Ученица Тирана в Академии Ёкаев

Юмина

– Юми…

Мне снится, будто голос господина Айрона, моего Безупречного наставника, Небожителя… звучит ласково. Чудной сон.

Ни-ко-гда этот тиран не разговаривал со мной ласково.

Если только не подразумевался сарказм.

Тогда это было “как бы ласково”, но по факту – угрожающе!

– Юми… какая же ты сладкая…

ЧТО?!

К звуку добавляются ощущения. Горячее дыхание с мятными нотками, опаляющее кожу моего виска.

Да что за наваждение?..

А потом возникают и другие ощущения в теле – немного сладко потягивает между бёдер. Даже слегка саднит.

Чужие крупные сильные ладони жарко лежат на моей талии и груди

В бедро упирается нечто очень горячее, слегка пульсирующее и стремительно твердеющее…

Ох, Небожители!

Я резко распахиваю глаза.

Это не моя комната.

Этот расписной потолок с тусклыми парящими магическими огоньками – явно должен быть в покоях наставника и нигде больше.

Я лежу под простынью, и под ней меня вжимают в твёрдое мужское тело, и картинка из осколков, наконец, собирается в единое целое.

Я – ученица великого Айрона.

Его способности находятся за пределами понимания обычных людей, даже владеющих магией, как я. Ведь мой наставник из рода Безупречных. Или, как их чаще называют люди — Небожителей. Я несколько лет назад попала к нему в ученицы. Большинство сказало бы, что мне несказанно повезло — ещё бы! Какой-то там пусть и одарённой человечке — попасть под крыло Безупречного. Только вот никто не знает, какой изощрённой пыткой были годы его наставничества.

Но как так вышло, что теперь я лежу в его постели, а он — сжимает меня в объятиях и, не просыпаясь, шепчет моё имя вперемешку с нежными непристойностями?!

А это чувство там, внизу между бёдер…

Неужели я и мой тираничный наставник – мы с ним вчера ночью сделали “это”?!

Ох, нет, такого не могло быть!

Он меня презирает! Вообще всех обычных людей. Но я, несомненно, первая в его чёрном списке. Зная это, я пыталась лишний раз его не раздражать! А это сложно. Потому что я одним своим дыханием вывожу наставника из себя. Видите ли — неправильно дышу. И моргаю по его пониманию я тоже в корне не верно — слишком часто, слишком быстро. Да ему всё во мне не нравится!

И я бы с ним ни за что!

Никогда!

Нет-нет-нет!

...и всё же это не сон.

Идеальное будто высеченное из мрамора лицо наставника — ровно напротив моего. И даже во сне в чертах угадывается надменность. Кажется, что он прямо сейчас, не открывая глаз, меня за что-нибудь отчитает… Может за то, что я смотрю на него без должного почтения?

Святые Небожители…

Я всё ещё лежу в глубоком шоке и ступоре, пытаясь осмыслить ситуацию. Вспомнить вчерашний день. Осознать — как до этого докатилось. И понять — как теперь быть?!

Как… КАК?

И тут чёрные ресницы Айрона дрогнули. Моё сердце, будто сорвавшись с обрыва, зашлось диким стуком при мысли, что он сейчас проснётся и придётся обсуждать…

А я-то что скажу?

Я не готова об этом говорить!

Никогда!

Только не с ним!

А если… если он сделает вид, что такая близость в порядке вещей, как новая ступень ученичества? И вообще обсуждать тут нечего. А лучше повторить — для закрепления материала.

Абсурд! Что мне в голову лезет?!

Я была его послушницей и ученицей не один год. Если назвать этот период одним словом — то это был кошмар! Бесконечные придирки, тонна бессмысленной работы, постоянные объяснения в чём я не права. Да, давным давно наставник спас меня, и взамен я платила тем, что служила при его храме — делала всё, что велят. Однако, границы у меня есть. Порой я стояла за себя. Научилась уж за столько лет.

И уж точно никогда не согласилась бы вот так… зная отношение наставника ко мне.

И всё же…

Всё же… моё тело сладко трепещет от осознания катастрофы, что случилась между нами. В такт колотящемуся сердцу сжимается что-то внизу живота, моляще… как будто просит продолжения…

Продолжения чего?

