Украсть невесту, или Второй шанс для мажора

Мой мир рушился. Прямо сейчас, сию минуту, пока выговаривала незнакомому шатену все, что я думала о его выкрутасах по отношению к моей сестре, мой мир трескался и опадал осколками. И виноват в этом был не мой собеседник, нет. Тот, кто стоял за его спиной. Красивый парень с темно-русыми волосами и серыми глазами, в которых, казалось, отражается небо во время дождя. А по сути, в них был лед. Такой же холодный и предательский, как он сам. Мой мир рушился из-за того парня, который во второй раз тихо произносил:

– Алиса!

И вновь мою душу словно разрывало от удара тока. Хотелось вскрикнуть, зажать уши, ударить, уйти. Но я не могла. Не сейчас. Поэтому и не отрывала взгляда от своего собеседника, даже не посмотрев в его сторону. Я должна сдержаться. Ради сестры.

Я говорила и говорила, будто не чувствуя этого пронзительного взгляда. И только закончив моральную порку мажора, в которого умудрилась влюбиться моя Элька, я развернулась и ушла. Так и не посмотрев в сторону Елисея Керна. Того самого, который стал моей первой любовью, а потом безжалостно разбил меня на осколки.

Подняться по лестнице на этаж выше – самое простое из того, что я сегодня сделала. Сорваться из Санкт-Петербурга сюда ночным самолетом, ворваться в квартиру Элькиного почти бывшего парня, встретить там Елисея… Так, не думать о последнем. Только не думать.

Но Елисей Керн всегда был моей белой обезьяной. И я продолжала о нем думать, пока в задумчивости варила себе кофе на кухне. Почему-то я не понимала, насколько я соскучилась по дому, пока не оказалась здесь. Меня не было четыре гола, и я планировала не возвращаться как можно дольше. Но сорвалась.

Ехала в такси по утреннему городу и не могла отделаться от ощущения, что я уезжала на неделю, не больше – такое все было родное. И этот город, и эта квартира, и Елис… Господи, Алиса, заткни уже свою так некстати проснувшуюся чувствительность.

Впрочем, звонок в дверь меня быстро привел в реальность. Испугавшись, что он разбудит спящую Элину, я поспешила к двери. И замерла, увидев на пороге знакомое лицо.

– Поговорим? – привалившись плечом к косяку, предложил Елисей Керн. Очень хотелось захлопнуть дверь, сломав ему заодно нос, но я себя остановила. Я взрослая, самостоятельная девушка. Я уже не та дурочка, к которой он когда-то лазил в окно на даче. Не та, кто бросала все и летела, стоило лишь ему позвать. Жаль только, что нельзя закрыть глаза и, открыв их, увидеть пустое место.

– О чем нам с тобой разговаривать? – ровным тоном произнесла вслух. Я себе напоминала замороженную воблу – ни эмоций, ни чувств, только мороз распространяю вокруг.

– Как минимум, о твоей сестре, – ровно ответил он, кажется, ничуть не удивившись моим словам.

– Ты же хочешь для нее добра?

– А «добро» – это твой друг? – съехидничала я, впрочем, понимая, что разговаривать с ним все-таки придется. Обсуждать нас я бы точно не стала. А вот сестра – это святое. Но в квартиру пускать его не было никакого желания. Для меня это слишком. Очень много воспоминаний.

– Жди на детской площадке, – распорядилась я. – Сейчас спущусь.

На меня посмотрели насмешливо, будто прекрасно понимали ход моих мыслей. Я выгляжу глупо? Плевать. Долго я здесь все равно не пробуду, общаться с Елисом не планирую, так что… И кого я обманываю? Я же до жути боялась с ним встретиться.

– Ну что? – спросила я, присаживаясь на качели. – Что ты хотел мне сказать?

– Дай ему шанс все объяснить, Лиса, – спокойно попросил Елисей.

По коже словно мороз пробежал. Он часто меня так называл. Лиса. Лисенок. Утверждал, что я слишком хитрая, чтобы быть просто Алисой. Кажется, на тот момент нам было лет по семь-восемь. Сколько же воды утекло!

– Думаешь, я встану грудью и не пущу его? – ухмыльнулась я и тут же поймала непроизвольный взгляд, брошенный на упомянутую часть тела.

– Керн, мои глаза находятся выше! – щелкнула я пальцами перед его лицом.

– А вот не надо меня искушать всякими нехорошими мыслями, – подмигнул мне Елисей. Я вздохнула:

– Если мы продолжим об этом разговаривать, я тогда пошла. Мы явно зря теряем время.

Не хочу вестись на его подначки. Не хочу и все. Хотя он каким-то образом прорваться мне буквально под кожу.

– Стой, – Елис схватил меня руку и замер. Нас обоих словно током ударило. Водопадом обрушился каскад воспоминаний из прошлого. И – хуже всего – он тоже не забыл, я по глазам видела. – Дай ему возможность поговорить с Элькой. Просто дай возможность.

Глупо, но почему-то возникло ощущение, что он не только о друге говорит. Разыгралось воображение, ничего не скажешь. Надо быстрее отсюда бежать, пока еще могу. Опять бежать, лишь бы снова не попасть в плен этого паука.

– Хорошо, – кивнула я. – Одна попытка, не больше. Думаю, это все. Я пошла.

– Алиса! – он снова меня окликнул. А я обернулась, в последний раз окидывая его взглядом. Словно запечатляла его образ в памяти, чтобы потом, раз за разом восстанавливать. Долго, со вкусом и мазохизмом.

– Может, сходим куда-нибудь вечером? Нам есть, что вспомнить.

Чего?! Эти слова окончательно разрушили маску его спокойствия. Елис, ты совсем обалдел, что ли? После всего, что с нами было, ты еще смеешь звать меня на свидание? А больше тебе ничего не надо?

– Елисей, не хочу тебя разочаровывать, но нам есть, что забыть, – с ледяной улыбкой сообщила я. – Тем более, сейчас. Учитывая некоторые обстоятельства, не думаю, что нам вообще стоит общаться.

– И что же это за обстоятельства? – он шагнул ко мне, останавливаясь на непозволительно близком расстоянии. Хотелось протянуть ладонь и коснуться его щеки. До боли. До слез. До разрыва сердца. – Я не думаю, что…

– Я тоже не думаю, что мой жених оценит посиделки с бывшим парнем, – перебила его я и добила, ставя окончательную точку. – Я выхожу замуж, Елис.

Сказала, как отрезала. Между нами и так давным-давно была пропасть, а после моих слов она, кажется, увеличилась до бесконечных размеров, да еще и оказалась огорожена стеной из бронированного стекла. Не прорваться. Елисей изменился в лице, прищурился и поинтересовался:

– И когда ты только успела?

– Господи, Елис, – пренебрежительно фыркнула я, чувствуя удовлетворение от бешеных искорок в его глазах. – Долго ли умеючи? Тебе ли не знать?

– Я вообще-то невестой и выводком детей не обзавелся, – оскорбился Елисей. И это его праведное негодование вызвало ответную злость.

– Ты еще скажи, что верность мне хранил, – не удержалась я от ехидного замечания. – Думаю, не стоит, господин Керн. Совсем не стоит. Милого вечера воспоминаний у нас все равно не выйдет, так зачем утруждаться?

Насмешливый тон дался мне весьма нелегко. Случилось то, чего я так боялась. Все, что я старательно выстраивала последние годы, разрушилось от одной лишь встречи с Елисеем Керном. И, если он забудет обо всем  уже на следующий день, то мне самой придется выстраивать все с нуля. Но жалела ли я, что вернулась? Нет. Сейчас и здесь я нужна сестре. А все остальное – это так, лирика. Выживу, не впервой.

– Действительно? – он шагнул еще ближе, так, что я чувствовала его дыхание на своей щеке. Хотелось зажмуриться, чтобы не видеть знакомые до боли черты лица, серые глаза, не искушаться поправить челку, то и дело падающую ему на лоб. – Лиска, вот скажи мне. Почему я тебе не верю?

И вот сейчас я дрогнула. До этого момента мне казалось, что я достаточно убедительна. Что я не показывала, как меня беспокоит его присутствие. Наивная? Может быть, но у каждого из нас своя защитная реакция. Но одно я знаю точно. Все, что осталось между нами – жалкие осколки прошлого. И топтаться по ним больно, жестко и обидно. И залечивать эти раны потом придется очень и очень долго. Оно того действительно не стоит.

– Потому что между нами в принципе нет доверия? – резонно возразила вслух. – И ты прекрасно знаешь, почему, Елисей.

– Ты даже не дала тогда объясниться! – возразил он, сверкая глазами. Еще немного, и молниями начнет швыряться. Зевс-Громовержец, чтоб его.

– Керн, а какие тут объяснения могут быть? – хмыкнула я. – А уж сейчас… Четыре года прошло, у каждого из нас своя жизнь. Или не ты всех университетских девочек опри…покорил? – припомнив рассказ сестры, заметила я.

– Ты вообще типа как замуж собралась! – парировал он. Я вздохнула. Что мы делаем? Зачем спорим? И, главное, о чем? Два идиота, которые не могут ни договориться, ни остановиться. Но эта здравая мысль также пропала, как появилось. Меня уже понесло.

