лёгкий спортивный топ и майка, которые сейчас больше подчёркивают, чем скрывают, чётко обозначая даже мельчайшие детали.

Пока я судорожно соображала, как сделать так, чтобы мой праведный гнев оказался доступен и понятен этому неземному мужчине, Рон, не обращая внимания на рельефное дно ванны, зато прекрасно реагируя на мои рельефы, встал на колени, потянулся и ухватил меня за запястье, резко притянув к себе.

Секундный затуманенный взгляд прямо в глаза, заставил моё сердце пропустить удар. В следующее мгновение ладонь Рона оказывается между моих лопаток, прижимая меня к крепкому телу мужчины, а губы внезапно накрывают мои, впившись поцелуем.

Земля ушла из-под ног!

Я растеряна, не столько его поступком, сколько своей реакцией на него! 

Я не оттолкнула, не дала пощёчину, хотя раньше была уверена, что никогда и никому подобного не прощу. От чего я до сих пор не сделала ничего? 

От страха?

От неожиданной наглости или захлестнувших необычных эмоций?

А может быть, от непозволительной близости этого невероятно огромного, самого мощного и опасного мужчины из всех, что я встречала?

Мой мозг завопил о неправильности ситуации и усиленно подкидывал романтичные картинки с образом Эда. Однако тело продолжало плавиться под мощным, но бережным напором этого мужчины. Меня буквально пронизывало разрядами всё больше и больше отрывая от реальности.

Это магия какая-то? Меня хватало лишь на то, чтобы упёрто не отвечать на поцелуй. Я плавилась под напором, но тем не менее до сих пор не отталкивала, а собирала мозги в кучу, вылавливая и раскладывая мысли по полкам – готовя план побега из властных объятий, при первой же возможности, но в то же время желала продлить, понять это необычное ощущение.

Где-то на грани сознания просыпается стыд, за то, что хочу продолжения: обнять руками в ответ, прижаться ближе, ощущать на себе его ладони, и дальше чувствовать, как его губы касаются моих... Осознание этого испугало и отрезвило одновременно!

– Нет! – я попыталась оттолкнуть его руками, уперевшись в грудь.

Не помогло.

Этим я добилась лишь того, что он ловко подхватил меня под попу и вместе со мной перешагнул через борт ванной. Прерывисто дыша, он прижал меня к прохладной стене, вдавливая меня в неё напором своего тела, вызывая во мне нетерпеливую дрожь.

Он весь в пене... Да и я теперь тоже...

Я чувствую рельеф его пресса сквозь тонкую, намокшую ткань майки…

Запахи наших тел смешались… Это выбивает остатки разума…

Поймала себя на том, что с остервенением отвечаю на его поцелуй...

Это похоже на сладкое, затягивающее тебя наваждение, но как же Эд?! Он не заслуживает предательства!

Дёргаюсь, предпринимая попытку освободиться, но тщетно.

Прикрылась руками, пытаясь хоть как-то увеличить расстояние. Слишком сильно я сейчас желаю этого мужчину и это неправильно… у меня есть парень.

Рон поглощён своими ощущениями и совсем не обращает внимания на мои жалкие попытки вернуться в реальность.

Дыша так, как будто он только сейчас сошёл с полосы препятствий, Рон оторвался от губ и поцеловал в уголок губ, потом щёку, спускаясь ниже и... укусил за ухо?!

Я выдала что-то нечленораздельное... Очень хотелось окончательно забыться, поддастся напору и если бы удерживающие меня от безумия мысли об Эдике, я бы так и сделала. Одновременно плавиться от ласк одного мужчины и в то же время сгорать от стыда перед другим, тот ещё коктейль.  

Прижавшись ко мне ещё теснее, Рон перешёл к шее, опускаясь всё ниже.

Мужчина вынужден был поставить меня на ноги, которые предательски отказались быть моей опорой. Чувствуя, что оседаю, поспешно вцепилась в стальные мышцы Рона. Руки тут же соскользнули вниз, по мыльному телу Мужчины. Я успела испугаться, но сильные руки успели меня подхватить.

От неправильности всего происходящего из меня вырвался всхлип и полились слёзы...

Не так я представляла себе первый раз! Не в ванной и не с малознакомым мужчиной. Я неглупая, понимаю к чему сейчас всё идёт... И мне страшно оттого, что я этого хочу и одновременно противно от самой себя. Чувствую себя грязной.

Моё тело охватила крупная дрожь.

– Не хочу. Не так! Не сейчас! – закричала, что есть силы и встретилась с затуманенным взглядом мужчины. Наконец в его взгляде скользнуло осознание, и он остановился тяжело дыша. Так и стоял, уткнувшись своим лбом в мой, приходя в себя. Буквально десять секунд, и он отстранился. Совсем...

А я, ненормальная, ощутила пустоту, разочарование и вместе с тем радость.

Рон протянул руку, и я вся сжалась, но он всего лишь взял полотенце у меня за головой. Заботливо вытер мои слёзы и укутал в него же. Виновато смотря мне в глаза, погладил меня по голове.

Извиняется?

В любом случае чем больше прихожу в себя, тем более неловко находится рядом с распылённым и ещё неодетым мужчиной. Выскользнула из его рук и поспешила к двери. Снова поскользнулась и на этот раз, уже на скорости влетела в дверь. Спасибо, что позорно не растянулась. Ноги потяжелевшие, и как будто ватные. Вообще удивительно, что держат. Всё тело сковало. Каждая клеточка ныла, как бы издеваясь надо мной.

Не могу понять, что со мной творится! И это на фоне успокоительного?!

Не оглядываясь, доковыляла до кухни и плюхнулась на стул, выравнивая дыхание.

Спокойнее, Фея. Сейчас он выйдет нужно дальше за ним приглядывать. Я здесь хозяйка. Он гость. Ничего больше...

А то, что случилось, так это он сон и явь напутал... бывает же у людей...

– Боже! Я не справляюсь!!! – втягиваю голову, так как мой крик души, наверное, в соседних домах услышали.

Надеюсь, он там сейчас успокоит свои потребности, иначе как мне защититься?

Резко вскочила, забыв про не до конца зажившую ногу. Зашипела от боли,  и прихрамывая побежала в свою комнату. Быстро переоделась в мешковатый спортивный костюм, застегнув его на молнию до подбородка, и, взяла в ящике шокер, для уверенности засунув его в карман.

Будучи уже более уверенной в своих силах, поковыляла вниз по лестнице. Колени то не хотели сгибаться, то наоборот, неожиданно прогибались, так что я подала с лестницы только благодаря перилам.

Его ещё не было.

Может, сбежал?

Даже проверять не буду. Напроверялась. Мне уже всё равно. Даже так спокойней.

Минут пять сижу над неотпитым стаканом воды. Несмотря на предательское поведение моего тела в ванной, рассудок сейчас был холодным. Никогда не представляла, что можно так сильно чего-то желать телом, но настолько же сильно отторгать разумом. Он ведь остановился, даже попытался успокоить. Значит, он неплохой? Наверное, в этом смысле мне всё же нечего опасаться. Мужчина в расцвете сил спросонья был, а тут я, – в прилипшей маечке... Думаю, не стоит только его винить.

Всё ничего, но до сих пор чувствую предательницей. Особенно из-за того, что сама не поняла как, но потеряла контроль, ответив на поцелуй. И ещё... мне противна ситуация, а не сам Рон. Из-за этих чувств перед Эдиком ещё более совестно. Мы ещё встречаться толком не начали. Я подарила ему первый поцелуй. Нет, ну правда... быловсё так романтично и чисто, а я всё испортила! Не могу себя простить.

Полноценного самобичевания не вышло, так как из ванной с немного влажными, спадающими на лоб волосами, и осторожно изучающим мою реакцию взглядом, вышел Рон. Его торс был обтянут футболкой поло, не застёгнутой ни на одну из пуговиц, открывающей ненужные для моего взгляда участки тела. С чего-то захотелось заглянуть дальше, хоть под краешек ткани. Будто я там чего-то не видела. Я спешно перевела взгляд ниже, но и тут джинсы так красноречиво обтягивали всё, включая накаченные мышцы, что невольно вспоминалась сцена в ванной.

Я прерывисто втянула воздух и тут же устыдилась своей реакции, густо покраснев и задержав дыхание. Рон уловил мой вздох и из него вырвался ответный стон. Джинсовая ткань сиюминутно выдала его напряжение.

Отворачиваюсь к мойке и делаю вид, что мне срочно нужно помыть руки.

И как с этим бороться?

Ладно, спасение утопающих дело рук самих утопающих. – резко разворачиваюсь, натягивая приветливую улыбку для гостя, прямо как в отелях перед посетителями.

Вот и пара мыслей, как разобраться в своих чувствах посетили! Займусь этим перед сном вечером, а сейчас всё дальнейшее общение зависит от того, как я себя поведу. Нельзя, чтобы этот «варвар» в полотенце перехватил инициативу на себя.

Сглатываю.

Нельзя.

По-прежнему дежурно улыбаясь, жестом указываю Рону место за столом и указываю на еду, а сама тороплюсь в ванну. Должен же кто-то убирать последствия катастрофы. Иначе в подвале рискует образоваться живописный водопад. Хотя судя по времени – вполне уже мог.

Вошла в ванну и не сдержала удивлённого: «Вау!»

 Всё было су-хонь-ко! Даже теплом веяло будто от утюга.

Ванна и забрызганные до этого пеной стены и мебель – сияли чистотой. Когда я говорю: "Сияла чистотой" – это не преувеличение!

Вот как в рекламе! С сияющими звёздочками на всех поверхностях! Да если бы я драила со всякими полиролями неделю, у меня бы так не засверкало всё. Даже пожелтевшие от времени швы между плиткой стали белоснежными, словно после ремонта!

Он что здесь убрался? Мужик! Сам?

– Или опять его штучки? – напрягаюсь.

Так быстро без бригады от клининг компании нереально убрать! Даже тряпки и чем здесь убирал не видно. Ни ведра, ни средств для уборки, я здесь не храню.

Пора начать привыкать! Как-никак третий день — не жизнь, а сплошное «чудо»! Я ещё раз осмотрела комнату.

– А вот душевую кабину не починил — хмыкнула я. – Не всесилен! – На том себя и успокоила...

Улыбаясь своим мыслям и отсутствию потопа, я вышла из ванной и уселась напротив Рона.

Теперь я уже не злилась на него, а даже была благодарна.

Он сидел и внимательно ловил мою реакцию.

Сейчас уже спокойно смотрю мужчине в глаза и предлагаю печенье к чаю... Нет, всё же не совсем спокойно... В гляделки точно проиграю... Ведь начала смотреть куда угодно, – только не в его глаза. Не так-то и легко владеть ситуацией, когда свежи воспоминания.

Невольно прикасаюсь к губам. Он прослеживает мой жест, и я одёргиваю руку будто ожёгшись.  

За всю жизнь целовалась только в начальной школе и то понарошку. А тут второй день подряд, ещё как и с разными парнями!

Сама себе удивляюсь! Я вообще очень негативно к таким людям отношусь. Никогда не понимала как так можно. Для меня отношения должны быть одни и на всю жизнь.

Мне бы сейчас поволноваться о странностях Рона, но они отошли на второй план.

Обаятельный, зараза. И смотрит так... Не пошло, не заигрывающее, а заботливо и с некоторым чувством вины во взгляде.

И как мне наедине с ним до вечера дотянуть?

Я буквально чувствую оголённые провода, натянутые между нами.

Рон, оказался довольно проницательным и без слов понял, что не я знаю, чем его занять.

Покормить оказалось понятно, а дальше? Повисшая неловкость между нами убивала. И ведь свинтить, не сдав пост, права я не имела.

Рон непринуждённо начал интересоваться, как и что называется. Начиная с предметов на столе, заканчивая окружающей мебелью и разными мелочами. Слова я повторяла по нескольку раз. Он мне, в свою очередь, называл предметы на своём родном языке.

За этим занятием неловкость постепенно исчезла. Нужно отдать должное, – схватывал Рон большинство слов на лету. Я всего по три раза проговаривала слова с ним хором, — этого оказалось достаточно!

А вот я... я половину слогов в его речи, совсем не улавливала и коверкала, но попыток не оставляла! Мы плавно переместились на второй этаж и уже изучали сад. Сначала Рон, смотря на мои потуги в освоении его родного, старался сохранить серьёзное выражение, но, видно, чем дальше в лес... Теперь он уже смеялся в голос! Да и я вместе с ним!

Ну правда! Самой весело! Да и он оказывается веселиться умеет!

Вся неловкость от случившегося в ванной ушла на задний план. Меня искренне радовали успехи Рона. Я не переставала удивляться, насколько быстро он буквально впитывает тако   объём информации. И ведь даже не переспрашивает, не забывает слова! Поразительно!

Теперь он уже мог попросить ту или иную вещь, составив предложение из пары тройки слов. Правда порядок слов страдал. Да и тянуть звуки ему оказалось сложновато, — он их неосознанно укорачивал. Но я его уже понимала, а это уже значительный прогресс!

После я показала ему несколько уроков с приветствием и другими базовыми фразами на компьютере. Хотелось, чтобы ему было легче соотносить фразы с действиями людей в определённой ситуации.

Рин с Мьяной уже показывали ему экран, поэтому Рон не был удивлён компьютеру, но крайне заинтересован этим устройством. Он попытался разузнать у меня подробнее, как это работает, но я, не зная, как объяснить имеющимся словарным запасом, просто пожала плечами. Подучит язык – видюшку включу, а пока посмотрели и отрепетировали знакомство, благодарность и извинение.

На этом решила притормозить, так как в живого человека, без флешки в голове, больше за один день, точно не влезет. Хотя как раз-таки подозрения на флешку в его голове, у меня возникать начали. Хотя даже техника перегревается от высокой нагрузки, что говорить про человека. Рон старался не подавать вида, но я заметила, что он стал напрягаться с ответами и испарина на лбу всё же выдавала в нём нечто человеческое.

К тому же увлеклись мы… Дело близится к позднему вечеру, и пора бы давно ужином озаботиться. Скоро парочка домой вернётся, а мы с Роном подъели всё, что было, а нового я, естественно,  ещё не приготовила. 

Привычка у меня с детства выработалась: когда я неуверенно себя чувствую, от тарелки меня не оторвать, – я в ней прячусь! А у Рона, то ли чёрная дыра в желудке, то ли оголодал мужик или усиленная умственная деятельность повлияла… В общем, общими стараниями недельный запас еды из холодильника мы уничтожили ещё в обед.

– Пошли ужин приготовим. – непонимание на лице Рона.

– Ужен прегтовем? – ну хоть первое слово он уже понимал. Проще за ручку отвести и показать.

Ухватила «иностранца» за руку и потянула за собой. От моего прикосновения он дёрнулся, но сразу же сделал вид, что ничего не произошло, надёжно так перехватив мою ладонь.

Рука Рона оказалась очень горячей… Мелькнула мысль, что у него температура… Не удивлюсь. Два дня в подвале без движения, хоть и с тёплым одеялом. Надеюсь, я ошибаюсь... но проверить нужно. Как-никак я   тоже несу за него ответственность.

Я привстала на цыпочки и дотянулась до лба Рона.

На цыпочки я могла бы не вставать, рукой в любом случае бы дотянулась, но Рон мне таким огромным кажется, что я некоторые вещи неосознанно рядом с ним делаю. Как-никак мужчина внушительно — выше двух метров, а в ширину его плеч, две меня поместятся. Если не меня, то две хрупких Мьяны точно!

Прикрыв глаза замерла, прислушиваясь к ощущениям: кажется, его температура чуть теплее моей руки. Лоб не сказать, что особо горячий. Не больше тридцати семи.

Открываю глаза, встречаясь с внимательным изучающим взглядом Рона и тут же забываю как дышать!

Рон перехватил мою руку, убрал со лба, а затем отстранил меня за плечи на расстояние вытянутых рук.

Намёк понят.

Вроде ничего предосудительного сейчас не сделала, но чувство, будто этим жестом меня отчитали.

Можно подумать, это я на него в ванной накинулась. Не подавая вида, что меня это задело, позвала Рона за собой.

Он быстро сориентироваться и следом за мной спустился на первый этаж.

Предложила ему присесть, а сама залезла в холодильник, выбирая продукты для приготовления горячего.

Сидит, наблюдает за мной. Обаятельный негодник и взгляд для такой махины с сюрпризами невинный! Даже вспыхнувшая обида на него прошла.

Тортика захотелось.

И повод, можно сказать, есть, — стресс заесть... и для остальных отмазанный повод под тортик имеется: теперь сторожить никого не нужно! Одним словом, как ни крути, тортику быть! Если потороплюсь, успею сегодня испечь.

Разрезаю пакетик с желатином и высыпаю его в крошечный ковшик, в который в аккурат триста пятьдесят миллилитров входит. Заливаю стаканом фильтрованной воды и ставлю в сторонку набухать. Пока вожусь с бисквитом и выпекаю, он уже набухнет и можно будет по-быстрому организовать суфле.

Хотелось удивить этого зазнайку, поэтому будет у нас фруктовый тортик с суфле из сливок. Нарезанные крупными кубиками кусочки бисквита в лёгком, чуть сладком суфле, с включением, крупных, порезанных напополам виноградин, ломтиков киви, манго и груши, — просто тают во рту!

Рон восхищённо наблюдал за тем, как я мастерски управляюсь с нарезкой апельсинов! После заливки тортика и его застывания именно они будут украшать верхнюю часть торта ярко выделяясь на белом фоне!

Но вот кто его так под руку просил смотреть?!

– Ай! – мгновение и Рон стоит рядом, осматривая мой палец. Царапина, но пара капель крови выступила.

Зажала порез рукой. Всегда так делаю… с детства не люблю бинты. Снова за плечи, но на этот раз Рон выталкивает меня из зоны нарезки и усаживает на стул, где только что сидел сам.

Это я только что говорила, что мастерски управляюсь с ножом?!  Забираю свои слова назад!  Он нарезал привередливые киви такими ровными кусочками, хоть с линейкой измеряй. А они уже чуть перезревшие, довольно ломкие попались.

Закончив с нарезкой фруктов для торта, пока я всё же смешивала тесто для бисквита и отправляла его в духовку, он принялся за нарезку овощей и мяса для горячего!

Это не мужчина, а машина для шинкования! Правда, в механизмах нет столько чувства собственного достоинства!

Довольно интересно наблюдать такое владение ножом. Боюсь предположить, чем он ещё владеет. То, что он мечник, я с первого взгляда поняла, а ещё: предметы плавить может..., память поразительная... и целуется так, что после, — себя по кусочкам собираешь.

Нет, – мотаю головой, – то, что было в ванной всё-таки абсолютная случайность. Такой мужчина... В общем, он слишком хорош, чтобы обращать внимания на простых студенток типа меня. Не представляю какой должна быть женщина, чтобы покорить сердце такого как он. Да и вообще не нужно ничего обращать. У меня, между прочим, парень есть! Эдик внимательный и нежный, смотрит на меня влюблённым взглядом голубых глаз. Я раньше даже не представляла, что бывают такие идеальные парни. Обычно если парень красавчик, то избалован женским вниманием, но не он!

На том я и успокоилась и просто наслаждалась процессом! Потому что теперь, закончив с бисквитом и ожидая когда пропищит таймер, поставленный на сорок минут, я только и занималась тем, что показывала своим порезанным пальчиком: что шинковать и в какую мисочку складывать! Рон всё выполнял, до сих пор не позволяя мне вновь взяться на нож. Включила плиту. Остальное, он делал сам. Здесь мы достигли полного взаимопонимания, потому что каждый этап Рон уточнял у меня и на удивление я всегда понимала, что он имеет ввиду, да и он безошибочно истолковывал мои слова и жесты. В итоге я даже забылась, просто общаясь с ним.

Забылась, но не так долго длилось моё счастье. От наблюдения за ТАКИМ мужчиной на кухне, даже у монашки греховные мысли появятся... Вот и у меня начали. Одно наслаждение наблюдать, как крепкая рука приподнимает сковородку, подбрасывая на ней еду. И где только научился?! А с какой скоростью он рубит зелень, при этом напрягая мощные мышцы руки! М-м-м...

В конце концов, я морально себе сдалась и нагло любовалась его точными движениями, игрой мышц и улыбкой.

Да, кстати, улыбка... Теперь она была совсем другой и невероятно преображала его образ! И без того красивое, строгой мужской красотой лицо – улыбка превращала в нечто притягательное, на что я была готова любоваться часами. Нет, я помню, что у меня есть парень! Я не забывала, правда! Он для меня по-прежнему родной и единственный. Но... мне же никто не запрещает любоваться актёрами по телеку или пришельцем на собственной кухне? Ну чем не кулинарное шоу?

И вот во время этого «кулинарного шоу», Рон, почти не зная нашего языка, умудрился меня заболтать. Я окончательно увлеклась, общаясь с ним: кто бы мог подумать, — про овощи!

Когда дело дошло до салата, я достала из холодильника овощи и начала их мыть. Вот в этот момент, через моё плечо перекинулась любопытная мордаха.

– Ещё? – спрашивает.

– Да теперь сделаем салат. – показываю жестами, дополняя их словами.

– Салат? Я делать.

– Нужно говорить: «Я сделаю».

– Я сделаю. – вновь пытается отодвинуть меня от мойки, но я мотаю головой.

– Нет, овощи я помою сама. Ты порежешь.

– Да. – соглашается он и отступает на шаг, дожидаясь, пока я закончу.

Я сгрузила все овощи на стол и вот тут понеслись вопросы. Почему это нужно варить, а это сырое. Также его интересовал вкус овощей. Оказалось, у них таких нет, отсюда и столько вопросов. Зато у них есть корнеплоды наподобие нашей картошки, только как я поняла они в отличие от нашей сладкие. Может быть, как топинамбур?

В итоге я всё же оказалась рядом, и мы бок о бок колдовали на кухне! Я, то масла добавлю, то соли кину со специями, то чего-то в шкафчике найду.

Даже не думала, что готовить вместе может оказаться так интересно! Было что-то незримо притягательное и приятное в этих нечаянных касаниях плечами, точнее, локтя к плечу, и совместных делах. Когда корж допёкся, пока он остывает, я нагрела желатин и приступила к взбиванию крема. Рон порывался у меня забрать миксер, но после того как я его включила, – смотрел на него таким взглядом, как догодовый ребёнок на новую непонятную ему игрушку и в итоге доверил кулинарного жужжащего монстра мне! Ему понравился процесс взбивания крема! Кто бы мог подумать, Рон оказался сластёной и подъел добрую половину крема!

Было забавно наблюдать, как он пытается умыкнуть ещё немного!

– Когда застынет, будет гораздо вкуснее, потерпи. – говорю строго, как мамы расшалившимся детям.

– Нет терпет. Вксно. – и пальцем смазывает капельку с ободка чашки, отправляя её в рот.

Не выдержав этой картины, я рассмеялась. Смех смехом, но для полноценной заливки торта суфле мне не хватило. Мне пришлось грозить пальцем, и под его смешки,  делать вторую порцию крема. Вот за этим занятием, когда я в почти застывший тортик добавляла вторую порцию суфле, а Рон, так и норовил слямзить ещё ложечку, набирая вкуснятину прямо из формы для торта,  — Рин с Мьяной нас и застали!

Судя по всему, Ринат Валерьевич не удосужился рассказать Мьяне новость о том, что Рон освободился. Полагаю, не хотел шокировать или не знал, как она отреагирует, поэтому решил предоставить это мне.  По крайней мере, застывшее лицо Мьяны очень красноречиво намекало на то, что я так, невзначай, с этой задачей справилась: Рон, с мукой на носу, милейшим жестом снова стаскивающий крем и я, – грозящая ему вынутым из отставленного в сторону грязного миксера венчиком!

Мы одновременно обернулись на возглас подруги. Из-за нашего активного кипиша мы сразу и не заметили вошедшую на кухню парочку.

Думала, что уже видела до крайности удивлённое лицо Мьяны. Похоже, ошибалась!

Даже Рин, который только утром, сам меня во всё посвящал, выглядел «слегка» ошарашенным увиденным.

Подумаешь, готовим!

Мьяна медленно, будто перед ней стая диких волков, а не мы с Роном, зашла к Рину за спину и выглянула оттуда.

– Рин, Мьяна, привет! А мы тут ужин приготовили.

– Видим. – немного запоздало, отвечает за них двоих Рин.

– Даже тортик спекли! – пытаюсь привести их в чувства. – Только вот с кремом заминочка вышла… – Я многозначительно посмотрела на Рона. Может, всех слов он не понял, но догадался, о чем речь и виновато улыбнулся. Что я там говорила про его улыбку? Так вот! Эта улыбка ещё умеет вытаскивать Мьян из-за спин Ринов. – Осталось в холодильник на часик отправить! – добавляю, не скрывая улыбки наблюдая за нервными и немного угловатыми движениями Мьяны.

– Фея... а, как ты? Как он… – наконец подала голос подруга.

– Как Рон освободился, сама у него спросишь, когда он достаточно языком овладеет. А сейчас не стойте там. Ужин стынет. Мьяна, ты одна в Роном ещё официально незнакома… Давайте уже, смелее подходите сюда.

Рон, с деловитым видом, даже руки о кухонное полотенце вытер. Хотя не думаю, что это спасло его липкие пальцы, но зато полотенце отправило в очередь на стирку.

– Рон, это моя подруга. Её имя Мьяна. Знакомься. – Я очень старалась сказать медленно и понятно, как в обучающем видео было.

Судя по ухмылке Рона, похоже, перестаралась. Рон, несомненно, понял смысл произнесённой мной фразы, но как-то не торопился знакомиться, насторожено и не очень дружелюбно разглядывая Мьяну. Я немного подталкивала его по направлению к друзьям. Но со стороны это выглядело так, как будто я пытаюсь сдвинуть кирпичную стену.

И! О чудо! Он наконец сдвинулся с места!

Сам!

И через пару шагов резко остановился так, что я носом впечаталась в его спину...

– Мьяна, моё имя Кхникхрон. – вот не зря мы знакомство отрабатывали! Прямо загордилась учеником!

Но вот что странно: хоть Рон всем видом демонстрирует вежливость, мне кажется, что делает он это неискренне. Мьяна с опаской смотрит в ответ, не веря в происходящее.

– Приятно познакомиться... Книхрон я Мьяна. – всё же выжала из себя удивлённо-робеющая подруга, до сих пор не сузившая округлившиеся глаза...

– Рон. Можно. – от такого предложения, глаза Мьяны стали ещё шире! А я думала уже дальше некуда! ­ Да, уроки определённо даром не прошли!

Мьяна всё ещё под впечатлением, поворачивается к жениху. Ох, не бережёт её наш ректор! Хоть бы намекнул, подготовил девушку...

Реакция Мьяны понять можно. Ещё утром Рон для неё был связанным дикарём. Впрочем, как и для меня.

+++

Подруга хоть и шокирована, но марку держит!

Мьяна собралась помочь мне накрыть на стол, но не тут-то было! Рон решил и дальше мне помогать, не сдавая свои позиции.

Но на этот раз, – помогал морально. Поудобнее устроившись к столу, с нескрываемым удовольствием следил за моими движениями. Сейчас я украшала салаты. Пару лет назад я проходила курсы кондитера, и всякие розочки и вензеля из фруктов и овощей нас тоже учили делать. Их я делаю часто. Просто с некоторых пор для меня стал значимым внешний вид еды, поэтому украшать блюда у меня получается виртуозно быстро!

Еда, приготовленная Роном под моим руководством, получилась достаточно вкусной, как и мой тортик. А этот сластёна, после плотного ужина, ещё и половину торта умудрился в себя загрузить! Справедливости ради отмечу, что вторую половину взяла на себя Мьяна… Нам с Рином перепало по скромному кусочку. Но он не сластёна, мог бы и без торта обойтись, а мне для фигуры полезно.

Не скажу, что обстановка за столом была совсем уж дружеской, но и напряжённой её не назовёшь.

После чая Мьяна откровенно раззевалась. Переутомление за последние дни сказалось. Рон, возможно, воспринял это как намёк, встал, чуть заметно в знак благодарности за трапезу кивнул и ушёл.

– Да, некоторые его жесты прямо аристократические, а смотрятся в нашей обстановке забавно. – Мьяна откровенно хихикнула. – не ожидала такого от нашего дикаря в шкуре.

Рин встал, подхватил свою тарелку и отвернувшись от нас спиной, начал её мыть.

– Вообще, Рон молодец. Не стал ставить нас в неудобное положение. – делюсь мыслями с друзьями. – У меня после нашего общения язык бы не повернулся предложить ему спуститься на ночь в подвал.

– Действительно. Я и не подумала. – соглашается Мьяна снова зевая. – В гостиной у нас только диван, на котором ночует Рин. Да и лично мне будет спокойнее знать, что он ночует подальше от меня.

– Всё ещё боишься его? – удивляюсь.

– Признай он полон противоречивостей. Взять только его внешний вид при появлении и тот момент, когда мы с Ринатом вернулись домой. Вы выглядели как счастливая парочка.

– Какая парочка? – возмущаюсь, смутившись.

– То есть, он не смотрелся чужаком или дикарём. А эти его манеры... Странно... и абсолютно противоречиво.

– Согласен. – Рин забирает тарелку и столовые приборы у Мьяны, до сих пор потягивающей чай .

– А ты сама, что про него скажешь? Вы же весь день вместе провели. Как вообще так получилось? – оживляется обычно моя не слишком эмоциональная подруга.

Рин и Мьяна набросились на меня с вопросами.

Ну а что я могла рассказать? Учили язык, а потом готовили и снова учили язык.

Об изучении «языка» в ванной, им же необязательно знать?

После допроса с пристрастием Рин рассказал мне о результатах исследований артефактов. Полная версия досталась Мьяне, ещё по пути домой, а мне, как человеку лишь начинающему постигать науку, изложили лишь суть и довольно кратко:

– Исходя из изотопного и других видов анализа, удалось выяснить, что набедренная повязка Рона выполнена из кожи и шерсти животного. – Рин делает паузу, видимо, чтобы до меня дошла столь сложная для восприятия информация.

– Серьёзно?! – делано восклицаю. – Надо же! А я бы и не догадалась!

– А вот минералы, вставленные в глазницы, вместо глаз неизвестных животных, – продолжал Рин, не обращая внимания на мой выпад, – по начальной версии, изумруд.

– А по конечной?

– Изумруд легко теряет цвет при температуре свыше 700°C, однако устойчив по отношению к кислотам и другим реагентам. Его твёрдость по десятибалльной шкале Мооса от семи с половиной до восьми. Этот же минерал хоть и выгляди идентично, напротив, твёрже и прочнее, чем алмаз, не теряет цвет при заданной температуре и, в довершение, обладает слабыми магнитными свойствами.

– Что это значит? Так это изумруд или нет? Ведь можно опередить не по свойствам, а по химическому составу? Насколько помню, этот минерал относится к берилловой группе.

– Всё верно. – соглашается Мьяна. – Формула изумруда 32618. Также в нём могут быть примеси оксида железа, ванадия или хрома.

– И? – поторапливаю подругу, чтобы переходила сразу к сути, пропустив все эти научные факты.

– У этого минерала с изумрудом сходство лишь в примеси оксида хрома и внешнем виде. На нашей планете в природе таких минералов не существует. – отчеканивает Рин, наблюдая за моей реакцией.

Глаза Мьяны горят знакомым блеском.

– Или это искусственно созданный камень, что маловероятно, или, он с другой планеты или мира, в буквальном смысле... – вцепившись за мой рукав, восхищается Мьяна. – Ты только представь!

– Мгх. – киваю. Появление Рона в нашей жизни стандартным не назовёшь, его фокусы тоже, но услышать научное обоснование этому всему, — это... просто крышесносно и одновременно дьявольски пугает!

Я взволнована и жду продолжения рассказа, но Рин вдруг задумался.

– А меч? Он хоть обычный? – не выдерживаю молчания, разрушая его.

– То же и с мечом. – кивает Рин. – Неизвестный сверхпрочный и лёгкий сплав. Он даже способен согнуться, если воздействие деликатное и очень медленное, но невероятно твёрд при ударе. При этом сплав, из которого он выполнен, прочнее всех известных науке. Такой меч способен рассечь что угодно. Всё зависит лишь от силы вложенной в удар.

– И? Я, конечно, в самом Роне опасности не вижу. Очевидно, что мы не джинна из бутылки достали и не демона-искусителя из ада выдернули. Рон выглядит вполне по-человечески. Адекватный мужик, одним словом. Но его вещи сбивают с толку.

– Представляете, магический мир, как в книге о Фьюертах?! Может и Рон не человек?! – подавшись ближе к нам, прошептала Мьяна. – Вдруг он в кого-то превращатся умеет?

– Рин, а что ты обо всём этом думаешь? – спрашиваю, не обращая внимания на размечтавшуюся о сверхъестественном Мьяну.

– Сложно сказать. Проще перечислить чего я не думаю. – взгляд Рина серьёзен и озабочен.

– Он точно не из прошлого? Эти его манеры... они не могли проявиться у человека, не жившего в каком-нибудь средневековье. – вспоминаю, некоторые его жесты, снисходительный наклон головы в благодарность, и другие микрожесты, рассчитанные на то, что кто-то очень внимательный, будет их улавливать.

– Не уверен. Но если и так, то определённо не из нашего прошлого.

– В наше время ничего подобного нет, а в прошлом, тем более быть не могло! Очевидно же! – делится мыслями Мьяна. – Само его появление изначально намекало о его иномирности, сейчас мы лишь получили научное подтверждение очевидным догадкам.

– То, что его манеры никак не вяжутся с набедренной повязкой, я заметил, но и в наше время всё ещё есть монархи и аристократия. Что мешает им существовать там, откуда прибыл Рон? Это наводит меня на мысли, что Рон не рядовой воин.

– И воин ли? – слишком умный для того, кто умеет лишь мечом махать.

– Сегодня ты провела день с гостем из параллельного мира, вселенной, да мало ли, откуда ещё. – потирает лоб Рин. – Узнать бы ещё откуда. Надеюсь, скоро, он сам сможет дать ответ.

Вспоминаю расплавленную дверь в ванной. В прошлом нашей планеты люди однозначно руками предметы не плавили и за пару секунд, как по волшебству, не убирали до блеска комнаты. Именно желание облегчить труд двигало научный прогресс.

И взгляд мужчины... Я ещё ни разу не сталкивалась с таким взглядом: он не высокомерный, не снисходительный, но в нём есть сила, власть. Но, не смотря на это, Рон вёл себя со мной на равных. Не пытался приказывать. Странное сочетание.

– Запоздало ты решила удивиться.  – вижу, что по моему выражению лица Ринат не может разобрать эмоций.

– Не сказать чтобы я не ожидала услышанного, но мне не по себе. Мы с Мьяной сделали то, чего делать не стоило. Не думаю, что Рон в восторге от наших действий. Пока общалась с Роном, воспринимала это чуть ли не как норму, почувствовав всю серьёзность ситуации лишь сейчас, после нашего с вами разговора.

– Главное, чтобы не было последствий нашего воздействия, как в фильмах ужасов. – добавляет наша любительница сверхъестественного.

– Да уж, будем надеется. – усмехается на это Рин, а вот у меня сердечко кольнуло.

– Рин, а ты не волнуешься? Думаешь, мы сможем всё исправить? Наверное, Рон от нас этого ждёт. Навряд ли он понимает, что у нас это вышло случайно.

– На счёт исправить даже предположить не могу, а насчёт волнения, признаюсь, что мне весь день, после получения этой информации было не по себе. Если утром, из-за невероятности ситуации в целом я воспринимал появление Рона, как какой-то фокус, сказку, даже розыгрыш. В общем, что-то поправимое и безобидное, то сегодня во второй половине дня меня накрыло. Сейчас, когда пообщался с ним, можно сказать, в домашней атмосфере, меня несколько отпустило, но я чувствую некую ответственность за действия своей невесты. Завтра будут готовы результаты генетических анализов нашего гостя. Признаюсь честно, не уверен, что я к ним морально готов. Всегда мечтал открыть нечто подобное, сделать в науке прорыв, но это… На работе чуть всё не бросил и не примчался сюда.

– Думал, он что-нибудь натворит?

– И это тоже. С моей стороны было очень опрометчиво оставлять слабую девушку приглядывать за таким, как он. Извини. Видимо, я воспринимаю тебя достаточно сильной личностью, поэтому сглупил.

– Надеюсь, прозвучал комплимент.

– Разумеется. – виновато смотрит на меня.

Да уж! Это надо видеть: мой ректор передо мной, с виноватым видом! Хоть видео пиши!

В целом, я довольна общением с Роном. Было даже весело. Поэтому я не виню Рината в опрометчивости, но он прав. Рон мог оказаться кем угодно и сделать что угодно, а у меня даже не нашлось бы сил его остановить. Я не из тех крутых девочек, кто занимается единоборствами и прочим, к тому же суперсил для противодействия фокусам Рона за мной тоже не водится.

– Нам повезло, что Рон оказался хорошим человеком. – отвечаю так, чтобы дать понять Ринату Валерьевичу, что согласна с его самокритикой, но не в обиде.

– Я готов искупить вину. – обещает так пылко, что я тут же представила, как он падает в ниц перед прекрасной дамой.

– Так поэтому ты мне весь день, то и дело сообщения слал? – уточняю, даже не пытаясь скрыть расплывшейся улыбки.

Кивает.

– Сообщения? – удивляется Мьяна. – Он вообще их писать не любит. Ему позвонить проще.

– Они самые. Сообщения. Причём по разным глупым и не совсем причинам. – посмотрела на ректора Рина лукавым взглядом. А он и правда слишком сильно сожалеет. Чувство вины, не смотря на мою улыбку, налицо! Вот же, ответственный мужчина Мьяне достался.

Мой ректор выглядит сейчас запредельно трогательно и мило.

– Рин, не переживай. Я ведь тоже несу ответственность за свои действия. Это мы с Мьяной виноваты, и втянули тебя.

Успокаиваю отца моего парня, а сама думаю, что теперь понятно, почему он спрашивал, то про забытый сотовый, то про несуществующую бумажку на журнальном столике. Причём, как он мог забыть сотовый, если с него же мне писал...?  Грешным делом подумала, что он подозревает, что Эдик забил на учёбу и пришёл ко мне, но потом рассудила, что это навряд ли.

Я бы сейчас немного постебалась, но Рина действительно жаль. Переволновался будущий отец детей, будущей мачехи моего будущего мужа. Причём за меня. Даже приятно такую заботу почувствлвать.

– Рон, как видишь, вполне адекватный и мне с ним было совсем несложно. А если учитывать наш "тёплый" приём, то, он ещё совершенно не злопамятный. Видимо, он понял, что это был наш способ защитить себя.

– Вот что удивительно. – Мьяна задумчиво на меня посмотрела. – Вы очень легко нашли общий язык. Когда мы вошли, вы выглядели и общались, будто сто лет знакомы и между вами нет языкового барьера. – При её словах про язык...овый барьер, я мгновенно покраснела, но постаралась не демонстрировать явного смущения и рассуждать как взрослый человек.

– Он очень серьёзно подошёл к изучению нашей речи. Более того, у Рона явно талант. – улыбнулась я, вспоминая, как мужчина поглощал новые слова и как мы вместе обхохатывались над моими попытками. – В итоге на языке Рона я только пару слов смогла запомнить, тогда как он уже вполне меня понимает, а где-то интуитивно догадывается.

– А ты не замечала за ним чего-то странного? – прерывает мои мысли Ринат Валерьевич.

С ним вообще, как на качелях: то до жути страшно, то на кураже весело!

Но вслух я сказала не это.

– Вы же уже спрашивали меня об этом.

– Да, спрашивали, но о том, чем вы занимались, чем он интересовался. А сейчас я спрашиваю, не замечала ли ты нетипичного, для "нашего" человека, поведения? Какие-то странности? Нет?

Не палить же Рона, что это именно он дверь спалил.

К тому же, скажу им и всё, — волноваться будут. Или ещё хуже, вдруг их высокие умы надумают не того? Я не первый день с археологом под одной крышей живу, а тут их в количестве две штуки находится, а это априори нестабильное и взрывоопасное сочетание. Тут глупыми сообщениями на завтра дело не ограничится, а работу моим мнительным пропустить никак нельзя. Особенно Рину. Тем более свадьба у них совсем скоро. Мьяна так свадебного путешествия ждала, не сейчас же им его тратить. Как-нибудь найду ответы на свои вопросы. Рон,  думаю, про себя совсем скоро сам связно рассказать сможет... А есть ли смысл сейчас искать остальные ответы? Думаю, нет…

По большому счёту Рон оказался довольно адекватным мужчиной. Я смогу справится с ситуацией. Чувствую, что Рону тоже скоро ответы понадобятся. Вот вместе с ним их и найдём. Надеюсь...

Сама не замечаю, как в такт своим мыслям киваю головой.

– Феодосия. Ну ка, посмотри на меня?! – нехорошо. Мьяна добавила строгости в голос. Значит, что-то подозревает.

– Посмотрела. Задуматься не дашь! Как считаешь, я завтра успею в библиотеку?

– Так ты, как всегда, об учёбе беспокоишься? – облегчённо выдыхает она.

Говорю же, мнительная.

– А о чём же? Раньше я даже с температурой лекции посещала, а сегодня была вынуждена дома бездельничать.

– Тем не менее ты не ответила на мой вопрос. – напоминает Рин.

Н-да, не получилось увильнуть.

– Не считая того, что Рон  на непонятном языке говорит и при своём появлении меня чуть мечом на гуляш не порубил — ничего странного. – пожимаю плечами, но думаю, все мы, включая Рона понимаем, что это было недоразумение. Он вообще стремится к контакту, стараясь как можно быстрее наладить полноценное общение. Полагаю у него к нам тоже много вопросов.

– В этом я с тобой согласен. У меня на его месте тоже они бы были.

На том разговор и завершили. Час был поздний. Мы с Мьяной пошли наверх, а Рин направился к своему дивану.

Наконец заслуженный покой!

Не успела я переодеться, как к нам в комнату влетает взъерошенный Рин, и, не обращая внимания на мою расстёгнутую спортивную кофту, выпаливает: «Что с душевой кабиной»?

– Мой косяк. – подняла руку вверх как первоклашка.

– Как это произошло? Ты не ранена?! – Мьяна тут же бросается ко мне, осматривая на целостность.

– По моей глупости. Всё хорошо. – Рин прищуривает немного бешеные глаза и смотрит в упор на меня. – Рин, можешь выйти, а то я, как бы переодеваюсь... – наигранно, ну очень сильно смущаюсь.

Я хоть и успела стянуть с себя спортивные штаны, но длинная спортивная олимпийка, которая в скромности способна поспорить с мини-юбкой, отлично всё прикрывает, а спереди я мгновенно запахнулась.

Выразительно обвожу взглядом свой внешний вид, стараясь выглядеть до крайности смущённой. Ведь оправдания для двери в душе я заранее не придумала и сейчас в голове пустота...

Спасло, что Рин всё-таки почувствовав себя неловко спешно извинился и молниеносно вышел. Надеюсь, вопрос закрыт и Рон завтра на чём-нибудь другом не спалится… Ну, и ничего больше нам не спалит и не расплавит…

Переодевшись, я сделала вид, что ложусь, предвкушая погружения в сонную негу, но...

– Фей, ты спишь?

– Пытаюсь.

– Я на пару слов.

– Угу.

– Не знаю, как сказать...

– Говори как обычно делаешь, в лоб.

– Угу. – молчит.

Сглатывает.

– Ну?! Мьяна, это на тебя непохоже.

– Это, конечно, совсем наглость, но можешь нас с Рином в среду вечером отпустить? Понимаю, что у тебя и так это будет единственный свободный день, но мне очень нужно с ним поговорить.

– Вы же, теперь дома каждый день видитесь и на работе без конца сталкиваетесь? У меня планы на вечер были.

– Видимся. Ну тут атмосфера нужна и время. Ну что тебе стоит, а? – подруга вскочила и прыжком приземлилась почти на мои ноги. Он неожиданности я негромко взвизгнула. – Садись и подвигайся ближе! Будешь первой, кто мой секрет узнает!

– Надеюсь, это не очередная секретная книга? А то вторую я точно не переживу!  – лениво поднимаю уставшее за день тело и сажусь, опираясь на руки.

– Нет, честно не книга! – Мьяна даже торжественно руку подняла! – Это ещё более удивительное, чем книга!

– Мне уже страшно. Говори!

– Только сначала обещай мне вечер среды. – смотрит умоляюще. Нет, её точно подменили.

– Эй! Это ты поговорить хотела, а я хотела спать!

– Пожа-а-алуйста... – протянула подруга. – Ну?! – Удивительно! Всегда более чем сдержанная, она редко о чём-то просит, тем более так, по-детски! – Вы же с Роном замечательно ладите! Ну, побудь с ним в среду, а?! – Она взяла меня за руки и немного сжала ладони, обеспокоенно глядя в глаза. Мне, правда, очень нужно, иначе я бы не просила. Ты же меня знаешь.

– Сейчас кажется, что не знаю. Ладно. Уговорила. Но только на поздний вечер. Сразу после пар у меня свои планы.

– С Эдом встречаешься? – оживилась Мьяна.

– Нет. К сожалению, он до пятницы занят. Но это дело я откладывать не могу. Как вернусь домой, – вы свободны. Договорились?

– Хорошо!

– Ну, говори уже свой секрет. Что за вещи могут быть более удивительными, чем те, которые уже происходят?

– У нас с Рином будет малыш! – Я сглотнула… Вроде и радостно, и, как-то не вовремя, что ли…

Рин же, как узнает, вообще или Мьяну заберёт подальше от эпицентра событий, или нас с Роном за дверь выставит… Конечно преувеличиваю, но риск остаться единственной нянькой для пришельца есть…

Только одно непонятно, отчего слёзы на глаза выступают, а в душе щенячья радость расползается?! Никогда не страдала излишней сентиментальностью, но... С визгом бросаюсь в объятия Мьяны! Она визжит в ответ и радостно обнимает меня.

Так обнимаясь и раскачивая друг друга, мы сидим щека к щеке и ревём в четыре глаза, — от радости!

– Долго ты соображала! – успевает сказать, глядя на меня растроганным взглядом и громко всхлипывает.

Тут с грохотом отлетает дверь и громко бьётся о противоположную стену!

Теперь мы уже прижались к друг дружке ещё плотнее, но теперь от страха!

На пороге, с воинственным видом, стоит Рон с ножом шефповара, а из-за его плеча выглядывает Рин с шокером.

Увидев нас, теперь уже мертвенно-бледных, испугавшихся и заплаканных, они сделали свои выводы, Ввалившись в комнату и приняв боевые стойки, глазами начали искать опасность, но ничего не обнаружив, остановили взгляды на нас.

– Что у вас случилось? – Рин растерянно поглядывает на выбитую Роном дверь. Наверное, он думает о том же: «Хорошо, что кровати стоят не напротив двери».

А что ему ответить? Не про ребёнка же в такой ситуации, воинственному папочке объявлять.

– Показалась, — мышка пробежала. – Нашлась Мьяна. – Я их так боюсь! – Обнимает себя руками.

Усиленно киваю.

– А я визга испугалась, так как уже спала! – невинно хлопаю ресницами. – Идите спать. Опасности уже нет. И спасибо, что прибежали защитить нас от мышки.

– Спасибо. – тихо добавила всё ещё жмущаяся ко мне Мьяна. И тут она решила меня добить! – И мышка… – Она показала трясущимся пальчиком в угол… – Кажется, туда убежала. Проверьте, а?

Мужчины отвернулись в угол, а Мьяна тем временем успела мгновенно юркнуть под своё одеяло. А вот я сразу не сообразила, в чём заключался её манёвр и осталась одна, совсем без прикрытия.

Ну да, мужчины прибежали в чем собирались спать, только один из них прихватил нож, а другой шокер. Нас тоже застали в чём есть…

И если после сегодняшнего дня я могла смело сказать про Рона «Чего я там не видела», и поэтому даже не сразу поняла, что нужно реагировать, то Мьяну, прожигающий взгляд Рона, через тонкое кружево комбинации смутил.  

Следую примеру подруги, я нервно подгребла одеяло, прикрывшись им до глаз и слилась с красным цветом своей, ещё более короткой, кружевной комбинации. Сначала даже не сообразила, как я смотрюсь со стороны. Одно дело когда ты кубики на прессе мужчин пересчитала, другое, когда тебя в ответ жарким взглядом разглядывают. Впредь без пижамы в пол, и спортивного топа под ней — спать ложиться не буду!!!

Парни прокашлялись, поглядывая друг на друга, видимо, делая вид, что ищут мышку. Но не на косметическом столике, ни в пудренице, как ни странно, обнаружено её не было!

Синхронно пожав плечами, мужчины наконец вышли из комнаты.

– Фея, – шепчет подруга, высунув нос из-под одеяла, когда шаги на лестнице стихли, – как ты с ним вообще общий язык нашла? На меня он посмотрел так, что по коже мурашки, как от холода побежали. Захотелось самой словно мышка забиться в коробочку и изнутри заколотиться… Ты глянь на дверь!

– Ты его просто ещё не знаешь... Он довольно милый, хоть и такой брутальный с виду… Хотя не только с виду, – снова кидаю взгляд на дверь, впечатавшуюся в стену гардеробной, – но у него и милые стороны есть.

– Это какие?

– Ты же видела, по румянцу на его щеках. Он был смущён. А плохие парни не смущаются.

– Да какой румянец? Он же смуглый. Или же с солярием перестарался. Не суть. Главное, что румянца у него быть не могло.

– А вот и нет! Румянец через его загар пробился. И смылись они оба спешно. Это как раз и доказывает, что основание для румянца у Рона было. Говорю же, он милаха! – защищаю Рона.  

– Я ошибаюсь, или мне показалось, что между вами что-то происходит? – прищуривается подруга.

– Что ты имеешь в виду? Мы сегодня провели много времени вместе, подружились.

– Я о том, как он на тебя смотрит. Давай признавайся, он тебе нравится?

– Мой парень Эдик. Что за вопросы? – шепнула обиженно.

– Ладно. Ложись, давай. Спокойной ночи.

– Спокойной. – радуюсь, что дальнейших расспросов не последовало.

Подхватываю одеяло за углы, встав на кровати, и встряхнув его, позволяя концам свободно осесть на простыни, с удовольствием ныряю в уютное укрытие.

– Как будешь готова поделиться, расскажешь. Только не затягивай с этим, чтобы Эдику больно не делать.

– Может, я Рону больно боюсь сделать. – говорю слова неожиданные для меня самой.

– Значит, я не ошиблась. Между вами что-то есть?

– Спи давай! Разберусь, первой узнаешь… – наконец, признаюсь себе в особом отношении к этому мужчине. Подозреваю, любого другого левого парня, внезапно меня поцеловавшего я бы уже ненавидела. Хотя, возможно, я просто попыталась его понять и... его губы... Нет, не о том думаю.

Спать! Правильно! Меньше думать о том, почему я так отреагировала на поцелуй и что в моём поведении было такого, что это не скрылось от Мьяны.

Так сильно хотела спать, но из-за всех этих волнений, сон как назло не идёт. То состояние, когда жутко хочется спать, но ты не можешь... У меня такое единственный раз перед ЕГЭ было.

Лежу и прислушиваюсь к дыханию Мьяны.

Раз мне всё равно не уснуть, найду чем себя занять. Подозреваю, что чем быстрее воплощу свою идею в жизнь и приду к выводам, тем скорее ко мне вернётся нормальный здоровый сон.

А сейчас мне есть чем заняться без лишних глаз.

Как только я убедилась, что подруга окончательно уснула, ровно засопев, я вскочила со своей кровати, и, подхватив ноут, нырнула в ванную комнату.

Темноты озарилась ярким светом экрана, зарезав глаза и заставляя зажмуриться. Ноут с трудом помещался на косметический столик, потеснив баночки с кремами и духи. Дождавшись пока мой трёхлетний уже притормаживающий старичок загрузится, я вошла на сайт знакомств.

От своих мыслей сама же хмыкнула.

– Ну и идеи посещают мою светлую голову...

Да-да именно эта идея осенила меня после замешательства вызванного поцелуем с Роном. До сих пор как вспомню, щёки горят... и губы...

Я в курсе, что девушки без проблем целуют разных парней и при этом совесть их не особо мучает. У меня всё иначе. Проблема в том, что до встречи с Эдиком настолько близко я с парнями не общалась. Опыта у меня совершенно нет. Возможно, поэтому я и не могу различить физиологию и настоящие чувства.

Из трёх верхних сайтов в поисковике я выбрала один, где не требовалось регистрации.

Через пару минут поняла, что регистрация всё-таки нужна, иначе я ни с кем не смогу переписываться, а прямых контактов, чтобы связаться с человеком, хитрый сайт не даёт. Хоть пока мне некому писать, зарегистрировалась.

Смотрю на фотки и пытаюсь понять, какие чувства они у меня вызывают. Но пока что не только чувств, но элементарного интереса за собой не наблюдаю.

И вообще, какие они, эти настоящие чувства? Может ли быть, что женщины испытывают подобное с любым симпатичным для них парнем? Ведь поступок Рона не столько меня смутил, сколько запутал. Хоть я и считаю произошедшее неправильным, всё же не могу отрицать, что от одних только воспоминаний, глаза непроизвольно прикрываются, а в теле возникают непривычные ощущения, похожие на лёгкое опьянение.

Самое непонятное, что с Эдиком так же. Я была уверена, что влюбилась в него с первого взгляда: невероятно красивый парень, яркие ощущения и чувство будто мы знакомы не один год. Я и сейчас так думаю, ведь не просто же так по нему скучаю... Он идеальный! Даже не так! Эдик идеал, оживший из моей личной мечты! В нём есть всё, о чем только я могла мечтать. Брутальные мужчины как Рон никогда не были пределом моих мечтаний. Мне вообще подобный типаж никогда не нравился.

Тогда откуда взялась такая бурная реакция на Рона? Неужели у меня гормоны пляшут, а я всё за чистую монету принимаю?

Нет!

Даже думать не хочу, что мои чувства к Эдику ошибка. Он такой милый, заботливый и настоящий, несмотря на поистине киношную внешность и образ сладкого мальчика. Наверное, именно из-за того, что он мне доверился, чувство вины так сильно гложет и я хочу убедиться не обманываю ли я себя, а заодно и не заслужившего такого, хорошего человека.

И сомневаюсь я не без причины. Ведь раньше же умудрилась перепутать сильную симпатию и неловкость перед красивым обаятельным мужчиной с любовью. Причём мужчина этот — отец моего парня! Наверное, только я так и могла вляпаться. Теперь рядом с Рином я ощущаю неловкость другого плана — мне стыдно вспоминать даже факт моей непомерной симпатии к нему, на грани фанатизма. Да в нашем универе я такая не одна, но в том числе...

Неудивительно, несмотря на возраст Ринат Валерьевич до сих пор само очарование. От одного его присутствия женская половина аудитории моментально сбивается с рабочего настроя. Но только теперь я поняла, что это всё не то... С Эдиком, даже прикосновение ладоней обжигает, заставляет сердце радостно биться в груди и ещё это ощущение некого родства душ, как бы странно это ни звучало. Я просто чувствую что Эрик мой, для меня... но Рон... он...

От некоторых впечатлений за наш с ним день до сих пор голова кружится, стоит вспомнить.

Да, с сайтом знакомства я определённо хорошо придумала! Нужно срочно в себе разобраться.  И мне срочно нужен испытуемый.

А лучше два! Вдруг один бракованный попадётся?!

Решено! Схожу на встречу с самыми красивыми парнями которых только смогу найти, и если со мной будет происходить та же неразбериха, как с Роном, значит, у меня появится основание сделать выводы.

Через час поиска красавчиков я конкретно зевала, зато познакомилась с кучей народа. В качестве ника, недолго думая, ввела слово: «Дося». Даже не наврала с именем. Лишь чуть исковеркала своё и без того непривлекательное.

Согласна, ник не особо привлекательный для сайта знакомств, зато я загрузила симпатичную аватарку с собственным фото, но такую, что меня на ней не узнать!

Тут я постаралась! Накрасилась, изменив форму глаз. Подвела карандашом губы, визуально их увеличив и придав немного другой изгиб, сделав более круглыми. Даже с овалом лица поработала тоналкой разных тонов и пудрой. В довершении одела свой чёрный парик-каре. Парик у меня с Хэллоуина остался. Ещё в школе в нём тусила.

Результат превзошёл ожидания! На селфи сама себя не узнала! Чуть поколдовала в программках на телефоне и ву-а-ля!

– Я, или не я?

На всякий случай сделала несколько разных фото, на разном фоне и в разных футболках. Насколько это позволяли условия моей ванной и стены перед ней. А одну, близким портретиком, чуть захватывающем начало груди – в маечке.