…Горячая ночь, как в дурмане, стоит перед мысленным взором, обрывками:

Наставник – жадно целует мои губы.

Укладывает моё трепещущее тело на свой рабочий стол. И…

Ох…

Стыд затапливает от стоп до кончиков ушей. Я в ужасе зажмуриваюсь, не желая сейчас вспоминать! Иначе я просто сгорю, испарюсь от всепоглощающего стыда, и смущения. А память тем временем услужливо подкидывает ещё один образ: я, срывающимся от страсти голосом, называю наставника просто Айрон — без всяких “Господин”, “Господин Ректор”, “Безупречный”,“Верховный”. В общем, ничего, из того, что мне годами вколачивали в голову придирками, наказаниями и методичными разносами.

И вдруг представилось, что сейчас наставник очнётся, припомнит всё это фамильярное безобразие, отчитает меня так жёстко, как никогда и накажет.

Но почему-то в моей голове понятия “жёстко" и "накажет" издевательски подменились картинками из неприличного ночного калейдоскопа.

Я не затрясла головой, только потому, что боялась разбудить наставника.

Ох, Небожители!

Я же приличная невинная девушка. Была. У меня вообще никогда не было никаких связей. Даже поцелуев. Даже объятий! А теперь сразу вот так. Да ещё и с тем, кто меня презирает. Даже если мои чувства к наставнику были иными, но…

Нет, не понимаю. Как это получилось?! Почему?! И что мне теперь делать?

Сейчас наставник очнётся и…

Я не хотела думать, что будет после этого “и”. Всё чего желала — убежать и желательно на другой конец мира. В худшем случае сделать вид, будто ничего не было. Потому что замуж мне выйти не предложат. (Такое от наставника я даже вообразить бы не смогла). Да и не хочу я мужа, который меня не любит меня. Такая уж я старомодная… Лучше одной чем так.

Ну а раз всё уже случилось. Что ж... Просто… переживу это. Переживу же? Было и было. Телу моему понравилось. Для души — опыт. А что до общественности — никто не узнает. А впрочем… плевать! Мы уже не в каменном веке. И у меня нет семьи, которую я опозорила связью до брака.

Так я убеждала себя, а сама очень тихо и очень осторожно, убедившись, что наставник Айрон ещё спит, приподняла простынь.

Ох… я там голая!

Последняя надежда рухнула: не приснилось, не показалось!

Не просто срамной сон, а воспоминания о жаркой ночи, которой никак не должно было быть!!!

Взгляд невольно метнулся дальше. ОХ, достоинство наставника поистине впечатляло.

Я сразу стыдливо отвела взгляд. Лицо опалило жаром. Я сглотнула ком сухим горлом.

И молясь не кому-то конкретному, а просто (а кому молиться, когда по собственной глупости разделила ложе со своим наставником да ещё – Небожителем?!) принялась, осторожно, едва дыша, выворачиваться из объятий своего… любовника.

Как ты могла, Юми?

О чём ты только думала?!

Молитвы мои явно были услышаны, потому что наставник Айрон не проснулся. Я кое-как набросила на себя своё нижнее платье. Зашарила в полумраке комнаты в поисках своего форменного ученического кимоно и обуви.

– Юми… – выдохнул наставник.

Я уже не знала во сне он это или проснулся.

Потому так быстро, как только могла, на ощупь подхватила предположительно своё кимоно.

Также схватила сандалии и два учебника, которые явно я же и бросила на низком столике у входа.

А дальше – неслышный и очень быстрый бег через широкий и пустынный в ночи академический коридор. До моей комнаты. Не зря тренировалась годами в боевых искусствах – навык бесшумного перемещения оказался как никогда кстати.

Там, в маленькой студенческой комнатушке на одного, за запертой дверью, я всласть себя отругала.

Затем кое-как успокоившись быстро сходила в купальни.

Зажечь лампаду я не посмела. Магический светильник – также.

Я не столь сильна, как Айрон – и не могу себе позволить транжирить магию направо и налево.

