Убийство по Достоевскому

Никогда не думала, что окажусь замешана в убийстве. Да и допрос не выглядел, как в американском сериальчике. Добрых копов не было, только злые. Ощущение были крайне поганые.

И как я в это всё ввязалась?

Беды ничто не предвещало. На каникулах родители решили сослать меня в языковой лагерь. Я отмахивалась, мол, и без того английский нормально сдам. Но папе кто-то на работе отдал объявление, где яркими буквами была какая-то заманчивая акция с мегаскидкой. Вот родители и подумали, что это шанс прокачать свой английский.

Лагерь находился в соседней области, так что родители взялись меня отвезти, за что я им была крайне благодарна. Тащиться на перекладных с двумя сумками не хотелось.

Я никогда раньше не была в лагере, так что даже не знала, что с собой брать. Пришлось гуглить. Вообще я намеревалась провести каникулы совсем по-другому: смотреть видосики на ютубе и изредка выходить на улицу. А теперь даже непонятно, будет ли в этом лагере нормальный интернет… Да и на природе придётся быть чаще. А загорать не любила никогда. Ещё и комары… Вздрогнула от этих мыслей.

Да, радовалась, что на каникулах буду активно тренировать разговорный английский. Хотя кого я пыталась обмануть — я же интроверт. Так что коммуникация будет затруднительна.

Папа и мама делали мне наставления: чтобы я не забывала обрабатываться средством от комаров, старалась взять максимум с занятий. Я в эти мгновения уже просматривала программу обучения. Сегодня первый день — заезд. В семь часов должен был быть поздний ужин, а затем отбой. А вот завтра программа уже была интереснее. Подъём в шесть, зарядка, завтрак, первая вводная лекция, затем несколько занятий…

— Лиса? — окликнула меня мама, и я оторвалась от чтения.

При рождении меня назвали Василисой. Сокращение «Вася» мне не особо нравилось, сразу отсылки к мужчине. А вот «Лиса» с ударением на первый слог — было достаточно красиво.

— Обязательно нам пиши, как у тебя дела. С фотографиями!

Мама у меня была очень общительная, в отличие от меня. Видимо, подростковый возраст так влиял, что с мамой я не желала общаться. А она это как будто не замечала… Или не хотела видеть.

— Да, конечно, — произнесла я. В тот момент хотела себя убедить, что и правда буду постоянно отчитываться о своих каникулах.

— Три недели пролетят незаметно, — продолжала мама, оглядываясь по сторонам.

Мы уже подъезжали к нескольким постройкам в лесу.

— От меня отдохнёте. — Я усмехнулась и захватила свою сумку, которая покоилась рядом.

— Скорее, ты от нас, — фыркнул папа, выходя из машины следом за мной. — Мама не замолкает, да?

Папа всегда был на моей стороне. Но и с ним у меня были натянутые отношения. Утешала себя тем, что у многих подростков с родителями проблемы.

Я закатила глаза, и папа улыбнулся.

Вскоре я уже оказалась прижатой к маме — она сильно обнимала меня на прощание. Я ещё ни разу не уезжала так далеко (аж в соседнюю область!) и так надолго.

— На связи! — прокричала мама мне вслед.

Я с сумкой уже шла ко входу. Легонько улыбнулась маме и зашла внутрь. Меня поприветствовала громкая блондинка и сказала подобрать себе одежду по размеру. Всем выдавали футболки, кепки и куртки с логотипом, а ещё талончики на еду в столовке. Я взяла эмку, потому что эски неожиданно закончились, куртку пошире, а вот кепка оказалась как раз, даже регулировать не пришлось. Вышла на улицу под солнечные лучи — несмотря на пятый час, солнце нещадно палило, так что кепка пришлась кстати. Мне выдали карту с расположением инфраструктуры.

Раньше мне казалось, что «лагерь» — это что-то про палатки. Но это оказался совсем другой лагерь — современный. Палатки здесь были, да, но для развлечения. Проживали ребята в красивом белом здании, похожим на куб. Двухъярусные кровати меня расстроили, как и шесть людей в комнате, но куда деваться… Хорошо хоть я спала внизу.