– Я не типа, я собралась, – в подтверждение своих слов я ткнула ему под нос руку с кольцом. – Как видишь, мы оба друг без друга выжили. Так что предлагаю заткнуть свои претензии в одно место¸ разойтись в разные стороны и никогда – слышишь, никогда! – больше не пересекаться.

– Не дождешься! – неожиданно заявил Елисей и, схватив меня в охапку, притянул к себе и поцеловал. Я даже пикнуть не успела, как оказалась вовлечена в водоворот чувств. В нем сплелось все. Все, что я так старалась забыть, уничтожить, растоптать. Вся полузабытая нежность к этому человеку. Все, что я так долго копила.

А Елис целовал меня яростно, нежно. Даже не целовал – клеймил меня своими губами. И когда мальчишка, которого я знала с детства, успел так вырасти? Когда успел набраться такого опыта? Мысль об опыте и привела меня в чувства. Я оттолкнула бывшего одноклассника от себя, попутно с грацией слоненка протоптавшись по его ноге. Для усиления эффекта оставалось только вытереть губы, но тут уже рука не поднималась.

– Замуж, значит? – повторил Елис. – Не очень-то ты своего жениха любишь, раз так отвечаешь на мой поцелуй.

От неминуемой расправы его спас старческий голос, раздавшийся за нашей спиной:

– Бесстыдники! И это среди белого дня! Тут же дети!

– Где?! – на удивление единодушно воскликнули мы с Елисеем, оглядывая совершенно пустую детскую площадку. Дети разве что в песке закопались, поэтому и не отсвечивают.

– Могли бы быть! – ничуть не смутилась бабулька и присмотрелась ко мне. – Алиска, ты, что ли? Что-то давненько я тебя не видела.

Лучше бы еще столько не встречала. Я-то ее точно. Потому что, присмотревшись, я узнала теть Дусю – сплетницу с первого этажа, которую я терпеть не могла еще во время своей учебы в школе. Она считала своим священным долгом шпионить за нами и все докладывать родителям.

– Так я только сегодня приехала, – вежливо сообщила я.

– И сразу в объятия парня кинулась? – прищурилась она. – Вот приедет твоя мать, сразу ей все расскажу. Распустилась, девка.

У меня просто слов не нашлось. Цензурных. Это была какая-то жесть. Считай, я провела дома всего несколько часов, а уже наткнулась на нотацию местной страшилки. И все Елисей виноват! Вот что он ко мне лапы тянул?

– И ладно бы еще красавчик был, – покосилась она на Керна, а тот аж в лице переменился. То есть как это, его внешность не оценили? – А это – тьфу! Как бегала к нему в школе, так и сейчас бегаешь. Совсем не поумнела девка!

– Послушайте, уважаемая! – попытался было вступить в спор Елис, но его перебили:

– Ты мне рот не затыкай! Нос еще не дорос, – и мы получили новую порцию нотаций о распущенных нравах молодежи. Наконец соседка выдохлась и удалилась, попутно высосав из нас все силы на спор. Мы облегченно выдохлись и переглянулись, осознав, что на одной волне.

– Ладно, Керн, топай уже, – устало потребовала я. – Не выгоню я твоего приятеля с порога. А все остальное… Забудь, забей, плюнь и разотри!

– А ты сама сможешь? – вздернул правую бровь он¸ на что я ответила:

– Легко!

Слишком быстро. Слишком поспешно. Еще бы я сама в этом была так уверена!

Сегодня я чувствую себя доброй феей. И даже топор куда-то спрятала. Так что, пока нерадивый принц и моя обожаемая Золушка выясняли отношения, я выволокла злую ведьму на улицу и с облегчением вздохнула. Кажется, дела пошли на лад. Во всяком случае, я с чистой совестью решила не возвращаться в квартиру. Сейчас я там явно лишняя, и искренне надеюсь, что Элька меня за это простит.

Краем глаза я заметила сидящую на посту тетю Дусю и поморщилась. Представляю, что она расскажет матери, когда они вернутся из экспедиции. Мои родители – археологи. Как итог, они проводили с нами куда меньше времени, чем нам хотелось. Часто нас оставляли с бабушкой, потом, когда я подросла, вдвоем. А теперь Элька большую часть времени живет в гордом одиночестве в нашей квартире, а я же снимаю жилье в Питере и, кажется, целую вечность не была в родном городе. Так почему бы не прогуляться?

Такое странное ощущение. Город вроде совсем другой, но все мне казалось родным и знакомым. Вот в этом сквере на качелях мы с девчонками обычно сидели после пар. В этом дворе мы тусовались, когда всем классом сбежали с физкультуры в девятом классе. А здесь… Я замедлила шаг, чувствуя, как память снова предает меня.

Здесь, возле торца одного из домов, в кустах находилась лавочка. Проходимость в этом месте была довольно маленькая и ничего удивительного, что она так полюбилась нам с Елисом. Нет, сколько я себя помню, у Керна всегда водились карманные деньги и немаленькие, учитывая, что отец у него довольно состоятельный. Так что в бытность наших с ним отношений были и кино, и кафе. Но именно здесь мы всегда чувствовали  себя одни в целом мире.

Стоит ли говорить, что ноги сами меня туда понесли? Так глупо, но хотелось хотя бы ненадолго окунуться в ту атмосферу, где я была безоглядно счастливой и еще верила людям.

Вот только на облюбованном мной месте уже кто-то пристроился. Я хотела развернуться и уйти, но не успела. Насмешливый голос остановил.

– И что, Лисенок, струсишь и сбежишь?

Ну кто бы сомневался! Интересно, сколько раз надо встретить за день Елисея Керна, чтобы это перешло в разряд плохих примет? Или одного достаточно? С кем бы посоветоваться по такому важному вопросу?

– Не ожидала тебя здесь увидеть, – спокойно проговорила я, нарушая все-таки его уединение. Плотная зеленая крона деревьев скрывала нас и от солнца, и от других людей, а легкий ветерок приносил к нам одуряющий запах цветов.

– А я вот тебя как раз ожидал, – улыбнулся он. У него была хорошая улыбка – искренняя, настоящая, заставляющая расплываться в ответ в такой же. С ним даже ругаться из-за этого было невозможно. Возмущалась, высказывала недовольство, а он вдруг улыбался, и весь запал исчезал. Магия? Да просто невозможно было злиться на этого обаяшку. Так мне казалось тогда. А сейчас полечу на крыльях с обрыва, чем с этим соглашусь.

– Неужели? – хмыкнула я, плюхаясь на противоположный край скамейки. Помнится, в одном старом фильме была сцена, где супруги спят на разных концах кровати, а между ними целое футбольное поле. Так вот, мне сейчас этого поля явно не хватало. Эта скамейка слишком малая для нас двоих. Как и весь этот город. Иначе, почему мы с ним постоянно сталкиваемся?

– Я же тебя знаю, Лиса, – продолжал улыбаться Елисей, а мне захотелось спросить, какое успокоительное он успел принять после нашей утренней стычки? Мне тоже надо, а то непорядок получается. Он тут доволен жизнью, а я сама себе напоминаю дракона, который не знает, в какую сторону полыхнуть огнем. – Ты бы не стала сейчас мешать Элли и Арсу.

А я вот, как оказалось, не знаю тебя совсем, Елис. Несправедливо как-то получается, правда? Ты благодаря своим знаниям играешь мне на нервах, а я понятия не имею, как от этого защититься. Слабая. Беззащитная. Но упрямая, поэтому я так просто не сдамся.

– Элина – взрослая девочка, сама во всем разберется, – уверенно ответила я и посмотрела на своего собеседника. Прямо в глаза, наивно веря, что хотя бы это заставит его отступить. – Итак, ты здесь. И, если верить твоим словам, ты ждешь меня. И остается только один вопрос. Зачем?

***

Елисей Керн

«Зачем?»

Елисей не мог отделаться от ощущения, что Алиса над ним издевается. Ну как можно не понимать причин! Хотя… Иногда ему казалось, что Алиса Озерова – настоящая ведьма. По характеру, по повадкам, по всем приметам! У нее в детстве даже кот был – большой и черный. Без единого белого пятнышка. И ему не раз и не два приходилось лазить по деревьям, чтобы достать это пушистое недоразумение с адовым характером. А как же иначе, когда на тебя смотрят так, словно сейчас просверлят насквозь? И он, идиот, под этим взглядом зеленых глаз готов быть сделать абсолютно все, без оговорок. Определенно, имя ему мазозист.

И что-то ему подсказывало, вряд ли Алиска изменилась за последние четыре года. Во всяком случае, если судить по редким и обрывочным разговорам ее младшей сестры. Елис понимал, что Элина прекрасно замечала его «случайные» вопросы и свои не менее «рассеянные» ответы. Собственно, это стало еще одной причиной, почему новость о ее женихе свалилась на него как снег на голову.

Этого не может быть. Это же его упертая Алиска, которая не стала его слушать и заблокировала во всех сетях. Которая не возвращалась сюда несколько лет. Она просто не могла найти себе какого-то придурка! Иначе бы она сюда давным-давно приехала. Иначе бы она не боялась с ним встретиться.

Елисей понимал, что его доводы выглядят глупо. Да и вообще, у него явно двойные стандарты, учитывая, что он сам эти годы жил далеко не монахом. Но его Алиска сейчас и здесь рядом – только руку протяни. Значит, она не может быть чьей-то еще!