Правда, на последней фотографии глаза у меня слишком сонные. Даже блестят с недосыпа и видно, что слезятся. Хотя с другой стороны вид какой-то более чувственный получился. Делаю над собой усилие, стараясь не сдаться Морфею. Такое дело нужно решить как можно быстрее. Отоспаться я всегда успею. Да хоть завтра днём!

Тайная операция с кодовым названием "Очередное безумие" — началась! Желающих встретиться оказалось море, но я довольно придирчиво выбирала. Ведь на абы кого точно не поведусь, слишком уж у меня избирательный вкус, а мне правдивый результат нужен.

В итоге на среду, после пар, я назначила свидание с блондином как Эд. С другим парнем, высоким и накаченным брюнетом, отдалённо напоминающем Рона — через час после него.

Кафе для встречи с брюнетом решила выбрать за два квартала от первого, чтобы не столкнулись. На каждого парня выделила примерно по полчаса. Надеюсь, хватит составить впечатление и понять себя.

Должна признать, что никого симпатичнее моих парней, на сайте я не увидела.

– Моих?! – удивляюсь своим мыслям...

Ну если самой себе признаться, — целовалась-то я с обоими. Неважно, что с одним не по своей воле и случайно. Результат-то был один...

Мне не по себе... Опять накатило, как не борюсь я с этим неприятным чувством…

Разумеется, что происходящее выбивает из колеи. Я себе не так всё представляла: первый невинный поцелуй, свадьба, первая брачная ночь с любимым-единственным, которого буду любить больше жизни и умру в один день и час!

Да, у меня, несмотря на возраст, и мыслей про пестики тычинки до вчерашнего дня не было!

Всё на чистом романтизме, так как должно быть, а тут! Двое!

Кажется, я свихнусь, столько об этом думать, но и не думать не могу...

Мои парни слишком разные. И если уж до конца в себе копаться, чувства к ним такие же разные... Но они есть... к тому же не сказать, что к кому-то из них сильнее. С Роном, как и с Эдиком, мне в последние часы общения было вполне уютно, и это казалось правильным. Другое дело что именно с Роном поцелуй был случайностью и это навряд ли когда повториться, только это не мешает моему телу вспыхивать при воспоминании об этом.

Да, Феодосия, – морщусь даже от мысленно произнесённого имени, – подозреваю ничего, кроме гормонов в тебе нет... Чёрт знает, что со мной происходит... Причём во всех смыслах... С Роном вообще непонятно, с какого перепугу я на него как на мужчину реагирую. Меня должны другие вещи волновать, например, как этого пришельца откуда взяли отправить!

Мамочки... Как же я запуталась...

С этими мыслями, за ноутом я и отрубилась...

Как перебралась в комнату, даже не помню, но проснулась в своей кровати.

День пятый, вторник. Фея

Утро я нагло проспала, почти до двенадцати. Хорошо Рин сегодня с третьей пары. Порадовалась сообщению от Эдика. Он мне доброго утра пожелал и пообещал сюрприз вечером.

А я теперь сижу на кровати и последней предательницей себя чувствую... Ответила на его сообщение, переписав заново раз двадцать.

Оделась, притормозила у зеркала, и подумав, поменяла довольно привычную для меня открытую маечку на лёгкую, но закрытую до шеи бесформенную блузку с воротником-стойкой и рукавом-воланом до середины кисти. Мамина... Юбка ниже щиколотки, тоже её.

Намёки я понимаю. Мало ли какие нравы там, откуда этот мужчина. Вчера Рон дважды намекнул, мне оказалось достаточно. Кошмар! Даже на утро я всё ещё думаю лишь об этом.

Внизу сидели «мальчики». Ни одного, ни другого мужчину в прямом смысле назвать мальчиком язву не повернётся. Мьяна, судя по обеденному времени, уже уехала на работу. Рин и Рон, сидя за столом, пытались общаться, но у них явно не клеились.

При моём появлении оба подскочили и были безмерно мне рады.

– О! Смотрю ты стиль поменяла? – такое чувство, что Рин подколол меня маминым гардеробом, но смотрит вроде серьёзно. Разбери его...

– Доброе утро. – почти чисто произнёс Рон!

– Доброе. – отвечаю им с улыбкой, добавляя специально для Рина. – Дресс-код Мэри Поппинс. Есть претензии?

– У тебя всё нормально? Ничего не случилось? – внимательный баклажан. Ему-то сразу понятно, что современную девушку нужно постараться заставить нацепить на себя подобное. Он постоянно среди молодёжи вращается. И, разумеется, случилось! Молодую девушку наедине с таким мужиком оставляют! Неужели мой ректор ещё наивнее меня?!

– С чего ты взял? – вопреки мыслям очень даже натурально удивляюсь. – Сегодня на чердаке убраться планировала, раз дома сижу. Хоть польза будет. Заодно Рона рассматриванием старья развлеку... И вообще, откуда тебе знать, как я дома одеваюсь? – Блин... Кажется, с оправданиями всё-таки переборщила, пойдя в наступление. Рин даже бровь приподнял. – Вечером во сколько меня подмените? – Срочно перевожу тему, а то актёр из меня так себе, без опыта.

– После ужина сможем. Извини, наверное, ты устала?

– Не то, чтобы... – веду плечом, пытаясь ответить на этот вопрос самой себе. Нет, не устала, всё же несмотря на мои внутренние разногласия, общение с Роном мне всё же интересно. Не на каждую мужики из тумана с мечом кидаются, а потом сидят и смотрят, невинно опуская ресницы, как сейчас.

Хотя... с невинностью в этой горе мышц я приукрасила.

– Завтра у Мьяны должен быть выходной, – прерывает мои размышления Рин и я наконец сажусь за стол к мужчинам, – но думаю, подменю её здесь, а она пары за меня проведёт. Другие вопросы я из дома постараюсь решить. А ты завтра отдохни, сходи куда-нибудь проветрись. Потом тебе ещё два дня с Роном посидеть придётся. Мы только на выходных тебя подменим.

– Свободный день — это хорошо. Тогда посвящу его учёбе! Завтра в академию собираюсь идти. Ты же знаешь, я даже если болею, не пропускаю. Не люблю нагонять и быть не в теме.

– Понимаю. Если будут вопросы обращайся.

– Не думаю, что возникнут.

Рин в ответ кивает, а я обвожу взглядом стол, чистые тарелки перед мужчинами и еду, судя по контейнерам, явно из доставки.

– А вы почему не завтракали? Всё же нетронутое стоит?!

– Не знаю. Рон без тебя начинать отказался, поэтому и я за компанию дождался.

Я впервые за весь разговор посмотрела на Рона, точнее, ему в лицо. До этого почему-то не могла себя заставить поднять на него взгляд. И вот, наши взгляды мгновенно встретились.

Святые пришельцы! Сердце ухнуло куда-то в ноги словно от испуга, но по телу моментально разнёсся жар.

Улыбнулся. Мне!

На это меня тряхнуло изнутри, и я моментально покрылась холодным потом...

Ну и реакции... Больше контрастный душ напоминают. Оттягиваю, некстати ставший тесным воротник-стойку.

Покосилась на Рина, он занят накладыванием еды и не заметил моего состояния. Повезло.

Нет, Рон не напугал меня, наоборот, смотрит на меня тёплым взглядом.

Не нашла в себе сил равнодушно посмотреть в ответ, поэтому отвела глаза, начав изображать бурную деятельность, раскладывая еду по тарелкам мужчин. У Рина и так уже было достаточно, а Рон, как мне показалось, удовлетворённо кивнул на мой жест доброй воли.

Уф-ф-ф...

Стук столовых приборов по тарелкам мужчин немного расслабил. На меня никто не обращает внимания, ничего не спрашивает, разве что про соус или хлеб.

Вроде отлегло.

Главное меньше смотреть на Рона.

Как день-то теперь пережить?! Не ожидала я от себя таких реакций на простые взгляды.

Утро вечера мудренее? Кто сказал?! Сейчас, на свежую голову, этот мой внутренний кавардак ещё острее воспринимается... Быстрее бы Рин ушёл. Может правда прямо сейчас на чердак смыться, оставив Рона у компа или телека, типа у меня уборка?

Кошусь на мужчин. Рон вновь посмотрел, причём в глаза. Прямое пробитие, о чём вновь ухнувшее сердце и выброс в кровь чего-то там, заставили глубоко дышать, хватая воздух.

Да что же творится со мной?! Почему я так на него реагирую? Потому что стыдно? Ведь если логически подумать, подумаешь, мужик посмотрел?!

Еле дожила до конца завтрака. Хоть аппетит напрочь отшибло, позавтракала я слишком плотно. Уже в привычку входит едой прикрывается, лишь бы найти предлог не общаться и глаз от тарелки не отрывать.

Рин спешил, и перед выходом на работу дал мне чёткие указания, которым я бы и без него следовала.

Мне не кажется, что он как-то уж чересчур волновался? Из-за моего вида? Или поведение за мной странное заметил? И Рон как-то непонятно на его метания посматривал.

Как только дверь за Рином закрылась, я шумно выдохнула. Тут же возникло непреодолимое желание, хоть за ладонями, но скрыться от пристального взгляда Рона. С трудом сдержалась и даже нашла в себе силы поднять на мужчину взгляд.

– Фея, ты плохо? Я? Нет, плохо! – похоже, он думает, что дело в нём и пытается сказать, что не причинит вреда.

Ещё не хватало, чтобы он подумал, что я его боюсь. Сейчас я больше себя боюсь...

Рон даже начал подходить, но резко остановился, заметив, как я дёрнулась и поджала разом вспыхнувшие губы…

Стоит, смотрит на меня... Растерянный какой-то.

Полагаю, что со стороны я уверенностью тоже не фонтанирую.

Рон смотрит, так сочувственно... на меня, но почему-то от этого пожалеть хочется его.

За столом, и в присутствии Рина, он будто бы другим человеком был, — прямо царственный вид сохранял. Рон хоть и шёл с Ринатом на контакт, но во всём проскальзывало некое снисхождение. Я хоть и хомячила во все пищевые мешки, но этого просто не могла не заметить. Хотя, нужно сказать, и Рин в долгу не оставался, держался по-ректорски.

А здесь, Рин ушёл и этот изменившийся обеспокоенный взгляд Рона и чувство вины в нём... и, я просто не смогла поступить иначе, губя свою грешную душу, послав свой план побега на чердак в топку.

– Рон, всё хорошо! Пошли, покажу чердак! – Я искренне улыбнулась. Не страдать же человеку из-за моих тараканов. С ними я сама разберусь, надуюсь окончательно и уже завтра.

То, что за завтраком было неожиданной отмазкой и планом побега, сейчас показалось отличной идеей для совместного времяпровождения!

Чердак нас встретил скрипом добротной деревянной лестницы из тёмного дерева и запахом трав. У мамы здесь не только вещи хранились, но и травы пучками висели. Из них мы и составляем разные купажи. Мы с мамой те ещё чаёвницы. Я-то сильно к чердаку отношения не имею. Как мама с папой переехали, я сюда поднимаюсь только травы на чай набрать, а вот в детстве лазить здесь очень любила. От паутины и небольшого слоя пыли здесь я приходила в восторг. Всё таким загадочным казалось. Особенно огромные стоящие здесь сундуки со всякой всячиной.

Не то чтобы тут пауки с потолка огромные свисали, но за время маминого отсутствия здесь стало более атмосферно, без неё тут ни разу не прибирались. Пыли на удивление не так уж и много. Я взяла стоящую здесь же за специальной перегородкой швабру, тряпку с ведром и решила для начала протереть окна. Рон недоумённо за мной наблюдал. А да! Слишком я поторопилась, перейдя к бурной деятельности. Ему же занятие нужно найти!

Слова «ребёнок» и «играть» он выучил ещё вчера. Ну пусть посмотрит, в какие игрушки играют наши дети. Я подвела его к большому бабушкиному сундуку. Мамина любимая вещь, кстати. Она вообще старину любит. Даже чердак, больше музей напоминает. Даже прялку в отличном состоянии откуда-то раздобыла.

Убедившись, что Рин подошёл, с таинственным видом открыла сундук.

– Смотри. Это мои игрушки. Я. Ребёнок. Игрушки. – последнее я сказала медленно ещё и обильно подкрепляя жестами.

– Понял! – Рон вовсю улыбался, давая знать, что я вновь слегка перестаралась.

Мы вместе нагнулись над сундуком. А ну его, потом уберусь! С предвкушением касаюсь верхней большой куклы, прикрывающей собой всё остальное, и достаю её. Давно я не перебирала свои игрушки, у каждой раньше был свой смысл, она вызывала определённые эмоции, а сейчас все они вызывают светлую ностальгию, а на некоторые я смотрю будто новым взглядом.

Рон с неподдельным интересом стал разглядывать игрушки.

– У я есть. – показал он мне, заваленного всем остальным, коня-качалку.

– У меня есть. – Поправила я. А он повторил фразу более правильно. Уже не стала поправлять на "была". Или у него конь живой есть?! Не удивлюсь.

Мы доставали каждый предмет. Я уже по привычке два раза проговаривали название и как могла, пыталась объяснить назначение предмета.

Когда почти на дне сундука мы отрыли коробку, а в ней разобранную железную дорогу с целой кучей вагонов, Рон особо заинтересовался.

– Покажи мне?

– Хочешь собрать дорогу? Собрать... – при этом я соединила две части железной дороги, и они с характерным звуком защёлкнулись.

– Да, собрать. – похоже, мальчишки и в других вселенных мальчишки!

Я и сама в детстве больше по механическим игрушкам была, нежели куклам. Отсюда огромное количество конструкторов и техники. А я ещё сомневалась, показывать ли Рону игрушки!

Ох зря! Вон, как глаза горят!

Пока я в своих мыслях копалась, он уже половину дороги собрал. Я даже вмешиваться не стала. Показала, что нужно собрать круг, а сама стрелой побежала за батарейками для паровозика. Когда прибежала назад, Рон уже рассматривал вагоны, соединяя их. Плюсик за смекалку! Но когда я начала отсоединять паровозик, он посмотрел на меня с недоумением. Я перевернула его и открыла крышку для батареек, только меня ждало разочарование... Внутри уже были батарейки и всё было окислено.

Похоже, когда приезжали мои племянники, мы забыли вынуть батарейки. Я вынула их, но выглядело всё слишком печально, настолько, что замена батареек не помогла. Я понуро опустила руки вместе с паровозиком на пол, думая можно ли спасти любимую с детства игрушку. Рон чутко уловил смену моего настроения и смотрел обеспокоенно.

Сдаваться я не собиралась! Взяла тряпочку со средством и усиленно начала ковырять пристывшие корки. Почему-то не хотелось разочаровывать Рона, хотя понимаю, что он давно не ребёнок, да и саму меня такое состояние любимой игрушки удручает...

Рон всё это время молча за мной наблюдавший, осторожно взял паровозик из моих рук, при этом отодвинув меня рукой немного себе за спину. Я немного напряглась, соображая к чему это…

И тут его пальцы как-то быстро и необычно зашевелились. Это немного напоминало игру на музыкальном инструменте. Руки были приподняты по направлению к потолку. Там, под потолком, образовалась маленькое облачко. Совсем крохотная часть от него оторвалась и полетела к паровозику, и с шипением проскользнуло по всей длине пружинок и контактам, оставляя после себя блестящий металл, ничем не отличимый и от нового!

Рон с улыбкой развернулся ко мне.

– Почему рука, ткань? Почему не как я?

– Я так не умею. – отвечаю, находясь под впечатлением от увиденного.

Рон, удивлённо на меня посмотрел, потом на комнату, перевёл взгляд на ведро с водой и тряпкой. Кивнул своим мыслям, а затем сделал и ещё более невероятное, правда перед этим повернулся и как бы накрыл меня своим телом, заключив в объятья. Я даже сопротивляться не подумала.

Облако, висящие под потолком, разделилось ещё на несколько частей, которые пролетели по потолку, проскользнули по стенам, окнам, – везде и со всех сторон, вызывая шипение испаряющаяся воды!

Прошло меньше минуты, а вся комната уже сияла чистотой! Только температура в помещении поднялась сильнее, чем в парилке, и я дышала с трудом, пряча нос на груди Рога. Заметив это, Рон прикрыл ладонью моё лицо, и уже через несколько мгновений я почувствовала, что температура вокруг снизилась.

Рон отстранился от меня, осматривая на целостность.

– Ты... хорошо? Я плохо здесь... – он задумался, как выразить словами мысль и повторил мою недавно сказанную фразой. – не умею. Я дома хорошо.

– У тебя, здесь, на Земле, плохо получается это делать?

– Да. – он кивнул, радуясь, что я его поняла.

– А что ещё ты можешь делать? – не удерживаюсь от вопроса, с восхищением глядя на мужчину.

– Дома всё... – ошарашил меня ответом Рон.

А я ему сейчас, детские игрушки показываю?! Удивить пыталась парня в шкуре.

Ну и ладно!

Подняла паровозик с пола и вставила в него батарейки. Включила и поставила на рельсы. Паровозик, мигая лампочками и воспроизводя звуки оригинала, помчался по рельсам.

– Как?! – теперь удивился Рон, для которого обычные батарейки оказались также удивительны, как для меня его фокусы с шипящим облачком. Я остановила паровозик и вынула из него батарейки, – положив ему на ладошку.

– В них энергия.

Эти же батарейки я вставила в старый будильник, и стрелка на нём начала двигаться.

– Энергия?! – Рон явно что-то переваривал у себя в голове. Хотя удивляться здесь должна была я, но видеть заинтересованность Рона было приятно и я с удовольствием делилась знаниями, насколько позволял языковый барьер. На удивление после фокусов мужчины я оставалась спокойной. Ну, почти... Не совсем привычно, когда аромат свежести наполняет твой чердак. Даже травы от пыли очистились и теперь здесь стоял очень насыщенный, но невероятно приятный запах.

На чердаке всё посмотрели и многочасового махания тряпкой не понадобилось, поэтому неожиданно оказалось нечего делать. Я приняла решение спуститься вниз, пригласив Рона выпить чая. Он уже знал эту фразу и сразу меня понял, а я очередной раз удивилась насколько быстро он адаптируется.

За чаем Рон долго делал попытки узнать, у меня, а что именно, я догадалась лишь с сотой попытки.

Оказалось, он хотел узнать, как в нашем мире называется то, что он сделал и почему этого не умею делать я.

После долгого ломания мозга, я смогла объяснить, — то, что он делает, это магия. А здесь у нас, настоящей магией не владеет никто.

Заметила, что он будто сделал себе заметку. Наверное, тоже задаётся вопросом: в какой мир его занесло. Однако его слишком многое интересовало. Он не мог понять, как мы делаем те или иные вещи.

Пришлось объяснять, что вместо магии мы используем энергию. Он явно понял суть, но, кажется, не понял некоторые слова, которые сложно объяснить и связать с чем-то материальным.

В итоге мы решили продолжить изучение языка. Конечно, удивительно, сколько Рон умудрился выучить за каке-то сутки, но этого недостаточно для полноценного общения. Постоянная игра в шарады с жестами и тыканьями пальцами в предметы, утомляла нас обоих.

День прошёл довольно результативно. Вчерашняя основа очень помогала. Благодаря этому, Рон уже свободно строил простые предложения. Не скажу, что всё было идеально правильно, но понять можно. Я бы такой объём не освоила и за полгода. Для Рона же стоило проговорить слово два раза, больше к нему мы не возвращались.

Может у него и мозг магический?!

Перед приходом Рина и Мьяны я предупредила Рона, о том, что не стоит демонстрировать свои способности при них. Сначала он не мог понять причину. Постаралась объяснить, что для нашего мира его способности очень странные и могут напугать. Я взяла с Рона обещание дать Мьяне и Ринату возможность привыкнуть сначала к нему, а потом уже мы вместе расскажем им «новости».

Рон, конечно, был прав, говоря о том, что они, возможно, и так догадываются, но я убедила его, что догадываться это одно, а знать наверняка — другое. Окончательно я убедила его фразой, с которой, наверное, стоило бы начинать. Нет, ничего особенного, лишь предупредила о том, что, если они узнают о его фокусах, побоятся и дальше меня с ним оставлять, к тому же им придётся пропускать работу. В мире Рона люди тоже работают, и он заявил, что не желает причинять лишнего беспокойства.

Не скажу, что за время общения с Роном я не вспоминала вчерашний поцелуй. А эти объятья на чердаке...

Внутренне я тянусь к нему, но постоянно себя одёргиваю, ловя на том, что пялюсь то на его линию губ, то прослеживаю перетекание мышцы на руках или мой взгляд очерчивает v-образный вырез его рубашки-поло, плотно обтягивающий его мощные мышцы груди.

Нет, я очень старалась смотреть или на руки, или строго в лицо, а по возможности вообще смотреть на что угодно, кроме Рона, но увлечённые процессом изучения, мы то и дело встречались взглядами и даже хватались за руки, сразу же, неловко отстраняясь. Погрузившись в процесс изучения, снова и снова наступали на те же грабли. Я видела, что эта неловкость взаимна. Мысленно высмеивала себя, что как шоколад плавлюсь, видя перед собой убойное сочетание мужской красоты, силы и интеллекта. Даже если не учитывать сверхспособности, Рон он такой...

Ну вот, опять глаза мечтательно закатила..

А и правда! Чего уж эти мелочи учитывать? Мне бы и без сверхспособностей, его присутствия рядом хватило... Нужно держать себя в руках, представить, что я вижу просто картинку по телевизору. Красивый персонаж из сказки, не больше! Смотреть и не трогать... Так будет правильно.

Ага...

О боги! Или кто там есть? Верните мне мозги!

Уже близился ужин. Сей факт до меня дошёл, когда мы с Роном услышали голоса вернувшихся с работы друзей.

Не сговариваясь, поспешили вниз. Спустившись, я заметила, что Рон снова странно смотрит на Рина.

На этот раз не стала плодить догадки, а подошла и, отозвав его в сторону, тихонько спросила у Рона в чём же причина. Оказалось, Рон беспокоится о своих вещах, но по всем правилам его народа теперь это наши трофеи, и он не имеет права о них спрашивать. А косился конкретно на Рина, так как он здесь единственный мужчина, а значить оружие у него.

Да уж, таких правил или обычаев я не ожидала. Трофеи? Хотя, что я знаю о Роне? Пока только то, что он не отсюда. Поспешила его заверить, что у нас подобных обычаев нет и на нашей территории он может спрашивать всё что угодно.

Он ошарашенно и с недоверием на меня посмотрел, особенно когда я сказала, что его вещи нам не нужны. Даже спросил, понимаю ли я, насколько они цены. Может я и не понимала, но ответила ему, что не в наших правилах брать чужое. Чтобы избежать дальнейших изъяснений, просто взяла и потащила его за руку к Рину.

– Рин, а где вещи Рона? Он о них беспокоится.

– И правильно делает. Я их как раз привёз. Они в длинной коробке. Я её у дивана положил. Мне спокойнее, если вещи будут у хозяина. Сегодня случайно услышал, как о них говорят сотрудники, которые даже знать о них не должны, поэтому поспешил увести их с работы.  Тем более всё что мне нужно было выяснить, я уже выяснил.

– Я рада. – выдыхаю с облегчением. – Рон, они в той коробке, забирай.

Рон, с завидной скоростью для такого громадного тела, бросился к коробке и начал осматривать её, ища место, где она открывается.

Так и не найдя возможности её открыть, повернулся ко мне с надеждой в глазах. Видимо, не знал, можно ли повреждать упаковку. Я уже стояла рядом, держа в руке канцелярский нож. Мягко отстранив Рона, я аккуратно разрезала прозрачный скотч и распахнула коробку отстраняясь, позволяя хозяину взять свои вещи.

С каким же благоговением он приподнял свою набедренную повязку. Благодаря купанию, шерсть на ней прямо лоснилась от чистоты и была пушистой. Рон резко поменялся в лице, когда увидел, что сбоку она разрезана.

Кровь стремительно прилила к моим щекам, но не обращая на это внимания, я заверила мужчину, что всё починю и она будет как новая! Мои заверения, похоже, его никак не успокоили. Надеюсь, он никогда не спросит, кто и как снимал с него эту повязку...

Отложив повязку, он судорожно потянулся к мечу. Увидев, что он в целостности, Рон расслабился. Даже прижал к себе меч, как дорогого сердцу человека!

Он же острый! – еле удержалась от возгласа!

Остальное содержимое коробки Рон даже вытаскивать не стал, а унёс коробку к себе вниз. Вернувшись, даже затребовал ключ от железной двери в подвал. Столько в его глазах беспокойства было. Видимо, вещи и правда ему очень дороги.

Мне не жалко, — я дала. Лишь бы был спокоен!

На ужин Рон поднялся с мечом. На нашей недоуменные взгляды объяснил, что, с детства не расстаётся с мечом. Мы, в свою очередь, пытались донести, что у нас мечами не ходят. Не положено. После долгих объяснений и переговоров мы договорились, что если кто-то к нам приходит, то он вместе с мечом спускается в подвал или же оставляет меч под замком, а сам может находиться, где угодно.

Не успели мы договориться, как мне пришло сообщение от Эдика.

Божички!

Обещанный сюрприз удался!

Он уже подъезжает к дому!

Эдик и я

Это же катастрофа! Я поспешила к Рину сказав, что через минуту приедет Эдик. Не думаю, что Рин заинтересован в афишировании истории с Роном перед сыном.

Хоть бы он принял правильное решение!

Неизвестно как отреагирует на Эдика мой рыцарь с мечом. Да и Эдик, на рыцаря с мечом.

– Живо переодевайся и на улицу! Я его задержу. И чтобы в дом ни ногой! – командует Рон и уходит.

Похоже, для Рина в появлении Эдика своя катастрофа... Как родитель, он до сих пор старается отгородить Эдика от всего. Что ж, его незамедлительная реакция оказалась мне на руку.

Я хотела было возмутиться насчёт переодевания, но тут же сообразила, что в такой одежде на улице я ни за что не появлюсь! Тем более не покажусь своему парню.

Я поспешила наверх, быстро сбросила с себя одежду, пуританское бельё и одев кружевное, нырнула в практически невесомое жёлтое платье в мелкий тёмно-коричневый цветочек.

Справилась меньше чем за пять минут! Даже успела нанести нюдовый макияж.

Прокралась вниз и осторожно выглянула из-за угла. Рона не было видно. Возможно, он спустился к себе в подвал. Воспользовавшись возможностью, а я прошмыгнула на улицу. Не то что я сбегала именно от Рона, просто не думала, что мне будет при ком-то так неловко из-за платья чуть выше колен и довольно приличного, но всё же v-образного выреза на груди.

Даже кожей чувствую, что такая одежда на мне, – для Рона провокация! И вообще неприлично...

Интересно, как бы он на кружевное бельё отреагировал, если увидел?

Это полный финиш... Иду к своему парню, а думаю о всяких пришельцах...

Выйдя на улицу, я увидела отца с сыном.

Стоило увидеть Эдика, мои мысли тут же повернули в нужное направление! Нет, не привиделось и я не была очарована моментом. Даже издалека Эдик просто само совершенство! Думала, женщины достигают подобного совершенства пластикой, но Эдик... он... Даже дыхание перехватывает, как только подумаю, что этот парень влюбился именно в меня!

Прислушалась к словам: Рин убеждает Эдика, в том, что я слишком засиделась дома и меня срочно нужно выгуливать! Даже всучил свою карточку.

Эдик заметил меня и, уже не обращая внимания на что-то продолжающего говорить отца, бросился ко мне и закружил! Мой мир превратился в искрящийся калейдоскоп!

Прижимаюсь к крепкой мужской груди. Удивительно, Эдик уже такой свой, родной. И такой притягательный. Один его парфюм кружит голову! А в сочетании с его внешностью и природным обаянием, это нечто невероятное!

– Я так соскучился! Вчерашний день был самым длинным в моей жизни! – поделился Эдик, обнимая меня.

Невероятно!

Смотрю в его глаза и снова влюбляюсь!

Идеален!

Он смотрит на меня сверху вниз, счастливо улыбаясь! Как завораживающе он опускает ресницы и сейчас, они чуть подрагивают, немного прикрывая большие выразительные глаза!

Я постаралась отвести взгляд и выглядеть более непринуждённо, всё-таки не одни. Шагнула немного назад, но руки Эдик расцепить мне не позволил, мягко удержав.

– Привет! Ты же по телефону сказал, что  сможем увидится только в пятницу? Вот это сюрприз!

– Нет, обещанный сюрприз впереди! – Эдик повернулся к Рину. – Па, мы пошли! За карту спасибо! – Потряс чёрным пластиком перед носом родителя.

– Не боишься, что оставим тебя банкротом? – развернувшись к Рину, спрашиваю шутливым тоном.

– Не страшно. Уже был. Это возобновляемые ресурсы. – с шутливым прищуром отвечает он. – Единственное, слишком поздно девушку не возвращай. – Это он сыну. – Феодосии завтра на учёбу.

– Значит, теперь о ней беспокоишься? О том, что у меня репетитор рано утром не вспомнил!

– Но ты же сам доказывал, что уже большой мальчик?!

Кажется, слова Рина удивили Эда. По крайней мере, смотрит он на отца с подозрением.

– Поэтому ты решил переключить свой контроль на большую девочку? – засмеялась я. – По-моему, вам с Мьяной уже пора завести малыша и заботится о нём. А то родительские инстинкты в вас уж слишком бушуют.

– Что за разговоры? Нам поженится сначала надо! – не слишком-то возмущается жених.

– То есть я могу рассчитывать на младшего братика папочка?! – Эдик скорчил рожицу.

– Брысь уже на свидание, мелкота! – Рин попытался сделать нарочито суровый вид, но попытка потерпела фиаско.

– Странно забирать свою девушку из дома, где живёт собственный отец. – Демонстративно, будто задумавшись, Эдик чешет затылок. – Ну, мы пошли!

Нужно отметить... Нет! Не так! Я не могла не отметить, что Эдик приехал на о-о-очень крутой машине, чёрного цвета! Хотя белый конь моему принцу подошёл бы больше. Машина завораживает! Так и хочется провести рукой повторяя изгибы, полюбоваться видом её фар, придающих ей хищности!

Внутри салона всё просто кричит о стоимости авто. Да уж, Рин не поскупился сыну на машину... А вот сам он катается уже далеко не на новой машине бизнес-класса, ничем не примечательной на наших дорогах.

Я не удержалась и провела рукой по панели.

– Нравится? –нажатием пальца Эдик завёл машину и начал выезжать с парковки.

– Не буду отрицать, впечатляет! Первый раз в такой сижу! – моя машина, как и машина моих родителей в разы скромнее. – Только ты не производишь впечатление человека, мечтающего о крутой тачке... Не пойми неправильно.

– Как сказать...

– Прямо. – улыбаюсь. – Честность залог крепких отношений.

– Жаль тебя разочаровывать, но я всегда мечтал именно о такой! Мальчишечьи мечты о крутой тачке и всё такое... Думал, когда вырасту куплю себе нечто подобное.

– И когда ты успел вырасти. То есть накопить? – исправляюсь.

– Случилось кое-что другое. Ты же знаешь, что мы с отцом всегда были вдвоём.

– Да.

– После того как некоторое время назад объявились родители отца с дорогим подарком для меня –  мои мечты сбылись. Они заявились прямо на моё совершеннолетие и зацепили его фразой, что-то типа: они ему на восемнадцать лет купили машину, и мне, такие благородные дарят, ведь он не может позволить себе сделать такой подарок сыну. Отец был в ярости. Подарок от родителей, естественно, не принял, но зато купил мне самую дорогую модель, которую нашёл в нашем городе.

– Не похоже на Рина. Слишком импульсивно.

– Согласен. Но для него любые подарки от тех людей оскорбление. Не понимаю, как у них получается вывести его из равновесия одним своим появлением?

– И часто они к вам приходят? – задаю вопрос, так как забеспокоилась о весьма чувствительной к обществу Мьяне.

– За всю жизнь я видел их два раза. Зато несколько раз ненамеренно, но слышал разговоры отца о них с нашей няней. В общем, это дела семейные. Если отец решит, сам расскажет.

– И все два раза, тебе такие подарки перепадали? – я выжидающе улыбнулась.

– Нет, первый раз я нарвался на наказание. Я был подростком. – улыбнулся Эдик.

– А куда мы едем? Ты же так и не сказал.

– Разве?! Я же сказал, сюрприз!

Всю дорогою мы весело болтали! Эдик поделился планами договориться с отцом на его обучение в стенах Академии. Мы оба хотим, чтобы у нас появилась возможность видиться. Хотя... наверное, оба понимаем, что Рин навряд ли согласится.

Довольно быстро мы выехали за город, и уже через два часа подъезжали к небольшому деревянному домику в бору.

Дом был из тёмного дерева с открытой террасой и беседкой, расположенной немного на отдалении среди ёлок. На террасе плетёная мебель из тёмного ротанга, того же оттенка что и деревянные перила.

Как жаль, что у нас всего лишь пара часов, – я бы тут охотно задержалась подольше и дело даже не в компании очаровательного «принца». Здесь такой замечательный воздух, пропитанный запахом хвои!

Мы ненадолго зашли в дом. Эдик позволил мне осмотреться, а потом проводил на террасу, где нас ожидал накрытый по всем канонам романтики столик. На одном из плетёных кресел я заметила чёрную гитару, которая добавляла этой атмосфере дополнительную нотку предвкушения. Белая скатерть, выделяющаяся на тёмно-коричневом фоне интерьера, была заставлена блюдами. Или Эдик такой голодный или настолько сильно хотел меня впечатлить.

Он предложил мне сесть. Я себя даже героиней фильма почувствовала! Это даже не на фильм, а на сон похоже! Но вот голод мне точно не снится. Эдик наполнил мой бокал и начал изучать мои вкусы. Впрочем, и я следила за тем, что он предпочитает есть. Он непринуждённо приступил к еде и я, плюнув на все деликатности,  всё-таки уже мой парень и пусть сразу привыкает ко мне настоящей, я начала с аппетитом поглощать еду, поддерживая разговор о наших с ним схожих вкусах. Меня удивило, что Эдик предпочитает морепродукты мясу. Я же наоборот.

К концу ужина стало заметно, что парень немного нервничает. В конце концов, он резко отложил прибор, будто на что-то решился и загадочно мне улыбнулся.

– Фея, я понимаю, что не могу проводить с тобой достаточно времени, но обещаю каждая моя свободная минутка будет твоей.

– Звучит многообещающе. – улыбаюсь идеальному парню!

«Да я вообще благодарна, за то, что ты в принципе на меня внимания обратил!» – добавляю мысленно.

– Я постараюсь наполнять для тебя эти минуты самыми лучшими воспоминаниями!

– Верю. С момента нашего знакомства ты уже так поступаешь. – посылаю ему тёплый взгляд, надеюсь, при этом не слишком фанатично-влюблённый. Это всё же стараюсь держать при себе, чтобы не шокировать парня. Я сама в шоке. Никогда не верила, что можно настолько быть кем-то очарованной.

– Я никогда не писал для кого-то песен, но вчера, так о тебе заскучал, что она буквально вырвалась из меня. Послушаешь? – Эдик, с волнением, поймал мой взгляд.

«Контрольный выстрел достиг цели.»

– Конечно! – произнесла я робко от нахлынувших чувств, которые я уже не смогла сдерживать, растрогавшись.

Эд взял гитару, сыграл пару аккордов. Немного подкрутил гитару и начал играть очень красивую мелодию. Я заворожено смотрела на то, как он перебирает струны, как его чёлка упала, скрыв от меня его глаза. А затем он запел... От голоса моего принца, по мне побежали мурашки. Разве такое возможно?! Он ещё и так поёт!

Первый взгляд, удар, разряд...

Я ловлю твой смелый взгляд.

Ты моя, кричит душа.

Я открыт лишь для тебя!

Твой зелёный нежный взгляд,

Разрывает цепь преград.

Ты моя, кричит душа.

Будь со мною навсегда!

Когда Эдик закончил песню этим припевом, я просто молча сидела, боясь потревожить тишину, и желая слушать и слушать, как он поёт! Даже если бы он просто пел: А-а-а-а-а!

– Понравилось? – спросил Эдик растерянно.

Я рассеянно кивнула, сглотнув комок в горле, и тут же, опомнившись, бросилась к парню на шею. Он только и успел, что гитару убрать!

Эдик крепко меня обнял и замер.  после чего, сладко поцеловал...!

– Это было великолепно! Песня, твой голос! Я заслушалась! – во мне проснулся дар речи, и слова просто вырывались вместе с эмоциями! – Только в певцы не иди! Предупреждаю, ты только мой! – Ну вот выдала…

Заявила права не парня, даже самой стыдно стало.

Некстати вспомнилось произошедшее с Роном и укол вины не заставил себя долго ждать. Это не ускользнуло от Эда.

– Что случилось? Почему ты вдруг такая грустная стала. Я что-то не так сделал?

– Я? Прости... Просто всё так трогательно...

– Я реально волновался, что тебе может не понравиться мой сюрприз.

– Да ты что? Это... Даже словами не передать, как я тронута. Никто никогда для меня не пел и тем более не писал песен. И если честно, мне очень не хочется возвращаться домой. Я бы с радостью осталась с тобой дней так на десять, забив на все срочные дела. Жаль, что сейчас это невозможно.

Да, я очень хочу остаться с Эдиком. Он такой замечательный, что я боюсь. Страшно подумать, что мне принесёт очередная встреча с Роном? Окончательно запутает? Сейчас я уже не сомневаюсь, но... я помню свои сомнения в момент, когда Эдика не было рядом.

В кого я в итоге влюбилась? Сейчас я уверена, что в Эдика, но рядом с Роном не начну ли снова сомневаться? Я не хочу сомневаться в чувствах в Эду. Он непросто красивый, он очень заботливый, чуткий, настоящий!

Нет, в случае с Роном мой молодой организм бушует, реагируя на очень крупную и мощную, тем привлекательную особь противоположного пола.

Но... внутри шевельнулась обида. Теперь за Рона.

Просто невероятно, как такие сильные чувства могли возникнуть во мне к абсолютно непохожим мужчинам, и практически одновременно?! До этого, со мной ни разу даже лёгкой влюблённости не случалось, если не считать детские воздыхания по Рину, которые рядом не стояли с тем, что я чувствую, находясь рядом с Эдиком.

Как же мне быть, чтобы не наделать ошибок? Избегать Рона? Но я даже этого не могу сделать. Нужно будет предоставить Мьяне и Рину адекватную причину моего отказа. К тому же или самой уехать из собственного дома или же попросить перевезти оттуда Рона, что тоже невозможно.

Увидев, что меня, мягко говоря, начинает потряхивать от чувства вины, Эдик умело меня отвлёк. Наверное, чувствовал что-то, но больше думать о неприятном просто не дал возможности. Чутко подмечая моё настроение, он мигом отвлекал меня очередной шуткой!

Сначала всё переросло в оживлённую весёлую беседу, и я даже забылась, а потом, Эдик внезапно замолчал на полуслове, в его глазах было нечто, что заставило замереть и меня. Медленно приблизив ко мне лицо, будто проверяя моё согласие, на миг замерев, он всё же коснулся моих губ своими.

Теперь были только мы и этот прекрасный лес вокруг!

Вернулась я гораздо позже запланированного, с немного припухшими от поцелуев губами в твёрдой решимости объяснить Рону, что моё сердце уже занято! Как тайный агент прошмыгнула к себе в комнату, даже не включив свет внизу, чтобы не тревожить спящего на первом этаже отца своего парня.

Двойное свиданиеДень шестой, среда

Утро среды! Сегодня наконец в Академию! Как же я соскучилась по учёбе и ребятам!

Чувство, что прогуляла как минимум пару недель!

И да! После учёбы у меня ещё пара научно-познавательных дел!

Проснувшись, я постаралась быстрее собраться и под предлогом довезти Мьяну, выехала к первой паре, вместо второй. Всё время наших сборов и довольно громких разговоров Рина и Мьяны, я трусливо опасалась, что на кухню поднимется Рон, но на удивление он так и не появился.

Новостей у друзей накопилось столько, что они делились ими со мной наперебой. У меня самой новостей немало, только рассказать нечего. Поэтому сегодня я предпочитала слушать, иногда вставляя одобрительные комментарии.

Пары пролетели незаметно, но не потому, что быстро. Просто я прожила это время совсем далеко, в своих мыслях, – забывая записывать. Даже девчата отметили, что я как никогда рассеянная.

Хорошо, что две из четырёх пар, вела Мьяна, заменяя Рината Валерьевича. Она сочувственно на меня смотрела и совсем не трогала. Вот только я такая совсем не по причине усталости.

Единственное на что я хоть как-то прореагировала, это замечания от студенток по поводу замены преподавателя. В начале пары то и дело вылетали комментарии с требованиями срочно вернуть им Ринатика. Всё бы ничего, но моя беременная, от этого Ринатика, подруга, выслушивала эти жалобы, сопровождающиеся вздохами и нытьём, о том, как они по нему скучают и вообще не могут жить.

Удивительно, но ни одна мышца на лице Мьяны не дрогнула. Как ей удаётся не ревновать? Неужели она привыкла? Я бы уже давно сорвалась и все им высказала. А она только чуть заметно ухмыляется, на очередной выпад.

На других парах мне повезло меньше, но я достойно приняла удар судьбы!

Наконец окончание занятий! Я выбежала к своей машине, мигом в неё запрыгнув! На ходу даже успела помахать ручкой друзьям, заметившим меня издалека.

Ну что, час истины пробил?

Сейчас я уже сомневалась в правильности решения насчёт этих свиданий.

На свежую голову это всё казалось мне ненужной глупостью. Даже тупостью и легкомыслием. Но я редко отступаю от своих решений, поэтому завела машину и выехала со стоянки академии.

Доехала быстро. Припарковавшись немного поодаль, я одела парик и накрасила глаза, как на фотографиях. Вот так и мама родная, не узнает!

До назначенной встречи оставалось немногим больше получаса. Я прошла и села за столик, приготовившись ждать.

За соседним столиком, полубоком ко мне, сидел забавный Рыжий парень, с немного торчащими в разные стороны, непослушными рыжими кудрявыми волосами. Он что-то усиленно искал в рюкзаке. Обессилив и пыхтя стерев вымышленный пот со лба, он бросил это дело, явно не найдя что хотел, но и минуты не просидел на попе ровно. Залез снова, но уже в карман джинсов, потом перевалившись на другой бок, в левый карман. Привстал, чтобы пошарить в задних.

Парень определённо холерик. Совсем спокойно не сидится. Сейчас он то и дело что-то теребит в руках, бросает это, хватается за другое... Почти каждые две минуты хватается на телефон. Думаю, что проверяет сообщения, так как каждый раз разочарованно откладывает телефон в сторону.

Пять минут до встречи. Я снова оглядела кафе. Похоже, мой кавалер ещё не пришёл. Людей мало, в основном девушки. Среди них есть несколько парней, но ни одного блондина среди них я не увидела. Официант подошёл и деликатно поинтересовался, не сделала ли я выбор, пришлось наконец раскрыть меню, но мой взгляд опять зацепился за этого рыжего парня, который сейчас что-то строчил в телефоне с невероятно озорной улыбкой, даже немного высунув и прикусив при этом язык!

Какой забавный! Просто перетягивает к себе внимание! Смотря на это солнце, я просто расплываюсь в улыбке!

Мой телефон пиликнул, оповестив о полученном сообщении. Я достала телефон и прочитала. Это были сообщения от блондина с ником «lol».

Lol: «Всё в силе?»

Я: «Да. Я уже в кафе».

После того как я отправила это сообщение, телефон у парня звякнул по типу старинного бзынька. Он прочитал и тут же вскочил, нервно оглядывая всё кафе и только потом встретился со мной взглядом. На его лице читалось растерянность, граничащая с паникой, — даже за рюкзак одной рукой схватился. Сбежать собирается? Потом он, видимо, всё же взял себя в руки, а потом и телефон туда же и начал строчить, продолжая стоять на ногах.

Lol: «Это ты?»

Я: «С этим не поспоришь. Я — это действительно я. :))»

Опасливо косится на меня. Делаю максимально непринуждённый вид и рассматриваю меню.

Снова осматривается.

Сижу, уже еле сдерживая подкатывающийся смех. Наблюдать за нарастающими мельтешениями и так неспокойного индивида забавно, но уже как-то и жалко его становится!

Парень начал метаться, постоянно делая какие-то лишние движения. Непрерывно бросая короткие нервные взгляды в мою сторону…

Я решила не мучить парня, встала и подсела к нему за столик. Он всё ещё стоял удивлённый.

– Привет. Садись. – усмехнулась я, кивнув на стул напротив себя, с которого он подскочил.

– Привет, извини. Не ожидал так рано тебя увидеть. – начал тараторить он, отчего-то пытаясь пригладить свои волосы. – Обычно девушки опаздывают.

– Ну это хорошо, что мы оба пришли раньше. Раньше начнём – раньше закончим.

– Что? Закончим?

– Мы же здесь для того, чтобы познакомиться встретились? – Я лукаво улыбнулась, а он мне кивнул, внимательно меня рассматривая. – А почему у тебя фотки в профиле чужие? – Не стала ходить вокруг да около. Шокировать парня так по полной.

– Когда ты искала с кем встретиться, был ли среди критериев отбора цвет волос?

– Да. – не стала скрывать.

– Был ли среди них рыжий цвет?

– Нет.

– Вот! Теперь поняла почему?

– Но ведь это нечестно по отношению к девушкам, которые хотят с тобой встретиться! Уверенна, существует масса поклонниц таких вот, солнышек! – Я улыбнулась.

– А по-моему, нечестно не давать шанса, ещё даже не зная человека, по одному только цвету волос. – оскорбился он.

– Хорошо, человек, даю тебе шанс! Но поверь, что у тебя достаточно яркая индивидуальность, которую не стоит скрывать.

– А сама-то в парике! – я рассмеялась на его выпад, демонстративно немного его приподнимая.

– Заметил?! – парень дружелюбно кивнул. – А это у меня эксперимент такой! Только Тссс…

Lol заговорчески наклонился через стол, ближе ко мне, и перешёл на шёпот.

– Какой?

«Нимагу, забавный, ей богу!»

– Проверяю, существует ли любовь с первого взгляда! А ещё сравниваю брюнетов с блондинами.

– Существует! А рыжим в список можно? – и так смотрит...

Не-е-ет, это моя фишка, хотя не буду отрицать, что выглядит мило!

– Думаю, что тогда совсем с ума сойду... Мой процессор, не выдержав перегрузок позорно сгорит.

– А если присоседится в роли крутого охлаждающего кулера?

– Кулер – это круто! А ты уверен, что тебя устроит это роль, в то время как мой процессор, будет занят двумя другими задачами?

– Ты необычная девушка. У такой и во френдзоне, не грех поболтаться.

Мы весело посидели немногим дольше, чем я планировала. Так что на вторую встречу я буквально опаздывала. Кулер, – так я его уже окрестила, смеясь, оказался весёлым собеседником с бешеной харизмой. Но никаких чувств, кроме тёплых дружеских, он не вызывал. Мы даже обменялись телефонами и настоящими именами.

Второе свидание тоже состоялось, но я опоздала на десять минут, о чём мне поспешили сообщить. Минус из его кармы.

По поводу парня... Нет, я бы его даже мужчиной назвала. Красив, как и на фото. Самодостаточен. Горд. Ещё раз, действительно красив, но до Рона ему далеко. Вроде и лицо, в чём-то более идеальное, черты менее резкие, но мимика, жесты, – всё какое-то неродное, отталкивающее.

Разговор у нас не заладился с самого начала. Мы, конечно, разговаривали, общались. Но с его стороны это общение выглядело как поучительная лекция или даже как подачка свыше. Он очень много говорил про спорт, про необходимость девушкам также поддерживать форму и уже буквально записал меня к себе в спортзал и распланировал досуг.

«Э-э-э-э... Вообще-то, я занимаюсь и считаю, что у меня идеальная фигура.» – хотелось сказать, но, естественно, ничего говорить не стала.

Ради приличия выдержала отведённое мной же время, извинилась и ушла, не оставив свой номер телефона, чем вызвала недоуменный взгляд.

Конечно. Как же так! Он соизволил, попросил, а ему не дали! Похоже, этот парень привык всем нравиться.

Когда я села в машину, то с удовольствием стянула надоевший парик, вытерла косметику, после чего залезла в телефон.

Я рассматривала фотографии, среди которых были селфи с Роном и наши фотографии с Эдиком.

Это какое-то наказание!

При виде каждого из них…

Пора себе признаться: я хочу, чтобы они оба были моими...

Оба!

Ни от одного не хочу отказываться!

Да, теперь я осознала это чётко. Но от этого легче не стало... Наоборот... Играть на чьих-то чувствах я не намерена. При этом даже выбрав одного, я не смогу не тянуться к другому. Уже сейчас я это чувствую. Боюсь, что со стороны это может быть заметно. Не знаю, послужит ля для меня утешением, что Рон в любой момент может исчезнуть, так же неожиданно, как и появился. Как говорится, с глаз долой – из сердца вон! Но почему от одной этой мысли так паршиво?

Неожиданный вопрос

Вернулась домой в тревожном состоянии. Мьяна пришла домой гораздо раньше меня и уже вовсю хозяйничала по дому. Рин крутился рядышком, как пчёлка над цветком.

Поприветствовав счастливую парочку, между прочим поинтересовалась где Рон. Оказалось, что он сегодня весь день охраняет свои вещи и выходил только поесть. Мьяна не упустила возможности погонять подругу и попросила меня позвать Рона к ужину.

Ну я и пошла. Только переоделась в свой костюм «Мери Поппинс». Для себя я решила, что не должна показывать каких-либо чувств по отношению к Рону. А это значит, что я не должна увиливать от встречи с ним, так как игнор на деле довольно яркое проявление чувств. Все равно за столом, но мы встретились бы. Как бы ни хотелось, но от реалий мне не сбежать.

Ещё спускаясь в подвал, на лестнице, я поймала шлейф знакомого пьянящего запаха. Спустившись, я увидела танцующего с мечом Рона. Именно танцующего. Потому что слово «тренировка» здесь отпадает!

Он был раздет по пояс. Меч он держал двумя руками, делая плавные, в то же время чёткие и выверенные точные движения, разбавляя их разворотами, отступами и крадущейся походкой с необычным положением стопы.

Как долго он тренировался?! По его телу скатываются капельки пота, сливаясь в ручейки. Мышцы оттого ещё больше выделяются и при движениях выглядят завораживающе.

Я застыла на месте, даже не осознавая, что нагло поглощаю его взглядом. Так же неосознанно я втянула свою нижнюю губу и немного засосав выпустила. Дыхание сбилось, а мир вокруг Рона перестал существовать...

– Рон, явно давно меня заметивший, как-то холодно усмехнулся.

Прервав свой «танец», даже не пытаясь ко мне подойти, Рон сдержано мне кивнул в знак приветствия.

– Здравствуй, Рон. – голос не слушался и вышло как-то сипло.

– Вернулась? – не нравится мне его взгляд. В нём холод и отчуждение.

Да и тон…

Хотя я же радоваться дистанции должна. Разве нет?

– Рон. В чём дело? – всё же не смогла не спросить. – Почему ты на меня так смотришь?

Рон не торопясь вытерся полотенцем, обводя им свои рельефные мышцы, лицо и подошёл ко мне, не надевая рубашки.

От него пахло потом, но на удивление, этот запах не вызывал отвращение, как обычно у меня бывает от запаха мужского пота, напротив, мне нравилось ощущение, ---- он будто меня обволакивает.

Рон смерил меня ничего особо не выражающим взглядом.

– Кто это? – мужчина не стал ходить вокруг да около.

Рон задвигал пальцем левой руки немного её приподняв, и между нами, я увидела картину, нет, что-то похожее на двигающуюся голограмму, только не слишком прозрачную и с отличной цветопередачей.

Я узнала вид из подвала.

Ах, вот оно что! Рон видел, как я ухожу с Эдиком, ещё и в такой одежде...

Как стыдно!

Стоп! А чего мне стыдиться? Это же мой парень и мир! Но, несмотря на мысли, вставшие на мою защиту, я почувствовала, как мои щёки и уши запылали.

– Это Эдик. – тем не менее с этим нужно прекращать и чем раньше, тем лучше.

– Он твой мужчина? Пара?

– Это мой парень.

– Объясни. – тут вбежала Мьяна поторопить к ужину, но, увидев наши серьёзные взгляды,  даже растерялась.

Я, с трудом стараясь удержать невозмутимое выражение лица, попросила начинать без нас. Она поспешила скрыться из зоны обстрела.

– Что ты хочешь знать? – я сейчас очень хотела объяснить Рону так, чтобы не задеть его чувства. Я же вижу, не только меня к нему тянет. И этот холодный ужасный приём — не что иное, как ревность. – Я постараюсь ответить понятно.

Но как это сделать? Что говорить, когда я сама уже запуталась, стоило вновь оказаться рядом с этим мужчиной!

– Кто он для тебя... – Он немного помолчал и добавил. – И кто я... – А вот это уже был кол в сердце...

– Присядем? – предложила так как в надёжности своих двух сейчас сильно сомневалась.

Мы сели в кресла, я набрала в лёгкие воздуха и начала.

– Это не просто объяснить, но я попытаюсь.

– Попытайся.

– Не знаю, как происходит у вас, но когда у нас встречаются люди симпатизирующие друг другу... то есть, если они влюбляются... – на лице Рона ничего не прочитаешь, поэтому я продолжаю, – они начинают встречаться чаще и в основном наедине друг с другом. Благодаря этому они узнают друг друга лучше и, если у них всё складывается хорошо, в определённый момент они решают создать семью и женятся. Потом заводят детей, дом, кошку, деревья сажают... – Я поймала скептический взгляд. – Зато если они понимают, что не подходят друг другу, они просто расходятся и спокойно живут дальше, своими жизнями.

– Ты говоришь, что они могут встречаться наедине до свадьбы?

– Если хотят, то так и делают.

– И чем ещё наедине они могут заниматься? Есть... ограничения? – не нравится мне его, чисто исследовательский, равнодушный тон с нотками брезгливости. А ещё поражает, как ловко для пришельца он предложения строит!

– Чем хотят. Насчёт ограничений, — их нет. Это уже личное дело каждой пары. – забиваю гвоздь в крышку гроба возникших чувств к Рону. – Люди могут ограничиться держанием за руки или, напротив, создать отношения без запретов. – Как же стыдно всё это говорить, — ему... Но, нужно держаться! Надеюсь, моя краснота не так в глаза бросается? Хотя даже если и бросается, он поймёт ей неправильно и это даже хорошо, наверное...

– Не понимаю. Разве все твои женщины вот так ведут рядом с мужчинами?

– Без исключения.

– Пошла с одним, а потом передумала и пошла с другим?! И ваши мужчины с этим мирятся?

– Рон. Я тебя не понимаю. Что не так?! Люди выбирают. Не только женщины. Чтобы создать крепкую семью, нужно быть уверенным в чувствах и совместимости характеров. Не у всех всё складывается с первого раза.

– А меня ты тоже... – он сделал паузу, – выбирала?

Я резко вскочила на ноги.

– Нет! – голос прозвучал звонко и вид у меня, наверное, был испуганным, поэтому я поспешила пояснить. – Как ты мог такое подумать? У меня есть Эдик! А твоё попадание сюда и все эти происшествия, — нелепая случайность. Я не хотела этого, но так вышло. И поверь, я об этом сожалею. Это неправильно.

– Случайность? – он и так сидел безэмоционально, а теперь и вовсе полностью закрылся. – Что ещё я должен знать о вашем мире?

– Всё что хочешь знать... Я готова тебе рассказать. – почему мне так больно. Я физически ощущаю боль в груди и как разрываю между нами незримая связь.

Да, верно. Решение оказалось на поверхности, а я его в самого начала не видела. Мы из разных миров!

– Что хочу знать... – без особого энтузиазма повторил он за мной.

– Ты уже бегло говоришь, почти как носитель языка. Думаю, теперь ты готов рассказать о себе. А мы готовы обсудить обстоятельства твоего появления. Изначально мы планировали помочь тебе освоиться здесь и помочь вернуться домой. Рада, что ты освоился раньше, чем мы ожидали. Поэтому с этого момента я поясню тебе любой возникший вопрос.

– Изначально в своём появлении я видел другие причины. Наверно, я должен извиниться. Я не знал законов вашего мира. В моём всё совершенно иначе. Есть пара. Она создаётся один раз и навсегда. По законам моего мира, мы с тобой бы считались парой.

– Мне жаль... – ком в горле упорно не желает уходить.

Слова Рона и промелькнувшая грусть во взгляде, больно резанули по душе. Захотелось закричать, что я бы рада, но... Но чуть раньше я встретила замечательного парня и люблю его. Сейчас я чувствовала себя перед ним виноватой и даже грязной.

– Рон, прости, если что-то не так. Мне также неизвестны законы твоего мира. Меньше всего я хотела бы причинить тебе неудобства. Надеюсь, то что произошло, мы сможем списать на недоразумение.