Голосок внутри меня орал: Лиса, как ты уживёшься с таким количеством народа на протяжении трёх недель?! Ты ж интроверт.

И аргументов у меня не было. Я расстроена. Хотелось прямо сейчас побежать вслед за машиной родителей — они ведь не могли уехать далеко. Но нет, я просто так не сдамся. В моём характере присутствовало упрямство. И очень часто оно оказывалось полезно.

Я присела на свою койку — довольно мягко. Стала вытаскивать вещи — расчёску, дезодорант, косметичку… Места для хранения было крайне мало — только прикроватная тумбочка, а шкаф общий — туда много не повесишь… Так что я решила до конца не распаковываться — оставила большинство вещей в сумках и задвинула их под кровать — благо, место позволяло.

Завалилась на кровать, схватила с тумбочки айподсы. Попробовала подключиться к Wi-fi, и мне удалось. Камень с души. Проживание здесь не будет такой уж мукой. А то я накачала себе сериалов на всякий случай. Слушая музыку, я и не заметила, как наступило время ужина. Девочки уже стали уходить, и я присоединилась к ним. Перезнакомились друг с другом. И я села вместе с ними за столик. В столовке по талончику я взяла курицу с пюре, а также сок. На вкус мне вполне понравилось.

Соседки болтали обо всём. Дошли и до обсуждения преподавателей. Они тыкали в людей по всему помещению, называли имена, но я даже не запоминала. Одна девочка — Люда была из языковой школы, в которой эти учителя и преподавали. Она почти всех знала.

— Вон та постоянно в декрет уходит. — Люда указала на темноволосую женщину лет тридцати. — А вот этот — новенький. Не знаю его. Но мне сказали, что он не препод, а что его отец сослал сюда в наказание.

«Сосланный» парень вдруг посмотрел на нас, как будто услышал разговор. Я фыркнула. Всё это обсуждение напоминало мне сцену из первой части «Сумерек».

— В наказание за что? — впервые за долгое время подала я голос.

Люда пожала плечами. Девочки зашептались. Я продолжала разглядывать парня — на вид ему было лет двадцать пять, чёрные волосы в беспорядке, глаза тёмно-зелёные, и взгляд сам какой-то игривый… Я поспешно отвернулась.

— А ты никогда не была в нашей школе? — спросила у меня Люда.

— Тебе понравится, — произнесла милая шатенка — Саша. Она рассказывала, что тоже училась в языковой школе.

— Надеюсь, — произнесла я без энтузиазма.

После окончания ужина мы с девочками вернулись в свой корпус. Я отыскала в сумке айкос с вишнёвым вкусом. От обычных сигарет пришлось отказаться, потому что от них страшно несло, и родители несли мозги. А совсем бросить я не могла, курение снижало стресс. Головой понимала, что это штука очень вредная. Родители пока про айкосы мало что знали, поэтому я беспалевно парила в своей комнате.

Вышла на крыльцо, потому что хотелось немного побыть в одиночестве. На улице уже жужжали противные комары, но я была в длинных пижамных штанах — надеялась, что меня это спасёт. Чуть поёжилась, когда почувствовала мурашки на коже от холода.

Вдохнула дым, чуть задержала и выпустила. Внутри чуть полегчало. Всё пройдёт нормально. Даже соседки у меня нормальные, в отличие от одноклассниц.

— Сигаретку хочешь? — послышался мужской тихий голос где-то сбоку.

Я вздрогнула и чуть не выронила айкос из пальцев. Судорожно оборачивалась, ища источник голоса. И нашла — это был тот самый незнакомец, про которого мне рассказывали в столовой. В темноте его глаза казались цвета хвойной листвы.

Прокашлялась, чуть не подавившись дымом. Я этого человека совсем не знаю. Вдруг он решил меня подловить и наказать?

— Нет, спасибо. — Я спрятала айкос за спиной. — Уже иду спать.

Он улыбнулся одной стороной рта. Я поспешно вернулась внутрь. Сердце учащённо билось, и я не понимала почему. Слишком много дыма?