Тьма. Дитя Смерти

Тьма и тишина мой дом. В ней живут мои дети, те, кому я нужна, кому даю сил и помогаю закрепиться в этом мире. Она поддерживает меня, взамен я даю ей необходимую силу для роста.

Сейчас я не чувствую ничего, кроме желания стать объемнее, захватить больше, стать сильнее и могущественнее. И чем дальше продвигаются по мирозданию мои дети, тем сильнее становлюсь я. И очень скоро, я выйду из тени, полностью стирая свет и заполняя каждый из миров тьмой. Потому что — мать Тьмы. Я ее источник.

Откинувшись на спинку кресла, Ваал смотрел в высокий потолок, отгоняя прочь поток непрошенных мыслей. Сколько их было за последние две недели? Но все они оказались бесполезны и бессмысленны. Вот и сегодня во время боя, когда под куполом разверзся источник, поглощая его воинов и выступающих против корды Имперода мятежников, рассчитывал, наконец-то получить ответ на свой главный вопрос: “Куда исчезла его женщина? Где теперь его Александра?”

Не проходило и мгновения, чтобы он не думал о ней. За последние годы, она вросла в него настолько глубоко, что Верховному Князю Инфериатоса, каждый вдох, сделанный вдали от смертной души с запахом орхидеи, давался с трудом.

Но источник, поглотивший сражавшихся врагов, оградил себя невидимым барьером. Укрепив, созданный Эдигором вокруг поля брани купол и не давая возможности даже приблизиться к себе. Источник не позволил подобраться к себе ни одному созданию Инфериатоса.

Как бы Ваал и его корда не пытались пробить брешь во вражеской защите, щит оставался нерушим. С каждой новой попыткой добраться до Александры, Князь ощущал как стремительно угасает надежда увидеть ее вновь. И теперь ему казалось, будто все потеряно. И он не только проиграл битву за восстановление баланса сил в мироздании, но проиграл самую важную битву в своем существовании — за Александру.

А теперь он сидел посреди зала, наполненного его подданными, утопая в крови и похоти. Сколько он разодрал наложниц, так доверчиво льнувших к его большому и сильному телу, он сбился со счета. И снова он впал в ту самую лютую, неконтролируемую ярость, что ощущал, когда Александра оказалась заперта источником внутри себя по вине его тестя и по совместительству соперника Эдигора.

Традиционный пир, проводимый по завершению каждой битвы, мало чем отличался от тысяч ему подобных. Только сегодня, всегда сдержанный и равнодушный к страстям, Верховный Князь и Имперод корды Инфериатоса, позволил своему отчаянию и злости вылиться наружу. Не скрывая истинных эмоций, он рвал плоть девушек, даже не перевоплотившись в истинное обличье, упиваясь их криками, наслаждаясь их кровью и с удовольствием пожирая их плоть.

Лишь утолив жажду боли, смерти и крови, восседал на Корусе Синистри, измазанный человеческой кровью, в окружении костей и разорванной женской плоти, утомленный незнанием того, что будет дальше и как добраться до Александры. Он равнодушно слушал звуки шлепков влажных тел сношающихся подданных, крики, стоны, чавканье и предсмертные крики. И несмотря на то, что престол силы впитывал в себя боль и кровь погибших, Ваал не ощущал прилив силы, исходящий от платинового трона, в котором были замурованы останки врагов первородных демоном. Получив приток свежей крови они вновь пришли в движения, страдая и мучаясь от вечного заточения, вынужденные вновь проживать невыносимую боль.

Нет. Сегодня ничего не вдохновляло Князя, не дарило прилива энергии, не вселяло веры, что все может завершиться хорошо. Казалось, будто с каждым новым мгновением он все больше терял веру на встречу с Александрой. Ему казалось, что ее больше нет. Более того, он понимал, тьма поглотила ее. И даже если он сумеет ее отыскать, то от его смертной там не останется даже оболочки. Ему предстоит встреча с совершенно другим существом, которое не умеет любить, сострадать, не знает что такое нежность и любовь, и ничего не знающее о радости…

В том, что Сашу можно еще спасти он уже практически не верил. В его груди теплилась крохотная надежда на то, что можно будет ее вернуть на сторону света. Но самая большая проблема заключалась в том, что он ее не чувствовал. Ни в одном из миров. У него не получалось настроиться на ее сущность, она словно никогда не существовала. А это означало лишь одно — конец.