– Керн, ты пришел сюда, чтобы помолчать со мной на лавочке? – ехидно полюбопытствовала тем временем Лиска. – Не то чтобы я имела что-то против, но, думаю, этим мы можем успешно заняться и друг без друга. Так что давай ты уже расскажешь нормально, зачем ты меня здесь ждал, и мы пойдем каждый по своим делам.

Не девушка, а порождение ехидны!

– А в вариант «соскучился» ты не веришь? – хмыкнул Елисей. – Как-никак, четыре года тебя не видел. Может, меня ностальгия накрыла, на душе тоскливо стало, сердце…

– У тебя нет сердца, – резко перебила его разглагольствования Алиса, заправляя пальцами длинную прядь слегка вьющихся волос за ухо. Вроде обычный жест, вот только Елис залип. Впрочем, он всегда на ней залипал, даже когда она с ним ругалась. И этот талант, наверное, останется у нее навечно. – И разговаривать нам, собственно, особо не о чем. Я вняла твоей просьбе, дала Арсу возможность поговорить с Элей.

– Спасибо, – неловко поблагодарил Елисей, не зная, о чем с ней можно вообще сейчас разговаривать. Кажется, в ответ на любую тему она будет выпускать колючки. Кактус по имени Лиса. И, самое паршивое, он понимал причину такого поведения, но переломить его пока не получалось. Слишком неожиданно она вернулась в его жизнь. Он к такому оказался не готов. Впрочем, отпустить ее к какому-то мудаку он тоже не готов.

– И за кого ты собралась замуж? – спросил он вслух. Мысленно он уже придушил человека, которого еще никогда в жизни не видел. Вот она, сила воображения. Жаль, на расстоянии не передается. Иначе соперника бы уже не осталось. Впрочем, как и его самого, если бы Алиска обладала таким даром.

– За самого прекрасного человека в своей жизни, – резко проговорила девушка и потом улыбнулась, словно вспомнив, что нужно просиять. Может, и нет никакого жениха? А то ответ какой-то странный. Или этим она хочет его уколоть, что он оказался недостаточно прекрасным? Один фиг, этот тип его бесит, если он, конечно, существует.

– И как же его зовут? – продолжил расспросы Елис, не меняя тона. Он знал, что, если задавать вопросы на одной интонации, человек может выдать что-то, что совсем не собирался говорить. Так, чисто машинально.

– Олег, – Алиска ответила спокойно, не задумываясь. И только потом встрепенулась. – Тебе это зачем, Керн? Хочешь увести у меня жениха?

Ага, то есть он все-таки существует. Иначе бы она хотя бы немного замешкалась. Это открытие не подняло Елисею настроения.

– Да зачем, он сам от тебя сбежит, как только ты свой настоящий характер покажешь, ведьмочка, – не удержался и щелкнул девушку по носу он. Алиска сверкнула своими русалочьими глазами так, что он невольно подумал о завещании, которое не оставил. А что? Место уединенное, а разъяренная девушка – это грозное оружие само по себе, без подручных средств. А еще у них есть когти, то есть ногти, и каблуки. И выйдет он отсюда весь расцарапанный и побитый.

– Не все такие трусы, как ты, Керн, – холодно посмотрела на него Алиса. – Все? Утолил свое любопытство? Тогда удачи, – и она поднялась со скамьи. Дожидаться ответа не стала. Да Елис и не знал, что ей сказать. Разве что пустить еще одну шпильку, вот только вряд ли это пойдет ему на пользу.

А про этого ее Олежика стоит выяснить. И вообще подумать на предмет того, как вывести его из жизни Лиски. Никто не знает, где можно приобрести жениховыводитель со скидкой?
__________
История Элины и Арса называется и находится .

А можно мне, пожалуйста, еще чуть-чуть родного города, но уже без Елиса? Как-то слишком много его за один день. Я за четыре года уже отвыкла. Впрочем, даже когда я ушла с нашего места, мысли о наглеце не оставляли меня в покое. Вот зачем он так яро интересовался? Какое ему теперь дело, как я живу? И уж тем более, за кого я там замуж собралась? Уязвленное самолюбие покоя не дает? Так пора бы уже забыть и забить, плюнуть и растереть. Тогда ведь смог. И дать мне спокойно жить. А то пока ощущение, что меня решили довести до нервного тика. Ну так, чтобы не расслаблялась.

От невеселых мыслей о бывшем парне меня отвлек звонок телефона. Я увидела имя абонента и простонала – ну конечно, как я могла забыть!

– Да? – немного виновато ответила я, нажав на прием вызова.

– Прелесть моя, а ты где? – весело откликнулся собеседник. – Я тут стою возле твоего дома, целуюсь с твоей дверью.

– Надеюсь, она тебе не отвечает? – не удержалась и хихикнула я. Каким-то невероятным образом этому человеку всегда удавалось поднять мне настроение.

– Слава богу, до такой стадии я еще пока не дошел, – фыркнул он. – Она все-таки не Галатея, чтобы безоглядно ее любить. Так, где ты? Я все-таки предпочитаю твое общество, чем дверное. Мы же договаривались!

В его голосе слышался мягкий укор и одновременно тревога. Прекрасно знал, что я всегда помню о договоренностях и просто так их не нарушаю. Вот только как ему объяснить, что произошло и где я?

– Олежек, прости меня, пожалуйста, – покаянно начала я. – Так получилось, я совсем замоталась и не успела тебя предупредить.

– Где ты?

– В своем городе, – честно ответила я, все еще подбирая слова.

– Что-то случилось? Еще вчера мы собирались на выставку, а сегодня ты совсем в другом месте. Мне это не нравится, Алиса, – как всегда, предельно честно ответил он. Я виновато поджала губы. Я понимала, что он волнуется. Кто, как не он, знает, как меня иногда начинает штормить. И Олег за все время нашего знакомства не раз и не два спрашивал, почему я никогда не езжу в родной город на каникулы и нахожу миллион предлогов, чтобы остаться.

Мне иногда кажется, что он понимал куда больше, чем я говорила. Впрочем, ничего удивительного. Мы знакомы были чуть больше трех лет, и Олежка всегда был очень внимательным к окружающим в целом и ко мне в частности. Мы, как говорится, на одной волне.

– Да у сестры тут любовная драма, – честно призналась я. – Вот я и сорвалась неожиданно для самой себя. Ночью купила билеты на самолет и улетела.

– Могла бы мне позвонить, – укорил меня Олег. – Я бы тебя отвез в аэропорт.

– Не хотела волновать, прости, – извинилась я. На самом деле, я даже не вспомнила о нем. И о том, что мы договаривались. Как-то все закрутилось, завертелось, я даже свое решение толком обдумать не успевала. Просто делала. И каким-то шестым чувством ощущала, что поступаю правильно. Никаких тревог, никаких сомнений. Но на плохую примету Елисея Керна я не рассчитывала, хотя вполне могла предположить такой вариант. Знала же, что он дружит с Арсением, Элька говорила.

– Зря, – я представила, как Олег покачал головой и слегка нахмурил лоб. Он всегда так делал, когда что-то не одобрял. А сейчас ему пришлась не по душе моя самостоятельность. – Как там сестра? Я знаю, вы с ней близки.

– Драма оказалась не такой уж и трагичной, кажется, – улыбнулась я, вспомнив слегка потеплевшие глаза сестры. Не знаю, почему, но ее ухажер все-таки вызывал во мне симпатию. Возможно, все дело в том, какими глазами он смотрел на Элину. Хотя вчера я, конечно, сильно перепугалась. В таком состоянии я видела сестру впервые.

– Это хорошо, – с облегчением выдохнул Олег. – И что? Когда ты теперь обратно?

Хороший вопрос, даже очень. Я вздохнула. Если бы я только знала. Вчера я брала билет в один конец. Конечно, я вернусь обратно. Мне еще диплом нужно защищать. Но когда? Не знаю, так сложно принять это решение. Я только-только приехала, только начала чувствовать свой город, ощущать себя дома. И ехать обратно? Пока что я не готова.

– Не знаю, честно, – задумчиво ответила вслух. – Я соскучилась по Эльке.

И не только по ней. Но озвучить это вслух я просто не готова.

– Тогда отдыхай, прелесть моя, – тепло проговорил Олег. – Ты сейчас все равно в отпуске, на работе тебя никто не хватится. Можешь себе позволить. Главное, про диплом не забывай.

– Забудешь тут, – хмыкнула я, в задумчивости коснувшись листьев какого-то дерева. Кажется, в этом году я так заработалась и заучилась, что пропустила наступление лета. Надо же! Наверное, и правда стоит отдохнуть.

– Ну вот и отлично! – весело проговорил Олег. – И не грусти там. Помни – я всегда по тебе скучаю.

– И я по тебе тоже, – эхом откликнулась я и нажала на отбой. Да, Олег, я очень по тебе скучаю. Жаль только, что коварный Елис вытесняет все мои мысли. Но это же лечится, правда?

Вопрос, конечно, актуальный. Но я решила, раз уж я вернулась в родной город, самое время встретиться и со старыми друзьями. Что-то мне подсказывало, что конкретно сегодня Эльке было, мягко говоря, не до меня. Пусть уж лучше со своим мажором спокойно во всем разберутся, а я пока тоже времени терять не буду. И я, секунду помедлив, набрала номер, по которому не звонила уже несколько лет.