Так что я лишь с первыми лучами зари, расчёсывая мокрые после купален волосы в чистом кимоно, всё ещё стуча зубами, поняла: сбегая из спальни Безупречного – прихватила кое-что лишнее.

Книгу.

Великую зачарованную книгу, которую мой Безупречный наставник пытался вскрыть не один месяц, не выпускал этот магический артефакт из рук.

Надо как-то незаметно вернуть её на место… Я отложила расческу, пробежалась пальцами по золочёному переплёту.

Какая же она прекрасная.

И в моих руках впервые.

Я знаю, что могущественное Божество начертало в этой книги нечто важное для Айрона – что-то о его судьбе. Но книга не пожелала ему открываться. Пока не пожелала.

Вдруг что-то щёлкнуло в моих руках.

Я ахнула.

– Нет-нет-нет!!! – успела панически прошептать я.

Но книга уже открылась.

за несколько дней до этого

Юмина

– Юми…

Раннее утро, рассвет едва занялся. Ночью ливень шёл стеной, и безупречно остриженная трава теперь холодная и мокрая. Первая осенняя прохлада пробирается под моё серебристо-серое кимоно для тренировок.

– Юмина!...

Я стою в храмовом дворе. Почтительно склонив голову перед наставником – Айроном Безупречным. Не поднимаю взгляда.

Тон Безупречного источает презрение и сарказм примерно пополам.

За годы в подчинении у великого Айрона – я почти перестала отмечать, как красив и глубок его голос. Хотя низкие и хрипловатые нотки в нём по-прежнему заставляют моё сердце заходиться в диком стуке.

Но я отдаю себе отчёт: это почтение и страх с моей стороны. А вовсе не девичий интерес, в котором я отчаянно подозревала себя в первые месяцы в его обители.

Нет-нет-нет.

Нельзя, чтобы это был женский интерес.

Мои эмоции в адрес наставника сложны и мучительны.

И с каждым его жёстким разносом – всё сложнее и мучительнее.

Он, безусловно, красив и силён, как и все представители его рода. Но и на этом всё.

Потому я чуть вжимаю голову в плечи. Хотя так и подмывает дерзко заглянуть в его ледяные глаза, и будь что будет! Пусть наказывает!

– Смотри на меня, Юмина. Я с тобой разговариваю.

С тяжёлым вздохом поднимаю взгляд на безупречное лицо.

Если Айрон приказывает – выполнять надо с первого раза.

А иначе…

– Я что, попросил от тебя каких-то запредельных умений, Юмина? – наставник саркастично закатил глаза и стукнул о землю своим посохом – белым, страшным, оканчивающимися змеиной головой с синими глазами-самоцветами. Если бы я не знала, что посох колдовской, а змея на нём – самая что ни на есть живая – может, и боялась бы меньше.

Сейчас камни-глазки обездвиженной зачарованной твари блеснули, точно вторя шипящему гневу моего наставника.

Его мощная фигура была забрана в дорожное кимоно.

Конь к путешествию готов. Вот он – стоит здесь же, неподалёку от Безупречного – прикидывается мраморным изваянием.

Вещи уложены.

Небожители, что я там опять сделала не так?!

Я всё три раза проверила. Чем тут в принципе можно быть недовольным?

– Пока еду, мне не нужно лишнее внимание. Люди нипочём не поверят, что перед ними простой смертный на обычной кляче, Юмина! Я что сказал тебе о маскировке в пути? Немедленно обмажь моего скакуна дорожной грязью… Люди ведь нарочно уделывают грязью своих животных? Иначе как объяснить их непотребный вид…

Наставник зашипел и снова ударил посохом оземь.

О важной миссии наставника я знала мало. Лишь то, что мне положено.

С тех пор как люди и ёкаи начали жить в мире – случалось разное. Открыть академию – учебное заведение для юных одарённых людей и ёкаев – было важным шагом. Но там произошло что-то страшное. И, чтобы не вышло скандала, а то и новой войны между ёкаями и людьми... и чтобы в Академии дальше всё шло как должно, теперь туда отправится мой наставник.

Страсть, как хотелось узнать в чём там дело. Что за загадочные и пугающие события начали происходить в Академии. Но...