– Так и есть. Недоразумение. – по-прежнему сухо ответил он.

– Я могу попросить тебя рассказать про твой мир? Для меня самой, всё это… ты и я, — очень сложно. Хоть всё произошло случайно, это заставляет чувствовать себя виноватой перед моим парнем.

– Иди сейчас наверх. Там ждут. Я скоро приду. – Рон поджал и без того не очень пухлые губы. Отчего-то мне кажется, что ему сейчас ещё тяжелее, чем мне.

Я пошла вверх по лестнице. Хочется плакать. Да что хочется, только что я смахнула непрошеную слезу.

Но что я могу сделать?!

Даже скажи я сейчас всё другими словами, оставляя надежду ему и даже себе, — их встречи с Эдиком не избежать. Я не настолько наивна. Ему не составит труда прочитать мои взаимные чувства к Эдику. И то, что он подумает обо мне в том случае, будет гораздо хуже.

Мой взгляд скользнул по гостиной и задержался на красиво одетой паре. Ах да, я же сегодня Мьяне вечер освободить обещала… Как же хочется взмолиться, чтобы они остались!

– Ну мы пошли! – торжественно произнесла Мьяна.

– Хорошо провести время! – ответила я стараясь натянуть улыбку и обняла подругу. – Удачи. – Подбодрила я её шёпотом на ухо. В ответ она немного сжала мою руку.

Когда они ушли, я села за стол и упала лбом на руки.

Я приняла и озвучила своё решение Рону. Только, вот, как теперь с ним находиться в одном помещении, я не представляла! Не уверена, что я буду способна скрывать свою симпатию.

Да! Буду это называть так.

Рон появился минут через пятнадцать вместе с мечом.

От меня, что ли, защищаться планирует?

Сел, уже на ставшее его место, поставил рядом меч и посмотрел мне в глаза. Всё, что я там увидела — это отстранённость и холод. Тот очаровательный здоровячок полностью исчез.

– Мьяна и Рин ушли на свидание. То есть они пара и хотят побыть вдвоём. Так что вечер тебе придётся провести в моей компании, прости. – не выдерживаю и отвожу взгляд.

– Ты этим так опечалена? – его тон ровный и безэмоциональным. Догадайся, что на уме?

– Нет, я рада за них. – сделала вид, что не поняла его намёка. – У них скоро свадьба, а тут неожиданно эта вся ситуация...

Мы без аппетита ковырялись в тарелках, иногда бросая потайные взгляды, друг на друга. Наше одиночество вдвоём, прервал настойчивый звонок в дверь!

Рон, на автомате положил руку на рукоятку меча, я выразительно на него посмотрела, но не помогло.

– Рон, это просто гости, – пришёл человек. В нашем мире в гости ходят безоружными. Спрячь меч.

– На этот раз Рон послушался, но упрямо сверкнув взглядом, ушёл вместе с мечом в подвал. А я пошла открывать дверь, немного даже радуясь, что этот мучительный ужин прервался.

На пороге стоял всклоченный человек. Немного упитанный мужчина, метр пятьдесят, без кепки с бешено бегающими глазами, смотрящими сквозь меня, чего-то выискивал глазами.

На автомате я сделала шаг назад, подальше от него, что послужило для него приглашением. Незамедлительно он ворвался в дом, чуть ли не сбив меня с ног.

– Ринат, где Ринат Валерьевич?! – продолжая бегать взглядом по помещению, паниковал он, срываясь на высокие ноты, при этом торопливо размахивая коричневым конвертом А3 формата.

– Они с невестой вышли. Может, я могу помочь? – напомнила о своём присутствии, но он упорно продолжал меня не замечать, жадно рассматривая всё вокруг, явно выискивая Рина. Также, смотря сквозь меня, он пошлёпал прямо на ковёр. Останавливать этого неадекватного за руку, или как-то иначе, я даже не осмелилась, лишь сдавленно зашипела, представляя фронт работ.

С облегчением увидела Рона, поднявшегося из подвала.

– Добрый вечер. – поздоровался Рон, привлекая внимание индивида на себя

Да, не заметить Рона было сложно. Рядом с ним мужчина смотрелся как детсадовский ребёнок с родителем, только лысина со лба до макушки и торчащими на висках волосами, не давали разыграться фантазии.

– Добрый. – Всё же пошёл на контакт мужчина, также возбуждённо бегая глазами.

– Что вас привело? – продолжал спасать ситуацию Рон.

Я почему-то до сих пор не котировалась в глазах гостя. Даже подошла поближе к Рону, чтобы попасть в диапазон видимости. Теперь взгляд гостя, хоть и скользя, но временами на меня попадал.

– Мне срочно нужен Ринат. Я его подожду. – вот так, поставили нас перед фактом.

С этими словами, мужчина прошёл дальше в гостиную и сел на диван Рина. Похоже, Рону тоже это не понравилось. На его вопросительный взгляд я только пожала плечами.

– Потрудитесь назвать причину визита? Я не думаю, что Ринат быстро вернётся.

– Неважно! Я дождусь! Это эврика! И он снова возбуждённо потряс конвертом. Я должен получить от него как можно больше информации об этом!

– И всё же. Вы пугаете девушку! Я буду вынужден вас проводить.

– А вы-то, сам, кто такой? Я не обязан называться всем подряд!

Тут я не выдержала и высказалась:

– Прежде чем бесцеремонно вламываться, вы бы сначала поинтересовались кто хозяин этого дома! Вы сейчас буквально вломились в наш дом, а теперь требуете от хозяев называть имена?! У вас как с логикой?

– С логикой, женщина, у меня всё в порядке. Мировое имя и известность тоже имеются. Молодежь… можете посмотреть в своём компьютере.

– Даже не собираюсь. Неинтересно. – выпалила я, уже негодуя от наглости гостя. – Почему вы пришли именно в наш дом? Рин тут даже не прописан!

Рон в отличие от меня, внешне был предельно спокоен. Он подошёл к гостю и уже был готов выпроводить его за шкирку. Даже протянул руку, но этот ненормальный понял, что запахло жареным и спешно заговорил.

– Эдуард, сын Рината Валерьевича сказал, что он у вас здесь живёт. Это здесь вы проводите эксперименты? Где это существо? Я готов уже сейчас его забрать к себе в лабораторию! А ты тут за охранника? – Посмотрел он на Рона.

– О чём вы говорите? – уточнил Рон предельно спокойным тоном.

Я начала складывать данные… Это не тот ли биолог с мировым именем, которому Рин образцы на анализ отправлял?

– А-а-а-а, это вы об этом? – я незаметно стала подавать сигналы Рону, чтобы подыграл. Поймёт ли? Не очень ему со мной сейчас взаимодействовать, наверно, хочется. – Вы ошиблись. Мы все здесь люди науки. Это Рон, а я… – вот назовусь Фея, этот же сумасшедший, за чистую монету и примет! – Феодосия. – Произнесла я, скрипя зубами своё полное имя. Пока дожидаетесь Рината, можете начать обсуждение вопроса с нами, а он, как придёт, – подключится.

– Хорошо. Ты девка оказывается толковая, и имя хорошее, как у бабки моей, уважаю. Только поесть принесите, я сегодня и вчера, что-то забыл…

– Рон, не поможешь мне? – я кивнула в сторону кухни. Хорошо, что Рон не встал в позу и пошёл со мной. Мы отошли на безопасное расстояние. Я включила кран, чтобы шум воды приглушил наш диалог. Мало ли какой слух у этого учёного.

– Я понял, поговорить ты хотела?

– Да. Я сама не до конца уверенна, что это за мужик… Мало ли... Не говори ему, что ты не отсюда. Представим тебя учёным, коллегой Рона.

– Могла бы не предупреждать. И так ясно. У меня к тебе совсем другие вопросы. Говори, в чём дело? – требовательно сказал Рон.

Сегодня для него одни потрясения. Лишь бы с психу не расплавил никого. Вот сейчас, даже боязно правду сказать, но и врать я ему не собираюсь.

– Помнишь, когда ты только у нас появился. – я покраснела. – Мы тебя испугались. Когда первый шок прошёл, мы поняли, что тебе нужно помочь вернутся туда, откуда ты пришёл. Тогда ты не знал нашего языка, и мы вообще не знали с чего начать. Поэтому старались хоть что-то о тебе выяснить. Рин забрал твои вещи на экспертизу и провёл анализ. Выяснилось, что ты действительно не отсюда. И таких сплавов как у твоего меча на нашей планете нет. Остальные мелочи упущу. Так вот, ещё на исследование передали твои анализы. Похоже, они готовы и уж слишком удивили этого учёного, раз он тебя называет существом.

– Объясни. Анализы?

– Мы все сдаём свои анализы. Ногти, волосы, жидкости, чтобы выявить свои болезни или особенности организма. Так же существуют разные генетические исследования. Они позволяют определить, например, родство с кем-то. Наша наука это позволяет. Не знаю, как объевнить более понятно, ведь возможно у себя подобное вы делаете магией.

– Нет, у нас не болеют. Только от проклятий. Но они редки, так как жестоко караются.

– Хорошо вам там живётся! Ладно. Мы ещё вернёмся к этому разговору в другой обстановке. Нужно к нему идти, а то он вертится уже. Сейчас мы пойдём и с умным видом будем ему кивать, даже если ничего не понимаем. Я включаю диктофон, он всё запишет, что не поймём, Ринат потом пояснит. Хотя может и он всего не понять, он больше археолог, поэтому и обратился к специалистам.

– Согласен? Это подходящее решение. Нам нужна информация от него.

– Верно.

Мы подхватили чай, нетронутые бутерброды с ужина и направились к дивану.

Рон играл восхитительно. Слушал и участливо, с небольшим нисхождением, кивал.

Кто бы сомневался, что всё внимание будет в сторону Рона. Рассказчик даже ловил его реакции. Я так, для декорации рядом сидела.

Наверно из всего услышанного мы поняли одинаковое количество информации. ДНК «Существа», отличается он нашего, хотя количество его хромосом идентично с нашим. Рон не сдержал усмешки, когда Степан Игнатьевич, (Да, учёный наконец представился!), с пеной у рта высказал основную версию, что это «Существо» по сути, является божеством!

Потом были и другие версии, даже о том, как выглядит это существо. Тут мы с Роном уже откровенно прикрылись кулаками, маскируясь под кашель. Особенно Степан Игнатович гордился своим прорывом по исследованию состава крови и своим высоким интеллектом. Мы и не спорили, но мужичек забавный! Между невероятными теориями проскальзывала и нужная информация. Кроме человеческих клеток в крови, было равное с лейкоцитами количество диамондцитов. Так, гордо назвал своё открытие Степан Игнатыч.

Рон, наклонился и шепнул мне на ухо:

– Магия. – я в ответ кивнула. Разделяла ли я восторг и трепет учёного – нет!

Для меня Рон был загадкой, но загадкой в совершенно другом ключе. В моём мозгу вся эта информация переворачивалась, добавляя лишь сексуальной загадочности мужчине, к которому меня и без того тянет.

На середине изложения своей очередной теории, вперемешку с научными планами, биолог прикрыл глаза и резко захрапел. Я чуть не подскочила, а Рон усмехнулся.

– Ты усыпил? – спрашиваю шёпотом.

– Нет. Думаю, он долго не спал, а теперь наелся, выговорился и уснул.

– Да уж, наелся точно. И как столько в такого влезло! Умял все наши бутерброды, и я пять раз ему чай бегала, подливала… Пойдём уже сами поедим? 
Неловкость меду нами с Роном после этого цирка, если не изчезла полностью, то значительно уменьшилась. Я рада, что он воспринял всю эту ситуацию с юмором, хотя имел полное право обидеться.

Мы довольно дружелюбно трапезничали. Шёпотом обсуждая только что услышанное. Его заинтересовала информация про ДНК, о существовании которой раньше он даже не подозревал. Я принесла планшет, и мы с увлечением принялись за исследование этой темы. Хоть уже наступила ночь, спать мы точно не могли пойти. Нужно первыми перехватить счастливую парочку и сообщить им новость. Ну, для них новость.

Бедный Рин. Он наверно от новости Мьяны ещё не отошёл, а мы новую подкинем.

– Можешь как-то его покрепче усыпить до утра? Ты тогда говорил, что дома всё можешь.

– Я уже пробовал сонное заклинание там, – кивает в сторону лестницы из подвала, – ещё когда был в подвале, но в итоге мы оба с тобой заснули.

– Ты пробовал на мне?

– А что тебя удивляет? Вы защищались как могли, и я пытался вырваться из незнакомого места. Тогда я ещё думал, что в своём мире, и мне нужно лишь только сбежать из сдерживающего мою магию помещения.

– Тогда лучше не стоит пробовать, а то уснём все вместе и проспим приход парочки.

– Нет. Думаю, теперь должно получиться. Я приспособился. Постепенно я учусь заново. Сейчас уже мне многое становится подвластно. Потоки магии, они здесь искажены, и даже самое простое становиться сложным, но я понял принцип как ими управлять и распутывать, направляя в нужном соотношении.

– Тогда давай попробуй!

– Не боишься тоже уснуть?

– Уснуть не боюсь, – улыбаюсь, – главное не навсегда!

– Не бойся, это совсем другая магия, её я здесь использовать не буду.

– Ты и это можешь?!

– Я же тебе говорил, что мог всё? Правду всегда говорю.

– А язык так быстро, ты тоже с помощью магии выучил?

– Нет. С раннего детства меня учили не полагаться только на магию. Голова и тело тоже должны быть идеально развитыми. Это не первый язык, который я учил, и не самый сложный из них.

– Но у тебя теперь даже акцента нет!

– Просто точное тональное воспроизведение оригинала.

Рон подошёл к Степану Игнатовичу и просто провёл над его лбом рукой.

– Готов. Теперь до утра не проснётся! Я ему ещё сны послал хорошие. Про «Существо»! – Рон изобразил страшилку и при этом забавно исказил голос!

– Реально?!

– Строго с его слов! Выбрал самый невероятный вариант! – Рону явно нравилось так проказничать! Мы дружно отсмеялись, бурно обсудив последствия этого сна для биолога!

– Может, этот учёный прав, и ты и вправду бог? – Я отшила бога! Это, наверное... круто?

– Если бы… Тогда я был бы уже дома.

– А мысли читать можешь?

– Это никому не подвластно. Только некоторые пары в нашем мире, способны читать мысли друг друга. А вот эмоции от тебя я улавливаю. Поэтому и удивился, когда уловил похожие откуда-то с улицы. Даже на расстоянии тебя чувствую. Странные у вас тут порядки, если всё это норма.

– Давай не будем об этом? Пожалуйста. Не всё что между нами произошло норма. Даже половина из этого не норма… – Он удивлённо посмотрел в ответ на мои внезапные откровения. – Именно потому, всё что происходило между нами, эти нелепые случайности, их было необходимо прекратить! У меня есть парень. Я должна быть ему верна и буду. Он достойный человек и отличный друг! Я просто надеюсь на твоё понимание.

– Я это чувствую, когда ты о нём говоришь. Ты им восхищаешься. Но в тебе нет того жара, который возникает, когда рядом я.

– Это возможно потому, что мы с Эдиком, дальше поцелуев не заходили. И вообще, почему сейчас я это с тобой обсуждаю? Магичишь?

– Нет. Просто ты мне несмотря ни на что доверяешь. Это мне о многом говорит.

– Мне это говорит о том, что пора закрыть тему. Лучше расскажи о своём мире и при каких обстоятельствах ты сюда попал. Может это нам поможет вернуть тебя домой.

– Побыстрее избавиться хочешь? – у меня пробежали мурашки по коже… Такой спокойный вопрос, больше как констатация факта. Нет, не хочу… Что же ты мне душу всё время разорвать пытаешься на две части?!

– Ошибаешься. – отвечаю глухо. – Мне приятно твоё общество, но хотелось бы исключить некоторые неловкие моменты. – Я постаралась улыбнуться. – Я готова слушать твой рассказ!

Рон говорил долго, успел рассказать краткую информацию о своём доме, подробнее рассказал про ритуал и своё появление, а потом перешёл к историям из своей жизни. Я сидела, открыв рот!

Из того что я поняла, он сильнейший маг, прирождённый король. Его отец сейчас занимает трон и были все основания полагать, что он достался бы сыну, если бы не наша с Мьяной глупая выходка. Я не сдержалась и попросила за это прощение. Он удивился. Похоже Рон и не думал про случившееся в таком ключе.

Учёный и момент истины

В два часа ночи мы услышали звуки открывающегося замка.

Разгорячённые Рин и Мьяна, жадно целуясь ввалились в дверь.

– Не позволяя событиям развиваться дальше, Рон сначала осторожно, а потом, когда не заметили, погромче прокашлялся.

Мы с ним сидели, ожидая их в слабоосвещённой кухонной зоне, так как час был поздний и яркое верхнее освещение уже резало глаза.

Парочка удивлённо на нас уставилась. Пара секунд и они поспешно начали приводить себя в порядок.

– Почему не спите? – спросил Рин?

– Вас ждали. Срочные новости. – отвечаю.

Мьяна напряглась, и я поспешила успокоить беременную подругу.

– Важные и срочные, но нестрашные.

Мы показали Рину спящего гостя, и ушли в кабинет, прихватив коричневый конверт учёного.

Сначала мы с Роном кратко обозначили ситуацию, а затем я включила диктофон, перематывая неинформативные сумасшедшие теории учёного. Однако на некоторые фрагменты я всё же попадала, и меня останавливали желаю послушать.

На мою радость никто не испугался способностей Рона. Всё, включая его самого, были согласны, что эти способности необходимо скрывать. Он так решил, когда увидел фанатичный взгляд этого биолога.

Час был поздний или, правильнее сказать, ранний, поэтому мы кратко обсудили дальнейшие действия.

В минуту затишья, когда каждый думал о своём, Мьяна попросила минуту внимания и официально объявила о беременности. Мы поздравили ребят с будущим пополнением в семье. Для Рона это был шок. Для их мира ребёнок вне брака, это приговор. В первую очередь для самого ребёнка. Когда Рин сказал, что некоторые пары у нас и вовсе живут всю жизнь вместе, не узаконивая отношения, он совсем был в шоке. Я поспешила пояснить, что это личное дело каждого и большинство людей серьёзно относится к верности и чести. А также рассказала о символах брака, – кольцах. Кажется я даже переусердствовала в своём желании, доказать, что мы здесь нормальные и вполне себе приличные.

– Кстати, о кольцах! – спохватился Рин. – Один такой символ теперь будет у меня на пальце! Мьяна подарила! –  он с гордостью достал коробочку и одел какой-то зелёный, явно старинный и массивный перстень на палец.

Только подруга способна подарить мужчине кольцо, прежде чем он подарил подобный подарок ей!

Лицо Рона сначала закаменело, потом он схватил Рина за руку и закричал:

– Откуда это?!

 От этих децибел, как дубиной по голове ударили. Мьяна бросилась навстречу Рону, чтобы защитить любимого. Но этого и не понадобилось. Рон молча ждал ответа.

Поморщившись, призвала всех к спокойствию, понимая, что спать сегодня нам,  похоже, не светит, и предложила спокойно высказаться каждой стороне. Спасибо Рону никакого урона ни мебели, ни руке Рина он не нанёс.

Самой было интересно почему вид этого кольца так его взволновал. Тем не менее он быстро взял себя в руки, решив, что ничего от него скрывать не собираются. А может, он понял это по нашим эмоциям?

Рин, видя обеспокоенность Рона кольцом, недолго думая снял его и вложил в ладонь мужчины.

– Полагаю это кольцо нечто большее, чем просто украшение. Расскажи о нём.

– Так и есть. – соглашается Рон, сжав ладонь в кулак. – Это кольцо моего отца. Кольцо истинного кроля. Оно передаётся от правителя к правителю, как символ власти. Откуда оно у вас? И где мой отец? Он тоже в вашем мире?

Рин посмотрел на Мьяну. К нему присоединились и мы с Ринатом.

Мьяна хоть и не чувствовала сейчас угрозы, но сжалась. Теперь она уже более подробно рассказала нам про события, произошедшие в пятницу. В деталях описала табор и цыганку. Постаралась дословно вспомнить разговор с ней. Рассказала про книгу и её подарок в виде кольца для суженого, про которое она почти забыла из-за случившейся неожиданности.

Всё это звучало как какая-то сказка. Если бы я не была участником сего действа, я бы подумала, что меня пытаются разыграть.

– Рон… – робко сказала Мьяна после того, как закончила свой рассказ. – Я действительно могла поговорить с родителями благодаря этой книге?

– Я не могу сказать, не прочитав её. Говорить с духами, если они в вашем мире, — возможно. Если они ушли за грань и переродились, то уже нет. Книга. Где она?

Я подошла к сейфу, ввела код и достала книгу. Пока я шла к столу, чувствовала себя какой-то жрицей, несущей реликвию перед толпой поклоняющихся. Книга была довольно увесистой и отчего-то по-прежнему довольно тёплой, как будто не хранилась в прохладном кабинете, а грелась на солнце.

Положив книгу перед Роном, который в данный момент восседал во главе стола, я внимательно отслеживала его реакции.

Он провёл рукой по книге, при этом побледнев.

– Как?! – Это единственное что он сказал и раскрыв книгу, тут же, непонимающе, и даже растерянно продолжил её листать.

– Рон. Что-то не так? – я единственная решилась спросить.

– Книга, с ней что-то не так! – обеспокоенно проронил Рон, а потом собрался и поднял на нас взгляд. – Я не могу сейчас всего сказать, – это семейное. Но вы должны знать, что эта вещь принадлежит моему миру, более того, — моему роду. Обложка написана на языке моей страны, и украшена в соответствии с традициями, но внутри… совершенно незнакомый язык.  Я чувствую так не должно быть. Это неправильно! Мьяна, ты говорила про ритуал. Что за ритуал над ней провели?

– Рон, всё что я знаю, я уже рассказала. Над книгой в Любляне был проведён древний ритуал, Тшилаба больше сама ничего о ней не знала.

– Тшилабкха – ищущая знания. Это имя одной из моих великих предков. Где эта женщина?! Я должен её увидеть. – подрывается Рон.

– В таборе. – Мьяна рассеяно. – Но они должны были уже уйти дальше несколько дней назад. Она назвала своё имя на случай, если я буду её искать. Похоже, она знала, что так и будет!

– Как я могу их догнать?

– Рин, завтра я посмотрю по интернету, постараюсь отследить, куда они отправились. – сказала я.

– Не завтра. Сейчас. – потребовал Рон.

– И я, попрошу одного своего паренька отследить их маршрут, может, у него быстрее получится. Догнать их сможем, не беспокойся. Если недалеко, то на машине. Если дальше, то на самолёте. – заверил Рин.

– Но как? У Рона даже документов нет. Его даже в поезд не пустят. – вмешалась Мьяна.

– Что за документы? Вы имеете ввиду паспорт? – мы удивлённо уставились на Рона. – Я всю среду просидел у себя наедине с интернетом. Я многое узнал об устройстве вашего государства и внешнеэкономических связях. Плохо, что у вас столько континентов и стран на них. У нас один материк и несколько островных государств, живущих за счёт оснащения материка морепродуктами. У нас совершенно нет ваших проблем. И документов как таковых тоже. Каждый просто называет имя и род. Магией несложно проверить лжёт ли человек. Я могу посмотреть на паспорт ближе?

Рин достал из кармана свой паспорт и протянул Рону. Тот его весь пролистал, обнюхал и даже лизнул. С закрытыми глазами, на ощупь, прошёл пальцами по страницам, после чего попросил отойти подальше, а лучше и вовсе выйти за дверь. Мьяна было возмутилась, но я, понимая, что это для нашей безопасности, просто отвела друзей подальше в угол.

Рон взял чистую бумагу, лежащую на столе, смял её и вложил между ладоней. Встал напротив зеркала, внимательно себя рассмотрев. Закрыл глаза что-то проговаривая, и, раскрыл ладони. На них лежал новенький паспорт!

Впечатлившись, Мьяна ахнула.

– Теперь буду знать к кому для оформления заграна  обращаться. – хмыкнул  Рин.

 Он подошёл к Рону ближе и принялся рассматривать паспорт, восторженно комментируя, а я скромно ждала своей очереди, переглядываясь с уже потерявшим интерес к документу Роном.

Мьяна, взявшая в руки паспорт, оценила красоту фотографии в нём. Когда мне передали документ, я пролистнула его дальше и рассмеялась. Рон додумался вставить свою фотографию, но вот дата рождения и прописка были идентичны паспорту Рината. По документам выходило что они близнецы! Вот такие непохожие! Рон изменил только имя на Рональд, оставив отчество и фамилию Рината Валерьевича. Когда я обратила на это внимание остальных, Рон немного смутился, а Рину это даже понравилось.

– Ну что? Теперь я смогу полетать на самолёте?

– Если ещё денег наколдуешь на билет. – засмеялась я!

– А ты невидимым умеешь притворяться? – восторженно спросила Мьяна! – Тогда и билет не нужен! – Она до сих пор в восхищении от действий Рона.

Вообще, относительно спокойная здесь только я.

– Умею. Только не желаю уворачиваться в толпе от столкновений. Да и где гарантии, что в самолёте будет свободное место?

Да, Рон сделал всех! Он продумывает ситуацию целиком на ходу, в то время как мы только начинаем строить предположения.

– Рон, ты нереальный! – заворожено смотрит на него Мьяна.

Кажется, кто-то сейчас начнёт ревновать.

– Я собираюсь посетить место, где табор останавливался. Как я могу это сделать?

– Завтра, как проснёмся, я отвезу вас туда на машине. Мьяна покажет дорогу. – обещает Ринат.

–  Только точное место показать не смогу, если они уехали. Там везде поле и редкие деревья, но я точно помню тропинку ведущую туда от остановки. И ещё... Не знаю, как быть. Утром мне на работу. Я вернусь домой после четырёх. А послезавтра выходные и мы сможем отправиться на поиски табора.

– Рон, ты согласен? Дожидаемся Мьяну и едем! Или попробуем поискать утром без неё.

– Дождёмся. Она покажет.

– А что с учёным?

– Точно! Совсем про него забыли. – соглашается подруга.

– Просыпается. – бросил короткое Рон.

Мьяна с Рином удивлённо переглянулись.

Да уж...  Слышать о магии и обсуждать её, совсем не значит быть готовыми столкнуться с ней в быту, причём несколько раз подряд.

 – Тогда пошли вниз к нашему гостю. – спокойно предложила я всем.

Биолог, напоминающий сейчас кота, потягивался, растянувшись во весь рост. Перевернувшись на другой бок, он начал делать то же самое, но не рассчитав ширину сложенного дивана, – с квакающим звуком плюхнулся на пол. Приходя в себя потёр глаза, а увидев Рина, подскочил будто мячик от пола. Странно для его возраста.

Не успела моргнуть, а он уже он схватил Рината за плечи.

– Ты! Где это существо?! Веди меня быстрее к нему! – учёный пытался трясти он Рина, но у них явно разные весовые категории.

– Какое существо? Вы ещё не проснулись? – натурально удивился Рин.

– Хочешь все заслуги себе приписать?! Не выйдет! – с этими словами мужик размашисто скинул свои руки с плеч Рина. – Я зарегистрировал исследование. Оно моё!!! Моё! – фанатично выкатив глаза, пытался доказать Ринату.

– Раз оно ваше, зачем этот визит ко мне?

– Отдай существо! Я переправлю его к себе в лабораторию. Я такую клетку для него изобрёл! Все показания считывает!

Увидев, что Рин не собирается ему ничего рассказывать, учёный внешне остыл и принял жалобный вид.

– Ты же историк, зачем тебе оно? Ну?! – замолчал и, привстав на цыпочки насколько это позволял его рост, приблизил своё лицо к лицу Рина в ожидании ответа.

Когда пауза затянулась, оставил эту затею гость решил устрашить противника напором.

– Я знаю, ты не зря тут теперь живёшь! – наворачивает вокруг Рина круги, практически не моргая.

– Не зря. Я переехал к своей невесте. – Рин сделал несколько шагов, нарушив траекторию движения орбитального объекта и приобнял Мьяну.

Биолог остановился, недовольно сморщился, но отступать не собирался.

– Тогда, где существо? Что ты за это хочешь? – теперь он уже словно маятник ходил перед Мьяной с Рином, по три шага в каждую сторону. Мне бы столько энергии в его возрасте. – Ты же понимаешь от каких открытий ты отказываешься, лишаясь моего участия? – угрожающе.

Мне стало жутко неприятно. Я подошла к Рону и взяла его за руку. Как ни странно, он её не отдёрнул, а даже немного сжал, при этом даже не посмотрев в мою сторону.

– Это существо нужно тщательно исследовать с лаборатории. Твои штатные биологи слишком слабы, ведь именно поэтому ты выслал образец крови именно мне! Да и должную изоляцию объекта обеспечить не сможешь. Что будет с нашим миром, если настолько всемогущее существо вырвется на свободу?! –глаза биолога так и продолжали судорожно бегать по лицу Рина, не обращая внимания на остальных.

– Наверное, в первую очередь усыпит слишком усердных биологов.

– Рон, не шути, дядька не оценит. – поморщилась Мьяна.

Хорошо, что Рин ему только кровь отправил, даже волосы Рона могли бы уже навести этого учёного на ненужные нам мысли.

Мы стояли, не зная, что и сказать. Рин старательно делал вид, что не понимает, о чём речь, но долго так продолжаться не могло.

– Ладно, успокойтесь уже! Я всё скажу! – сдалась Мьяна и мы все дружно на неё посмотрели.

– Ты что-то знаешь, женщина?

– Кровь святого. – вдруг выдала Мьяна.

– Что?! – биолог даже как-то странно спружинил.

– Я Ринату каждую нашу годовщину дарю дорогой антикварный подарок. Часто это вещи с аукциона. Я, как археолог, знаю им цену. Могу даже сайты сказать на которых это продаётся. – Повисла пауза. Наши взгляды кочевали от Мьяны к биологу.

– Я же дарила тебе эту кровь как оберег. Зачем ты на экспертизу отправил?

– Ну... – Ринат попытался сделать виноватый вид. – Я же учёный. Мне было интересно, что за жидкость я буду носить на шее.

– И неужели ты отправил всё что было?

– Ну да... – растерянно.

– Ты же прекрасно знал, что это единственный экземпляр. – Мьяна сделала вид, что оскорблена до глубины души, а вот биолог спектаклем проникся.

– Значит, святой...

– Степан Игнатыч, у вас, случайно, не осталось хоть совсем немного? – со вселенской надеждой в голосе спросиля Мьяна. – Вы не представляете, сколько я за эту колбочку выложила! И Рин не знал. Если бы знал, то в сейф бы спрятал и украдкой смотрел. Так осталось? – Мьяна невероятно жалобно и беззащитно посмотрела на биолога. Тот поджал губы, что-то решая.

– Деточка, на каких сайтах такое продают? – встал перед Мьяной. Рин прижал её поближе к себе, наверно опасаясь за её безопасность.

– Дайте мне адрес вашей почты. Я вышлю вам все ссылки с подобных аукционов на почту. Чтобы урвать что-то особенное иногда приходится месяцами мониторить.

Я не сомневалась, что у Мьяны есть адреса. Она часами может сидеть на этих сайтах, действительно в поисках подарка Рину, и часто ругается, что многое из предложенного на них бутафория. Действительно, что о святых говорить? Там и кровь драконов продают!

Вот мужику счастье будет! Не долгое, правда...

Многие стоят на пороге открытия, но немногих за порог пускают!

Мы вежливо вытолкали это "Мировое имя" из своего жилища.

Спасибо Рону! Он под локоток, говоря слова прощания и восхищения, выставил того за дверь так ловко, что тот даже не заметил.

Закрыв за ним дверь, Рон глубоко вздохнул.

– Весело тут у вас живётся! – он улыбается?

– Как ты его выставил? Магия?! – удивлённо спросила Мьяна.

– Нет. Сила слова! Внушать я пока здесь не могу. Опасно для его головы. Хотя... Судя по нему, больше уже не навредишь...

– Пошлите по кроватям, а? Хоть пару часиков перед работой? –немного похныкивая Мьяна заглянула в глаза Рина, теребя того за рукав.

Да-а-а-а. Беременность... Ещё недавно подруга бы посчитала такое поведение нелепым.

– Идите с Рином наверх. Я тут приберусь. – тороплю их.

– А ты когда спать собираешься?

– Посплю днём.

– Нет иди с Мьяной.  Я, как всегда, на диване посплю. – протестует Рин.

– Смело!

– Почему? – Рин, похоже, уже плохо соображает и видок имеет растерянный.

– Слышал выражение: "Крошек вам в постель"? Так вот, если не желаешь прочувствовать его на себе живо наверх. Тебе завтра за руль садиться.

– Прости, при чём здесь выражение? – не понимает.

– Стоит лечь на диван, и оно воплотилось в жизнь! Причём без всякого волшебства. Хватило одного прожорливого ботаника. Ещё и кетчупом диван украсил. Так что это надолго. Идите наверх. Или тебе компания неприятна? – бью в цель.

Рин прямо подобрался от последних слов.

– В том-то и дело, что более чем приятна! – обнимает он Мьяну, притягивая к себе.

– Ну так и идите быстрей! Детям давно спать пора! – сделала я не тонкий намёк.

После намёка Рин сам поторопился отвести Мьяну в кровать.

– Ты тоже, иди, поспи. Мне прибраться надо. – говорю Рону.

Оставаться с ним наедине ещё и на невыспанную, будто пьяную голову, я опасалась. У нас и без этого, вечные казусы происходят.

– Опять тканью тереть собираешься? – усмехнулся Рон.

– Ну, как могу! У меня же нет в крови этих.... как их там Степан Игнатыч обозвал?

– Диамондцитов!

– Вот!

– Давай так! Ты идёшь готовишь мне стакан грушевого сока и бутерброды, а я тем временем решу проблему с диваном.

– Это будет просто волшебно! – рассмеялась я, понимая, что мне не нужно таскаться с пылесосом, отправителем и кучей средств, отшаркивая уже присохший к дивану кетчуп!

Да и после вечернего ковыряния в тарелках, мой желудок уже сам себя ел. Что о таком организме как у Рона говорить? Гроза прошла, молнии не сверкают, – аппетит появился у обоих!

Я пошла на кухню. Наколдовала там несколько больше, чем одни бутерброды и открыла очередную банку грушевого сока. – этот любитель все мамины запасы так уничтожит! И хорошо! Всё равно кроме него никто не пил, предпочитая покупное. Хотя, начинаю понимать Рона. Вкусно же!

Выпиваю залпом стакан и наливаю ещё, ставя на стол рядом со своими приборами.

Хорошо, что часть гостиной с диваном, отлично просматриваются из зоны кухни. Всё же интересно подсмотреть, как Рон будет с диваном справляться. На этот раз не было никакого облачка под потолком. Я просто слышала шипение с дивана, на который смотрел Рон. Потом он окинул взглядом помещение и решил не ограничиваться количеством добрых дел! Справился он ещё быстрее меня! С улыбкой покровителя он направился ко мне.

– Почему ты делаешь всё сама?

– Потому что это нужно делать.

– Когда я смотрел про ваш мир, то заметил, что у вас тоже есть слуги. Почему нет у тебя? Не понимаю. Дом большой. Еда у вас как на званных обедах изысканная, значит, в средствах не стеснены.

– Да-да, особенно грушевый сок у нас изысканный! – улыбаюсь.

– И он тоже! У тебя же есть деньги, чтобы содержать слуг?

– Как тебе сказать? Я могла бы нанять слуг. У нас в обществе это нормально. Но также нормально, когда люди их не нанимают, справляясь своими силами.

– Почему? Удобно. Не нужно отвлекаться самому от действительно важных дел. А у вас вообще всё тканью и водой делается. Долго и неудобно. Больше на наказание похоже.

– У всех свои причины. Готовить я люблю. Убираться Мьяна помогает, а вот чтобы кто-то чужой маячил в нашем доме и брал в руки наши вещи, мы не хотим.

– Понимаю. А Рин. Почему он спит здесь, а его женщина отдельно? Ты мне много рассказала, но я до сих пор не могу понять, как у вас устроено общение внутри пары.

– Хороший вопрос. Рин жил отдельно. Чаще всего до свадьбы пара живёт отдельно, но бывает, что и заранее съезжаются, это уже от традиций в каждой отдельной семье зависит. После того как ты неожиданно появился, Рину пришлось переехать из своего дома к нам с Мьяной. Мы живём с ней вдвоём и, естественно, он боялся оставить нас двоих в доме с незнакомцем. Поэтому и занял единственное свободное спальное место в гостиной.

– А почему Рин ещё до моего появления не забрал свою женщину в свой дом?

– Ну, потому что они не женаты.

– Но она же уже носит его ребёнка?

Логично.

– Да и скоро они поженятся, станут семьёй и переедут в дом, который Рин для них сейчас строит. Там и будут дожидаться пополнения в семье.

– Ваш мир меня удивляет своей нелогичностью. У нас слова жениться нет, но есть слово пара, но я объясню проще: мужчина женится на подходящей паре, только в том случае, если у него есть дом, куда он может привести жену. А ещё существуют несколько ритуалов, для закрепления пары, о которых я тебе говорил, и только после этого им будет позволено зачать ребёнка. Неужели ваши женщины готовы на всё, даже без гарантий содержания их и детей? Я понимаю, что силой потомства ваш мир не заморачивается, но хотя бы его благополучием?

– Ты видел Рина и Мьяну когда они вместе? – Рон подтверждающе, немного склонил голову. – У тебя появился хоть намёк на мысль, что он способен её обидеть или не рад ребёнку? А Мьяна, она просто любит его, поэтому ребёнку обрадовались оба и неважно сейчас свадьба или через год. У них взаимные чувства и это важнее всего остального.

– Нет. Не Рин. Но думаю и в вашем мире встречаются разные люди. Неужели вашим женщинам и мужчинам не нужны гарантии?

– Рон, это ёмкий вопрос. Никто не ответит на него однозначно. Гарантии нужны всем и всегда. Но ещё важнее вера в того, кто рядом с тобой. Традиционно всё так и происходит. Сначала знакомство, ухаживания жениха, свадьба, дети. Но в современном обществе всё реже придерживаются этого порядка. Больше тебе скажу! В нашем мире в разных странах отношение к браку разное. Я тебе лучше фильм познавательный включу потом. Скажу лишь, что в нашей стране так. А в других странах, другие традиции, где-то более строгие или напротив. Расскажи, пожалуйста, о твоей стране? Неужели в ней нет места любви? Ты говорил про гарантии, ритуалы, но ни разу не сказал про любовь.

– Любовь? Что ты понимаешь под этим словом?

– Взаимные чувства между людьми, на которых и строится настоящая семья.

– У нас всё иначе. Пройдя все этапы закрепления пары, двое связаны на всю жизнь. Когда ребёнок рождается, родители сразу начинают подбирать ему подходящую пару. Если ребёнок из знатной семьи, то в выборе может участвовать жрец или даже сам король, основываясь на магии связей. Магия связей подвластна лишь королям после коронации, но у моего отца она не проявилась, поэтому в моём случае, он положился на предсказания жреца.

– То есть, ты рос, зная, кто будет твоей женой? То есть парой?! – мне оказалось почти больно слышать, о том, что у Рона кто-то есть. – И теперь ты с ней разлучён? Скучаешь? Ты смог полюбить выбранную для тебя пару?

– Любовь? У нас нет такого понятия. Есть чувство долга. Главная задача пары обеспечить род сыном, желательно самым сильным. А кому как не старшим с их опытом, виднее лучшее для этого сочетание?

– Неужели вы так и живете, свыкаясь с чужими для вас людьми? Тебе вот самому, неужели нравилась выбранная кем-то девушка?

– У нас совсем другой мир и другие порядки. Тебе не понять.

– И всё же? Я не верю, что ваши девушки с радостью бросаются в объятья неприятных им мужчин! А ты? Ты сам! Тебя устраивает выбор? Не уходи от ответа.

– Отец выбрал мне достойную женщину. Она очень, очень красива. – Рон поймал мой скептический взгляд и сдался. – Но один её вид меня раздражает. Она слишком идеальна. Её будто создавали для меня. – Тут он спохватился и его взгляд вновь стал холодным. – Но у нас не обсуждаются решения старших. И девушки у нас скромны и невинны. Они не прыгают от одного мужчины к другому, а выполняют своё предназначение. Даже в одежде они скромны, прикрывая даже шею. Это то, что должен видеть только её мужчина. Они не дают повода в себе усомниться и пользуются уважением и признательностью своей пары. Поэтому у нас крепкие и нерушимые пары.

А вот этот камень летел явно в мой огород. Да пошёл он! Спрашивал кто он для меня, а у самого там идеальная и красивая невеста дожидается!

– Что же. Мне тебя жаль. – я сделала лицо сострадающего святого. – Тебе у нас тут на всякое пришлось насмотреться. – Что? Не нравится? – Потерпи совсем немного, и мы обязательно найдём способ отправить тебя к твоей замечательной невесте, в твой идеальный мир. А я, пойду, посплю. Хоть на диване, а то завтра, боюсь, испугаю своего парня таким уставшим видом. В отличие от вашего мира, в нашем мужчины знают, что такое любовь и забота. Поэтому не хочу заставлять его переживать о себе.

Я пошла к дивану, но Рон молниеносно преградил мне путь. Его взгляд говорил, что ещё немного и меня испепелят. Но сейчас мне было всё равно. Меня слишком задел весь этот разговор.

– Что ещё?! – выкрикнула я с вызовом, заглянув в его глаза. Моя злость всё-таки прорвалась наружу и теперь наши взгляды зеркалили друг друга.

– Извини. – выражение его лица неожиданно стало мягким. Мои эмоции тоже неожиданно схлынули. – Думаю, мы оба понимаем причину, по которой мы так себя ведём.

– Думаю да. Но мы из разных миров. И то, что для меня всегда будет чисто и романтично, для тебя будет постыдно и грязно. Поэтому с этого момента я не собираюсь подстраиваться под твою тонкую психику. Я в своём мире и с завтрашнего дня буду вести себя и одеваться так, как привыкла. Прошу отнестись с пониманием. Если для тебя что-то слишком, ты всегда можешь уйти в другую комнату. Я тоже должна извиниться, но ты должен знать, я это делаю, чтобы оставаться собой.

– Ты этого не сделаешь! – он наклонился ко мне слишком низко. Слишком опасно! Его дыхание щекочет мои губы, а глаза отражают бурю чувств, основным из которых является желание.

Неожиданно Рон отстранился, но провёл по моей щеке тыльной стороной ладони, и я еле удержалась, чтобы не податься вслед за его рукой. Эта дикая страсть, которая нарастала во время всего нашего разговора раздирала меня и просила выхода. Это неправильно... Я отступила на шаг назад, но тут же была перехвачена и прижата к пылающему телу. По телу пробежала сладкая волна, затрагивая каждую клеточку. Когда я осознала, что конкретно сейчас в меня вдавилось, и достаёт почти до груди, я рвано выдохнула и попыталась дёрнуться, но в итоге лишь поёрзала, прижатая крепкими руками…

Рон задышал совсем тяжело.

Мысли попыли... 

Он заметно выше меня, а я сейчас без каблуков, поэтому Рону пришлось прилично наклониться, чтобы... Поцеловать?! В последний момент уворачиваюсь, подставив щеку. В его глазах мелькнуло разочарование, но он позволил мне высвободиться из его объятий.

– Рон, это неправильно! Я уже объясняла тебе! – борясь с желанием вернуться в его объятья, попыталась объяснить свои действия.

– Ты не понимаешь... Даже сейчас, когда ты одета не как женщина, я с трудом сдерживаю свои желания. Не нужно одевать те открытые одежды.

– Рон, завтра я докажу тебе, что твои желания ничего общего со мной не имеют. А сейчас иди спать. Прошу.

– Завтра ты весь день со мной? – это надежда в голосе?

– Да, – вздохнула я обречённо. – Пока не вернётся Мьяна.

Рон развернулся и пошёл к себе больше ни о чем не говоря. А я, сгорая от желания и стыда за него, поплелась на диван. Еле уснула, но лучше бы не спала. Сны мучили меня до утра. Мне снилось, что я то с Роном, то с Эдиком. Это было невыносимо сладко! В тот момент, когда Эдик снял с моего плеча лямочку от комбинации, потом другой и она упала на пол, передо мной появился Рон и жадно накинулся на меня с поцелуем. Я целовалась с Роном, но в отражении видела, будто я целую Эдика. Проснулась я от собственного громкого стона, а потом издала менее громкий и разочарованный. Хорошо хоть ещё все спали, и никто не увидел моего позора посреди гостиной.

Я сидела, пытаясь поймать продолжение сна, но образы от меня окончательно ускользнули. Я чувствовала себя обиженной, помятой и неудовлетворённой.

Ну ничего, сегодня не только я такой буду. Пора показать Рону все красоты нашего Мира!

Путаясь в своих же ногах, пошла варить кофе. Оказывается, я поспала всего три часа. Мьяна с Рином должны были уже подняться. Проспят же совсем! Запустив кофемашину, я села рядышком, вдыхая бодрящий аромат и набрала Мьяну. Они и правда проспали. Буквально через пять минут они сбежали по лестнице и набросились на бутерброды с кофе. Наверно утренний кипиш разбудил и Рона. Он, явно не выспавшийся, но всеми силами демонстрирующий бодрость и силу духа, вцепился в кофейную чашку.

Сегодня утром мы опять на бутербродах. Хорошо, что я ночью салатик нарезала. Мьяна оценила его остатки, недоверчиво покосившись на бутерброды с колбасой.

За пятнадцать минут парочку из дома как ветром сдуло.  С Роном разговор заводить не хотелось. Мне последнее время кажется, что мы с ним подсознательно начинаем цепляться к друг другу. Поэтому на его предложение помочь мне на кухне, я попросила помочь с уборкой второго этажа. Ему пять минут, а мне неделя работы.

День восьмой, пятница Падение границРон 

Проснулся от разговоров наверху.

Судя по доносящимся звукам, все уже встали.

Чётко выделяю голос Зеленоглазой, заботливо предлагающей Мьяне еду.

Нет желания подниматься к ним.

Я всегда и во всём был лучшим. Даже на великом турнире, на всех без исключения испытаниях, я доказал своё хладнокровие и трезвый рассудок. Могу с уверенностью заявить, что с достоинством прошёл все испытания. Каждый знает, что ничто не может вывести меня из себя!

Но она…

Вчера в моих мыслях творился хаос. А всё потому, что с ней я теряю рассудительность и адекватность, пытаясь вызвать в ней нужные мне эмоции.

Какие?

И сам не до конца понимаю.

Это противоречит всем моим убеждениям, но тем не менее происходит именно со мной: что бы я ни говорил Зеленоглазой, я каждый момент надеялся, что сейчас она скажет, что всё не так и именно я для неё важен.

Раз выбирает, пусть выберет меня!

Но нет. Она даже испугалась моего предположения. От её слов меня трясло. Я чувствовал в себе ураган злости и других непонятных мне чувств, с трудом скрывая их от неё.

Да кто он такой, что она выбрала его?! Внешне он выглядит слабаком. У него даже мышц, полагающихся достойному воину, нет! У меня нет ни одного предположения, в чём он может быть лучше. Да чем вообще обусловлен её выбор? Её слова не могут служить внятным объяснением.

Дожил… Жду, когда меня выберет женщина! ВЫБЕРЕТ!

Нет!

Пора с этим заканчивать!

Я уже присмотрел себе идеально подходящую мать для моего наследника. Вот её я как вернусь и выберу. Даже никто против слова не скажет, когда вернусь и одержу окончательную победу.

Святые предки! – закатываю глаза, обращаясь на верх. Но здесь, если наверху кто и есть, так точно не мои великие предки.

Меня коробит оттого, что я сам не верю в эти мысли и цепляюсь за планы, которые казались единственно правильными раньше, до того как я попал сюда, — в этот странный мир, где всё кувырком!

В своём мире я никогда не испытывал сомнений и думал совершенно о других вещах.

Действительно. Я никогда не размышлял о столь глупых вещах. Всегда твёрдо знал, чего хочу и достигал этого. И ведь понимаю, что в моём положении я должен мыслить иначе, например, о том, как кольцо отца оказалось на пальце Рината.

Кольцо и книга — очередная загадка этого мира для меня. Но вопреки здравому смыслу, мои мысли занимают проблемы с Зеленоглазой.

Возможно ли, что на меня так влияет этот мир? Здесь все такие эмоциональные. Живут эмоциями, а не чувством долга. Разумеется, я в курсе, для чего у нас все молодые мужчины по утрам пьют настойку настоящего воина: считается, что она помогает держать рассудок холодным и тонизирует тело.

Почему же здесь ничем подобным не пользуются? Эмоции мешают жить, планировать.

Ну не может у мужчины переставать работать мозг при виде одной определённой женщины! Да, можно сослаться на то, что тут, кроме Зеленоглазой и её подруги, ни с кем не общаюсь, но ведь эмоции вызывает именно Зеленоглазая.

Что ещё более странно: Мьяну сложно назвать привлекательной. Мелкая, хрупкая. Она сначала вообще раздражала. Но вот что в ней увидел Ринат? Какое потомство даст эта мелочь? Даже внешне Ринат слишком перед ней выигрывает. Постепенно я понял, что женщина эта не пустая, а довольно умная. Долю моего признания она получила, но рассматривать такую, как пару?!

Не представляю, что без настойки воина так сложно держать свои мысли в узде.

Всю ночь мне снилась Зеленоглазая, а случай в ванной, так несколько раз и с разными вариантами развития событий. Хуже всего, что я уже проснулся, а она из головы не выходит.

Лучше мне её сейчас не видеть, но нужно идти наверх. Не прятаться же в убежище, как последнему трусу.

Иду по лестнице наверх и первый раз со времён раннего детства, испытываю робкую нерешительность, а в голове крутятся неподобающие будущему правителю мысли:

Как себя вести, когда её увижу? Что сказать? Смогу ли удержать лицо?

Стоило мне подняться, как меня пригласили за стол.

Сажусь, бросив короткий взгляд на Зеленоглазую, тем не менее успев задержать его, на её чуть пухлых губах. В ответ она инстинктивно прикусывает нижнюю, отчего мне хочется снести разделяющий нас стол к местным чертям и...

«Спокойно. Холодный рассудок, помнишь»? – напоминаю себе и сую в рот ложку с едой, даже не посмотрев, что было в тарелке.

Сердце стучит так, что его ритм чувствуется даже в самых отдалённых от него частях тела.

За столом Зеленоглазая пару раз бросает вежливые фразы в мою сторону. На мою радость, одета она скромно. Скромно — для этого мира.

Решаю, что так продолжаться не может. Нужно наладить отношения. То, что сейчас происходит между нами, — это напряжение, сидит во мне противной ноющей занозой.

Когда пара уходит на работу, я вспоминаю, как мы отлично ладили на кухне. Это был один из самых счастливых дней в моей жизни! Не помню ни одного дня из моей жизни, за который я столько раз улыбнулся и даже смеялся.

В надежде повторить подобное я предложил ей помощь.

Зеленоглазая от помощи не отказалась, но отослала меня подальше от себя.

Уверен и ей со мной нелегко. А значит есть основания действовать в своих интересах.

Всё-таки в этом мире есть свои преимущества. В своём, я бы и думать не посмел о чужой паре, но здесь это допустимо. Они же выбирают... Значит, у меня есть шанс.

Поднявшись на второй этаж, усилием воли подавил крайне непривычную для моего тела эмоциональность. Не до конца, но настолько, чтобы задуматься о действительно важных для меня вещах.

Я быстро очистил две комнаты и увлажнил оранжерею, прокручивая в голове рассказ Мьяны о книге. Когда я взял книгу в руки, мне показалось, что ко мне потянулось что-то живое и оно определённо не несло опасности. И всё же с книгой что-то не так. Я чувствую в ней принадлежность к своему роду, но большего понять не могу. Её сила будто запечатана. Ещё и этот непонятный язык... Почему именно он? Жаль, что книгу пришлось отдать на хранение в сейф. Обеспечить её сохранность и безопасность важно, только поэтому я доверил её этим людям. Всё-таки они другие. Спокойно расстаются даже с самыми ценными трофеями.

Как Фея закончит свои дела, скажу ей достать книгу. Может быть, сегодня получится ощутить больше? Вчера я был слишком встревожен и, возможно, не уловил что-то важное.

Зато кольцо признало во мне хозяина. Я ощутил это по приятному покалыванию, когда оно только коснулось ладони. Теперь, даже если кто-то попытается им завладеть, оно все равно найдёт способ вернуться к хозяину. Его невозможно потерять. Это слишком мощная родовая реликвия, которая даже в этом мире работает без нареканий.

Глажу кольцо, висящее на шее, и тут же получаю отклик моего защитника. Не могу позволить себе надеть его на палец, – это оскорбление действующего правителя. Тем не менее кольцо признало правителя во мне, иначе не приняло бы за хозяина.

И вот этот хозяин, почти правитель своего народа, убирает чужой дом, поддавшись чарам Зелёных глаз.

Здравый рассудок приказывает бросить это грязное дело, но вот проснувшиеся во мне эмоции и желания, не позволяют остановиться. Ведь у меня это занимает считаные минуты, а ей тереть не один час, а может быть день, придётся. Хочется огородить от этого Зеленоглазую.

И как они с тканью управляются? И руки при этом не опускаются.... До сих пор удивляюсь!

Осталась комната Феодосии. И почему она имя своё не любит. Мне кажется, оно звучит величественно.

В комнате Зеленоглазой царит особенная атмосфера. Бирюзовые тона, лёгкая ткань, свисающая над кроватью и такая же, прикрывает здесь окна. И повсюду витает её приятный запах.

Поймал себя на желании лечь на её подушку, обнять её одеяло, втянуть этот аромат. Очень странные для меня желания. Даже тело, впервые будто чего-то просит, будто ему не хватает какого-то насыщения. Вдоль внутренней стены, чередуясь по высоте, тянутся полки. Часть из них застеклена. Чуть ниже уровня моих глаз я увидел пухлые, но невысокие книги без называний. Мне стало интересно, что же она читает. Возможно, это поэзия, которой упиваются наши женщины? Или же она увлекается чем-то иным? Я открыл одну из таких книг.

Я видел подобное в интернете. Это фотографии. У нас тоже есть их аналоги: только они не висят во дворцах не стенах или же дополняют собой исторические книги.

Здесь же это может быть история жизни одного человека в картинках.

На фотографии я узнал, ещё маленькую Фею. Она была милым ребёнком!

Перелистнул одну, вторую и незаметно для себя увлёкся этой книгой с фотографиями. Здесь на полке ещё не мало таких, но моё внимание привлёк чёрный кожаный переплёт с золотой нитью. Открыл книгу и чуть не задохнулся от жара, охватившего меня!

Это была она! Ошибиться невозможно! Пусть лицо и прикрыто сверху чёрной вуалью, доходящей почти до ярко красных, идеально очерченных губ — это она!

Её одежда, если вообще так можно назвать это чёрное кружево, едва прикрывающее её женственность, вызывает негодование стыд и одновременно с этим интерес. Иначе почему я продолжаю рассматривать её ноги, прикрытые прозрачными чулками, оканчивающиеся на бёдрах таким же чёрным кружевом. В моих штанах стало нестерпимо тесно. Дыхание сбилось. Настолько идеальная и манящая...

В голове промелькнул её более близкий образ, и я словно наяву ощутил её запах! Не удержался и прикоснулся к себе там, где моё тело напряглось до боли. Этим жестом я надеялся приглушить ноющие ощущения, но прикоснувшись вздрогнул от более новых и ярких. Их моего рта вырвался гортанный звук.

Отошёл к окну, отгоняя яркие образы. 

Это не слишком помогало. 

Я знал, что это за желание. Только оно должно возникать у мужчины лишь в присутствии пары в первую брачную ночь.

А здесь... 

Не знаю, что я с ней сейчас готов сделать, если она войдёт в дверь! 

Она в книге! А книги же для того, чтобы их смотрели. Ещё и на самом виду стоят! 

Сжимаю подоконник, и он трескается в моих руках. Кроме того, от него начинает распространяться тошнотворный запах палёного. 

Это немного отрезвляет, и я стараюсь как можно быстрее устранить свидетельство проявления своей слабости. 

Отвлёкся я ненадолго... Как только закончил с подоконником взгляд то и дело останавливался на раскрытой странице. 

Впервые не выдержав борьбы с собой, подошёл к столу и перевернул страничку...

Стоять от увиденного я уже не мог и опустился на мягкое кожаное кресло, стоящее у стола.

Снова перевернул страницу невольно сглотнув. Ткань штанов казалась, сейчас треснет, а я и вовсе взорвусь!

Так невыносимо. Сейчас мне и ледяная вода не поможет... 

Я, наверное, ненормальный, раз продолжаю мучить себя, вновь перелистывая страницу. Из моей груди вырывается стон! На секунду даже пугаюсь! 