– Алиска, ты? Ушам своим не верю! – восторженно ахнула моя школьная подруга Дана. Нет, мы с ней, конечно, общались за прошедшие годы. Исключительно в личных сообщениях в социальных сетях, иногда перезванивались в мессенджерах, даже встречались пару раз, когда она была в Питере. Но просто так уже не звонили давным-давно. Да и отдалились все же. Богдана (а таково было полное имя одноклассницы) умудрилась выскочить замуж еще в восемнадцать за парня, который учился двумя классами нас старше.

– Ну почему же? – рассмеялась я. – Верь. Можешь, кстати, не только ушам, но и глазам не поверить.

Более тонкий намек придумать сложно, да и Дана никогда не была дурой, и мигом сообразила, к чему я веду.

– Ты в городе? С ума сойти! – поразилась она. – Так, подожди, я сейчас со своим договорюсь. Ник! – это она уже вглубь квартиры крикнула. – Ник, солнце, отпусти меня на сегодняшний вечер? Ну пожалуйста, котик, у меня тут подруга приехала. Да ты ее помнишь, Алиска. Будь заинькой!

Не удержавшись, я фыркнула. «Заинька» был ростом под два метра, имел бритый затылок и крайне тяжелый взгляд. Но в умелых ручках Данки он превращался в котика, способного на все ради своей женушки. Помнится, его одно время даже подкаблучником дразнили. Эх, не понимали они его счастья.

– Это та языкастая зараза? – услышала я вопрос заиньки и, не сдержавшись, фыркнула. Я вот даже не сомневалась, что он меня запомнил! Просто в тот чудесный день, когда нас угораздило встретиться, мы сцепились с ним в споре на три часа. И, что самое удивительное, потом поняли, что спорили об одном и том же, просто с разных сторон. В общем, я его запомнила. И он меня тоже.

– Ник! – укоризненно проговорила подруга, зажимая трубку ладонью – звук стал гораздо тише. Это она зря, все равно я все слышу. И обижаться точно не собиралась.

– Что Ник? Иди, собирайся. С ней тебя можно отпускать совершенно спокойно, – фыркнул Никита. – Даже если вы влезете в неприятности, твоя драгоценная подружка всех до смерти заболтает.

Я фыркнула – не скрою, такое мнение о себе было довольно приятно слышать. Данка радостно взвизгнула – я поморщилась – и, судя по звукам, бросилась целовать муженька. А потом деловито вернулась ко мне:

– Ну все, я вся твоя на этот вечер! Встречаемся в нашем кафе в восемь?

Вот так вот, очень спонтанно у меня нарисовались планы на вечер. Но до этого времени еще предстояло вернуться домой и посмотреть, как там поживала сестра. Эльку я нашла с блаженной улыбкой прямо посреди гостиной.

– О, пациент скорее мертв, чем жив, – выразительно щелкнула я пальцами перед глазами сестры. – А что ты одна-то? Где твой Ромео?

– К себе спустился, чтобы тебя не смущать, – сообщила Элина. – Ты же неизвестно, на какое время приехала. Он решил, что нам надо побыть вдвоем, поболтать.

– Ути, какая прелесть, – умилилась я. – Сейчас Ленский получил в моих глазах плюс пять очков. Только его жертва напрасна. Сегодня вечером он может тебя ангажировать, мы с Данкой встречаемся.

– А как же я? – надулась сестра, видимо, уже рассчитывающая провести вечер со мной.

– Либо ты идешь с нами, либо идешь на свидание, – подмигнула я. – Я бы на твоем  месте выбрала свидание. А с тобой мы поболтать успеем, я минимум пять дней тут пробуду.

– Ура! – Элька буквально задушила меня в объятиях. – Хорошо, тогда я сегодня побуду с Арсом. А вы куда пойдете?

– Да в нашем кафе собрались поболтать. Помнишь, мы всегда там устраивали с ней девичники?

– Еще бы не помнить! – рассмеялась сестра. – Я с вами сидела и чувствовала себя такой взрослой.

– А теперь ты и есть взрослая, – щелкнула ее по носу я. – Вон, даже жених уже имеется.

– Ой, да ну тебя, – поморщилась Элька. Потом замолчала и неожиданно серьезно спросила: – А ты Елиса уже видела?

Я на секунду замерла. Ну конечно. Кто бы сомневался, что она задаст этот вопрос. Это же Элька, так наивно верящая, что стоит нам один раз встретиться, и все – мы снова будем вместе. Вот только не все так просто, как ей кажется.

– Видела, – честно ответила я. – В объятия ему не бросилась, жениться прям завтра тоже не собираемся.

– Да ну тебя! – надулась сестренка. – Я, между прочим, тебя люблю.

– Я тебя тоже! Поможешь собраться?

Спустя полчаса я уже довольно оглядывала себя в зеркало. И пусть даже с собой я взяла только необходимый минимум вещей, но размер с сестрой у нас был один. А поскольку я не раз прикладывала руку к гардеробу сестры, там имелись вполне симпатичные вещи. Так я и оказалась в легком шифоновом зеленом сарафанчике, который подчеркивал мои глаза. Немного косметики – и вуаля – я уже красотка. Теперь осталось собрать Эльку. Стоит ли говорить о том, что Арсений Ленский тоже весьма обрадовался тому, что его девушка сегодня оказалась свободна?

– Ну-с, – протянула я еще через некоторое время, любуясь результатом своих трудов. – Думаю, твой Ленский с ума сойдет, когда тебя увидит.

– Мне он в здравом уме нужен! – возразила сестренка, а я закатила глаза: какая же она у меня все-таки наивная. По моему скромному мнению, мужчина, который находится рядом, всегда должен быть слегка «куку». От девушки, конечно. В этом, наверное, и есть залог удачных отношений.

– Солнце, тогда расставайся с ним, – хмыкнула я. – Потому что он от тебя уже того. И выздоровления пока не предвидится.

Элька залилась краской, как мак, а я рассмеялась. Нет, приехать, определенно, стоило, хотя бы ради такого зрелища. На моей памяти сестра впервые так сильно влюбилась. И, глядя на реакцию Арса на нее, я искренне хотела верить, что он не обломает ей крылья. Иначе я обломаю ему кое-что другое.

– Да ну тебя, – смущенно пробурчала она. – Ключи не забудь взять!

– Так точно, мой капитан, – шутливо бросила я, застегивая босоножки. Ключи, сумочка, и все – я уже выбежала из квартиры, искренне надеясь расслабиться и напрочь позабыть о нескольких встречах с Елисом. Рано или поздно это все равно должно было случиться, бесконечно бегать от прошлого все равно невозможно. И теперь я это понимала. Вот только это не означало, что я готова принять.

– Лиска! – довольная Дана буквально задушила меня в объятиях. – Как я по тебе соскучилась, зараза! У тебя совсем совести нет!

– Данка, как тебя Ник в общество в одиночестве выпускает! – обнимая подругу в ответ, пробормотала я. – Тебя ж украдут.

– Ой, да ладно, потом вернут с доплатой, – фыркнула та, поправляя длинные светлые волосы. – Он уже понял, какой джек-пот сорвал. Можно не ревновать, все равно никто другой долго не выдержит.

Она напоминала ураган – маленький, шумный, катастрофический. Но при этом очень хорошенький! Где бы Богдана ни появлялась, она сразу привлекала внимание. Стоит ли говорить, что и сейчас я поймала сразу несколько взглядов, обращенных на нас?

А Данке хоть бы что! Она словно не замечала этого. И я решила последовать ее примеру. Вот так вот, мило болтая, мы сделали заказ. Стоило официанту уйти, как подруга переключила все внимание на меня:

– Ну что? Рассказывай. Ты же не планировала пока возвращаться, что-то случилось?

Она-то точно знала, мы как раз недавно касались этой темы в переписке. И вот теперь все перевернулось с ног на голову.

– Из-за Эли. У нее личные обстоятельства, вот я и сорвалась, – кратко пояснила я. Вдаваться в подробности личной жизни сестры я не собиралась, а Данка достаточно умна, чтобы сделать выводы. И достаточно вредна, чтобы с места в карьер спросить:

– Ты с Елисом уже виделась?

Я простонала и закрыла лицо руками:

– Слушай, вы с моей сестрой по одному сценарию шпарите, что ли? Она тоже первым делом задала этот вопрос. Она почему-то считает, что одна встреча – и все, мы навеки вместе. Но ты-то…

– Я все помню, – перебила меня Данка. – Просто интересно, как вы с ним встретились. Вы же встречались, да? Я по глазам вижу. Он, конечно, зря времени не терял. У меня соседка с ним в одном универе учится, умудрилась завести с ним интрижку.

– Что ж ты ее не предупредила? – фыркнула я. Слышать про баб Керна было неприятно. И пусть нас давным-давно ничего не связывает, пусть я сама не жила монашкой, но где-то внутри еще что-то теплилось. Огонь на пепелище, не иначе.

– А то она меня послушает, – передернула плечами Данка. – У Керна же талант сносить девкам головы. Себя хотя бы вспомни.

В том-то и проблема, что я помнила. Слишком хорошо. Гораздо лучше, чем следовало. Даже маленьким он умудрялся крутить девушками от пяти до пятидесяти лет. Что уж говорить сейчас?

– Что ж вы тогда так жаждете, чтобы мы с ним встретились? – упрекнула я. – Ничего хорошего же он этой встречи ждать не приходится.

