Укрощение строптивых

Что может огорчить мужчину? Особенно если он богат, успешен, знаменит и красив? Три брата, которые сидели чёрной-чёрной ночью, в чёрном-чёрном замке, в чёрной-чёрной комнате, за чёрным-чёрным столом… Ой, у нас ведь не ужасы, а юмор…

Значит так: у молодых, красивых и, по всей видимости, не очень успешных братьев, была проблема. С одной стороны, у каждого своя. С другой стороны, причиной этой проблемы был один человек. Они уже просидели в этой самой комнате несколько минут, думая каждый о своём и пытаясь самостоятельно решить задачку, которую подкинул им их отец. В конце концов, самый старший – Тобиус, сдался и проворчал себе под нос:

— Жизнь бьёт ключом и всё по голове! Что делать будем?

— Что делать, что делать? Валить отсюда надо, а возвращаться только в выходные, на пару дней, — предложил средний брат – Микаэль. А самый младший из трёх – Мэлвин, усмехнулся и скептически сказал в ответ:

— Ты уже свалил на Землю, и что толку?

Микаэль нахмурился, постучал пальцами по столу и сделал вывод:

— Толку и правда нет. Как только я свалил, он мне невесту нашёл.

Все три брата тяжко вздохнули и опять замолчали на несколько минут. Как зачастую бывает, в одной семье все могут иметь одну привычку, вот и тут, братья, не договариваясь, опять провалились каждый в свои думы. О том, что эти молодые люди – родственники, нам говорило не только их поведение, но и внешнее сходство. Каждый имел чёрные-чёрные глаза, чёрные-чёрные волосы, а ещё…. Так, стоп. Наверное, следующую книгу точно нужно писать в жанре хоррора.

Как уже говорилось ранее, наши герои были красавцы – высокие, стройные, с развитой мускулатурой. И это неспроста, ведь все три брата –  драконы. А они, как известно, всегда рождаются с большим количеством тестостерона, поэтому горячи и мужественны.

У старшего – Тобиуса, нос был с горбинкой. У среднего – Микаэля, необычный разрез глаз, как у оленёнка. А у младшего – Мэлвина, форма лица отличалась от формы братьев квадратным подбородком и ямочками на щёчках, что придавало молодому человеку особое очарование.

Первым на этот раз вышел из своих размышлений Мэлвин:

— А ты никогда не думал, — спросил он, обращаясь к Микаэлю, — что отец таким образом пытается заманить тебя домой обратно? Думает, что если ты женишься, то уже не захочешь связываться с землянами.

— Не думал, да и вообще, что за странное предположение? Когда моя истинная пара на Земле? Я ведь только из-за неё поступил в земной университет, чтобы подобраться поближе, познакомиться, ну и жениться, наконец, — возмутился Микаэль.

— Да нам-то это понятно, — поддержал брата Мэлвин, — я так понимаю, ты там большую компанию развернул по её завоеванию. Значит, недолго осталось твоей избранной в девках ходить, вскоре не сможете друг без друга. Тогда и отцу предъявить тебе будет нечего. Законы в этом плане строгие, сам знаешь.

— Предъявить-то будет нечего, да только он лишить наследства может меня. Да и вообще, неприятно всё это: разборки, скандалы, шантаж. Представь, я приведу свою девушку в Драконье королевство, где нет телефонов, связи, интернета и соцсетей, а тут, свёкор – дракон, который рычит на всех и ненавидит женщин.

— Не переживай, как только дракончики у вас появятся, так он и оттает, — сказал Тобиус, который, по всей видимости, проблему брата не считал проблемой. И во время душевных излияний Микаэля блуждал в своих мыслях, рассматривая ногти на руках.

— Да, когда это будет?! — воскликнул тот в ответ, явно обидевшись на равнодушие брата. — В такой атмосфере, боюсь, у меня вообще никто не появится, даже если захочу очень сильно, — пожаловался Микаэль, на свою репродуктивную систему, но тут же заботливо так намекнул братцу: — Вот ты, Тобиус, не хочешь на Земле истинную поискать? А то отец и тебе невесту найдёт для укрепления государства, и будет у тебя обычный брак.

Тобиус равнодушно фыркнул в ответ и совершенно спокойно сказал:

— Я, в отличие от тебя, политического брака не боюсь. Ты же знаешь, что мне предстоит в будущем трон после отца занять. Морально я готов к такому повороту судьбы. Меня больше волнует другой вопрос. То, как отец относится к земным технологиям. Наше мнение его не волнует. А государство отстаёт по этим статьям всё больше и больше. Нельзя запрещать всё подряд! То оборудование, что дедушка ещё сорок лет назад с Земли приказал завезти, уже из строя выходит, а отец даже запчасти для него не разрешает закупить.

— Ну и зря, что не хочешь на Землю, там интересно, — сказал Микаэль, который варился только в своей проблеме и абсолютно не проникся проблемами брата. — Лично я от своего счастья не откажусь. У меня, кстати, в институте преподаёт чья-то истинная пара.

— Преподаёт? Немолодая уже, значит, — подвёл итог старший вздыхая. Ему б такие проблемы, как у Микаэля.

— Ну и не старая, но противная – жуть. Я даже представить не могу, кого может осчастливить эта «красотка». Как вспомню, что мне предстоит опять идти к ней на пересдачу, всего передёргивает. И не знаешь, что лучше – отец со своими антиреформами и вывертами, или экзамен у всеми любимой «истерички», — сморщившись, как будто попробовал лимон, сказал Микаэль.

— Если она любит истерики закатывать, то не завидую я её мужу, — вступил в беседу Мэлвин, пока Тобиус что-то усиленно обдумывал и черкал на листе бумаге.

— Да, не замужем она и истерики никому не устраивает, это студенты, наоборот, после её экзамена истерят, — обиженно пробурчал Микаэль.

— И ты истерил? — поинтересовался Мэлвин, у него аж глаза заблестели оттого, что его брата кто-то смог вывести из себя.

— Я нет. Я же дракон, — гордо сообщил Микаэль, — так просто, сказал пару м-м, ласковых слов в адрес «любимого» преподавателя.

— Но драконье очарование на ней испытать попробовал? — всё так же пытаясь подловить, спросил Мэлвин. Ведь опять же, очень часто в семьях дети любят соревноваться между собой кто сильнее, кто быстрее. Даже когда мальчики вырастают в мужчин, они могут продолжать это делать, только уже на другом уровне.

— Конечно, попробовал, — согласился Микаэль, не заметив посыла младшего брата, — не купилась, — с тяжёлым вздохом продолжил он, — истинная чья-то.

Мэлвин радостно откинулся в кресле и сказал с сарказмом:

— Понятно, как ты экзамены сдаёшь.

— Да нормально я сдаю! — наконец-то поняв, куда брат клонит, вспылил дракон-студент местного разлива. — Просто эта женщина, она, она, она, как наш отец, во! Ничем её не возьмёшь.

Глаза Мэлвина блеснули алчным огнём, и уж было он открыл рот, чтобы поддеть Микаэля, как в разговор вмешался Тобиус, который, заметив перепалку между братьями, очнулся от своих дум:

— Предлагаю прекратить говорить о земных делах Микаэля. Что с отцом делать будем? Ведь он и науке не даёт развиваться, правда, Мэлвин? — подчеркнул Тобиус, глядя на младшего брата, который не хотел отступаться и судя по прищуренным глазам, которые следили за Микаэлем, задумывал как бы его ещё позлить. — Как убедить отца, что мы уже не маленькие и в состоянии управлять страной? Как заставить его хотя бы прислушиваться к нашему мнению? 

До Мэлвина, наконец, дошло то, на что намекал Тобиус. Он помрачнел и погрузился в свои думы. Микаэль тоже нахмурился и молчал, не выпуская из своего поля зрения младшего брата.

— Ну, я думаю, убеждать словами бесполезно, — сообщил мысль, которая витала в воздухе, Микаэль.

Мэлвин оживился и тут же заявил:

— Если не словами, то делами. А как мы можем делать свои дела, если кругом государственные запреты?

— Если отец нас не слушает, может, послушает кого-нибудь другого? — спросил Тобиус как бы у самого себя. — Давайте вспомним, кто у него в авторитете, кого он уважает больше всего?

