Тысяча острых иллюзий

Передо мной застывшее выражение её лица. На нём читается увековеченный страх. В области головы расплывается бордовая лужа крови.

Она не шевелится.

Не дышит.

В моей груди болезненно щемит, я хочу вырвать себе сердце и положить рядом с ней. С моих волос стекает вода, ветер бьет в лицо.

Я стою на самом краю обрыва, порывы ветра колышат моё тело, ноги ватные, ещё чуть-чуть и я могу упасть, сорваться, лечь рядом с ней.

А может, я сам этого хочу?

Но всё же ноги уносят меня от скалистого края на несколько шагов назад. Дыхание становится частым, колени подгибаются, и я падаю на них. Руки болтаются вдоль тела, я склоняюсь к земле, словно в молитве. Наконец слёзы начинают течь. В этой непогоде мой плачь кажется тихим. Да, снаружи он тихий, но в душе всё кричит до хрипоты, всё рвётся на части.

Её больше нет.

Я больше не смогу её обнять, увидеть.

Я больше не услышу её голос.

От бессилия я начинаю колотить камни кулаками всё сильнее и сильнее с каждым ударом, не обращая внимания на боль. Кровь вперемешку с каплями от дождя струится по рукам.

Я не смогу ничего изменить. Больше не смогу.

Я еле еле поднимаюсь на ноги, шатаясь, поднимая голову к небу. Оно крепко затянуто почти черными тучами, вдали раздаются раскаты грома.

Затылок начинает пульсировать от того удара. И собственный пульс оглушительно отдаётся в ушах.

Что я наделал?