— Что с тобой? — услышал он голос ромуда Кроу. — По какому случаю такое пиршество?

— Разве имеет значение? — даже не посмотрел на товарища, продолжив сверлить дыру в потолке. — Наслаждайся.

— Я тебя не узнаю, — продолжал бубнить зять. — На твоей территории обосновалась субстанция, медленно поглощающая Инфериатос, а ты решил загрызть весь свой гарем, вместо того, чтобы разобраться с проблемой?

— Примерно так, — равнодушно выдохнул Князь, не чувствуя совершенно ничего.

Ни раздражения, ни злости, ни отчаяния. У него в груди разверзлась пустота. Она заполнялась холодом, промозглыми ветрами. Его нутро сковывал лед одиночества и потери надежды. Даже создатели не знали, как Верховному Князю выйти из сложившейся ситуации победителем. Он стремительно проигрывал.

— И что? Так и продолжишь, подкармливать своего зверя, бросив собственную корду и подданных на растерзание мятежникам и этому нечто?

— Как ты сюда попал? — приподнял голову Князь, скользнув ленивым взглядом по черноволосому ромуду. — И где Лилит? — в ушах послышался звон. Он не станет терпеть выпады, пусть даже от самого надежного и его ромудов. — Охрана! — раскты громоподобного голоса расзлетелись по залу, перекрывая все остальные звуки.

— Ты серьезно позвал охрану, чтобы избавиться от меня? — засмеялся тесть.

— Именно! — откинулся обратно на спинку трона Князь.

— Ты не в себе, — пораженно проговорил Кроу.

Секунда и Ваал оказался возле одного из преданнейших воинов, сжимая его шею пальцами.

— Как смеешь ты, щенок, критиковать меня и указывать на мои действия или отсутствие оных! Лучше следи за своей женой, что предпочитает кого угодно в своей постели кроме тебя! — рявкнул так, что затряслись стены и откинул ромуда в центр зала, в самый густо стянутый клубок обнаженных тел.

Выбираясь из переплетения чужих рук и ног Кроу со злостью сжал челюсти, сверкнув зеленым пламенем в глазах. Пронзил Имперода гневным взором и не дожидаясь охраны, направился к выходу.

Он не забудет оскорбления. И не оставит этого просто так. Но и отвернуться не может от своего повелителя и главнокомандующего. А для этого ему нужен тот, кто способен вернуть Ваалу способность мыслить трезво.

Ему нужно придумать способ, как проникнуть в источник через другой портал и при этом, добраться до его сердцевины живым и невредимым. Пора объединить силы заинтересованных в возвращении баланса сил света и тьмы. Нужно отыскать оставшихся носителей света. И он знал, того, кто хотел возвращения смертной с такой же силой, как и Князь Инфериатоса. К нему он и обратится за помощью.

Стоило Кроу вспомнить об Эдигоре, как блондин с янтарными горящими глазами влетел в двери зала. Игнорируя происходящее он твердым шагом направился к Корусу Синистри, приготовив новости предназначенные только для ушей самого сильного демона Инфериатоса и по стечению обстоятельств его сопернику.

Ваал почувствовал тестя сразу же, стоило тому перешагнуть порог замка. Он перестал ждать от него хороших вестей, а после проклятого купола, который должен был остановить врага, а в итоге стал защитой источника, он и вовсе не мог смотреть в сторону Эдигора. По мере того как демон приближался к Корусу Синистри, Князь все отчетливее ощущал раздражение.

Герцог остановился у подножия трона и преклонил колено, не медля заговорив:

— Ваше Превосходство, я нашел способ.

Выпалил он прежде, чем имперод прогонит его.

Лишь мгновение Ваал думал над услышанным, а затем выпрямился на троне, поднимаясь на ноги.

— Рассказывай, спустился он по ступеням, перешагивая останки тел наложниц и следуя за герцогом.

Если у него есть мизерный шанс добраться до Александры, то он не упустит его.

Ну что, друзья! Приветствую вас в заключительной части моего объемного и темного цикла "Во власти Смерти"!

Будем распутывать клубок из интриг, возвращать Сашку к свету и спасать мир. И конечно же, Ваал и Саня решат наконец-то все свои вопросы и будут много и качественно любить друг друга!

ХЭ будет!