— Да никого! Он же король, он лучше знает, — обиженно воскликнул Микаэль.

Повисла пауза, все три брата опять замолчали. Теперь уже никто из них не пытался задеть другого, все были серьёзны и озадачены.

— Обычно драконы прислушиваются к мнению своих истинных пар. Но мы же гордые, нам земную девушку не надо! — язвительно заметил Микаэль, по всей видимости, это была его больная тема.

— Что ты сказал? — изумлённо спросил Мэлвин. Микаэль подумал, что брат опять над ним издевается и мрачно повторил:

— Наш отец не захотел жениться на земной девушке.

Глаза Мэлвина лихорадочно заблестели, вследствие умственного процесса. Микаэль, видя это, поддался вперёд, чтобы не пропустить тот самый момент, когда брата осенит гениальная идея.

— Нет, не то, — отверг Мэлвин. А Микаэль разочарованно отпрянул от него.

— Он сказал, что драконы прислушиваются к мнению своей истинной пары, — повторил Тобиус, уловив направление мыслей Мэлвина. — Но это может произойти, только когда они женаты будут. А наш отец известно, как ко всем женщинам относится, не говоря уж о земных женщинах.

До Микаэля вдруг дошло, о чём толкуют братья и он радостно предложил:

— А может, отца на Землю отправим, скажем, что ждёт его там красавица, скромница, обаятельная женщина, ему там понравится и он останется со своей истинной парой навсегда.

— Вряд ли он согласится, — задумчиво произнёс Мэлвин, — хотя идея хорошая. Говорят, когда истинную пару встретишь, то крышу так сносит, что потом на мир другими глазами смотришь. 

Микаэль сверлил взглядом Мэлвина, ища подвох в его словах и думая, что камень кинут в его огород. Но потом его осенило:

— А давайте найдём отцу его истинную пару и сведём их на Земле

— Да не пойдёт он на Землю, — воскликнул Мэлвин раздражённо, оттого что кто-то прервал его умственный процесс, — не оставит он ни на миг своё королевство! Надо, наоборот, найти его пару и в замок привести под каким-нибудь благовидным предлогом. А там, глядишь, физиология и законы любви сработают, может, отец помягче станет.

Глаза Микаэля от такого предложения чуть не выпрыгнули от счастья, и он произнёс:  

— И про сводничество забудет.

— А может, вообще, наконец-то даст разрешение на использование земных технологий, — обрадовался воодушевлённый идеей Тобиус.

— У нас есть кровь отца? — подскакивая со своего места, спросил возбуждённый Микаэль.

— У меня есть. Я недавно у него просил для опытов, — сказал Мэлвин, осознавший всю глобальность идеи.

— Итак, решено. Сейчас идём к Мэлвину в лабораторию, а потом в храм, — подвёл итог, обрадованный Тобиус. 

За окном светило солнце, пели птички, ветка клёна заглядывала в окно и шуршала листьями, ветерок приятно обдувал лицо. Мне хотелось спать. Вроде вчера легла непоздно, но в сон клонило знатно. И причина была далеко не в том, что я допоздна читала роман, или переписывалась с подругой в ВК, и даже не в страстном любовнике, которого у меня никогда не было. И даже не в орущем младенце, которого тоже не было, ну раз не было и любовника. Дело было даже не в соседях, которые любили по ночам устраивать у себя дома дискотеки, на радость всем жильцам. Причина была банальна – студент, одна штука, двоечник и лентяй. Я уже хотела избавиться от монотонно жужжащего голоса, когда несчастный экзаменуемый вздохнул и выдал свою коронную фразу, которую повторил уже несколько раз в течение десяти минут:

— Крепостное право тормозило развитие России.

Мне почему-то вспомнился анекдот, который мы рассказывали друг другу, ещё будучи студентами. Про студента сельхоз вуза. Он выучил к экзамену всего один вопрос, про строение блохи. И потом какой билет бы ему не попадался, он аккуратно переводил все стрелки на блох и рассказывал про них. Даже когда преподаватель спросил про рыбу, находчивый студент умудрился вывернуться и дойти-таки в своих рассуждениях до блох и их строения.

Вот и я почувствовала себя преподавателем из этого анекдота, а заодно и спящей красавицей. Выгнать бы взашей этого умника, да только он уже второй раз мне сдаёт историю отечества, вылетит же из вуза. Ладно, я же добрая, решила я, задам ему один вопрос на логику, если ответит – значит не совсем пропащий человек, поставлю три, пусть учится дальше.

— Господин Климов, ответьте мне на последний вопрос, если ответ будет верным, я поставлю вам положительную оценку.

По лицу Климова было непонятно, то ли он обрадовался вопросу на логику, то ли испугался, но глаза загорелись нервным блеском. И я продолжила:

— В период реформ на территории России функционировал Путиловский завод. Подскажите, пожалуйста, кто был его хозяином?

Студент Климов завис, он сидел несколько секунд покусывая губы и с ужасом глядя в мои глаза. Мне было видно, как в его голове от напряжения зашевелились шестерёнки, причём с таким скрипом, как будто ими давно уже не пользовались, так, мало того, что не пользовались, не ухаживали и не смазывали серым веществом всё то небольшое богатство, которое находилось в голове. Казалось, что скоро у студента пойдёт пар из ушей, до такой степени он был напряжён. Или мозги из ушей вытекут. У меня уже перед глазами нарисовался небольшой хоррор с мозгами моего экзаменуемого, как глубоко вздохнув он робко выдал:

— Император Александр второй?

Вот тогда я поняла, парень безнадёжен. Мозг есть – одна штука, хозяин им пользуется нечасто. По предназначению редко. Гвозди им, что ли, забивает?

— Господин Климов, вы не сдали историю, идите, готовьтесь дальше. Жду вас через неделю. Хозяин завода был Николай Путилов.

— А! Ну да, точно, Путилов, Путиловский завод... Как я мог забыть, — попытался спасти ситуацию, мой супер-находчивый собеседник. Но по его лицу было чётко видно, что парень только что узнал, что Путиловский завод вообще когда-то существовал.

Мне стало скучно и захотелось поскорее избавиться от господина Климова, который уже открыл рот, чтобы поуговаривать меня поставить ему три.

— Ещё одно слово, и в следующий раз вы точно ничего не сдадите. Понятно? — произнесла я.

Климов захлопнул рот, недовольно посмотрев на меня.

— Спасибо, — сказал понятливый студент. — А можно...

«Ну как всегда, начинается торговля», — подумала я.

— Нельзя, — я-то знала, что он хочет попросить меня о смягчении условий сдачи экзамена. Ага, сейчас! Размечтался!

— Может быть, стоит...

О! А это была самая интересная часть, за такое и обидеться можно и по голове настучать, но, пожалуй, не сегодня, я спать хочу от тебя, мой дорогой!

— Не стоит, — ответила я, недослушав, так как знала, он хотел спросить, стоит ли мне дарить подарок.

— Тогда...

— А вот это вот попробуйте, — по лицу было видно, что студент, наконец, понял, что ему нужно выучить историю своего отечества, отчего же не поощрить его? Вот к чему приводит общение с талантливым преподавателем. Господин Климов не так безнадёжен, как я думала, ну а окончательно я в этом уверюсь через неделю.

Климов посмотрел на меня, как на чудо природы, и наконец-то начал собираться, чтобы выйти из аудитории. Когда он подошёл к двери, то оглянулся и сказал.

— Мария Анатольевна, вы сегодня такая красивая...

Комплименты! Значит, Климов решил применить ко мне «смертельное оружие». Только на меня оно не действует.

— А ещё у меня глаза добрые, и вообще, я золотой человек и ваш самый любимый преподаватель. Идите, господин Климов, не стоит льстить, вы же знаете, что это вам не поможет.

Дверь уважительно закрылась за студентом, а затем я услышала его голос:

— Эта истеричка просто сволочь!

Я усмехнулась. Ну держись, Климов! Хочешь истеричку? Будет тебе истеричка! Я тебе устрою такой фееричный экзамен, мало не покажется. 

А что, я незлопамятная. Просто, студенты – народ молодой, неопытный, жизнью не наученный. Их воспитывать надо, им же во благо.