Цитата: “это не твоего ума дело, Юмина. Вычитай и перепиши набело бумаги, что я составил сегодня… Я проверю. Если найду там хоть одну помарку – ты перепишешь те письмена о заклинаниях трижды! А когда мы начнём отрабатывать их на практике – не приведи Небо, я поймаю тебя на неточности!”

Методы работы со мной великого Айрона были очень эффективны. И очень мучительны. Порой я перебирала мешки риса, чтобы найти там единственную чёрную рисинку. А в другой раз стояла под струями водопада, чтобы ощутить поток энергии внутри. Для боевых навыков — обегала холм сто раз, а потом отрабатывала удары — тысячу раз каждый. И ещё по тысяче с использованием внутренней энергии. Ну и уход за храмом — тоже был на мне.

Мои успехи в колдовстве становились лучше день ото дня, но о спокойном сне я позабыла.

Частенько просыпалась среди ночи в стонах – мучимая неясными кошмарами с участием наставника. Деталей снов я вспомнить не могла. Но общее впечатление… ох, да неважно.

Он уедет минимум на полгода – возглавить Академию Ёкаев.

А я переведу дух…

Меня ждёт мирная жизнь. Без тренировок и медитаций на заре – каждый день, без выходных, годами! – хоть вспомню какая та жизнь. Хотя в храме мне жилось и лучше, чем среди людей, но… не знаю. Усталость накопилась.

***

Я с поклоном подвела к Айрону белоснежного жеребца, измазанного грязью, набранной за воротами храма (с каким же осуждением смотрело на меня мудрое благородное животное, пока я исполняла этот приказ Безупречного!...)

Наставник придирчиво осмотрел мою работу и скептически хмыкнул.

А я считала минуты до его отъезда.

Хоть вздохну. Возможно (но вряд ли) мне будет его не хватать эти месяцы.

Возможно (но вряд ли) я заскучаю по этому пристальному взгляду глубоких чёрных глаз, который словно сопровождает меня повсюду на территории Храма Безупречных – даже когда Айрона нет в поле моего зрения.

Возможно…

Стоп, что это?

Коротко остриженный послушник в форменном сером кимоно приблизился к нам. В руках у него была средних размеров дорожная сума. Из плохо подогнанного края торчали мои вещи: свиток, книга, небрежно затолканный в боковой кармашек гребень. Сумка легла у моих ног…

– Вы меня прогоняете?! – всхлипнула я в ужасе.

Меня затрясло.

Я даже на миг забыла о яростном негодовании, что обуяло, когда поняла: послушник трогал мои вещи. Гребень, конспекты, бельё!!!

– Угу, – хмыкнул мой наставник, – ты свободен, Канди!

Послушник низко поклонился, и его как ветром сдуло.

А Айрон ловко взмахнул своим жезлом-змеёй, и тот потерял в размерах – словно сложился в четыре раза. После чего наставник пристегнул свою магическую змею к поясу: убрал на манер иноземного короткого кинжала в специальные ножны.

А потом вдруг подхватил мою сумку с земли и закрепил у седла своего скакуна.

Конь заворчал, удивительно напомнив мне вдруг самого Айрона.

Будь я в другой ситуации, может, позволила бы себе улыбнуться. Но сейчас...

– Господин… – прошептала я.

– Ты мне подходишь, Юми, – вдруг сообщил наставник.

– А?!

– О, Небо, – закатил глаза Айрон, явно раздражённый моей непонятливостью, – мне нужен помощник в этой миссии. Ты подходишь по магии, возрасту и внешности. Сойдёшь за одарённую человечку – новую адептку Академии Ёкаев. Допустим, опоздала к началу учебного года. Инструкции выдам в дороге… Окажешь мне помощь в расследовании происшествий в Академии. Ну?

Айрон взглядом приказал мне садиться на его скакуна.

А я – как вросла в землю. Мечты о передышке разбились. Но чувство во мне было сложнее, чем печаль о несвершившемся.

– Я жду, Юмина. – процедил наставник.

– Но конь один…

– Я это заметил.

– Может мне оседлать второго…

– Чтобы что? – саркастично приподнял наставник безупречную чёрную бровь, – бедная адептка-человечка… и даже небедная… не может явиться в Академию ни на одном из скакунов Небожителей.