Да я в жизни не стонал! Но оторвать глаза от увиденного, я не в силе: она оседлала стул, и будто нежно гладит спинку стула, настолько, что захотелось самому оказаться на его месте... На ней яркое, красное бельё, и, при этом, лукавый взгляд. Будто встречаюсь с ней взглядом, отчего давлюсь воздухом, вздрагивая от реакции собственного тела...

От последующего резкого вздоха нервно дёргается рука, пытающая остудить непокорное тело, но это лишь провоцирует волну неведомого ранее, неконтролируемого удовольствия, прокатывается по всему телу. 

Хочется ощутить это снова, прочувствовать более ярко... Внутри меня будто рухнул огромный барьер самоконтроля: теперь уже совершенно не важно, что меня учили воздержанию до момента зачатия ребёнка. Всё моё тело будто пульсирует, изнемогает, требует... Сердце громыхает, как после жёсткой полосы препятствий. Только это не препятствие, напротив: всё что я хотел, сейчас я видел перед собой. Чуть покалывающими от нетерпения кончиками пальцев я коснулся изображения, представляя, что касаюсь её: изящная шея, ключицы, изгиб талии... 

Поддавшись искушению, я уже не отдавал отчёта в своих действиях. Я получал то, что мне сейчас так необходимо, что-то нарастающее, яркое и жизненно важное... 

Ещё чуть-чуть, и... я достигаю пика, хрипя от захватившего меня безумства и непонятной сухости во рту.

Откидываюсь на спинку стула, счастливо посмеиваясь, находясь на вершине счастья.

Через несколько минут я отдышался. 

Моя голова заработала, и я уже был готов себя убить!

Годы прилежного воздержания я шёл к цели! Испокон веков считается, что именно в первую ночь для пары, лишь первый всплеск способен дать самое великое потомство. Так зачали и меня.

Что я только что натворил?!

Презрение к себе накрыло крепко. Более того, раздражало. Всё вокруг было липким: стол, руки, одежда, сидение и даже пол!

Кляня себя всеми известными словами, я начал снимать с себя одежду. Иначе её не очистить магией. Она здесь редко выдаёт желаемый результат без побочных эффектов. Ожогов для полного счастья, особенно в причинных местах, не хочется. Пока чистил себя, а заодно и всё вокруг, судорожно дёргался на каждый звук, волнуясь, что Зеленоглазая решит зайти в комнату. Дверь я запер магией, но смущал факт того, что у меня нет причин сразу же ей не открыть, её же комнату.

Скрипя зубами, я закончил с уборкой, после чего поставил все книги на место.

Внутренне негодую!

Впервые я не уверен, смогу ли удержать лицо, когда увижу Зеленоглазую.

Стук в дверь.

Успел!

Открываю, и, непринуждённо рассматриваю стены. Потолок здесь тоже ничего. Вдруг я на нём пятно какое-то пропустил...

Нет, о пятнах лучше не думать. Не те мысли в голову лезут...

Никогда ранее я не испытывал чувства унижения и даже не представлял, что человек сам способен себя настолько унизить.

– Ты уже всё? Что-то ты слишком замешкался! – говорит весело, пытаясь поймать мой взгляд. – Я уже приготовила обед! Мы можем идти.

– Куда? – выдавил я из себя, переводя на неё взгляд, отчего из мозга тут же пришлось выгонять неприличные картинки.

Цепляюсь взглядом за её открытые плечи и слишком обтягивающие тело странные штаны, которые заканчиваются гораздо выше колен.

– На знакомство с нашим миром! Хватит его только из окна моего дома и в интернете изучать. А то вернёшься к себе, но так и не узнаешь его настоящим!

Её как подменили… Стоит такая весёлая, не то что за завтраком. Я же, напротив, хочу к себе в подвал сейчас забиться. Хотя отвлечься от мыслей путешествием, чтобы окончательно прочистить мозги, лучший вариант.

– Пошли. – старательно демонстрирую непринуждённый вид, в то время как тело ещё слишком явно напоминает мне о произошедшем отголосками.

– Только переоденься. – заявляет категорично, уже на первом этаже всовывая мне в руки стропку.

– Это что? – я уставился на комплект одежды, похожий, но тот, что одет на девушке. Только верх с закрытыми плечами и коротким рукавом. Разновидность местной одежды — футболка. Я такое уже носил, но из более плотной ткани.

– Пляжные шорты и футболка! – подтверждаем мою догадку. – Погода сегодня просто замечательная, штиль! Мы идём на пляж!

– В этом? Торчащие из-под этих обрубков волосатые ноги у вас это нормально?

– На пляж все только так и ходят. Хватит коситься на одежду, я тебе и так самую закрытую подобрала. И вообще кто бы говорил, после того как появился передо мной в набедренной повязке и наперевес с мечом.

Всё ещё пребывая в некой растерянности после произошедшего, не стал спорить и надел на себя всё, даже не осознавая, что она на меня всё это время смотрит. Совсем меня эти фотографии неполноценным сделали... Реальность, мысли, — всё перемешалось. Наверное, мне и правда лучше на воздух.

– Раз готов, идём.

– Да.

– Тебе идёт! – она окинула меня быстрым нигде не задерживающимся взглядом.

Даже по самооценке ударило и тут же стало ещё паршивее из-за негодования на самого себя.

Мы молча шли по улице. Девушка всучила мне сумку, набитую всякими тяжестями, которую она назвала пляжной.

Тело ещё потряхивало и было каким-то слишком мягким, — не разберёшь. А я пребывал будто бы в подвешенном состоянии. Того, что я натворил не исправить. Не быть моему сыну сильнейшим и не стать правителями. Наверно если бы не только что произошедшее я бы с большим интересом рассматривал улицы и дома утопающие в зелени. Строения здесь разные, так что перепутать их сложно. Всё довольно ухожено. Даже не верится, что всё это люди способны сотворить без помощи магии.

Вдоль многих ограждений раскинулись клумбы с цветами, практически везде разные. Кое-где ограждения полностью закрыты вьюнами.

Дорога по которой мы идём, гладкая, из мелкого, чем-то слепленного камня. Неужели и это они без магии делают? На пути встречается множество людей.

Если сравнивать, я действительно оказался одет довольно скромно. Встречались мужчины и вовсе без верха. А на девушках я замечал прозрачные блузки, совершенно не скрывающие поддетого вниз белья.

Мы шли довольно продолжительное время: прошли несколько улочек, по торговым рядам, как назвала их Фея. Я поразился искусно сделанными ручным изделиям! Даже купил бы парочку, но именно здесь осознал, что меня содержат.

Неприятно, учитывая, что, когда мне удастся вернуться в мой мир, не получится оплатить долг. Однако, учитывая тот факт из-за кого я здесь оказался, — не слишком-то я им и должен.

Через некоторое время тяжёлые мысли отступили, и я поймал себя на том, что иду, любуясь Зеленоглазой. Лучи солнца играют в её волосах, делая их ещё более светлыми, и, почти неуловимо прозрачными на концах прядей.

От неё же я уловил эмоции удовольствия от прогулки под солнцем и предвкушения. Интересно, чего она так ждёт?

Дорога пошла под уклон, а длина ограждений вокруг домов, да и сами дома, значительно увеличились. За последним поворотом между деревьев я смог разглядеть береговую линию, людей и…

Я застыл на месте и некоторое время стоял, осознавая, где я!

Они что тут устроили?!

Все без одежды!

Не совсем, но это совсем не отличается от того, что я только что видел в тайном альбоме Зеленоглазой!

Меня поразили мужчины, надевшие на себя настолько тонкую маленькую и обтягивающую там ткань! Она просто кричит о том, что под ней сокрыто! Удивительно, что при этом, они чувствуют себя вполне комфортно.

Таких, как я, — в длинных... да, теперь уже длинных пляжных шортах, — было не так уж много. Но были. 
Нет, у нас тоже мужчины тренируются на море в специально отведённых местах, в одних только нижних штанах. Но это штаны, и они ниже колен. Да и женщинам при этом присутствовать не полагается. Женщины… я даже не хочу об этом думать и смотреть, боясь того, что со мной случится то же, что только что случилось в доме.

Правильно говорят, как утро встретишь, так день и…

Падение нравовРон

Зеленоглазой удалось меня растормошить. Я помог расстелить покрывало на горячий песок.

Девушка вложила в руку бутылку с водой. Очень кстати. Во рту будто пустыня.

Выпил половину и уткнулся взглядом в покрывало, не желая смотреть вокруг. А всё потому, что куда не поднимешь взгляд, повсюду одни окружности, выпуклости: задние и передние, мужские и женские.

Что за мир такой!

Взглянул на Зеленоглазую, в твёрдой решимости сказать, что возвращаюсь в дом, но, — она раздевалась!

Как бы ни останавливали меня моё воспитание и выдержка, отвести взгляд от этого оказалось  выше моих сил! Затаив дыхание я следил, как она сняла верх и лёгким движением скинула низ, тут же, без малейшего стеснения приземлившись рядом со мной.

Она не только в книгах, даже средь людей в этих двух тряпках показывается!

Дикое возмущение и даже ярость, плюс ещё что-то такое, нечто глубинное и первозданное, не даёт оторвать взгляд от так близко лежащей ко мне Зеленоглазой.

Она чуть касается своим оголённым бедром моего, и, кажется, совершенно этого не замечает. А меня припекает через ткань этих шорт. Бурная реакция тела в виде прокатившейся по нему горячей волны, источником которой послужила эта женщина, не заставила себя ждать.

Чувствую, что с каждой минутой мне всё больше не хватает воздуха и не только его…

– Ау! Мы уже на пляже лежим! Снимай футболку! – Фея повернулась ко мне привстала с покрывала и сняла с меня, беспомощно барахтающегося в своих мыслях, футболку.

В этот момент её грудь была настолько близко, что я почувствовал нежный запах, исходящий от её кожи. Он не просто приятны, он дурманит рассудок. 

Может это сон сегодня такой? Разве подобное, наяву возможно?! Не первый про Зеленоглазую, но впервые настолько откровенный...

Достаёт бутылёк. По её словам, он с защитным кремом.

Просит помочь ей нанести…

Она это серьёзно?!

Я?!

– Рон, да расслабься ты уже! – в глазах сияют смешинки. – Люди сюда приходят выдохнуть и отдохнуть. Неужели лучше в твоём подвале чахнуть? 

– Не лучше.

– Так, ты намажешь?

– Кхм... – прочищаю горло, чтобы ответить, но она, посчитав за утвердительный ответ, мигом легла и лёгким движением расстегнула лямки верха.

Хрипло выдыхаю. 

Что делает со мной эта женщина?!

– Что? Не хочешь помочь? – чуть приподнимает голову, а во взгляде искреннее недоумене. Будто такое в порядке вещей! – Так бы и сказал. Тогда того парня попрошу. – кивает на идущего в нашу сторону парня с доской. – Он мне точно не откажет.

– Нет! – чересчур громко вскрикнул я. – Сам справлюсь. – кажется она всё-таки услышала скрип моих зубов, несмотря на шумность этого места. – Я первый раз такой крем вижу. Его как втирают?

– Наливаешь на ладошку и нежненько втираешь в кожу. – бросает мне, и как ни в чём не бывало, устраивается поудобнее в ожидании.

– Понял. – бурчу, чувствуя себя глупо и в то же время, меня до дрожи в пальцах захватило предвкушение...

– Ну как? Не смертельно? Вполне же получается! –в определённый момент она даже немного застонала от удовольствия.

Я дрожащими мелкой дрожью пальцами намазал её спину, ноги и всё что было неприкрыто таканью… Шорты при определённом положении слишком сильно выдавали желание, поэтому я поспешил лечь на живот, оказавшись рядом с Зеленоглазой.

Минуту спустя, понял, что лежать так, рядом с ней ещё более мучительно, чем наносить этот крем, поэтому рискнул спросить:

– Переворачивайся, намажу спереди. – и сам чуть не поперхнулся от этих слов.

– Не нужно. Здесь я и сама достану. – к её щекам прилил румянец.

Она ловко застегнула верх и села наносить этот треклятый крем прямо передо мной. Надо бы отвернуться. Так поступают мужчины. Но не в этом мирке... – нашёл я повод проследить за её руками, скользящими в ложбинке груди.

С усилием воли отвернулся. Моё тело на пределе. Чувствую свой долбящийся пульс везде, где только возможно его почувствовать.

Это уже слишком.

Закрыл глаза и постарался взять себя в руки. За столько лет со мной ни разу не происходило ничего подобного.

Дело ведь не только в том, что я сейчас лишён возможности пить отвары и настойки, предназначенные для тела. Повлияло ещё и то, что перед подготовкой к бою, я проходил обряд очищения. С меня стёрли все защитные письмена. Не уверен, все тонкости знает только жрец, но насколько знаю, одно из них, как раз сдерживало и сохраняло мужскую силу до закрепления союза.

+++

Прошла пара минут, и я понемногу начал приходить в себя. Не думал, что в этом мире, люди могут показываться на глаза другим в таком виде!

Напрягся оттого, что на меня сверху сели... Фея! А если бы я задумавшись, на рефлексах её скинул? Совсем головой не думает?

Девушка поёрзала, устраиваясь поудобнее, а я, насколько смог, заглянул за своё плечо. Больше представил, чем увидел: она, в своём ничего не прикрывающем, ярко-жёлтом наряде для купания! Всего два лоскутка ткани! Как на фотографиях, которые я почти только что смотрел.

Неожиданно участки кожи, где она сидит, становятся слишком чувствительными. Она вновь поёрзала на моей спине. Только не это! Я и без того уже в таком состоянии, что без огня пылаю...

– Теперь я тебя намажу, а то сгоришь! – заявляет Зеленоглазая. – Как раз узнаешь что такое защитный крем. – Перевернись. Я начну спереди.

– Там я и сам достану. – копирую её слова. Не хватало, чтобы она увидела, что сейчас со мной спереди творится!

– Как знаешь... – по ощущениям она пожала плечами и, не торопясь начала меня намазывать чуть прохладным кремом. О, этот контраст! Я держался до последнего, чувствуя нестерпимое напряжение между ног, требующее прикосновения или какого-то движения, разрядки… Я с силой вжался в песок, принявший мою форму через покрывало. Не двигаться и бездействовать было уже невыносимо, но если сделаю хоть одно полное движение, она почувствует, заметит! Этого нельзя допустить!

Слазить она, судя по всему, быстро не собирается, но с каждой секундой я утверждаюсь, что больше не выдержу! Я уже чувствую приближение этой сладкой манящей грани, как в прошлый раз...

Это сумасшествие! Вокруг столько людей, но моё тело это не останавливает! Я же не могу при них опозориться. Первый раз в жизни готов молить о спасении!

И тут, я увидел спасительную воду! Я бережно скинул Фею, насколько мог в своём состоянии и прикрываясь руками, побежал в воду. Надежда, что прохладная вода сделает своё дело, не оправдалась. Я зашёл в воду ровно настолько, чтобы скрыть рвущееся вверх желание, и тут меня догнала Фея, вынырнувшая из воды совсем рядом со мной.

Только не это! Но моё разочарование мигом исчезло. Я зачарованно смотрел на Зеленоглазую, жадно следя за каплями, стекающими с её волос по плечам, завидовал им, а они текли ниже, ещё ниже…

Неосознанно облизал губы.

– Ты хорошо умеешь плавать? – вывел меня из ступора голос Феи… – Осторожно. Дальше может быть глубоко. – Она сделала ещё один шаг ко мне, в глубину. Лёгкие волны пробегали по поверхности воды, теперь уже приподнимая её грудь. 

­­– Умею. – прохрипел я. Пришлось прокашляться.

Она явно заметила моё состояние. Такое невозможно скрыть, как ни пытаюсь придать лицу хотя бы нейтральное выражение.  

– Что с тобой? – подошла ещё ближе, дотронувшись до моей руки. В таком состоянии, для меня даже этого оказалось достаточно!

Тело напряглось в неком предвкушении. Практически мгновенно и довольно резко я притянул Зеленоглазую к себе. Захватил в плен. 

Такая хрупкая в захвате моих рук… Прижал ещё ближе. Хочу, чтобы она почувствовала всего меня, приняла...

Её губы разомкнулись, выдыхая её дух, срывая остатки моего самообладания. Жадно, будто оголодавший, накидываюсь на её губы.

Не сразу заметил, что она пытается меня оттолкнуть. На периферии сознания ощущаю, как колотит меня кулачками, это так приятно... Чувствую, как отзывается на меня её тело и эмоции, вжимаюсь сильнее, но мне этого мало — недостаточно близко. Её приглушённый стон прямо в губы, заставляет окончательно  потерять голову.

Как мы оказались ещё глубже я и сам не понял. Она начала отвечать. Руки зеленоглазой стали робко очерчивать мои мышцы.

«Пляж не место для подобного» — зудела мысль и остатки контроля напоминали мне, что мы здесь не одни. Я чувствую, что с каждым мгновением мне это становиться всё более безразличным.

Мне стоило огромных усилий остановиться. Попытался отстраниться, но Фея начала более смело и требовательно отвечать на мой поцелуй, вновь захлестнув меня волной страсти и восторга.

Да будет так! Когда сюда пришёл, заметил, что люди здесь позволяют себе слишком многое... В данный момент здесь больше нет могучего Кникхрона, — здесь был только я, Рон, которому нет дела не до чего, кроме неё!

Она целует, прижимается, прикасается то тут, то там, с удовольствием наблюдая мои реакции на неё: как теряю голову, как хрипло выдыхаю, и после, как жадно набираю полную грудь воздуха, чтобы наполнить им тело.

В порыве страсти я направил её руку туда, где так сильно ещё жаждал. Ответом послужил её стон, который, как и мой, мы погасили жадным поцелуем. В миг, когда она ко мне прикоснулась, почувствовал её эмоции, в разы ярче, чем обычно! Они оказались ещё более яркими и многогранными, чем мои! С этот миг, желания и эмоции слились в унисон, проникая друг в друга. Её безудержное желание снесло всё на своём пути, вызывая во мне мгновенный взрыв. Я вновь прижался к ней, опустив голову ей на плечо, дыша в шею, и, пытаясь скрыть от других своё, уверен, налившееся кровью, лицо и губы, жадно хватающее воздух.

Когда я нашёл в себе силы отстраниться, она смотрела на меня ошарашенными глазами.

– Знаю, я сам в шоке. – ответил я ей на немой вопрос.

– Тогда, может, поплаваем? – вдруг предложила она, испытывая схожее с моим чувство неловкости. В ожидании ответа она замерла, робко подкусывая нижнюю губу и так уже истерзанную поцелуями.

– Хорошая мысль. – ответил я, с трудом оторвав взгляд от этих губ.

Не зная куда себя девать дальше, смотрю на горизонт, давая себе возможность прийти в себя.

То, что произошло с нами только что, было выше моего понимания. Впервые меня что-то пугало: "Неужели я способен настолько потерять контроль над собой? Я?! Вот так, прилюдно?!"

Впрочем, ответ я получил только что. Всё дело в Зеленоглазой. С ней я готов его терять тысячи раз – и это единственное, что я только что чётко осознал.

Стоит и смотрит мне в глаза, явно ожидая от меня каких-то дальнейших слов или действий. Любая бы в моём мире после подобного публичного позора руки на себя наложила, да и мужчине, позволившему подобное на публику, жизнь повернулась бы спиной, но я в другом мире. В этом мире женщина нашлась быстрее, чем я.

– Наперегонки?

– Женщина, ты со мной соревноваться собралась? – какое плавать? Сейчас стоять на ногах не хочется!

– Ну… – тянет негодница, – могу кому другому предложить. – окидывает взглядом пляж. – Выбор есть!

– Женщина, ты доведёшь меня когда-нибудь со своим выбором! – рявкаю, словно пёс и ревниво сминаю её губы. Стараюсь вложить всё, что чувствую в данный момент:

Зеленоглазая, теперь ты моя. Наша пара окончательно слилась. В твоих эмоциях, – читаю доказательство этому. Моя магия говорит, что ты принимаешь меня не только эмоционально, но и физически. Это невероятно! Никогда я о таком даже не слышал! Уверен, до меня ни с кем ты не испытывала подобного. Сейчас ты вместе со мной разделяешь и мои чувства, пусть и не подозреваешь об этом…

Она моя! – от мысли сердце, будто усиленное новой мощной волной, забилось в груди. Но Зеленоглазая вдруг резко отстранилась и в следующее мгновение в воде сверкнули её пятки.

Плавает она и правда слишком быстро! И бегает тоже…

Падение надежд

Фея

До дразнилась! – добавить просто нечего!

Идём домой параллельно, на расстоянии двух шагов.

От Рона так и фонит негодованием.

Кто же тянул меня за язык и заставлял говорить про Эдика после такого?!

Испытываю нестерпимое желание взять его за руку, а то и вовсе под неё забраться, уютно пристроившись сбоку, но я с этим борюсь.

С Эдиком, дальше поцелуев мы не продвинулись. Думаю, в ближайшее время, так бы оно и осталось.

 Эдик такой романтик. А с Роном...

Что тут скажешь?!

Мы оба от себя в шоке!

К тому же меня всё сильнее гложет чувство вины перед моим парнем.

Близость Рона не идёт мне на пользу. Вроде как и не специально, но он разрушает меня, притягивая, вынуждая совершать нелогичные и совершенно нетипичные для меня поступки.

Я не любитель выставлять чувства на всеобщее обозрение. Скромный поцелуй в щёку на людях, это максимум из того, что кажется мне приемлемым. А это что было?!

А ведь всё из-за того, что вчера меня так задела эта «идеальная невеста». Сегодня я решила показать Рону «прелести» нашего мира.

В мечтах моя маленькая месть выглядела совершенно иначе: он лежит на пляже и с каждой минутой всё сильнее распаляется, ёрзая на песочке, — но не от солнца, а от вида прелестей наших красавиц на пляже!

Думала, пусть вспоминает о наших красотках в постели со своим "идеалом"!

В итоге попалась в собственную ловушку! Ни на кого кроме меня, он так заинтересованно не посмотрел. И, караул! Он не просто смотрел.

Стоит ли на него сердиться, ведь я сама его спровоцировала?

Всю жизнь ошибочно считала себя слишком скромной, а Рона с момента словесного знакомства, посчитала благородным и терпеливым. Кто бы мог подумать, что мы будем вытворять такое в море, когда на пляже уйма людей?! Хорошо, что мы почти по шею были в воде и поблизости никого не плавал. Это я обнаружила уже потом. Изначально мы даже не удосужились посмотреть вокруг. Взгляд за взгляд, и я поплыла.

Мозг просто вынесло с момента, когда он так нежно ко мне прикоснулся, втирая крем. До сих пор, как думаю про это – по телу расходятся сладкие, томительные отголоски.

Да, я сама решилась на маленькую месть, чтобы он прочувствовал всё, что довелось мне, но не учла, что возможность касаться его, уносит из реальности не меньше, чем его прикосновения ко мне!

А ещё эти заинтересованные взгляды девушек, – на моего воина в шортах! Кто-то косился, тайно разглядывая, а кто-то откровенно пялился и пожирал взглядом. Одна так и вовсе, расположилась поближе к нам, перед этим вальяжно пройдя и демонстративно крутанув задом над Роном.

Во мне взыграло такое чувство собственности, что я забралась на спину Рона, по-хозяйски на ней поёрзав, посылая победный взгляд этой нахалке! Правда, совсем скоро и эта нахалка и всё остальное вокруг, окончательно перестало для меня существовать. То, что он так резко сорвался и побежал в воду, – спасло меня от большего позора. Бельё и без моря были уже насквозь мокрое, дыхание сбившееся, а мысли в полном беспорядке. Хорошо, что сбежал, я ведь еле удерживалась от того, чтобы лечь ему на спину, соприкоснувшись с ним всем телом, целовать его шею, плечи, да  неважно! Хотелось просто его чувствовать!

Ужас! В тот момент я была готова затащить мужчину в какое-то уединённое место. Вот люди мажут друг друга кремом и им хоть бы хны… А со мной, что?!

Когда Рон побежал к воде, я, не мешкая, помчалась следом за его рельефной, смуглой спиной!

Мы оба не смогли противится притяжению.

Это странно, но даже в холодной воде рядом с ним я продолжала сгорать от желания, меня била мелкая дрожь, а ещё, внизу, всё сжалось до нездоровой боли и требовало его вмешательства…

Очередной поцелуй снова выбил у меня землю из-под ног, а в голове я услышала еле различимый шёпот, и то, что он мне шептал, было…

Неправильно!

Я ловко высвободилась из объятий Рона и поплыла прочь, одновременно радуясь свободе и паникуя. Накрыло осознание того, что только что мы оба перешли черту дозволенности! Он делал то, чего я не позволяла никому. Касался тех мест, которые всегда скрыты одеждой и я отвечала ему тем же.

Когда мы вышли из воды, я побежала по кромке воды, чтобы дать себе время всё осознать, но Рон нагнал меня и обнял сзади со словами: "Теперь ты понимаешь, Зеленоглазая, что ты только моя?". Неожиданное тепло на миг согрело душу, разгоняя нарастающие смятение и ярость на себя, но, видимо, этого тепла сейчас оказалось недостаточно.

Если бы не разрывающие душу эмоции, не мельтешащие в голове мысли о предательстве того, кто мне так доверяет, может, я и ответила бы Рону иначе, но... в тот момент я думала про Эдика. Про то, как было подло с моей стороны так поступить. Из-за этого я ответила Рону довольно глупыми и неуместными словами. Не знаю, что он там ещё уловил в моих эмоциях, но сразу расцепил руки и отошёл в сторону, а я почувствовала, что сейчас причинила боль и ему. В этом виновата тоже лишь я.

Я слишком неопытна. Я запуталась.

Теперь мы уже почти подошли к дому, а я до сих пор не знаю, как сейчас будет правильно поступить? Покается перед Эдиком? Расстроить его ещё сильнее расставанием? И стараться сократить общение с Роном до минимума?

 Рон резко возник передо мной, и я впечаталась носом в его твёрдую грудь.

– Почему ты просто не хочешь меня принять? Между нами уже всё случилось. Связь окрепла. Разве ты не понимаешь? Связь, возникшая однажды — она на всю жизнь. Просто прими. Это истинный дар, который дан людям… – он встряхнул меня за плечи вынуждая на него посмотреть. – Ну что же ты молчишь? Я же всю дорогу тебя чувствовал. Все твои эмоции! Прислушайся к себе, что ты чувствуешь?

– Не нужно объяснять мне мои чувства. Ты сам говорил, что для тебя важны не они, что у вас нет такого понятия. Есть только чувство долга и задача обеспечить род сыном, желательно самым сильным. Подумай: ты вернешься в свой мир, а я останусь в своём! Чего же ты тогда от меня хочешь?! – из моих глаз брызнули слёзы!

Рон посмотрел на меня растеряно. Кажется, мои слова попали в цель.

– Да, всё это было так, до того как я встретил тебя. Теперь я даже детей наших с тобой представляю. И самое странное, в голову приходит малышка, похожая на тебя. Девочка! Не сын! Ты понимаешь? Мой мир с тобой перевернулся! – Рон держал меня за плечи, заглядывая ко мне в глаза. Что он хотел в них найти? Есть ли смысл в его фантазиях или наших общих желаниях?

– Рон, в твоих словах нет не смысла ни будущего.

– Есть! Когда найдём способ вернуться... Пошли со мной! Стань моей. – этот решительный взгляд…

Я же должна быть сейчас счастлива? Его слова и решимость отдаются теплом в груди, но…

Я должна реально смотреть на вещи.

– Не думаю, что такая падшая женщина, как я, подойдёт твоему миру. Не забывайся, тебя там ждёт идеальная невеста и... – я спотыкаюсь, так как в груди  всё сжимается в комок.

А-а-а-а, что же я творю?! Кроме того, что я стала предателем я ещё и смею обижаться, ревновать?

То, что уже произошло у нас с Роном…

Как с этим мне жить дальше?!

Зачем он сейчас вообще об этом заговорил?

– Выиграв турнир, я смогу от неё отказаться в твою пользу. – говорит уверенно.

– Прекрати! Мне нравится мой мир, и я в нём останусь! – на этот раз я злюсь на упёртость Рона! Он делает только больнее… – Ты что, не понимаешь? Мы разные! У нас даже кровь разная! Даже если бы у нас двоих хватило ума на эту авантюру, где гарантии, что тебя всё устроит?!

– Почему нет?

– Ты уверен, что у нас вообще могут родиться дети? Да для вас это даже не семья, не дети, а соревнование на производство сильнейшего потомства! А я же… Я же, примитив, рядом с тобой! Это как скрещивать обезьяну и человека! – кажется я осадила Рона этим вопросом. Воспользовавшись его замешательством, я вывернулась и побежала домой.

Если повернуть на ближайшем перекрёстке на соседнюю улицу, и пробежать ещё один дом, меня ждёт спасительная тишина моей комнаты!

Не разбирая дороги я ринулась вперёд.

– Фея! – я вздрогнула и оттого запнулась нога об ногу, с трудом удержав равновесие.

Это был голос Эдика.

Отрываю взгляд от дороги. И действительно, вижу стоящего у своего авто – Эдика.

Он встревожен. Идёт ко мне.

Падение в обморок.

Фея

Растерянно останавливаюсь, понимая, что где-то позади идёт Рон…

 Эдик быстро сократил оставшееся расстояние и обеспокоенно заглянув мне в глаза, порывисто прижал к своей груди.

– Всё хорошо, я рядом. – утешает меня, совершенно не зная причины…

Я не нашла ничего умнее, чем расплакаться у него на груди. Неправильно, глупо, подло — но, в его заботливых объятиях меня прорвало так, что я не в силах остановиться.

Чувство вины перед Эдиком нестерпимо гложет, и вместе с тем я чувствую, насколько родными для меня стали его объятия.

Я не хочу его терять!

Да, я наделала кучу ошибок, но… Эдик… он такой родной. Возможно это последний раз, когда он меня обнимает.

От этих мыслей у меня вырвалась новая волна рыданий.

– Фея. Что случилось? Это он тебя обидел? – Эдик поднял моё лицо, убирая непослушную мокрую прядь с глаз, и с яростью посмотрел мне за спину.

Содрогнулась кожей, почувствовав подходящего к нам Рона.

– Нет. Идём в дом. – выдавила я из себя, опомнившись.

Чтобы сейчас не происходило, пусть происходит подальше от любопытных глаз. Не посередине улицы.

 Ведь хуже, чем есть, быть уже не может, правда?

– Кто этот мужик? – спрашивает Эдик, уводя меня к дому. Я ожидала от Рона агрессии, но он её не проявлял. Я лишь слышала его тяжёлую поступь за своей спиной. – Вы шли вместе? Из-за него ты плачешь?

– Это Рон. Он гость. У нас проездом. – я остановилась перед дверью и несмело развернулась, встретилась взглядом со стоявшим немного поодаль от нас Роном. Странно, но в его взгляде не было агрессии.

Пока шла спиной к нему, уже успела ко всему подготовиться, но не ожидала подобного.

– Заходите. – вот так коротко, Рон обозначил свою позицию.

Больше всего сейчас я боялась причинить боль Эдику. Я и без того чувствовала себя подлой предательницей. Это гадкое чувство никак не хотело меня отпускать. Так мне и надо… Сама виновата, что неспособна понять собственные чувства.

Молча мы прошли в гостиную.

Эдик так и не отошёл от меня ни на шаг. Он посадил меня рядом с собой и вновь успокаивающе обнял.

– Не хочешь рассказать, что случилось? – заботливый голос вызвал новую волну боли в груди.

Я помотала головой и уткнулась носом в его плечо. Что я могу ему рассказать? Не хочу от него ничего скрывать. Только ему меня судить. И сказать болезненную правду не могу. Понимаю, что мои слова станут для нас с ним концом. А этого я боюсь больше всего.

Он не простит…

– Тогда я скажу. – от слов Рона внутри заледенело, но его последующие слова стали неожиданностью. – У нас с Феей слишком разные взгляды на жизнь. Мы с ней часто не видим границы, где должны остановиться. Думаю, это по большей части моя вина. Впредь, я постараюсь её больше не расстраивать.

– Ты не мог бы принести ей стакан воды. – спокойно попросил Эдик Рона.

– Сейчас. – на удивление Рон ещё и вернулся со стаканом воды, передав его Эдику.

Как же странно это всё наблюдать... Как в тумане… Будто это неправильный сон.

Мир в глазах сначала потерял краски, а затем зарябил, словно чёрно-белое кино через помехи.

В голове стало неожиданно пусто…

Очнулась я, оттого, что меня тормошили в четыре руки.

Судя по влажности моей одежды, меня уже неоднократно сбрызнули водой.

С трудом открыла глаза.

Удивительно, из них все ещё текли слёзы. Почему я вновь начала непроизвольно всхлипывать? Как остановиться?!

Эдик со стаканом, который был уже почти пуст, подсел, ко мне на диван, приподняв мою голову и устроив её на своих коленях. Чуть придержав ладонью за спину, дал попить воды.

Было неудобно пить с неестественно согнутой шеей, и я присела, осушив стакан до дна.

Вода действительно помогла прервать всхлипы. Убрав стакан, Эдик тут же, ладонью, прижал мою голову к своей груди, и я замерла, слушая его сердце.

– Так это и есть твой парень? – спокойным, и я бы даже сказала, дружелюбным тоном спросил Рон.

Только у меня от этого вопроса каждый волосок на теле стал дыбом!

– Да. – ответила я еле слышно, сжимаясь от страха внутри и сильнее прижимаясь к Эдику, будто бы это могло защитить его от правды.

– Неужели Фея про меня говорила? – спросил Эдик у Рона, заботливо стирая мои слёзы и мягко улыбаясь, стараясь заглянуть в глаза.

– Довольно часто. Даже в самые неподходящие для этого моменты.

– Правда?! – прозвучал смущённый голос Эдика. Лица я не видела, так как от стыда уткнулась в его плечо лбом. – Я тоже только о ней и думаю. Даже вопреки всему, вырвал несколько часов, чтобы провести это время с ней. – Эдик немного нагнулся и поцеловал меня в лоб, чуть касаясь. – Я соскучился! – прошептал так мягко, что я чуть не задохнулась от эмоций!

– Мне тебя тоже не хватало. – вырвалось у меня, чуть слышно, а мои руки крепко обняли торс парня.

«Не хочу терять!», «Не хочу терять!», «Не хочу терять!» – вместе с пульсом набатом билось в голове.

Мои слова были искренними, но мою вину это не умоляет. И что задумал Рон?

Я скосилась на мужчину.

Стоит с непроницаемым лицом. При взгляде на него из моих глаз снова потекли слёзы.

Мне же самой это нравилось! Нравилось плавиться в его горячих руках… Да что же я за человек такой!

– Фея. – спокойным ровным тоном окликнул Рон. Прекрати уже, так мучиться. Я тебе больше даже слова против не скажу. Прошу, успокойся.

Внезапно буквально в два шага Рон преодолел разделяющее нас расстояние и вдруг присел на корточки, рядом с нами и взял меня за руку.

Вдруг шквал эмоций прорвался в меня через это прикосновение! Я будто почувствовала все его чувства. Слов здесь и не нужно. Но среди этих чувств я не нашла ненависти к Эдику, разве что неприязнь, больше похожая на боль.

Рон улыбнулся потрепав меня по щеке и меня немного отпустило.

– А я тебе очередной сюрприз приготовил! – попытался отвлечь меня Эдик позитивом.

– Спасибо. Ты такой заботливый. – и снова эти предательские слёзы выступили... Точнее, слёзы предателя.

В этот момент я услышала звук открывающейся двери.

Уже Мьяна вернулась?

– Что случилось? Фея, почему ты плачешь? Кто тебя обидел? – кинулась подруга с расспросами.

– Всё уже в порядке.  – быстро подобралась я!

Вот кто знает меня лучше всех и сейчас запросто может меня расколоть.

– Незаметно. – смотрит скептически.

– Мальчики дали мне воды, и я снова в строю! – заявляю преувеличенно бодро!

– Мальчики?! –Мьяна задумчиво оглядела «мальчиков». – А мы разве всем составом едем?! – спрашивает у меня.

– У вас другие планы? – спрашивает Эдик, ещё и виноватым при этом выглядит. – Наверно сегодня я совсем не вовремя со своим сюрпризом. Давай перенесём? – уточняет у меня.

– Если это возможно. – виновато смотрю в ответ, понимая, что не заслужила. – Ты не обидишься? Извини.

– Эй, ты почему извиняешься? Сам виноват, что заявился без предупреждения. – Эдик прижал меня ещё крепче к своей груди, от которой я только что усилием воли отстранилась.

Странно, но это успокаивало, приносило некое чувство уюта, уверенности, — даже несмотря на ситуацию.

– Эдик, если у тебя были планы на Фею, она сегодня наш водитель! – ставит его в известность Мьяна.

– Ты что?! – воскликнул Эдик. – Глянь на неё. Какой из неё сейчас водитель?! Сам отвезу куда нужно. До восьми вечера я полностью свободен. Успеем?

– Думаю да. До восьми точно уложимся, но тогда сейчас не поужинаем.

– В восемь у меня видеоурок с преподавателем. У нас разные часовые пояса и чётко ограниченное время. Отменить никак не могу. – извиняющимся тоном произнёс Эдик.

– Успеем. А ужин подождёт! – заверила его Мьяна. – А ты поедешь с нами, Фея?

– Поеду. – ехать никуда не хотелось, но мысль о том, что парни окажутся в одной машине, просто не оставляла мне выбора. Всё-таки маг против обычного парня, это перебор. Я вообще не понимаю, что творится в голове у Рона. Слишком он себя невнятно ведёт. Слишком спокойно реагирует для «варвара» с мечом наперевес. – Только переоденусь сама и выдам вещи Рону. Ты пока всё-таки перекуси перед дорогой. Может и Эдик согласится тебе компанию составить.

– У меня перед последней парой было окно. Я поела в академии. Пойду помою яблочки, чтобы погрызть в дороге, а то последнее время стало укачивать. Да и переодеться тоже не помешает. Эдик, пойдём, я тебе что-нибудь разогрею. Кофе? – предлагает подруга, увлекая его за собой.

– Рон, пошли. Ядам тебе во что переодеться. – зову за собой мужчину, собрав всё своё самообладание.

Всё-таки мы взрослые люди. Наверное, это и есть взрослые отношения, про которые никто не может сказать, что с ними всё просто.

Мы с Роном спустились в подвал. Я достала ему светлые брюки и белую льняную приталенную рубашку.

– Рон. После моря тебе нужно принять душ. Можешь занять ванную на первом этаже. Переоденешься в вот это. Где лежат чистые полотенца, ты уже знаешь. И... Ты ведь никогда ещё не ездил на машине? – стараюсь перейти на нейтральную тему. Не лучший выход делать вид, что ничего не случилось, но… как мне быть иначе, не знаю. Мысли и чувства до сих пор в раздрае и предательницей я себя чувствовать не перестала.

– Фея, ты точно в порядке? – сдержанный тон Рона, как и сам вопрос, заставляет застыть на месте.

Я сдержанно кивнула в ответ, сглотнув. Воздух вокруг нас кажется тяжёлым. Неловкость нарастает.

– Насчёт машины — нет. Но я собирался попросить тебя об этом. – делится Рон. – Больше всего мне интересно прокатиться на самолёте и длинном поезде. У нас ничего подобного не существует! – бодро начал он и будто для себя добавил:

– Если бы всё не было так сложно.

– Мне жаль, что мы с тобой оказались в такой ситуации.

– Мне тоже. И даже после такого, ты выбрала не меня.

– Ты ведь и без моих слов всё понимаешь.

Рон кивнул, подтверждая мои слова.

– Я говорил. – добавляет с небольшой задержкой. – Я знаю всё, что ты чувствуешь.

– Но для меня подобное недоступно. Я могу лишь догадываться, что чувствуешь ты. Лишь поэтому я сейчас спрошу прямо, в надежде на такой же прямой ответ.

– Спрашивай.

– Твоя реакция на Эдика... Почему вдруг так? Надеюсь, ты ничего не задумал против него? Если так, то ты неправ. То, что произошло, в этом лишь моя вина.

– Я не начинаю войну там, где в противостоянии нет смысла. Этот мальчишка открыл мне глаза. Он любит тебя. Лишь через него я понял истинное значение этого слова, которое вы здесь всё без устали повторяете.

– Понял? – мне вот вообще теперь ничего уже непонятно.

– Его эмоции и чувства для меня так же прозрачны, как и твои.

– Как и мои? – повторяю эхом.

– До этой встречи так ярко я чувствовал лишь тебя, но этот мальчишка… он слишком невинен и чист, чтобы с ним воевать. Мне это не нравится. Одно дело чувствовать свою женщину и совершенно другое, чувства другого мужика, к ней.

– Почему? Это всё неправильно. – шепчу.

– Я сам ещё не пришёл к выводам. Подобного случиться не должно. Если упростить для твоего восприятия: то вы с ним на одной волне. Ваши чувства словно сливаются, в нечто единое. Мне неприятно делать подобные выводы, но вы двое, нечто целое. Я не могу вмешиваться. Никто не должен идти против природы.

– Извини, но я не могу не спросить... Мне сложно, – я замираю, ненавидя себя за подобный вопрос, – но… раз уж мы откровенны… – встречаюсь с полным боли и понимания взглядом. Рон, без сомнения, чувствует меня. – Ты…

–Я?

– Я не чувствовала подобного ни к кому. – я перешла на шёпот. – Почему так? До встречи с вами меня вообще парни не волновали. У тебя есть ответ? Вы такие разные, и эти чувства, тоже — разные…

– Знаю... – голос мужчины звучит мягко, утешающе.

– И… я виновата. Перед тобой и перед ним. Но я… это всё сильнее меня и я не знаю, как с этим справится.

– Этого не объяснить парой слов.

– Пожалуйста. Мне нужно знать. Что со мной не так? Я плохой человек, да? Ты имеешь права так сказать.

– Всё так. Мне самому было бы проще жить, не зная твоих чувств, но теперь я их чувствую и довольно ярко, — словно свои. Настолько, что иногда даже путаю, кому из нас они принадлежат. Иногда они и вовсе, сливаются в унисон.

– Я почувствовала нечто подобное. Но это ведь пройдёт?

– Ошибаешься. И этому есть лишь одно объяснение: то, что произошло сегодня, закрепило нашу связь. Более того, с закреплением нашей связи  во мне пробудилась магия связей. Это невероятно, но это произошло впервые за несколько поколений и именно с тобой, в мире, где местная магия совершенно этому не способствует.

– Тебя это настораживает? Из-за меня что-то идёт не так?

– О причинах говорить рано. Но происходящее со мной странно... Я даже ещё не занял трон, при этом нахожусь в чужом мире. Магия связей даже в ритуальном зале, в сосредоточении родственной моему народу магии, пробуждается далеко не в каждом правителе. Может это влияние кольца, принявшего меня как правителя? – он задумчиво прикоснулся к висящему на шее перстню, на кожаной верёвочке.

– Так дело в кольце?

– Как вариант. Но пробуждению Магии связей могла поспособствовать и ты. Твои эмоции, к ним я оказался не готов. Они кипятят мою кровь, ещё больше искушая,  притягивая к тебе. Первое звено в формировании магии связей это формирование связи с важным для тебя человеком.

– Так дело лишь в эмоциях?

– Эмоции, это лишь последствия действий. Связь не сформировалась бы, держись мы от друг друга на расстоянии.

– Связь между нами… Тогда при чем здесь Эдик. Я ничего не понимаю. Ты тольуо что сказал, что тебе нельзя вмешиваться, но исходя из этих слов, вмешался он.

– Ты действительно ничего не  поняла. За счёт нашей с тобой связи я вижу и вашу с ним связь. Он для меня так же ярок, как и ты. Нашу с тобой связь можно описать как огонь, страсть, власть. А ваша с ним – необходимый воздух, нежность, самопожертвование.

– Самопожертвование?

– Когда мы с ним столкнулись, он был готов отдать все, взять все невзгоды на себя, лишь бы тебе не было плохо. Он даже готов был накинуться на меня, чтобы защитить, хоть уже и прикинул, что я серьёзный противник. В нём не было страха за себя. Он так ярко чувствует, что даже мысли его читать не нужно. Ты для него всё... Я был потрясён. Теперь я тебя понимаю, — почему он. Рон хотел прикоснуться к моей щеке, потянувшись, но в нерешительности замер и опустил руку.

– И твои слова... Ты во всём была права, теперь я понял смысл многих. Впервые я ошибался и не видел истины.

– Я права? Мне уже кажется, что кроме ошибок в последние дни, я ничего не совершаю.

– Это не твоя вина. Но ты должна знать. Я тоже тебя люблю. Благодаря тебе, только сейчас, сегодня, я понял, насколько важны чувства как таковые. Спасибо, что научила меня им. Магия связей не пробудилась бы без них.

– Я... я не знаю, что сказать.

– Не нужно ничего. Я это сказал, чтобы ты знала, а не ради ответа. Иди. Тебе нужно собраться. Долго проговорили. До отбытия у нас осталось мало времени.

Через двадцать минут мы уже все были на улице. Мьяна просто светилась. Мы с Роном удерживали нейтральный вид, стараясь унять внутреннюю бурю. Мне было ещё не по себе: и от произошедшего, и от откровенного разговора, и оттого, что всё это я сейчас транслирую Рону.

Мне стало его жаль. Если бы только он меня не встретил!

Рон резко посмотрел на меня и укоризненно покачал головой. Верно, жалость, действительно оскорбительна, для такого, как Рон. Теперь он уловил от меня благодарность.

Да всё же, я очень благодарна ему за адекватность, за то, что не стал создавать мне ещё больших проблем. И за то, что попытался понять и принять происходящее со мной, тоже.

– А у твоего парня машина гораздо круче, чем у моего. – пошутила Мьяна, восхищённо проводя рукой по капоту спортивки.

– Спасибо твоему парню. – откликается Эдик. – без него у меня бы не было такой машины.

Эдик вернул улыбку Мьяне, а залипла на ней я. Ох и улыбка у него! Да даже наша холодная Мьяна под ней буквально растаяла.

Инстинктивно, я внутренне даже возмутилась, забыв обо всём.

А ну, не путать женихов!

Опомнившись, посмотрела на Рона, но тот всего лишь усмехнулся.

Мужчина явно держится лучше, чем я. Хотя, по сути, любая другая на моём месте была бы вне себя от счастья, если бы к ней проявляли внимание два таких шикарных парня, да ещё и выходки терпели. Для меня же, это сплошная внутренняя борьба.

14.5 Волшебный поиск или что это происходит?

Фея

Мы сели в машину. Переднее место я уступила Рону. Пусть сполна насладиться поездкой.

Рон с большим интересом рассматривал внутреннее устройство машины и с неменьшим интересом следил за действиями Эдика.

– А ты водишь? – заметив интерес, Эдик задал вопрос Рону. – Какая у тебя машина?

– Не вожу, но хотел бы.

– Так что тебя останавливает?

– Там, где я живу, в основном пользуется морским транспортом.

– У тебя есть корабль или яхта?! – оживился Эдик. – И ты умеешь управлять?!

А я-то уже настроилась на гробовую гнетущую тишину в машине. Рон не перестаёт меня удивлять. А Эдик, разумеется, ни о чём не догадывается и сейчас с восхищением смотрит на Рона. Тот ему явно понравился.

– Есть, и не один. Если нужно, то управляю.

– Покатаешь?!

– Не думаю, что получится. Я слишком далеко отсюда живу. Но если вдруг окажешься в моих краях, то сколько угодно.

– Фея, а зачем вам нужно ехать на окраину города? – этот вопрос Эдик адресовал уже мне.

– Недавно там стоял табор. Мы надеемся, что он там задержался. Нам необходимо его найти. – Ответила Мьяна.

– Табор? Зачем вам табор? Они что-то у вас украли?

– Наоборот, дали слишком много. – ответила Мьяна.

– Нам нужны ответы. – дополнил Рон.

– А что дали?

–  Извини, я не могу рассказать тебе больше, пока не обсужу это с твоим отцом. – оборвала вопросы  Мьяна.

– Это связано с тем, что отец так внезапно подорвался и остался жить у вас в доме? Очередное увлекательное исследование? Я уже не ребёнок, чтобы от меня скрывать. Тем более что моя девушка уже явно в курсе.

– На этот раз не исследование. Наверно правильнее назвать это приключением! – ответила Мьяна.

– А почему вы не хотите рассказать всё парню? Я правильно понимаю, что Рин, его отец и он часть вашей семьи? – уточнил Рон. – Мне кажется по отношению к нему это неправильно.

– Такой у меня отец. Он воспринимает благосклонно только мои достижения, ставит новую планку и сам для себя решает, когда к чему я готов. Сейчас я пытаюсь доказать, что со мной пора считаться, изменить его отношение, заставить увидеть меня другим. Но дело сдвигается с трудом. – наивно делится Эдик.

– Как и у меня с моим отцом. Он впервые меня похвалил в день моего прибытия сюда. Хотя и жестоким он со мной никогда не был. Тоже всегда ждал от меня новых достижений и диктовал условия. В тот день, я надеялся положить этому конец.

– И как? Получилось?

– Почти. Кое-кто вмешался в самый неподходящий момент. И вот, теперь я здесь с вами, катаюсь на этом чуде техники.

– Рон, а расскажи всё Эдику сам? – предложила Мьяна. – Только когда мы приедем на место. Водителя от вождения отвлекать опасно. Тогда у Рина претензий к нам с Феей не будет. По большому счёту только тебе решать, с кем делится своим секретом.

– Да что у вас за секреты такие, про которые не знаю только я? – Эдик взволнованно улыбнулся нам в зеркало заднего вида .

– Фея, а он правда на вас двоих сейчас обижается. –  выдал Рон.

– Ты что мысли читать умеешь? – хмыкает Эдик.

– Нет, только эмоции, но не у всех людей так ярко, как у тебя.

– Рон. Эдик ещё за рулём. – напомнила Мьяна. Давайте лучше пока музыку послушаем.

Некоторое время мы ехали, думая под музыку о своём.

– Эдик, останови не остановке. – попросила Мьяна и я поняла, что мы подъезжаем. – Мне от неё по тропинке легче сориентироваться будет.

Мы припарковались, вышли из машины и пошли за Мьяной. Она повела нас по узкой тропинке, на которой рядом могли разместиться лишь два человека.

Довольно скоро мы дошли до места. О том, что здесь совсем недавно располагался табор, не было ни намёка. Даже трава на поляне колосилась так, будто по ней никто никогда не топтался.

Я ещё раз уточнила у Мьяны не напутала ли она с местом, но та заверила, что именно здесь стоял табор. А вот к этой берёзе один цыган привязал коня после выступления. Мы подошли ближе к берёзе, на ней угадывались характерные следы.

Сомнений не оставалось. Табор ушёл.

Мьяна тут же позвонила Рину, поделившись новостью, и напомнила дать поручение о поиске табора.

– Рон, не переживай, мы быстро его найдём. Табор слишком яркий и заметный, чтобы затеряться.

– Может теперь, расскажите? Почему этот табор, для вас настолько важен, что вы готовы его искать? – Эдик испытывающе посмотрел на меня.

– А что конкретно тебя интересует. – спрашиваю. Наверное, с моей стороны лучше рассказать самой. Не думаю, что Рону приятно лишний раз общаться с Эдиком. Может, он это лишь из вежливости так поступает?

–  Как после того как здесь потоптался целый табор, плюс добрая часть жителей города, трава даже не вытоптана? И вообще... – Эдик не успел договорить и запнулся на полуслове.

Да я и сама замерла с открытым ртом.

Вид был потрясающий!

Трава, переливающаяся на солнце, нежно заискрилась из земли где-то на уровень моей талии медленно поднялись предметы и… И застыли в воздухе!

Рон, будто волшебник из сказки шёл по этому полю, просматривая их.

Это были деревянные палочки, гвозди, более крупные камни. Среди этого кое-где поблёскивали украшения и кусочки крупного стекла. Кстати, после того как Рон прикоснулся к камню. Подобные ему, то есть все камни, синхронно опустились  на землю. И выбор значительно сократился. Всё что интересовало Рона, поместилось у него в ладони. Весь остальное, — мусор, одним пальцем руки, он направил в общую кучу, и тут же превратил в пепел.

Не знаю о чём я должна была думать в данный момент, но у меня промелькнула мысль: "Хозяйственный мужик, везде убирается!"

Я даже им загордилась, а он, видимо, считав мои эмоции, повернулся и искренне мне улыбнулся.

Сердце моё, бейся уже ровно, а?

Рон прошёл мимо ошарашенного Эдика прямиком ко мне и показал содержимое ладони. Вид был у него немного уставший, как от изнурительного умственного труда.

– Посмотри на это. Может что-то покажется тебе подозрительным или непривычным?

– Не думаю: вот это обычная, возможно, даже не серебряная, цепочка. Это, чья-то довольно современная серёжка. А это и вовсе брелок, который потеряла собака. Наверно здесь выгуливали.

– А это?

– Простой камень змеевика. А вот это мелкая пластиковая игрушка, скорее всего, из шоколадного яйца. Все, кроме золотой серьги никакой ценности не представляет. Можешь уничтожить, как и остальной мусор.

Эдик всё это время ошарашенно наблюдал за нашим с Роном спокойным диалогом.

Мьяна тоже, видимо, была впечатлена, так как тоже стояла застывшим изваянием в стороне.

Рон, видимо, не выдержав яркости эмоций Эдика, развернулся к нему и с улыбкой, которой я даже не ожидала увидеть по отношению к Эдику, сказал: "Готов ответить на вопросы, если они ещё остались. Лучше ведь один раз показать, чем целый вечер рассказывать?"

– Вопросы? Шутишь! Да они, наоборот, появились! – восхищённо сказал Эдик! – Как ты это сделал?!

Вот мальчишки! Эдик молниеносно подскочил к Рону, закидав того восторженными вопросами.

Рон, посчитав что парой фраз не отделается, предложил присесть на поваленное чуть поодаль дерево. По высоте оно вполне годилось вместо скамьи, хоть малость и высоковато. Я ещё раз отметила нехарактерное для наших земных мужчин поведение. Рон спокойно общается с Эдиком. Не злится, не ненавидит, не пытается показать превосходство или задеть, а спокойно идёт ему навстречу. От этого я прониклась к нему уважением ещё больше.

Нам с Мьяной было очень интересно послушать всю историю, но уже с точки зрения Рона! В какой-то момент я поймала на себе укоризненный взгляд Рона. Он даже прервался ради него.

Ах да! Я так увлеклась его рассказом, что залипла на его губах и в голове всплыли наши жаркие поцелуи, разнося блаженство по всему телу.

Намёк был понят, и я переключилась на Эдика. Но вот беда! Там тоже есть на что посмотреть: горящие восторгом глаза, искренняя обворожительная улыбка, красивые пряди светлых волос, касающиеся уголков глаз!

Он точно принц из сказки, которого я представляла в детстве! Предупреждающий кашель вырвал меня из сладких раздумий, и я со вздохом перевела взгляд на Мьяну, которая сидела со стороны Рона. Я же на свою буде сидела на пеньке напротив них.

И кто придумал эти глупые законы, в которых у женщины может быть только один муж?

Мальчишки явно нашли общий язык и так вдвоём и направились к машине. Теперь они уже перескочили с машин на лошадиные силы и разговорились о лошадях. Рон просил Эдика сопроводить его на наш ипподром. Эдик же тому в ответ, сверху ещё и зоопарк предложил посетить! Причём всей компанией. Рон заверил его, что никуда не уйдёт из нашего мира, пока всё это не увидит!

Мы с Мьяной плелись следом, изредка соглашаясь с фактами того, куда нас повезут. На минуту Рон стал серьёзным и предупредил, что это всё только после того, как мы разыщем табор. Эдик торжественно пообещал помогать в поисках всеми силами и возможностями! А я шла и думала: «Что сейчас происходит? И вообще: это нормально?!»

Мой друг из другого мира
День восьмой, вечер Эдик

Я так сильно увлекся произошедшим и разговором с Роном, что совсем забыл про время. Я уже конкретно опаздывал, однако старался ехать, не нарушая правил.

Стоит отцу узнать, и он устоит мне разнос, что именитый учёный, ждёт такого неблагодарного как я. Но мне было совершенно не до учёбы! Да кому на моём месте бы было?!

Рон оказался очень интересным собеседником. Мало того, что загадочным, так ещё и необычно простым в общении. 

Мы ехали, продолжая начатый разговор. У Рона, как оказалось, было не так много времени, и, как бы тот не хотел остаться погостить здесь дольше, – не выйдет. Ему нужно возвращаться. Всем составом, мы активно обсуждали чем можно занять промежутки между делами. Теперь, когда мы едем в машине, девушки начали генерировать свои идеи досуга.  Конечно, может и неправильно называть девушкой свою будущую мачеху, однако по-другому я её теперь не вижу.

Этот момент, да и происходящее со мной кажется волшебным сном. 

