У З Н И Ц А. Моя навсегда.

Ольга Шо

УЗНИЦА. Моя навсегда.

Он мой запрет. Досадная ошибка, которую невозможно исправить.
Притяжение к нему разрушает.
Его любовь - убивает, а страсть - обжигает.
Я сбежала от жениха, застав его с другой перед самой свадьбой.
Но от Альберта Рудакова нельзя уйти просто так .
Он нашёл меня и против воли вернул.
Но теперь, закрывая глаза, я лишь вижу обнаженный торс Альберта. Его стоны. Её крики. Его нещадные толчки. В неё. Их жаркие и разгоряченные тела… Вместе.
Это не просто боль. Это клинок. Который воткнули мне в самое сердце и прокрутили, причиняя агонизирующую боль. Разрушая. Убивая. Дотла сжигая изнутри.
Возможно ли выстоять, когда вокруг рушится твой собственный мир?
***
Для Альберта Рудакова не существует границ.
Он не ищет справедливости.
Он переступит любые запреты.
Его поступки пугают.
Его принципы - ломают.
Его слова нельзя игнорировать.
Он умеет идти до конца. По самой грани.
Но что будет, если тот, который не знает пощады, столкнётся с чем-то, что сильнее его самого?

Арина
Уже десять вечера, а мой любимый так и не пришёл. Не приехал. Снова подвёл, а ведь я так надеялась.

День рождения моего отца отмечен с большим размахом. Гости потихоньку стали расходиться. Хорошо, что со мной моя подруга Василина. Она бодро подмигнула мне, посылая беззаботную улыбку. Но я не могла разделить с ней той радостной атмосферы, которая царила вокруг.

Если бы не Вася, я бы не пришла на праздник к отцу. Всё из-за его женщины. Мы с ней как два противоположных полюса.

Отец женился на Тамаре год назад.

Присутствие мачехи в отчем доме меня откровенно раздражало, выводило на эмоции и бесило. И не без причины.

Странно, что папа не замечает всё этой неискренности, наигранности и мнимой любви от новоиспеченной жены.

Или это бес в ребро его шандарахнул?

Сегодня папе исполнилось сорок пять. Он бизнесмен. Владелец лучшего частного медицинского центра. И я всё никак не могу поверить, что он женился на простой медсестре.

Но самым невероятным для меня был тот факт, что жене моего отца двадцать лет.

Как называть мачехой ту, которая всего на год старше меня самой?

Абсурд!

Молодая выскочка с ангельским лицом, дутыми губами, ногами от ушей и грудью третьего размера. Если папа решил в этом возрасте в кукол поиграть, то мог бы просто позабавиться с этой Барби. И всё на этом.

Зачем же нужно было жениться?

Отношения с папиной женой у меня не задались с первого дня нашего с ней знакомства. Папа же всё время твердил, что я должна уважать Тамару и принять его выбор.

Но как можно это принять?

Мама умерла два года назад, погибла в аварии при странных обстоятельствах.

А через год после её смерти папа притащил в дом молодую жену. Он совсем недолго горевал.

Подумаешь… Одну женщину заменил на другую. Что такого?

Я считала отца предателем, хоть прямо никогда не говорила ему о таком. Не смела. Но он предал память мамы.

Разве не мог выждать хоть три года прежде, чем тащить в дом вот ЭТУ?

Я подозревала, что папа и эта Тамара были в отношениях ещё тогда, когда мама была жива. Но доказать сию теорию не могу, хоть и пыталась что-то выяснить.

Находиться в доме отца и созерцать надменную физиономию его супруги - это ещё тот градус экзотического удовольствия. Идя сюда, я рассчитывала на то, что со мной будет мой мужчина.

Но Альберт меня подвёл. Я так хотела, чтобы он лично приехал и забрал меня. Уже ведь поздно. Но мой жених надеется на то, что охранник отца доставит меня домой в сохранности.

Мне обидно, что Берт не смог найти окно в своих бесконечных делах, чтобы просто приехать за мной. А ещё разбирает ревность.

Альберт ведь видный, статный мужчина. Красивый, сильный и состоятельный.

Ему принадлежит шикарный клуб в перспективном районе города. Вокруг него постоянно вьются самые разные женщины, хоть он и делает вид, что не замечает ни одну из них.

Я снова сделала попытку дозвониться к жениху. Но ни на звонок, ни на сообщение ответа так и не поступило.

Он издевается сегодня надо мной?

- Эй, Арина, хватит уже. Альберт ведь деловой мужчина. Он может быть на встрече или занят делами. Если хочешь, я могу своему дяде позвонить. Давид выяснит, куда подевался твой благоверный, - предложила Василина, замечая, что я уже места себе не нахожу.

- Не нужно, Вася. Я просто хочу домой. Находиться в доме отца и любоваться довольной физиономией мачехи у меня нет желания.

-Тамара очень целеустремленная женщина, подруга. И твоего властного папашку на себе женила, и тебя из дома выжила. Ей можно лишь восхититься. Настоящая хищница.

Я едва заметно улыбнулась. Вася права. Как только Тамара вышла замуж за моего отца, так сразу же принялась науськивать того, чтобы он выдал меня скорее замуж.

Год назад мне было всего восемнадцать. И связываться с партнёром отца по бизнесу мне совсем не хотелось. Особенно после того, как я узнала, что он старше меня на четырнадцать лет.

Папа сказал, что нашёл для меня жениха, но не принуждал выходить замуж. Пообещал, что я сама сделаю свой выбор. Не пожелаю - свадьбы не будет.

И я поверила.

Папа сдержал слово.

Увидев Альберта впервые, я испугалась.

Мощная энергетика мужчины, его сила и опытность едва ли с ног не сбивали.

А его острый взгляд словно клинок пронизывал каждую клеточку тела, понимая меня без слов, считывая, как раскрытую книгу.

Он уверенный в себе, властный, решительный и бескомпромиссный. Если что-то пожелает, то непременно это получит. И он с лёгкостью смог заполучить желаемое: меня.

И сделал это не грубой силой, а умелым соблазнением.

Я и сама не поняла, как так вышло, что оказалась не только в его объятиях, в его жизни, в его постели, но и переехала жить в его дом. Поселилась на его территории.

И подумать не могла, что такая тихая, домашняя, скромная девочка его заинтересует.

Я была уверена, что он и не взглянет в мою сторону.

Но… ошиблась.

Он в первый же вечер нашего знакомства проявил нехилый интерес. А я поняла, что он не такой страшный и опасный хищный зверь, каким показался.

Если бы мне ещё год назад сказали, что я могу заинтересоваться таким опасным мужчиной, криминальным авторитетом, я бы однозначно не поверила.

У папы бизнес далеко не так чист, как мне того хотелось бы. И я никогда не вмешиваюсь в дела отца.

Но рядом с собой хотела бы видеть простого мужчину, который не имел бы проблем с законом.

Но меня угораздило влюбиться в того, который способен затыкать рты даже криминальным авторитетам, потому что и сам с ними одного поля ягода.

Но сердцу не прикажешь. Я очень люблю жениха. Через две недели у нас назначена дата свадьбы. Я уже выбрала платье, а Альберт костюм. Осталось лишь завершить основные организационные моменты.

Но вот такой вот игнор меня со стороны жениха… это раздражает и нервирует.