И то правда. Кони из храмовых конюшен отличаются от других. Это заметно, если не с первого взгляда, то со второго — уж точно. Очень уж... осознанные у них морды. Да и порода видна.

Вдруг наставник схватил меня за талию и, словно я ничего не весила, усадил в седло.

А затем оказался на спине жеребца и сам – позади меня. Жар сильного мужского тела ошпарил мою спину.

Одна рука Айрона держала поводья. Другая вдруг легла поперёк моего живота.

Я только ахнуть и успела.

Айрон послал измазанного грязью белоснежного скакуна с места в галоп.

Мы неслись через обычные человеческие селенья.

Иногда Безупречный срезал путь непостижимой мне магической тропой.

Точно нарочно путал наши следы.

Я осторожно попыталась спросить его об этом, но он лишь саркастично прищурился: “Не твоего ума дело, Юмина”.

Что ж, это привычно. Иной ответ заставил бы меня подумать, что наставник заболел. А так — никаких неожиданностей. Как будто из храма и не уезжала.

Я так и была в своём тренировочном кимоно послушницы. Мои вещи, в том числе зачарованный наставником меч – были пристёгнуты к седлу. И меня тоже не плохо было бы пристегнуть… потому что спустя долгие часы пути — я уже чуть ли не падала с коня от усталости – я ведь человек.

– Спи, Юмина. И расслабь уже ноги. Конём правлю я, прекрати пытаться управлять им… зря тратишь силы.

Я расслабила мышцы волевым усилием. Всегда было трудно убрать контроль, но в присутствии наставника на удивление изредка получалось. В мою бытность до жизни в Храме Безупречных такое расслабление могло стоить мне жизни. В родной деревне у соседей возникало желание забить "мелкую беловолосую ведьму" камнями не один и не два раза. И в итоге я всегда была немного – в боевой готовности.

Но приказ есть приказ. Так и научилась…

Меня повелительным жестом заставили облокотиться спиной на мощную грудь наставника. На лесную дорогу опускалась ночь. Копыта скакуна облизывал белёсый туман.

В нём словно что-то шипело и клубилось. Что-то зловещее.

Но конь хищно закряхтел и зубастая тень испуганно шмыгнула назад в туман… Да, конь Небожителей — это не крестьянская лошадка, которая, обезумев от страха перед нечистью, побежит прямиком в ловушку — в какое-нибудь гнездо низших ёкаев-змей — и будет там съедено. Если к гнезду прибежит этот жеребец, змеи с жалобным шипением панически расползутся по лесу во все стороны.

Я потянулась вперёд и ласково похлопала коня по заляпанной грязью шее. Сахарок. Я звала его “Сахарок”. Наставник звал его “Порядок”, и это официально считалось именем коня. Но… он же был Сахарок, хороший мальчик. Как Айрон не видел? И коню отзываться на "Сахарок" явно больше нравилось...

Конь попытался согнуть шею дугой и привычно ткнуться носом в мою ладонь.

Но жрец недовольно зашипел. Конь выровнялся, я разочарованно вздохнула и снова откинулась на грудь Небожителя.

– Я же велел тебе отдыхать, Юмина. Неужели и это непосильное для тебя распоряжение? Как ты будешь помогать мне в расследовании, а? Дерзкая человечка…

– Простите, господин наставник, – я устало прикрыла глаза и попыталась расслабиться. Хотя и знала, что сейчас будет конструктивный и методичный разнос с перечислением деталей, где я не права и почему безнадёжна.

Но Айрон крепко взял меня поперёк талии и сухо повторил приказ:

– Спать, Юмина. Я сказал.

Возможно, Айрон вложил в свои слова магию, потому что я уснула резко. Словно потеряла сознание.

***

На третий день пути мы были у цели.

Пейзажи сменились с холмов на ровные засеянные поля. А впереди виднелась роща, за которой и должна была находиться Академия.

Хотя я сохраняла спокойный вид (ведь наставник не любил бессмысленные проявления эмоций), на самом деле мне было ужасно любопытно побывать в настоящей академии.