Нет, я, конечно, любила и люблю свою работу, студенты меня не раздражают. Мне не нравится лишь их самоуверенность. Когда не ходя на лекции и не участвуя в коллоквиумах, они потом надеются на экзамене списать всё со шпаргалки или телефона. Думая, что преподаватель, который имеет два высших образования, пятнадцатилетний стаж работы, в конце концов, который сам умел незаметно, подчёркиваю, незаметно заглянуть в шпаргалку в свои студенческие годы на экзамене – намного глупее их. Наивные...

Широко зевнув и помянув господина Климова «добрым словом», я пошла в свой кабинет, просматривать дипломные работы, готовить рецензии, ну и ещё, делать кучу интереснейших дел, от которых просто невозможно оторваться, ну и заснуть тоже.

День прошёл незаметно и когда наступило время идти домой, я обнаружила, что на улице зарядил дождь, мне вспомнился мой новый зонтик, который я купила буквально неделю назад и до сих пор его не обновила, ну как-то возможности не предоставлялось. А теперь, когда представилась эта самая возможность, моя бирюзовая покупка спокойно лежал на полочке в прихожей, всеми ненужная и заброшенная. А кто в этом виноват? Не я, это гидрометцентр! Хотя с утра я не заглядывала в телефон и не смотрела погоду, ну это неважно. Важно придумать, как добраться до дома.

Поехать на машине я не могла, так как прав у меня не было. Так получилось, что не сложились мои отношения с автомобилями. Я как-то попыталась исправить эту ошибку – выучиться вождению под неусыпным оком моего друга. Но после того, как я потеряла педаль и не могла вспомнить, где газ, а где тормоз, и прямо на ходу усиленно сидела и вспоминала, а друг в это время краснел, бледнел, в общем, расстроился он сильно. И вот знаете, после этого расстройства охота водить машину у меня отпала, и друг тоже отпал, или завял. В общем, туда ему и дорога. 

Можно, конечно, вызвать такси, но не-е-е, денег жалко, мне до дома-то идти-то полчаса пешком. 

 Хотела напроситься к подруге, чтобы она подбросила меня, но когда оторвала глаза от компьютера и посмотрела на её пустое место, то вспомнила, что сегодня она ушла пораньше. В общем, я была единственным «работником года» со склерозом, который остался в кабинете один. Пришло воспоминание из детства, когда мама говорила мне, что я «не сахарная и не растаю». Видимо, придётся в очередной раз подтверждать эту истину. 

Босоножки на ногах, белая блузка без рукавов, наверняка, после того как я намокну, буду похожа на мокрую курицу. А потом я вспомнила, что блузка моя лёгонькая такая, наверняка прилипнет к телу, и всем прохожим будет видно через неё моё нижнее бельё, а потом через тонкое нижнее бельё и чего поинтересней.  

Ну, чему быть, тому не миновать! Пять минут позора, вернее, где-то полчаса позора, и я дома, принимаю горячую ванну, пью зелёный чай и читаю очередной исторический роман. 

Взяв себя в руки, я пошла домой. На крыльце, когда мне оставалось сделать последний шаг к моему «триумфу», я остановилась, почувствовав прикосновение прохладного ветра. 

В голову пришла шальная мысль: «А может, вызвать такси»?  Но сердечко заныло, не хотелось ему расставаться со своими сокровищами. Но мокнуть и мёрзнуть мне хотелось и того меньше, поэтому между разумом и сердцем, выиграл разум. Только я хотела развернуться, как велел мне мой человек разумный, и вернуться, как увидела, что из припаркованного недалеко от крыльца внедорожника, вроде это был какой-то там лексус, выскакивает мой «любимый» студент – Михаил Вернер. Парень способный, неглупый, но ленивый и смазливый, прекрасно осознающий силу своего обаяния и пытающийся как-то на меня им воздействовать, но я, в отличие от других преподавательниц, не растеклась перед ним лужицей и за отсутствие знаний отправила парня на пересдачу. Благо молодой человек оказался сообразительным, поняв, что «взрослая тётя», не западает на его красивые чёрные очи, выучил всё и сдал, но уже не на отлично. Надеюсь, он не претендует на красный диплом.

—  Мария Анатольевна! Как же вы пойдёте домой? 

Это что, он мне кричал? Я оглянулась. А, ну да, я же Мария Анатольевна Кузнецова. 

—  Давайте, я вас довезу. —  Как мило.

Предложение было очень соблазнительным, только некоторые студенты после помощи преподавателю, считали, что он обязан им помогать. 

—  Нет, господин Вернер, я вызову такси, спасибо за предложение. Только я произнесла эти слова, подул ветерок, моя кожа покрылась мурашками. И некоторые части тела тоже превратились в мурашки. Я уж было собралась развернуться и уйти. Как Михаил перегородил мне дорогу. 

—  Мария Анатольевна, я вас теперь не отпущу. Как можно оставить даму в беде. Пощадите, меня же потом совесть съест.

Быть или не быть, вот в чём вопрос… И я решила быть. Деньги сэкономлю, до дома быстро доберусь и не замёрзну. Но… Хотя ладно, никаких «но»! Михаил подал мне руку, и мы поскакали, как сайгаки через лужу, которая была перед крыльцом. Добежали до машины. Дождь не щадил меня, а также мою причёску и блузку, которая тут же промокла и обтянула мой бюст, и на свет появилось прозрачное бельё. Совесть Михаила, по всей видимости, тоже пострадала под этим злосчастным дождём. Так как он нагло уставился на мою грудь, когда открывал дверцу машины, чтобы усадить меня с комфортом. Мне пришлось применить моё оружие, презрительный взгляд и поднятая бровь. Это сработало, парень подобрал челюсть с пола, и я спокойно села в тёплый, а самое главное – сухой салон внедорожника. 

Михаил молча прошёл на своё место, завёл мотор, который заурчал, как большой дикий кот, и тронулся. На меня подуло теплом, и мои мурашки потихоньку начали сходить. Я решила не стесняться, блаженно откинулась назад, закрыла глаза и простонала.

—  Как тепло. 

—  Любите тепло?

—  Кто ж его не любит?

Машина уютно гудела, жар от печки обвивал моё тело, глаза не хотели открываться. Михаил не раздражал, потому как молчал. Не знаю, сколько мы так уже проехали, но я вдруг осознала, что едем мы уже не десять минут, а дольше. Я распахнула глаза.

—  Михаил, а вы знаете, где я живу? — молодой человек удивлённо заморгал.

—  Нет, не знаю.

—  Вы уже проехали мой дом, я живу недалеко от университета.

—  Хорошо, сейчас развернусь, — произнёс парень, продолжая ехать вперёд, а затем, он почему-то не развернулся, а повернул налево. Вечер становился всё интересней и интересней.

—  Михаи-ил, — нежно позвала я, парень вздрогнул. — Нам нужно  развернуться.

—  Извините, Мария Анатольевна, я задумался. Вот скажите, вы когда-нибудь спасали кого-нибудь?

Я открыла глаза и, уставившись перед собой, встревожилась. Чего это он? Будет возить меня, пока я не пообещаю ему пятёрки за следующий семестр?

—  Господин Вернер, вы сейчас, о чём? — осторожно спросила я. Вдруг он псих? Всякое в жизни бывает. 

Псих глубоко вздохнул и произнёс:

—  Дело в том, что моя девушка пишет сейчас книгу про драконов. Мы с ней немного повздорили, из-за того, что я считаю, что дракон не может быть слабым, он должен спасать дам, попавших в беду. А она собирается написать о том, как одна попаданка спасла всё королевство и дракона в придачу, а затем, вышла за него замуж. Вот поэтому я и спрашиваю, вы бы смогли спасти дракона, если бы вам представилась такая возможность, или предпочли сидеть в башне и ждать милости с неба? 

Вопрос мне показался странным, но учитывая то, что я установила в студенте Вернере немного неадекватного человека, а он к тому же всё не сворачивал в сторону моего дома, то решила подыграть ему.

—  Мужчины заблуждаются, когда думают, что женщины слабее и глупее их. Я бы поступила так, как придумала ваша девушка.

—  То есть, вы бы спасли дракона? — обрадовался Михаил

—  Несомненно, —  подтвердила я. Интересненький разговор у нас получался. Если что, это был сарказм.

—  Решено, едем спасать драконов. — сказал Михаил и прибавил ход у машины.

—  Михаил, а вас ничего не смущает?