Порой я чувствую себя избалованной стервой. Берт ведь любит меня. На руках носит и пылинки сдувает.

Он - деловой мужчина. Не может каждую минуту сидеть возле меня.

Но меня всё равно не отпускало чувство тревоги.

- Вася, поехали уже отсюда! - командую, хватая подругу за руку.

Василина - племянница Давида Мансурова, с которым дружен мой жених. А Давида в городе каждая собака боится. Даже дышать в его сторону мало кто осмелится без его на то позволения.
Поэтому с Васей мне будет безопасно. Давид никуда не отпускает её без сопровождения надёжного охранника. А вот от своего сопровождающего я бы хотела отделаться.

- Я распоряжусь, чтобы тебя проводили, дочка, - удивительно, но папа оторвался от своей расфуфыренной молодухи и подошёл ко мне, - мой человек ждёт тебя в машине во дворе.

- Не нужно, па. Мы с Василиной ещё прогуляемся в городе. Да, Вася? - толкаю подругу локтем в бок, давая понять, чтобы не вздумала отрицать.

- А-аа. Да-аа! - протянула Вася, пытаясь понять, что я задумала.

Папа прищурился. Но возражать не стал. Всё-таки мы с Василиной уже большие девочки. Вася старше меня на три года, без сопровождения не ходит. Да и Давида Мансурова мой отец хорошо знал. В этой компании мне было позволено проводить время.

- И куда вы пойдёте? - уточнил.

- В городе пройдёмся. Просто подышим воздухом. А после по домам. Папа, а ты не знаешь, где Альберт? Он ведь должен был приехать к тебе на день рождения. Так и не звонил? - решила последний раз задать вопрос, которым докучаю отцу уже сотый раз за сегодняшний вечер.

- Утром у него нарисовалась встреча, Ариша. Он поехал туда вместе с Марком Лосевым. А больше я ничего не знаю. Завтра сам позвонит и объяснится. А ты не шатайся долго в городе. Весна не очень тёплая. Не хватало ещё, чтобы замёрзла и простудилась перед свадьбой.

- Я разберусь, папа, - скомкано ответила, подскочила к родителю, поцеловала в колючую щёку и поспешила схватить Васю за руку. Потащила её за собой прочь из дома.

А во дворе нас тут же встретил охранник Василины.

Подруга взмахом руки подала мужчине знак, чтобы не приближался и после переключила внимание на меня.

- Арина, что это значит? Какой ещё город? Поздно уже. Я не хочу нигде шататься.

- И я не хочу. Сказала так для папы. Мне нужно поехать к Альберту в клуб. Но не хочу, чтобы меня сопровождал его человек.

- Думаешь, что твоей благоверный в клубе? Вряд ли.

- Поехали. Дома мне тоскливо без Берта. А в клубе он появится скорее, чем дома.

- Ладно. Я всё устрою.

.

По дороге в клуб я не один раз набирала номер Берта. Но он не отвечал. А градус моего волнения лишь нарастал. Только бы с ним ничего не случилось.

Знаю я этих мужчин и те разборки, которые у них порой случаются.

В своей клинике моему папе приходилось латать их после сходок. О пулевых папа никогда не сообщал туда, куда бы следовало сообщать в подобных случаях.

Через полчаса мы с Василиной уже были в клубе Альберта. Клуб огромный, двухэтажный и очень шумный. Но я прекрасно здесь ориентировалась. Берт лично проводил для меня экскурсию.

- Я пойду в кабинет Берта, Вася. Спасибо тебе. Я так благодарна.

- Ариша, а я пока не спешу уезжать. Посижу здесь. Подожду тебя. Если Берта тут нет, тогда вместе уедем домой.

- Хорошо. Я быстро. Если Берт в кабинете, я отправлю тебе сообщение.

- Договорились! - Василина послала мне улыбку, но мне было не до ответных улыбок. Я волновалась. Как только найду Альберта, я ему всё выскажу.

Охранников в клубе немало. Но меня здесь все знали. Не трогали. Смотреть и дышать в мою сторону запрещено. Делали вид, словно не замечают. Ведь если я здесь, значит так захотел их босс Альберт.

Перед дверью владельца всего этого великолепия я притормозила. Поправила волосы, желая убедиться, что длинные и вьющиеся непослушные пряди лежат на спине, а не разметались беспорядочно по плечам.

Хочется выглядеть великолепно. Для него.

Странно, что у двери нет охранника. Вместо того, чтобы быть на привычном месте, тот слонялся где-то в конце коридора, курил и флиртовал с проходящими мимо девицами.

Из кабинета я услышала тихую музыку и женский смех.

Нерешительно дотронулась до ручки двери. Открыла. До меня сразу же донёсся голос жениха.

Не сразу поверила собственным глазам, увидев Берта без рубашки и со спущенными штанами.

Я не так много выпила на празднике у отца, чтобы ловить сейчас такие галлюцинации.

Хотя… лучше бы это было именно они.

Но жесткая реальность обрушилась на меня нещадным стремительным потоком, угрожая завживо погрести в самой его глубине.

Согнув на столе какую-то грудастую брюнетку, задрав вверх её короткую юбку, Берт нещадно вбивался в неё, громко рыча, вырывая из горла девушки стоны, смешанные с криками и всхлипами.

Его рука опустилась на ягодицу девушки и сильно лупанула, оставляя красный след, заставляя девку взвизгнуть от боли.

- Хватит рот открывать. Откроешь его лишь тогда, когда я прикажу. И то, для дела, - громко гаркнул мой Берт, дыша так, словно милю промчался. А после продолжил необузданно, яростно, нещадно вколачиваться в девку.

Его мощная рука вцепилась в тёмные пряди её волос, скручивая пряди в пучок, оттягивая их назад. Натягивая, буквально вынуждаю девуку насаживаться на его член.

Я никогда прежде не видела Берта настолько диким, необузданным, бесцеремонным и горячим. От похоти он словно никого и ничего вокруг не замечал.

В грубости и ненасытности, которые сейчас выказывал этой шалаве столь агрессивно, он превзошел сам себя в своей неудержимости.

Ему определенно плевать на чувства девки. Вбивался в неё так жёстко, что парнёрша едва ли не переходила на крик от каждого его толчка.

- Бе-еерт, полегче, - простонала девка, протягивая руки к нему, но он тут же пресек все её действия, не позволяя ей проявлять инициативу. Брал её грубо, без прелюдии, не проявляя ни капли нежности, словно бездушную куклу.

- Не скули! Ноги шире раздвинь, - рявкнул, когда девка жалобно застонала, - мы только начали. Я с тобой ещё не закончил.

В этот момент мне показалось, что меня вырвет.

Здесь. Сейчас. Прямо на пол.

Мой розовый мир дал трещину и разлетелся на осколки.

Дышать не могу. В голове появился гул. Ноги вросли в пол и не слушаются.

Если я сейчас же не сделаю и шага в сторону, то эти двое меня заметят. А я не хочу себя обозначать перед этим опасным мужчиной, истинное лицо которого я лишь сейчас увидела во всей его красе.

От боли хочется кричать, а глаза продолжают смотреть на то, как Альберт яростно драл грудастую деваху.

Это не мой Берт, а какой-то незнакомец.

Такого Берта я не знаю.