Иногда моя подруга Ами заносила мне романтичные книги, про юных смелых адепток, про мудрых и ласковых преподавателей, про множество друзей, которых можно было найти в учебных заведениях. А иногда и… любовь!

И хотя мы ехали на задание, мне не терпелось посмотреть — как живут люди и ёкаи. Как теперь они учатся вместе? И смогу ли я хоть чуть-чуть ощутить эту жизнь — такую далёкую от меня. Ну и конечно… разобраться в проблеме Академии мне тоже очень хотелось. Это ведь впервые когда я смогу применить все те знания, что получила в Храме Безупречных. А может потом… Может, я даже смогу найти там работу?

Последнюю мысль я подумала совсем тихо. Чтобы Айрон ни за что её не услышал. Хотя он и не мог читать мысли… вроде бы! Но я на всякий случай старалась этого не проверять.

А тем временем роща уже была совсем близко.

Мы спешились. И, пока его конь Сахарок пощипывал рядышком травку — наставник протянул мне мою сумку. А когда я её приняла — потребовал от меня повторить ему мою легенду.

“Адептка. Сирота. Претендую на место на факультете ментальной магии, если туда совсем никак – то на боевом. Явиться окольной дорогой к главным вратам ровно к следующему полудню. Там меня как будто невзначай встретит сам Айрон, а дальше…”.

— А дальше? — спросила я.

— А дальше тебе знать не положено, Юмина, — закатил глаза наставник. — А то всю легенду развалишь. Актёрский талант — не твоя сильная сторона, поэтому просто будь… собой. Тогда всё получится как взаправду. Некомпетентная ученица, которая опоздала на поступление.

Нахмурившись, я кивнула.

Не было смысла обижаться на господина Айрона. По его пониманию вообще не существовало такого понятия как “компетентный человек”. Будь его воля, он бы запретил ставить эти два слова рядом.

— А что дальше, Юмина, когда ты попадёшь в Академию? Что ты будешь делать? — поторопил меня наставник.

— Я вотрусь в доверие к адептам и буду докладывать вам, что узнала и получать дальнейшие распоряжения.

— Верно. Хорошо, что я составил такую краткую инструкцию, ты хотя бы смогла её запомнить. Даже если и поменяла половину слов местами… — хмыкнул наставник, подходя к Сахарку.

– Но всё же… – решилась я спросить перед расставанием с наставником, — господин, почему…

– Господин Наставник, — строго прервали меня. — Либо господин Ректор. Привыкай, Юмина.

– Господин Ректор… почему из всех ваших учеников вы взяли на задание именно меня. Кто угодно мог бы изобразить… некомпетентного ученика.

Не знаю зачем я это спросила. Может, мне невольно хотелось… какого-то комплимента? Ведь я так старалась каждый день. Но, ждать добрых слов от наставника — это всё равно что ждать, когда же с неба польётся молочный дождь.
Конечно, вместо комплимента я получила резкость:

– Ты себя в зеркало видела, Юмина?

– А?...

– Ты выглядишь… неопасной, – с сарказмом выдохнул Айрон, – сложно представить, что обладатель такого личика владеет даже элементарными магическими техниками Небожителей. Наш преступник обманется как и все. Это станет преимуществом в миссии. Ты будешь моими глазами и ушами там, где от трепета передо мною, люди и ёкаи будут замолкать.

Ох, ну и самомнение у него!..

“Но всё же звучит… будто у меня будет настоящее задание!” — подумала я. Но рано радовалась.

– … Главное, чтобы тебя не рассекретили, Юмина. И не похитили как других адептов. Многого я от тебя не жду. Выше головы тебе не прыгнуть, но покажи, что способна хотя бы на это.
Я зло выдохнула сквозь стиснутые зубы. В надежде что Безупречный не услышит.
Небо, как же я устала от этих вечных придирок!

***

Я явилась в назначенное место с опозданием в четверть часа. Хотя бежала во весь опор!

Ветки хлестали по лицу, колючки запутывались в моих светлых волосах. Я подозревала, что Наставник просто не потрудился вспомнить, что обычные люди не ходят тайными тропами.