Странно оказаться в одной дружеской компании с собственным отцом, узнать, что он как и я влюбился и увидеть его совсем с другой стороны. 

Однако мне очень нравилось то, что я вижу! Это заставляет меня пересмотреть некоторые взгляды на наши с отцом отношения и на жизнь в целом. 

Подумать только! Столько нового пришло в мою жизнь, меньше, чем за одну неделю! Я на секунду оторвался от дороги и перевёл взгляд на соседнее сидение. Рон смотрел в окно, разглядывая город и отвечал на шквал вопросов, разговорившейся Мьяны.

Он удивительный! Несмотря на свои уникальные способности, он ведёт себя с нами как с равными! Хотя стать и выправку, а также некоторые характерные жесты у него не отнять, микробом рядом с ним себя не чувствуешь. 

Рон очень многое у меня спрашивает, интересуется, уточняет, а также даёт не менее полные ответы на мои вопросы.

А ещё, он очень внимательный! Сейчас он первым заметил, что я нервничаю и тороплюсь, а потому предложил решение: воспользоваться для видеосвязи ноутбуком, стоящим у него в комнате. Я, конечно же, сразу согласился! 

Было очень интересно посмотреть на его комнату. Однако каким же было моё удивление, что он до сих пор живет в том же подвале, где его держали первые два дня.

На моё возмущение он же меня и успокоил. Ответил, что сам так решил. Его вполне устраивает это просторное и спокойное помещение.

Мы начали спускаться по не слишком широкой лестнице. Внутри я все ещё негодовал! Как можно так встретить и расположить гостя из другого мира?! 

Однако, как оказалось, подвал я представлял себе совершенно иначе… Окна под потолком были достаточно большими. Хоть уже и вечер, но не думаю, что в помещении без света было бы совсем темно. Помещение и правда было очень просторным и чистым. Только в одном углу оказалось груда каких-то хранящихся вещей, выдающая в нем истинное назначение. А так, вполне уютная жилплощадь получилась. Мы в общаге с отцом, в гораздо худших условиях ютились, да и сейчас площадь нашей квартиры не слишком превосходит этот подвал.

Под одним из окон, стоят два плетеных кресла и столик, в том же стиле. Смотрится очень даже органично. Кровать, тумбочка, телевизор, с приличной диагональю и ноутбук. 

Я просто не смог удержаться и спросил, как так можно быстро научиться всем этим пользоваться? Это уже не говоря о том, что разговаривает Рон, без малейшего акцента! Встретив его на улице среди толпы, я бы его конечно выделил, но только за счет необычно высокого роста и мощного телосложения. Хотя и у нас богатыри, выше двух метров рождаются. В общем, со стороны Рон такой брутальный мужик с манерами.

На мой вопрос он ответил, что он знает далеко не всё, но продолжает узнавать мир. Что касается техники, то ему показали несколько кнопочек которыми он и пользуется. Пока что он выучил только язык и научился пользоваться мышкой и поисковыми запросами в интернете. (Да, такая мелочь, за целую неделю пребывания в новом мире…). Он ещё и скромный! 

Пятьдесят процентов моих знакомых, на его месте, давно уже бы уже начали разводить понты.

Рон сам включил для меня ноутбук и пригласил сесть. С легким удивлением я узнал в устройстве мой бывший ноутбук, который год назад отец забрал к себе на работу.

Я сел за ноут, на автомате ввёл пароль и под удивленный взгляд Рона, вошел в систему! 

Надо же, третий хозяин, а пароль не сменили! 

Это они неосторожно.

Сейчас у меня осталось целых десять минут до начала занятия. И мы заняли их общением. Рон с живым интересом расспрашивал, что за человек мой учитель и чему я у него учусь. Какие учителя меня посещают. Я рассказал в двух словах и глаза Рона загорелись! Я не удержался и сам предложил ему поприсутствовать на занятии, – он с радостью согласился. 

Я торопливо открыл свои записи с прошлых занятий с выполненными заданиями. Хотел успеть показать из Рону. 

Его даже немного удивило то, что я во всём этом разбираюсь. В его глазах я даже увидел уважение. Это было особенно приятно, учитывая то, кто сидел рядом со мной.

Всю лекцию Рон сидел так, чтобы не попадать в кадр. Во многое он даже умудрился вникнуть, – это я понял по изобилию вопросов после завершения урока. 

Как оказалось, его очень интересовало наука. У себя дома он тоже многое изучал, но из-за того, что за счёт магии их человеческие возможности гораздо шире наших, многое делается именно с помощью магии. Наука так глубоко у них не продвинулась. Он попросил меня рассказать про нашу науку в целом. 

Странно, почему меня? Ведь с отцом они видеться каждый день, и он явно мог бы рассказать больше чем я. 

Тем не менее, мне было приятна подобная просьба и я рассказал, довольно сжато, но основные виды наук  не пропустил,  тут же находя в интернете давал о них краткое визуальное представление. Если аналоги алгебры и геометрии в мире Рона были, то химия и биология ограничивалась только перечислением видов веществ, минералов или животных и их характерными особенностями. А на траву они вообще внимания не обращали, если она не съедобна. 

Медицина, как оказалось, у них не развита совершенно. Да и зачем?!

Я был в шоке, когда узнал, что люди у них не болеют. Наш разговор протекал довольно приятно, с улыбками и даже, временами – шутками. Рон даже рассказал парочку из их мира. Одна из них была создана явно под их менталитет, я же её совершенно не понял, даже не уловил в каком месте нужно смеяться. 

Что удивительно, нас никто не беспокоил, и мы спокойно могли беседовать. Никогда не думал, что я заведу друга из другого мира! Да именно такие чувства после общения с ним я испытывал. Так комфортно общаться можно лишь с друзьями! Даже сложные вещи удавалось объяснить легко, так как мы понимали друг друга с полуслова, будто знакомы далеко не первый день. 

Неожиданно он задал вопрос о моем положении в обществе. К чему стремятся здешние мужчины? Какие у меня планы на жизнь с той, которую выберу?

На счет моего положения я немного смутился. По сравнению с ним я сейчас пока никто: так, студент третьего курса, хоть и иду экстерном. А на счёт той, которую выберу, — ответил, что с выбором уже определился и сомнению он не подлежит. А планы у меня, как и у всех нормальных людей – быть счастливым рядом с человеком, который это счастье разделяет.

– Доброй ночи. – в комнату вошел отец. Я посмотрел на часы и опроверг.

– Ещё только одиннадцать вечера, так что добрый вечер.

– Мьяна спускалась, чтобы позвать вас на ужин, но вы так увлечённо беседовали, что она не стала вас беспокоить. Тебе, Эдик, разве не пора домой? – строгий взгляд отца.

– Дом, это там, где тебя ждут и где твоя семья. А вся моя семья здесь! Так что я намерен остаться в этом доме. По крайней мере сегодня. – я воодушевился общением с Роном и решил позволить себе немного понаглеть! 

– Я бы сам предложил, но здесь нет места. Сам сплю в гостиной и диван там не разбирается.

– Так я здесь, с Роном! Рон, ты же не против моей компании? Сможем ещё много о чём поговорить! – я столкнулся с озадаченным, если дежа не растерянным лицом Рона и даже испугался, не обидел ли я его своими словами? Это здесь у нас ночевки у друзей приняты. О чем я и поспешил ему сказать. 

Ну да, почти король, правитель... а я к нему с ночёвкой лезу. 

Не укладывается у меня в голове личность Рона с его занимаемым положением. 

Рон понаблюдал за моим нарастающим смятением и уже привычно мягко мне улыбнулся.

– Я не против, если ты останешься здесь ночевать. Я тоже с удовольствием ещё с тобой пообщаюсь. 

Отлегло. Рад, что не обидел. Рон как-то через чур отреагировал на мой еле слышный вздох облегчения. И тут меня шандарахнуло! Он же говорил, что чувствует мои эмоции... – Отец, услышав ответ Рона, кивнул и пошел наверх.

– Ты сейчас знал всё. что я чувствовал?

– А ты только что вспомнил мои слова?

– Ты можешь закрыться от моих эмоций? Неловко как-то когда тебя как открытую книгу читают.

– Полностью не могу, они слишком яркие.  Да и смысла нет. Они все у тебя на лице дублируются. У тебя очень тонкая мимика. Интересно за тобой наблюдать.

– Когда ты среди людей, как ты не сходишь с ума от всего?

– Я не всех чувствую, как тебя. Рина довольно слабо, а чтобы ощутить эмоции Мьяны, мне нужно приложить усилия.

– А Фею?

– Так же, как и тебя. – ответил как-то слишком отстраненно. 

– Наверное потому, что мы с ней любим друг друга! – сказала я, не уследив за языком и резко затосковал по ней, вдруг вспомнив, что именно с ней планировал провести сегодняшний вечер до занятий.

– А вот этого не надо. – требовательно сжал моё плечо Рон. – Она сейчас наверху. Возможно ждёт пока мы поднимемся. Просто иди наверх, а не нагоняй здесь щенячью тоску.

Это я неосторожно… 

– Прости, не специально. Я просто ей сюрприз готовил, но он не удался.

Если подумать, он же так и сам через меня по ней тосковать начнет? Нет такого нам не надо. 

Это вообще реально? Вот если взять во внимание, что он чувствует эмоции многих людей, не переносит же он их все на себя?

С этими мыслями я поднялся по лестнице и пошел на кухню. Рон почему-то задержался.

Фея и правда сидела за столом. Выглядела девушка уставшей. Увидев меня – она нежно улыбнулась!

– Вы чего так там увлеклись друг другом? – со смешком спросила Мьяна, пришедшая на кухню за очередным яблоком.

Нет, она ещё и спрашивает?!

– Это я вас не понимаю! Почему вы так спокойно относитесь к Рону?! Он же такой суперский! Неужели вам не интересно узнать про новый мир, да, вообще, поближе узнать Рона, как человека?! Это же удивительная личность! Вы все ведете себя так, будто к вам родственник из соседнего города невовремя приехал, а не волшебник из сказки!

– Почему равнодушно? Просто если я так же восторженно, как ты начну прыгать вокруг Рона, думаю твой отец этого не оценит. – улыбнулась мне Мьяна немного подбросив яблоко в руке и пошла, видимо спать. – А если так будет скакать Фея, не понравится уже тебе. – многозначительно подмигивает.

– Давай я тебя лучше ужином накормлю, тебе же до дома ещё ехать. – подорвалась Феодосия. Странное имя, длинное, но по-своему загадочное и красивое, как и сама девушка. Сейчас, уставшая и такая домашняя, она казалась ещё более нежной и не менее привлекательной, чем с косметикой и при параде. 

Я залюбовался! 

Всегда именно так представлял идеальную девушку, – и я не только о внешности!

– Накорми! – при слове «ужин» я понял на сколько успел проголодаться. Рон, наверное, тоже! – Только я сбегаю Рона потороплю. Он ведь тоже голодный!

Я сорвался с места не дожидаясь ответа, и бегом сбежал вниз по лестнице. Рон отжимался...

– Тоже долго без тренировок не можешь? – я остановился у входа, оценивая мужчину. Обычно я сразу замечаю какие группы мышц недостаточно проработанны. Часто бывает так, что хочется подтянуть здесь и чуть увеличить там. Это касается и собственного теля. Сколько же он над собой работал?! Я раньше считал мне есть чем похвастаться, продолжая приятные, но изнурительные тренировки. 

Сейчас же, я с восхищением смотрю на идеально прокаченное тело, отжимающегося без рубашки Рона. Рон закончил, мгновенно оттолкнувшись от пола, уже встал на ноги и задумчиво глядя на меня кивнул. 

Капец! Он же и все мои восторги сейчас уловил и нотку зависти, а сейчас вот, стыд.

– Нам нужно идти. Нас ждет Фея. – тороплюсь смыться. – Ты же тоже проголодался?

Рон продолжает думать. Видимо на счет того, прерывать ли тренировку. Надеюсь не над моими эмоциями.

– Пошли, не будем заставлять себя ждать. – оттаивает он. – И прекрати уже мной так открыто восхищаться. Смутить умудряешься. – направляет меня вперёд себя и продолжает говорить в затылок. – И ведь делаешь это без капли зависти. Ты действительно удивительный. В тебе только светлые, прозрачные эмоции и много доброты. Это очень странно… для взрослого мужчины, но ты не можешь мне не нравиться.

– А я мог не нравиться? – вдруг насторожился я, и что-то екнуло...

– Обычно я ровно ко всем отношусь. Но, видимо, ты и в правду, особенный. 

Я не знал, как понимать его слова, а уточнять с моей стороны глупо, поэтому я ускорил шаг, взбежав по лестнице.

Нас встретили полные тарелки еды и кувшин грушевого сока. 

Обожаю его с детства! 

Наверно мы были действительно слишком голодны, уплетая еду молча, не отвлекаясь на разговоры. Фея наблюдала за нами, хлопотала добавляя еды на стол. Сок я наливал сам.

– Похоже у нас ещё один любитель грушевого сока завелся. – улыбнулась она, разрушив тишину, когда графин опустел во второй раз. – Рон, как появился, ничего вкуснее из напитков, для себя ещё не нашел.

– Да, я заметил. У нас с Роном на многое вкусы одинаковые! Даже странно, учитывая, что мы из разных миров. – похвастался я.

– Не поспоришь, – ответил Рон, наблюдая, как Фея раскладывает по тарелкам кусочки медового торта. 

– Вот, Рин купил по пути с работы нас побаловать. Еле перед закрытием успел! Хотел за ужином всех угостить в честь радостного события! – Улыбнулась Фея, отрезая тоненький кусочек, видимо себе.

Тут к нам подскочил сам Рин, вышедший из ванной. В серых хлопковых штанах и полотенце перекинутом через плечи.

– Сын, вы уже угощаетесь? 

– Да. А что отмечаем? – Фея гневно посмотрела на папу. Он покаянно сложил руки и сделал страдальческое лицо, а потом с улыбкой повернулся ко мне.

– Не успел тебе сказать. Сам только вчера узнал! У нас Мьяной будет ребёнок!

Я поперхнулся тортом. 

Ну ваще не в то горло и ни в какие ворота! Какой ребёнок в его возрасте?!

Хотя… если припомнить, я же сам недавно отцу про это в шутку говорил. Подкалывал, чтобы он мелкого завёл и воспитывал. 

Да ну… Прислушавшись к себе понимаю, что новость шокирующая, но неприятия я не испытываю, напротив, осознание того, что у меня будет младший брат или сестра, отразилось во мне каким-то необычным, нежным восторгом. 

Я встал и порывисто обнял отца, поздравив его!

Вот почему Мьяна весь день с этими яблоками носиться и про укачивание в машине говорила.

– Будешь ещё с нами торт? – спросила Фея у Рина.

– Не откажусь. – отец подсел к нам, ещё раз быстро промокнув мокрые волосы и оставив полотенце на плечах.

Должен признать для своих лет, мой старик довольно свеж и не без рельефа в нужных местах.

Послышались шаги. Полусонная, немного встрёпанная Мьяна в пижаме и с повисшей вниз, плюшевой обезьянкой в руке, разрушила моё представление о Мачехах!

Шаркая тапочками, она подошла к нам и села на колено к отцу, обняв его за шею.

Я бы уже словам: «Почитай мне на ночь сказку, а то заснуть не могу», не удивился.

 Обезьяна, как и Мьяна, тут же оказалась в объятьях отца. 

Вот как это понимать? А ко мне с десяти лет придирался, что мягкие игрушки для малолеток... 

А вообще эти трое реально милые. Я даже засмотрелся... Отец рядом с Мьяной лет десять сбрасывает. 

Жесть. Он её и из ложечки тортиком кормит! 

Идиллия! 

Между прочим, я тоже не отказался бы так фею покоримить, чтобы наблюдать как мило она открывает ротик, чтобы схватить лакомство. Так. Дышу глубже. Знаю, что для мужчины нормально иметь пошлые мысли, но мне от них становится стыдно, будто я опошляю ими нечто светлое.

– Совсем не спится? – спрашивает Рин, заботливо гладя Мьяну по щеке.

– Совсем никак. Вот вчера с тобой быстро уснула. Уложишь?

Мои мысли про сказку на ночь оказались не так уж и далеки.

– Да, давай только этот кусочек тортика в честь нашего малыша осилим и пойдем?

– Давай! – обрадовалась она, открыв рот. 

Ну, просто очаровательный ребенок! Еще и более мелкий появится и как один отец с ними двумя управляться будет?

Мьяна зевнула, и мило потерла глаза. И как она мне сначала жесткой и нелюдимой умудрилась показаться? Я много раз сталкивался с ней в Академии, когда приходил. Там она другая. Холодная.

Хотя... И отец сейчас, здесь, выглядит иначе. Даже язык чешется называть его просто, по имени.

Мьяна посмотрела на меня, потом на отца, потом на Рона и Фею.

– Первый раз вижу столько красивых людей за одним столом. И где вас только штампуют? И почему я не оттуда? – Она сложила брови домиком и совсем слегка надулась. На Рина это произвело убойный эффект, и он чмокнул её в нос! – Мы переглянулись с ребятами и по-доброму рассмеялись.

– Ты сейчас здесь самая милая из всех. – озвучила наверно общую мысль Фея. Мы все немного разрозненно, но подтвердили. 

Тут взгляд Феи перепрыгнул с Мьяны на Рина, чуть дольше задержался на мне, а потом остановился на Роне. Рон ответил ей какой-то странной улыбкой. Такое чувство, что эти двое умеют мысленно общаться. Будто переговариваются взглядами. 

– А и правда, красавчики, хоть на кастинг вас отправляй или в модели! – продолжает рассуждать Мьяна.

– А папа и был моделью. Довольно востребованным, кстати.

– Эдик! Нашел что вспомнить. – одергивает отец, но я смеюсь. Его этот факт биографии почему-то смущает.

– А что? Я до сих пор рекламу помню с твоим участием. Я тогда очень гордился тобой!

– А что, когда твой отец ректором в престижном вузе стал, ты уже не горд был? – подколол отец.

– Папа! Я же тогда был ребенком, а папу по телевизору дома у друзей показывали! Их мамашки меня только о тебе и расспрашивали, с друзьями поиграть нормально из-за них не мог. Зато от гордости распирало! И вообще, крутился бы перед камерами, денег бы быстрей заработал!

– Тогда бы я Мьяну не встретил. – он очередной раз подарил ей легкий поцелуй, на этот раз в висок.

– С этим согласен! А я, возможно, Фею! Молодец, что ректор!

– Ну спасибо, сын, за одобрение! А теперь давайте спать. Рано утром выезжаем. Кстати, от этом: мне сообщили где табор. 

– И где?

– Он уже довольно далеко уехал. Так что всех желающих поддержать Рона в поисках, в шесть утра прошу быть готовыми.

– Так рано?! Поморгала Мьяна, сонными глазами и поёжилась, видимо представляя, насколько влом будет вставать уже через пять часов. 

– Тебе, в твоем положении, я бы рекомендовал остаться дома. – ответил ей Рин. – Но решение за тобой. 

– Конечно поеду! – слегка возмущается. – Ведь с меня все началось. Да и цыганку я эту в лицо помню. 

– Едем на моей машине. Она просторнее и багажник больше. Возражения есть? – отец окинул всех внимательным взглядом! – Возражений нет. Тогда все по койкам! – скомандовал он и все тут же разбрелись, включая нас с Роном, даже не убрав со стола. 

Мы с Роном не сговариваясь направились  не в подвал, а умыться перед сном.

Хоть бы умыться. Про зубную щетку я молчу. 

Однако Рон меня и здесь удивил и даже без магии. Он открыл ящик и достал оттуда новую зубную щетку.

– Держи, с моей только не спутай. Моя темнее. Душ принимать будешь? Чистые полотенца в этом шкафу. – продолжает хозяйничать Рон, принимая меня как гостя.

Ну дает! Ведёт себя так естественно, что я готов поверить будто он хозяин дома, а я, наоборот, здесь пришелец. 

– А ты разве тоже всем этим пользуешься? – киваю на щётку. – Я думал магией.

– Конечно можно, кое-что и магией. Но на счет гигиены и питания мы предпочитаем магию не использовать. У нас и зубные щётки очень похожи на ваши, разве что круглые.

– А у вас тоже есть пластик?

– Нет наши выполнены из слоновьей кости и оснащены грязеотталкивающей щетиной. Так что мы наши зубные щетки можем даже не мочить. Они не нуждаются в споласкивании так как всегда идеально чистые.

Когда мы оказались в комнате Рона, подвалом это помещение язык не поворачивается называть. Я почувствовал себя как-то неуверенно… Ну да, напросился на эмоциях...

– Извини. – не выдержал я молчания. 

– За что?

– Ты наверно привык к пространству и уж никак не к дружеским ночевкам. У меня в голове не всегда складывается реальность и твое высокое положение там. – Почему-то я показал пальцем в небо, точнее в потолок.

– Эдик, прекрати. Сейчас утопишь в своих эмоциях... Расслабься… – улыбается, словно ребенку. Похоже я себя и правда, похоже веду. – Я хоть и сын короля, а вот ночую в своих покоях не часто. Приходилось и на конюшне и посередине леса на траве, в тесной компании немытых несколько дней вояк спать. Те даже магией сами себя почистить не могли. Если ты думаешь, что меня можно чем-то стеснить, то ты заблуждаешься. А с тобой мне и вправду очень интересно общаться. 

– Правда!

– А вот теперь не надо так ярко радоваться. Вот видишь? Теперь и я из-за тебя улыбаюсь. Запрыгивай уже! Не мнись там, как женщина.

– Рон. Я понимаю уже поздно, но один вопросик я могу задать? 

– Один можешь. – Рон снисходительно, но по-доброму ухмыльнулся.

– А почему эти воины не могут почистить себя магией? У них что, такой маленький магический резерв? На службу же, по логике, должны брать сильных магов, которые способны защитить наследника? Как твое сопровождение могло быть на столько слабым?

– Во-первых, понятия наследника, как у вас здесь, там не существует. До момента пока один из нас не докажет права на трон, мы все равны. Второе, это не было мое сопровождение. У нас была общая миссия. И последнее: эти люди очень сильные войны, большинство из них развивалось именно в этом направлении. Не знаю откуда твои мысли про какой-то резерв. Все мы рождаемся с равными возможностями, но только усиливая свой ум и развивая тело, достигаем разных результатов. 

– А как развивался ты? Что делал?!

– Отец начал заниматься со мной понемногу с пяти лет, а в десять дал тяжеленный тогда для меня фамильный меч. С того момента я должен был ходить с ним везде, даже спать.

– Жёстко для десятилетнего пацана. Меч можно и попозже ведь дать, когда тело будет больше соответствовать.

– Нельзя. Меч тоже усиливал мое развитие. У тех, кто не стремится стать сильнее и не хочет развиваться, возможности довольно посредственные. Большинство воинов делают упор на освоении совсем других навыков, поэтому гигиена и самоочищение с их тонким подходом, им не даются. При попытке очистить одежду, воины по неосторожности вполне смогут сварить на себе кожу, или же содрать вместе с грязью одежду прихватив вместе с ней частицы кожи. Поэтому никто их них не рискует.

– Ты в прах разбил мои детские мечты о магическом мире! – засмеялся я. – Я раньше почитывал фэнтэзи на тему разных магических миров. Так там все просто: топнул ногой — земля разверглась! Восполнил свой магический резерв после сна или от чего-то зарядился и опять непобедимый!

– Ничего ни в нашем, не в вашем мире не дается легко и просто. Даже чтобы заснуть. – Рон выразительно на меня посмотрел.

– Спокойной ночи, Рон. У нас так говорят на ночь. Это такое пожелание близким, как и приветствие утром.

– Тогда, спокойной ночи, Эдик.

Я лежал и смотрел в потолок. Кажется, кто-то переоценил свои возможности. Узнать, что другой мир реален, познакомиться с будущим королем из него, и напроситься к нему в постель — вот список моих достижений за вечер. 

И теперь мой мозг тщетно пытается всё это осмыслить.

Мысли перед сном
Рон

Я лежал после этого долгого сумасшедшего дня и думал о своём...

Воспоминания возвращаются на соседнюю улицу к разговору с Зеленоглазой.

Нет. Только не это!

Разумеется, я остыл и теперь понимал, насколько она права.

Знаю, насколько ей самой было больно говорить всё это. Но она права.

Я позволил ей убежать прочь после такого и шёл не понимая, как мне дальше с этим жить. Ведь, не имея детей, не только она не будет со мной счастлива. Я в своём мире стану никем: мужчиной неспособным продолжить род, воином неспособным быть королём.

По нашим законам, если причина кроется в жене, мужчина имеет право продолжить род с другой, обеспечив первую отдельным жильём и оставив навсегда без своего внимания.

Смогу ли я поступить так с Зеленоглазой? Конечно, нет. Глупо и жестоко по отношению к нам обоим даже думать о подобных отношениях. Она не маг. Даже, если родит ребёнка, он будет слабым и нежеланным. Растить прислугу для кого-то, это не мой удел!

И что же теперь делать с нашей окрепшей связью?

 И это Эдик. Неожиданно для себя, я стал заложником чувств к этому парню. Не только со стороны Феи, но и собственных.

Проснувшаяся магия связей не оставила мне выбора.

Сегодня днём я стоял и смотрел, как моя женщина стоит и рыдает на плече у другого, искренне раскаиваясь в случившемся. Ещё на подходе я уловил их эмоции и лишь потом увидел связь. Эта магия, почему именно сегодня окончательно во мне проснулась. Надо быть слепцом, чтобы не увидеть: эти двое созданы друг для друга... Это истинная связь этого мира. И если бы я не появился, если бы того, что произошло в воде не случилось... Сейчас,  ни я, ни она, не чувствовали бы столько боли.

Он смотрит на меня глазами полными решительности защитить Зеленоглазую от всего в мире. В его взгляде, обращённом на меня, нет чувства собственности или ревности. Есть только решимость, беспокойство и забота о ней, а самое главное, пронизывающее всю его сущность чувство любви к Фее. Он доверяет ей. А она сейчас, больше жизни, боится разрушить это доверие и причинить ему боль. Даже представить страшно, что с ней будет, если я это разрушу. Поэтому и смолчал. Поэтому и не стал заявлять права. Пусть и сохранить самообладание при этом далось мне нелегко.

Недаром это магия королей. Ты чувствуешь противника, ты принимаешь его боль, эмоции и твоё решение становится более мудрым. И сейчас, я просто уже не могу заявить свои права и идти напролом.

Мне нужно время.

Да уж, всё закрутилось в невероятный каламбур.

Эдик со своими чистыми и искренними эмоциями покорил и меня, стоило с ним пообщаться. Абсолютно добрый, тёплый и солнечный человек с прозрачными эмоциями, словно ребёнок.

Я сам не понял, как мы уже сидели в машине рядом с Эдиком и я искренне,   с ним общался. В какой-то момент даже стало обидно за парня, о чём и сказал девушкам, почувствовав его эмоции.

И да, я сам должен был рассказать ему о себе. Рано или поздно и он почувствует связь между мной и Феей, — ни к чему хорошему не приводящую, но связь.

Лучше его подготовить. Сложно не увидеть то, как один человек тянется к другому. Важно, чтобы он не просто узнал, когда придёт время, но и понял Фею, не отвернулся. И я не только рассказал про себя, но и решил показать магию.

Восторг, восхищение, шквал вопросов! Это… было странно… и вместе с тем оказалось приятно с ним общаться, что само по себе удивительно.

А Фея... Она весь день недоумевала и пыталась понять себя, равно как и я.

На самом деле я не так много знаю о магии связей. Лишь из общего курса, в общих чертах. На то она и магия королей, чтобы быть скрытой от тех, кому не предначертана. Чуть больше я узнал от отца, собирающего информацию по крупицам. Насколько понял, он до сих пор надеется, что она в нём проснётся, как надеется каждый правитель. И как любой другой ищет причины, почему она, уже которое поколение дремлет.

А у меня вот так, после самого безрассудного поступка, нет, дня в моей жизни, когда я, по моему мнению, наделал массу непростительных, недостойных правителя ошибок, поддался чувствам, не сохранил трезвость мышления, — она пробудилась, давая понять, что я избранный.

Это так же невероятно и противоречит всем законам, как и первое за всю историю незавершённое сражение на турнире.

Вся моя предыдущая жизнь сводилась к этому решающему дню, я десятилетия развивал тело и постигал сложнейшие вычислительные науки. Порой мне казалось, что больше меня не знает никто.

Но и здесь я был удивлён. Когда я увидел насколько Эдик умён, я проникся к нему большим уважением. Так досконально разбираться в сложнейших науках, не каждому по силам.  Пока я был под впечатлением от его ежедневного занятия, этот парень, не теряя времени, уже напросился ко мне на ночлег.

И, ведь, я действительно, — был не против.

Однако, даже из подвала, я чувствовал эмоции Феи. Вот кому сейчас было тяжелее всех.

Она боялась. Ей было стыдно, и она ненавидела себя. Даже несмотря на наш короткий разговор, перед поездкой, где я говорил вслух вещи, которые в тот момент сам осознавал с трудом. Её это успокоило ненадолго.

Когда нас позвали к столу, Эдик ушёл наверх, а я притормозил, попытался прийти в себя, и, в то же время, мне не хотелось мучить Фею своим присутствием за столом. Решил сократить это время до минимума.

Заодно воспользовался возможностью прочистить свои мозги. Отжимание изнурительной тренировкой не назовёшь, но выбросить из головы мысли поможет. Скинул футболку и начал привычную разминку.

Но Эдик и здесь умудрился учудить! Вернулся через некоторое время, вместо того, чтобы быть там, с ней, и застыл, восторженно меня разглядывая!

Никакой зависти — одно восхищение!

Так я сам когда-то смотрел, на отца. Ну что с ним будешь делать? Придётся закругляться.

Прислушался к эмоциям Феи. Видимо, короткий разговор с Эдиком немного успокоил её. Надеюсь, моё присутствие хуже не сделает. Накинув футболку, я поторопил Эдика наверх.

Кто знал, что за столом меня ждёт очередная неожиданность от Эдика.

– Не поспоришь – ответил я, на фразу Эдика о вкусах.

– Да они надо мной издеваются! – вдруг услышал я мысли Феи, а на эмоциональном фоне уловил крайнюю степень неловкости.

Я был слишком удивлён. Не эмоции… Не при близком контакте, а вот так, на расстоянии и настолько чётко, будто сказала вслух!

В моём мире, далеко не каждая пара может похвастаться таким высоким уровнем связи, да и отдельных людей, способных извлечь мысли любого, на королевство максимум три, а то и два человека, и то, все при короле. У отца я был третьим. Первым был отец, вторым сам жрец.

И то, что сейчас сработала связь, а не мои способности я уверен!

Сделал попытку так же, мысленно ответить, но она меня не услышала.

Однако, мне показалось, Фея, всё же смогла уловить пусть не мыли, но мои эмоции, что уже удивительно для её расы.

Вообще, не представляю, как возможна такая связь с немагическим человеком? Посредством чего? Хотя есть ли в этом смысл, если мне отсюда нужно уходить? И уходить без неё. Тем не менее, возможно теперь я смогу улавливать её мысли и посылать ей свои эмоции. Делать то, о чём мечтает каждый живущий в моём мире и то, что доступно единицам.

К нам присоединилась Мьяна.

Интересно, беременная женщины все такие забавные? Ринат и Эдик с умилением на неё смотрят.  А какой бы была Фея?

Опять я не о том. Этот ненормальный мир и меня делает, таким же, ненормальным.

Замечаю, что Феодосия на очередную фразу Мьяны внимательно рассматривает всех по очереди. Она немного дольше задержалась взглядом на Эдике, а затем оценивающе посмотрела на меня.

Меня обдало жаром. Как же я хочу эту женщину себе!

Сложно так сидеть и сдерживать себя от того, чтобы не смести всё на своём пути и впиться поцелуем в желанные губы. Исследовать её…

Вместо этого моя рука плотно сжимает стакан, а губы прикасаются к прохладному стеклу.

Чуть не давлюсь, поперхнувшись соком, так как в этот момент слышу её мысли:

– Не могу сказать, кто самый красивый из присутствующих мужчин, но Рон здесь, явно самый мужественный. Чёрт, как развидеть, забыть, насколько он умопомрачительно целуется?! А эта линия губ…

– Я рад, что хоть это ты смогла оценить! – подумал я, глядя ей в глаза. Мой голос даже мысленно показался мне хриплым.

– Ты читаешь мои мысли? – её глаза бегают по моему лицу, а сама она чуть не подскакивает.

– Меня больше удивляет, что ты мои слышишь.

Тут мой взгляд перехватил Эдик, явно что-то заметивший, а Фея тут же нашлась и снова влилась в общий разговор, обмахиваясь рукой, словно веером.

Поразительно! Чётко направленные мысли! Этому же годами учатся? Она же немагический человек! Вот так, с ходу? Или в этом мире всё снова кувырком?

Я сидел и изредка принимал участие в общении. Это мир действительно поражает! Как же удивительно вот так, сидеть в тесной дружеской компании, где все сбрасывают свой статус мужчины и женщины, отцы и дети, — все на равных. Даже Рон нисколько не давил отцовским авторитетом на Эдика.

Я попробовал представить своего отца в нашей компании, сначала скептически улыбнулся, а потом мне от этого стало грустно. Мне не хватало отца и моего, пусть теперь, не такого идеального в моих глазах — мира.

И всё-таки меня слишком настораживает присутствие кольца, принадлежащего моему отцу именно в этом мире. Но ещё больше волнует, почему это кольцо оказалось у Мьяны за несколько часов до того, как я оказался здесь.

Отец всё время, не отлучаясь, был на турнире, на своём троне, в первом ряду. Это его долг. Без символа власти, так же, как и без короны, он бы там не появился. Вместе с тем, то, что у меня на шее висит кольцо нашего рода, много веков назад ставшее не просто родовым, а символом абсолютной власти, у меня не вызывало никаких сомнений. Я неосознанно потянулся к висящему на шее кольцу, и оно откликнулось на прикосновение.

 Эдик

Стоило мне заснуть, как в глаза ударил яркий свет! Одновременно с этим, почувствовал, что Рон резко подскочил и рванул куда-то. Сон прогнало как рукой, и я последовал его примеру.

Рон уже сидел сверху на скрученном грабителе в маске.

– Он один? – почему-то это первое, что пришло мне на ум.

– Ты один? Отвечай. – Рон прижал дрожащего от страха грабителя.

– Тебе какое дело. – огрызнулся тот. – Что вы вообще в подвале ночью забыли?

– Вопросы задаём мы. Говори. – вмешался я, подойдя ближе.

– У нас нет времени на разговоры. – сказал Рон, будто что-то уловив в воздухе и властно придавил голову грабителя к полу, схватив за затылок. – Чердак. Один человек. Нож. Слабый. – Выдал Рон вставая. Одновременно с этим, грабителя вырвало в бессознательном состоянии.

– Это…

– Не до него. Идём быстрей. Я на чердак. Ты тихо буди отца и будьте внимательны. – Я поспешил за Роном наверх. Видимо, мои эмоции зашкаливали так, что Рон не выдержал и пояснил:

– Успокойся уже и не паникуй. Я всего лишь покопался у него в голове. Неприятно, но жить будет. Спит. – А и правда, чего переживать, когда идёшь следом за магом из другого мира, ловить с ним преступника?

 Тайный разговор 
Фея

Я резко проснулась, почувствовав опасность и волнение. Они не были моими... Рон! Потом эмоции быстро успокоились, и я услышала шёпот в собственной голове, а на эмоциональном фоне огромное желание успокоить.

Я снова слышу Рона! Как вечером, на кухне?! Сначала подумала, что это у меня кукушка съехала, но это же Рон, рядом с ним возможно всё.

Не знаю, стоило ли высовываться из комнаты, но я чувствовала, что он приближается ко мне и пошла навстречу.

Мы встретились взглядами.

– Надеюсь, всё хорошо. Он спешит, стоит ли останавливать, чтобы спросить? – подумала я.

– Не бойся. –губы Рона не шевелились, но я слышала его голос, теперь уже совсем чётко.

– Я снова слышу твои мысли?!

– Слышишь. Как и я твои, теперь. Мне нужно торопиться. – отвечает мысленно. – Жди в комнате. – говорит уже вслух.

Не прошло и десяти минут, как в комнату тихонечко постучали. Мьяна по-прежнему сладко спала и я выглянула за дверь.

Это бы Эдик. Такой милый и взъерошенный после сна. Наверно и я сейчас такая. Он улыбался, глядя на меня.

– Рон сказал сходить за тобой. Можешь не волноваться. Всё уже позади.

– Знаю.

– Как?

– Магия. – сейчас я не хотела объяснять Эдику причины. Просто не знала, как это сделать. Самой бы разобраться. Спросить Рона, почему я, как и он, начала улавливать эмоции. Именно по ним я поняла, что напряжение спало и почувствовала некую удовлетворённость, исходящую от Рона. Ту которую испытывают люди, когда всё позади.

Мы спустились в подвал. Ну что сказать, атрибуты, закупленные Мьяной и Рином пришлись как нельзя кстати! Грабители были повязаны и обездвижены. Один из них был без сознания и ужасно пах.

– Рон, а нельзя это почистить? – Сказала я вслух.

– Можно, но могу обжечь, а особенно нежные места, сварить.

– Он сам виноват. Нечего лазить там, куда не звали. – грабитель обеспокоенно завертел головой, видимо, в поисках опасности и я поняла, что прокололась... – Рон, тащи паровую станцию. – попыталась выкрутиться я.

– Нет, не надо, я и так всё  скажу! – завопил грабитель.

Мы стояли вокруг, окружив противника и это на него подействовало, доведя до панического состояния. Рин подошёл, рывком снял с него маску, и тут же сменился в лице.

– Ты его знаешь. – утвердительно произнёс Рон.

– Знаю. – это ассистент Степана Игнатьевича. Вот такого я от них точно не ожидал. Залезть в чужой дом. Ради чего? Проверить теорию? – Рин выглядел ошарашенным, переваривая информацию.

– Степана Игнатьевича? – удивился Эдик, видимо, и он знал этого вредного старика. – Зачем ему такое?

– Эдик. – прервал его отец. Позже я расскажу о его визите сюда, а пока не вмешивайся, прошу.

– Так зачем вам было врываться в чужой дом? – продолжил допрос Рон.

– Степан Игнатьевич верит, что вы скрываете тут своё существо. Но… но я скажу ему, что у вас тут ничего такого нет… только не надо паровую станцию, пожалуйста.  Жалобно протянул ботаник. – Отпустите меня. – В глазах ассистента Степана Игнатьевича стояли слёзы.

– Какие у вас законы? Что мне с ним делать? – раздался голос Рона у меня в голове. Он смотрел на меня и слышала его, явно только я.

– По новым документам, ты у нас дядя Эдика, так?

– Получается, так.

– Вот и езжайте с ним домой, чтобы не вызывать подозрения, а мы с Рином вызовем полицию и подадим на них заявление, чтобы этому учёному неповадно было. И если мы не побоимся позвать сюда полицию, этому старику станет очевидно, что ничего ценного мы здесь не скрываем. Меч только прихватите. Он может вызвать вопросы, если его найдут.

– Это на грани. Но действительно покажет, что нам нечего скрывать. А некоторым людям, при необходимости, думаю, я смогу сделать внушение. Они будут считать, что меня с детства знают.

На наши гляделки с Роном уже начал коситься Эдик. Я поспешила заговорить в слух.

– Говоришь паровую станцию не надо? К нам в кои веки приехали в гости, Эдик со своим дядей, а вы всех переполошили и не дали отдохнуть людям после тяжёлой трудовой недели. Не стыдно?! Это мы ещё в кошельках деньги не проверили. Может вы уже умудрились и их обчистить!

– Нет, нет! Мы бы никогда… Нам Степан Игнатьевич платит… Вот тот, за моей спиной, – он да, наёмник. Я, тут только как эксперт, для того чтобы определить существо, поймите! Я никогда бы не взял чужого! Мне только и была нужна строчка с моей фамилией под исследованием Степана Игнатьевича. – голосит ассистент, срываясь с баса на писк.

Рон, раз уж здесь поспать не получится, езжайте домой, отсыпайтесь. А мы с Рином вызовем полицию, всё равно уже ни в одном глазу! Может, обыски полиции убедят вашего биолога, что мы ничего ни от кого не скрываем. – прикрикнула я на ботаника уже с вызовом. Ассистент даже голову в плечи вжал.

– Не надо полицию, умоляю. Меня же уволят…

– Это единственное, что тебя страшит? – удивился Рин.

– А вот это меня не волнует! – Гаркнула я показушно грозно. – Мы преступников поймали, мы преступников сдали! Дальше не наша забота! – Не надо было в мой дом залезать!

А в голове роились мысли: хоть бы обошлось…, хоть бы Рона уже оставили в покое. Всё же рискованно звать полицию, начнут вопросами докапываться кто в свидетелях был, но я не видела другого способа осадить этого учёного. Нужно было решать сейчас, по горячим следам, – и я решилась!

– До встречи, зеленоглазая. – прошептал голос у меня в голове.

– Будьте осторожны. – ответила я ему мысленно. Невероятно, даже времени удивиться своим новым возможностям, жизнь не даёт…

Рон взял Эда за локоть и позвал за собой. Тот явно не понимал причину, но подыграл, направившись вместе с Роном.

Рин на меня вопросительно посмотрел, но наблюдая, как уходят Рон с Эдиком, спорить не стал. Всё-таки сына Ринат вмешивать во всё это не хочет, а Рона нам нужно защитить от огласки.

 Идеальная семья
Рон

– Почему мы так быстро ушли? Им же сейчас нужна наша помощь. – спросил меня озадаченный Эдик.

– Им не помощь нужна. Им нужно не мешать. – отвечаю взволнованному парню.

– И всё же не по-мужски.

– Так сказала Фея, когда я у неё спросил.

– Даже если так. Она всего лишь девушка.

– Они справятся, не беспокойся. Нам лучше сделать как сказано. Фея по какой-то причине слишком боится моей встречи с этой вашей полицией, больше, чем оставаться с ворами, – поэтому мы и уезжаем.

– Но это ведь опасно, — оставлять её одну. – паника, которую он внешне умело скрывал, хлестала по нему волнами.

– Ты не доверяешь собственному отцу? Он спокоен. Воры связаны надёжно. Я проверил.

– Нет. Всё нормально. Я просто впервые в такой ситуации. Не в моих правилах всё взваливать на женские плечи. Даже если там мой отец.

– Думаешь в моих?! – Эдик начал приходить в себя, а от Феи из дома, я чувствовал эмоции облегчения и решимости.

– Идём в машину. – Эдик ускорил шаг. – Изначально, не зная всей этой ситуации, я не понял, почему должен уезжать. Фея права, ни к чему лишние вопросы полиции о тебе. Обязательно спросят, что ты там делал, цель визита, место жительства и работы. Слишком опасно…

– Не нужно так обо мне беспокоится. Я уже не так беззащитен, как в момент прибытия сюда. Я бы мог решить эту проблему своим способом, но я нахожусь в другой стране и должен считаться с её законами.

– Не сомневаюсь, что ты и сам со всем справишься. Но сначала эта поляна… — я будто в сказку попал, потом твой рассказ о другом мире, эти грабители, которые на поверку оказались помощниками известного учёного… Плюс эти твои способности… Тем не менее, я не могу так просто перестать о тебе беспокоиться, и тем более о Фее. Пойми, насколько происходящее сейчас, для меня ненормально!

– Добро пожаловать в семью! – хмыкнул я.

– Что? – я поймал непонимающий взгляд, но этой фразой, зато немного сбил с парня волнение.

– Давай уже поедем. Заводи. Иначе подведём Фею. А я расскажу эту историю по дороге.

Мы тронулись, а я, как и обещал, начал свой рассказ.

По мере повествования Эдик всё больше приходил в себя и теперь его настроение можно было назвать хорошим.

– Вот так я и стал, по документам братом близнецом твоего отца, и, прости, так уж вышло, — твоим дядей!

Заканчивая свой рассказ, я уже смотрел на искренне смеющегося Эдика.

– Весёлая у нас семейка получается! Рин — мой отец. Мьяна — моя мачеха, и по совместительству лучшая подруга моей невесты. Ты — мой дядя, и по совместительству, мой друг! А ещё и брат или сестра скоро появится. Так что быть тебе дядей в квадрате!

– В квадрате?

– Так говорят.

Здесь Эдик сделал небольшое отступление в математику. У нас вычисления построены иначе.

– Почему ты сейчас говоришь о Фее, как о своей невесте? – вырвалось у меня, и я буквально прикусил язык. В этом мире я даже на язык стал несдержан.

– Потому что хочу на ней жениться. Не сейчас, а когда закончу учёбу и мне будет что ей предложить. – простодушно ответил Эдик, затопив меня своим щемящим чувством любви и нежности к Фее, как будто мне своих мало… – Мы приехали! Пошли, посмотришь где, ты живёшь по документам! Но учти, у нас есть няня. Она уже старенькая. Пожалуйста, будь с ней помягче, и не копайся в голове. С ней можно и так договориться!

– Няня? – мы подошли к огромному многоэтажному дому. Узкому и высокому, будто башня. Я уже видел мир в интернете, поэтому не удивился, но стоят рядом, всё равно впечатляет. Даже захотелось посчитать этажи, но я не стал.

– Да, няня. Она воспитывала меня вместо мамы, а потом так и осталась жить с нами. Она уже совсем старенькая. Для нас она семья. Мы с отцом убеждаем её, что нам без неё никак, а она всё порывается уйти на пенсию. – с теплотой поделился Эдик.

В нём вообще бывают негативные эмоции?

– Зачем нам туда заходить? Я смотрел в пустое помещение, двери которого с шумом распахнулись. Совсем тесная коморка, – размером шаг на шаг. Эдик зачем-то уже туда зашел.

– Заходи, сейчас увидишь! – помявшись я зашёл. – Нажимай на цифру шестнадцать! – Эдик наблюдал за мной с неким задором. От его предыдущего волнения сейчас почти не осталось и следа.

– Нажал! О! Мы поднимаемся! Теперь понял! Лифт. А я уже подумал, что наверху живут самые бедные, которым у земли денег не хватило на жильё. Ну не станет же знатный по лестнице на такую высоту добираться до жилья.

– Ха-ха-ха! – не скрываясь рассмеялся Эдик. Ну и фантазии! Если лифты отключают, то так, все, ножками, и добираются, независимо от суммы в кошельке. Такой вот у нас мир! Приехали. Выходи! Вот наша дверь. Запоминай.

Нас встретила щуплая старушка с седыми волосами и глубокими морщинами. Эмоции её читались слабо. Я особо и не старался их улавливать. Тут мне фонящего восторгом Эдика хватает с лихвой.

То, что я уловил от старушки, это были любовь, забота и лёгкое беспокойство. Она что-то пролепетала, про то, что не гожемужчинам, имея собственный угол, – дома не ночевать. Старший начал, и младший туда же. Сразу же ускользнула накрывать завтрак, игнорируя мольбы Эдика, о том, что нам сначала бы поспать ещё, и что завтрак уж слишком ранний получается. Четыре утра как-то не располагает к перекусам.

– Вот поешьте и идите, хоть спать, хоть на голове стоять. Моё дело маленькое. – Было её ответом.

Не знаю, как Эдика, а меня доносящиеся запахи из кухни, ещё как расположили. Ели мы оба с аппетитом. Валентина Егоровна, усадив нас, и хлопотливо обеспечив всем необходимым, ушла и вернулась позже, сообщив, что уже расстелила постель. Эдик буркнул, что мы и сами бы могли это сделать.

Вопросов на удивление Валентина Егоровна не задавала. Эдик действительно представил меня как его дядю.

– Зачем? – только и спросила она.

– Так надо. – улыбнулся ей Эдик. Он совсем не волновался и был уверен, что его поймут.

– Отец знает? – уточнила она.

– Да, бабушка. Он остался с невестой в доме, а мы сюда приехали.

Чтобы вопросов не оставалось, я показал ей свой паспорт. Эдик добавил, что он настоящий и, если кто спросит, нужно говорить, что Рон живёт с нами.

– Тогда добро пожаловать в семью, Рон. Можешь называть меня бабушкой. Мальчишки так и делают. – ответила Валентина Егоровна. На этот раз я целенаправленно прочитал её эмоции, но в них ничего кроме лёгкого удивления не было. Удивительно, насколько же они здесь доверяют друг другу!

Эдик показал мне комнату, и я наконец упал на вполне удобную кровать! Спать с набитым животом не лучшая идея, но я сразу уснул.

Неидеальное путешествие
День девятый Рон

Проснулся я от голоса Феи. Не сразу даже сообразил, что он звучит не извне, а в моей голове.     

– Рон, просыпайся. Я за дверью. Или ты во сне мысли не читаешь? – мгновенно подорвался, подбежал к двери, отворил её, — даже не вспомнив, что уснул в непривычно короткой, местной нижней одежде.

Распахнул дверь и застыл под взглядом девушки!

Так на меня смотрит! А в голове ни одной мысли! Один чистый восторг!

Тяжело выдыхаю…

Как же не вовремя за её спиной образовался Эдик...

– Фея, ты долго будешь любоваться Роном? – делает ей замечание. – Или, всё же позволишь ему выйти умыться?

Взгляд Феи перекочевал на, судя по виду, только что вышедшего из ванной Эдика. На нём лишь чуть спущенные на бёдрах мягкие серые штаны, доходящие до щиколотки и полотенце, которым он то и дело промокает свою светлую, ставшую волнистой от влаги, гриву.

«Что? И здесь восторг!?» – кольнуло.

Видимо, подумал слишком громко, так как Фея вздрогнула.

– Извини. Не хотела проявлять при тебе подобные эмоции, – мысленно извиняется, покрывшись румянцем, – я просто первый раз вижу Эдика без рубашки. – добавляет она, ещё более густо покраснев от этих мыслей, тут же торопливо отступая, чтобы позволить мне выйти.

– Что же, это меня несколько утешает…- ответил ей, так же мысленно.

Эдик довольно складно сложен. Хоть по мощи ему до меня далеко, однако, с этим идеальным лицом, и неповторимой тёплой аурой, он даже у меня вызывает желание рассмотреть его более детально. Возможно, из-за того, что у нас ценятся красиво сложенные тела, и даже в нашем саду целая галерея скульптур легендарных, идеально сложенных воинов всех времён, на которую даже специально съезжаются посмотреть. А может это желание у меня, через Фею?! Эта ненормальная связь сведёт меня с ума! Без неё, уверен, давно бы недолюбливал этого парня. Слишком он, даже в помыслах идеальный.

– Пойдём, я тебе всё покажу. Это дружелюбный парень позвал меня за собой. И, Кхарат раздери, я непроизвольно ответил на его улыбку!

– И не пялься на наши спины! – послал я Фее, ощутив её взгляд далеко не на спине, и, возможно, не только на моей!

Когда вышел из ванной, нашёл всех сидящими в одной из комнат. За большим столом, заваленным едой, шли активные обсуждения.

Как оказалось, из всех присутствующих выспалась одна Мьяна и частично мы с Эдиком.

Мне не привыкать, хоть и не люблю лишаться лишнего часика на сон. Мне с детства вбивали: здоровый сон — здоровое тело!

Эту пожилую добрую женщину, настаивающую, чтобы я называл её бабушка, только что познакомили с Мьяной, а заодно и сообщили радостную новость о скором пополнении. Та, прослезилась и принялась обнимать мелкую, причитая, что и не чаяла, что Ринат найдёт своё счастье.

Все терпеливо ждали, пока она успокоится. Отвечали на её многочисленные вопросы. Всё-таки с возрастом становятся эмоциональными. Тем более в этом мире, где и в молодости не считают зазорным их проявлять.

После мы сидели, обсуждая произошедшее. Воров, как оказалась, забрала полиция, приехавшая довольно быстро. Повезло, что арест произошёл довольно быстро и никто не задал неудобные вопросы.

Как сказал Рин, тот мужик, у которого я взломал память, оказался в розыске и это ускорило дело.

Полиция взяла показания и, заполнив необходимые документы, а так же, сняв отпечатки с места взлома, забрав воров, уехала.

Мьяна благополучно проспала весь этот балаган, проснулась уже утром, после отъезда полиции. Фея с Рином решили не тратить время на сон и после завтрака сразу выехать сюда. Как поделилась Фея, уезжать, оставляя дом без присмотра, она опасались, но так как полиция заверила, что сегодня же арестуют биолога, пошла на этот шаг. Тем более, что оставаться там одной, и тем более ложиться спать, она всё равно бы не решались.

Однако Рин опасался, что биологу или другим нежелательным лицам, каким-то образом попадёт информация по его исследованиям в академии. Он вёл себя нервно, несколько раз попросил у меня прощения, за то, что изначально не отнёсся к этому с особой осторожностью. Все его мысли тогда занимала безопасность девушек и решение сложившейся ситуации, а желание выяснить, как и что произошло, ушло на второй план. Тем более изначально он не верил в саму возможность волшебства.

Эдик спросил, почему отец так беспокоится, на что Рин ответил, что если само исследование проводил лично он сам, с надёжным человеком, то количество людей, которые видели сами предметы исследования, – было гораздо больше. Однако Рин меня заверил, что результаты кроме него никто не видел, и единственный экземпляр он принёс домой показать нам, а сегодня ночью, ещё до приезда полиции, он его уничтожил.

Все результаты теперь только в его голове. А вот исследования биолога, в которых каждый из нас не понимал и половины, хранились у меня, и я слишком явно чувствовал, что любопытство Рина, изучить их более подробно, просто переполняет мужчину. Тем не менее он даже не намекнул на это, чувствуя себя виноватым. Отдам, как всё закончится. Пусть удовлетворяет своё любопытство. Не забирать же ненужные бумажки в свой мир.

На случай если у Рината в лаборатории будут интересоваться про мои вещи: откуда они и что он пытался выяснить изучая их, Мьяна, предложила продолжать отвечать всем,  ссылаясь на различные сайты. Я же предложил создать нечто похожее, но из местных материалов и отвезти назад в лабораторию и типа «надёжно» спрятать. Пусть воруют в своё удовольствие или тоже прямо там исследуют. Ничего не земного в этих вещах они не найдут.

Своим предложением я очередной раз удивил друзей. Мьяна и вовсе обозвала меня божеством.

Фея прервала эти восхищения, напомнив о нашей цели.

Я же предложил: все, кто прознал про существо, – пусть его и ищут, а мы тем временем будем искать табор.

Мою идею поддержали, очередной раз изрядно удивившись моей позиции и возможностями.

Не стал вдаваться в подробности, что даже для меня создать копии моих вещей не такая уж простая задача. Я сомневался в своих силах. В этом мире всё не так. Даже с паспортом, от перенапряжения у меня до тошноты закружилась голова и это я создавал идентичный по составу и внешнему виду, простой и довольно небольшой предмет. Тогда меня еле хватило на изменение внешности на фотографии и имени в этом документе. А здесь мне предстоит непростая задача: металл, камни, да ещё и расхождение формы с содержанием.

Пришлось попотеть. Получилось не с первого раза. Помогло то, что каждый элемент меча въелся в мою память с детства. В качестве исходного материала передо мной возвышалась целая гора ножей и пара топоров. Вместо камней я приметил на окне прозрачный цветочный горшок, зелёного цвета. Бабушка, со скрипом оставшихся зубов, отдала его мне, предварительно пересадив цветок в железную тарелку, но Рину наказала, где купить точно такой же. Кожаные ремни, старая одежда тоже пошли в ход. Создавать из чего-то намного упрощает задачу в этом мире.

И вот, меч уже лежит в моих руках.

Довольно хрупкая вещь для настоящего сражения, но кусок от жареного кабана, отрезать вполне возможно.

В следующее мгновение у меня всё же потемнело в глазах, и я сделал шаг назад, отступив для устойчивости. Поспешил передать меч Рину.

Постарался не показать слабости. Но, кажется, заметили. Иначе отчего бабушка мгновенно усадила меня пить чай? Я довольно быстро пришёл в себя. Странный мир. Странные реакции.     

После этого мы попрощались с бабушкой и поехали. От перенапряжения ужасно разболелась голова. Я ехал в машине с полуприкрытыми глазами. Даже не было сил любоваться красотами неизведанного мира.

Рин заехал на работу. Сказал там, что на пару дней уезжает на отдых с семьёй и поручил тому же сотруднику, самостоятельно провести пару исследований меча, созданного мной. Вместе с ним, но при свидетелях они убрали вещи под замок.

Заметив неладное, Фея и Эдик фонили заботой и беспокойством обо мне. Совсем не хочу это ощущать. Странно и неправильно это в моей ситуации. Хорошо хоть Рина с Мьяной я так ярко не чувствую.