***

Смертные. Они предсказуемы. Предсказуем и колдун в его благородном порыве защитить беззащитную девушку. Но после их разговора, Князь уже не был так уверен в его бескорыстности. Желание спасти мир, не у всех возникает из альтруистических побуждений. В данном случае, стремление спасти собственную шкуру преобладает над другими желаниями и потребностями. И если еще несколько минут назад, намерение выжить стремилось у колдуна к нулю, теперь он полон решимости выгрызать спасение не только для себя, но и для остального человечества.

Именно поэтому он так дерзко и самоуверенно вступил в перепалку с хулиганами. Бандитские группировки стали теперь нормой, а не аномалией среди людей. Но даже в этих условиях, не все захотели бы вступать в открытую конфронтацию и рисковать. Лучше пройти мимо. По такому принципу доживало оставшееся человечество. С тех пор как порочность, агрессия и разврат стали нормой, добропорядочность и честность, превратились в дефект.

Поэтому идеть, как кто-то вступается за жертву, встав против насильников и хулиганов, вызывает не только недоумение участников этого действа, но и нечто, забытое ими за последние годы, похожее на восхищение.

— Смертник, что ли? — выходит в тусклый свет фонарей коренастый парень в спортивном костюме. Освещение падает на его жесткий профиль.

— Все мы смертники, — хмыкнул колдун, приближаясь к зачинщику этого беспредела и боковым зрением наблюдая за девушкой.

— Иди мимо, пока мы тебя на запчасти не разобрали.

— Что ж вы ребята, такие грубые? — хмыкнул Иэн, подмигнув девушке, которую держал один из бугаев, заткнув рот ладонью и вжимая в свое огромное тело.

Огромные темные глаза, блестели от выступивших слез, крича о том, что бедняжка на грани истерики. Ноздри раздувались, а тело сотрясала мелкая дрожь. Происходящее, явно не доставляло ей удовольствия.

Ваал держался поодаль, наблюдая за разворачивающимся действием. Он чувствовал испуг жертвы, ее первобытный ужас, не позволяющий прочитать сущность полностью. Знал, что в экстремальной ситуации она проявит себя наиболее ярко. И будет это проявление положительным или же напрасной тратой времени и ресурсов, коих колдуну предстоить истратить немало, покажет только итог этой схватки.

— А ты, неженка у нас? — рассмеялся главарь, оглянувшись на своих дружков, подхвативших его гогот. — Так ты не бойся, мы тебя сейчас нежно вырубим и продолжим развлекаться с куколкой. Да, малышка? — обернулся он к девчонке, смотрящей на него во все глаза.

От страха у неё со лба стекала капля пота и кажется вся кровь отлила от лица.

— У меня есть предложение получше, — придвинулся к агрессору колдун.

— Ну же, давай удиви, — хмыкнул его собеседник.

Не давая закончить фразу, колдун ударил ублюдка лбом прямо в лицо. Брызнула кровь. Пока тот не пришел в себя, а его дружки отходили от шока, сунул кулак ему в живот, так, что тот согнулся пополам.

Шестерки моментально забыли о девочнке, кинувшись к колдуну.

— Беги! — крикнул ей Иэн, когда четверо окружили его со всех сторон и начали наносить удары.

Мгновение незнакомка стояла как вкопанная наблюдая за тем, как толпа избивает одного. Оглянулась по сторонам и увидев металлическую палку, схватила ее, подбегая к главарю этой шайки, по-прежнему пытающегося разогнуться. Не давая ему выпрямиться она ударила его по затылку, так, что горе-насильник упал лицом на асфальт.

— Отпустите его! Или ваш друг останется без головы! — занесла палку над бездыханным телом. — Я сказала отошли! — разнесся по улице звонкий девичий голосок.

Такого развития событий не ожидал ни один из участников потасовки. И лишь Князь продолжил равнодушно наблюдать из тени за разворачивающейся сценой.

Бойцы замерли, оглядываясь на нее. Иэн к этому моменту лежал на земле.

— Сука! Ты что наделала? — вперед выступил подонок одетый во все черное, но девчонка ударила палкой ногу лежачего на земле с такой силой, что послышался хруст.

— Бля-я-ядь! — схватился за голову один из тех, кто остался возле Иэна.

— Отошли, я сказала! Иначе он труп! Я не шучу, — глаза ее горели .

Переглянувшись парни сделали несколько шагов в сторону от колдуна.