Не понимаю как и откуда нахожу в себе силы, чтобы тихо выйти в коридор.

Внутри меня мгновенно разверзлась бездонная бездна. Она заполнена лишь пустотой.

Мрак поселился в самой сердцевине моего естества. А сердце разлетелось на грязные ошмётки.

Меня словно измарали в той самой грязи, свидетелем которой я сейчас стала.

Наивная дура!

Противно от себя самой. От собственной наивности и глупости.

Поспешила прочь из клуба. Не могу видеть Василину сейчас. Не нужно, чтобы подруга заметила в каком я состоянии.

Перед глазами туман. Ничего не вижу.

Куда бежать?

В тёмном коридоре все смешалось в единое месиво.

А перед глазами обнаженный торс Альберта.

Его стоны. Её крики.

Его нещадные толчки. В неё.

Их жаркие и разгоряченные тела… Вместе.

Это не просто боль. Это клинок. Который воткнули в самое сердце и прокрутили, причиняя агонизирующую боль.

Разрушая. Убивая. Дотла сжигая изнутри.

- Арина, почему ты здесь? Что с тобой? Тебе плохо? - слышу голос Василины и не понимаю, как она оказалась в этом коридоре и почему. Пошла искать меня?

Да всё равно. Нет сил в это вникать.

Чувствую, как кровь отхлынула от лица. подозреваю, что выгляжу сейчас как то привидение, а щёки стали белее стенки. Но в клубе темно.

Может Вася и не заметит моего состояния?

- Нормально, - хриплю, словно смертельно раненое животное.

- Я же вижу, что не всё в порядке, - обеспокоенно отвечает, - ты нашла Альберта?

- Нет его здесь, - беззастенчиво вру осипшим голосом, в котором звенели слёзы. Потому что не вынесу сейчас её сочувствия и жалости. Это убьёт меня окончательно.

-Тебя всю трясёт, Арина, - верно подмечает эта глазастая.

-Ко мне мужчина пристал. Я его очень испугалась. Поехали уже отсюда. Мне нужно на воздух.

Василина подхватывает меня под локоть. Сканирует своим внимательным взглядом и помогает оказаться на улице.

Свежий воздух резко отрезвляет, а вместе с ним приходит и понимание того, что никакой свадьбы у меня не будет.

Не в этой жизни и не с этим мужчиной.

- Я отвезу тебя домой, Ариша.

Домой - это в дом Альберта. Мы ведь вместе с ним живём уже более полугода.

Я не могу ответить отрицательно. Иначе Василина станет докапываться до истины, а после натравит на Берта своего дядю.

Да и куда мне идти?

В дом отца не вернусь. Там мачеха. От неё не жду ни сочувствия, ни поддержки. Эта гадина лишь добьёт. А отец станет задавать вопросы. Придётся рассказать.

Только я не желаю, чтобы об этом все подряд знали.

Знать, что жених предпочёл мне какую-то затасканную шлюху… да это капитально лупануло меня по гордости.

- Поехали, Вася, - пролепетала я, наблюдая сквозь пелену слёз в глазах, как Василина дала команду своему стражу трогаться с места.

Я приеду домой. А после упакую все личные вещи в чемодан и просто уйду прочь. Вряд ли Альберт сильно расстроится. А я не могу такое простить. Он гордость мою растоптал. Душу нещадно разворотил.

Арина

Всю дорогу к дому я молчала. Видела, как Василина на меня смотрела. С сочувствием. С любопытством. С участием. Но хоть в душу не лезла. Подруга понимала, что мне нужно прийти в себя. Сейчас физически я не могу говорить.

- На, попей немного холодненького, - Вася протянула мне бутылку с минеральной водой. Вода действительно прохладная. Это хорошо.

Я сделала большой глоток. Полегчало совсем немного. Я не могу собрать себя воедино. Предательство любимого разбило меня на части. И я точно знаю: не смогу себя склеить.

Тело пробило мелкой дрожью. Мне так холодно. Только дрожу не от холода, а от потрясения. Я никогда бы не была готова увидеть то, что увидела.

Как же сложно сейчас испытывать какие-то иные эмоции кроме боли. Я чувствую лишь внутреннюю боль. И она убивает все остальные чувства.

Я хрипло задышала, всхлипнула.

Василина схватила меня за руку, слегка дёрнув.

- Ариш, может к врачу, а? Тебе плохо. Я же вижу.

- Подавилась водой, - снова вру, на что Вася дует губы, давая понять, что не верит.

А мне всё равно. Я вижу лишь Берта. И то, как он нещадно трахался с очередной шлюхой, которые были в его жизни до меня. От которых он не отказался и тогда, когда у него появилась я.

Поверить не могу, что он мог мне изменять всё то время, когда мы были вместе. Пока я волновалась, переживала о том, что он мог встрять в неприятности, он резвился с этой сучкой!

Не приехал за мной в дом отца. Вместо того, чтобы провести время со своей невестой, мой Альберт предпочёл трахать какую-то шлюху! И брал деваху так безжалостно, бездушно, решительно и агрессивно, как и привык идти по жизни.

Мне так больно. Я не реагирую на Василину. Вася мне словно сестра. Но сейчас девушка меня раздражала.

И не заметила, как машина остановилась. Хотела быстренько покинуть уютный салон, но Вася вцепилась в мой локоть, задержав.

- С тебя объяснения, подруга. Я волнуюсь. Позвоню тебе завтра утром. Если не ответишь, я приеду, - она с таким участием смотрела на меня, что я невольно ощутила себя стервой. Вася ведь искренне тревожится обо мне. А я замкнулась в себе. Молчу. Ничего не могу объяснить.

- Хорошо, - прохрипела, а после выскочила из машины и поспешила в дом. Охранники на воротах бросили в мою сторону кроткие взгляды, не сказали ни слова.

Вбежав в дом, я помчалась в нашу с Бертом спальню. Нужно собрать вещи. Я не останусь больше в этом доме.

Но, оказавшись одна в комнате, я не смогла и приблизиться к шкафу. Ноги подкосились. Опустилась на пол в углу. Прижалась спиной к стенке и, пряча лицо в ладонях, зарыдала.

Разревелась, пытаясь заглушить крик отчаяния, который так и рвался из горла. Мне хотелось всё здесь разгромить, разломать и оставить руины. Такие же руины, в которые превратилась моя душа.

Я не могу остановить слёзы. Не могу заткнуть всхлипы. Невозможно контролировать эмоции, когда изнутри я вся пылаю, заживо сгораю от боли.

Я влюбилась в Альберта. Я мечтала стать его женой. Я так верила ему. Он казался мне таким надёжным.

Какая же я дура!

Думала, что укротила и сделала ручным такого опасного и властного мужика, как Альберт Рудаков?

Нет. Это была лишь иллюзия. Это он меня приручил и подчинил. А я и сама не поняла, как так вышло.

Подумав о том, что Берт меня никогда не любил, я снова заскулила, размазывая слёзы по щекам. Если бы Альберт любил меня, не смог бы быть с другой.

Зачем же он хотел жениться на мне?

Неужели только потому, что у него общий бизнес с моим отцом?

Это одна из причин. Безусловно.