—  Нет, вы же согласны? — спросил этот странный человек, и не давая мне ответить, затараторил дальше. — Королю драконов очень нужна помощь и всему его государству, а то на старость лет он совсем сбрендил. Издаёт законы какие-то глупые и ненужные, решил женить своих сыновей, хотя они к этому ещё не готовы, при этом не даёт выбрать невесту самим, всё норовит влезть своим драконьим носом туда, куда его не просят. А вы вот как раз ему и поможете разобраться, так сказать, на земном опыте со всеми хитросплетениями управления страной и воспитанием взрослых совершеннолетних детей. 

—  То есть, вы приглашаете меня консультантом? 

—  Да? Да, а вы обещаете помочь? — обрадовался Михаил, только чему он там радовался, я не поняла, мне стало немного тревожно, оттого что немного неадекватный человек сидит за рулём. 

—  Обещаю, обещаю, —  глядя на его напряжённый профиль, сказала я, Михаил сразу же расслабился, — а когда я попаду домой? — скромно спросила я, поправляя съехавшие вбок брюки. Михаил остановился на светофоре и повернулся ко мне.

—  С вашим умом, изобретательностью, эрудицией и эм-м, — тут Михаил опять выразительно посмотрел на мою грудь, —  я думаю, мы недолго.

А я подумала, что всё это очень странно и вообще, при чём тут моя грудь?!

—  А куда мы едем? 

—  Как куда! Спасти дракона! 

Опять двадцать пять. Я решила зайти с другой стороны.

—  Я так понимаю, при дворе этого, хм-м, дракона, наверное, особый этикет, а я не при параде.

—  Это не страшно, это мы вам обеспечим. 

Машина выехала за город и въехала на лесную дорогу, я совершенно не понимала, куда меня везут, и хотела уж было начать умолять Михаила о пощаде, как мы со шлепком преодолели какую-то преграду, дождь внезапно прекратился, на улице сияло солнце, а через несколько минут мы выехали к морю. Я открыла рот от удивления. Вообще-то, море от моего города было более чем за тысячу километров, когда это мы успели? 

—  Где это мы? 

—  Как это где? Вы же сами захотели спасти дракона – короля. Теперь мы в драконьем королевстве. 

—  Михаил, вы шутите?

—  Нисколько. — Тут я увидела вдалеке на берегу, на отвесной скале замок, а к нему и правда летел дракон. Я протёрла глаза, ничего не изменилось. Я опять откинулась в кресле, думая, что это всего лишь сон, закрыла глаза. Через несколько минут я их открыла, замок стал ближе, дракон исчез. 

—  Ничего не понимаю! А в какой мы стране? Я, вообще-то, просила увезти меня домой. — То ли я схожу с ума, то ли мир сошёл с ума.

—  Не переживайте, как только выполните своё обещание, так сразу я вас и увезу или он увезёт.

—  Кто «он»?

—  Король драконов.

—  Михаил, вы псих? Какой король драконов?

—  Я не псих, это вы истеричка. 

—  Мне кажется, нам с вами не по пути.

—  Поверьте, я этому очень рад. 

—  Вы мне хамите?!

—  Простите, не смог удержаться, больше не буду, наверное.

Если бы мы были в городе, я бы вышла, но мы были непонятно где, поэтому я не стала рисковать. Дракон так дракон и не такими я «перекусывала», посмотрим кто кого.

—  Итак, Михаил, значит, ваша девушка пишет книги про попаданок и драконов. — решила я разведать обстановку, информация наше всё!

—  Моя девушка, какая девушка?

—  Какая девушка, Михаил, та, про которую вы полчаса назад мне рассказывали. —- «вот редиска», подумала я, он ещё спрашивает, какая девушка!

—  А-а! Эта девушка? Так, нет у меня никакой девушки, это я так, чтобы разговор с вами начать, мы очень нуждаемся в вашей помощи.

—  Куда я попала? Я так понимаю, что мы сейчас не на Земле?

—  Не на Земле.

—  Значит, мы попаданцы, или попадосы, или кто мы, Михаил?

—  Ну, вообще-то, я местный житель – дракон. А вот вы – попадос, э-э-э, то есть, попаданка.

—  Замечательно, я, значит, попадос, а он дракон! 

—  Ну, кто кем родился. 

—  А выручать, значит, я должна?

—  Да, без вас никак.

—  Ну и как спасать этого вашего короля драконов? Расколдовать его волшебным поцелуем?

—  Хм-м. Можно попробовать.

—  А как к нему подобраться?

—  А вот это вот самое сложное, — горестно произнёс Михаил, — нет, вы не подумайте, он у нас очень хороший, благородный, смелый. Просто наша мама умерла восемь лет назад, а три его любовницы вышли замуж, вот он и расстроился, и теперь королевством так управляет, что… теперь и мы все расстраиваемся.

—  Так, значит, я должна подобраться к королю драконов, поцеловать его, и тогда королевство будет спасено? Таков план? —- с сомнением спросила я, было что-то странное во всём этом. Я что, должна расколдовать принца?

—  Ну да, примерно так. 

Пока мы вели этот странный диалог, наш автомобиль припарковался на площадке перед замком. Михаил заглушил мотор, и не успела я разглядеть, что там, снаружи происходит, как он одел на мою шею цепочку с кулоном и сказал:

—  Это переводчик, минут через десять он подстроится под вас, и вы начнёте понимать драконий язык, а через пару недель сможете обходиться и без него. Помните, что теперь мир драконов не выпустит вас, пока вы не исполните обещание, которое дали дракону, то есть, мне. Поэтому, хотите попасть домой – помогите этому миру, стать лучше.

—  А почему я-то, что у вас других женщин не нашлось? — спросила я, рассматривая кулон.

—  У других не получится, только у вас. Вы та самая..., то есть, вы самая умная. — сказал Михаил. И я увидела, как к нашей машине подходят двое молодых людей. Они, как и Михаил, были черноокие, высокие, стройные, как будто все сошли с картинки. А когда я присмотрелась, то увидела, что есть в них что-то одинаковое.

—  Господин Вернер, это что, ваши братья? 

—  Да, сейчас я вас с ними познакомлю. А дракон, которого нужно спасти от спермотокси…. э-эм, от тоски и одиночества – мой отец.

   Не успела я возмутиться, как этот хам выскочил из машины. Передо мной открылась дверца и мне вежливо предложили руку. По всей видимости, это был самый старший из всех братьев, и я, забыв о промокшей и уже несвежей блузке, растрёпанной после дождя причёски, и мятых брюках оливкового цвета, как королева, нет, даже, как суперстар из Голливуда, вышла на свежий воздух. Он буквально чуть не снёс мне голову, до чего был вкусным, дышала бы и дышала, грудь моя восхищённо вздымалась, а все три дракона внимательно на неё смотрели. 

—  Лаваносиус! Карпинкуо жик вау вау, — сказал самый старший из них. Я взглянула на Михаила, в надежде, что он переведёт только что сказанное, но он не обратил на меня внимание сказав:

—  Шрат прив! Каранц трикуп, — показывая на мою грудь. И чего она им всем сдалась, я возмущённо опустила глаза вниз. И увидела, что блузка на стратегических выпуклостях высохла не до конца и она сильно просвечивала, являя миру всё моё женское богатство. «Так вот, что значит вау вау». — Я возмущённо сложила руки на груди, посмотрела на трёх наглых драконов и хотела сказать им, что они невоспитанные мужланы, а получилось:

—  Придуриус, идиотиус невоспитанос, вашу страну, по всей видимости, нужно спасать от недостойных манер. — Ой, это что, я заговорила на их языке?

Все три братца уставились на меня.

—  Вы нас понимаете? — спросил самый младший из них.

—  Я же говорю, что снабдил нашу гостью переводчиком, так что будьте осторожны в выражениях. Мария Анатольевна, — обратился он уже ко мне, —  вы говорите с принцами драконьего королевства, хорошо, что наш разговор никто не услышал, иначе нам пришлось бы наказать вас.

Возмущению моему не было предела.

—  То есть, вы хотите сказать, что хитростью заманили меня сюда спасать какого-то дракона, а теперь, мало того, что угрожаете, так ещё и хамите. Вы, молодой человек, не джентльмен, да и вы тоже, — показывая на старшего братца, сказала я.