Когда мы садились в машину, Фея ломанулась на переднее сидение, но была перехвачена замечанием Рина, что это место лучше подходит для беременной женщины. К тому моменту я уже сел в машину, а девущка явно не желала оказаться на одном сидении рядом со мной и Эдом. Он, к слову, не стал садиться, а ожидал Зеленоглазую. Видимо и в этом мире соблюдаются некие правила этикета.  Ни о чём не подозревая, услужливо помог сесть заметно смущённой Фее рядом со мной. Затем сел сам. Фея оказалась, между нами и оттого чувствовала себя ещё более неловко.

Мне совсем не нравилось, что Эдик сейчас, как и я, соприкасается с ней своим телом. Да, я знаю, что в этом мире люди пользуются таким транспортом, где вынуждены сидеть, соприкасаясь плечами. Только от этого не легче. 

Благодаря головной боли, это эмоция отошла на второй план, будто смешавшись с эмоциями окружающих.

Набрав полную грудь воздуха, я постарался абстрагироваться от эмоций Зеленоглазой, не находящей себе места. Опять же, из-за головной боли, у меня получилось не очень. После того, как мы заехали в Академию, за руль сел Эдик, а Фея и Рин решили спать. Эдик включил негромкую спокойную музыку, надев наушники. 

Наконец, мы ехали в тишине и покое!

Голова Феи упала на моё плечо и мне пришлось сделать усилие, чтобы не выдать себя. Я вообще сделал вид, будто не заметил.

Оторвал взгляд от девушки и уткнулся в окно. Через довольно продолжительное время уснул и я.

В соседний город мы приехали, когда уже смеркалось. Я был нетерпелив и попросил отправляться не в гостиницу, а сразу к месту расположения табора.

Спасибо Мьяне. Она хоть и носит ребёнка и по этой причине уже значительно утомилась, но меня поддержала.

Рин и Эдик вновь поменялись местами за рулём. Рин вбил присланные нам координаты табора, в навигатор. Я с интересом наблюдал. Во время сна я набрался сил, головная боль прошла. Подобное у меня бывало только в детстве, когда я перенапрягался с магией жизни. Она мне долго не давалась.

Какое-то время мы ехали через город. Все наперебой рассказывали все то, что о нём знают и слышали, а также о зданиях и достопримечательностях, мимо которым мы проезжали. Галдёж в машине стоял не слабый, но всем, включая меня было весело! И это чувство приключения, которое витало в эмоциях каждого из нас добавляло задора.

В определённый момент совсем стемнело и по городу один за другим зажглись огни. Очень красиво. Сейчас мы ехали вдоль берега реки и огни завораживающе отражались в воде.

– А что мы скажем цыганам, когда найдём табор?  – поинтересовался Эдик.

– Когда найдём, увидимся с Тшилабой и зададим ей интересующие нас вопросы, – откликнулся Рин.

– А меня больше всего интересует, как вернуть книгу к исходному состоянию, – добавляю, – и откуда у них кольцо.

– Рон, ты меня сейчас слышишь? – голос Феи в голове.

– Да, – отвечаю.

– Рон, я хочу с тобой поговорить.

– Чувствую.

– У меня слишком много вопросов.

– Говори.

– Наедине. Пусть они нас в данный момент не слышат, но мне неловко от факта их присутствия.

– Хорошо. Как только устроимся на ночлег, вернувшись из табора, поговорим.

– И, Рон, пожалуйста, не обижай Эдика. Только ты не думай, я не только о нём беспокоюсь. Просто, он же не виноват,  – от Феи повеяло отчаянием, – что так совпало.

– А я обижаю? Или говорю, что виноват?! – забота о сопернике злит.

– Нет, извини. – Фея тут же поникла.

– Правильно, женщина. Ты должна просить прощения. – от моих слов её накрывает чувством вины, а меня удовлетворением.

Ревность... её сложно контролировать.

Причём вымещать её хочется именно на Фее.

Хоть я понимаю, что и её вины во всей этой ситуации нет. Пока я в этом мире её всегда и в равной степени будет тянуть к нам двоим. Это я чётко вижу. А здесь, именно я из другого мира. Я — явно лишний.

Услышав голос навигатора о том, что мы прибыли в пункт назначения, отвлёкся от мыслей.

Посмотрев в окно, не увидел ничего, кроме окружающий машину растительности. Без особой надежды мы всё же мы вышли из машины. Сели вновь, проехали дальше, ожидая, что табор будет где-то рядом. Может быть, за соседним лесом.

Но и там — никого! Впрочем, как и каких-либо следов.

Вернулись на изначальную точку по указанным координатам. Вновь вышли.  Темно, но некоторые признаки, намекающие, что он здесь всё же был, я заметил.

– Может, вдогонку? – предложила Мьяна.

– В какую сторону? – спрашивает Ринат.

– Здесь выезд на асфальт и слишком много машин проехало после. Я вообще не чувствую их присутствия на дороге. – делюсь мыслями.

Так, ни с чем, но с поникшим настроением, мы вернулись в город. Остановились на ночлег в одной из гостиниц, — в четырёхкомнатных апартаментах.

Поев в местном ресторане за вялотекущем разговором, мы разошлись по комнатам. Наверное, каждый из нас питал неоправданно большие ожидания, поэтому всеобщее разочарование будто витало в воздухе.

Завтра рано утром было решено продолжить поиски.

Перед сном Рин снова сделал запрос своему знакомому. Тот сбросил нам ссылку с доказательством того, что ещё днём, табор находился на этом месте. Даже фотографий было несколько штук, а Мьяна подтвердила, что это тот самый табор, узнав вагончики по уникальному оформлению.

Получается, мы опоздали всего лишь на несколько часов, может, даже на час. Если бы не воры, мы бы успели...

Рин попросил помощника срочно сообщать любую новую информацию.

Нашей комнаты с Зеленоглазой были расположены через стенку друг от друга.

Я был даже благодарен Эдику за то, что он, пожелав Фее доброй ночи, и невинно поцеловав девушку в лоб, направился в свою комнату.

Я же, взял на себя наглость, и, сделав вид, будто совершенно не знаю их обычаев, подошёл к Зеленоглазой и повторил то же самое!

Что я творю?!

Впервые в жизни играю под дядтла?!  Позор!

Ещё и игнорирую все свои прежние решения на этот счёт…

Но! Тут же перестаю себя корить. Позволить себе такую малость, оказалось слишком приятным! В конце концов, — она и моя пара тоже!

Как я отметил ещё в первые мгновения, наши с ней комнаты находятся через стенку, поэтому стоило мне войти в свою, я подошёл к  общей стене и приложил к ней руку.

– Фея, ты меня слышишь? – тянусь к ней мыслью.

– Да, – раздалось за стеной немного растерянно.

Невероятным образом почувствовал, понял, что она коснулась стены с другой стороны, — в аккурат напротив моей ладони.

– Ты прикоснулась к стене?

– Откуда ты узнал?

– Почувствовал.

– Наверное, и я… – теряется.

– Скажи, о чём ты хотела поговорить?

– Обо всём… этом.

– Этом?

– О нас. О том, что я не понимаю, как вы могли подружиться с Эдиком. Не понимаю, как я могу чувствовать всё это к тебе, к нему и… неужели ты с ним искренен?

– Жаль, что ты знаешь меня настолько плохо. У меня нет привычки находиться рядом с людьми, которые мне не нравятся. Эдик хороший человек и в своей ситуации я это понимаю.

– Я это чувствовала, просто хотела услышать подтверждение. – замолкает. – Зачем ты сейчас меня поцеловал? – обезоруживает вопросом, который не ожидаешь от женщины.

– Захотел. Очень. Я скучаю по тебе, Фея.

– Скучаешь… – отдаётся словно эхом, очень тоскливо.

– Прости мою несдержанность. Не должен был говорить. Эти мысли… Их удержать гораздо сложнее, чем слова, – признаюсь, – особенно когда действительно хочешь их произнести.

– Я тоже скучаю, Рон. – выдаёт уверенно, отчего сердце в груди гулко ухает и замирает. – Ой… – вдруг пугается она и поясняет, – это мысли, я не хотела говорить это вслух.

Молчу, собираясь ответить, но она опережает.

– Ну и ладно! Это неправильно, но, Рон… Я люблю тебя! Пусть я не смогу тебе сказать это в глаза, но вот так, признать это, в первую очередь для себя, я должна!

– Фея… – произношу и даже мысленно голос звучит хрипло.

– Дикость какая-то. – чувствую, что она плачет от бессилия ко всему происходящему.

– Согласен. Но также знаю, что ты любишь и Эдика — это ваша связь даётся в награду. Но в нашей ситуации это какая-то жестокая и невероятная шутка судьбы. Никогда не слышал, чтобы образовывалась двойная связь. И в принципе ни разу с подобным не сталкивался, лишь читал про эту магию.

– Только читал? – слабо интересуется, так как доминируют сейчас другие эмоции.

– Верно. Только читал, так как магия связей прервалась несколько поколений назад. На моём предке. Он был одним из близнецов и истинным королём, у которого это магия связи проявилось. Многое, что я читал об этой магии, было написано его рукой. Однако про двойную связь и даже такую возможность, –  не видел даже упоминания!

Более того, даже факт того, что мы можем с тобой, вот так, разговаривать направленными мыслями, — это удивительная редкость, даже в реалиях моего мира.

– Это тоже из-за связи?

– Да. Думаю так. Причём твой мир недружелюбен к магии и этой в том числе. Тем и удивителен сам факт её возникновения между нами и пробуждения во мне.

– Рон, ты ведь знаешь, что меньше всего в жизни я хотела бы тебя обидеть?

– Не нужно переживать о том, что невозможно контролировать.

– Пожалуйста, прости меня за те мои слова, которые были сказаны на пляже, и те, что были сказаны после. Я была слишком удивлена и растеряна на фоне произошедшего, чтобы найти силы поговорить с тобой об этом раньше. Ты должен знать, что я не жалею о том, что произошло между нами. Пусть это было ошибкой, но я о ней не жалею. Мои чувства к тебе были искренними, но первым я дала обещание Эдику, и я решила этого придерживаться. Сам понимаешь, слишком эгоистично давать надежду одновременно двум парням. Я не могу принадлежать сразу двоим. Правильно было поставить точку сразу, тогда.

– Я понимаю. Если посмотреть на ситуацию отстранённо, то ты всё делаешь правильно. Ты выбираешь человека из своего мира. У вас смогут родиться дети. А я, должен вернуться к себе. И вернусь. Даже ради тебя, я не смогу перечеркнуть всю свою жизнь и оставить свой народ, забыв про свой долг.

– А если бы случилось так, что я пошла с тобой? – задаёт совершенно неожиданный для меня вопрос.

– Даже так. – отвечаю честно, прежде всего, чтобы самому услышать эти слова. – Я не могу позволить себе подвергнуть тебя унижению. Я готов быть с тобой, даже если случится так, что у нас и вовсе не будет детей и даже если они появятся и будут самыми слабыми из живущих. Но мой мир тебя не примет. Если ты не дашь королю сильного сына, я буду вынужден оставить тебя и родить сына от другой.

– Варварство…

– Таков закон. И я ничего с этим не смогу поделать. Твоя фраза, о том, что у нас разная кровь, подействовала на меня как леденящий поток воды. Она прозвучала вовремя. С этого момента я буду стараться не причинять тебе неудобств.

– Зачем ты так говоришь? Ты же тоже не виноват.

– Потому что мне тоже нужно поставить точку. Для себя. Прощай...

– Рон?

Она ещё несколько раз пыталась позвать меня, но я заставляю себя не слушать. Скрывать мысли от своей пары, которые рвутся к ней, оказалось сложнее, чем я мог представить. Ещё сложнее не выломать эту стену, наплевав на всё и не смять её губы в безжалостном поцелуе, выплеснув сжигающие меня чувства.

Долго мучился, борясь с самим собой. В итоге не нашёл ничего лучшего, чем напустить на себя сон.

Мне снился мой мир, мой отец, то, как все радостно приветствуют истинного короля — меня!

Но вот что странно: я был не один… За мной стояли люди.

Кто они?!

Друзья или враги?

Я никак не мог разглядеть их лиц. И, я не знал их голоса!

Адреналин закончилсяДень десятый, воскресенье Фея

После разговора с Роном Я долго пыталась его позвать, а потом пол ночи проплакала в подушку. Провалявшись в полудрёме проснулась, наверное, раньше всех. Лёжа на спине, ещё долго валялась, пытаясь найти в белом потолке гостиницы ответ. 

В конце концов напомнила себе, что мои метания ничего не изменят: мы с Роном оба знаем правильный ответ, приняв одинаковое решение. Это единственно верный логический вариант.

Тогда почему же так сложно этого решения придерживаться? 

«Я должна это сделать. Ради Рона!» — напоминаю себе, вставая с кровати. Не хочу лишний раз заставлять переживать мужчину и думать о правильности сказанных слов.

Утро оказалось не утешительным. 

Все встали в пять утра. Мы с Роном старались свести общение к минимуму, при этом не афишировать остальным свои потуги. Хотя говорить я могу лишь за себя. По Рону действительно ничего не скажешь. Мне же приходилось прилагать титанические усилия, чтобы не спалиться. Мне всё время казалось, что я перегибаю в том, что не смотрю в сторону Рона или же слишком выдаю себя в момент, когда наши взгляды встречаются. Кто бы знал, как сложно с собой справиться, постоянно находясь в одном помещении с желанным, но недоступным тебе мужчиной! А ещё сложнее делать это при не менее дорогом и так быстро ставшим родным человеке, — Эдике. Чувство вины, за нечаянную привязанность к Рону не отпускало.

Игнорирование со стороны Рона сейчас всем моим существом воспринималось как худшее из наказаний. Да, я понимала, что так надо. Причём я делаю то же самое. Напоминала себе, что это его способ защитить себя, да и меня, от ещё большей привязанности. Только, как выяснилось, понимать можно одно, а чувствовать совсем другое! 

Сейчас я боролась с собой. Что там говорят? Слушай свое сердце? 

А если оно говорит, что никого терять не собирается?! Ведь это неправильно?! Даже мой, уже воспалённый от происходящего мозг, понимает.

Утром никаких вестей о том, куда отправился табор не поступило. Рону с Мьяной крайний срок завтра утром выезжать домой, а мы терялись в догадках как быть дальше.

Ситуацию решил Эдик: он открыл на своем планшете карту и подозвал нас. 

– Смотрите, – обратил он на себя наше внимание. – Сюда ведут всего четыре дороги. По одной из них приехали мы. Остаётся всего три основных варианта. 

– Кажется я уловил ход твоих мыслей, — кивает Рин. 

– Предлагаю взять два автомобиля в аренду и разделиться. Цирк состоит из фургонов с животными. Навряд ли они гоняют на больших скоростях. Нагоним! – воодушевился Эдик.

– Фея, ты взяла свои права? – уточняет Мьяна.

– Ты же знаешь, они у меня всегда с собой, в паспорте, – откликаюсь.

– Разделиться хорошая мысль, – поддержал мужчин Рон.

– Вокруг шатров я видела фургоны для животных, плюс прицепы. Навряд ли они с ними передвигаются быстро, – делится мыслями Мьяна. 

– У нас есть шанс их догнать. Кто найдет – звонит остальным. – Командует Рин. – Тем более, они же тоже будут останавливаться поесть сами, а также, покормить и выгулять животных. Это время нам на руку.

– А как мы разделимся? – спросила Мьяна.

– Мы с тобой. Фея с Роном и Эдик, – вынес вердикт Рин. 

– А почему я один? – Спросил Эдик.

– Сын, понимаю, что ты бы хотел компанию, но права только у нас троих. Логично не отпускать девушку в путешествие одну.

– Я вполне бы могла справиться и сама, – попыталась увильнуть от наличия попутчика. И от дороги не буду отвлекаться.

– Нет, Фея. Отец прав. Я бы, конечно, был рад компании Рона, а в идеале твоей. Но я тоже прежде всего за твою безопасность, – категорично заявил Эдик.

Я обреченно посмотрела на Рона и встретила такой же взгляд. 

Что же, ради него все это и затевается. Сейчас не время думать о своих запутанных чувствах. Как-нибудь переживем и этот день.

Мы сели в машину.

Рон продолжал старательно меня игнорировать. Впрочем, так и надо. Я понимаю. Но отчего-то это жутко раздражает!

Арендованная машина оказалась без навигатора. Здешних дорог я не знаю, поэтому решила воспользоваться телефоном. Рон молча наблюдал как я запускаю приложение, а после безуспешно пытаюсь пристроить телефон на удобное место. Держателя для телефона здесь не наблюдалось. Подходящих мест, чтобы его пристроить перед глазами, тоже.

– На, держи! – немного раздражённо пытаюсь вручить Рону телефон, но он не берёт.

– Зачем? – От его тихого, приглушённого голоса, по коже пробежал табун мурашек, и я интуитивно посмотрела в лицо мужчины, встретившись с обжигающим взглядом.

Тут же отвела взгляд, устремив его на телефон, но мгновенно взяла себя в руки и повторила попытку отдать.

– Чтобы не заблудиться будешь держать вот так, передо мной, – показываю правильное положение, он перехватывает гаджет, – немного от себя наклони, чтобы не бликовал.

– Так? – Снова нездорово реагирую на его голос, ощутив приятное покалывание на губах. Ощущения такие, будто он произнёс это слово мне в губы.

Пытаюсь избавиться от наваждения, плотно их сжав. Ещё и запах Рона концентрируется в машине, кружа голову почище алкоголя.

Так мы никуда не доедем и даже с места не тронемся!

Открываю форточки, — все четыре!

Рон может и удивился, но я в его сторону больше не посмотрю! Представлю, что в машине никого нет. Несложно ведь! Передо мной навигатор и держатель в форме руки! Именно так!

Рванула с места намного резче, чем следовало.

Скорость и свобода! Сейчас мне нужны именно они!

Я и дорога!

– Фея, ты едешь гораздо быстрее, чем вчера ехал Рин, – не выдержал Рон, напомнив о себе, когда мы уже мчались по федеральной трассе.

Я же даже сама не осознавая своих мотивов, ещё глубже втопила педаль газа, обгоняя очередную фуру.

Да Рон вчера с беременной Мьяной на борту больше девяносто не разгонялся. Я же, до замечания Рона, ехала около сто десяти.

Кого-то скорость возбуждает, а меня, напротив, успокаивает, заставляя концентрироваться на главном.

– Ты хочешь найти табор? – вот зачем он напомнил о себе?!

Скорость помогала... За каким именно сейчас он вмешался?!

– Конечно. Но...

– Тогда не мешай, – отрезаю ровным холодным тоном, пересекая ровную черту границы, где прошла полоса дождя, – чем быстрее его найдём, тем быстрее ты исчезнешь из моей жизни!

– Ты так мечтаешь от меня избавиться, что несёшься, рискуя жизнью?! – совершенно неожиданно сорвался Рон.  

От испуга я резко дала по тормозам!

Бас у этой громадины тестостерона ещё тот и децибелы, соответственно, внушительные.

Удивляюсь, как я вообще руль с испуга не бросила?!

Как итог, я не справилась с управлением! Машину против моей воли вынесло на размокшую обочину. Заблокированные колёса машины разрывали ее, наверняка оставляя глубокий непрерывный след.

Чисто интуитивно удалось удержать машину, не дав ей вылететь дальше обочины. Казалось, пронесло, но… — ещё бы остановить!

Рон на удивление замолк, через лобовое стекло вместе со мной наблюдая, как машину несёт по глиняной обочине, параллельно дороге, но смещая всё ближе и ближе к кювету.

– Я сумасшедшая... – подумала вслух, дождавшись остановки машины у самого края, ещё и в аккурат перед предупреждающим знаком.

– Ты даже не испугалась. – ответ Рона прозвучал на выдохе, шёпотом.

Не испугалась?! Да у меня от его крика чуть адреналин в туфельки не стёк!

– Теперь будешь знать, чем чревато кричать на женщину за рулём, – немного мстительно отозвалась я.

– Давай больше никуда не поедем? Вернёмся. – Предлагает Рон, да с такой надеждой в голосе, что это ни в какую не пишется с его образом матёрого брутала.

– Похоже, испугался ты, – поддеваю мужское самолюбие.

– За тебя, – ответил он просто, заставив сердце ёкнуть.

«Нет. Это сильнее меня, — быть от него на расстоянии», – промелькнула мысль и по взгляду мужчины я поняла, что он её услышал.

Как же эта странная связь всё усложняет!

Рон, будто согласившись кивает.

– Не подслушивай!

– Тогда скажи мне.

– Что?

– Расскажи о том, что заставляет тебя ходить по грани. Риск не свойственен женщинам.

– В твоём мире может так и есть, но не в нашем.

– В моём мире и мужчина на подобное не пойдёт. Эмоции, несдержанность, безрассудство, — это главное проявление слабости любого воина.

– Как хорошо, что я не воин, – выдаю обиженно.

– Я тебя не понимаю. По духу ты воин, по внешности женщина, а по поступкам… У меня даже нет подходящего сравнения. Женщины склонны проявлять эмоции, но с бо´льшим трепетом относятся к своей жизни. Ты же… Вместо того чтобы как подобает женщине, искать утешения после произошедшего, злишься на меня непонятно за что!

– Разве не понятно? За то, что ты проявил слабость. Зачем было кричать?! Прокатилась бы я, отвлеклась от проблем. Возможно успокоилась.

– Вместо того чтобы отвлекаться, нужно решать проблему.

– Я и решала. Даже скорость прибавила, чтобы быстрее её решить, но тебе не понравилось.

– Может, стоит поговорить.

– А мы сто делаем?

– Ссоримся. Откинь эмоции и скажи, что именно тебя беспокоит. Я постараюсь тебе  с этим помочь. Это лучше, чем рисковать своей жизнью.

– Иногда проще рискнуть своей жизнью, чем произнести некоторые вещи вслух. Неужели ты действительно хочешь это услышать?

– Мне нужно знать.

– Это сводит сума! Вся эта ситуация! Я боюсь, что не смогу удержать тебя на расстоянии, но ещё больше пугает, что у меня получится это сделать.

– Я тоже впервые боюсь, – тихим шёпотом признаётся Рон. – Нечто внутри меня отказывается подчиняться сухой логике.

– А ты-то чего можешь бояться? – не смогла промолчать.

–  Того, что больше не смогу быть рядом с тобой, – прозвучал ещё более неожиданный ответ.

– Честно, – признала его прямоту, но только боги знают, что в этот момент происходило у меня внутри.

– Я всегда честен. Всё это время я пытался противостоять этому чувству, но до сих пор не представляю, возможно ли с ним справиться? Это новый изощрённый способ пыток. Меня готовили ко всему, кроме этого.

– Почему? – глупый вопрос.

– Невозможно подготовить к тому, чего в мире нет.

– Даже если бы у вас это и было. К такому невозможно подготовиться.

– Я думал об этом. Возможно, это так притягивает из-за своей недосягаемости. Некий азарт. Инстинкт охотника. Я с детства приучен покорять недоступные мне вершины. Стоит достигнуть и я потеряю интерес. Учитывая, что ты не такая, как все женщины, с тобой происходит подобное.

Я не поверила своим ушам. Неужели он намекает мне на…?!

– И чего же ты хочешь от меня?! – спросила с нотками надменности в голосе, так как от подобного намёка все внутренности обожгло обидой, нежелающей делать скидку на неотёсанность этого индивида!

Ты можешь дать мне этот день? – негромко прошептал он, невесомо соприкоснувшись с моими губами. – Иначе мы потеряем рассудок вместе…

Я поплыла… Последние оставшиеся предохранители сорвало!

Из моих глаз побежали слёзы. Я покрывала лицо Рона поцелуями, заглядывала любуясь в глаза, запускала пальцы в волосы, трогала шею. Даже не помню, как оказалась сидящей на Роне, лежащем в откинутом назад сидении. Мы жадно целовались, потом нежно и стоило мне захотеть вернуться к страстным поцелуям, Рон, будто предугадывая резко прижал к себе, обжигая жадным и несколько грубым поцелуем.

Мы сделали это.

Я сидела, свернувшись клубочком руках Рона, а он прижимал меня к себе, мягко улыбаясь гладил по голове и дарил лёгкие тёплые поцелуи, то в висок, то в щеку, то в губы.

– Рон, – робко спросила я, разглядывая его лицо, проведя подушечками пальцев по ямочке на лице, очерчивая и без того чёткие скулы мужчины. – И что нам с этим делать дальше?

– Дальше? Ты готова оставить всё и пойти со мной, зная, что без магии в моём мире тебя скорее не примут?

– Не знаю, – пожимаю плечами, – сейчас кажется, что да. А ты можешь остаться?

– Я бы хотел, но долг перед родом не позволит остаться. Я должен завершить турнир.

– А если бы не это?

– Даже если бы я был свободен в своих действиях, — есть Эдик. Стоит тебе выбрать меня, и ты будешь тосковать по нему так же, как эти дни по мне. Я вижу эту связь, –— она не порвётся. Если я останусь там, где меня быть не должно, — это превратиться в пытку для нас троих. Я не хочу скрывать это от тебя.

– Тогда… скажи, как мне быть, и я тебя послушаюсь... – с надеждой в голосе спросила я. У меня самой уже нет сил грести против течения.

– Выход один. Быстрее найти табор. Тогда я смогу уйти. Разрыв мироздания ослабит связь между нами или сотрёт совсем. Всем станет легче.

– Мы забудем друг о друге? – ужаснулась предположению.

– Память останется. Поэтому ещё раз прошу: «Подари мне этот день с тобой. Побудь рядом».

Рон нерешительно, будто бы не было до этого нашего сумасшествия, наклонился, одной рукой приподняв моё лицо за подбородок, и поцеловал!

Так сладко, что с трудом удерживаю последнюю мысль!

Пусть это моё очередное безумство, но у нас останутся воспоминания хотя бы об одном совместном дне! А с Эдиком, – с ним у меня всё ещё впереди...

Какое-то время мы просто сидели обнявшись и молчали. Сейчас, отпустив ситуацию, мы наконец находились очень близко к друг другу и разглядывали, впитывали в память, так неожиданно ставшие родными черты.

– Всё же табор искать надо, – подумала я  и была услышана.

– Ты права. Поехали. – ответил Рон вслух.

Я завела машину, но тронуться с места не получилось. Колёса глубоко увязли в глине.

Пришлось выходить. Хорошо иметь при себе хоть и не всемогущего, но всё-таки волшебника. Рон дождавшись, когда рядом не будет проезжающих машин, приподнял нашу над землёй, и поставил на асфальт, заодно очистив до блеска. Сомневаюсь, что она с конвейера более блестящей вышла.

– Спасибо, – с улыбкой забираюсь в машину.

– Пожалуйста, в этот раз веди осторожней. Мне не сразу удалось удержать машину на обочине, ещё бы немного и мы бы могли разбить машину.

– А?! Машину?!!!

То есть, это не моя заслуга?!

– Нас бы я смог защитить.

– То есть...

– Именно.

– Я буду острожной.

– А я обещаю держать себя в руках, – в свою очередь пообещал Рон.

– Я поеду чуть больше ста, – предупреждаю, – мы слишком много потеряли времени на нежности, а табор в это время двигался.

Рон понимающе кивнул и сейчас смотрел на меня с тёплой, поддерживающей, улыбкой. Кому как не ему, понимать мои чувства, возможно, даже лучше меня самой?

– На пути развилка. Прямого направления нет. Какую выберем левую или правую? – смотрю на навигатор.

– Скорее всего, они захотят остановиться на ночь недалеко от населённого пункта, чтобы пополнить запасы, – предполагает Рон.

– Но сейчас ещё день и мы не знаем с какой скоростью они двигаются. А насчёт запасов: здесь по обеим сторонам вдоль дороги деревень рассыпано.

– Тогда выбирай сама.

– Ты же волшебник. Неужели не можешь определить направление?

– К сожалению, нет. Поисковая магия на кольцо не реагирует. Или не признаёт в той женщине бывшую владелицу, или моя магия снова не так срабатывает. Ещё есть вероятность, что она никогда его не надевала, лишь хранила.

– А это имеет значение.

– Хозяин и хранитель разное.

– Ясно. Тогда едем налево, – решаю быстро, так как мы уже подъехали к развилке и я поворачиваю.

Разговаривая о всяком, мы проехали около сотни километров, но так никого и не нагнали. Созвонились с друзьями. У них тоже без результата. Было решено ехать до победного.

Неожиданно четыре полосы превратились в две, а через некоторое время ровная дорога закончилась и теперь наш путь уже лежал по извилистому горному серпантину. Так как я была за рулём, мне не удавалось в полной мере любоваться пейзажем, а Рону вид определённо понравился. Он то и дело отпускал комментарии, отмечая, что в его мире подобного нет. Из-за магии у них нет необходимости объезжать сложные препятствия и все дороги прямые. Многие из них проходят тоннелями сквозь породу. Да и особо высоких гор, по его словам, нет. Сейчас мы проезжали мимо склона с густым лесом и будто светящимися в нём сквозь мрак, насыщенными голубыми цветами и Рон сравнил их с каким-то их местным цветком из легенд.

Я ненадолго отвлеклась, чтобы увидеть реакцию Рона, но он смотрел уже не в лес, а на меня, обескуражив чуть ли не  выражением лица.

– Ты чего? Смотри, какая красота вокруг! – обращаю его внимание.

– Красота! И правда! Только не вокруг, а в машине, рядом со мной! – Этот нахал, ещё и улыбается… Будто совсем забыл, как старательно, ещё пару часов назад меня игнорил!

Чего это он?! Я же тут и без того в эти бесчисленные повороты с трудом вписываюсь.

Глубоко вздохнув, и удобнее перехватив руль, уставилась в лобовое стекло.

– Не думала, что там, в твоём мире, искусству обольщения учат. Вроде как у вас там в этом нет необходимости. Увидел, на плечо и в пещеру… – хмыкнула я, озарённая довольно яркими воспоминаниями об образе Рона при нашей первой встрече.

– Ошибаешься, нас там учат говорить правду.

– Правду?! Ну вот тебе правда: если хочешь увидеть истинную красоту женщины — посмотри на неё утром.

– Уже видел. Не раз. Ты всегда красивая.

И как на такое реагировать?! С одной стороны, приятно услышать комплимент от Рона, а с другой — прибить хочется, чтобы не мучился и меня перестал волновать.

– Судя по твоим словам, я могу остановиться? – спрашиваю несколько строго.

– Зачем?

– Ты ведь передумал искать табор?

– Почему это?! – не понимает.

Умный мужик вроде…

– Раз прилагаешь столько усилий, делая мне комплименты, значит, решил остаться здесь, со мной. Иначе к чему эти неуместные слова?

– Я всего лишь сказал, что думаю, – отвечает невозмутимо.

– Если не планируешь остаться, держи свои мысли при себе. А сейчас ты всё усложняешь. Лучше отвернись к окошечку и не отвлекай от вождения. Красота — страшная сила, особенно когда она за рулём. Я думала урок ты уже усвоил.

– Всё-всё… Понял. Любуюсь цветочками, которые за окном… – как-то слишком просто сдался Рон, напоминая сейчас больше беззаботного студента, нежели серьёзного мужчину из другого мира.

Дорога вновь стала почти ровной, с редкими поворотами, и мы въехали в первую небольшую деревеньку с названием «Прямь», так как решили здесь перекусить, размяться и, разумеется, расспросить о таборе. Хотя, лично я, уже петляя по горному серпантину, сильно сомневалась, что выбрала верное направление.

– Здравствуйте, – подхожу к первому попавшемуся человеку, – здесь по дороге через вашу деревню табор не проезжал?

– А вы чего цыганей-то вдруг ищите? – худосочный мужчина, в висящих на нём серых джинсах и клетчатой коричневой рубахе, окинул нас любопытным взглядом.

– Дело у нас к ним, – вмешался Рон.

– Гаврилыч, чего там у тебя спрашивают? – поворачиваюсь на звонкий голос.

К нам спешно направляются двое человек: полная женщина низкого роста и мужчина, противоположной ей комплекции.

– Да ничё, идите своей дорогой, – отмахивается наш собеседник.

– А тебе-то чего жалко, коли узнаем? Мож, чем поможем, – продолжала кричать женщина, хоть уже и подошла вплотную к нам.

Я невольно отшатнулась, прикрыв ухо ладонью.

– Да я говорю, что даже цыгане нашей дорогой побрезгуют ходить, – пустился в объяснения Гаврилыч.

– Чего тебе опять дороги наши не угодили? Ездишь же на кобыле, – возмутилась она в ответ и повернулась к нам. Проигнорировав меня, своим цепким взглядом маленьких тёмных глаз, она принялась бессовестно разглядывала Рона. – Хорошие у нас дороги, не слушайте его. Вон даже разметку на новую дорогу приехали наносить намедни.

– До вашей деревни дорога хорошая была. Неужели дальше всё настолько плохо? – ужасаюсь. Машина-то арендованная.

– А то, – деловито поджал губы мужик, – тут-то вы по просёлочной въехали с конца, она укатанная у нас, а вон, в центр деревни, асфальт заходит. Да лучше б его не было, честно слово! – демонстративно сплёвывает.

– Да хорошо всё у нас, не слушай его, – поворачивает меня к себе активная бабёнка, – чай разметку не на каждой деревне рисуют!

– Ох, баба-краса — ум забрала коса! Тьфу… Разметка ей! Лучше б асфальт сначала на эту дорогу наложили.

– Дык уж как тридцать лет лежит. Хороший, крепкий. Коль в яму в него колесом попадёшь, там и останется. Сам же в ту зиму про это вопил. Всего-то приноровиться и объехать.

– Мы всё поняли, –я поторопилась прервать начинающийся спор, – подскажите, по навигатору от вас двумя способами выехать можно. В яму не хотим.

– Дык, способа-то два, да только если до центра деревни и вправо податься, вдоль реки, так дорога там без асфальта и съезды крутые, – ответила женщина.

– Но старая-то дорога годами укатанная, – добавил Гаврилыч с уважением к объекту.

– А у вас здесь точно никогда цыгане не проходят? – предпринял ещё одну попытку узнать о главном, Рон.

– Не видал… – Ответил Гаврилыч, приподняв глаза к небу, будто припоминая.

– Ну ка, посторонись, Гаврилыч, раз не видал. Умные все. А как объяснять, лыка не вяжите! Я видала. Когда в райцентр ездила за поросятами. Там цыгане ходили. Вот туды езжайте. – Женщина показала направление перед собой. – Поняли куды?

– Не совсем, – признаюсь, – нам бы дорогу пусть без разметки, главное без ям и, чтобы до вашего областного центра вела. Подскажите?

– Чего не показать, – вмешался до этого момента молчавший мужчина, – на трассу не возвращайтесь, а до центра деревне доедите, как первый свёрток без травы увидите, значит, основная дорога. По ней и езжайте. Если прямо по деревне проехать дорога за ней совсем плохая, но обе в итоге на один профиль выходят, районный.

– Ага, а по профилю потом дооолго езжайте прямо, – перебила его женщина, – а потом уж совсем прямей. На свёртки не сворачивайте. Сначала райцентр будет, потом дорогу люди подскажут. Так может молока купить хотите? – Резко перевела она тему.

Я посмотрела на замусоленный до жирных пятен на одежде вид женщины и потянула вдруг приободрившегося Рона за рукав. Ну да, ему-то хорошо, у них не болеют, а вот мне носиться с болями в животе не улыбается.

– Нет, спасибо. Мы поедем, – отвечаю на ходу.

– Так мож творожку, али яиц?

– Нет, не нужно, – отвечаю, жалея о том, что перекусить, как планировали и размяться здесь не вышло.

Мы поспешно сели в машину. Рона быстро сориентировался, поняв мои намерения.

Я пристегнула ремень и на выдохе сдула со лба волосы.

– Готовься Рон, похоже, нам предстоит весёленькое путешествие. И не держи уже этот навигатор. Он ямы не показывает.

– Колоритная деревня. Ваши крестьяне напоминают наших, – выдал Рон. – Каждый о своём, и при этом все дружны. Смотри, как идут.

– А у вас есть крестьяне?

– Вы же так называете людей, разделывающих землю.

– Правильнее будет возделывающих. Ну если в общем, то так и есть. Есть городские, а есть сельские жители. И забудем про них уже! У нас дорога трудная. У реки привал устроим. Поедим наконец.

Как же Рон обрадовался, когда через полтора часа мы выехали на, как ни странно, приличную дорогу. Не он один. У меня уже тоже началась морская болезнь от этих бесконечных холмов, волн на дороге, резких торможений и объездов застоявшихся луж. По спидометру каких-то сорок километров проехали, а ощущение, что все двести.

По пути до пункта назначения, ничего похожего на табор мы не заметили, да и, по нашим предположениям, он уже должен или стоять в городе или двигаться в следующий. Правда, в Районном центре встретили пару цыган, уверенно заявляющих, что они из того самого табора, но Рон их быстро раскусил, даже предупреждать не пришлось. Просто, когда цыган схватил Рона за руку, чтобы повести за собой, Рон прикоснулся к его голове и отступив со словами: «Не то», — развернулся и увёл меня.

Ранний подъём, накал эмоций, потом эта дорога – сыграли свою роль. И после посиделок в районном кафе, я ощутила на себе вселенскую тяжесть. Возможно, Рон это заметил, так как не торопил выезжать, хоть для него найти этот табор крайне важно.

Да я позволила себе растянуть посиделки в кафе на двадцать минут, но они стали отличным отдыхом. Так как от всех этих подъёмов меня уже немного мутило и моральных сил садиться за руль не было, как и физических. Я не так давно получила права и для меня непривычно быть за рулём так долго. А по грунтовым дорогам я и вовсе ездила впервые.

Рон это чувствовал и был очень внимателен. Не думала, что этот мужчина способен настолько явно проявлять заботу. Всю вторую половину дня мы провели в поисках табора, хотя к тому времени надежды на успех во мне совершенно не было. Сама не поняла в какой момент, мы с Роном начали вести себя влюблённая пара ни в чём себе не отказывая. Усталость отступила, может проделки Рона, а может поднявшегося настроения. Рон вел за собой, а я решила насладиться остатками дня: были он и я. Наши с ним мгновения. Остальное будет потом, а сейчас, мы действительно счастливы!

Мы заехали ещё в несколько населённых пунктов, но как я и ожидала, никто даже не видел табора. Напрашивался вывод, что он уехал в другом направлении. Эту мысль Рон и озвучил.

В самом последнем, небольшом, но красивом городке, расположенном в центре плато, мы решили перед возвращением погулять по его центру. Зашли в парк. Поели шашлыков. Послушали музыку, сидя в обнимку на лавочке. Мы природа и ничего лишнего! Никто из нас не решался первым прервать этот волшебный вечер.

А волшебства в нём, действительно, благодаря Рону, хватало.  Пока мы шли вдоль берега, лебеди в пруду плыли за нами, а после кружили вокруг нашей лодки, на которой мы решили покататься. Неожиданно появившийся бутон в руке Рона распустился, как только оказался в моих руках. Даже на лавочке в парке ко мне прибежала белочка и села на колени, а другая ловко забралась на плечо, позволяя себя погладить, удивляя прохожих. Всё это так контрастировало с началом дня, что казалось сном!

– Рон. Как ты всё это делаешь? – спросила я смеясь, подставляя руку пушистой проныре, и позволяя ей перебежать через неё на скамью. Лапки цепкие, но даже не царапают!

– Сознанием животных управлять проще. Многое у них происходит инстинктивно. Но давай не будем тратить наше время на объяснения! Уже почти темно, ты куда-то ещё хочешь пойти?

– Нет. Давай пройдёмся ещё по парку.

Мы поднялись с лавочки, на которую сразу же нашлось немало желающих.

– Ты же замерзла? – Спрашивает обеспокоенно.

– Мы сейчас поднялись на плато, а здесь перепады температуры более резки. Поэтому да, свежо. – Рон загадочно улыбнулся своим мыслям и обнял меня за плечи. Меня сразу же обдало жарким теплом, находящимся в приятном контрасте с вечерней прохладой. Холодно, конечно, и до этого не было, но разве стоит об этом говорить Рону?

Мы шли по красивой аллее с раскидистыми деревьями вдалеке, за макушками которых собиралось садиться солнце. Тут и там маячили палатки с едой и играла музыка.

– Проголодалась? Спросил у меня Рон.

– Кажется, да, но давай только не Шаурмяу есть.

Тут я заметила кошку, понюхавшую выброшенную мальчиком добычу, и засмеялась.

– Смотри, даже она не ест.

– А выглядит голодной.

– Так уж повелось, что большинство зверей не ест себе подобных. Кролик не ест кролика, козёл не ест козла, а кошка не ест шаурму...

– А нам-то почему её не есть? Мы же не кошки.

– А у вас разве кошек едят?

– У нас едят мясо. Не смотри так на меня. Я смотрел в интернете, у вас даже насекомых умудряются есть.

– В нашей стране точно не едят, разве что муха в рот кому залетит... Да-да, нечего на этих девушек глазеть.

– А почему это они так одеты?

– Выступали где-то, теперь возвращаются. На них костюмы для танца.

– Вы тут ещё и танцуете в этом? Они же… как на пляже… почти. Боюсь представить, что у вас за танцы.

– Да, Рон, многое ты не видел, но танцы показывать тебе точно не рискну. С меня пляжа хватило. А вот если надумаешь остаться… – промурлыкала я нараспев, хитро сощурив глаза.

– Не искушай меня, женщина… – ответил он, проведя большим пальцем по нижней губе.

Конечно, мы осознаём, что Рон не останется, но сегодня я посмотрела на ситуацию иначе. Точнее сказать перешагнула на другую ступень: тосковать и гнобить себя за чувства, с этого дня не собирались. Рон объяснил мне, что притяжение, которое я испытываю сразу к двум мужчинам не моя вина. Более того, пока Рон не исчезнет из нашего мира, эту связь не оборвать и чем больше ей сопротивляешься, тем сложнее становиться.

Заметив, что я задумалась, Рон схватил меня за руку, и потянул за собой! Я бежала  вслед за ним, прямо как в романтических фильмах!

Когда я уже почти выдохлась, Рон довольно резко притормозили у блинной. С этим блюдом, мой воин был уже не раз знаком.

Мы заняли очередь, которая несмотря на позднее время здесь была. Чтобы отдышаться, я, прислонилась спиной к груди Рона, а вот он, пока я, глубоко дыша, наслаждалась состоянием покоя, заметил неладное: вычислил в толпе карманника, приманившегося торчащим краешком купюры из брюк немолодого мужчины.

Как же все хохотали, когда наблюдали, как и чем тот пытался отодрать от своей руки эту купюру, которая отказывалась перекочевать к нему в карман и вообще куда-либо, к тому же, проявляла чудеся прочности, не разрываясь. Казалось, что её контакт с кожей ещё и некий дискомфорт у воришки вызывает. Обо что только воришка её не шоркал, грыз, зажимал, в итоге так и убежал из нашего поля зрения, в панике пытаясь от неё избавится. К слову, оригинал так и остался у старичка.

Когда мы купили блины и отошли в сторону, Рон пояснил мне, что это была иллюзия, только для нас троих. Со стороны это выглядело явно иначе: мужик который ни с того ни с сего начал грызть свою руку махаться, кататься по траве и прочее.

– С тобой даже в очереди не скучно стоять, – призналась я Рону, откусывая свой долгожданный блин с ветчиной. Рон же не постеснялся и заказал себе целую кучу: всё по одному, с разными начинками и их сочетаниями. Ну, может и я так бы делала, стараясь попробовать в новом мире как можно больше всего. С другой стороны, Рон очень крупный мужчина и топлива на такую махину нужно немало.

Хоть и было уже темно, мы расположились на деревянном столике немного в глуби деревьев. Сюда доходило лишь слабое освещение. Почему-то Рон решил пройти мимо хорошо освещённых пластиковых столов, возле уже закрытой кафешки, а я просто последовала за ним.

Волшебство вечера для меня не закончилось сказочной суммой чека за блины. Одно моё имя из светлячков чего стоило! Откуда они вообще взялись? Сначала я заметила небольшое свечение немного поодаль от нас, а потом их становилось всё больше и вдруг я поняла, что эта тучка начинает приобретать знакомые контуры букв, которые становятся всё чётче!

Прохожие останавливались, показывали пальцами наверх, где резвились светлячки, а мы сидели в темноте и делали вид, будто здесь не причём, продолжая свой маленький пир!

Идиллию разрушил звонок от Мьяны. Они с Рином тоже не нашли ни следов, ни упоминания о проезжающем таборе и уже вернулись в гостиницу, как и Эдик.

– Нам бы тоже возвращаться. Машину вернуть нужно, – вздыхаю, неохотно поднимаясь на ноги.

– Пора. – Рон встал и протянул мне руку, снова став серьёзным. А мне впервые стало интересно, а как Рон выглядит и ведёт себя в своём мире? О чем-то, конечно, можно судить по его привычкам и жестам, но общей картины это не даёт. Мы молча шли к машине, наслаждаясь теплом друг друга.

Стоит вернуться, и всё закончится.

А ещё позже, Рон исчезнет навсегда...

Я резко затормозила, почувствовав, что мои губы задрожали от нахлынувшей безысходной тоски. Попыталась сделать глубокий вдох и сделала решительный шаг вперёд. Слишком много сильных эмоций при Роне, а я должна держаться.

Уехать мы умудрились довольно далеко, поэтому вернулись уже под утро. Тут же сдав машину и направившись по комнатам. Сутки за рулём без сна сделали своё дело и меня ничего, кроме кровати, к тому моменту не заботило.

Я остаюсь…День одиннадцатый, понедельник

Часа через три меня разбудил голос Рона в голове, потому что на стук в дверь я не реагировала. В поездке мы с ним договорились не игнорировать друг друга, а общаться нормально. Мы уже оба на своей шкуре прочувствовали, что для нас значит полное игнорирование.

Все собрались за большим овальным столом, находящимся в сердце апартаментов. Кто-то уже успел позавтракать, а кто-то только выплыл из душа, чуть только что, в нём снова не уснув, – разнежившись под тёплой водой.

Результатом вчерашних поисков был только потраченный бензин и время, а ещё бо´льшая половина моей стипендии на блины в парке. Никто из нас не встретил даже упоминания о таборе. И это очень странно...

Мы решили ещё раз заехать на место, где стоял табор. Опросили людей в округе. Да. Он тут был. Ещё вчера, когда вечерело. Но куда он потом направился и по какой дороге, никто не заметил, что тоже странно, так как такая процессия волей-неволей обращает на себя внимание.

Какую бы должность Ринат не занимал, но прогуливать работу, переваливая её на чужие плечи, не мог. Нужно было возвращаться. И тут Рон выдал неожиданное решение:

– Я остаюсь. Не могу позволить себе поиски только два дня из семи.

– Но как? – удивилась Мьяна.

– Можете не переживать, – он явно почувствовал наши эмоции, – я уже вполне овладел вашим языком, да и как справляться со своей магией способ нашёл.

На удивление, Ринат спорить не стал.

– Держи. Это банковская карта. Обычно я её использую для расчёта по интернету и походов в магазин. На ней достаточная сумма. Если закончится, дай знать. Мне жаль, что не могу остаться и помочь с поисками дальше. Но мы тоже, пусть из дома, но будем искать любую информацию о появлении табора и передавать её тебе.

– Держи. – Эдик протянул Рону сотовый телефон. – Вот так снимается блокировка, смотри. А вот список контактов. – Продолжал показывать Эдик Рону. – В нём не так густо, — не заблудишься.

– Вижу, – кивает Рон. – Папа, — это Ринат, как понимаю.

– Верно.

– Мьяну нашёл, – комментирует Рон.

– Правильно.

– Любимая? – Рон посмотрел мне прямо в глаза, пробирая этой фразой до самого сердца.

– Дай сюда, переименую. – смутился Эд, и попытался забрать телефон у Рона, но разве такое возможно?

– Это же твой телефон. Зачем что-то менять? – скоро верну.

– А почему бы просто сейчас не заехать и не купить Рону телефон с подходящим для разъездов тарифом? Нужно, чтобы безлимитный интернет всегда был под рукой. – предложила я.

Так мы и сделали. Телефон купили, все необходимые программы Рону поставили, сидя уже в кафе. Эдик показал Рону, как загружать карты и новые программы. Проблем у него не возникло. Он сам добавил все наши контакты, подписав нас коротко по именам. Пришло время прощаться, пусть в этот раз и ненадолго.

Мьяна обняла Рона и пожелала ему удачи.

Я последовала её примеру и добавила, что, если с поисками будет сложно, мы всегда ждём его дома.

– Звони почаще, – похлопал его по плечу Рин.

– А я, пожалуй, останусь ещё на денёк. Могу себе позволить выделить на поиски, – неожиданно решил Эдик, который за это время слишком уж привязался к Рону.

– А как же учёба? – возмутился Рин.

– В видеоконференции сегодня через планшет поучаствую, – пожал плечами парень, – я иду вперёд программы. За пару дней ничего критичного не произойдёт. Рон, ты не против?

– Буду рад твоей компании. Всё же ты в своём мире и лучше знаешь с чего стоит начать, – ответил Рон.

А я думала, он попытается отказаться. Всё же от меня не укрылось: чем больше Эдик сближается с Роном, тем больше им восхищается, а вот Рону от такого отношения соперника явно некомфортно.

– А я как раз воспользуюсь возможностью и буду нагонять учёбу. – сказала я, отметая возникшие у друзей предположения на мой счет.

Я и два моих парня, — это уж слишком.

– Мне будет не хватать тебя, Зеленоглазая. – отозвал меня Рон на пару слов.

– И мне тебя тоже. Но, может, так всем нам станет легче?

– Увидим. Я даже Рад, что Эдик остаётся со мной. Отдохни там от нас.

– И вы от меня... – подумалось, когда мы с Ринатом и Мьяной уже начали отъезжать, но вдруг Эдик побежал следом за машиной.

Рин затормозил, а Эдик открыл мою дверь, подхватил из машины и крышесносно поцеловал меня при всех!

При всех!

Пытаясь выровнять дыхание, ошалело смотрю на так просто вскружившего мне голову парня.

– Я буду очень по тебе скучать, – сказал мой принц из сказки, игриво подмигнув и в довершение поцеловав кончик моего носа. Расплывшись в улыбке он нежно потрепал меня по щекам, вглядываясь в глаза. – Какая же ты у меня красивая… – выдохнул парень и я поняла, что и я тоже, очень… очень сильно буду скучать.

– И ты… проблеяла на выдохе.

– Лёгкой дороги, – отстранился Эдик, – позвони, как доедете. В любое время суток, обещаешь?!

– Да, – всё, что я смогла выдавить из себя сейчас.

Садясь назад в машину, я испуганно посмотрела в сторону, где до поцелуя с Эдиком  стоял Рон, но увидела лишь удаляющуюся в сторону гостиницы спину мужчины.Я остаюсь…День одиннадцатый, понедельник

Часа через три меня разбудил голос Рона в голове, потому что на стук в дверь я не реагировала. В поездке мы с ним договорились не игнорировать друг друга, а общаться нормально. Мы уже оба на своей шкуре прочувствовали, что для нас значит полное игнорирование.

Все собрались за большим овальным столом, находящимся в сердце апартаментов. Кто-то уже успел позавтракать, а кто-то только выплыл из душа, чуть только что, в нём снова не уснув, – разнежившись под тёплой водой.

Результатом вчерашних поисков был только потраченный бензин и время, а ещё бо´льшая половина моей стипендии на блины в парке. Никто из нас не встретил даже упоминания о таборе. И это очень странно...

Мы решили ещё раз заехать на место, где стоял табор. Опросили людей в округе. Да. Он тут был. Ещё вчера, когда вечерело. Но куда он потом направился и по какой дороге, никто не заметил, что тоже странно, так как такая процессия волей-неволей обращает на себя внимание.

Какую бы должность Ринат не занимал, но прогуливать работу, переваливая её на чужие плечи, не мог. Нужно было возвращаться. И тут Рон выдал неожиданное решение:

– Я остаюсь. Не могу позволить себе поиски только два дня из семи.

– Но как? – удивилась Мьяна.

– Можете не переживать, – он явно почувствовал наши эмоции, – я уже вполне овладел вашим языком, да и как справляться со своей магией способ нашёл.

На удивление, Ринат спорить не стал.

– Держи. Это банковская карта. Обычно я её использую для расчёта по интернету и походов в магазин. На ней достаточная сумма. Если закончится, дай знать. Мне жаль, что не могу остаться и помочь с поисками дальше. Но мы тоже, пусть из дома, но будем искать любую информацию о появлении табора и передавать её тебе.

– Держи. – Эдик протянул Рону сотовый телефон. – Вот так снимается блокировка, смотри. А вот список контактов. – Продолжал показывать Эдик Рону. – В нём не так густо, — не заблудишься.

– Вижу, – кивает Рон. – Папа, — это Ринат, как понимаю.

– Верно.

– Мьяну нашёл, – комментирует Рон.

– Правильно.

– Любимая? – Рон посмотрел мне прямо в глаза, пробирая этой фразой до самого сердца.

– Дай сюда, переименую. – смутился Эд, и попытался забрать телефон у Рона, но разве такое возможно?

– Это же твой телефон. Зачем что-то менять? – скоро верну.

– А почему бы просто сейчас не заехать и не купить Рону телефон с подходящим для разъездов тарифом? Нужно, чтобы безлимитный интернет всегда был под рукой. – предложила я.

Так мы и сделали. Телефон купили, все необходимые программы Рону поставили, сидя уже в кафе. Эдик показал Рону, как загружать карты и новые программы. Проблем у него не возникло. Он сам добавил все наши контакты, подписав нас коротко по именам. Пришло время прощаться, пусть в этот раз и ненадолго.

Мьяна обняла Рона и пожелала ему удачи.

Я последовала её примеру и добавила, что, если с поисками будет сложно, мы всегда ждём его дома.

– Звони почаще, – похлопал его по плечу Рин.

– А я, пожалуй, останусь ещё на денёк. Могу себе позволить выделить на поиски, – неожиданно решил Эдик, который за это время слишком уж привязался к Рону.

– А как же учёба? – возмутился Рин.

– В видеоконференции сегодня через планшет поучаствую, – пожал плечами парень, – я иду вперёд программы. За пару дней ничего критичного не произойдёт. Рон, ты не против?

– Буду рад твоей компании. Всё же ты в своём мире и лучше знаешь с чего стоит начать, – ответил Рон.

А я думала, он попытается отказаться. Всё же от меня не укрылось: чем больше Эдик сближается с Роном, тем больше им восхищается, а вот Рону от такого отношения соперника явно некомфортно.

– А я как раз воспользуюсь возможностью и буду нагонять учёбу. – сказала я, отметая возникшие у друзей предположения на мой счет.

Я и два моих парня, — это уж слишком.

– Мне будет не хватать тебя, Зеленоглазая. – отозвал меня Рон на пару слов.

– И мне тебя тоже. Но, может, так всем нам станет легче?

– Увидим. Я даже Рад, что Эдик остаётся со мной. Отдохни там от нас.

– И вы от меня... – подумалось, когда мы с Ринатом и Мьяной уже начали отъезжать, но вдруг Эдик побежал следом за машиной.

Рин затормозил, а Эдик открыл мою дверь, подхватил из машины и крышесносно поцеловал меня при всех!

При всех!

Пытаясь выровнять дыхание, ошалело смотрю на так просто вскружившего мне голову парня.

– Я буду очень по тебе скучать, – сказал мой принц из сказки, игриво подмигнув и в довершение поцеловав кончик моего носа. Расплывшись в улыбке он нежно потрепал меня по щекам, вглядываясь в глаза. – Какая же ты у меня красивая… – выдохнул парень и я поняла, что и я тоже, очень… очень сильно буду скучать.

– И ты… проблеяла на выдохе.

– Лёгкой дороги, – отстранился Эдик, – позвони, как доедете. В любое время суток, обещаешь?!

– Да, – всё, что я смогла выдавить из себя сейчас.

Садясь назад в машину, я испуганно посмотрела в сторону, где до поцелуя с Эдиком  стоял Рон, но увидела лишь удаляющуюся в сторону гостиницы спину мужчины. 

Эти дни я и правда посвятила учёбе. По вечерам искала табор через соцсети. Рин занимался тем же и подключил к поискам своего давнего друга Виталика. Только вот, в отсутствии Рона и Эдика, Ринат и Мьяна временно перебрались в их квартиру. Меч, за время нашего отсутствия никто похитить даже не пытался. Поползновений на квартиру или дом не было. Во всяком случае, всё стояло на своих местах, поэтому меня без колебаний оставили одну дома.

Сумасшедшего биолога арестовали и через две недели над ним будет суд. По словам Рина, его защита будет основываться на наличии умственного расстройства. Тот, похоже, и правда помешался. Рвётся при любом беспокойстве и кричит про какое-то существо или божество.

Так что все эти дни я пропадала в Академии или библиотеке. По вечерам парни звонили мне по видеосвязи, по очереди и я каждому отчитывалась, как прошёл мой день.

С Роном, через интернет, мысленно говорить не получалось, хоть мы и видели глаза друг друга. Видимо, это работает иначе. Причём звонил Рон всегда сразу после Эдика.