— Тварина,стоит тебе несколько шагов в сторону сделать, и мы тебя тут же поймаем. А потом не просто выебем во все дыры, но и этой палкой тебя отымеем, — шипел тот, что хотел кинуться на помощь их главарю.

— Да? — от нее все еще смердело страхом. Но глаза ее сейчас горели безумием и на лице появилась такая ухмылка, что не оставалось сомнений, она пойдет до конца. — Давай попробуем! — замахнулась она над головой их приятеля.

— Только попробуй, блядь! — крикнул кто-то еще.

— Эй, ты! Уходим! — игнорировала она насильников, высматривая избитого брюнета.

— Как скажешь, любимая, — с трудом перекатившись на бок, откашлялся колдун и медленно начал подниматься на ноги.

— Давай быстрее! — держала занесенным свое спонтанное оружие над головой бандита и не выпуская из поля зрения его друзей.

— Обычно ты просишь не торопиться, — хрипел Иэн, подойдя к девушке, прихрамывая.

— Сегодня наша прелюдия подзатянулась, — парировала ему в том же тоне хрупкая шатенка.

И теперь в ее глазах явно читалась паника. Она понимала, стоит им отойти, как мерзавцы кинуться за ними и доведут начатое до конца.

— Мы уходим! — старалась звучать уверенной.

— Далеко не убежите, — скалились словно гиены члены группировки. — Даем вам пять секунд форы, а дальше вы оба покойники, — хрипел наглец в черном. Раз…— начал вести отсчет.

— Бежим! — девушка подхватила под руку колдуна и потащила его в сторону.

— …два…— продолжал считать бандит.

Девушка и колдун медленно удалялись в сторону. Понимая, что им просто-напросто не уйти, Ваал решил вмешаться. Провел рукой по воздуху и время вокруг группы насильников практически замерло. Как в замедленной съемке медленно открывался рот бандита, выпуская странные звуки, позволяя парочке удалиться на безопасное расстояние.

Пять секунд закончилось, когда незнакомка уже привела колдуна к себе домой и выдала полотенце и чистую одежду, оставшуюся от старшего брата. Насильники долго и изумленно оглядывались по сторонам, стараясь понять, как этим хромоногим удалось так быстро скрыться из поля зрения. А Ваал наконец-то смог вздохнуть с облегчением. Дело сдвинулось с мертвой точки. Первая душа найдена. И завтра, когда, Иэн насытится любовью, они продолжат поиски. Теперь он точно знал, что все получится. И очень скоро Верховный Князь Инфериатоса вновь сможет прижать к себе свою единственную, ради которой готов снова и снова спасать этот мир.

 Голод… Вечный голод. Нужно больше боли, страданий, агонии. Мои дети голодны, они идут на охоту, чтобы расти и стать сильнее, а я направляю их, подталкиваю к новым территориям. Они заполняют собой миры, вытесняя вредоносные и опасные чувства, вытесняя белую энергию. И как только им удастся поглотить последнего носителя света, тьма завладеет пространством, став единственной силой и материей, сделав меня необъятной силой.

 — Эй! Не хочешь поделиться? — блондин дернул за цепи, прикованные к наручникам и просунутые через решетку, не позволяющие отодвинуться от прута, к которому оказались прикованы его браслеты, звенящие о клетку. — Заморенных голодом тебе точно не удастся нас выгодно продать.

 Надзиратель игнорировал назойливого демона, продолжая обгладывать голень какой-то твари, убитой по пути на арену. 

 — Я с тобой разговариваю! — снова пошевелил запястьями в сотый раз проверяя цепи на прочность. 

 Вот уже месяц его держали в проклятых кандалах, блокирующих его демоническую сущность. Месяц его таскали по аренам, наживаясь на его выносливости и силе. 

 До сих пор ромуду Имперода корды Инфериатоса каким-то чудом удавалось оставить в тайне свою личность от работорговцев. Перебравшись через границу южных земель и притворившись обычным охотником на души, Дор внедрялся в группировки ополчения и сам не понял, как однажду проснулся вместо базы по подготовке солдат,  прикованным за руки  к клетке. 

Мрази ополченцы, пытаясь выручить побольше монет на ведение военных действий не побрезговали слить сильного бойца организатором боев. Так и превратился Илиодор Вульф, бывший поверенный Верховного Князя Инфериатоса, ромуд и просто близкий товарищ Имперода, в шута, игрушку зажиточных торговцев и заскучавших господ, решивших, что пора менять прежние устои и перешедшие на сторону врага. Поражало лишь то, что он до сих пор находился в живых в качестве обычного бойца. Ведь стоило кому-то узнать его, то он либо погибнет под пытками, либо просто будет зарезан, как свинья, а его голова отослана Князю.