—  Да, я хам, а вы истеричка, мы это уже выяснили, — спокойно сказало драконье отродье по имени Михаил, — а теперь, давайте пройдём во дворец, вы приведёте себя в приличный вид.

  От возмущения я хотела сказать какую-нибудь гадость, даже рот открыла, но старшенький из всей драконьей компании, который стоял за спиной Михаила, отрицательно покачал головой и провёл пальцем по горлу. «А, ну их, — решила я, — я взрослая, самодостаточная личность, не буду скатываться до уровня этих рептилий». И гордо подняв подбородок, приняла руку, которую мне протягивал хамоватый принц. И мы всей этой процессией двинулись к воротам.

  Только мы отошли от места нашей встречи, как от куда-то прибежали мужчины. Один занялся машиной, а другой поскакал впереди нас, открывать ворота. Мы вошли во внутренний двор, там всё было, как и полагается средневековому замку. Мощёный пол, стены были разукрашены причудливой росписью, посреди двора была огромная клумба. По двору сновали мужчины и женщины, причём мужчин было больше, а все женщины были в длинных юбках или платьях, только я одна гордо красовалась в брюках. 

—  Разрешите представиться, меня зовут Тобиус Вернер, я старший из сыновей короля, являюсь наследником престола, — выглядывая из-за плеча Михаила, сказал наследный принц.

—  Очень приятно, — тепло, улыбнувшись молодому человеку, сказала я. Хоть кто-то проявил немного вежливости.

—  Это, —  Тобиус показал на Михаила, — мой младший брат, второй в наследии престола, Микаэль Вернер. Михаил сжал челюсть, по всей видимости, понял, что даму нужно представить, а он с этим не справился. Я мысленно злобно усмехнулась.

—  А я следующий, — перебивая его, сказал самый младший из всех, — Мэлвин Вернер.

  Я вежливо кивнула в ответ, всё-таки придворному этикету молодых людей научили, просто им не хватило железной женской руки.

—  Мария Анатольевна Кузнецова, старший преподаватель кафедры истории и обществознания в Техническом вузе.

—  У, — впечатлились или удивились братья, один Микаэль шёл с каменным лицом.

Вдруг на небо набежала тучка.

—  О! Отец прилетел, — вскрикнул Мэлвин. 

Я подняла глаза, по небу, закрывая солнце, летел огромный чёрный дракон, мне стало жутко.

—  Отец? — голос мой от страха некрасиво так сорвался вверх, — Этот ваш отец, я так понимаю, и есть король драконов? — немного прокашлявшись, спросила я. 

—  Совершенно верно, — холодно ответил Микаэль.

—  То есть, тот самый, которого нужно спасать и консультировать?

«А не съест ли он меня с потрохами», —  пришла в голову мысль.

—  Вы не ошиблись, — всё также холодно произнёс Микаэль. А мне что-то стало не по себе. Я резко остановилась и сказала:

  — Я передумала, везите меня обратно.

Тут я заметила, как по двору забегали люди, женщина вообще исчезла. Заподозрив неладное, я вырвалась из рук Микаэля и метнулась обратно к воротам. Но не тут-то было, меня быстро перехватили сильные мужские руки.

—  Мария, вам туда нельзя, — успокаивая меня, заговорил Мэлвин, который не выпускал мою брыкающуюся тушку из стальных объятий, — давайте, мы отведём вас в замок и придумаем какой-нибудь план. 

Я запаниковала ещё больше и с возмущением спросила, всё также пытаясь расцепить драконские руки:

—  А поцеловать спящего дракона, и всё наладится, что ли, не подходит?

—  Ну-у, не совсем, — протянул Тобиус, — поцеловать, конечно, придётся, но для начала его нужно убедить, что …

  Тут из-за ворот мы услышали злой рык. Я, мои волосы на руках, ногах и других частях тела, да даже грудь, в конце концов, поднялись от страха.  Или, как это ни странно, от возбуждения? Заниматься самокопанием не было времени. Я передумала и решила скрыться от этого «бедного, несчастного дракона» в замке, опять резво развернулась и мы все вместе как «нормальные» взрослые люди, вы заметили кавычки? Побежали через двор, чтобы успеть, пока обездоленный, горемычный дракон не слопает всю нашу честную компанию.

—  А он добрый или злой? —  быстро проговорила я, как раз под стать нашей пробежке.

—  Добрый. Злой, —  одновременно сказали Тобиус и Микаэль.

—  А людей он ест? 

—  Да. Нет, — опять одновременно произнесли братья.

Останавливаться и выяснять, что к чему, мне не хотелось, я решила, что поистерю попозже, а сейчас было просто необходимо «уносить ноги». Но буквально, когда оставалось пару метров до ближайшей двери, сзади послышался голос:

—  Микаэль, ты вернулся! Прекрасно, зайди ко мне сразу, как отдохнёшь с дороги. 

От голоса короля драконов во мне всё внутри сначала сжалось, потом перевернулось и сладко заныло. Я бы такой голос слушала и слушала. Даже нотка власти в звучании этого басовитого приветствия заставила моё сердце сжаться и пропустить три удара. Но несмотря на это, я взяла себя в руки и, спрятавшись за спины братьев, потихоньку двинулась к спасительной двери. 

—  Стоять! — загремел король драконов.

   Ой, это он мне, что ли? Я остановилась и осторожно обернулась. Все четверо мужчин, как один, смотрели на меня. «Ну что ж, — подумала я, — спасать, так спасть». Расправила плечи и гордо двинулась вперёд, смотря в глаза этому потрясающему мужчине. Такого красавца я видела впервые. Волосы цвета воронова крыла, немного вьющиеся, чёрные глаза, прямой нос, чётко очерченные губы и квадратный подбородок, который подчёркивал мужественность его образа. Не смазливый, но по-мужски притягательный, прямо как для меня созданный.

   Он так смотрел, что мне показалось, как будто мы остались вдвоём на этой планете. Вокруг пели птички, сияли звёзды, ветер подхватил нас и закружил над замковым двором, деревней и морем. Лепестки роз поднялись вслед за нами и окружили в своём неистовом танце. И тут с небес на землю меня спустил голос Микаэля.

—  Пап, познакомься, я привёз себе помощницу, моего преподавателя по истории – Кузнецову Марию. 

 Я попыталась сделать реверанс, но немного не удержалась. Реверанс получился неидеальный, к тому же я чуть не завалилась вбок, пришлось схватиться за Микаэля, практики у меня было маловато. Король драконов переменился в лице, сначала в его глазах полыхнула агрессия, а потом он брезгливо оглядел мою фигуру и произнёс:

—  Земная женщина, — прозвучало это так презрительно, что я почувствовала себя червяком из помойки, — зачем ты пустил её в моё королевство? Ты же знаешь, что моральный облик землянок оставляет желать лучшего.

«Вот те раз, — подумала я, — вот тебе и одинокий, несчастный дракон».

—  Мария – ценный специалист, мне пригодятся её знания при управлении страной, — настаивал на своём Микаэль.

   А я обиделась. Я, конечно, не мисс вселенная, но тоже ничего, вон, даже сыночки, хоть и молоды, но на кое-что интересное у меня заглядывались. Но я понимала, что вмешиваться в семейные разговоры —  неразумно,  поэтому начала потихоньку пятиться назад. Король, заметив моё отступление, опять прорычал:

—  Стоять. —  От его рыка я вздрогнула и замерла в той позе, в какой и застал меня его рык, —  Ты зачем пришла в мой мир, сыновей моих развращать?

Нет, ну я всё понимаю, что он одинокий, несчастный вдовец, король, в конце концов, но чего он так со мной, я же дама. Я отмерла, встала прямо,  выпятила своё достоинство третьего размера вперёд и сказала: 

—  Я не такая! И давайте сразу расставим все точки над «и». Ваш сыночек меня сюда заманили обма…., — тут Микаэль как-то неуклюже завалился на моё плечо, и мне чтобы не упасть лицом ниц перед самодержцем, пришлось балансировать, вскинув руки. А этот монарх с презрением наблюдал за моими попытками устоять на ногах и даже руки не подал.

—  Неуклюжая, ободранная моль, что с неё взять? Землянка! Микаэль, я приказываю увезти её обратно, — презрительно произнёс королевское отродье.

А вот это меня задело.