А ещё Берт решил выбрать себе покорную, послушную и тихую жену. Я воспитана. Скромная и верная. Да и не спорила никогда с Бертом. А ещё я молодая и красивая. Альберт не раз говорил, что хочет наследника. Выходит, он видел во мне только инкубатор для своих потомков. ВСЁ!

Альберт - кобелина. Я знала, что и до меня у него было много женщин. Неудивительно. Ведь он зрелый взрослый мужик, которому нужно куда-то девать свой тестостерон.

Но я надеялась, что меня он не предаст. Ведь говорил, что любит. Я до сих пор помню, как нежно он взял меня впервые, когда сделал полностью своей. Только его женщиной.

Я и была лишь его. Принадлежала ему одному. Мой первый и единственный мужчина. Мужчина, в котором я так сильно ошиблась.

Медленно приподнимаясь с пола, поползла к креслу. Присаживаюсь возле него. Снова перед собой вижу Альберта и ту девку. То, как яростно он драл её. С такой агрессией и бешеной страстностью. С дикой похотью. Грубо. Неудержимо. Не щадил.

До сих пор слышу его стоны и её крики.

Я никогда прежде не видела Альберта вот таким: похожим на дикого зверя, одурманенного похотью.

Со мной Берт себя так никогда не вёл. Он был сдержанным, я бы сказала, что осторожным. Обращался со мной так аккуратно, словно я хрустальная ваза, которая может разбиться от резкого движения.

Я думала, что он бережёт меня, любит и опасается причинить боль. А сейчас понимаю, что никогда не вызывала в нём той бурной похоти и дикого желания, которое пробуждают в нём все эти ряженые и крашенные куклы с третьим размером груди.

Мой Берт меня не хочет как женщину. Не питает ко мне страсти. Спал со мной лишь с одной целью: сделать ребёнка.

Я захрипела, зарыдав. Не могу быть сильной. Не умею. Не сейчас.

Не любил он меня. Я была права. Такие как я не могут всерьез заинтересовать таких мужчин, как Альберт. А вот на роль инкубатора - самое то.

Мне кажется, что я выпала из реальности. Просидела на полу до самого утра. Похоже, моё истерзанное сознание заставило меня отключиться на несколько часов.

Когда открыла глаза, то поняла, что лежу на полу у кресла. На улице начало светать.

Пока пыталась что-то сообразить, двери в комнату распахнулись. На пороге я увидела того, который стал причиной моих страданий.

- Ариша, что с тобой? Почему ты на полу? - он мгновенно бросился ко мне. Опустился на колени, протянул руки. Его тёмные омуты вспыхнули озабоченностью, волнением. Но я не верю, что его испугал вид тихушницы-невесты, развалившейся на полу. Ему ведь плевать на меня. Натрахался гад со своими шлюхами и теперь пришёл ко мне.

Смотрю на его руки и брезгливо дёргаюсь. Не хочу, чтобы он притрагивался ко мне ими после той… другой.

Альберт

Не думал, что приеду домой лишь под утро. Но вчерашний день выдался воистину сумасшедшим. Всё не задалось с самого утра.

В десять произошла неприятная встреча с Джамалом Алхановым и его людьми.

Джамал - опасный и принципиальный тип. Пытался наехать на меня, но сдвинуть меня с места ему не удастся. Не позволю.

Но Алханов не тот, который воспринимает слово “НЕТ”. Я уже всерьез стал думать, что разговором на повышенных тонах дело не закончится.

Джамал был близок к тому, чтобы начать палить. Но появление моего брата с десяткой парней сгладили горячий пыл кавказского авторитета.

А к вечеру я узнал, что один из моих партнеров по бизнесу дал задний ход. Контракт, на который я так рассчитывал, не был подписан.

Я выяснил, что меня обошёл будущий тесть. Это его стараниями провалилась сделка с банкиром Лыжневым.

И по его же вине Джамал узрел во мне объект для нападок.

Пётр Аксаков проворачивает за моей спиной свои делишки. По рукам бы гаду дать.

Но Арина…

Арина дочь Петра. Я не хочу ссориться с отцом той, которую люблю.

Загнав машину во двор, я ощутил удушающее чувство вины перед Ариной.

Никогда прежде не изменял ей. До Арины в моей жизни было много баб. Разномастных. Самых разных.

Но я ни одну из них не запомнил. Их лица и имена… да все они смешались в единую безликую массу.

Они для меня ничего не значили. Пустое место. Средство, чтобы выплеснуть бушующий тестостерон. И не более.

А сегодня мне жизненно необходимо, просто нужно было спустить пар. Я и сорвался на этой новенькой официантке.

Она проработала всего неделю в моём клубе. Но активно стреляла в меня глазами и не скрывала, что желает лечь под меня.

Я и выплеснулся на неё неудержимой яростью, вложенную в бешеную похоть.

Всё это в себе нести к Арине не мог. С моей нежной девочкой так грубо нельзя.

Арина позвала меня на день рождения отца. Но я не мог туда поехать. Прибил бы Аксакова. Не смог бы сдержаться.

Точняк, высказал бы ублюдку всё, что думаю о нём, ещё бы и по роже проехался.

Но не мог позволить себе портить отношения с этой семьей перед свадьбой.

Да и Арину пугать нельзя. Она у меня девочка нежная, ласковая, впечатлительная. И ни разу не видела как я умею быковать.

А я ещё тот беспредельщик. Не хочу показывать любимой эту дьявольскую сторону своей души.

.

Войдя в дом, посмотрел в сторону лестницы. Моя малышка обиделась на меня за вчерашнее. Ведь я не приехал к ней, игнорировал её и занимался чёрт его знает чем.

От меня всё ещё несёт дешёвыми духами шлюхи, которую я драл так нещадно, словно находился не в себе.

Иногда я люблю слишком жёсткий секс, такой, чтобы на грани. Чтобы с женскими криками и даже со слезами. Чтобы видеть страх в глазах партнёрши.

И вчера мне захотелось трахнуть бабу так жестко, чтобы не думать о её чувствах, чтобы забыться.

До сих пор в ушах стоял болезненный стон суки, которую я нещадно драл.

К чёрту ту шалаву!

Она получила щедрую компенсацию за свои страдания подо мной, пребывающим в бешеном угаре.

Медленно срываю с себя одежду и направляюсь в душ на первом этаже. Отмываюсь от запаха шлюхи, после натягиваю футболку, нижнее бельё и брюки.

В доме тихо. Моя сладкая девочка ещё спит. Не хочу её будить. Малышка обижена на меня за то, что оставил её вчера на празднике у отца.

Если бы не был спокоен в том, что её безопасно и без приключений доставят домой, сорвался бы к ней.

Войдя в нашу с Аришей спальню я не увидел невесту на кровати. Сердце стало пропускать удары, поднимая градус волнения.

Но взгляд внезапно зацепил движение на полу у кресла.

Проклятье! Ариша лежала на полу. Почему?

И она одетая. Словно и не раздевалась, чтобы лечь в постель. А ведь уже раннее утро.

Ноги сами понесли к Арине. Протянул к ней руки, чтобы помочь подняться, но она опалила меня таким убойным взглядом, что волосы на затылке встали дыбом.

Арина никогда ещё на меня вот так не смотрела. Всегда с любовью, обожанием, каким-то щенячьим восторгом.

Но не так!

Не с презрением.

Не с ненавистью.

Не с дотла сжигающим отвращением.