Кандалы сдерживали его сущность, не давая сбежать из этого позорного плена. Но Дор не зря занимал самые высокие чины и считался одним из самых пронырливых демонов Инфериатоса. У него появился новый план, согласно которому он не просто сможет выбраться из капкана, но и поможет корде Имперода устранить противника.

 — Жри, жри! Обрюзгший кусок жирного борова, — усмехаясь, продолжал подначивать надзирателя. — С таким пузом наверняка уже руками до члена дотянуться не можешь, даже в истинном обличьи.

 Тучный, с тремя подбородками здоровяк с маленькими близко посаженными глазками и торчащими вверх изо рта настоящими бивнями, одарил наглеца презрительным взглядом. 

 — Заткнись, златовласка, — рявкнул он. — Это твоя тощая задница должна оставаться в форме. Вдруг тебя не только на ринг выпустят, но и к кому-то между ног, — громко расхохотался боров. 

 Слухи о том, что его постоянно пытаются купить для плотских утех, доходили до блондина с завидной регулярностью. Вот только его хозяин, остающийся на протяжении всего месяца инкогнито, не позволял лучшему бойцу выйти куда-то дальше арены. Дор чуял, что неспроста именно он попался в плен и его так отчаянно истязали на битвах, уродуя лицо и тело. И несмотря на это, он продолжал пользоваться популярностью у зрителя.

 — А кормить нас когда будут? — внезапно разозлился демон. Оставаться сутками  голодным, чтобы не обрыгать ринг, не самое приятное занятие. 

 — Мертвым пища не нужна, — обсасывал обглоданную кость, привратник.

 Дор отвернулся от противного ублюдка, посмотрев на десяток других рабов, молчаливо следящих за их перепалкой. Снова новые лица. Еще ни один из приведенных новичков, не задержался в клетке дольше, чем на пару боев. Пушечное мясо, для разогрева публики. Ромуд даже перестал запоминать их внешность, не нагруждая мозг ненужной информацией. А эти…Окинул взглядом сборище будущих трупов, прижавшихся к прутьям клетки. Даже на вид, они не производили другого впечатления, кроме, как  затравки для тварей, выползающих на арену. Вкусив их крови, порождения Круатоса лишь становились более злыми.  И тогда задача Дора выжить,  усложнялась.

 Сегодня он был особенно напряжен. Слишком весел обычно злобный и угрюмый привратник. Дор не верил в совпадения. Он чуял неладное. Невидимая угроза повисла в воздухе, обещая блондину незабываемый бой или же его последствия. 

 Но до выхода на арену, он был никем. Лишь безвольным рабом, вынужденным выживать в жестких условиях мира дикарей и животных. И лишь стоя по центру места сражения, ощущал силу и власть над собравшейся толпой. Вот только выбраться за пределы арены у него не было возможностей. И ему нужно было как можно скорее ее заполучить.

 Опустившись на пол клетки, Дор погрузился в мысли, не сразу услышав перешептывания новых рабов. 

 — …ничто не способно пробиться к ней…

 — Я слышал, что она растет. И вместе с тем как увеличивается, засасывает в себя, любого оказавшегося рядом. 

 — Скоро в войне не останется смысла, — шептал черный, словно уголь демон. 

 — Почему? — посмотрел на него его уродливый, весь покрытый бородавками собеседник.

 — Она поглотит Инфериатос. И получится, что война сейчас идет за пустое место, — злорадно улыбнулся первый. 

 Услышав название дома, Дор напрягся всем телом, вслушиваясь в беседу новеньких. 

 — Те кто выживет, приползет сюда, — продолжал бородавчатый. 

 — Вряд ли ты дотянешь до этого момент. 

 — Что за херню вы несете? — вмешался Дор, снова привлекая всеобщее внимание. — Что это за сказки о том, что может поглотить Инфериатос?

 — А ты похоже оттуда? — хрипло рассмеялся обсидиановый демон. — Черная дыра, разверзлась на границе твоего сказочного царства. Скоро и следа не останется от сытой жизни. Хотя о чем я? Тебе ее точно не видать, — загоготал в голос.