—  Знаете, что, мистер дракон! — вытягиваясь в струнку, от возмущения, начала я свою речь, —  я зрелая, самодостаточная личность, имею два высших образования, блестяще защитила диссертацию, имею статус старшего преподавателя того самого вуза, где учится ваш сын. Не кажется ли вам, господин, э-эм, Вернер, что воспитанные люди, тем более короли, себя так не ведут?

—  На кухню её, мыть посуду, — сказал мне этот самодур издевательским тоном в лицо. Я услышала, как все три братца облегчённо выдохнули, чего они там напряглись, не знаю. 

—  Нет уж, будьте добры, отправьте меня домой, изгоните из своего королевства, раз я такая неуклюжая, развратная моль, которая всё вам здесь испортит.

—  Сначала отработаешь за оскорбление монарха, дама с образованием, а потом я подумаю, стоит ли тебе возвращаться, —  продолжил давить на меня этот деспот, подойдя ко мне поближе и нависнув прямо надо мной, —  Научись сначала дворцовому этикету и самое главное, как вести себя при короле.

—  Невоспитанном короле, — бесстрашно поправила я этого драконища, что творю, что творю, сама не знаю…. Зато отомстила за свои обиды.

Глаза монарха сверкнули яростным огнём, и я поняла, что, наверное, перегнула палку, а жить-то ещё хотелось. Ой, это не я, это всё мои гормоны. Я решила всё исправить милой улыбкой. 

—  Ну ладно, мне пора, — поменяв тон, скромно опустив глаза вниз и разворачиваясь к такой манящей двери, сказала я.

—  Куда? —  рявкнул дракон, — я никого не отпускал.

—  Ну так, это… мыть посуду, — смиренно пожимая плечами, сказала я, разворачиваясь обратно с невинно хлопающими глазками. 

Король, не отрывая от меня разъярённого взора, сказал:

—  Микаэль, я жду тебя с объяснениями через полчаса. А сейчас, можете все разойтись. А вам, мадам...

—  Я мадмуазель, — почему-то зардевшись, как маленькая девочка, поправила я мужчину. В глазах дракона сверкнул огонёк довольства, а потом снова погас и он хмуро произнёс:

—  А вам, мадмуазель Мария, нужно поучиться дворцовому этикету, ещё один такой выпад и я прикажу выпороть вас. У нас женщины знают своё место. 

После этих слов король развернулся и ушёл в другую сторону, мы как вкопанные, стояли и провожали его взглядами. 

—  Вы думаете, поцелуй поможет?  —  хмуро спросила я, не отрывая глаз от нижней части спины монарха, любовалась бы и любовалась.

—  Думаю, тут надо действовать хитрее, — задумчиво сказал Мэлвин, провожая взглядом, как и я, своего отца, — мы что-нибудь придумаем.

—  Так, от чего его спасать-то? —  возмутилась я, —  жив, здоров, рычит даже.

—  От самого себя его нужно спасть, — ответил всё тот же Мэлвин.

—  А домой мне никак нельзя? —  слишком уж странная перспектива «иди туда, не знаю куда, найди то, не знаю, что». Конкретно-то ничего не объяснили.

—  Не получится. Обещание надо выполнить, — равнодушно смотря вдаль, сказал Микаэль. — придётся мыть посуду. Вы умеете?

Я оторвала взгляд от короля и уничтожающе посмотрела на Микаэля. 

—  А вы, Микаэль, умеете?

—  Нет, у меня есть слуги, —  равнодушно пожав плечами, сказал он.

—  А у меня посудомоечная машина, — заводясь от происходящего, начала я. Притащили меня на съедение дракону, чего делать не объяснили, ещё и посуду мыть отправляют.

—  Значит, вы справитесь, — явно размышляя о чём-то другом, ответил Микаэль.

—  Справлюсь со спасением посуды от грязи? Я, вообще-то, привыкла заниматься интеллектуальным трудом! — монарх удалился из поля зрения, значит, теперь можно начинать истерику. Я уж было открыла рот, чтобы высказать ещё свои соображения по этому поводу, но Мэлвин успокаивающе положил руку мне на предплечье и сказал, сочувственно глядя мне в глаза: 

—  Не переживайте, мы скоро всё уладим. День подошёл к концу, а вам пора отдохнуть.

—  Кстати, ваша комната, Мария, давно готова, — подхватил его Тобиус.

—  То есть, вы меня ждали? —  зашипела я, но при этом немного успокоившись от сочувствия принцев.

—  Ну да, — ответил старшенький.

—  Очень сильно, —  подтвердил Мэлвин.

—  Особенно я, —  сказал Микаэль с таким лицом, как будто на самом деле он рад бы от меня избавиться. 

—  А ваш отец не ждал? —  со скепсисом спросила я.

—  Не ждал и не ожидал, —  задумчиво подтвердил Тобиус. —  Но вы не переживайте, потом, когда вы его спасёте, он будет очень рад.

—  Потом! А что сейчас-то делать? —  занервничала я, сколько мне ещё тут сидеть?

—  Мыть посуду, вы же сами хотели, приказы короля не обсуждаются, — радостно ответил Микаэль. Чему он там радовался, было понятно. Отомстил мне за «вынос мозга», который я устроила ему в машине, или за пересдачу? А потом Микаэль вдруг поник, — а мне ещё предстоит объяснение с отцом. 

Я удовлетворённо хмыкнула: «Не рой другому яму».  

—  Сочувствую, брат, — кладя руку на плечо Микаэлю, сказал Мэлвин. 

А я вот совсем ему не сочувствовала.

—  Ну всё, хорош стоять, пойдём, проводим гостью в её покои.

Меня проводили в комнату, где я должна была жить. Ну ничего так жилище – мрачненько, готичненько, старомодненько и всё в пыли. 

—  А здесь что, не убираются? — спросила я, проведя пальцем по журнальному столику, где моя персона, наверное, как принцесса должна была вкушать круассаны по утрам.

Все три брата, не стесняясь, ввалились в комнату вслед за мной и спокойно, как ни в чём не бывало, наблюдали за хозяйкой покоев.

—  Комнату специально готовили для вас, вот здесь ваш гардероб. У нас принято одеваться немного по-другому, не так, как на Земле, — проинструктировал Тобиус, показывая рукой на дверь в гардеробную и, совершенно не обращая внимания на мой брезгливо сморщенный носик, — Поэтому вот, — закончил он.

—  Значит, сейчас я должна переодеться и идти спасать кухню от грязной посуды? — разглядывая свои новые платья, спросила я. Дело в том, что они были немного непригодны для, скажем так, грязной работы. Как я поняла, никто не ожидал, что мне придётся мыть посуду. Кроме, естественно, короля драконов, который просто меня не ожидал. 

А ещё, разглядывая свой гардероб, ко мне закрались смутные подозрения, что заботливые сыночки хотели, чтобы я соблазнила их отца, так как вся одежда была с огромным декольте. Кроме того, я поняла, что, надевая эти наряды, мне не обойтись без помощи служанки, так как под них нужно было натягивать корсеты, которые висели рядом с каждым шедевром швейного искусства. 

—  А что-то попроще есть из одежды? Джинсы, брюки, спортивная форма? – спросила я, рассудив, что мыть посуду в этом, немного не сподручно.

—  Джинсы и брюки только для мужчин, — брякнул Тобиус, почему я подумала, что он брякнул? Да потому что остальные братья выпучили на него глаза, пытаясь замять тему. 

—  А вот с этого места, я попрошу поподробнее, — резко разворачиваясь и глядя на эту гримасничающую троицу, сказала я.

—  Ой, — взглянув на часы, вскрикнул Микаэль, — столько дел, столько дел. Мне пора, — и выскользнул из комнаты.

 Под моим пристальным взглядом Тобиус и Мэлвин переглянулись.

—  Так ты говоришь, что на наши северные земли напало полчище саранчи? Ай-я-яй, горе то какое! А с чего ты это взял? —  не обращая внимания на мой свирепый взгляд, проговорил Тобиус.

—  Так это, — промямлил Мэлвин, — надо слетать туда, тогда всё поймёшь.

—  Слетать! —  обрадованно воскликнул наследник престола, — Ну тогда, за чем дело стало? — И оба в этот момент вопрошающе глянули на меня. Я молча смотрела на этих обормотов, понимая, что они хотят свалить.