– От  вас искрило всегда, – честно ответила Данка. – И вам обоим надо разобраться в том, что произошло тогда.

– Да что тут разбираться? – возмутилась я, машинально впиваясь в вилку. – И так все предельно понятно. И понятно было тогда. И…

– Девушки, вы не скучаете? Как вы смотрите на то, чтобы составили вам компанию?

В наш важный разговор беззастенчиво влезли два типа весьма развязной наружности. И что-то подсказывало – простым «нет» они не удовлетворятся.

Кажется, Дана тоже уловила эту мою мысль. Но, видимо, она слишком привыкла к опеке Ника. Когда рядом с ней находился ее громила-муж, никто и никогда не желал с ним связываться. Поэтому подруга окинула «ухажеров» скучающим взглядом и сообщила:

– Простите, мальчики, не вдохновляет. Нам муж запрещает общаться с посторонними мужчинами.

– Он у вас че, один на двоих? – громко заржал один из типов, привлекая к себе внимание. Но посмотрели и только – тут же вернулись к своим делам. Не пожелали связываться.

– Даже если и один, вам-то что? – хмыкнула я, понимая, что в стороне отсидеться не удастся.

Не то чтобы я нарывалась на скандал, но и тихоней никогда не была. А тут… Опомниться не успеешь, как уже не сможешь отвязаться от этих типов. Интересно, в нашем городе всегда были такие «воспитанные» парни или это уникумы?

– Да ничего, но, думаю, он не жадный – поделится, – заржал второй, плюхаясь рядом со мной на стул. Он думает! Какая прелесть! Серьезно, что ли?

– А ты умеешь? – ласково спросила я, хлопнув ресницами. Чувак ненадолго завис, потом переспросил:

– Че?

– Думать, спрашиваю, умеешь? – на пальцах разъяснила ему я, краем глаза наблюдая, как Данка вместе со стулом отъезжает в сторону от второго. Ситуация совершенно идиотская. Мы вроде бы находимся в публичном месте, но помогать нам совершенно никто не спешит. Или думают, что нам это доставляет удовольствие? И куда официанты смотрят?

– Девочка моя, а ты куда звонишь? – обратился тем временем первый к Данке, вырывая у нее телефон. Подруга побледнела.

– М-мужу, – слегка заикаясь, ответила она, бросая на меня отчаянный взгляд. Я вздохнула. Нет, ну чисто логически, едва ли звонок Нику мог чем-то помочь. Где мы, а где он? Просто не успеет прийти на помощь. Значит, придется оценивать исключительно собственные силы. Интересно, если я дам этому типу по башке стулом, меня заберут в полицию или как? А то мне как-то не улыбается сидеть с ними в одной камере. Или как это там называется?

– Детка, мы же решили уже, что твой муж не жадный и поделится с нами, – подмигнул ей «ухажер». Бедная Данка по цвету лица сравнилась с колером своих волос. Я, подозреваю, выглядела ничуть не лучше. Второй пододвинулся ко мне и словно невзначай положил руку на мое колено. Я с брезгливой гримасой двумя пальчиками сбросила конечность.

– Муж, может, и не жадный, а вот я – да, – раздался вдруг за моей спиной знакомый голос. – Руки убрал!

Я, не веря своим ушам, обернулась. Нет, у меня все-таки не глюки. Стоит с видом героя из фильмов – руки скрестил на груди, глаза пылают праведным гневом, разве что развевающихся волос не хватает.

Сцена пятая. Все и королевич Елисей. Он что, всерьез думает, что испугает сейчас этих придурков? Он один, их двое. Нас с Данкой вряд ли можно счесть за боевые единицы. Хотя… Если дать мне в руки стул… Черт, о чем я только думаю? Я же всего лишь слабая девушка, которая и в неприятности-то не попадает особо… последние четыре года.

– Ты кто?! – пренебрежительно отозвался мой ухажер.

– Королевич в пальто!

Ой, а что это на меня все так уставились? Это я, что ли, выдала с нервным смешком? Так простите, невиноватая я, это все нервы. И не надо меня убивать взглядом, Елисей Станиславович, я не специально. Сам виноват, что королевич!

Тут даже испуганная Данка опустила голову, стараясь сдержать смешок. Она-то знала, какая гремучая смесь – мы с Керном в одном помещении. Тут уж не до всяких гопников.

– Сейчас мы этого королевича с пальто вместе и выкинем, – поднялся со своего места мой сосед. Я невольно зажмурилась: в каких бы отношениях мы не находились с Елисом, мне вовсе не улыбалось наблюдать за тем, как его бьют. Так что, наверное, стоит придумать, чем я могу ему помочь. Кроме варианта со стулом, естественно.

Вот только ничего умного в голову по-прежнему не приходило. Решив перестать изображать из себя страуса, я открыла глаза. На всякий случай бросила взгляд в сторону освободившегося стула. Он вроде легкий, но металлический, если что, поднять точно смогу и относительно быстро. Главное, не дать его приятелю мне помешать.

– А давайте мы оставите девушек в покое и свалите? – предложил Елисей, всем своим видом показывая, что он не боится. Вот вообще ни капельки. Нет, наверное, с точки зрения психологии, его поведение было верным. Однако если начнется драка… Я точно в стороне не останусь.

– Ага, прям щас, – фыркнул мой бывший сосед. Второй тем временем даже не пошевелился, полностью уверенный в том, что его приятель шустро расправится с наглецом. Тот, переступив с ноги на ногу, выбросил вперед кулак. Я, зажмурившись, схватилась за стул…

И ничего не успела предпринять. Даже вмешаться. Кулак моего «ухажера» впечатался в лицо Керна, но следующий удар Елис благополучно блокировал. Я, вцепившись в стул, как в последний оплот надежности, наблюдала за происходящим. При необходимости я готова была вмешаться в драку, не думая о последствиях. Пока меня удерживала только мысль, что я могу лишь помешать. Плюс надо еще присматривать за приятелем, который находился возле Данки. Подруга напоминала натянутую тетиву и тоже готовилась сорваться с места.

Я отвлеклась всего на секунду, но в этот момент  послышался гулкий стук о пол. Стул выпал из моих обессиленных рук. Если с Елисом что-то случиться, я же…

Додумать эту мысль я не успела. Обернулась. Каким-то невероятным образом Елисей успел подсечь своего противника, и он теперь культурно «отдыхал» на полу. Правда, совсем без урона обойтись не получилось. Из разбитого носа Керна текла кровь, при виде которой меня слегка замутило. Так, Алиска, стоп. Еще не хватало тебе сейчас в обморок шмякнуться!

Вдох-выдох. В конце концов, это не Елис сейчас валяется на полу. И остался еще один противник, который в любой момент может на него наброситься. А я, как назло, единственное оружие уронила. И почему, черт побери, никто не спешит к нашему столику? Куда смотрит охрана? Она же вроде должна быть в этом заведении! Боятся?

– Мой совет – ты сейчас забираешь своего дружка и сваливаешь, – глядя второму типу прямо в глаза, отчеканил Елисей. – И мы расходимся, относительно довольные друг другом. Девчонок ты не трогаешь, и вообще забываешь об их существовании. Идет?

– А то что? – нагло ухмыльнулся гопник. – Стулом меня по башке огреешь? Так тут камеры видеонаблюдения есть.

– Вот именно, что камеры, – парировал Елисей. – А еще, помимо камер, у меня есть две свидетельницы. И проблем у меня не будет, поверь. А вот у тебя… – он сделал многозначительную паузу. – Так что? Ты готов продолжить или испаришься сам, в неизвестном направлении?

Криво усмехнувшись, тип наклонился и поднял своего приятеля. Не глядя на нас, сообщил:

– Мы еще встретимся.

Это настолько отдавало киношными злодеями, что я не удержалась и фыркнула.

– В твоих же интересах не встречаться, – отрезал Елисей. – Удачи. И быстрее.

Не знаю, почему, но тип его послушался. И знаете что? Стоило только дверям за ними захлопнуться, как к нашему столику тут же устремились официанты, охрана и еще бог весь кто. Сразу начали галдеть, в чем-то обвинять. Попытались. Но Елис сориентировался куда быстрее. Красивым жестом он вытащил из кармана дебетовую карту и сообщил:

– Я оплачу ущерб, и давайте разойдемся мирно?

Я закатила глаза. Вот пижон! Ущерб он собрался оплачивать! По-хорошему, тут стоило бы разобраться, с какого вообще бодуна никто не пришел нам на помощь. И вообще, что это за бред творится в публичном месте? Где они были до этого?

– А что, у вас охрана чисто для вида стоит? – деловито поинтересовалась я, подходя к Данке и касаясь ее плеча. Руки у подруги слегка подрагивали. Я вздохнула, сообразив, что сегодня у нас беседы не получится, и предложила:

– Позвони Нику, все равно сегодня пообщаться не удастся. Лучше приходи завтра на чай к нам, там-то точно никто лишний не влезет.

– Угу, – кивнула Дана. – Я точно не понадоблюсь? – обеспокоенно посмотрела она на меня и на Елиса. Керн в свою очередь перевел взгляд на спешившего к нам администратора:

– Если вы оплатите ущерб, то вопрос совершенно точно улажен, – торопливо сообщил он. – В свою очередь мы готовы компенсировать данную ситуацию бесплатным ужином.