А чтобы хоть немного успеть к назначенному времени — мне пришлось срезать часть пути по заросшему лесу. Ведь если бы я следовала проложенной дороге, то и до завтра бы не добралась!

Но я заранее знала, что до моих оправданий Айрону не будет дела.

...он страшно не любил неточности.

И вот я вывалилась из кустов — взъерошенная, как воробей после драки. И застыла в изумлении. Передо мной открылся шикарный вид… белое, шестиэтажное здание академии, взятое в кольцо невысоких изящных пристроек.

В проёме открытых Ворот подобострастно согнулся плешивый господин. А перед ним стоял Айрон… Он бросил на меня тяжёлый взгляд бездонных чёрных глаз – и буквально пригвоздил к месту, как бы говоря: ты опоздала Юмина. Я сурово тебя накажу.

О, Небо…

Айрон вновь посмотрел на плешивого господина. Тот был явно из важных, скорее всего занимал в академии высокую должность. Я заметила соответствующую нашивку на богатом чёрном кимоно с синим поясом. Господин этот что-то мелодично, льстиво и даже чуть виновато нараспев объяснял моему наставнику.

И вероятно наставник слушал его речи на четверть часа дольше, чем планировал… А всё из-за моего опоздания. 

Несмотря на всю несомненную тяжесть моего прегрешения (опустим тот факт, что я бежала изо всех сил), ситуация выглядела даже забавной. Уверена, мой наставник устал выдумывать придирки, чтобы задержать этого господина. Возможно, Айрон уже перешёл с “почему трава подстрижена на полсантиметра ниже” на “почему насекомые у вас тут так непочтительно жужжат?” 

А бедный господин, у которого лоб блестел от пота, не знал как успокоить гнев Небожителя. Вон как согнулся бедняга. Что ж… не только мне придётся страдать в академии!

Я против воли слегка улыбнулась. Самыми уголками губ.

У наставника, который в этот момент вновь на меня взглянул, застыло лицо, глаза зло прищурились: ох, он меня прочитал!

И накажет и за опоздание, и за недостойные мысли! Наставник — мастер придумывать наказания… Неужели снова придётся переписывать вручную семь томов философии Порядка?

Ох…

Мысли, Айрон, конечно, не слышит… наверно… но мимику читает великолепно, а у меня огромная проблема с тем, чтобы вовремя стереть с лица лишнее! Но может, если я сейчас постараюсь отыграть правильно — он сжалится?

 – Господа! – поспешно выкрикнула я, подходя ближе и незаметно стряхивая прилипшие к кимоно листики. Льстец разогнулся и замолчал. – Господа! Добрый день. Прошу, подскажите, как мне найти приёмную комиссию! Я опоздала… но я очень…

 – Приём адептов окончен, бродяжка! Убирайся! – зло перебил меня льстивый господин.

Я же застыла с открытым ртом – уж больно резкий был переход. И в миг жалость к этому господину испарилась. Да лучше бы я ещё на час опоздала, чтобы Айрон из него всю душу выпил.

 – Но я…

 – Ты слабослышащая? – Чуть не зарычал недавний льстец. – Жалкая, перед тобой сам Великий Ректор! Падай ниц! Целуй ему край кимоно, а после отползай с извинениями и молитвами! Небожитель перед тобой, недостойная.

Ого…

Вау… 

Я покосилась на Айрона, немного обеспокоившись, что ему понравится предложение этого нервного господина.

Но Айрон только удивлённо приподнял одну бровь 

— Чего застыла?! — вопил льстец. — Немедленно вы… 

И тут наставник поднял раскрытую ладонь, жестом, останавливая поток брани. Его рот искривился в раздражении.

– Не стоит. Право, кхм, целовать моё кимоно ещё надо заслужить, — заявил он самым надменным тоном. — Согласен, что опоздать куда-либо… и на подачу документов в академию — это громадная оплошность, — слышно было, что Айрон намекает на совсем иное опоздание.

— Верно! Это недопустимо! — подтявкнул плешивый господин.