Как он это делал? На третий день я спросила, как ему это удаётся? Оказалось,  ответ простой: из соседней комнаты, просто расходится щенячий восторг и фонтанирует всеобъемлющая любовь. Как только в эмоции примешивается тоска, значит, пора звонить.

После разговора с мальчиками я читала ещё кучу сообщений от них, правда Рон был более сдержан в словесных выражениях чувств.

Я откинулась на подушку и прижала телефон к груди. Сегодня я была готова мурлыкать от счастья! Почему-то вспомнилась довольная морда кота из Простоквашино, который говорил, что теперь вдвойне счастлив будет. Даже Рон признал, что мне никуда от этого не деться, так что я решила смириться и не пытаться изменить то, что не в силах. Пусть всё идёт своим чередом. Ведь как только я это признала в поездке, мне стало гораздо легче.

В четверг окончание моих пар совпало с концом рабочего дня Мьяны и она предложила заехать к ним с Роном в гости, поболтать о своём, а после его возвращения – уже о делах насущных.

Знала бы я, что она подразумевала под фразой: «Поболтать о своём»…

Болтали мы не о своём, а о моём… Точнее, — моих… мыслях.

С порога поздоровавшись с бабушкой, Мьяна сообщала, что мы не голодны, так как совсем недавно поели в академии. Может, про себя она и правду сказала, а вот я, при мысли о том как бабашка вкусно готовит, сглотнула слюну и глубоко вдохнула в надежде распрямить так сжавшийся в просьбе покормить его желудок.

С Мьяной вообще не стоит спорить, особенно сейчас, когда она стала слишком чувствительной к каждому слову. Поэтому я решила намекнуть про еду чуть позже.

Мы буквально вбежали сразу в комнату и защёлкнувшийся за моей спиной замок, мгновенно насторожил…

– Фея, я все последние дни думала и… – внимательный пристальный взгляд и молчание.

И как я должна это понимать?

– И?

– Ну что тут непонятного? Рассказывай уже! – требует подруга, чуть повысив голос.

– Хорошо. Сегодня я была в Академии. Много училась, и уже почти закончила задание, которое ты задала нам на паре.

– Феодосия… – произнесла она вкрадчиво, по слогам.

Бррр...

Меня передёрнуло от полного имени.

Знает же, мою реакцию…

И вот, не ответить же той же монетой. Имя её я ещё в детстве как ни крутила, ничего в противовес Феодосии обнаружить не смогла.

– Мьяна, уточни, о чём же ты думала все последние дни? – Не стала сильно нервировать беременную женщину, которая от нетерпения уже сжала свои, почти детские, кулачки.

Да, по сравнению с руками Рона, руки Мьяны теперь кажутся действительно детскими.

Опять я о нём думаю…

Да, что ты же это такое?!

С утра Эдик снился. Первую пару не сняв наваждение сна так и представляла его образ в моросящем за окном дождике. А ещё этот его фирменный жест, когда он подаёт мне руку, приглашая… Я просто таю под его обаянием! Уже молчу про прощальный поцелуй! Он такой волшебный, не менее волшебныый, чем Рон. Нет, не так: Эдик сказочный, а Рон волшебный! Кстати о нём: я последней пары постоянно спотыкалась о мысли про этого брутала. Даже представляла, будто он пришёл со мной на пару, фантазировала про реакцию аудитории на него.

– Ау-у-у!!! Фея?! Я как раз об этом! Ты опять замечталась, – перед моими глазами махали мелкой плюшевой кошкой.

– Ничего особенного. Вспоминала сегодняшний день.

– Эдик тебе пишет?

– И звонит.

– А Рон?

– Тоже.

– Попалась! – Подпрыгнула Мьяна.

– Можно подумать, вам они не звонят, – попыталась выкрутиться я. Портить отношения с будущей свекровью я не хотела. Кто её беременную знает, какими глазами она на меня теперь смотрит.

– Слушай, ты главное подумай хорошо. Рон он, конечно, брутальный мужик, сын короля, крутой волшебник и всё такое. Но Эдик тебе больше подходит. Рон ведь уйдёт, а тебя оставит. Я в том смысле, – не натвори глупостей.

– Кто тебе сказал… – начала было я.

– Подруга, хватит отпираться, – перебила Мьяна. – У меня глаза есть. И потом, Рон он вон какой громадный, а ты мелкая… Ты представляешь какой у него… Ну… Это же ужас, как страшно!!! – Мьяна смутилась.

Ей-богу, не ей такие разговоры заводить.

– Представляю, – вслед за ней смутилась и я, – и, похоже, не я одна. – поддеваю подругу. – Если помнишь, мы его вместе купали.

– Да я тогда старательно себе на грудь смотрела, а когда ты завизжала, – на тебя. А потом Рин. В общем, я только на Рина смотрю. – окончательно смутившись оправдывается подруга.

– Да не оправдывайся так усердно. Тебя не в чём не обвиняют. – улыбнулась я, глядя на самостоятельно загнавшую себя в краску подругу.

– Я за тебя беспокоюсь… –  Мьяна подняла на меня неприсущий её робкий взгляд.

– Поверь, беспокоится не стоит. Особенно тебе, в твоём положении. Ты лучше расскажи, что вы для свадьбы приготовили и купили. Есть что показать?

Мьяна оживилась возможности свернуть с темы, закивала и с мечтательным взглядом начала мне всё рассказывать, незаметно заваливая меня ворохом коробок.

Эдик не приехал не через день и не через два. В пятницу они вернулись вместе.

Со стороны они казались закадычными друзьями, со своими шуточками и общими историями. Я только что вернулась с учёбы и умывшись выходила из ванны. Увидев их, чуть ли не в обнимку, я на мгновение застыла на месте. Хотелось бежать и обнять их двоих, что я, собственно, плюнув на всё, и сделала.

К чёрту всё!

Я кинулась к парням, вклинилась между ними обняв и невинно чмокнула каждого из них в щеку, расспрашивая, как прошла поездка.

Парни как-то странно переглянулись между собой.

Что у них за секреты?!

 Рон и Эдик.

Когда машина отъехала, Эдик нагнал Рона уже у двери в комнату.

– Почему не подождал?

– У нас не приняты долгие прощания.

– Рон, мы можем поговорить? – Эдик смотрел слишком серьёзно.

– Это по поводу поисков?

– Нет.

– Понятно. Можем. Давай вечером, после поисков. Сейчас нужно решить, куда двигаться дальше.

– Хорошо. Пошли, я загружу карту на планшет. Потом нужно выписаться из гостиницы и отправимся.

День прошёл в активных поисках, но без результата. Первая поездка на поезде Рона прошла в заботах и просчёте дальнейших вариантов действия.

За день осилили два ближайших города. Как такой приметный табор мог бесследно исчезнуть? Ни в интернете, ни от жителей, даже упоминания найти не удалось. Вечером, усталые, доехали до следующего города и сняли номер в ближайшей к въезду гостинице. Одноместных номеров не было, пришлось брать двухместный.

Выйдя из душа, Рон присел на край кровати к Эдику.

– Ты хотел поговорить? Я готов выслушать.

– Рон, я не хочу смущать своими вопросами Фею, но ты как мужчина, надеюсь, скажешь, что между вами двумя происходит?

– Ты действительно готов это услышать?

– Рон, я и так уже слишком много вижу. Твои слова будут лишь подтверждением.

– Ладно, – не стал церемониться, за день уставший от поисков и городской суеты этого мира, Рон. – Ты сам захотел услышать.

– Именно.

– В этом мире у меня неожиданно проснулась редкая магия истинных королей. Если говорить проще — это магия связей. Теперь я вижу вещи, неподвластные другим. Если разобраться, то они и мне неподвластные. Всё что могу, это лишь видеть.

– При чём здесь Феодосия?

– Фея, – она моя пара. Но в этом мире, для неё уже существует пара, – это ты. И ни первого, ни второго не изменить. Она будет тянуться и к тебе, и ко мне. Предупрежу, что это не её вина. Для неё это так же сложно, как решить какую руку себе оставить: правую или левую. Тебе нужно просто это принять, как недавно принял вашу связь я.

– Издеваешься?

– Просто дождись моего возвращения назад и всё встанет на свои места. Тем более даже сейчас ты в выигрышном положении. Она сразу выбрала тебя и с тобой останется.

– У меня нет слов. Чувствовал неладное, но услышать такое… — неожиданно. – Эдик заметно побледнел и говорил как будто не своим приглушённым голосом. – А ещё у меня всё это время было чувство, будто вы разговариваете между собой только лишь глазами.

– Это так, – не стал скрывать Рон.

–Что?! – Эдик подскочил от новости и теперь на его щеках, наоборот, сквозь неестественную бледность, даже серость, пятнами выступил яркий румянец.

– Для меня самого непостижимо... Не смотри на меня так. Я сильный маг. В ней же магии нет, но каким-то образом, может, из-за связи, это начало происходить. Удивительно то, что она даже может выбирать: какие мысли мне транслировать, а какие оставить себе. Это к твоему вопросу не читаю ли я её целиком.

– Откуда ты?

– Твои эмоции почти разговаривают.

– И ты на меня не злишься? Не хочешь убрать с дороги? Мы же, выходит, соперники?

– А ты сам злишься?

– Конечно, злюсь! – вспылил Эд, но тут же остыл. – На ситуацию, но не на тебя. Без Феи, я себя не представляю. Полагаю, ты так же.

– Я-то как раз представляю. Для меня всё выглядит не слишком радужно.

– И ты не будешь за неё бороться? Ты же сам рассказывал, что всегда привык побеждать, – интересуется Эдик.

– Смысл борьбы не в победе, смысл в том, что эта победа может тебе дать.

– Не понимаю. Я чувствую, что ты отступился. Почему?

– Она сделала выбор, — тебя. Так правильно. Я скоро исчезну из этого мира.

– Похоже, не так скоро, раз мы даже приметный табор общими усилиями не нашли.

– Ты так уговариваешь меня вступить в борьбу? – Рон иронично улыбнулся. –Предлагаешь об этом задуматься?

– Просто думаю, что это всё несправедливо ко всем нам, и к тебе в том числе. Рон, ты необычный, не из-за того, что у тебя есть какие-то особенности, а из-за того, что ты умеешь быть прямым и честным. Спасибо, что рассказал мне правду.

– Не стоит. Попрошу одного: будь терпим к Фее, пока я не исчезну. Как только я это сделаю, связь с моей стороны ослабнет или исчезнет, — и всё изменится.

– Можно ли считать двух мужчин, любящих одну женщину друзьями? – Задал вопрос Эдик, после обоюдно длительного молчания.

– Возможно, это зависит от самих мужчин?

– Возможно. Я бы не хотел терять друга, несмотря на исход нашей ситуации.

– Это меня самого удивляет, но я тоже. Вероятно, это тоже влияние наших связей. Хотя я склонен считать, что дело действительно в тебе.

– Тогда держи, – Эдик протянул Рону руку, – не смотри на неё, — просто пожми.

– Вот так!

– Эй! Не переусердствуй! Мне завтра ещё тебя по городу и окрестностям возить! С одной рукой далеко не уедешь. – Эдик потряс рукой и демонстративно на неё подул, тем самым вызвав улыбку Рона.

Рону нравилось даже когда этот парень дурачится, хотя раньше считал для мужчины подобное неприемлемым, но Эдик воспринимался иначе.

– Завтра много дел. Спокойной ночи, – Рон сознательно прервал этот диалог. Ему совершенно не хотелось привязаться к этому парню ещё сильнее. Как-то это неправильно.

– Спокойной?! Это шутка такая? – возмутился Эдик, явно подразумевая новости, которыми ошарашил его Рон.

– Нет, эта традиция вашего мира, – немного грустно улыбнулся Рон, понимая, что и для него ночь не будет спокойной.

День пятнадцатый Фея

Наконец мы снова собрались все вместе: я, Рон и Эдик. 

Весь остаток дня мы провели в интернете в поисках информации, случайных фото и прочих зацепок, попутно отмечая на карте места, где мы уже искали. Попутно я с удовольствием слушала рассказ Рона о своих впечатлениях. Сначала это больше походило на сухой отчёт, но к Рону подключился Эдик. Было занятно послушать наперебой спешивших поделиться со мной парней! 

Оказалось, по вечерам парни не просто сидели в номере, а гуляли, изучая новый город и попутно спрашивая в людных местах про табор. Так сказать: совмещали приятное с полезным.

Ближе к ужину, устав от поисков, я захлопнула крышку ноутбука и решила спуститься вниз. Парни последовали за мной. Эдик усадил меня на диван в гостиной, а Рон принес большую черную дорожную сумку на колесиках. Закинул её на стоящий перед диваном столик и раскрыл!

– Это что?!

– Это наши подарки тебе, смотри! – Эдик вынул из сумки огромного плюшевого тигра. – Это я в тире выиграл. 

– А это я, – Рон протянул мне такого же по размерам льва!

– Представляешь, как Рону понравилось наше оружие! Мы даже в музей оружия в одном из городов сходили! – С азартом начал рассказывать Эдик. Глаза у парней после поездки заметно горели. 

– Дайте угадаю! Вы купили ему огнестрельное оружие?

– Нет, он отказался. 

– Почему? – Удивилась я.

– Считаю, это все равно, что привезти и выпустить на свободу опасного хищника. В моем мире и так хватает опасностей. Посмотрев на ваши возможности вообще удивляюсь, как ваш мир до сих пор стоит на месте, – отозвался Рон.

– А вот это тоже подарки? – я подцепила выбившуюся из пачки, одиноко лежащую поверх остальных «подарков» купюру.

– Да. Это тоже тебе, – Рона вообще ничего не смущает! – И на наше дальнейшее путешествие.

– Эдик и ты это поддержал? 

– Эдик убедил меня в том, что если в этом мире есть возможность заработать, нужно ей воспользоваться. Тем более это оказалось довольно просто.

– Эдик? – вложила все эмоции в вопрос.

– Всего лишь несколько игровых автоматов и пара казино. Не такое большое дело, – пожал он плечами.

– Не большое?! 

– Да способности Рона мечта любого! Про это даже не один фильм сняли. При первом выигрыше мы уходили, не переживай.

– Эдик, Рон вообще в курсе, что ваши заработки выходят за рамки закона? – Эдик посмотрел на меня виноватым взглядом. 

– Обещаю, больше так не будем! Мы просто в азарте были, вот и прошлись! Мне тоже впервые довелось!

– Зато теперь я сам плачу за свои расходы! – «обрадовал» меня Рон, который явно ни в чем не раскаивался и был как обычно в себе уверен. – Я унесу сумку к тебе в комнату. Там мы ещё много чего интересного для тебя выиграли и купили. Потом посмотришь.

– Да-а?! Ну хорошо. Спасибо, – меня грыз червячок сомнения. Уж слишком они спелись. Общие подарки для меня… 

Подозрительно.

Неужели один из них что-то задумал? А ещё хуже, если оба!

После возвращения мальчики вели себя со мной более чем галантно и сдержано, даже не позволяя лишнего взгляда в мою сторону. Но если наши взгляды встречались, с одним из них — это был огонь! 

Мне приходилось первой отводить взгляд. 

Мысленно Рон сказал мне лишь пару фраз и то по необходимости, когда я уходила в другую комнату. При Эдике он молчал заставляя мучиться догадками.

И вообще как-то они везде в вдвоем. Куда один — туда второй. В итоге наедине ни с кем из них я не оставалась ни на секунду. Это меня даже несколько радовало, но и расстраивало одновременно.

На вечернем домашнем совете, мы пришли к выводу, что всё же иголку в стоге сена найти оказалось бы легче, чем толпу ярких, приметных цыган с вагончиками и стадом животных.

Парадокс.

Рин предположил, что возможно нам нужно зайти с другого конца. Мы знаем связанный с книгой город – это Любляна. Может стоит не цыган искать, а место, где эта книга была запечатана? Конечно Ринат немного скептически отнёсся к этому таинству, сомневаясь, что такое было, но взглянув на Рона проникся. 

Рон согласился с общей мыслю Рина, аргументировав, что это лучше, чем просто сидеть на месте и ковырять интернет.

– Рон, меньше чем через четыре недели у нас с Мьяной свадьба, – делиться Рин, – потом у нас будет целый месяц отпуска и тогда мы сможем тебе с этим помочь, но сейчас никак. Прости, работа и необходимая подготовка к свадьбе, плюс стройка дома без меня встала.

– Понимаю, – отозвался как всегда собранный Рон. Кажется этот факт его ни сколько не огорчил.

– Надеюсь ты придешь к нам на свадьбу, если к тому моменту ещё будешь в нашем мире? – Спросила Мьяна.

– Даже не сомневайтесь, – улыбнулся он ей довольно тепло, – если буду здесь, такое событие не пропущу. 

– Но ведь это будет ваш медовый месяц. Вы же путешествие планируем, – удивляюсь.

– Вот и попутешествуем, – останавливает меня Мьяна серьёзным взглядом, отрицательно мотая головой. – Вчера мы всё обсудили.

– Не стоит. С поисками я справлюсь сам, – отвечает Рон, – я всегда справлялся сам и пребывание в этом мире ничего не меняет.

– Тем не менее это незнакомый тебе мир, – не соглашается Рон. – Там совсем недалеко, в Венеции, сейчас живет мой друг. Его зовут Виталик. Он непоседа, где только не пожил, так что с удовольствием поможет в случае необходимости.

– Ему можно доверять?

– Вполне. Но всего можно и не рассказывать. Когда-то именно он круто изменил мою жизнь в лучшую сторону.

– Будем иметь ввиду, но надеюсь не понадобится, – ответил Рон.

– Я так понимаю ты едешь с Роном? – Рин обратился к Эдика

– Куда я теперь от него? – Засмеялся тот. – Отпускаешь?

Судя по жесту Рината, он совершенно не против. Кажется благодаря нашей встрече, Рин начал смотреть на сын другими глазами.

– А ты, Фея, поедешь? Спросил Ринат и парни оживившись одновременно повернулись, пытаясь заглянуть мне в глаза. 

У меня так косоглазие разовьется!

– Поеду, – во избежании отвернулась от них к Рину. – Не отпускать же их одних. Чревато... 

– Тогда я спокоен. – Ух ты! Ринат настолько мне доверяет? – А теперь вопрос: у кого из вас есть загранпаспорт?

– У меня, ответила я... И тишина... – Я подняла взгляд на Эдика. С Роном-то всё понятно.

– У нас с отцом тоже есть, но через полгода истекают, нужно посмотреть точнее, – отвечает мне парень, – надеюсь, не будет проблем.

– На сколько знаю, туда ещё и Шенген оформлять нужно. – Добавил Ринат.

– И что делать?

– Оформлять.

– Это же долго! – Простонал Эдик. 

– Вот пока ждешь, у тебя есть возможность нагнать пропущенную учебу. Бери пример с Феи, она всю неделю в ударном темпе нагоняла.

– Только не включай снова папочку. – закатил Эдик глаза.

– А я и не выключал, – Улыбнулся ему Рин.

– У меня подруга в турфирме работает, – вспомнила я, – спрошу, может как-то можно ускорить процесс. 

– Отлично! – оживился Эдик.

– Я ей утром позвоню. 

И хорошо бы процесс поторопить. Как-то боязно ещё на неделю с Роном одну жилплощадь делить. Уже даже не сомневаюсь, что мы чего-нибудь натворим, несмотря на железно принятые нами решения. Между нами по-другому и не случалось.

– На счет Рона... – задумчиво проговорил Ринат. – Наверное не стоит рисковать. Я дам свой паспорт. А он его немного изменит. Надеюсь, временно. – улыбнулся ему Рин. – Все же у них данные в компьютерах. На таможне может быть опасно с явной подделкой.

– Все проще. Просто создам необходимую иллюзию на лицо при прохождении. Будто ты улетел. – Ответил Рон.

– Хорошо. Тогда я как раз в дни вашего отъезда личными делами займусь, под предлогом той самой поездки. Обычный паспорт со мной будет и права, поэтому проблем возникнуть не должно.

– Отлично! Но, думаю не стоит расслабляться и с поисками табора. Раньше же они всплывали в интернете. Может и снова повезет, – поделился мыслями Эдик.

– Костик следит. Пока тишина, – ответил Рин. – Но можете и сами помогать, мало ли кому больше повезет. А сейчас по кроватям! Завтра нас ждет очередной непростой день.

День шестнадцатый, суббота

Утром после бурного обсуждения планов на день, Рон и Эдик возникли из подвала с вещами. 

– Вы куда?! – удивляюсь, глядя на собранных парней

– Домой, – ответил Рон.

– По месту прописки, – добавил Эдик.

– Для поддержания нашей легенды мне лучше и правда пожить там, – пояснил Рон.

– Не переживай, мы будем часто заходить в гости! – Примирительно сказал Эдик, хотя я до сих пор ничего на это не сказала, а только следила за этой странной парочкой.

– Разумно. Мне в Академию пора. Сегодня две пары. – отвечаю непринуждённо. Будто меня никаким боком не касается.

Вот не просто же так съезжают?! Так-то решение правильное. Главный повод для волнения самоликвидировался.

Только я где-то в глубине души, да и на самой её поверхности очень надеялась провести перед разлукой с Роном как можно больше времени.

– А потом? – удивил вопросом Рон.

– Потом я прогуляюсь до подруги. Я как проснулась её позвонила. Она с визой и туром помочь обещала.

– Мы с тобой! Где тебя встретить? – Оживился Эдик. 

– Я сброшу адрес, – не меньше оживилась я. Внутренне, конечно. Снаружи я сама серьезность и рассудительность! 

Похоже я сделала неправильные выводы! Видеть меня как можно реже никто не собирается!

Мы вместе вышли из дома, попрощались и сели по машинам.

Результатом нашей поездки к Ксюше, стало довольно выгодное приобретение тура и обещание помочь с документами. Засиделись правда мы у нее до позднего вечера. Парням она очень понравилась. Я впервые познала, что значит ревность! А у меня она в двойном размере была! Домечталась…

До нашего тура оставалось уже меньше семи дней. Ещё вчера я собрала всё необходимое в чемодан и сейчас сидела, изучая информацию про город. Как же он не похож на наш! Чувство предвкушения, раскрытия его тайн захватывало и занимало все мои мысли. Даже место на мысли про моих парней почти не оставалось. Казалось, стоит приехать в город, и страница перевернется, открыв нам новую, скрытую ото всех главу.

Дни в ожидании я ходила на учебу, занималась повседневными делами и гуляла со своими парнями. Они наверно решили сводить меня во все хоть немного интересные места нашего города. Как ни странно, неловкости между нами троими не было. То есть, поначалу я испытывала жуткую неловкость, но, когда один парень подаёт тебе сладкую вату с одной стороны, а другой вручает тебе освежающий лимонад, при этом непринуждённо общаясь между собой, — это несколько расслабляет!

Никто из них не позволял себе лишнего и я постепенно расслабилась, наслаждаясь их обществом. 

А желания? Да, с ними было сложнее, но я справлялась.

Домечталась… 

Мечты сбываются! Так и знайте! Для кого-то в двойном объеме. 

Сюрприз!

Сегодня Рону стало интересно как же учатся студенты в наших Академиях, а Эдик, собиравшийся зайти туда по делам, предложил заодно удовлетворить любопытство друга. Мало того, так они решили дождаться конца моих занятий, чтобы увезти меня домой… И конечно же, все это было для меня сюрпризом!

Н-да…

С утра нечего не подозревавшая я собрала сумку по стандартному расписанию на среду и уже опаздывая прыгнула за руль. Немного превысила скорость, но успела! 

Взмыленная вбежала в аудиторию за секунду до! Всё хорошо, но при этом я умудрилась хлопнуть дверью у преподавателя перед носом, совершенно не заметив его.

Ржала вся аудитория.

После всё пошло лишь по нарастающей. Сегодня Сашка вновь предпринял попытку покорить мое сердце. Ну это он так называет. Не знаю какая эта попытка по счету, но я уже исчерпала запас вежливых слов для отказа. 

Никогда к нему серьезно не относилась. Парень легкий не только на подъем, но и на смену приоритетов. Они с Кириллом даже поспорили кто первый завоюет мое сердце и весь курс, включая меня, в курсе дел. Андрей даже тотализатор замутил. 

Я к этим делам относилась философски, даже подыгрывала парням: в один день подмигнув одному, вызвав бескрайний восторг, а в другой, позволить нести дамскую сумочку другому, тем самым вызывая у них жаркие споры. Да, парень с дамской сумочкой это…   Ну ведь сам же вырывал! А остальные, – остальные просто угорали над нами. В общем до сегодняшнего дня всех всё устраивало. 

Если Сашка считался самым симпатичным парнем на курсе, то Киря, брал харизмой. Должна признать ухаживали они, иногда, действительно красиво и никогда не боялись выглядеть глупо. Не смотря на наши «Игры», длящиеся ещё с первого курса, поклонниц у них хватало. Я ждала когда наконец они найдут себе девушек и остепенятся, а потом привыкла и научилась получать удовольствие от наших приколов. Ни к одному из них никаких чувств, кроме благодарности за хорошее настроение, я не испытывала. Они те ещё проныры, поэтому даже приветственные поцелуи в щёку были под запретом.

На лекциях я сижу со своей подругой, Мариной. Она довольно интересная личность, но, как ни странно, мы общаемся только на учебе. Марина часто делится со мной информацией «за кадром». Вот и сегодня она поделилась впечатлениями: «Надо было видеть этих двоих во время твоего отсутствия. Они будто потеряли смысл жизни, бесцельно шатались по группе, доставая всех остальных».

– Но стоило мне вернуться и все вернулось на круги своя, ведь так?!

– Мне страшно подумать, что будет с этими двоими, когда мы получим диплом.

– Может быть Кирилл наконец перестанет дурачится и обратит внимание на тебя?

– Если бы. Разъедемся и имена друг друга забудет. Он так точно. Кир и сейчас не утруждает себя. Вставил комплимент вместо имени и попёр как танк.

Сидим мы с Мариной в аудитории с длинными партами, разделенными двумя проходами. Сейчас на третьем ряду с низу, парта снова заваленная цветами и конфетами, с двух сторон от этой кучи на перебой спорят о своих преимуществах Сашка с Кирей, — а по центру, между ними, сижу я! Кир присоседился вытеснив Маринку к самому проходу между рядами. Пользуюсь большим перерывам я пытаюсь доделать задание и усиленно работаю карандашом и линейкой, стараясь отрешиться от шумных соперников. Но ладе так я не могла не заметить, что в аудитории как-то резко исчезли все звуки! Не только прекратился весь галдеж и на полуслове замолкли эти двое, но и будто даже шевелиться перестали.

Я подняла глаза и увидела причину. Так как по времени до начала пары ещё минут десять, я ожидала увидеть зашедшего ко мне ректора, но ошиблась.

В мою сторону смотрело четыре яростных, но таких сногсшибательных даже в этом, взгляда и вместе с тем восхищенные вздохи прорезали возникшую тишину.

Прикинула как сейчас выгляжу со стороны, и не нашла ничего умнее, чем непринужденно кивнуть моим парням подзывая их к себе жестом. 

Эдик и Рон не сговариваясь зашли с разных сторон, взглядом заставляя исчезнуть замеревших рядом со мной парней. Вид у них такой был, будто из на месте преступления застали.

Мои принц из сказки и рыцарь из другого мира, и по отдельности-то впечатляли, а тут оптом! Сашка с Кирей уставились на меня, надеясь на защиту, но я только пожала плечами и загадочно улыбнулась. Друзья у меня не глупые, тут же слились куда-то на задние ряды. И это будто послужило спусковым крючком, — поднялся нешуточный гомон. 

Многие девушки подскочили знакомиться с моими парнями, наперебой заваливая вопросами. И конечно же не обошлось от предположения, что я наконец нашла себе парня. 

Любопытные парни не отставали. 

Мало кто оставался безучастным в этом галдеже. А Рон с Эдиком видимо переваривали произведенный ими эффект. 

Будто не знали куда шли! Нечего было заваливаться к студентам в таких стильных шмотках, ещё и явно после посещения парикмахерской. Такие шикарные мужчины просто не могли остаться незамеченными. Эдик, видимо, решил показать Рону все нюансы нашего мира. Галдеж стал невыносимым. Группа у нас дружная, очень. И насколько дружная настолько же и любопытная. 

Я не выдержала и резко встала. 

– Тихо! – Скомандовала довольно громко и на удивление толпа мгновенно стихла. – Отвечу сразу всем! Это мои… – тут я запнулась… Как их представить?

– Парни, – закончил за меня Эдик, явно наслаждающийся произведенным эффектом от своих слов. И по ощущениям, больше всего этот эффект был заметен на мне, так как ему удалось неслабо меня смутить, одним словом.

– Надеюсь вопросов больше не осталось? – Я плюхнулась на скамью между парней, скрестив перед собой руки. – Народ, расходитесь уже по местам, дайте пообщаться. Скоро пара начнется. – обратилась к сокурсникам и они хоть и нехотя, но понемногу начали рассасываться.

– Мальчики, конфетку? – предложила уже своим парням.

– Что это такое за собрание? – Раздался требовательный голос из-за кафедры. Странно, какое собрание? Возле нас к тому моменту остались лишь пара человек.

– К Фее её парни пришли, – услышала смешок, если не ошибаюсь, Наташки.

– Посторонние, пожалуйста покиньте помещение, – лектор, смотрел на нас с парнями.

– Почему? Мы пришли послушать вашу лекцию, – отозвался Рон, чем ввел в растерянность нашего не высокого, пухленького Мартына, визитной карточкой которого всегда были, забавно его дополняющие, круглые очки на цепочке. Когда он читал лекцию, за манипуляциями с оными в основном и наблюдали студенты.

– Для этого требуется разрешение руководства, – отозвался с чувством собственного достоинства лектор, немного переварив наглое заявление.

– Не беспокойтесь, оно имеется, – отозвался Эдик, обворожительно улыбнувшись, на что лектор ответил, давя ответную улыбку уже чисто из принципа.

– Разрешение ректора? – приподнял бровь.

– Разумеется. 

– Вы пытаетесь со мной шутить?

– Ни сколько. Ринат Валерьевич, попросил сопроводить Рона Валерьевича и показать ему как проходят пары в нашем учебном заведении. Могу сейчас ему позвонить, чтобы он подтвердил правдивость моих слов. – Эдик демонстративно уткнулся в телефон. Рон наблюдал за всем этим с непринужденным, царственным видом, но азарт в глазах от меня не укрылся. Спелись мальчики.

– А ты против? – я вздрогнула от голоса в глове. Не ожидала, что Рон так неожиданно со мной заговорит мысленно. Последние дни он от этого всячески воздерживался.

– Я за. Лишь бы вам скучно не было в нашем царстве-государстве, мудрейший, – отвечаю, глядя ему в глаза и понимаю, что пропала. Новый образ Рона просто сногсшибательный. 

Тем временем, лектор уже дал согласие Эдику и пошел что-то писать маркером на доске.

– И что это было? – Продолжил Рон шёпотом.

– Ты о чем? – не сразу вникаю, даже в поисках ответа на Эдика смотрю.

– Ты и здесь выбираешь? – не без укора Спросил Рон уже мысленно.

– От тебя это слово, даже мысленно, ядовито звучит. Да не смотри на меня так… 

– Это просто парни с курса, – продолжаю уже вслух для обоих парней, – меряются своим эго, попутно развлекая однокурсников и меня.

– Как они вообще посмели подсесть к чужой девушке? – шёпотом возмутился Эдик.

– Ну вы же сейчас обозначили к чьей. Теперь, наверное, прекратят.

– Наверное? – прорычал Рон, кажется слишком громко, сжав челюсть и пристально глядя мне в глаза. 

Марина, сидящая передо мной, сжалась. Девушка рядом с ней тоже.

Эдик, понимающе усмехнулся, наблюдая за нашими с Роном гляделками. 

– Если хочешь знать наверняка спроси у них, – отвечаю ему, косясь на преподавателя. – И ты же вроде лекцию послушать хотел. Не шуми. Во время лекции это не принято.

– И почему Эд, такой спокойный? – уже действительно шёпотом выдыхает Рон.

– Да потому, что может отличить, когда люди прикалываются, а когда они серьёзны.

– А к чему тогда эти дары? – Рон указал на два букета и горку конфет на столе.

– Говорю же, меряются Эго: у кого лучше букет, кто конфетку с более красивым фантиком для меня найдёт. Этим двоим и без меня не скучно, поверь. Вон, смотри.

Киря сидел на задних рядах, но Рону не составило труда повернуться и увидеть, как Кирилл, уже по-хозяйски положил руку на плечо Натахи, которая от этого жеста просто млела и писала в тетрадь уже явно не лекцию. С другой стороны, от нее сидел Сашка. Правда он к учебе относился более ответственно и сейчас спешил записать слова преподавателя. Мне тоже следует начать, а то у Сашки и придётся простить списать.

– Ну и нравы у вас. Все не привыкну.

– Лучше не привыкай, а то вернешься к себе и в нос за подобные вольности получишь, – киваю назад, намекая на выходку Кирилла.

– Не получу. Ты забыла, — я лучший воин.

– Наш мир взрастил монстра! Не нравится красавица получай в глаз?! – показушно вздохнула и перевела взгляд на доску, начиная записывать. 

– Не беспокойся, мое благородство не позволит вам сотворить со мной такое.

– Уверены, Рон Валерьевич? – прошептала вслух и продолжила уже мысленно. – С вашим благородством я прилюдно познакомилась ещё на пляже и оно-таки вызывает опасения.

– Зеленоглазая, не вынуждай меня… – вскипел Рон.

– Что? – Я посмотрела на взвинченного Рона и расплылась в улыбке… 

«Такой милый, когда кипит!»

– Теперь я милый?! Я?! – прогремел ответ в голове. – Зеленоглазая, если бы я не чувствовал эмоции, решил бы, что ты издеваешься, – Не думала, что там такой звон устроить можно.

Не ожидала, что он услышит эту мысль, ну да ладно.

– Издеваюсь, любя! – отвечаю тоже мысленно.

– Хорошо им: сидят, мыслями перекидываются. А мне лекцию, причем уже знакомую, слушай, – молча вздохнул Эдик. – А вроде это им надо было... 

Мы с Роном как по команде повернулись к Эдику!

– Эдик?! – Одновременно воскликнули мы, что странно в слух. 

На нас обернулись, впереди сидящие студенты, но преподаватель не обратил внимания и рассказывал дальше. Может из-за разрешения ректора, а может решил потом на зачёте со мной поквитаться.

– Вот это попадалово, – пронеслось у меня в голове.

– Капец, – ответил Эдик, – Рон, — это вообще реально?

– Судя по тому, что я одновременно слышу вас двоих, с вами всё реально. 

– Давайте уже проявим уважение и послушаем учителя? – предлагает Эдик.

– Хорошая мысль, – отозвалась я.

– Дома мне все объясните, – потребовал Эдик.

– О чем? – Испугалась я и усиленно начала вдумываться в слова преподавателя, лишь бы левые мысли не проскочили. Парни промолчали. 

До конца пары, вся наша троица молчала во всех смыслах. Я теперь на полном серьёзе боялась взболтнуть или подумать лишнего. Все-таки есть разница между тем, чтобы говорить мысли в слух и говорить их в уме направленно человеку. Мало ли, что примешается. Я уже поняла, что когда я на эмоциях, мысли на столько громкие, что Рон слышит то, что не должен. А теперь и Эдик, в мою голову… 

Лекция тянулась бесконечно долго. Как только она закончилась, я подскочила, торопливо собирая вещи. 

– Почему ты собираешься? – спросил Рон.

– Следующая лекция в другой аудитории, – отозвался Эдик мысленно. Видимо, экспериментируя с новыми возможностями. – Пойдешь на нее? – спросил он у Рона.

– Конечно пойду. Ты же видел, что было до нашего прихода, – отозвался тот.

– И я пойду. Проникнусь студентческой атмосферой. Раньше я на парах не часто бывал. 

Мы шли по коридору. Эдик справа, Рон слева, — я на своём месте. 

Нет, лучше бы мои глаза этого не видели! Некоторые особи женского пола, буквально пожирали моих парней глазами. Впервые я с удовольствием представляла царапины от своих ногтей, на чужом лице. На этой мысли Рон с Эдиком синхронно ко мне повернулись ну с очень говорящим выражением лица! 

Понравилось им как я ревную… Даже не отвернёшься демонстративно. Отвернёшься от одного, значит повернёшься к другому. Сколько же тут строящих сейчас в нашу сторону глазки. Даже парни? 

Ну ладно, успокаивает, что парни — это мне.. 

Капец, они даже нашу троицу фотографируют?! 

О! И ещё один примечательный красавчик навстречу идёт — ректор Рин!

Всё-таки они с Эдиком очень похожи. 

– Здравствуйте Ринат Валерьевич. – Он остановился рядом и с выжиданием посмотрел на толпу. Народ сразу же смекнул и нехотя стал рассасываться.

– Смотрю вы удачно съездили к Карине, – сказал он с удовольствием оценивая внешний вид парней.

– К Карине? – уточнила я.

– Карина моя подруга. Не на долго приехала в Россию. Нужны были новые лица, и она позвонила мне, спросила есть ли кто на примете. Я же с молодёжью работаю. Вот я и решил предложить парням, сходить развеется. Смотрю вы ей очень понравились, раз она вас так приодела.

– Папа, не ожидал, что среди твоих друзей такие незаурядные личности. 

– Дайте угадаю: с порога взяла в оборот, и вы уже на фотосессии?!

– Откуда!? – Эдик тут же понимающе улыбнулся. – Отец, представляешь, завтра она предложила за деньги пару фотосессий. И не малые я скажу.

– Вижу, она не меняется! – ухмыльнулся Ринат.

– Мы решили согласиться, – поделился Рон. – Мне понравились фотографии, которые у них получаются. Да и деньги на поездку Эдик предложил заработать самим. Завтра, пока Фея на парах, – мы пойдем фотографироваться.

– Похоже, не только сумасшедший биолог Рона богом считает. Фотограф, который фотографировал это слово раз сто повторил, – смеясь сказал Эдик.

– По его словам, ты тоже в ряды ангелов вступил, – отозвался Рон.

– Зайдете ко мне? – Спросил Рин.

– Нет. Мы идём Фею охранять, – отозвался Эдик. А то смотрю слишком много мужского внимания вокруг.

– Правильно, своё нужно охранять, а то украдут, – подколол его Рин.

– После пар, так и быть, все втроём забежим, – пообещал ему сын.

– И как она бедная, столько лет без охраны здесь училась? Ума не приложу, – с хитрой улыбкой вздохнул Рин.

Мы поспешили на следующую пару. Всё это время мой телефон вибрировал от огромного количества сообщений. Стоило открыть мессенджер, как я увидела массу сообщений с фотографиями нашего феерического шествия по коридору. Нужно отметить — вполне удачные. 

Сама себе завидую!

Их уже в чате «супермодели» прозвали. Что же будет, если к ним и правда известность придет? Судя по всему эта Карина птица высокого полёта. Мало ли где эти фото потом появятся. Если так пойдёт дальше, меня рядом с ними затопчут и не заметят.

После пар мы как обещали зашли к Рину. Он нас дождался, чтобы вместе поехать домой. Ну как вместе — на трёх машинах, но ко мне.

За ужином я то и дело рассматривала своих парней. Всё-таки действительно невозможно выбрать одного из них. Они оба такие разные и в то же время совершенные. Причём влияние Эдика на Рона теперь очень чувствуется, хотя мне кажется, что должно было быть наоборот.

За столом разглядывала парней не я одна: Мьяна тоже с интересом разглядывала новые образы парней. Впрочем, после посещения моих пар, внимание Мьяны они даже не ощущали. Уже вечер, а обсуждение парней в чатах всё продолжалось, в личке тоже как никогда меня забомбили сообщениями. В основном спрашивали: кто, откуда, с кем встречается и номер телефона. 

Я поступила просто, – отдала телефон парням. Эдика это позабавило. Учитывая, что он рос у Рина как тепличное растение, такое непомерное женское внимание для него в новинку. Рон же отнёсся к этому довольно снисходительно. Впрочем, с его воспитанием, не удивительно.

Оставшиеся дни прошли в подготовке к поездке, хоть сумку я собрала ещё когда узнала о предстоящем путешествии. 

Парни и вправду подзаработали денег. Кажется, эти двое точно нигде не пропадут! Спелись так, что даже иногда начинаю чувствовать себя третьей лишней. Интеллект, что у одного, что у другого просто зашкаливает и я не всегда их догоняю, хотя казалось родители меня не глупой родили, да и в детстве не роняли.

И вот настал день, когда мы с чемоданами отправляемся в аэропорт! Рон довольно веселый, — даже не волнуется, хотя это его первый полет. Возможно, он верит в безотказность наших технологий? 

Я же такой верой в безотказность техники не обладаю от слова совсем, однако беру пример с Рона и давлю легкое волнение на корню. Нашей делегацией руководит Эдик, чувствуя себя в аэропорту как рыба в воде. Мы с Роном доверчиво идём хвостиком.

Ой, кажется, та девушка тайно нас сфотографировала! Рон тоже заметил, но помотал головой, давая мне понять, чтобы я не брала в голову.

День 23 Суббота Словения. Любляна

Любляна – одна из наиболее дождливых европейских столиц, встретила нас пасмурной погодой. Синоптики обещали дождь поэтому сразу, по приезду, мы запаслись зонтами.

Город встретил нас насыщенными красно-коричневыми черепичными крышами домов, выгодно контрастирующими со светлыми фасадами старинных зданий. Пасмурная погода абсолютно не портила этот сказочный вид, может даже углубляла краски. На это невозможно смотреть равнодушно. Внутри меня переполнял восторг, и я с восхищением рассматривала особенности здешней архитектуры. 

Меня всегда волнует все новое, пусть я и не впервые посещаю европейский город, но в Любляне ещё не была. 

Парни шли с двух сторон от меня, оберегая от прохожих и разделяя мои восторженные возгласы о красоте и атмосфере города. Всё-таки у каждого города своя неповторимая аура и Любляна понравилась мне с первых же минут. 

Ещё в самолёте мы решили, что начнем поиски с экскурсии в Замок Любляны (Ljubljanski grad). Там нужно будет присматриваться ко всем подозрительным для нас вещам и действовать по ситуации. 

Мы не упустили возможности прокатиться на фуникулере, соединяющем центральный рынок города с замком на горе. У меня перехватило дыхание и я вцепилась в первую папавшуюся руку. Оказалось, принадлежала она Рону, я подняла на него взгляд, замечая, что и он взволнован, что же говорить об Эдике, который просто светился, переполненный впечатлениями. А ведь мы ещё, по сути, и не начали! Надеюсь, у нас хватит запала до конца, и мы сможем найти ответы.

Нужно сказать от замка я ожидала большей аутентичности. Конечно, сама старинная кладка и обшарпанность местами, убедили где мы находимся. 

Но на этом все! Замок представлял из себя симбиоз старинных стен и современных конструкций из стекла и бетона. На территории замка расположено несколько маленьких музеев и временных выставок. Именно музеи были наиболее интересны. Разве что музей кукол в их число не входил. Рон вообще чуть ли не по дуге обошёл этот музей. Оказывается, в его магическом мире, создание настолько правдоподобных копий людей считается чем-то оккультным и неправильным. А уж давать подобное в руки детям и вовсе дикость и безрассудство!

Такое откровение Рона нас с Эдиком неслабо удивило, но развивать тему было некогда, нас ждали интерактивная экспозиция История Словении и выставка история Люблянского града. 

Нам нужны были зацепки, но на что обращать внимание? Сложно искать то, чего сам не знаешь. Разочарованные мы вышли на воздух, прогуляться по внутреннему двору и посмотреть на город со стен крепости. 

– Примерно десять процентов жителей Любляны считают себя профессиональными деятелями искусства, поэтому в нашем городе так много художественных галерей и выставочных центров, – прозвучал голос гида рядом с нами. 

– Может здесь поискать связь с книгой? Возможно, где-то будет висеть рисунок с её изображением, какими-то знакомыми тебе символами или хоть каким-то намеком? 

– Может, – задумавшись о своём на автомате ответил Эдику Рон.

– Я в растерянности... Мне казалось, именно в замке мы найдем ответ, – мысленно поделился с нами Эдик.

– Я тоже возлагал основные надежды на него, но его столько раз перестраивали, – так же мысленно отозвался Рон. 

А вообще теперь я понимаю достоинства подобного общения. Вокруг все галдят, гид рассказывает что-то своё, а мы спокойно общаемся, и никто нас не перекрикивает а главное, не слышит!

– И я, – признаюсь парням.

– Вряд ли тут что-то могло сохраниться. Прошло столько времени. Сомневаюсь, что у нас есть шанс, – Рон понуро потупил взгляд на каменную кладку.

– Шансы изначально были невелики, но тем не менее мы здесь. Не знаю откуда во мне эта уверенность, но мы приехали не зря. 

– Рон, куда дальше? – Его явно разочаровало увиденное. Он красноречиво и даже несколько ревностно смотрел на толпы снующих по территории замка туристов. Даже будучи гостем из другого мира, он понимал, что слишком уж всё перестроили, для того чтобы здесь сохранилось нечто действительно ценное для нас.

– Есть ещё старинный город! – напомнила я, опираясь на каменную кладку и глядя вниз, на простирающийся под нами город. – Возможно что-то найдём там? 

– Если бы вы что-то прятали, а ритуал проведённый над книгой, был явно тайным. Где бы вы сами спрятали информацию? Скорее всего есть же какие-то записи об этом, – предположил Эдик.

– Записи и в лесу прикопаны могут быть, – поделилась я так как моя фантазия живо нарисовала всевозможные места и их было действительно много, – может подумаем, где бы мы точно ничего тайного оставлять не стали. 

– Первым делом во все времена, всё ценное ищут в замке. Навряд ли информацию или подсказки оставили хранится там, если они вообще существуют – добавил Эдик.

– Должны. Если не записи и упоминания, то нечто указывающее на людей и их потомков, которые работали с книгой. Не зря ведь цыганка рассказала про этот город, – поделился мыслью Рон.

– Значит в нем были и есть люди способные вернуть книгу в исходное состояние. Нужно лишь найти намёк на них, – я подхватила его мыль.

– Навряд ли нас где-то ждут подсказки в прямом смысле этого слова. Кроме призрачного намека найти что-то в этом городе, мы не имеем ничего. Все происходило несколько поколений назад. 

– Куда ты ведёшь, Эдик?

– Туда. – Эдик подошел и легонько приобнял меня за плечо, хитро прищурившись, – Давайте получать удовольствие от нашего неожиданного путешествия. Несмотря на его исход, мы сейчас здесь, и вполне возможно это наше первое и последнее подобное путешествие вместе с Роном. Хочу, чтобы у него остались хорошие воспоминания о нашей поездке! Слишком уж нас задела первая неудача, а сейчас и вовсе боевой дух чуть не уронили. Давайте смотреть на задачу иначе?! Мы посмотрели только первый объект в городе, зато узнали некоторые подробности о нём, которых не было в интернете!

– Согласен. Все-таки я у тебя, Эдик, кое-чему научился. – Рон поймал вопросительный взгляд Эдика и продолжил. – Получать удовольствие просто от процесса, идя к цели. Если смотреть на мир твоими глазами, ожидание покажестся на таким томительным.

Мы спустились из замка уже в приподнятом настроении и теперь шагали по старинным, плотно застроенным улицам. 

Удивительно, но вместо обещанного дождя, через толщу плотных туч, пробилось солнце. Я скосилась на парней, идущих рядом. 

Они старательно изображали позитив и даже смеялись над шутками, однако напряжение во взглядах читалось. Город большой, на мостовой естественно ничего не валяется, — всё скрыто в домах. Несколько музеев и выставок мы уже посетили, не найдя даже намека. Но не будешь же заходить в каждый дом и спрашивать каждого человека: знает ли он что-нибудь о книге? 

Выйдя из очередного магазинчика, мы направились дальше по улице. Ужасно, но продавец этой антикварной лавки, практически не знал английского. Если бы не Рон, мы бы ещё долго разгадывали шарады. Как Рон и обещал, продавец даже не заметил его вмешательства, зато мы получили ответы, вернее узнали об их отсутствии. 

Дома на улице по которой мы шли, примыкали друг другу, казалось, имея общие стены. Светло зеленый, розовый, желтый, белый, беж, — дома чередовались, соревнуясь между собой старинными отделками фасадов. Гид рассказывал, что Любляна входит в десятку интереснейших городов Европы за сочетание природы, архитектуры и гастрономических изысков. Думаю, все это мы и проверим. Урчание животов парней очень уже просило доказать им последний пункт.

– Давайте зайдем сюда, – не дожидаясь ответа я зашла в дверь. Причудливая вывеска и отделанный лепниной вход, — выглядели многообещающими. Нас проводили за столик. От запахов еды парни заметно оживились. В меню мы нашли: супы, салаты, мясные блюда и блюда их морепродуктов. 

Цены, конечно, здесь не радовали, но утешало то, что платили парни.

Мы сделали заказ.

Довольно быстро к нам подошла официантка с полным подносом еды.

– Девушка, не могли бы вы нам ответить на пару вопросов? – Эдик решил заговорить  с девушкой, которая практически не отрывала от него взгляд, расставляя блюда на наш столик. И как только умудрилась мимо стола чего не поставить?!

– С радостью! – К щекам девушки тут прилил румянец. Ути какие мы тут скромные. Смотрит так, из под ресничек на моего парня, — прямо сама невинность!

Рон посмотрел на меня и еле слышно хмыкнул. Эй! 

– Вы не подскажите, есть ли в вашем городе что-то волшебное? – очаровательно улыбнулся Эдик, произнеся фразу на идеальном английском, а я узнала, что умею скрипеть зубами, – мы собираем легенды.

– Из волшебного? – заинтересовалась девушка.

– Да, – оживился Эдик.

– То, что вы к нам приехали, – неприлично низко наклонилась официантка и, кажется, не собиралась на этом останавливаться. Я всерьез опасалась за её слишком открытое декольте, кричащее о том, что сейчас что-то вылетит на свободу.

– Кхм…, а кроме нас, какие чудеса творятся? – Девушка будто опомнившись от слов Рона, поморгала, распрямилась и развернулась к источнику приятного голоса, тут же начав скользить по тому заинтересованным взглядом. 

Да что такое в этом ресторане? Похоже у меня кусок в горло не полезет… 

Стоп! А когда Рон английский выучил?

– У нас вообще город волшебный! Особенно вечером. Могу показать, – перекидывала она взгляд с одного на другого, не в силах определиться. Зато полностью  игнорируя моё присутствие.

– Парни вечером заняты, а вот я с удовольствием приму приглашение, – влезаю в их милый разговор.

Официантка что-то негромко пробурчав себе под нос, упорхнула. Вернулась с напитками и полным надежды взглядом. 

Неужели надеется, что кто-то из моих парней продолжит с ней разговор? Встала она довольно близко к нам и делает вид, что ждёт указаний, исподтишка поглядывая на парней. 

Но нам уже не до нее. Сидим, молча едим, — ну это если со стороны смотреть. На деле, всё это время, мы довольно активно общались.

А что удобно. Рот занят едой, а мысли своим делом. Можно даже глаза от удовольствия прикрыть.

За разговорами мы решили воспользоваться знаниями, полученными на экскурсии. Там мы услышали о том, что новая площадь — на самом деле древнейшая площадь Любляны. Вот туда-то мы и решили отправиться после еды. 

Хорошо, что здесь все в шаговой доступности! Дошли мы достаточно быстро.

– Рон, смотри сколько туристов идет в нашу сторону. Нужно поторопиться! – поторопила я парней на подходе к знаменитому кругу. –  Эдик, сфотографируй меня в центре этого круга, быстрее! – Я забежала в круги и нетерпеливо в нём покружилась, не желая оказаться в кадре в месте с подходящей всё ближе толпой. – Нет, отойди немного дальше,  ещё немного... Захвати вид этого здания. Рон? – окликнула я вдруг застывшего с непередаваемым выражением лица Рону. Даже забеспокоилась. Вдруг он съел чего, непривычного для желудка?!

Рон оцепенел и медленно поворачивался к сидящей прямо за его спиной, на мостовой, и что-то бормочущей под нос женщине. 

– Рон, да что с тобой?! – К нему кинулся Эдик.

– Стойте… Слушайте, что она говорит, – пронеслось в наших с Эдиком головах. 

Я прислушалась и узнала в этом лепете язык Рона. Пусть я и в двоечницах у него ходила, но многие слова запомнила и звучание слогов узнавала.

Рон в мгновение ока оказался перед женщиной, подхватил её, поставил на ноги и начал объяснять ей что-то на своем языке. Я улавливала лишь самые простые слова и то изредко.

В ответ она то и дело мотала головой и повторяла как пластинку, – свою песенку, ошарашено смотря на Рона.

Теперь-то я поняла: в её бормотании угадывалась рифма и даже напев.

Я не выдержала подошла к ним.

– Извините. Вы говорите по-английски.

– Да говорю, – было ответом мне.

Рон отступил от женщины, наконец взяв себя в руки.

– Откуда вы знаете язык той песни, что напевали?

– Это специальная песня. Я ждала его... – Женщина указала на Рона, восхищенно его разглядывая. Но восхищение было иным. Так рассматривают иконы в церкви. 

– Рона?! – Удивилась я.

– Мы не знали имени потомка. Каждый день, одна из нас ждала его на этой площади. 

– Каждый день?! Всю жизнь, без перерыва? – удивился Эдик.

– Мы ждем уже не первый век, – кажется Рон был удивлён услышать подобное не меньше нашего. 

Женщину звали Теа. Мы пошли за ней, чтобы наконец получить то, за чем приехали. Вот так, неожиданно, легко и быстро… 

Не верилось. Подсознательно я искала подвох.

Tea не знала Русского и говорила на ломанном английском. Когда начинала торопиться, рассказывая на эмоциях, мы понимали её с трудом. 

Хорошо, что моя мама лингвист и натаскала меня на английском так, что я даже умудряюсь сопоставить с языком довольно исковерканные слова. Эдик, тоже что-то понимал, но ему было совсем сложно. Тем не менее, многое мы переспрашивали вместе. 

Я шла, не особо разбирая дорогу, обдумывая произошедшее. 

Рона ждали?! В голове не укладывается!

Вдруг Рон обхватив меня за плечо скорректировал траекторию моего движения, спасая от упавшего сверху мороженого. Мы завернули под какой-то мост с высокой старинной набережной, покрытой мхом. 

– Не испугалась, – спросил он.

– Не успела, – ответила улыбнувшись.

– Всё-таки ты особенная. В обычных людей камни летят, а в тебя мороженное, – попытался пошутить Эдик.

– Если бы не Рон меня спасла бы только ванна, – отшучиваюсь в ответ, следя за Теей.

В его тени, в узком пространстве между стеной и колонной её загораживающей, был вход. Однако расстояние позволило притиснутся в него даже Рону. 

Теа шла и попутно рассказывала историю.

В тысяча восемьсот девяносто пятом году произошло очень сильное землетрясение и часть оставшихся помещении подземелья были или разрушены или залиты водой из-за близости реки. 

Позже, во время наводнения, тут и вовсе, всё полностью затапливало. Но эта ритуальная комната особенно крепкая, хоть и пришлось добираться до нее по полуразрушенному подземному тоннелю. 

Не знаю как парням, а мне было страшно здесь идти:  темный от повышенной влажности камень стен, покрытый скользким налетом, запах сырости и скользкие камни под ногами, встречающиеся буквально горками, свидетельствовали о последствиях землетрясения. За столько лет никто не потрудился убрать эти завалы.

И вот мы стоим посередине совсем небольшой, квадратной, примерно четыре на четыре метра, комнате. Под землей, в полутьме мрачность стен и потолок будто давят на тебя, заставляя чувствовать ещё стеснённее, чем есть на самом деле. Две статуи мужчина и женщина, — довольно красивые, одетые в длинные одежды и находящиеся на расстоянии около полуметра друг от друга. Между ними, выступая немного вперёд расположена каменная лавка, — алтарём я бы не назвала.

Рон приблизился и положил книгу на алтарь и нечто заставило его резко одёрнуть от неё руку.

– Она действительно живая. Я не ошибся. – заворожено произнёс Рон. – Здесь я чувствую её ярче, но печать не спала. Нужно что-то ещё. – Рон с надеждой повернулся в сторону Теи, но та, наоборот, с ожиданием и благоговением наблюдала за ним.

Я перевела женщине слова, адресованные для нее Роном. Всё-таки владение языком у Рона ещё несколько хромает. Он путает порядок слов в предложении и не знает, как переводятся редко используемые слова. Выслушав Теа, кивнула и сказала следовать за ней. 

Я удивилась, когда при выходе из ритуального помещения мы пошли не назад по тому же коридору, а повернули направо и направились в ту часть, где ещё небыли. 