– Тогда мы на завтра оформим доставку, – мгновенно сориентировалась я, пока Елис швырялся деньгами направо и налево. Подруга тем временем позвонила мужу, и мы стали ждать. Я же попросила принести перекись водорода и вату. Что удивительно, меня послушались безоговорочно.

– А это еще зачем? – недовольно поморщился Елисей, когда я с решительным видом подошла к нему. Кровь уже перестала течь, но обработать все равно требовалось.

– Надо, – беспрекословно заявила я. Быстро и, не особо церемонясь, обработала его нос, невольно вспомнив, как лет шесть назад он подрался из-за меня, и тогда ему разбили губу. Ну что я скажу… Целоваться с разбитой губой было тем еще экстримом, но удержаться мы просто не могли. Моя рука невольно дрогнула.

– Осторожнее, – попросил Елис, накрывая своей ладонью мою. И по глазам я увидела – он тоже помнит.

– Дальше ты и сам справишься, – решила я, протягивая ему ватный диск. Основное я действительно уже сделала.

Уже через десять минут Ник примчался забирать свою женушку. Обняв Данку, он посмотрел на меня:

– Тебя подвезти?

– Не стоит, я сам ее отвезу, – вмешался Елисей. Дана многозначительно посмотрела на меня, а я закатила глаза. Что ж, пусть отвозит. У меня к нему как минимум один вопрос был.

– Можно мне кофе? – попросила я тем временем, пока ситуация продолжала улаживаться. И не могу сказать, что что-то серьезно пострадало. Так, немножко посуды, когда «ухажер» влетел в столик. И пока Елис разбирался со всем этим, я пила кофе, стараясь привести свои эмоции в норму.

– Идем? – вопросительно посмотрел он на меня, закончив со всеми делами. Даже по-джентльменски подал руку, которую я проигнорировала. И мучивший меня вопрос я задала уже только тогда, когда оказалась в машине:

– Как ты оказался в этом кафе?

Вопрос был непраздный. Я готова поклясться, что это не совпадение. Это было бы чересчур. И, если с той лавочкой можно как-то вычислить, то с кафе гораздо сложнее. Даже если предположить, что я захочу встретиться с Даной, то угадать со временем и местом – это уже слишком. Даже если опираться на привычки, за последние несколько лет в городе появилось изрядное количество кафе, где мы могли бы увидеться. Так что здесь явно нет ничего случайного.

– Пришел выпить кофе, – слегка улыбнулся Елис. На его лице не дрогнул ни единый мускул, будто ему не в чем было каяться. Впрочем, он и не каялся. Для таких, как он, это что-то невероятное, запредельное.

– Именно сюда? – насмешливо переспросила я, искренне надеясь, что мое недоверие до него дойдет. Он сейчас лгал мне в лицо, и я это точно знала. Пусть говорит мне, что угодно, но я уверена – жизнь не настолько жестока, чтобы послать мне такую паршивую примету – Елисей Керн четыре раза за одни сутки. Это уже слишком, не находите?

– А почему нет? Хорошее место, я его еще в школе любил. И в студенчестве тоже, – продолжал измываться надо мной королевич. – Причем я весьма вовремя появился, не находишь?

Это он так совершенно неблагородно намекает на то, что вроде бы как спас нас с Даной? М-да, скромность в это тело не завозили от слова «совсем».

– И долго ты ее покрывать собираешься? – прямо уточнила я, понимая, что Керн собирается и дальше строить из себя идиота. Вот только я дурочку изображать не собиралась. Сложить два и два и получить нужный результат я вполне способна.

– Кого ее? – удивился Елисей. Одна проблема – не только он хорошо меня знает, но и я его тоже. Поэтому мы вполне успешно можем бить друг друга по больным местам. Вот только почему-то каждый раз нас что-то останавливает. Хотя, если так подумать – куда еще больнее, чем оно уже было?

– Эльку. Тебе ведь моя сестра сказала, куда я собираюсь? – прямо спросила я. Элину я ни в чем не винила и ругать не собиралась. По совершенно непонятной мне причине она питала к этому гаду симпатию, а еще верила, что мы еще можем сойтись. Не знаю, откуда в ней взялись эти иллюзии, я никогда не стремилась их поддерживать. Елисей, полагаю, тоже. Сложно выглядеть безумно влюбленным, когда оприходовал половину университета. А о его подвигах я была наслышана изрядно! Знаете, что такое быть бывшей девушкой Елисея Керна? Это быть той несчастной, которой каждая собака, с которой ты когда-то училась, так и норовит словно невзначай рассказать все о подвигах бывшего парня. С подачи «как хорошо, что вы расстались», конечно. И такой сочувствующий тон, что придушить хочется. И это еще если учесть, что я свела контакты к минимуму!

Так мало этого – Керн еще и сестренке голову задурил. Я допускаю, что, если бы Элина знала причину, по которой мы расстались, она не так бы была активно за него. Но рассказать обо всем ей было выше моих сил. Достаточно и того, что Данка знает. И еще в общих чертах знает мама – иначе мне ни за что не получилось бы уехать в такие короткие сроки.

– А причем тут твоя сестра? – продолжал строить из себя дурака Елис. – Может, я пришел сюда по зову сердца?

– Ну-у-у… – протянула я, мысленно досчитывая до десяти, чтобы не сорваться. – Давай рассуждать логически?

– Давай, – тут же вовлекся в игру Елисей. – И какой у нас первый постулат логического рассуждения?

Я вздохнула. Еще один звоночек из той самой, прошлой жизни. «Лисенок, ну подумай логически», – так всегда говорил Керн, когда меня захлестывали эмоции, и я отказывалась руководствоваться разумом. Сейчас, кажется, мы поменялись местами. Я изо всех сил старалась не влипнуть в пучину своих эмоций и четко контролировать происходящее, а вот Елисей, наоборот, старался вызвать меня на эмоции.

– Постулат первый, – ровным голосом отозвалась я. – Моя сестра знает, где я должна встретиться с Даной и во сколько. Постулат второй. Моя сестра по какой-то непонятной причине благоволит тебе.

– Почему же непонятной? – перебил меня Елисей, улыбаясь. – Она выросла у меня на глазах и любит меня, как старшего брата. Таковым она привыкла меня считать.

Я скрипнула зубами. Конечно, привыкла. Сложно не привыкнуть к тому, кто торчит у тебя дома с самого детства. Нас ведь даже в школе постоянно дразнили «Жених и невеста». И вот теперь я невеста без места, и без жениха. Докатилась.

– Постулат третий, – продолжила я, будто не заметив его ремарку. – В данный момент она находится с твоим лучшим другом. Соответственно, он тоже может быть в курсе, где я сейчас и с кем.

– То есть у тебя аж два подозреваемых? – развеселился Елисей, слушая мои рассуждения. Зараза, одним словом.

– Ну почему же? – безэмоционально ответила я. – Тут есть один тонкий момент.

– И какой же? – полюбопытствовал Керн. Ему действительно было интересно, я это ощущала. Да и вообще, какая-то странная у нас с ним сейчас выходит беседа. И машина не сдвинулась с места. Словно мы никуда и не поедем, пока не разберемся в наших непростых отношениях. Вот только я точно знала, что это все – иллюзия.

– Арсений только что помирился с Элиной. И возможность с ней поговорить дала ему я. Он прекрасно знает, что я могу в определенной степени повлиять на сестру, и не станет подставляться. Только не сейчас. А это означает что?

– Что? – эхом повторил за мной Елисей, все еще продолжая улыбаться.

– Что сдала меня Элина. С причинами ее поступка я разберусь потом. Сейчас меня волнует совсем другой момент, – я сделала глубокий вдох и резюмировала. – Какого черта тебе от меня надо, Елисей?

На что я рассчитывала, задавая этот вопрос? Керн даже в лице не изменился. Все также продолжал улыбаться и бесить меня этим до неимоверности. И как мы только докатились до жизни такой? Лишь только в глазах появилась задумчивость, будто я ему в кои-то веки преподнесла сюрприз. Ну да, раньше я не была готова вступать в переговоры. Терпением не отличалась никогда. Сначала нападала, а потом уже начинала размышлять. Спасибо Олегу, он научил меня действовать по-другому. Да и сама я все-таки повзрослела, во всяком случае, я очень сильно на это надеюсь.

– Тебя.

– Что, прости? – переспросила я, неверяще вглядываясь в лицо Елисея. Возможно, я настолько погрузилась в свои мысли, что мне что-то почудилось? Ну не может же он всерьез говорить, что ему…

– Мне от тебя нужна ты сама, – словно говоря о чем-то совершенно незначительном, заявил Елис. Серьезный, точно какую-то важную премию получать собирается. И уверенный до чертиков, так, будто ни на мгновение не сомневается в том, что за такие слова его не треснут чем-нибудь по башке. А ведь хочется! Очень хочется!

– Надеюсь, твое желание не дойдет до того, что ты меня похитишь и будешь держать в темной башне, пока не добьешься? – вслух поинтересовалась я, стараясь подавить невольную дрожь от такой мысли. Докатилась! Какие идиотские мысли приходят мне в голову!