С…ка!

Да я прибью этого будущего тестя, если он посмел настроить дочь против меня. Совсем хрен с катушек слетел?

Так я ему их на место вправлю.

- Не прикасайся ко мне! - прошипела Арина, отползая от меня словно от ядовитой гадюки.

В глаза мне бросается зареванное лицо девочки. Глаза краснючие, веки опухшие.

Она плакала всю ночь?

Что, мать его, успело случиться за ночь?

Если мою девочку кто обидел, я найду и на части разорву тварь.

- Ариша, что случилось? Почему плакала? - преодолевая сопротивление малышки, хватаю её в охапку, отрываю от пола и несу к кровати. Она такая лёгкая, хрупкая. Нежная. Кажется, что стоит такому бугаю сильнее надавить и сломаю её.

- Не трогай меня! - зашипела дикой кошкой, - не смей прикасаться, - она отодвинулась от меня к изголовью кровати.

- Ариш…

- Ты вчера не отвечал на мои звонки. Игнорировал меня. А я…, - она всхлипнула, подавилась словами. Кажется, хотела сказать что-то ещё, но не смогла.

Выходит, она обиделась из-за того, что я не пошёл с ней на день рождения Аксакова?

Никогда не понять женскую логику.

Не пошёл и что?

Неужели это повод, чтобы топить слезами всю комнату?

Глупышка моя. Но такая красивая и до чёртиков любимая. Я облажался перед ней вчера, а сегодня заявился с пустыми руками. Надо было купить букет цветов. Но я реабилитируюсь. Куплю и цветы, и украшение какое-нибудь. А после разложу под собой и нежно залюблю.

- Прости, миленькая. Я был занят. День вчера вышел нереально напряженный. Весь день встречи и обломы. Не хотел тебе портить вечер своим дурным настроением. Задолбался. Остался на ночь в клубе. Телефон с номером для домашних был в тихом режиме, - выдал на одном дыхании, замечая, как Арина сканирует меня своими глазищами, на дне которых плескался океан из боли. Поразительно, но она словно понимала, что вся моя речь - это откровенная брехня.

Девочка моя склонила голову, поджала губы и не отводила от меня своих обиженных глаз, в которых снова появились слёзы.

Мля… Да что же это такое?

Я поступил с ней нехорошо. Но это же не повод, чтобы так истерить?

Прежде не замечал, что она всё настолько близко принимает к сердцу.

- Аришка моя, хватит плакать. Ты чего, а? - снова тяну к ней руки. Но она буквально отпрыгнула от меня.

Вот теперь я напрягся.

Это что за нахрен вообще происходит?

- Не трогай меня, Берт. Противно.

- Что? - я впился в неё взглядом, напрягая свой мозг, пытаясь понять, что она имеет в виду.

- Как давно ты мне изменяешь? Как давно приходишь ко мне в постель после того, как натрахаешься с шалавами в своём клубе?

Меня словно током долбануло. Шандарахнуло так, что дыхание перехватило.

Что за зви*дец такой?

Я думал, что меня кошмарило вчера. Но на самом деле, кошмар мой только начинается.

Милая решила усложнить и этот новый день.

О чём она вообще?

Кто-то что-то ляпнул обо мне?

Вряд ли. Я же язык вырву болтуну и в зад ему же и затолкаю. А после и вовсе шею сверну, чтобы стало наукой.

- Берт, только не вздумай лгать. Противно. Я была вчера в твоём клубе. И видела тебя с той брюнеткой. Ты разложил её под собой и трахал так остервенело, словно живёшь последний день.

А вот после этих её слов, занавес окончательно опустился.

Альберт

Меня словно кипятком обожгло. Не считаю, что совершил преступление, которое стоит так порицать. Но Арина девочка впечатлительная. Нехорошо всё вышло. Не должна была она видеть всю ту грязь. 

Мне аж дурно стало, как представил, что моя Ариша видела, как нещадно я трахал ту шлюху с буферами третьего размера. Я словно с цепи сорвался с девахой. Вёл себя с ней как животное.  

Если Арина всё это видела, то это… полный пи*дец! 

Почему она вообще поехала в клуб? Я же приставил к ней своего человека, чтобы он берёг её, а после мероприятия отвёз домой. 

Василина! Взбалмошная племянница Давида Мансурова… Здесь точно не обошлось без неё. Она Давиду мозг выносить, теперь и за мою Аришу взялась. 

Но мои охранники в клубе… козлы! 

Почему они не сообщили мне, что Арина приехала? 

Всех разгоню. Заменю к чёртовой матери. Не прощу такой промашки. И плевать, что сам рычала на них как дикий зверь, раздосадованный дневными неудачами. 

Вот же… проклятье! Капитальная подстава перед Ариной. И я это допустил. Сам же и подставился. 

Впиваюсь таким хищным взглядом в бледное личико Арины, от которого даже взрослых мужиков в дрожь бросает. Но Арина словно не замечает. Смотрит куда-то сквозь меня и часто дышит, хватая воздух пухлыми губами.

- Ты предал меня, Берт. А я ведь так тебе верила. Думала, что ты любишь меня, - всхлипнула, явно не в силах совладать с эмоциями.

- Ариша, я люблю тебя, - делаю жалкую попытку объясниться, - та шлюха для меня ничего не значит. Это был всего лишь секс. Перепих на раз. Сброс адреналина и злости. Сказал же, что день выдался поганым. Я уже и забыл об этом.

- Ты издеваешься? Каждый раз, когда у тебя будет поганый день, ты будешь к шлюхам бегать? 

- Арина…

- Ты мне изменял, да? Всё это время, что мы вместе, Альберт, ты ни дня не был верен мне? - в её голосе звучало убойное разочарование и боль, которые ранили меня. Я не хочу видеть Арину такой несчастной и расстроенной. Ещё и знать, что я явился тому причиной.

- Трах с той шлюхой для меня ничего не значит, Арина. И я не изменял тебе. Вчера это случилось впервые, - говорю чистую правду, - я просто сорвался. Ты должна понять меня. Давай  забудем об этом неприятном инциденте и…

- Неприятном? - повысила голос, перебивая меня, - а мне казалось, что тебе было настолько приятно трахать ту девицу, что ты и себя не помнил в тот момент, Альберт.

- Арина, было и было. Забудь. Давай сделаем вид, что ничего не было. Ты же должна понимать, что у мужчин иногда бывают подобные выходки, - в этот момент презираю сам себя за грубость, но не умею быть сопливой размазней и извиняться.

Да и в чём мне извиниться? Сорвался. И что? С кем не бывает.

Бросил взгляд на Арину. Разочарование в глазах девочки меня напрягает. Не вижу в её омутах былой наивности и доверчивости. Розовые очки моей наивной разбились. И она увидела реальность во всей её красе.

- Я не могу этого забыть, Берт. Как для тебя всё просто. Интересно, а если бы я потрахалась на стороне и пришла к тебе. Сказал бы, что это ничего не значит?

- Не смей даже мысли такой допускать! - рявкнул, сатанея от ревности и ярости. Да я и представить не могу мою Арину в лапах другого мужика. Я его сразу же убью! Только за то, что прикоснулся к той, которая принадлежит мне, - ты только моя, Арина.