— Как кстати, что задача Академии в том числе учить дисциплине, послушанию и выполнению правил. И так как я сегодня вступаю в должность, а традиция предписывает начать с милости. Пусть и излишней. То я желаю дать этой девушке шанс... осознать свои ошибки и стать лучше. Мой первый указ зачислить её… Вы свободны Тэйвин… а вы, адептка, подойдите сюда. И подайте свой свиток с документами. Немедля.

Тэйвин – так, оказывается, звали льстивого плешивого господина, согнулся пополам и сделал несколько шагов назад, пятясь задом от Айрона. На меня же Тэйвин бросил уничтожающий взгляд.

 – Приглашу коменданта студенческого общежития принять замарашку. Чтоб не досаждала.

 – К адептам все педагоги отныне обращаются на “вы”. Кроме меня в исключительных случаях, – спокойно перебил Айрон, – никаких “замарешек” и тому подобного.

 – Конечно, конечно, Господин Ректор...

 – Не хотим диких выходок от адептов, значит, должны сами быть им примером, – тяжело посмотрел Айрон на Тэйвина, – зовите коменданта, господин Тэйвин и магистра Рея. Пусть прихватит списки факультетов. Вы найдёте меня в главном саду у беседки. Свободны.

Тэйвин испарился из поля зрения. Но ушёл ли?..

Наставник тем временем вытащил из своих ножен на поясе светлый предмет. И провёл по нему ладонью… и тот вытянулся в полноценный белый, отливающий серебром посох с изогнутым навершием — таким, будто змея изогнула шею. Камень-глаз светился, будто живой. Точнее… живым он и был. Потому что в любой миг посох мог обратиться в змею. Я видела это множество раз.

Я шагнула к наставнику, протягивая ему выданный им же перед нашим расставанием несколько часов назад свиток. Забрав его и раскрыв, Айрон пробежался по тексту взглядом.

 – Ваше имя Юмина, – приподнял он одну бровь, – пока вы начинаете плохо, адептка. Опоздали.

 – Простите, господин…

 – Господин Ректор.

 – Простите. Господин Ректор… – я почтительно поклонилась.

 – Я не люблю неточностей. Магия их не терпит. Если вы к заклятиям относитесь также, то простейшее бытовое волшебство оторвёт вам пальцы.

 – Я исправлюсь, господин Ректор... — я уставилась на полы ректорского кимоно. Такого же глубокого чёрного цвета с синим поясом, как и у Тэйвина. Но расшитого куда как богаче — явно чтобы подчеркнуть статус. Что ж... видимо, такая в Академии форма. После серо-серебристых кимоно храма Безупречных — мне не привыкать.

— Что вы там разглядываете, Юмина, — хмыкнул Айрон в типично своей манере, — подыскиваете, где запечатлеть поцелуй? 

— Простите! — щёки окатил жар смущения, я перестала двусмысленно пялиться на нижнюю часть тела Безупречного. Он едва заметно улыбался.

 – Я лично буду вас исправлять, Юмина. — погасил улыбку Айрон, но из глаз снисходительная насмешка никуда не делась, — Денно и нощно. Отныне вы у меня на курации! На особом внимании. Как верно подметил магистр Тэйвин – приём адептов на этот учебный год давно окончен. Так что любая ваша оплошность станет прекрасным поводом распрощаться. Отныне прилежание – ваше второе имя, Юмина. Следуйте за мной!

Своим обостренным восприятием (не зря же я столько занималась), я ощущала, что магистр Тэйвин так и не ушёл. Он подслушивал неподалёку. Наставник тоже об этом знал, поэтому не выходил из роли.

И было у меня предчувствие, что самолюбие магистра Тэйвина задето, что из-за меня Небожитель сделал ему аж несколько замечаний. К чему это приведёт? К тому, что вероятнее всего выживать меня из Академии этот плешивый льстец будет с азартом.

Впрочем… мне было даже любопытно на это посмотреть.

***

"Это по работе" (с) Айрон)))
Спасибо вам, дорогие наши читатели, что вы с нами в этой истории!
Как вам такие Айрон и Юми? Где получились лучше?
Если в командировку - то только в такую, да?
Мы всегда благодарны за звездочки, награды и комментарии!
Вы безмерно вдохновляете нас... Ваши Хэля Хармон и Кира Иствуд :)