 —  Нужно срочно разведать обстановку, — поведал мне Тобиус, и два чудо-дракона ринулись прочь из комнаты, и уже на ходу Мэлвин произнёс:

—  Мы сейчас к вам служанку пришлём, если что, она вам поможет.

Дверь за братьями захлопнулась. Я осталась стоять в комнате наедине со своими мыслями, которые мне упорно твердили, что-либо я сошла с ума, либо я просто сплю. Чтобы как-то утихомирить поднявшую ко мне в голову истерику, я решила осмотреться. Посередине моих покоев, как и положено, стояла огромная кровать, которая была расположена на пьедестале. Над ней висел балдахин, по-видимому, чтобы солнце утром не будило меня. Возле окна стояли два кресла и канапе, а также письменный стол, изготовленный на старинный манер.

Я прошлась по комнате, обнаружила две двери, помимо двери в гардероб. Одна вела в уборную, а вторая была заперта. Немного подёргав ручку, я поняла, что утолить моё любопытство и узнать, что там находится, мне вряд ли удастся. Я немного пригорюнилась, но решила не сдаваться и продолжила осмотр. В конце концов, окончательно меня отвлекло от грустных мыслей зеркало, которое висело в гардеробной. 

Из него на меня смотрела «интересная» особа. Очень похожая на Бабу Ягу. Теперь я поняла, почему король драконов не поддался моему «очарованию». В общем, комната в красно-золотых тонах, пылью на шторах, предметах мебели, балдахине, и даже в воздухе –   соответствовала моему внешнему виду. 

Я попыталась привести себя в благопристойный вид. Благо инструменты в виде расчёски, заколок, резинок, шпилек, лежали на комоде прямо под зеркалом. Наконец, соорудив, на голове недавно вошедшую в моду рульку из своих роскошных, каштановых волос, отмыв пятна, от потёкшей туши под глазами, я поняла, что я немного так встряла, как выражаются мои студенты и очень хочу домой. А это значит, что мне нужно срочно кого-нибудь спасти. Но почему-то спасать приходится меня, причём мне самой.

   Я подошла к креслам и грустно села в одно из них. Внимательно вглядевшись в окно, я обнаружила, что это – не окно вовсе, а выход на балкон. Только я хотела проверить ещё одни свои владения, как дверь распахнулась, и в комнату просочилась маленькая, худенькая девушка. Бледненькая такая, глазки в пол, вся вежливая.

—  Госпоже нужно помочь переодеться? —  сказало дитя, не глядя на меня, одновременно делая реверанс. Кстати, в отличие от меня, она его превосходно выполнила. Надо потом поучиться у неё, если что.

От такого обращения я оглянулась по сторонам, где она там госпожу увидела?

—  Это вы мне, что ли? — спросила я удивлённо.

Девица уставилась на меня. Я поняла, что диалога у нас с ней, наверное, не выйдет, уж слишком она запуганная какая-то. Ну ладно, буду приказывать, раз я госпожа.

—  Давайте выберем мне платье для работы на кухне, —  хотелось поскорее отработать свои долги и исчезнуть из этого мира.

   Девушка молча метнулась к гардеробной и начала перебирать мои наряды. Сначала она вытащила серое платье, а потом коричневое. Я наблюдала за ней, размышляя, кто её мог так запугать.

—  Какое платье госпожа выберет?

—  Давайте серое, оно вроде как к моим глазам подойдёт.

  В общем, если вы мечтаете стать принцессой в средневековом замке, то я очень вам рекомендую поменять мечту. Носить корсеты и эти их платья – настоящая пытка. В конце концов, я сняла с себя этот дурацкий наряд. Надела платье без корсета, застегнула булавкой декольте, чтобы местных поваров не соблазнять, то есть, не отвлекать от работы. И отдала приказ прислать мне как можно скорее швею. Ну а что, раз я живу в шикарной комнате, меня заранее ждали, наверное, я имею право на такую мелочь, как удобная одежда! Я решила ещё немного понаглеть и попросила получше убраться в моих покоях. Стереть пыль, постирать шторы, заменить покрывало на кровати, выбить подушки.

—  В общем, пока я буду трудиться на кухне, наведите порядок в моей комнате, приказала я. 

  Девушка робко меня выслушала, утвердительно махнула головой и предложила пройти на моё рабочее место. Идя по коридорам замка, я заметила, что он в принципе выглядел неплохо лет так пятьдесят назад, но сейчас, когда клининговые компании изобрели моющие средства, меламиновые губки, микрофибру, разные устройства типа швабры, да поломоечные машины, в конце концов, мне всё казалось каким-то неухоженным. Кроме этого, везде преобладали мрачные тёмные тона. Чисто мужское царство! Дикий край, дикий король, дикий замок. В общем, я была в восторге, или ауте, это уже решайте, как вам будет угодно.

   На кухне меня ждали с нетерпением. То есть, когда я туда зашла, все как занимались своими делами, так и продолжали ими заниматься, девушка сразу же покинула меня, как только привела на моё рабочее место. По всей видимости, ей не терпелось навести порядок в моих покоях. 

   Я решила, что приказы королей не обсуждаются, поэтому двинулась вдоль кухни искать, чем бы заняться. Мужики, которые работали здесь, удивлённо на меня поглядывали, но никто не пытался остановить или спросить, что мне нужно. А я гордой походкой обошла всю территорию, разглядывая, что тут к чему. Женщин здесь вообще не было, но я не стала унывать, где наша не пропадала!  

    Кухня была оборудована современно, даже запахи шли приятные от приготовляемых блюд, но опять же, всё как-то было негармонично. Впрочем, какое мне до этого дело. Когда я обнаружила огромную посудомоечную машину, то искренне обрадовалась, что мне не придётся мыть посуду в чане с водой.

    Вокруг неё порхала единственная женщина в этом помещении. Она была среднего возраста. Волосы её были собраны под чепец, а из-под него блестели чёрные глазки-бусинки, любопытно меня разглядывая. 

—  Господин Вернер, местный король, послал меня помогать вам мыть посуду.

—  Да что ж это делается-то! Ты что, с Земли, что ли? — всплеснув руками, вскрикнула женщина.

—  Ну да, с неё родимой, а как вы догадались?

—  Так, ты корсет не надела, а у нас без него считается позором ходить.

—  Кошмар какой-то! Как вы в нём вообще выживаете. Люди уже давно придумали вещи поудобней.

—  Ну, тут это, у нас другие немного нравы, — заговорщицки приблизившись ко мне, промолвила она. — Давай покажу, как эту махину загружать, — тут же громко на всю кухню пророкотала эта женщина. И сноровисто открыв дверцу машины, стала с рядом стоящего стола загружать её. — Вот сюда стаканы, — всё также громко орала она, — а вот сюда тарелки. А звать-то тебя как, — перейдя снова на шёпот, спросила она.

—  Мария Анат….., хотя зовите меня просто Мария.

—  Просто Мария, — зависла моя собеседница, — знакомое что-то, ну да ладно, а я Глафира.

—  Очень приятно. А почему у вас тут так мало женщин?

—  Тс-с, — испуганно прижимая палец к губам и вытаращив глаза, зашипела Глафира, — никогда не задавай этот вопрос вслух.

—  А как его задавать? —  удивилась я.

—  Неважно, короче, слушай, — тут Глафира сделала вид, что что-то поправляет в машинке, а сама ко мне наклонилась и тихо зашептала на ухо, — Король наш – Адемир четвёртый, ну очень не любит женщин.

—  В смысле «не любит»? — всё также заговорщицки спросила я. Как все современные женщины я подумала понятно о чём, —  совсем, что ли?

—  Совсем! — обречённо промолвила та.

—  А как же у него три сына-то появились? — удивилась я.

—  Это ты сейчас про что подумала? — с ужасом отпрянув от меня, спросила посудомойка. —  Вот сказано же, человек с Земли! У нас здесь такого не водится, драконы же драконистые... 

—  Ничего не понимаю, объясняйте дальше, — потребовала я. Глафира же, посмотрев на меня, как на нерадивую ученицу, поджала губы и отправилась за грязной посудой к соседнему столу. Я пошла за ней. Нагребая тарелки и кружки на разнос, она опять начала мне шептать, озираясь по сторонам:

—  Была у Адемира жена – умница, красавица, родила она нашему королю четырёх сыновей, да вот незадача. Была она ему не истиной парой, поэтому не любили они друг друга. В конце концов, королева наша восемь лет назад скончалась от тоски. 