- То есть, тебе можно изменять, а мне - нет! - она ещё хорошо держалась. А ведь я полагал, что моя тихая малышка и голос повысить не способна.

- Я мужчина, Арина. И я могу позволить себе то, что недопустимо для тебя, - рявкнул, замечая, как глаза девочки вновь заполняются слезами, - Ариша, ты живёшь со мной как за каменной стеной. У тебя всё есть. И дальше всё будет. Не капризничай. Любая другая на твоём месте была бы счастлива. Ты ещё так юна. Но непременно помудреешь и повзрослеешь. Поймёшь, что есть вещи, на которые следует просто закрывать глаза и не замечать.

- Делай ты что хочешь, “мужчина”, - произнесла сквозь всхлипы, - мне теперь всё равно. Мы с тобой расстаёмся, Альберт. Свадьбы не будет. Я ухожу от тебя!

А вот эти её слова поднимают во мне бешеную волну психоза.

Проклятье!

Что она сказала?

Уйдёт от меня?

Щаз! Не отпущу.

Впериваюсь в неё таким холодно-требовательным взглядом, от которого её губы задрожали. Но решительности в светлых омутах не поубавилось.

- Никогда, Арина. Никогда я тебя не отпущу. Ты - только моя. Даже не думай отменить свадьбу. Не позволю, - ответил уверенно и безапелляционно. И Ариша должна понимать, что когда я с кем-то вот так разговариваю, то возражать не имеет смысла.

Вижу, как у девчонки задрожали губы, а в глазах появился страх. 

- Я сегодня же уйду от тебя, Берт, - упорствует упрямица.

Я подсел к ней поближе, сгрёб в охапку, преодолевая её сопротивление, а после заставил посмотреть в мои глаза.

- Арина, ты принадлежишь мне. И я не отпущу тебя. Надеюсь, девочка, ты понимаешь меня правильно, - я припечатываю её убойным взглядом и отпускаю. 

Она смотрит на меня своими огромными глазищами, на дне которых плескалось разочарование и боль. Но молчит. Больше не возражает. 

Умница.

Уверен, до неё дойдёт смысл моих слов и она больше не посмеет бунтовать. Вижу, как Арина медленно поднимается, встаёт с кровати, а после быстрым шагом направляется в ванную комнату.

Что же… Это хорошо. Пусть умоется, примет душ, остынет и придёт в себя. Не буду ей мешать. 

Девушка с грохотом захлопнула двери. А я застыл в центре комнаты, с силой сжимая руки в кулаки.

Чувство досады едва ли кислотой не выжигало меня изнутри. Влезая в шлюху, я и понятия не имел, что моя девочка может увидеть меня с девкой. Ещё и в тот момент, когда я наяривал деваху словно одержимый

Не хотел причинять Арине боль. Да я прибить готов любого за одну лишь слезинку моей Ариши.  А в итоге сам же и явился причиной целого моря её слёз.

Придурок! Не просчитал всё как следует и получил итог.

Но Арине придётся смириться с тем, что она видела. А после просто забыть. Свадьбу отменить не позволю.

Эта девочка и так уже принадлежит мне. Но мне этого мало. Хочу, чтобы она стала моей женой. 

Наезд Арины на меня - удивил. 

Я был уверен, что Арина тихая и послушная девочка. Такой себе нежный цветочек. 

Прежде она ни в чём мне не перечила. 

Смотрела с обожанием, находилась полностью в моей власти. 

Я укладывал её под себя когда хотел и так часто, сколько желал. А она была такой покладистой и ласковой. 

Помню, как боялась и вся трепетала, когда я взял её девственность. 

Эта девочка для меня особенная. И я никогда не посмел бы вести себя с ней так же дико, жёстко и бешено, как вёл себя с шалавами. 

Вчера просто сорвался. Не хотел изменять Арине. Но вышло так, как вышло. 

Чёрт! Разве нельзя об этом просто взять и забыть? 

Я уже и лица той шалавы не помню. А Арина раздула проблему на пустом месте. 

.

Прошло уже минут тридцать, а Арина так и не вышла из ванной комнаты.

Пришлось приоткрыть двери и убедиться, что с девушкой всё в порядке. Замка на двери не было. В моей комнате это лишнее.

- Ты совсем бессовестный? Я хочу побыть одна! - повысила голос, покосившись на меня. Сидела на полу в ванной, размазывая слёзы по щекам. 

Полы в доме тёплые. Но… 

- Арина, прекращай. Я не хочу, чтобы ты продолжала плакать.

- Я плачу не из-за тебя, Берт. Мне обидно, что я была такой дурой. 

- Ариш, ты ещё такая юная. Многих вещей не понимаешь, - присел рядом с Ариной и протянул к ней руку, но она вскочила с места и отошла от меня.

- Ты говорил, что любишь меня. А сам ведь совсем не любил. Ты мне жизнь сломал.

- Слишком громкие заявления, Арина. Не веди себя так, словно случился конец света. Трахнул я ту шлюху и что? Хватит. Проехали и забыли. Я тебя люблю, Арина.

- Не любишь. Любил бы, Берт, не полез бы в другую женщину.

- Чёрт возьми. Хватит уже сыпать розовыми замками, Аришка. 

- Хватит. Ты прав, - она прошла в комнату, а после села в кресло. 

Я не спал всю ночь. Устал. Хочу жрать и спать. Ещё бы и Арину под боком расположить. Трахнуть её как следует, чтобы шёлковой стала. 

И уж никак не желаю настраиваться на вынос мозга. Нужно дать время, чтобы буря улеглась. Арина перебесится. 

Не раздеваясь, я лёг в постель, а после алчно посмотрел на девушку.

- Иди ко мне, Арина. Будем мириться.

- Мне здесь удобно.

- Ко мне иди. Не противься, - повысил голос. Прежде я никогда не давил на девочку. Не было необходимости. Но сейчас я не позволю ей отдалиться.

Встал и приблизился к ней. 

- Сама придёшь ко мне или мне тебя принести?

- Я просто хочу побыть одна. Мне сейчас так плохо, Берт. Если для тебя не имеет значения то, что произошло, то для меня очень даже имеет. Мне нужно побыть одной. Подумать. 

- Ладно, - уступил ей, видя, что для неё это действительно важно, - подумай. А я спущусь в столовую и позавтракаю. А после, милая, я вернусь, и мы вместе отдохнём. Я так вымотался за вчерашний день. 

- Я не сомневаюсь, - фыркнула.

Я обхватил лицо девушки руками и жадно поцеловал её в губы. Она не ответила на поцелуй. Скривилась словно в отвращении.

- Не делай так больше, Альберт. Девок своих целуй. 

- Я не имею привычки целовать шлюх в губы, Арина. И никогда не лез в них без защиты. То, что я тебя трахаю без резинки, вовсе не значит, что так же веду себя со всеми. Ты для меня особенная. 

- Особенная дурочка. Это точно, - обиженно произнесла и отвернулась. 

- Вечером мы с тобой сходим вместе куда скажешь. Уверен, что смогу тебя порадовать. А сейчас… успокаивайся. Чтобы к моему возвращению, милая, ты убрала со своего красивого личика это подавленное выражение. Тебе не идёт. 

.

Я спустился вниз. На кухне как раз крутилась домработница. Я присел за стол и и попросил разогреть завтрак. Через десять минут принялся за еду, но из головы не выходила Арина и её обиженный взгляд, прямо как у раненого оленёнка.