 — Падаль! — раздался лязг замка на решетке.  — Поднимаемся и осторожно двигаем свою цепь по решетке. И без фокусов!

 Дор хотел спросить новенького подробнее об этой самой дыре, но угольного раба первого вывели из клетки. 

 — Ах, да! Выходим все, кроме Златовласки! Сегодня для него особая программа, — хмыкнул распорядитель игр, наблюдающей за тем как рабы следуют к арене.

 — Я пропущу бой? — усмехнулся блондин, понимая, что для него приготовили нечто похуже. 

 — Никак нет, — довольно растягивал губы в улыбке распорядитель. — Но ты будешь в восторге. Эту битву, ты ни за что не забудешь, — прошипел он,  облизав губы змеиным языком.

***

Зверь с хрупкой наездницей на спине пронесся мимо вовремя отклонившегося ромуда. Дор мгновенно скинул с себя морок, решив разбираться с проблемами по порядку. И прежде всего, ему нужно было разобраться  со зверем. Как быть с младшенькой он подумает после, но будет надеяться, что та не решит все же провести бой согласно правилам и не размажет его по арене. 

Ему очень не хотелось проверять, чему научилась Шиа за те годы, что он считал ее погибшей. И очень рассчитывал на то, что для нее родственные чувства окажутся сильнее азарта. 

Последний раз Дор видел сестру еще до проведения ритуала по закреплению баланса и освобождения тьмы. С тех пор когда он шпионил для Ваала у Кронида и притворялся перебежчиком, находясь на стороне врага Верховного Князя, прошло практически восемь лет и вернувшись в Инфериатос, он окончательно потерял сестру из вида. Пытался ее найти после битвы с небесными демонами и разгромом войска Кронида, но она будто растворилась в воздухе. И сегодня у него появился шанс найти ответы на все свои вопросы, а для этого придется выиграть этот бой и забрать сестру с собой.  

Внезапно из противоположных ворот, выскочил второй гигантский зверь, весь покрытый шерстью. На плоской морде вращались восемь глаз, а изо рта торчали пираньи зубы. Демон понял, что теперь его задача усложняется в разы. Огляделся по сторонам. И увидев обломок чьего-то копья, подбежал к нему и схватив, успел проскочить между мощных лап животного, вонзив копье в его грудину, не выпуская его из рук. 

Животное взревело, потащив демона за собой. Но, чем дальше оно бежало, утягивая за собой блондина, тем плотнее он вбивал острие во внутренности твари. Животное встало на дыбы, стараясь скинуть помеху. Но Дор лишь повис на древке, потянув его вниз и распоров брюхо напавшему животному. Зеленая кровь брызнула на ромуда, заливая его с ног до головы. Топот ног послышался сзади и демон выдернув свое оружие, и упал на землю, кубарем откатившись от погибаюего чудовища и налетевшего на него многоногого зверя.

Дор понимал, что тот же трюк ему не удастся провернуть и с бронированой тварью. Тогда ему приходит решение. Он выбегает на самый центр арены, дожидаясь когда животное налетит на него, приготавливаясь к задуманному. 

Он расставляет руки в стороны и внезапно, земля под его ногами приходит в движение. Блондин пошатывается, старается понять, что именно происходит. Но затем, арену  сотрясает новый толчок и бегущий за ним зверь начинает погружаться под землю, что та стремительно начала уходить вниз. 

Все  что он видел в это мгновение — это испуганные глаза сестры. Она попыталась дернуться с животного, но только теперь он заметил цепи, приковывающие ее к животному. 

Дор кинулся к уходящей вместе со зверем сестре, пытаясь протянуть руку, но не успел. Шиа и ее тварь  падали в темную пропасть. Дор не видел того, что происходило вокруг. Протянув руку, он прыгнул в бездну.

— До–о-о-ор! — кричала девушка. 

Но демон не мог ей помочь, потому что сам летел в ту же тьму, поглощающую все живое. Казалось что этот полет не закончится никогда. Жар мира мертвых сменялся холодом и мрак становился все гуще.  Но наконец-то где-то там внизу послышался удар.  Оказавшись в другом измерении, куда утянул их источник, блокировка демонических сил исчезала.  И  Дору все легче стало видеть в темноте. К нему возвращалось демоническое  зрение, служащее даже в  непроглядной тьме.

Он видел, что приближалась земля и сгруппировался, упав на ноги. Дор слышал как вокруг него с арены во тьму падают демоны разных мастей. Те, кого деньги не спасут от врага, сила которого безгранична. Ему было плевать, что с ними со всеми будет. Его волновала лишь сестра. 