Поход по незнакомому коридору, чуть ли не в противоположную сторону меня несколько напряг. Коридор не слишком широкий, ровно такой, чтобы вместить двух идущих рядом людей. Теа и Рон шли впереди, мы с Эдом сзади. 

Вокруг мрак и кажущаяся безысходность. Кучи камней от обвалов то тут, то там только усугубляют ситуацию. Фонарики от сотовых телефонов и в прямом смысле слова допотопный фонарь в руках Теи, не сильно спасали ситуацию. Тени были контрастными и мельтешащими. Из-за хаотичного движения фонарей, не спасало даже то, что мы шли за Роном и Теей. Свет то и дело слепил глаза, тогда как рассмотреть что-то впереди казалось непосильной задачей. К тому же, здесь было скользко, и я умудрилась несколько раз поскользнуться, но Эдик, идущий рядом со мной, успевал вернуть меня в исходное положение. 

Мы спустились на несколько ступеней вниз по винтовой лестнице и повернули направо. Внутри меня нарастало ощущение,  будто меня ведут на заклание. Бывает что умом понимаешь: «В темноте нет ничего страшного:, но ненадежность стен, переживших землетрясение, усилившиеся звуки капающей воды и следы ещё больших разрушений нагоняли на меня жуть. Рон, будто почувствовав, что мне стало зябко, в первую очередь от наводящей жуть атмосферы, притормозил и отправив вперёд Эдика, обнял меня за плечи, тем самым успокаивая.

– Не стоит боятся. Даже если всё вокруг обрушится, я достаточно силен чтобы спасти нас всех. – Сказал он мысленно. С некоторых пор, по понятным причинам, мысленно мы старались не общаться.

– Не переживай. – Добавил Эдик. Если бы тут было опасно за столько лет уже бы обвалилось. Да и Тее какой смысл рисковать жизнью. Смотри как уверенно идет.

– Вы молодцы… простите, что так трушу. Не слишком люблю закрытые пространства, а тут в подземелье загнали. Жутко здесь.Мы прошли ещё некоторое расстояние, за которое я успела подумать, что вопреки моим ожиданиям я не встретила тут не мышей не пауков, неужели здесь на столько опасно, что даже они боятся. Тут я увидела, как Теа наступила на ступеньку идущую вверх. Нас снова ждала винтовая лестница, которая меня буквально вдохновила. Вперед к солнцу! Я надеюсь… 

Вопреки моим ожиданиям вышли мы не к солнцу а к деревянной тяжелой двери, за которой оказался выход в дом.

– Где мы спросил Рон.

– У нас дома ответила Теа. Сейчас я позову матушку.

Мы остались в комнате. В ней было окно и мне этого вполне хватило для счастья! Парни озирались вокруг и начали засовывать свои любопытные носы горячо обсуждая окружающие предметы. Да, посмотреть было на что. Предметы старины преобладали над детьми цивилизации. Даже кровать, стоящая здесь была ясно прибрана на старинный манер.

Дверь скрипнула и Теа зашла внутрь, помогая пройти за собой старушке.

– Я и не думала, что это на моем веку случится, – проскрипела она сухим, добрым голосом. Она попыталась преклониться, безошибочно выделив Рона из нашей компании. – Рон подался вперед, угадав её маневр и не позволил ей этого сделать.

– Не нужно. Садитесь. Он подвинул старой, взволнованной женщине стул. Я переводила их разговор. Английский старушки был с ещё более жутким акцентом, чем у Теи и я с трудом угадывала некоторые слова.

– Вы знаете кто я и причину моего появления?

– Мы ждали тебя, истинный король. Каждая из нас с детства учила эти стихи, со временем превратившиеся в песню. Мы не знаем ни слов не значения, только знаем для кого она. Мы хранители. Остались здесь, чтобы ждать, когда другие были вынуждены продолжить путь.

– Что это значит? Что за ритуал вы проводили здесь над книгой? Почему она запечатана?

– Не знаю, мой король, я лишь должна передать вам слова: 

«Кхнитрьен хаарх Кхнитрьен»

– Хомкхон отпусхених».

– Что это значит, Рон. – Не выдержав спросила я.

– Если перевести дословно на ваш язык. – Кровь к крови, — домой изгои. – Продолжая обдумывать будто, на подсознании, выдал Рон.

Мы сидели молча. Рон что-то обдумывал, а мы не смели мешать.

– Фея, – от своего имени в абсолютной тишине, я чуть не подпрыгнула. – Спроси у них может ещё что-то. Хоть какую-то деталь. Мне ничего не говорят эти слова. Хотя одно то, что мой язык жив в этом мире должно наводит на мысли, что я здесь не первый.

– Рон, она ответила, что ещё её матушка говорила, что сила истинного короля в нем самом. Только ему подвластно неподвластное. Больше Матушка Теи, ничего не знает. И ещё она пригашает нас на трапезу. На обед, говоря простым языком. – Поправилась я, когда Рон подвис на слове трапеза.

– Передай ей, что мы с удовольствием разделим с ними обед. – Я улыбнулась. Невольно поддавшись мыслями, что Рону наверняка приходится адаптировать свои царственные фразы под наш язык.

– Обед бы по-деревенски скромным. Хотя стоп! Мы были в центре столичного города. Однако накрытые блюда наверное больше бы подходили альпийской деревне, чем городским жителям.

 Мы обменялись номерами телефонов, благо у этих загадочных женщин, хранящих тайну подземелья – они были, и попрощавшись ушли.

– Что теперь будем делать? Идем в гостиницу?

– Нет. Возвращаемся в подземелье. Кровь к крови. Он мой предок. Я должен попробовать.

Мы снова проделали путь до комнаты. Теперь я шла более уверенно. Меня больше занимало до чего додумался Рон.

Мы вошли в комнату. Рон снова положил книгу на алтарь и тут он поднял с пола камень, который на глазах деформировался и с одной стороны что-то блеснуло. – Лезвие! – Успела подумать я одновременно с тем как Рон резанул по руке, выше кисти и капнул на книгу кровь проговорив те слова.

Комнату озарил свет, исходящий от книги мы зажмурились. Открыла глаза я от тихого шепота Рона.

– Получилось…

– Рон, ты в порядке? – Позвала я мысленно.

– Пошлите. Здесь нам уже нечего делать. – Он поклонился статуям и пошел на выход, прижав книгу к себе. Рона вело из стороны в сторону как пьяного, на его глазах виднелись слезы. Сейчас он был послушной марионеткой, доверившись нам и идя туда, куда мы его направляли.

Зайдя в отель я налила Рону стакан воды. Он выпил и немного пришел в себя.

– Не волнуйтесь так за меня. Это все воспоминания. Воспоминания книги… Точнее, одного из моих великих предков. 

– Ты можешь рассказать нам позже, отдохни. – Предложил Эдик.

– Позже ничего не изменит. Сейчас вы были свидетелями ритуала. Книга живая. Она сама защитила себя так от неправильного ритуала любопытных правнуков. Тот, кто должен был её открыть, кому она предназначалась и так бы понял ее, без перевода. Только оригинальный язык работает с магией. А потом книга нашла способ, как призвать в этот мир меня и доверить мне наш народ. Я смог найти то, что искал. В тот момент, когда вспыхнул яркий свет – я увидел конец его жизни. То, с чего началась жизнь книги.

Они обосновались и жили в мире с остальными за много лет до того проишествия. Видя их способности – многие завидуют. Идет эпидемия, но их семью ни одна не вторая не трогает. Удача преследует только их. А ещё они промышляют фокусами. Это заставляет людей говорить. Много говорить, и не всегда правдивого… Результатом, стало предательство людей, с которыми они годами жили бок о бок, которым часто помогали. За ними проследили, отыскав вход в подземелье и решив тайно уничтожить гнездо колдунов. Бокхрон не дает погибнуть своему народу, который на деле имел крохи силы, вызывая землетрясение и погребая злоумышленников под обвалами. На это уходят его последние силы. Он довольно стар. Душа его жены помогла ему. Она теперь всегда была рядом. После смерти она стала хранителем кольца и в трудный момент всегда согревала его руку, подтверждая, что всегда будет рядом.

Двое из семьи остаются хранить статуи их семьи и алтарь, на котором приветствуют каждую новую пришедшую жизнь наделяя силой предков. А он должен увести свой народ дальше. Нет гарантии что в землятресении погибли все, кто знал об их чудесном даре.

Сил Бокхрона хватает только на то, чтобы перебраться в соседнее государство и обосноваться в лесу. Из которого их снова гонят охотники устроившие пожар. Но в этот раз, люди охотились не на них, а на зверей. В свою последнюю ночь он видит сон или явь, ему не это важно... К нему приходит понимание. Утром он зовет старшую дочь и сына к себе и дает указание идти вперед, никогда не останавливаясь на месте больше, чем на пол луны. С их помощью, он делает последнюю запись, и заключает свою душу в эту книгу, становясь хранителем своего народа, направляя его через сны.

Он знал, что не может ничего исправить, но знал, что придет тот, кому это будет подвластно.

Мы с Эдиком раскрыв рты слушали Рассказ Рона. 

– Многого я не знаю, – продолжал Рон, – но уверен книга даст мне на все ответы. Поэтому сейчас я попрошу вас оставить меня одного. Как буду готов, я вас позову. Не нужно сидеть в номере. Вы можете прогуляться. Боюсь, осмысление у меня займет не мало времени.

Книхрон и книга

Фея с Эдиком вышли, а я взял согревающую мои руки книгу и раскрыл с конца. Да, меня интересовало, – что же написал Бокхрон? Видение в ритуальной комнате было слишком объемным и при этом мимолетным, чтобы успеть осознать подробности.

Нетерпеливо пролистал до начала последней записи. Вижу неуверенный, видимо написанный дрожащей рукой, текст:

– Это мое последнее письмо. Я слишком стар и ухожу. Как жаль, что только сейчас, находясь на грани, я узрел систему мироздания. Прошлое, настоящее, будущее моего народа передо мной слилось воедино. Наши миры связаны между собой и оказывают взаимное влияние друг на друга. Этот мир, на первый взгляд пустой и неправильный, обнажает слабые места каждого из нас, а для истинного короля, несет необходимое формирование и совершенствование сознания. У меня дар истинного короля, но я был вынужден покинуть мой мир, ради спокойствия народа. Уверен, мой брат будет достойным королем. Он был против, но закон один на всех, и даже короли должны ему следовать. Я так думал... Но не сейчас. Сейчас я не в силах что-то изменить, но знаю одно, – моему народу здесь нет места! Как было сказано, я был изгнан и обосновался в этом мире. Уже четвертое поколение моих потомков родилось здесь. Мы пытались жить открыто, но нас боялись, стали скрывать свои отличия, – нас стали подозревать. Здешний народ слишком всего боится. Во всем, что им неподвластно, – видит опасность и пытается подчинить. Но сегодня я увидел выход. Родиться тот, кто будет в состоянии все изменить. Тот, кого примет этот мир. Тот, от кого этот мир просто не может отвернутся, тот кто сейчас читает последнюю запись умирающего старика, все ещё надеющегося на благополучие своего народа.

Вчитываюсь в каждую букву, пытаясь ничего не упустить. Дохожу до финальной фразы:

«Да прибудет истинный король, да поведет наш народ за собой, да соединятся вырванные корни с родной землей. Да свершиться правосудие и дух мой воспарит.» – Невероятно… Я? Он что? Хочет, чтобы я забрал его народ за собой? Наш народ…

– Бокхрон, как же так? Изгнан? Почему ты здесь оказался? Наш мир не мог изгнать истинного короля! Почему??? – Я склонился, сжимая книгу в трясущихся руках, мысли кружили голову, пытаясь осознать и понять причины.

Книга продолжала нагреваться. От моих рук пошел свет, и я оказался в своем мире, но мне дали понять, – это воспоминания… И не мои... Я вижу окончание турнира близнецы Бокхрон и Бохршин обессиленные лежат на земле. Вокруг них собирается свечение и на их мизинцах появляются одинаковые кольца. 

Снова вокруг меня яркий свет. Кружится голова и я пытаюсь сосредоточиться. Получается… и передо мной проносится вся история жизни младшего близнеца – Бокхрона. 

С детства Бокхрон и Бохршин были неразлучны. Я вижу, как два маленьких карапуза несутся, спотыкаясь по лужайке, а затем на ней же, дерутся на мечах уже юноши. Они были единым целым, в равной степени помогая друг другу, при этом ни в чем не уступая. Их годы обучения были сложными, но благодаря друг другу, они часто улыбались. Их проблемы начались уже на первом турнире. Они обошли всех претендентов на трон из правящий семьи, но их силы были равными. Закон гласит: «Трон занимает сильнейший». Король умирает, а новый не определен. После многочисленных изматывающих близнецов испытаний сильнейший так и не определен. Семья решает изгнать младшего из мира и повторить турнир. В этот раз все уже уверены кого выберут ритуальные одежды.

Близнецы подчинились. Раньше, я бы тоже подчинился. Нас всех воспитывают слепо следовать закону. Все что касается трона окутано незыблемыми законами и традициями.

Но теперь я смотрю на все другими глазами. Зачем они так поступили? Кто вообще писал этот закон? Я не согласен! Это неправильно! События потоком проносятся в обратном порядке и меня выбрасывает из воспоминаний Бокхрона. Я чувствую, как по моей щеке скатывается слеза. Одновременно с этим приходит знание, что воспоминания Бокхрона, останутся со мной навсегда.

Я отложил книгу и нервно зашагал по комнате. В голову одно за другим приходили решения.

Я должен забрать свой народ. В этом мире ему нет и не будет места. Иначе, они вынуждены будут скитаться вечно. Они... Они потомки правящей семьи – а не цирковые артисты! Они не должны так жить! Правящая семья ошиблась, ссылая младшего из близнецов в этот мир! Близнецы должны были править как одно целое! Этот глупый закон, что на троне должен быть только один... Даже ритуальные одежды упорно, турнир от турнира – не выбирали одного из них. Как могли это сделать родные люди? Из года в год по всем состязаниям ни один из них не уступал. На последнем турнире, когда оба обессиленные лежали на красной траве одинаково неспособные двигаться, появился свет и на их безымянных пальцах появились эти кольца. Почему же потомкам говорили, что они изначально были у братьев? Почему даже я не знал, что они были близнецами? Почему мне теперь кажется, что были иные мотивы для изгнания, не известные Бокхрону? Я разберусь… Обязательно…

Не таким уж честным и непорочным оказался мой мир. Да, в нем нет болезней и почти нет преступности. Закон соблюдает каждый, но не преступление ли перешагивать через судьбы следуя этому закону? Не преступление ли скрывать эмоции под защитными рунами, лишь бы было легче следовать закону и долгу? Чувство долга и здоровое потомство, это все, что нас волнует. Лишь попав в этот мир, я начал чувствовать жизнь. Я преклоняюсь перед женщиной, которая не побоялась и шагнула в неизвестность вместе со своей парой. Наверняка у них, как и у меня с Зеленоглазой, тоже была связь. Она ушла вместе с Бокхроном в этот мир. Никто не знал, что происходит в этом мире и как он встретит незваных гостей. Не думаю, что её поступок нашел понимание у очевидцев, но у меня вызвал боль. Со мной никто не шагнет через грань миров. Я буду один. 

Хватит! Теперь, я это исправлю! Больше не будет несправедливости в моем мире! Я, – истинный король! Я никому больше не позволю вершить судьбы других, оправдываясь законом. Я изменю сам закон и если нужно изменю весь мир! Не зря кольцо и книга меня признали, не зря я попал в этот мир, который изменил и меня... Я продолжаю уважать своих предков, честь и долг, но теперь я знаю, что у каждого есть возможность выбора и это совсем не плохо. Теперь я готов разбудить свой серый, безэмоциональный мир, перевернуть его с ног на голову, потому что именно эмоции, подсказывают нам о том, что мы поступаем неправильно, и никакие правила и традиции не должны использоваться как оправдание.

Книга дала мне гораздо больше ответов, чем я ожидал. 

– Бокхрон, не сомневайся, я смогу все изменить. – Твердым решительным голосом пообещал я Бокхрону, буквально держа его душу у себя в руках, и он ответил мне, заметно согрев мои руки, а вместе с ним потеплело кольцо на моей шее. – Да, вы теперь будете со мной всегда. Я это знаю. Я оправдаю ваши надежды. В этом мире принято приносить клятвы. Так вот, я клянусь вам! – Я решительно сжал руку на кольце, в этот момент явно ощутив единение наших душ и впервые увидев внутри себя свою…Утро истинного короля.
Фея.

С утра Рон выглядил иначе. Он изменился. Нет, тепло к себе я продолжала чувствовать, но он стал другим. Даже его жесты говорили об этом. Мы с Эдиком даже присмирели рядом с ним. Представляю, каким было его потрясение, эмоционально прожить жизнь другого человека и теперь начинать жизнь с этими воспоминаниями. Вечером после прогулки, совсем немного, но он поделился с нами. Тот табор, – никогда бы не подумала, что это его народ. Хотя припоминаю слова Мьяны о том, что там были на удивление высокие и красивые цыгане. Хотя, зная самооценку Мьяны у которой по сравнению с ней все высокие и красивый, я не предала этому значения. Наверняка те фокусы, о которых она рассказывала, тоже не лишены магии.

Буквально после завтрака позвонила взволнованная Мьяна.

– Монголия? Серьезно? – Ответил ей Эдик, переключаясь на видео связь.

– Да Монголия! Я сама удивилась, как они быстро до туда добрались! Мы же там даже не искали. 

– Удивляюсь, как вы нашли! В каком они городе? – Не скрывая радости спросила я.

– Они примерно на той же широте, что и вы сейчас, – город Баянхонгор. Я случайно наткнулась в соцсетях на фотографии из Монголии. Глаз зацепился за знакомую расцветку фургончиков в степи. Фотографии только что выложены! И подпись к ним была с ссылкой на блог, где блогер советует посетить интересное колоритное место. Город там совсем небольшой, почти деревня. Боюсь долго они там стоять не будут.

– И неизвестно сколько они уже там стоят. – Сказал вдруг Рон.

– Я сейчас куплю нам билеты. – Спешно сказал Эдик, прощаясь и отключаясь от Мьяны.

– Не нужно. Теперь...

-Почему? 

– Бокхрон нашел способ передвигаться по этому миру, и я теперь его тоже знаю. Вылетаем к вам домой, как и планировали на самолете. Я обещал вернуть Рину его документы. А оттуда перенесемся в Монголию.

– Перенесемся? – Хором повторили главное слово мы с Эдиком.

– Именно. Теперь я могу несколько больше. Не нужно так волноваться. Это более безопасно, чем летать на вашей технике. – ОЙ! Все же мои мысли о надежности нашей техники, при перелете сюда, опять превысили допустимую «громкость» и похоже, не скрылись от Рона. 

– Рон, мы не об этом. Для нас это слишком невероятно. – Ответила я, перебарывая нахлынувшее смущение.

– Знаю. Но нам троим, пора бы уже привыкнуть к невероятному. – Мне показалось в его голосе проскользнула горечь, хоть голос и звучал ровно.

– Теперь ты и в другой мир портал построить сможешь?

– Могу, но это более сложно и требует определенной подготовки. Пока я лишь на теории знаю, как это делается.

– Ничего себе! – Воскликнула я!

– И это удивляется та, которая сама, не имея магии, умудрилась это сделать и призвать меня в свой мир? – Засмеялся Рон.

– Я?

– Точнее призвала книга, но остальное сделали вы с Мьяной. Кстати, я помню, что у меня перед ней долг.

– Родители? – Шепотом произнесла я с дрожью в голосе. Я-то знаю, на сколько это важно для нее, даже у меня упоминание Рона про обещание, вызвало дикую надежду, привитую Мьяной.

– Да.

– Это возможно? – Я не выдержала, и приблизившись, ухватила Рона за обе руки, заглянув в глаза, чтобы увериться.

– При некоторых условиях, одно из которых новолуние – вполне. В вашем мире слишком многое зависит от луны. Из-за её влияния, магия в вашем мире становиться непредсказуемой или вовсе не действенной. Приходится постоянно под нее нащупывать, адаптироваться и даже мне здесь это дается довольно трудно. Наименьшее влияние она оказывает в новолуние.

– Но оно где-то на днях? – Испугалась я, моментально покрывшись холодным потом. Я понимала – Рон уйдет, но не так же скоро?!

– Послезавтра ночью. В ту же ночь я должен буду уйти. – Подтвердил он мою страшную догадку. – Я не могу позволить себе остаться ещё на столько же. Я не уверен, чем закончился турнир, да и в схожести течения времени в наших мирах. – Я справлялась с бешено стучащим сердцем, ритм которого уже просто звенел в ушах. Как ни старалась, но заметив влагу в уголках глазах Рона, моргнула, тем самым позволив скопившимся слезам, стечь по щекам.

– Все будет хорошо. – Рон впервые обнял меня за эти дни, не смотря на Эдика. Лучше бы он этого не делал. Как ни старалась, не смогла себя сдержать и всхлипнула, потом прижалась к нему и расплакалась. Краем глаза увидела, как Эдик молча вышел за дверь. Не знаю, как я умудрилась заснуть практически утром и на руках у любимого, до расставания с которым остались считанные дни, – или это были фокусы Рона? Но проснулась я уже полная спокойствия и решимости, что все идет так, как и должно быть. Нет, мои чувства остались при мне, но я не была намерена мучить ими Рона. У него и без земных проблем есть поводы для волнения. И не хочу, чтобы он запомнил меня как плаксу. Уже ведь не первый раз при нем разливаюсь рекой, а ведь до нашей с ним встречи, такое мое поведение можно было пересчитать по пальцам. Эдик! Точно, Эдик! Он же вышел из комнаты. Надеюсь, я не сделала ему слишком больно своими слезами?

– Эдик. – Позвала я мысленно. 

– Ты проснулась? – Сразу после ответа дверь распахнулась и торопливо вошел Эдик. – Как ты?

– Прости, я не должна была плакать.

– Ты должна только одно – быть собой. Наверно я сейчас должен радоваться, но мне тоже грустно, что Рон уезжает. Мы стали хорошими друзьями. Да, Фея, я в курсе. Рон рассказал, что из-за связи мы для тебя одинаково важны. Но после того как он уйдет, все измениться, поверь. 

– Я хочу невозможного, прости. – Прошептала я в уме.

– Спасибо, что выбрала меня. Интересно, останется ли у нас с тобой способность, вот так разговаривать?

– Не важно, за это время я научилась читать вас без слов. И… я очень благодарна, что вы отнеслись ко мне с пониманием.

– Я хочу знать причину. По которой ты выбрала меня. Я могу спросить?

– Я полюбила тебя.

– Ты хочешь сказать, – ЕГО ты не любишь?

– Нет, я не скажу такого... С тобой был мой первый поцелуй, первое свидание, а ещё мы из одного мира.

– И это все причины?

– Обычным людям этих причин достаточно.

– Но нас с натяжкой можно назвать обычными, – особенно Рона. Я скажу это только один раз. Я боюсь одного, что когда-нибудь, ты начнешь жалеть о своем выборе.

– Разве можно быть несчастной с любимым человеком? Надеюсь ты не думаешь, что я считаю кого-то из вас лучше или хуже? Да, вы слишком разные, но при этом одинаково замечательные люди. У каждого из вас есть качества, которыми я восхищаюсь и их не мало.

– Я вернулся. Купил кое-что! Готовы выезжать в аэропорт? – Беспечным голосом объявил Рон, но я была уверена, он знал, о чем мы только что говорили. А ещё я была благодарна, что он прервал наш разговор.

– Вчера мы так и не досмотрели город. Может соберём вещи и прогуляемся? Предложил Рон. 

– Отличная мысль. – Подхватил Эдик. – У нас есть два с половиной часа. Тааак, посмотрим. – Прокомментировал Эдик, доставая планшет. 

– Пошлите на стеклянный мост и мост драконов! – неожиданно для себя оживилась я.

– Я за! А рядом там отличный ресторан. Как раз перекусим перед отъездом. – Добавил Эдик.
- А я хочу молока из автомата попить. Вчера мимо проходили. Будет что вспомнить! – Огорошил нас Рон.
- А без этого нечего? Особенно тебе! – засмеялся Эдик. – Хорошо, создадим тебе главное воспоминание! Представляю, сидит Рон и рассказывает потомкам не то как он одним махом уложил противника, а о том, что попил молоко из автомата!
- А ещё играл в казино и что вы там ещё творили без присмотра? – Добавила я, давно интересующий меня вопрос.
- Ни чего особенного, – поторопился встать на защиту Эдика Рон. – Но вспомнить действительно есть что! – Сейчас на минутку, я увидела прежнего Рона, а не короля, с тяжелым сердцем и грузом ответственности на плечах, даже его мимика была более расслабленной. И меня это не сказано обрадовало.
- Даже не сомневаюсь, судя по моим подаркам из той сумки. Только мужчины додумаются накидать золотые подарки вперемешку с плюшевыми, гастрономическими и просто стеклянными вещами, и все это присыпать деньгами. Только по одному содержимому можно было догадаться, что я знаю далеко не все, чем вы там занимались. – Я многозначительно просканировала взглядом, заговорчески улыбающихся парней.

Мы вышли на улицу. Буквально через два часа мы вернемся сюда за сумками, а через два дня, закончится нечто важное для меня. Этот факт, тяжелым камнем лежал на сердце, несмотря на искренние улыбки и тепло, которое я так старалась сейчас подарить Рону впитывая в себя каждую минутку, проведенную рядом! 

 Возвращение из Любляны

Мы приземлились в аэропорту моего родного города. Что я чувствовала? Это сложно описать. Но сейчас казалось, что эти два дня последние в моей жизни. Одновременно хотелось успеть все что ещё не сделали и в то же время, страшно было сделать больно Рону, сблизившись с ним ещё больше. Сегодняшний день, плюс завтра, возможно, не полный. 

Дома нас встретили радостные Мьяна и Рин, но их радость потухла сразу после слов Рона, что через два дня ему пора уходить. Рон отдал паспорт Рину. Не знаю, о чем они говорили, там мужской компанией, в то время как Мьяна меня утащила на верх и пыталась разговорить, но вид у них был серьезный. Собеседник из меня сейчас совершенно не вышел. Поняв это, Мьяна просто молча меня обняла.

День прошел сложно. Мы то и дело сталкивались с Роном глазами, возможно оба, не зная, как нам себя вести. Я старалась быть собой, частично это удавалось и я, иногда, даже забывалась на несколько минут. По большому счету, вокруг была дружеская теплая атмосфера. Всем было жаль расставаться с Роном и от дружеского внимания он не страдал.

Но ночью… Наедине с собой было невыносимо. Совершенно не могла лечь удобно и хоть как-то перестроиться на другие мысли. Перевернулась на спину и посмотрела на светящийся в темноте циферблат часов. Кошмар! Столько мучилась, а ещё и двух часов ночи нет… Я не выдержала, резко подскочила и вышла из комнаты, стараясь не разбудить Мьяну. Пойду на качелю, может на ней укачает. Неожиданно, она была занята.

– Привет… – Я отчего-то смутилась и немного прикрыла глаза, смотря из-под ресниц. – Откуда ты узнал, что я приду?

– Не знал. Только чувствовал, что ты тоже не спишь. – Обдал он меня бархатным голосом, через который лишь немного проскальзывали привычные твердые интонации.

– Странно, но спать не хочется. Чувствую будто сейчас день. – Немного приукрасила я.

– Тогда… Я могу пригласить тебя на прогулку? – На меня смотрел сильный уверенный мужчина, но в его глазах отражалось волнение. Я не знала, что ответить. Оказаться в ним сейчас наедине где-то… в темноте?

– Но сейчас ночь. – Нашла я повод, не провоцировать неизбежное. А может оно и стоило?

– Не везде. – Ответил он, загадочно улыбаясь, сверкнув не присущим ему, хитрым взглядом. Тут я уже не могла устоять… Теперь я поняла выражение: «Убита на повал!»

– Что ты имеешь ввиду? – Начала я понимать к чему он клонит, но до конца не верилось, а сердце возбужденно заколотилось в груди. 

– Вставай. – Мне помогли встать, и мы мгновенно оказались в кабинете. Рон взял глобус.

– Только ткни пальчиком, и мы там окажемся. – Сказал Рон, немного наклонившись и этого стало достаточно, чтобы захотелось притянуть его ещё ближе к себе, но я отвела взгляд и уставилась на глобус.

– Я не одета. – Как-то смутилась я. 

– У тебя пять минут. – Мы уже стояли у входа в мою комнату.

Я под впечатлением зашла в гардеробную и включив свет, выбрала свое самое любимое платье. Одев его быстро расчесала волосы, оставив их распущенными. Пять минут заканчивались, и я быстро провела кисточкой с тушью по ресницам, вновь в темноте проскользнула мимо спящей Мьяны и выпорхнула за дверь.

– А ты действительно быстро собираешься. – Улыбнулся Рон. – В нашем мире женщины часы на это тратят.

– Не поверишь, в нашем тоже, но ты дал мне всего лишь пять минут.

– Я не был буквален. – Рон смотрел на меня улыбаясь. Было понятно, что он одобрил мою скорость, но пристыдился моей фразой о времени. 

Глобус по-прежнему был в руках Рона. Я удивленно на него посмотрела. 

– А это мы возьмем с собой. Где твой пальчик хочет оказаться? – Нарочито весело сказал Рон, но мы оба были не в своей тарелке.

– Ты…

– Не усложняй ещё сильней. – Поняв мои сомнения, перебил Рон. – Я весь день вел себя как должно, но даже свалившийся на меня груз ответственности к концу дня ушел на второй план по сравнению с мыслями о том, что я могу провести хотя бы ещё пару часов рядом с тобой. Раз ты сама вышла ко мне, значит так тому и быть. Королем я стану завтра, сейчас ещё раз хочу побыть Роном рядом с тобой. Не беспокойся. Я буду сдержан. Просто хочу посвятить оставшуюся часть ночи тебе. Если я много прошу, просто скажи.

– Напротив, ты слишком много даешь. – Тихо сказала я, и подавила желание броситься к нему в объятья.

– Тогда улыбнись, не будем тратить отведенное время на сомнения. Сегодня влияние луны достаточно ослабло, и мы можем себе позволить такую прогулку. Однако, не зная местности, удачной посадки не обещаю. – Улыбнулся мне мой волшебник, давая понять, что с ним я в безопасности.

Я перевела взгляд на глобус, улыбнулась, и нерешительно придвинулась ближе к Рону. Его близость и недоступность мягко говоря сводили с ума, склоняя разрушить все преграды, но ещё больше я боялась все испортить, поэтому старалась думать о чем угодно, но не о нем.

– Вот всегда хотела попасть на необитаемый тропический остров, полежать в тишине на пляже, а как до дела дошло, приспичило на кенгуру посмотреть. Давай в Тасманию! Вот сюда! Думаю, тебе будет интересно!

– Ой. – Я посмотрелась вниз и мгновенно прижалась к Рону, с ужасом следя взглядом за камешком сорвавшимся из под моей ноги. 

– Не бойся. Я не ожидал, что в этом месте будут отвесные скалы. Надо карту поподробнее. Зато смотри какой вид. – Я окинула взглядом открывшийся пейзаж, стараясь подавить уже и так угасающее чувство страха.

– Как красиво! Но давай лучше перенесемся в другое место. Здесь ещё ветрено. 

– Сюда?

– Как ты точно попал! Смотри это кенгуру! – И я самозабвенно начала рассказывать об этих необычных животных постепенно перейдя к познавательной лекции про всю Тасманию и ближайший материк. В детстве я просто учитывалась книгами про природу. Рон старался переносить меня в нужное место, мы даже пингвинчиков местных увидели! Нелетающие, переваливающиеся с боку на бок птицы позабавили Рона. Он все интересом рассматривал, засыпал вопросами и явно отвлекся от тяжелых мыслей.

Оказалось, что Рон может хоть сутками на пролет перемещаться порталами и не устанет. Мы уже не на шутку разошлись и уже «прошлись» по всем местам в южном полушарии, в которых я мечтала побывать. Под конец мы вообще тратили на место не больше 10 минут, правда пару раз прилично задержались и искупались в море. Хоть везде был день, но природа брала свое и я уже зевала, а мой мозг услужливо просил покоя. Это не ускользнуло от Рона.

– А теперь, думаю пора домой, хоть немного поспать после прогулки. – Немного требовательно сказал Рон.

– А теперь пошли любоваться звездами! 

– Вот сюда?

– Да! Город Миньяр.

Мы лежали на склоне горы, с которой в темноте смутно просматривался городок и окружающие его очертания гор, и смотрели на звезды. Почему сюда, не знаю, просто захотелось на Урал. Было прохладно, но Рон и тут исправил ситуацию, как только это понял.

– Рон, помнишь ты показывал мне иллюзию? А можешь показать свой дом, свою комнату? Мне важно знать куда ты уходишь, как будешь жить. Хочу сохранить это в памяти.

– Смотри. Это мой дом. – Да, долго просить Рона не приходится. Сегодня все чудеса света в моей копилке, а самое главное из них – лежит рядом!

– Это твой замок? – Я вскочила на ноги! – Он гораздо внушительнее, чем тот в котором мы были в Любляне. Невероятно! Такое ощущение, что я сейчас иду по нему.

– Это одно из моих последних воспоминаний. Я возвращаюсь с тренировки в свою комнату, чтобы подготовиться к завтраку.

– Ого! Это твоя комната? Просторная! Похоже на средневековый замок. Только я не ожидала, что комната будет настолько светлой и таких светлых тонов, – даже мебель. А почему стены рыжего цвета?

– У нас считается, – какая обстановка вокруг тебя, такой и жизнь сложится. Теперь понимаю, сколько суеверий у нас сложилось. А стены такие, потому что для строительства особо крепких сооружений мы используем именно этот камень. Менее крепкий, для обычных домов желтый – смотри!

Я увидела расположенный вокруг величественного замка город. Высотных домов здесь не было. Максимум в два этажа. Архитектура тоже отличалась от нашей, а вот крыши повсеместно были синими, а все чердачные окна круглыми. Даже спрашивать не стала почему.

– А покажи остальной замок, если можно! А ещё как вы одеваетесь!

– А ты не слишком любопытная, поддел меня Рон

 Мьяна и родители
Рон

Мы собрались в кабинете. Я открыл книгу ещё раз пробегая глазами по тексту. Удивительно на сколько девушки были интуитивно близки к написанному. Я начертил тот же круг призыва, с помощью которого вызвали меня. Нужен огонь, его энергия... Поставил большую свечу в центр. Внутри по обеим сторонам от свечи вписал ещё два круга и начертил силу связи между ними. Это позволит призвать именно тех кто нам нужен.
- Мьяна, я уже предупреждал, но напоминаю. Ты должна быть готова если они не придут. Только если они не ушли и им есть что сказать, они войдут к тебе в круг.
- А ничего что сейчас ещё светло на улице? – спросила Фея.
- Вы же меня тоже не ночью призвали. – Ответил я немного с улыбкой. Сейчас главное не ошибиться и правильно начертить знаки. – Мне нужно сосредоточиться, пока не отвлекайте меня. – Девушки молча кивнули и вышли, а я продолжил.
Когда я закончил я мысленно позвал Фею. Рин с Эдиком тоже не удержались от присутствия. Я указал им на кресла за столом и предупредил чтобы не издавали не звука. Духи во время призыва слишком ко всему чувствительны. 
Я объяснил порядок ритуала Мьяне. Зажег свечу в центре, а девушки зажгли по кругу. Фея отошла и села к мужчинам. Мьяна шагнула в малый круг. И началось! Заклинание короткое. Вся сила не в словах и начерченных символах. Я произнес всего два слова которые их активировали, пламя свечей вытянулось вверх тонкими ниточками и доходило Мьяне до пояса, а малые круги засветились и по их контуру поднялся голубоваты свет, больше похожий на мерцание, через которое я увидел завороженное этим зрелищем восхищенное лицо Мьяны. Волнение с её лица ушло. В тот же момент во втором световом круге начали проявляться два силуэта. 
Мьяна подняла ногу чтобы рвануться к ним, но вовремя опомнилась, вспомнив правила.
- Дочка. Родная. – Раздался голос напоминающий перекаты эхо, но Мьяна явно его узнала.
- Мама, папа. – С трудом выдохнула Мьяна, лицо которой моментально покрылось слезами, но она улыбалась. Старалась улыбаться им...
- Не грусти так о нас дочка... Мы всегда рядом, всегда присматриваем. Мы не бросим тебя.
- Мама, папа, – я выхожу замуж, у меня скоро будет малыш! – улыбалась она, положив руку на живот и не выдержав не громко всхлипнула. – Я люблю вас!
- Знаем дочка и гордимся тобой. Теперь мы за тебя спокойны. Ты в хороших руках. Дочка у нас мало времени мы не можем долго тут быть.
- Папа, я всегда искала ответ. Кто виноват? Кто разлучил нас? Х-Чуть громче сказала Мьяна, но помня правила перешла чуть ли не на шепот.
- Не нужно дочка. Вины людей в том нет. Нам жаль, что ты тратила жизнь на ушедшее прошлое. Живи ради себя, ради ребенка и своего мужа. Мы любим тебя. Благословляем вас... – Раздались звенящие перекаты эхо вместе с исчезающими силуэтами. Неожиданно резко пропал свет и погасло пламя свечей. Мьяна с криками бросилась в круг, где только что были её родители. К ней тут же бросились Рин Эдик и Фея, а я стояла, сдерживая эмоции и не знал как помочь.Пора…

– Теперь пора и мне собираться. – Сказал я, даже не ожидая, сколько боли получит в отдачу моя фраза. Эти люди всего за двадцать восемь дней, стали для меня родными. Каждый из них искренне сожалел о моем уходе, даже Эдик. Я бы хотел иметь такого искреннего друга у себя в мире. 

Мне страшно возвращаться в мой мир, после того, что я о нем узнал. Не хочу обнаружить, что те люди, которые мне улыбались, чувствуют ко мне неприязнь, а ведь теперь я все это буду знать. Не зря говорят, что быть истинным королем непосильная ноша, поэтому дар дается не каждому. Но я постараюсь с надеждой шагнуть в свое будущее, этому я тоже научился здесь.

Мьяна была эмоционально обессилена, но на подкашивающихся ногах, с помощью Рина, подошла и обняла меня.

– Спасибо. – Ты подарил мне то, о чем я только могла мечтать. – Она посмотрела на меня с нежностью. – Подожди пару минут, я приду в себя и смогу пойти тебя проводить.

– Не стоит. Самое важное подарил тебе Рин, как и сказали твои родители. Цени свою пару. Надеюсь законы вашего мира не повлияют на вас и с годами твой муж так же будет ценить тебя в ответ.

– Не переживай, – с присущей ему улыбкой, ответил Рин. – Чем жена археолога старше, тем она для него ценнее. – Он подошел, притянул Мьяну и поцеловал её в щеку, стерев подсыхающую слезу.

– Тогда вот! Повинуясь моменту, я вспомнил изящные артефакты из моего мира. Сжал кулак, сосредоточившись. Удивительно, теперь магия мне давалась на много легче. Бокхрон невероятным образом повлиял на меня, я бы даже сказал, доведя до совершенства. Я разжал кулак, одновременно внося последние штрихи. На моей ладони, в небольшом, уже угасающем, свечении лежали два кольца. – Это мой подарок. Сожалею, что не смогу присутствовать на вашей свадьбе. Примите.

– Они уникальны! – Воскликнул Рин, а Мьяна восхищенно вздохнула рассматривая, не смея к ним прикоснуться.

– Я создал их для вас. Они подобны защитному артефакту из моего мира, но в каждое я добавил часть моей магии. Узор тот же, но сделал я его для вас в виде колец. Нося их, вы будете защищены от болезней и не только. Процесс старения тоже, несколько замедлится. – Я вложил кольца в ладонь, до сих пор не отошедшему от удивления Рину. Одно я понял, с подарком я попал в цель.

– Невероятно! Спасибо Рон. Для нас это бесценный подарок. И в первую очередь тем, что он от тебя…

– И вот! – Через полминуты у меня в ладони лежало ещё два кольца невероятной красоты. Почерненная золотая кайма с сердцевиной, идеально передающей глубину цвета глаз Зеленоглазой, покрытой причудливой сеткой золотых узоров и защитных символов. – Это обереги каждому из вас, с теми же свойствами, но можете принять их как обручальные кольца. На вашей свадьбе, я тоже не смогу присутствовать.

– Рон… – вдруг губы Феи задрожали, она закрылась ладонями и выбежала из комнаты.

– Догони, попрощайся с ней нормально, – сказал Эдик серьезно, принимая кольца. По его сжатым губам видно, что слова ему дались не просто, а в эмоциях меня затопила горечь. Тем не менее, он кивком указал в сторону двери, подбадривая меня.

Я побежал следом. Но что я скажу? Я вломился в чужой мир, чужую жизнь, вклинился в чужую пару. Что я могу? Попросить её пойти со мной? Но она не раз озвучивала свою позицию. Теперь, когда я увидел, что потомки от смешенных браков рождаются. Когда слишком много факторов по возвращению, даже без турнира, безоговорочно. делают меня королем. По факту, я уже сейчас им являюсь. Я могу ей дать все! Все, кроме жизни в этом мире. Но тогда, я буду виноват перед Эдом. После всего, с мой стороны, это будет подло. Кажется, в этом мире это называется – увести девушку у друга.

– Фея. – Я перехватил её на улице, в том же переулке, где когда-то состоялся наш неприятный разговор. Я заглянул в её глаза и уже был готов на все лишь бы её взгляд изменился. – За что ты так обиделась? За мое благословление вам? Ты же считаешь это правильным! Тогда что ты хочешь? Хочешь, я скажу – пошли со мной? Теперь я уверен, что смогу дать тебе все! Одно твое слово, Фея! – Я подошел ближе, она сделал шаг назад, ещё один, а потом вдруг передумав, бросилась в мои объятья.

– Это да? Ты уйдешь со мной? – Спросил я, обняв её в ответ и внутри потеплело от искры надежды.

– Нет. Я не могу принимать такое решение. Это как отказаться от своих слов. И… в этом мире все родное. Все что мне дорого, кроме тебя, – здесь, в этом мире. Я не про Эдика сейчас. Мои родители, Мьяна, и остальные, – их я тоже люблю, так же как ты любишь родных из своего мира. Здесь моя жизнь. Но я хочу быть с тобой. Нет. Давай прекратим, – это рвет мою душу на части… – Умоляюще посмотрела Фея.

– Я понял. Я могу тебя поцеловать? Последний раз?

– Ты слишком мало прожил в нашем мире, чтобы понять, чего не следует спрашивать у девушки. – Улыбнулась она мне сквозь слезы и душевную боль, и неожиданно сама потянулась за поцелуем. Боль и счастье переполняли её в тот момент, когда наши губы соприкоснулись.

Эта необузданная страсть, еле сдерживаемая пониманием, что продолжения у нас нет, разрывала все мое существо. Сейчас мы прощались, в последний раз прикасаясь к друг другу…

– Я люблю тебя. – Прошептал ей…

Прощание
Фея

Мы с Роном не разжимая рук дошли до дома. Сейчас мне не важно было, что кто-то может увидеть наши чувства. Как бы горько сейчас не было, наше время закончилось. Нас уже ждали. Вопросов никто не задавал, да они и не были нужны.

Мьяна, Рин. У нас не положены длинные прощания. Мьяна слишком слаба, поэтому вам не стоит прыгать порталами. Оставайтесь дома, меня есть кому проводить. Я же знаю, как бы я не противился, эти двое, все-равно пойдут провожать. – Посмотрел на нас Рон с улыбкой, но маскировка ему явно не удавалась, и он это быстро понял, прекратив удерживать лицо.

– Как скажешь. Если бы не слабость Мьяны, мы бы тоже, не слишком тебя слушали! ещё раз спасибо за свадебные подарки.

– Даже не сомневаюсь, Рин. Вы все стали важными для меня людьми, пусть знаю вас совсем не долго, да и познакомились мы не лучшим образом.

– От всех нас ещё раз прими извинения за такой прием. Ты же сам понимаешь на сколько невероятным для нашего мира было твое эффектное появление с мечом, занесенным для удара. 

– Ну уж простите, что не при параде, меня забыли уведомить о дальнейшем распорядке дня. – Улыбнулся Рон. 

– Все же поговорки не врут. Встретили по одежке, а провожаем по уму. Ты необыкновенный Рон, даже если не принимать во внимание магию, ты уникальный человек и замечательный друг. – Слабо улыбнулась Мьяна, явно ещё не до конца нашедшая почву под ногами. Рин все ещё придерживал ее, стоя сзади и обняв.

– Да, такие вещи я мог услышать только в вашем мире. Спасибо вам за это! Благодаря вам этот мир перестал быть для меня чужим. А грустить не стоит. Прощайте, мне пора, пока я не передумал тут остаться. – С этими словами он резко развернулся и поспешил к себе в подвал, бросив через плечо не слишком твердым голосом:

– А вы двое спускайтесь через двадцать минут ко мне. Оттуда и перенесемся. 

Через двадцать минут торопясь, мы спустились к Рону. Он стоял и смотрел в окно, но тут же повернулся.

– Готовы? – спрашивает Рон, закинув за спину большой походный рюкзак, визуально теряющий на нем свои габариты. Мы разрешили взять с собой любые вещи, находящиеся в доме. Думаю, кроме книг, принесенных Эдиком, тот самый шокер, он точно прихватил, – не зря ещё перед поездкой намеки делал. Одно знаю точно, он взял целый альбом фотографий. Большинство из них с их с Эдиком фотосессии, но и из Словении мы успели ему напечатать. Конечно, человеку способному создать мираж, навряд ли понадобится плоское изображение на бумаге, я так думала, но вчера он объяснил, что для него это кусочек нашего мира на память. И вот сейчас произойдет то, что закроет эту главу в нашей жизни. Я более чем не готова… На другое плечо Рон перебросил чехол с мечом, поглядывая на меня. В воздухе витала какая-то напряженность. – Подойдите и возьмите меня за руки.

– Рон, ты главное после переноса собери нас в правильных пропорциях и без лишних частей тела. – Меня тяготила эта таинственная напряженность и я решила вот так, глупой фразой, её разрядить.

– Не волнуйся, это не так работает. – Очаровательно улыбнулся мне Рон.

– Уточнить не помешало. – Вернула я улыбку.

– Я чувствую, ты не волнуешься, скорее взволнована и тебе интересно и… – его взгляд погрустнел, – в общем не важно. 

– А ты сам, волнуешься? Тебе ведь предстоит встреча с твоим народом!

Рон явно не ожидал, что кто-то спросит у него, – волнуется ли он, но, это же я! 

– Для себя решил, что там на месте и разберусь волноваться или радоваться. – Все же после пары секунд ответил он. – Давайте уже руки, а то тут оставлю. – Погрозил он нам как малым детям.

– Где мы? – Спросила я, уже через секунду после того, как моя рука буквально утонула в большой и теплой ладони Рона. Вокруг было темно из-за набежавших туч и солнца готового улизнуть за горизонт и оставить нас без последних крох света. Только далеко впереди мерцали одиноко горящие огни, ожидающие скорое пополнение в своих рядах.

– Мы в степи, на некотором отдалении от города. Если идти прямо как раз дойдем до табора. Вот те ближние огни. Видишь? 

– Нет, – честно призналась я.

– Я тоже не вижу. – прозвучало ещё одно чистосердечное. Теперь уже от Эдика. 

И мы пошли… Но вот кто знал, что придется идти по полю в этих босоножках?

– Ай!

– Фея, что с тобой? – На меня смотрело четыре заботливых глаза.

– Комочек под пятку залетел. Не ожидала, что по степи без единой тропинки гулять будем.

– Не-не, я сама. – Остановила я пыл двух рыцарей, готовых взять меня на руки.

– Тогда… – Рон встал передо мной на одно колено, чем вызвал удивленное беспокойство у Эда. Но в глаза мне никто так и не посмотрел, а все внимание досталось ногам. Рон провел рукой по моей обуви, немного свечения и вот они! Суперлегкие, закрытые, – не знаю как назвать! В наших магазинах точно не найдешь! Если описать, обувь из кожи покрытая легким будто выжженным тонким узором, удобно облегающая ногу и заканчивающаяся чуть выше косточки. Без замочков и шнуровок, но идеально облегает ногу. И как снимать буду? Но про обувь долго размышлять не пришлось. Мы уже подходили к табору. Теперь его очертания я могла четко разглядеть и все мои мысли заняли грядущие волнения.

Вот он, вход. Я подняла голову, пробежала взглядом по крыше, опустила взгляд на стены. Как ни странно, тихо. Никто не снует, не спорит, да и вовсе не слышно не разговора не песни. Я себе как-то иначе табор представляла. 

Рон шагнул вперед, мы с Эдиком, взявшись за руки, следом. 

Уже совсем смеркается и вокруг безлюдно... Рон заходит в табор, освещенный огромным костром в центре. Фургоны все собраны, видно, что снова собрались в путь... Он подходит к костру, который тянется в его сторону, как бы стараясь лизнуть... Я замираю, не решаясь подойти и встать к нему ближе… Вдруг из одного вагончика вышел мужчина… 

То, что происходит сейчас, впечатляет меня больше чем магия. Его один за другим приветствуют выходящие из своих вагончиков цыгане. Их становиться все больше и больше и ни один из них не говорит ни слова, все как один встают на одно колено, преклоняя перед Роном голову. Мы стоим заворожённые моментом, – в груди поднимается чувство единения и восторга от этого момента… Я не выдерживаю накала эмоций от этого момента, на газах выступают слезы.

Рона действительно ждали! Ни у кого даже не возникло вопроса, – кто перед ними. Они узнали его. Я столь взволнована, что воспринимаю происходящее как во сне.

Когда последний из преклонил колено, Рон начал говорить. Лишь его голос на фоне скупых звуков природы, сдобренных расчувствовавшимся звуками животных табора. Рон говорил не долго. Только по сути. Оказалась, в большинстве своем, они ждали возвращения в мир предков. Удивительно, что за такое время они продолжали верить, а не превратили слова Бокхрона лишь в легенду. Лишь несколько человек решили остаться, опасливо поглядывая на Рона. А Рон, никого и не собирался принуждать. 

После произошедшего, даже в моих глазах Рон стал королем. И как только я могла к нему относиться иначе? Он не мой король, но его голос жесты, разжигают желание подчинится. Теперь удивляюсь, как некоторые из них, я ранее считала забавными и неуместными, но неуместным было как раз мое поведение. Брррр… о чем я думаю? Это же мой Рон! Или нет? Судя по лицу Эдика, он тоже недоумевает как мог общаться на равных с таким человеком и поведение Рона вызывает в нем те же реакции, что и у меня. Из ступора нас вывело приближение самого Рона, закончившего свою Речь, узнавшего от своего народа все необходимое и отдавшего распоряжения. Мы ведь до сих пор и стояли там, где нас оставили, – на некотором отдалении от толпы.

– Я это сделал! – Обратился он к нам, с привычной легкой улыбкой. – Не ожидал такого приема, не то что вы…, – подколол он нас, задорно нам улыбаясь.

– Рон? – невпопад спросила я, начиная понимать, что он, такой могучий и великий – Истинный король, похоже, сейчас тоже волновался. – Извини. Торжественность момента просто ввела нас в ступор.

– Это было более удивительно, чем видеть магию. Мы похоже, только сейчас до конца осознали кем ты являешься. – Сказал Эдик пытаясь вкрыть волнение в голосе.

– Так вот в чем дело? А я удивился почему вы на месте стоите, почти у входа. Не мог понять ваши эмоции. Они были схожи с моими, но что-то было не так. Я был слишком занят для того чтобы анализировать.

– Ты ещё и о нас думать успевал? – Удивилась я.

– Я рад, что вы были рядом со мной в этот момент! – Ответил нам Рон, окончательно разбив только что сформировавшийся для нас с Эдиком, – культ личности.

– И что теперь? Вы также возьметесь за руки и исчезните навсегда?

– Нет. Я дал некоторые распоряжения. Через час мы сначала перенесемся в ваш город. Не оставлю же я вас в чужой стране. – Подмигнул нам Рон.

– Спасибо, ответил Эдик. Мы были так озадачены твоим уходом, что об этом и не подумали. А что будет дальше?

– Видите костер? Знаете для чего он такой большой? Мой народ тут слаб. Мало у кого даже после усердных тренировок получается добиться нужного результата. Тем не менее способ переноситься в пределах вашего мира нашел ещё Бокхрон, а они могут реализовать его только с помощью энергии огня. 

– Неужели эти все люди настоящие волшебники и могут спокойно оказаться в любом месте земли? – Вырвалось у меня изумление. Не ожидала, что от смеси кровей будут рождаться такие могущественные люди.

– Здесь, кроме меня только два человека способные на это, одна девушка умеет вливать силу огня в природу, парочка немного чувствуют животных. Я пока не о всех знаю. Здесь сложно научиться даже чему-то одному, но магия есть в каждом, кроме тех, кто пришел из этого мира, как их пара. Некоторые ради них решили остаться, но я не виню их, наоборот, понимаю как никто другой. – Посмотрел Рон с болью в глазах, теряя хорошее расположение духа.

– Кхникхрон. Мы готовы. – Подошел к нам высокий и красивый парень, ростом чуть ниже Рона. Тут если приглядеться и правда, все высокие и как минимум симпатичные. Магия?

– Так быстро? – Ответил Рон, и в его голосе мне послышалась обреченность.

– Да, мы были готовы. А фургоны и остальные вещи мы оставим тем, кто решил остаться.

– Тогда становитесь вокруг костра. – На глазах Рон снова превратился во властного предводителя своего народа. – Пора. Пошли к остальным. – Обратился оно к нам. Эдик крепко сжал мою руку и подарил ласковую подбадривающую улыбку. Не удивительно, от этого слова «Пора», будто сердце вырвали и вставили на место. Однако, я была уверенна, что никто не заметил того, как я побледнела. Вокруг было темно, лишь пламя костра освещало наши лица, бросая глубокие тени. Но, видимо от Эдика моя реакция не ускользнула.

Дальше все было невероятно просто. Вокруг костра мы все взялись за руки. Как только круг замкнулся, будто легкий электрический разряд пробежал от одной ладони к другой, и мы оказались на той поляне, где Эдик впервые увидел магию Рона.

– Разведите костер. – Отдал распоряжение Рон. – Мне нужны три помощника.

К Рону сразу подбежала толпа.

– Вокруг костра, на равном расстоянии мне нужны вот эти четыре огненных символа. Во избежание отклонений, их нужно создать вручную, а не зажечь магией. – Не стал разбираться он с количеством подошедших.

– Сделаем. – Раздались дружные голоса. Сам Рон начал что-то делать, вокруг уже разгорающегося костра. Маги, шустрый народ!

Я чувствую легкое головокружение и как меня начинает потряхивать. Осознание, что я больше никогда не увижу Рона, будто придавливает меня к земле, нескончаемым потоком лавин, и кажется, я даже начинаю задыхаться… Эдик обнимает меня притягивая к себе и я прячу свои слезы на его груди. Он такой родной и близкий, его запах успокаивает меня, даря душевное тепло. Чувство благодарности за его безграничное понимание, накрывает меня теплой волной, и я только начинаю приходить в относительную норму, как мне говорят о том, что все приготовления завершены.Прощание Рон

Портал открыт. Прямо здесь, на границе полыхающего костра. Я стою в ритуальных одеждах. Мой меч привычно лежит в руке... Каждый, взяв то, что для него здесь было ценно, – уже шагнул в портал. А что ценно для меня? Зеленоглазая... Стоит с глазами полными слез. Я всеми силами старался думать трезво и гнать мысли о ней в процессе подготовки портала. Между нами уже все было сказано. Решение приняла она, но я задыхаюсь от рвущего её чувства тоски. её эмоции не выразить словами… 

– Прощай… – шепчу ей, одними губами. Эд стоит рядом, но прекрасно понимает, кому предназначены мои слова. Ему тоже сейчас не легко, как и мне. Он ведет себя более чем достойно, отпустив её руку, тем самым показывая доверие ко мне. Наверно, он единственный во всех мирах, которому я готов её доверить. Мне впервые страшно посмотреть человеку в глаза, но я делаю это… Зеленоглазая… У меня мгновенно пересыхает в горле, без нее не хочется дышать, но я должен сделать над собой усилие. Я спиной делаю шаг в сторону портала, она шажок ко мне, а потом на секунду задумавшись, и вовсе подбегает, но резко останавливается. Шепчет – "Прощай". её руки и губы мелко дрожат... 

Да, достаточно близко... Достаточно, чтобы успеть до закрытия портала. Я делаю два больших шага к ней, притягиваю к себе и жадно целую. 

– Прости, Зеленоглазая... – Этот выбор я сделал за тебя... В этом сладком и томительном поцелуе, аккуратно, немного приподнимаю её над землёй, прижимая к себе ещё крепче. Кажется, она даже этого не замечает, и я делаю три шага назад... Портал за нами захлопывается... Успели!