Сегодня вечером надо будет задобрить девочку. 

Что любят женщины? 

Всякие цацки и шмотки? 

Но моя Аришка не такая. Её никогда не интересовали все эти подарки. 

Тогда чем я могу её порадовать? 

Она любит походы в зоопарк. Организую. Не проблема. 

А после погуляем в парке. Моей девочке многого не нужно. А красивый браслет всё же лишним не будет. 

Просидев за столом около сорока минут, я составил план, как реабилитироваться перед Ариной. Допив последний глоток чая, поспешил вернуться в комнату. Надеюсь, что малышка больше не ревёт белугой.

Распахнув двери в комнату, я не увидел Арину в кресле. Кровать тоже пустая. 

Что за…

Метнулся в ванную комнату и после выскочил на лоджию. Нигде нет моей девочки. 

По дому отправилась шататься? 

Дом у меня большой. Комнат немало. Но я умудрился за десять минут осмотреть здесь всё. 

Нигде нет пропажи. 

В прятки решила поиграть? 

Спряталась от меня, обиженка? 

Взгляд мой упал на обувную тумбочку в прихожей. Исчезли кожаные белые кроссовки Арины. Распахнул шкаф. Куртка Аришки тоже пропала.

И как это понимать? 

Сердце в груди стало пропускать удары. Умом понимал то, что произошло. Но всё равно отказывался принимать тот факт, что Арина посмела от меня сбежать.

От меня, мать вашу. 

Моя тихушница решила характер показать? 

Что за бред. Я же сказал ей, что не отпущу. 

Придётся найти Арину и объяснить малышке, что так так со мной себя вести нельзя. 

Вместо того, чтобы завалиться в постель и отоспаться, я вынужден бегать по городу и искать невесту. 

Куда она могла пойти? 

К кому? 

Первым делом нужно заехать к Петру. Арина у него. Папина дочка могла отправиться только к папе. 

Зарычав себе под нос матерные слова, начал одеваться. Нужно срочно найти Арину. 

Только бы с дурочкой ничего не случилось. У меня немало врагов. И многие из них знают, что Арина моя невеста. И я не могу допустить, чтобы девочка попала под раздачу одному из них.

Арина

Берт смотрел на меня таким строгим, хищным и требовательным взглядом, что внутри меня всё переворачивалось и сжималось от страха. Такого его я боялась. Сейчас он щедро показывал мне ту эгоистичную, властную и опасную сторону себя, которую так тщательно прятал всё то время, которое мы с ним были вместе.

Так непреклонно заявил, что не отпустит. Что не позволит расторгнуть свадьбу. А я знаю его бульдожью хватку. За свои слова он отвечает. Всегда. Если сказал, что не отпустит, значит уйти от него будет непросто.

Своё этот мужчина не привык никому отдавать. А меня он считает своей собственностью. Вот бы ещё научился дорожить этой самой собственностью.

Но он не дорожит. Ему плевать на мои чувства, желания и мечты.

Больно, что видит во мне лишь куклу. Ту, которую можно не ценить, не думать о её чувствах. Покорная и красивая вещь. А я ведь именно такой и была в его глазах всё это время.

Я ему легко досталась. Сама пала в объятия. А ему осталось лишь взять. Что он и сделал.

Так просто попросил забыть меня всю ту мерзость, свидетелем которой я стала.

А я не могу забыть. И не смогу никогда.

Не понимаю как другие женщины способны мириться с изменами своих мужчин. Для меня это невыносимо, недопустимо.

Слёзы снова потекли по щекам, заливая лицо. Я не могу их унять. Очень больно разочаровываться в мужчине, которого я едва ли не боготворила.

Альберт уже ведёт себя так, словно забыл о своей шлюхе. Для него факт измены совсем ничего не значит. Даже больше, он и не считает изменой то, что сделал.

День был сложный. Что уж там… Не сдержался. Полез на другую бабу. Обычное дело. И как это я не могу понять и принять сей факт?

А я не могу. У меня жизнь рухнула. Вот так. В одночасье.

.

Закрывшись в ванной комнате, я понимала, что даже здесь я осталась одна лишь потому, что мне позволил Альберт. Замка на двери нет. Он может войти в любой момент. Выжидает когда я перебешусь?

А мне его рожу видеть не хочется. Я бы вообще не вышла из ванной комнаты, если бы Берт меня не вытащил отсюда.

А после ещё имел наглость позвать меня к себе в кровать.

Верх цинизма и полного непонимания меня и моего состояния.

Он словно издевается. Самоуверенный павлин и правда уверен в том, что я смирюсь и приму ситуацию.

Только я ему не жена, слава богу. И не собачка, чтобы выполнять все его команды.

Когда Берт сказал, что отправится на первый этаж, чтобы поесть, я не стала долго раздумывать. Пока его нет рядом нужно сматываться из этого дома.

Пробравшись тихо в прихожую, схватила куртку и кроссовки, а после вышла во двор. Охранники не в курсе моих тёрок с Бертом. В мою сторону и не дышат. И это хорошо.

Выхожу за ворота беспрепятственно. Парни из охраны привыкли, что если я планирую куда-то поехать, то позову меня сопровождать. Я всегда так делала прежде. Поэтому им и в голову не придёт, что я намерена покинуть и этот дом, и их босса.

Да и сам Берт предположить не может, что всегда тихая и покорная Арина посмеет сбежать, пренебрегая его словами, которые он приравнивал к приказу.

.

Едва ли не бегом сбегаю вниз по улице. Коттеджный посёлок немаленький, но здесь всегда есть дежурные машины такси.

Впрыгиваю в одну из них и называю адрес проживания отца. Ничего лучше не придумала, чем отправиться в отчий дом. Папа ведь любит меня. Он непременно выслушает и поймёт меня.

С отцом у меня всегда были доверительные, нормальные отношения. В последнее время их изрядно изгадила папина жена, но клин между мной и папой вбить невозможно.

Мне страшно. Берт ведь будет искать меня. Но я надеюсь, что против папы не попрёт.

В такси сижу как на иголках. Успела проехать лишь половину пути, как услышала звонок телефона. Альберт.

Звонит уже. Спохватился кролик-потаскун недоделанный. Не буду отвечать. Лишь прошу таксиста поторопиться, а после связываюсь с отцом.

Папа ответил сразу. Но сообщил, что находится не дома. А в загородном имении. Тут же прошу таксиста отправиться туда.

Я понимаю, что папа веселится со своей молодой женой и моё появление в их планы совсем не входило. Но я всё же сказала отцу, что сейчас приеду. Он удивился. Уточнил всё ли в порядке, а после ответил, что ждёт меня.

.

Уже через двадцать минут я стояла перед воротами загородного имения отца. Охранники пропустили меня. Провели в дом. Дача у папы не такая огромная как основной дом. Но места здесь предостаточно.

Жена отца встретила меня скупым приветствием, а папа сразу же поцеловал в щёку.

- Папа, нам надо поговорить, - объявила с порога. Должна успеть поговорить с отцом раньше, чем Берт ему позвонит или заявится сюда. У меня есть время. Ведь Альберт помчится в городской дом отца, а уж после сюда. Мне нужно настроить отца на свою волну.