– Не подавай мне хороших идей, – улыбнулся Елисей, ровно четко читая мои мысли. И именно его реакция пробила мою невозмутимость. Я кинула на него недовольный взгляд и прошипела, ощущая себя, по меньшей мере, змеей:

– Керн, я понятия не имею, что за дурдом творится в твоей голове. И за каким чертом тебе понадобилось морочить голову своей бывшей игрушке. Но, видишь ли, есть один маленький нюанс. Едва уловимый, – я даже свела пальцы, показывая размер этого нюанса. Елис же продолжал строить «покерфэйс». – У игрушки появилась своя жизнь. И теперь ты не сможешь дергать ее за ниточки, как раньше. Мой мир не сосредоточен на тебе.

Если бы я не наблюдала пристально за его реакцией, то, наверное, даже не заметила бы этих сузившихся от злости глаз. В остальном Елисей продолжал сохранять спокойствие. Ничего не происходит и не происходило. Просто за одни сутки мы оба, кажется, сошли с ума.

– И что же – он теперь стал твоим миром, да? – зло спросил он. – Тот, кто подарил тебе кольцо? Тот, за кого ты собираешься замуж?

Господи, неужели все дело в этом? Ему не дает покоя мой жених, поэтому он старается таким способом реанимировать свое уязвленное самолюбие? Я и не подозревала, что у него оно настолько болезненное.

– Он не стал моим миром, Елис, – спокойно откликнулась я, не собираясь ввязываться в перепалку и что-то доказывать. – Он просто помог мне научиться жить самостоятельно, не делая кого-то своим миром. Он дал мне себя, Керн. Это не так уж и мало, не находишь?

Несмотря на ровный голос, внутри меня все клокотало. Пальцы не дрожали только чудом. В присутствии Елиса я ощущала оголенным проводом, от которого в любой момент может шибануть током. И ничего хорошего это не принесет. Слишком все остро. Несмотря на прожитое время. Несмотря на изменившихся нас. Несмотря на нас, которых уже нет и больше не может быть. Несмотря ни на что.

Резкий удар по рулю заставил меня вздрогнуть, а птиц взлететь с асфальта.

– Я его уже ненавижу!

Я на секунду прикрыла глаза, стремясь избавиться от той тяжкой горячей влаги, что появилась на глазах. Всего секунда, чтобы овладеть собой. После чего все также безэмоционально продолжила:

– Твое право, Керн. Хочешь ненавидеть – ненавидь. Это же так легко – ненавидеть постороннего человека, которого ты даже в глаза не видел. Так же легко, как предавать, правда? – на последних словах мой голос все-таки дрогнул. Горечь, которая была в моей душе, все-таки выплеснулась наружу. Я так не хотела, чтобы это произошло. Я так верила, что я справлюсь, встретившись со своими демонами лицом к лицу. И что теперь? Что теперь?

– Алиса, – его рука неожиданно оказалась на моей руке, – послушай меня, пожалуйста.

Одна секунда. Ровно столько я позволила продлиться этому прикосновению прежде, чем разорвать его. Ровно настолько я позволила себе забыться. А потом перебила Елисея, скривив губы в усмешке:

– Не хочу, Керн. Слишком поздно, чтобы слушать. Слишком много произошло за этот долбанный день. Я еще и всю ночь не спала. Отвези меня домой. Или высади где-нибудь у метро, сама доберусь.

Он бросил на меня короткий взгляд. Всего один. А потом отвернулся и завел мотор. Кажется, в этот раз мы наконец-то поставили точку. Мне, во всяком случае, очень хотелось в это верить.

Я не попрощалась с ним, когда выходила из машины. Не обернулась, заходя в подъезд. Спокойно и уверенно я уходила от него и не собиралась возвращаться. Эли еще не было дома, и только это позволило мне на пару минут слабость. Чтобы потом, жадно глотая воздух, стремиться обрести утерянное равновесие и набирать в темноте знакомый номер.

– Ты мне нужен…

Проснулась я от восхитительного аромата кофе. Долгое время не двигалась, вглядываясь в потолок и прислушиваясь к звукам. Кажется, Элька что-то там пекла с утра. Я улыбнулась – давненько уже обо мне никто не заботился. Даже когда мы были школьницами, Элька любила повозиться на кухне и приготовить что-то вкусненькое, а потом будила меня и звала завтракать. Такая вот чудесная и солнечная у меня сестренка, за которую я готова убить.

Как странно! Почему-то до этого момента я даже и не осознавала, насколько я соскучилась по Эльке. Да, мы с ней регулярно перезванивались, виделись довольно часто, но, к сожалению, долго проводить время вместе могли только на каникулах. А вчера было как-то вообще не до того. Слишком много эмоций. Слишком много нервов, потраченных на чудесную «пушкинскую» парочку. Господи, и угораздило же Керна подружиться с Ленским! И смех, и грех. Так, Алиса, стоп, не смей думать о плохом. Мысли материализуются, а нам Керн, неожиданно возникший на пороге, совершенно не нужен, так ведь?

– О! Проснулась, спящая красавица! – воскликнула Элька, заглядывая в комнату. – А я только собиралась будить тебя! Мне кажется, ты за последнее время слишком переутомилась.

– Думаешь? – с сомнением уточнила я, стараясь отделаться от совершенно ненужных ассоциаций. Спящая красавица – мертвая царевна – королевич Елисей – поцелуй. Тьфу-тьфу-тьфу, уходи, плохая примета.

– А то! – важно кивнула Элька. – Вчера, когда я пришла, ты уже вовсю дрыхла. Сегодня время уже к полудню приближается, а ты все спишь. С тобой точно все в порядке?

– Ну как тебе сказать, – я легонько дернула сестренку за длинную прядь волос.

– Как есть, – серьезно посмотрела на меня Элина. А я вдруг осознала, что моя маленькая сестренка действительно выросла. Нет, кое-какие подозрения у меня стали появляться еще в тот момент, когда она умудрилась влюбиться в Арсения Ленского. Но сейчас это было уже не подозрение, а уверенность. Элька выросла, а я умудрилась это пропустить, находясь за сотни километров. Хорошая сестра, ничего не скажешь! Вполне в духе нашего семейства!

– Меня тут одна плохая примета преследует, – таинственным шепотом сообщила я, с усмешкой глядя, как напрягается лицо Элины. Кажется, она ожидает какого-то подвоха, если не гадости. И не зря!

– Какая же? – дрогнувшим голосом интересуется сестренка, а я поясняю:

– Елисеем Керном зовется. Ничего не хочешь мне сказать?

Вопрос задан в лоб, и моя столь резко повзрослевшая малявка стремительно краснеет. Вот никогда она не умела врать, мне, во всяком случае. Умалчивать – да, но врать, глядя в глаза? Для этого Элина слишком прямолинейна.

– Я… – она запнулась, не зная, куда деть глаза. Хочется казаться серьезной, но мне с трудом удается подавить улыбку. Почему-то сейчас, когда за окном было светло, это уже не выглядело все такой трагедией. Тем более, если Елисей меня наконец-то услышал. А мне в это очень хотелось верить.

– Я поняла, что ты, – с улыбкой подтвердила я. – Знаешь, радость моя, я даже могу догадаться о твоих мотивах. Елисей для тебя не чужой, меня ты любишь, но…

– Но? – выгнула бровь сестра, ожидая продолжения, слыша его в моих интонациях.

– Но мы повзрослели, солнце. Разбитую чашку уже не склеить, ты же знаешь, – грустно улыбнулась я. – И ни к чему хорошему наши встречи не приведут. Мы уже совершили все возможные ошибки.

– Однако их еще не поздно исправить, – не согласилась Элина. – Ничего не поздно. Было бы желание.

– Но его нет, – покачала я головой. – Ты прекрасно знаешь, как я живу. Ты своими глазами видела, как живет он. А теперь скажи. Разве нам плохо друг без друга?

Внутренний голос зашелся в ехидном хохоте, намекая, что я предаюсь самому большому греху – лгу самой себе. Элька же смотрела на меня расширенными и потемневшими глазами:

– А разве нет? – немного резко спросила она. – Впрочем, не отвечай. Мне оно ни к чему. Себе признайся. Хотя бы себе.

– То есть ты так и продолжишь ему подыгрывать? – уточнила я, едва подавив вздох. Почему-то я думала, что все будет гораздо проще. Ошиблась.

– Подыгрывать? – сестра скривила губы в усмешке. – О нет. Знаешь, за последние несколько лет я достаточно узнала твою первую любовь, чтобы понимать – он не сдастся. Никогда и ни за что. Сколько бы стен ты ни строила и что бы ты себе ни придумывала. И неважно, будет ли помощь с моей стороны или нет, он все равно тебя вернет. Чего бы ему это ни стоило.

В ее словах было столько убежденности, что это пугало. Потому что я-то совсем не готова к такому раскладу. И мне оставалось только надеяться, что она ошибается. Что вчера Елис меня услышал. Потому что Керн действительно достаточно упрям, чтобы продолжить играть свою, пока непонятную мне игру. А у меня больше нет ни сил, ни чувств, чтобы играть в его игры.

Видимо, я молчала слишком долго. Потому что Элька вдруг посерьезнела и спросила:

– Лискин, что все-таки между вами произошло? Тогда, четыре года назад? Почему ты так сорвалась? Ты же не собиралась в Питер, к нам хотела поступать. У вас столько планов было, а потом ты вдруг…

За этим «вдруг» скрывалось не просто прошлое. Моя личная трагедия, возвращаться к которой мне не хотелось. И так долго приходила в себя, восстанавливалась, уничтожала в себя любой росток Елисея Керна. Делала все, чтобы забыть. Улыбалась. Встречалась с парнями. Даже была счастлива. И все равно он жил во мне, как какой-то паразит, таракан, которого ничем не вытравишь.