– Шиа! — крикнул он в темень, в то время как о землю плюхались новые и новую участники и зрители сражения. 

Вдруг где-то в стороне послышался рык. Дор обернулся на него, последовав на звук. 

— Шиа! —  снова позвал он.

— Тут! — хрипло отозвалась мелкая.

Тьма оказалась такой густой и въедливой, что не позволяла рассмотреть пространство дальше вытянутой руки. 

— Где ты? — словно слепой, шел он ориентируюся на хрипы животного и тихий голос сестры. 

— Тут! — отвечала она. 

И казалось, будто она совсем рядом. Но стоило ему еще хоть немного приблизиться, как ее голос вновь отдалялся. 

— Дор! — позвала блондинка. — Дор, замри! 

— Что случилось? — врос в землю, сделав как говорит сестра. 

— Падальщики, — слышалась обреченность в ее голосе. — Они уже здесь. Прощай, Дор. Я рада, что успела увидеть тебя.

Он слышал ее слабый голосок и не верил, что теряет сестру, едва отыскав. И тогда ему пришла в голову отчаянная мысль. 

— Я вытащу, — пообещал он сестре. — Просто доверься мне и считай вслух до десяти.

— Что? — удивленно спросила она.

— Просто считай! — рявкнул он. 

— Десять, девять, восемь, — начала вести отсчет, доверившись брату. 

— Спрячься за зверя! — кричал Дор.

Он достаточно много времени провел в мире смертных и запомнил  многое из того, что делал колдун. Он сосредоточился, постарался освободит свой разум отэмоций и только после этого произнес заклинание. Огонь осветил тьму, поджигая падальщиков, а вместе с ними и тех, кто оказался поблизости, тех, кто ставил ставки на то, кто из них выживет сегодня, а кто сдохнет, как жалкий скот. А в итоге, все они визжали и кричали, как свиньи во время забоя. И ромуд не сожалел о содеянном. Не пожалел, ни одного из погибших.

Несите мне души. Чистые светлые. Опорочьте их. Запачкайте. Наполните их мной…

 — Куда мы идем, милый, — вцепилась в руки колдуна девушка, спасенная накануне. 

 — Нужно помочь старому другу, — не смотрел на неё Иэн, высматривая на улице Князя. 

 — А этих зачем с собой? — шепотом спросила она, прижавшись к мужчине так тесно, что он чувствовал сквозь тонкую блузку натертые накануне его ртом острые соски. 

 — Не можем же мы их бросить на растерзание всем тем ублюдкам, что обитают в округе. Или ты готова бросить их на произвол судьбы? — заглянул в глаза девушки, стараясь определить, не ошибся ли в ней. 

 — Разумеется нет! Как тебе только такое в голову могло прийти! — возмутилась она и обернулась на стоящих неподалеку женщину и  юношу, её сына. — Так чего мы ждем? — тут же спросила его.

 — Ждем друга, — хмурился Иэн, не понимая почему Ваал опаздывает. 

 — Жутко здесь, — тяжело сглотнула девушка. — Просто мурашки по коже.

 — Так нужно, малыш, — подмигнул девушке, слепо доверяющей и выполняющей любую просьбу колдуна, что не столько радовало брюнета, сколько настораживало.

 — А-а-ах, — выдохнула женщина, которую вместе с сыном,  им удалось  вырвать из лап обезумевшего от вседозволенности мужа.

 Иэн посмотрел на нее, проследив за взглядом.

 Из дневного сумрака к ним вышел Князь. Сегодня он выглядел так же, каким его привык видеть колдун.  Строгий безупречный костюм, начищенные до блеска туфли и отстраненное выражение лица. Будто то, что они собирались сделать, никак его не касалось.

 Кажется в это мгновение дыхание сперло не только у женщин, но дажей сын, спасенной на некоторое время замер. Никто не мог устоять перед энергетикой Верховного Князя мира мёртвых. Вокруг него даже воздух густел, вибрировал и давил на любого оказавшегося с ним поблизости.

 — Не теряем время, — обратился к колдуну. — Идём. 

Иэн кивнул спутникам следовать за Ваалом. Хотя им не требовалось говорить, что нужно делать. Они сами шли за ним, подчиняясь силе, исходящей от Князя.