- Ариша, ты меня пугаешь. Что стряслось?

- Расскажу.

- Рассказывай.

Я покосилась на жену отца. Тамара уже развесила уши и приготовилась сунуть свой длинный нос в дела, которые её совершенно не касаются.

- Пап, наедине поговорим.

- У меня нет секретов от жены. Мы ведь все одна семья, Арина.

- Папа, прошу тебя. Наедине, - заупрямилась.

- Ладно. Пошли в кабинет, - быстро сдался, но я не сомневалась, что после папа расскажет своей ненаглядной молодухе о чём именно беседовал с дочерью.

Арина

Под строгим взглядом отца тело слегка пробивает мелкой дрожью. Папа у меня очень строгий. Может даже повысить голос, прикрикнуть и морально надавить. Но он никогда не поднимал на меня руку и всегда старался понять. 

Только вот… 

Прежде между нами никогда не было споров. Я ведь тихая и послушная девочка. Покладистая скромница. Красивая. Мечта любого мужчины. Все просьбы отца я всегда выполняла. 

Да и не требовал он от меня никогда ничего невозможного. Даже его решение выдать меня замуж за конкретного кандидата, не вызвало отрицания с моей стороны. Папа сумел всё это ловко и умело мне преподнести. А после и Альберт мне понравился.

Уже теперь понимаю, что от такого хищника как Берт, добыча никогда не сможет уйти. Он всюду настигнет. И у такой наивной дурочки не было ни шанса против обаяния заматерелого кобеля. 

- Альберт не приехал с тобой? 

- Папа, я ушла от Альберта, - ответила прямо, изучая игру чувств на лице родителя. До которого явно не сразу дошёл смысл моих слов.

- В смысле? - прищурился, - куда ушла? 

Думаю, он всё прекрасно понял, просто не хочет принимать такую правду. 

- Свадьбы не будет, папа.

- Арина, что ты могла такое выкинуть, чтобы Рудаков порвал с тобой и даже свадьбу отменил? 

Конечно. А что он ещё мог подумать? Тихоню Арину бросили. Сама она ведь не могла…

- Не он отменил свадьбу, папа, а я. Я с ним порвала. 

- Ты-ыы? - его губы вытянулись в трубочку, а глаза стали просто огромными, - не понял. Как это ты? 

М-да… Как я дожилась до такой жизни, что даже у моего родного отца в голове не укладывается, что я могла принять такое решение самостоятельно?

- Я, папа. Взяла и ушла от Альберта.

- Он отпустил тебя?

- Не совсем.

- Поясни? - в голове у отца явно произошёл диссонанс. Но он пытался вникнуть в ситуацию.

- Альберт изменил мне, папа. 

- Альберт? Тебе? Бред. Берт любит тебя. На черта ему какие-то потаскухи, когда у него есть ты? Не верю. Тебе кто-то сказал чушь, а ты и повелась.

- Я не дура, папа. Я всё видела собственными глазами. Как он разложил шлюху под собой и наяривал её по полной передаче. Вспоминать противно и больно. Как он мог так со мной поступить? - скорее себе задал этот последний вопрос, чем отцу.

После моей пылкой речи, глаза у отца стали едва ли не на выкате. Вижу, он действительно не может поверить в такое. 

- Папа, я видела. Не нужно ничего отрицать или за уши притягивать. Я не прощу измену жениху.

- Арина, ты спросила у него, почему он так поступил? Странно это всё.

- Ничего странного. Так Берт согнал лишнее напряжение. Зудело у него… И он ничего лучше не придумал, чем сделать то, что он сделал. Ты и дальше будешь эту тему развивать? Папа, Альберт даже не раскаивается. Попросил меня забыть об этом инциденте. Вот так просто… словно ничего и не было. 

Я пыталась говорить бодро, с некой долей иронии. Но душа в огне горела от боли. Я ведь и правда любила и люблю этого мужчину. Но любовь не повод, чтобы позволять ему ноги о меня вытирать.

- Берт отпустил тебя?

- Я сбежала.

Отец кашлянул, словно подавился. После резко отвернулся от меня. Его руки подрагивали. 

- Арина, ты же понимаешь, что от Рудакова не сбегают! Особенно женщина, которую он объявил своей собственностью.

- А я не игрушка, чтобы быть чьей-то собственностью, папа. 

- Арина, он придёт за тобой. И заберёт.

- Поэтому я и пришла к тебе, папа. Ты же не отдашь меня ему? Это мой дом. И я останусь здесь.

В этот момент отец как-то странно покосился на меня. В его взгляде были горечь, сожаление и злость. 

- Арина, ты уже взрослая девочка. Детство закончилось. Ты стала взрослой женщиной и должна понимать градус собственной ответственности. Выходить замуж за Альберта я тебе не принуждал. И он не силой заставил тебя жить с ним и лечь под него, - отец выражался прямо, в совершенно свойственной ему манере, - ты сказала, что желаешь быть с этим мужчиной, что любишь его. На твои слова он отреагировал соответствующе. Если бы послала его к чёрту, поверь, Берт не стал бы тревожить тебя или к чему-то принуждать силой. Свадьбы бы просто не было. 

- Папа, но я же не знала, что он будет мне изменять! 

 - А должна была знать. Тебя никто не торопил в койку к нему ложиться вот так сразу. Могли бы повстречаться месяца три. Узнала бы его получше, а уж после и обнадёживала бы его. Но, как я понял, зудело как раз у тебя! А иначе не торопилась бы запрыгивать на мужика. 

- Папа…

- Помолчи! - рявкнул перебивая меня, - он опасен, Арина. И я не смогу тебя защитить. Не потому, что не хочу, дочка. У меня нет сил, чтобы тягаться с Рудаковым. Он сам не из простых. И за ним стоят серьёзные люди. Кроме того…

- Что ещё?

- Я тут слегка нагадил ему. Не хотел так сильно, но курс от изначального плана отклонился без моего участия. Думаю, что Берт прекрасно понял, кто ему иголок в спину натыкал. Не кидается на меня лишь потому, что ты моя дочь. В общем, Арина, мне и так предстоит с ним серьезный разговор. Ещё и твоя выходка.  

- Папа, ты так говоришь, словно я балуюсь. Я не выйду за мужчину, который шляется по другим бабам. 

- Арина, не думаю, что из-за одной измены стоит так распаляться. Всякое бывает. Альберт - горячий мужчина. Не сдержался. Сделай так, дочка, как он сказал тебе: просто забудь. Сделай вид, что ничего не видела и не слышала. И возвращайся к жениху.

Слова отца стали для меня как ушат холодной воды на голову. Плакать хотелось. И я не смогла сдержать слёз.

- Арина, - с горечью произнес, явно разрываясь между мной и собственными проблемами с Бертом, - ты должна отвечать за свои поступки и действия. Ты сама пришла к Альберту Рудакову. Сама легла под него. Сама сказала ему “Да”. И лишь твоя вина в том, что ты не поняла каков он человек на самом деле. А у тебя было время, чтобы это понять. Ты поторопилась. Влюбилась. А теперь, Арина, задний ход давать поздно. Ни мне, ни тебе этого не позволят.

Папа замолчал, а после бросил взгляд в окно. У ворот стало шумно. И я без слов поняла: Альберт уже здесь. И явно взбешенный моей выходкой.