А уж встретиться с ним через столько лет лицом к лицу оказалось настоящим шоком. Для меня. Керна, кажется, уже ничем не пронять.

– Что ж ты у него-то не спросишь? – хмыкнула я. – Вы же так хорошо общаетесь, дружите. Ты вон даже родную сестру ради него подставила!

– Ну прости-прости! – умоляюще посмотрела на меня Элина. Я хмыкнула. Долго злиться на нее совершенно не получалось. Возможно, потому что умом я понимала, что сестра хочет, как лучше для меня. С ее точки зрения, конечно. – Кстати, он почему-то на эту тему отказался разговаривать. Очень жестко пресек.

Еще бы! Я бы удивилась, если бы он ей обо всем рассказал. Сразу бы лишился такого хорошего союзника!

– Я тем более тебе ничего рассказывать не собираюсь, – покачала головой я. – Пойми, чудо мое, ты не можешь осчастливить весь мир, – и шутливо дернула ее за прядь волос, показывая, что разговор закрыт.

– Весь мир, может, и не смогу, – серьезно заявила Элина. – А вот тебя хотелось бы.

– А у меня все хорошо. Я счастлива, – спокойно и без малейшей запинки ответила я. – Не нужно, пожалуйста, придумывать проблемы там, где их нет. Я, конечно, понимаю, что тебе хотелось бы, чтобы мы снова были вместе. Вот только я к этому не готова. И да, Керну и без меня неплохо живется. Ты сама прекрасно знаешь, что он на эти четыре года монахом не стал.

Меня смерили очень скептическим взглядом. Не верит. Что ж, это уже не мои проблемы.

– Да видела я этого твоего последнего ухажера! – надувшись, буркнула сестра. – И он мне не нравится.

Увы, я точно знала, что ей не понравится никто из моих парней. Елис для нее навеки остался идеалом в этом вопросе.

– Не последнего, а предпоследнего, – с деланным легкомыслием заявила я. – Того, которого ты видела, уже месяца четыре как след простыл. А сейчас у меня прекрасный парень, с которым мне хорошо и комфортно.

– А почему ты тогда молчала? – подозрительно прищурилась Элина.

– Потому что для тебя он все равно будет хуже, чем Елис, – щелкнула сестрицу по носу я. – Мы завтракать пойдем или ты уже передумала меня кормить?

Если судить по взгляду, то меня уже желали отравить. Ну да ладно, я неубиваемая, как старые кнопочные телефоны. Такая же классика жанра, как сидеть на подоконнике с кофе. Нет, меланхолия – это, определенно, не мое.

– Ладно, – сестра улыбнулась, видимо, сообразив, что не сможет никого осчастливить против воли. – А почему ты вчера так рано вернулась? Вы с Данкой поссорились?

– Глупости не говори! – отмахнулась я от сестры. – Мы тут в такую историю влипли… Но да, справедливости ради, из неприятностей нас вытащил твой засланный казачок.

– Рассказывай! – потребовала Элька, а я отмахнулась:

– Дай хотя бы умыться! Ничего страшного с тобой не случиться, от любопытства не умрешь.

Кажется, сестренка была не согласна с этим. Но я уже не слушала возражения – немного холодной водички мне совсем не помешает. Чтобы остыть, успокоиться и не натворить глупостей. Потому что, как бы я ни любила Эльку, надо каким-то образом впихнуть в нее мысль, что со сводничеством пора заканчивать. А то придется сбегать отсюда раньше времени, под нежное крылышко Олега.

К завтраку я вышла уже посвежевшая и сосредоточенная. С удовольствием вдохнула потрясающий аромат кофе, отломила банановый оладушек… Красота. И вкуснота. Как говорится, чтоб я всегда так жил.

– Ну? – влезла в мою идиллию с завтраком Элька. Пришлось рассказывать. Сестра то испуганно охала, то хохотала, но в конце концов вынесла вердикт:

– Вот видишь, появление Елиса пришлось как нельзя кстати.

– Может быть, в этот раз и да. Но пообещай мне, что больше никогда не будешь ему содействовать, – в упор посмотрела я на нее. – Элька, я серьезно.

Молчание было неимоверно долгим. Наконец сестра выдала:

– Ладно, обещаю. Только он все равно тебя вернет!

Последние ее слова я предпочла пропустить мимо ушей. Главное, я своего добилась. А уж обещание Элина точно сдержит.

Елисей Керн

Тяжелое это дело – завоевывать девушку, которая его ненавидит. А Алиска его теперь ненавидит, он точно знает. Иначе бы не бегала от него каждый раз. Самое паршивое, что он точно понимал причины. Но одна только мысль о том, что его Лисенок может быть с кем-то другим, приводила в ярость. И, быть может, малышка Элли права, он сам дурак – стоило разорвать этот круг еще четыре года назад, приехав к ней. Но Елисей не смог.

Хотя не смог – громко сказано. Он приезжал и не раз. И как идиот наблюдал за тем, как его Алиска живет своей жизнью. Даже видел ее нескольких ухажеров. И только усилием воли заставлял себя не вмешиваться, напоминая, что он ее не заслужил. И возвращался в свой мир. В универ. К толпе девушек, которые и близко не были похожи на Лисенка.

Он никогда не выбирал тех, кто мог бы затронуть его сердца. И тех, кому мог бы разбить сердце он сам. Чего только стоит Элина подружка Олеся! Он точно знал, что девчонка к нему неровно дышит, она буквально на каждом углу его подстерегала! Однако Елис оставался неизменно вежлив. И никогда не подпускал ее ближе. Ему это все было не нужно.

Еще бы Алису из головы вытравить – и все было бы вообще отлично. Но нет, она жила в его сознании, как призрак какого-то родового замка из фильмов и книг. Или какая-то хроническая болезнь. Вроде и ничего хорошего принести не может, но жить с ней он привык. И со своей виной.

Елисей, наверное, так и смог бы оставаться на расстоянии. Если бы Алиса не вернулась в родной город. Когда она обвиняла Арса, он никак не мог отвести взгляд. Вот она, руку протяни. Настоящая, не иллюзия и даже не сон. Ее можно потрогать, поцеловать, обнять…

Чисто теоретически, конечно. Если не спрашивать мнения самой Алисы. Сама же Озерова с такой постановкой вопроса оказалась не согласна. Еще и этот так называемый «жених», про которого она упомянула с такой гордостью. Сама мысль о нем вызывала у Елиса ярость.

Глупо, конечно. У каждого из них своя жизнь. Но, может, еще не поздно все исправить?

Итак, как можно завоевать девушку, которая тебя ненавидит? И о которой ты знаешь так много, что целую дипломную работу можешь написать?

Хмыкнув, Елис зашел в поиск. Пора бы уже и применить эти знания. И нет, ни в коем случае не цветы. В данной ситуации он ими скорее по морде получит, чем добьется какого-то эффекта.  Нужно что-нибудь другое. Какой-то особенный подарок, из тех, что подойдет непосредственно Алисе.

Через полчаса он удовлетворенно закрыл сайт. Да, это, определенно, подойдет его бывшей девушке. И вряд ли она решится возвращать такую безделушку. Все-таки он надеется, что слабые места у Лисенка все те же. А времени у него не так-то много. Поэтому он будет воздействовать на все известные.

– Так, – пробормотал себе под нос Елисей. – А теперь надо бы посмотреть на этого Олежика. Фу, имя-то какое противное.

Впрочем, если быть объективным, он понимал, что Олег ему не понравится в любом случае. Да покажите ему того идиота, который придет в восторг при виде собственного соперника? Уж точно не Елисей!

Он давно знал, что в черном списке у Алисы и что не может просматривать ни ее записи, ни друзей. Написать, впрочем, тоже не может. Для такого случая у него специально была зарегистрирована отдельная страничка на – о ужас! – девчачье имя. Общаться с Алисой он, конечно, не пытался, она достаточно умна, чтобы заподозрить, что он не того пола. Но наблюдать за ее жизнью он мог. Впрочем, Лиска ни одного своего ухажера никогда не выкладывала.

Итак, он звался Олегом. Таковых в друзьях Алисы оказалось аж три штуки. И все, как назло, достаточно молоды и симпатичны, чтобы оказаться тем самым соперником!

– Ох, Лиса, откуда же у тебя столько мужиков в друзьях? – недовольно пробормотал себе под нос Елисей, испытывая желание оградить девушку от всех и вся. Однако сколько он не изучал страницы, вычислить соперника так и не смог. Информация о семейном положении отсутствовала у всех, фотографии с девушками – тоже. С ностальгией Елис вспомнил бесконечное множество фоток, которые у них были за школьные годы. Раньше Алиска любила дурачиться на камеру, теперь же снимков было мало и в основном они были профессиональные, сделанные в студии. Красивые, выверенные, стильные. Но в них не было той самой перчинки, которая присуща его Алисе.

Так, ладно, пора заканчивать над этим прокрастинировать. И надо подумать о следующем шаге. Подарки – это, конечно, хорошо, вот только ему это поможет мало. Значит, нужен какой-то поступок. Желательно яркий и запоминающийся. Елисей на мгновение замер, осененный очередной поистине сумасшедшей идеей.