Тыковка для ректора

— И когда уже этот старый пердун приедет? — вздыхала Лайше, моя лучшая подруга. Мы с ней неразлучны вот уже пять лет, с самого первого дня появления в академии.

— Лучше бы он не приезжал подольше, — возразила я. Потому что без ректора в академии пусть и не анархия, но нечто крайне близкое к этому. Что плохо для преподавателей, то хорошо для студентов.

— Не говори так, Аайна. Мы выпускной курс, и ректор должен принять у нас экзамены, а также подписать дипломы, — напомнила зубрила Лайше.

— Ну вот и пусть появится здесь накануне экзаменов, а сейчас нам и так хорошо, — вообще не понимаю, чего она переживает? Мы на пятом курсе, нас по-любому выпустят. У многих уже заключены договоры на стажировку. — Ну, ты сама представь, вот приедет он сейчас, и что? Прощай, лафа! Только-только мне начало нравиться учиться.

— Дисциплина нам тоже не помешает, мы входим во взрослую жизнь и должны вести себя соответствующе, — и всё же у меня крайне нудная подруга.

— Сейчас пришлют какого-нибудь дедулю из министерства магии, и  он подпишет все одним скопом, — отмахнулась я, понимая, что диплом её всё же волнует куда больше, чем дисциплина. — Главное, чтобы его не было на завтрашнем празднике!

На это моя сокурсница лишь улыбнулась. Да-а, она могла до последнего издыхания говорить о том, что желает видеть ректора в академии как можно быстрее, но даже здесь она согласна. На завтрашней вечеринке по случаю Хэллоуина ему не место. Ребята с травологии сварили вкусный тыквенный сок с корицей, девочки с бытового напекли всевозможные вкусняшки, ну а целители стащили с полей огромные тыквы из которых вырезали страшные, и меж тем забавные мордочки, в которые поставили свечи. Гулять собираемся до утра, хоть преподаватели вообще запрещали праздновать. Дескать, когда в академии такое творится, не время для вечеринок. Но в конечном итоге сдались и разрешили небольшойй праздник, дабы не нарушать многовековую традицию Мантерсана. Ах-ха-ха! Только вот они не учли, что их «небольшое» и наше несоразмерны.

Осень в Данденстине выдалась в этом году на удивление тёплая. Несмотря на то что уже почти ноябрь, температура была стабильно плюсовая в районе двадцати градусов, отчего хотелось постоянно гулять на улице. Листва только-только пожелтела, и теперь сад академии пестрел красками: от багряного, как сегодняшний закат, до золотистого.

Мы шли мимо озера обратно в женское общежитие, когда заметили Хоупса, фамильяра Киниля с факультета некромантии. Странно, что бы ему здесь делать одному? Черный кот с перьевыми крыльями, сложенными на спине, гордо шествовал вдоль озера на манер стражника, патрулирующего периметр. Завидев нас, тут же направился ко мне и начал тереться об ноги, словно самая обычная кошка. Хоупс, как и большинство фамильяров, умел разговаривать, но делал это исключительно со своим хозяином. Мне в этом плане повезло меньше. Мне достался подсолнух. Ладно, я преувеличила. Семечко подсолнуха. Оно не разговаривает, не обладает магией, на мой взгляд. Хотя вот магистр Лукси считает иначе. Говорит, что просто ещё время не пришло. Ну конечно, выпуск на носу, а у моего фамильяра до сих пор время не пришло. Иногда мне кажется, что учитель просто ошибся и это самое обычное семечко, и ему никогда не суждено стать фамильяром.

— Мряу! — отвлек от мыслей пушистик, и я, погладив его по крыльям, продолжила путь в академию, а волшебный кот куда-то убежал. Хм, что же он делал у озера?

— Уф! Неужели я написала, — пробубнила Лайше, просматривая пергаментный лист, на котором идеально ровным почерком выведены рунические формулы плетения.

— Ты ещё так театрально вздыхаешь… — я посмотрела на неё с недоумением. Прошла половина урока, я вообще, кроме названия работы, ещё ничего не написала, только накидала небольшой корявый план на листочке для заметок.

— Я выжата как лимон, — продолжила подруга, не то что намекая, а прямо говоря, что мне помогать не будет.

— Для тебя эта работа — сущий пустяк, — отмахнулась я. Весь курс знал, что Лайше Денги — лучшая студентка, она выучила весь материал на зубок. Родители подруги служили в министерстве и с детства заставляли её учиться, дабы не опозорить род. Вообще, дружить с заучкой крайне скучно, зато полезно. — Ну, может, хоть с одним вопросом поможешь?

— Девочки, мы вам не мешаем? — магистр Фисиль, строгий преподаватель некромантии, с укором смотрел на нашу парту.

— Простите, магистр Фисиль, — Лайше потупила взгляд.

— Может, мне вас всё же рассадить, как эти делают в магшколе, раз до пятого курса академии вы так и не поняли, что уже не школьницы, а адептки-выпускницы? — магистр говорил так всегда, но никогда не реализовывал свои угрозы. Несмотря на мрачный предмет преподавания и внешний вид, этот худенький старикашка был добрым и ворчал скорее для приличия.

— Мы больше не будем болтать, — уже в который раз пообещала я. А магистр, сделав вид, что поверил, пошёл дальше по аудитории, наблюдая за другими студентами.

— Лайше, помоги мне с этим вопросом, — я легонько ткнула подругу под бок локтем, понимая, что без неё не справлюсь.

— Ты как всегда, Аайна, — опять вздохнула сокурсница. — Это же база. Смотри, рука Бехки стоит рядом с руной Бекхи.

— Как ты их вообще отличаешь? — на этот раз я выдохнула с шумом. Ну серьёзно, рунические формулы для некромантских пентаграмм — самое сложное в обучении некромантии. Они похожи и начертанием, и названием. Как их можно выучить все — не понимаю.

— Просто смотри на них внимательно, и ты начнешь различать тоже, — она ткнула пальцем в листок с черновиком. — А вот здесь Лягке и Лякге размести, а не руну Рянди.

— Я никогда не сдам этот экзамен сама, — начала перечеркивать всё написанное. И снова нарисовала не так, потому что подруга взяла карандаш и поправила сама. — Я думала, это руна Дзянь.

— Нет, это Лягке, а Дзянь вообще не используется в этой формуле.

Вот зачем нам, студентам факультета пророчеств, вообще предмет некромантии в расписании? Хватило бы просто того знания, что она есть, и всё. Но нет, министерство магии считает, что базовый курс всех предметов должны знать все студенты.

Уже под звенящий звонок я дорисовывала свою кривенькую схемку и вносила руны, стараясь правильно их перерисовать с черновика, ожидаемо поправленного Лайше. Только положив на преподавательский стол работу, я поняла, что всё уроки на сегодня позади.

— Ну что, вперед переодеваться к празднику? — спросила я весело подругу.

— Почти… — неожиданно произнесла она, и я проследила за её взглядом. В холле академии стоял высокий молодой блондин с длинными до плеч волосами. Он был нашим ровесником, а значит, новенький студент. Только кому пришло в голову переводиться из одной академии в другую под конец учебного года?