 Город встречал путников гнетущей тишиной и могильным холодом. Выжженный дотла населенный пункт пугал их путников. Осматривая останки процветающего когда-то города, девушки уже не испытывали такого же вдохновения, что ощущали еще несколько минут назад, предвкушая приключение в компании двух привлекательных мужчин. Энергетика беды и смерти, окутывала их, проникая в поры, сковывая внутренности и парализуя нервные окончания. Теперь они осознавали, должно произойти нечто жуткое и непоправимо. Вот только повернуть назад и остаться один на один с погибшей местностью, оказалось еще страшнее, чем двигаться дальше в компании тех, кто понимал что делает.

 — Для чего мы здесь? — шепотом спросила колдуна девушка.

 — У нас здесь встреча, — хмуро ответил Иэн.

 — Я думала, мы уже встретили твоего приятеля…

 — Не бойся, — посмотрел на нее брюнет. — Ничего дурного не случится.

 Они шли по пепелищу, гости города зажмуривались при виде человеческих останков, старательно сдерживая рвотные позывы. Закрыв лицо ладошкой, фильтровали тяжелый воздух, с взмывающим ввысь, от непрошенного вторжения множества ног, пеплом. Казалось, будто они перешли грань, покинув земной мир и оказавшись где-то за пределом мира смертных.

— Что здесь случилось? — спросил юноша, оглядываясь по сторонам.

— Этот город стал порталом из которого по земле стали расползаться ночные твари, — сухо ответил колдун.

Возглавлявший шествие Князь, внезапно остановился, встав в пол оборота к спутникам, направив на них руку и подняв указательный палец, требуя тишины. 

Смертные всполошились, замерев на месте и боясь дышать. Кожа покрылась мурашками и каждый волосок на их телах встал дыбом. Предчувствие не обманывало, вот-вот случится нечто, что они  ни разу не испытывали за свою жизнь. Все что они знали об этой прогулке, это лишь то, что сейчас помогают остановить  бесовщину, накрывшую мир и медленно подводящую его к неминуемой гибели. 

И тот факт, что они могли оказаться в руках обычных сектантов и религиозных фанатиков ни разу не посетил их до этого момента. Да что там, они до сих пор не видели тварей воочию. Отчего происходящее, отчасти напоминало им забавное приключение. Поэтому ни один из них никак не ожидали увидеть подобного, стремительно теряя иллюзии и падая в шокирующую реальность.

Иэн, как и Ваал вслушивался в пространство. Он чувствовал, как густела  энергия и замирали в воздухе пылинки, и с каждым новым биением сердца время замедлялось, останавливаясь.  

Ваал вышел вперед, не глядя на спутников. Кто-то мешал им дойти до портала, до которого оставалось всего пару сотен метров.  Они практически дошли до источника, пытавшегося завладеть Александрой несколько лет назад. Портал по-прежнему открыт, но Александры здесь нет, Князь ее не чувствовал. И это означало, что обитель находится в другом месте. Сегодня они найдут ее и наконец-то узнают где тьма прячет его возлюбленную.

Сумерки сгущались неестественно быстро, температура начала падать, а воздух пришел в движение. Смертные выдыхали белые облачка пара. Поднятый порывами ветра пепел взмыл в воздух до самого неба, затмевая  обзор и придя в движение. Пыль и остатки города хаотично двигались, бились о преграду, выставленную Князем, огибая его и его спутников. Воздух рябил, закручиваясь в спираль вокруг них, путая в пространстве. 

Девушки зажмурились. Голова кружилась и скорость вихря поглощающего их, пугала. Мать вцепилась мертвой хваткой в сына, а случайная любовница Иэна, вонзила в него свои пальцы, боясь улететь. Пульс Колдуна ускорился, но он не дрогнул, напрягшись всем телом и приготовившись встретить нечто, решившее напугать их и угрожающее их жизням. И только Князь сохранял хладнокровие.

Внезапно вихрь замер, а затем резко опал на землю, рассыпаясь пепельной массой. Воздух очистился, открывая вид на  город. Одно мгновение и женский визг пронзил пространство.

Друзья! Извиняюсь за задержку. Немного застряла на этой проде, не понимала как вывести в нужному моменту. Порой нужно время, чтобы увидеть картинку и тогда дальше идет как по маслу. А "Тьма" дело темное, всячески путает автора и сбивает с нужного пути. Далее постараюсь давать главы не менее трех раз в неделю.