  В наше время умереть от тоски, это что-то странное, подумала я и выдвинула свою версию произошедшего:

—  Понятно, значит, она «вынесла мозг» мужу, и тот её придушил. А теперь король на дух не выносит всех женщин. 

  Глафира с важным видом взяла свою кучу посуды и понесла её к машине, как будто обиделась на меня. Я же направилась за ней, обиделась не обиделась, пусть отвечает.

  По всей видимости, желание блеснуть знаниями победило в душе моей собеседницы, и она продолжила:

—  Ничего ты не поняла, она умерла, рожая четвёртого дракона. Но мозг мужу выносила знатно. Но это т-с-с, никому нельзя говорить – секрет государственной важности. 

—  То, что мозг выносила или то, что умерла при родах?

Глафира поставила поднос, упёрла руки в боки и сказала:

—  Всё секрет, —  а потом оглянулась по сторонам и заговорщицки продолжила:

—  А Адемир то наш погоревал, как полагается, целый год, а потом завёл себе фаворитку, а через полгода стало известно, что она истинная пара одного знатного вельможи из соседнего государства, ну, она и покинула страну.

  Я решила опять выдвинуть свою версию произошедшего: 

—  При этом обворовала своего короля и из-за этого весь сыр-бор, —  Ну, не может же нормальный мужик, просто так разозлиться на всех женщин.

—  Да что ж ты нетерпеливая такая, — возмутилась Глафира, — не обворовала, а раскрыла пару государственных секретов своему мужу из соседнего государства, а мы потом за это поплатились. Только т-с-с, это тоже государственный секрет. 

  Адемир завёл вторую любовницу, —  продолжила она, —  проверил её, как полагается, по всем фронтам, чтобы она простой человечкой была, ничьей истинной парой, и даже хотел жениться на ней. Но она его бросила, вышла замуж, а через год родила ребёнка.

Бросить такое «рыбное место»? Я удивилась, обычно за него дерутся зубами. Тут явно была другая причина, и я решила её озвучить:  

—  Значит, Адемир четвёртый был жутким ревнивцем, скупердяем и не хотел больше заводить детей, — подвела я итог.

—  Всё-то ты знаешь, — дразня меня, прошептала Глафира, уперев руки в боки, — только Адемир наш не скупердяй, а что ревновал к каждому м-м-м, в общем, ко всем, это да. Ну его и понять можно, первая-то его фаворитка вон какой оказалась. А потом от него и третья фаворитка ушла. 

  Бедный, несчастный мужик, его точно спасать надо. Вернее, учить, как с женщинами обращаться. Все-то от него уходят, а он такой белый и пушистый. Ага, видела я его. И опять выдвинула свою версию, произошедшего.

— Наверное, из-за того, что не была она у него единственной. Король наверняка параллельно и с другими женщинами время проводил. А эта –  официальная, скорее всего, скандал закатила. 

—  Слушай, ты точно с Земли? — подозрительно на меня уставясь, воскликнула Глафира, затем оглядев с макушки до пят мою скромную персону, подвела итог: — да, точно, но откуда ты все наши государственные секреты знаешь? —  В ответ я пожала плечами. 

—  Догадалась.

—  Ну а четвёртую он уже заводить не стал, — подозрительно глядя на меня, говорила Глафира, — вдарился в государственные дела, стал всякие там реформы проводить, придворных мучить. В конце концов, король сообщил, что все женщины – это зло и от них все беды. И как-то так получилось, что буквально за пару лет весь женский пол, оказавшись в немилости монарха, покинул замок. 

—  А ты тут чего осталась?

—  Да как тут они без меня, — обведя кухню взглядом, устало проговорила Глафира.

—  Да, действительно, без чистой посуды-то никак, — подтвердила я.

— Истину глаголишь, хоть и землянка, — сказала Глафира, подняв указующий перст вверх.

  Я задумалась, Глафира мне не мешала в этом деле. Мы молча загружали посудомойку. И тут я поняла, что картина этого мира немного не складывается в моей голове. 

—  Послушай, Глафира, а чего ваш Адемир не найдёт свою истинную пару и не успокоится, то есть, не расслабится, — тут Глафира на меня так зыркнула, как я прямо, на нашкодивших студентов, — не женится на ней, — поправилась я. 

  Глафира долго обдумывала ответ, нахмурив брови, боясь, по всей видимости, раскрыть государственную тайну, потом она всё-таки «разродилась»:

—  Так это, его истинная пара на Земле живёт.

—  И в чём проблема? — удивилась я.

—  Как в чём? Безнравственная она особа, вот Адемир мучиться не стал и женился по политическим соображениям, укрепил, так сказать, дружеские связи с соседним государством.

—  А как же неземное притяжение, — я-то знала, что по всем законам жанра, у дракона и его истинной пары после встречи нет никакого выбора, их будет тянуть друг к другу, читала я как-то пару книжек фэнтези. 

—  Так, он не пошёл её искать, как только узнал, что девушка с Земли, так всё…., — Глафира многозначительно замолчала. А мне стало обидно за всех женщин планеты Земля.

—  А почему всё?

—  Вот дурёха мне попалась неразумная, говорю же, женщины на Земле безнравственные особы. 

Ну вообще, Глафира – огонь. 

—  С чего это вы взяли, что мы все безнравственные? —  я, если честно, начала заводиться, — Я, между прочим, учу молодых людей Родину любить и старших уважать. 

—  Ну, ты молодец, что этому учишь, а вот ответь мне, красавица, мужчины у тебя были? — И Глафира уставилась мне в глаза. 

И это меня спрашивает служанка короля, у которого было четыре любовницы, причём чуть ли не одновременно. Мне захотелось утереть ей нос.

—  Ни одного. Старая дева я. 

  Посудомойка громко заурчала, как бы подтверждая мою правоту. Глафира смотрела на меня сощурившись, не отрывая глаз, проверяя, вру я или не вру. Я тоже упёрла руки в боки и распахнула глаза пошире.

—  Ладно, верю, верю, — сдалась служанка и как-то сразу преисполнилась ко мне уважением, — но таких чистых девушек, как ты, трудно встретить на Земле. 

Я выдохнула и вспомнила о насущном.

—  Да, с чистотой проблемы не только на Земле, у вас в замке вообще всё кругом в пыли и грязи, — пожаловалась я.

—  А ты, что хотела, хозяйки у нас нет, женщин в прислуге тоже, а мужчинам и так комфортно. 

—  А меня сюда проводила какая-то девушка, —  вспомнила я скромняшку, помогавшую мне. Теперь было понятно, почему она такая запуганная. 

—  Так, её пару дней назад наняли, к нам какая-то важная фифа должна приехать, вот сыночки Адемира и позаботились о ней. 

  Я решила узнать об этой «фифе» как можно побольше, авось пойму, чего меня сюда притащили.

—  А что за фифа-то?

—  Да кто ж его знает, кто нам простым женщинам скажет? А ты то, как сюда попала? 

—  Да заманили меня хитростью. А как обратно вернуться, не подскажете?

 Ну а что, свой долг Драконьему государству я отдала, пора и честь знать.

—  А что, у нас не нравится? — простодушно удивилась Глафира.

—  Да знаете, в гостях хорошо, а дома лучше. —  Вот наивная женщина. 

—  Это правда, —  сказала она, —  но ты, если что, возвращайся, у нас здесь хорошо. 

Я вспомнила про воздух, которым по первости не могла надышаться. Наверное, экология здесь несопоставима с земной, тем не менее, где родился, там и пригодился.   

 —  Как выйдешь за ворота, —  продолжала Глафира, — иди по главной дороге в лес, а потом эта дорога на три разделится, но там указатель стоит, на нём прочитаешь, куда тебе идти. Пойдёшь дальше и откуда ты пришла, туда и вернёшься. 

—  Спасибо вам огромное, как только всю посуду перемоем, так я сразу домой пойду.

  Мы с Глафирой опять замолчали. И сразу же после того, как смена наша закончилась, я направилась к воротам замка, а там по дороге домой. Никто меня не пытался задержать, и я спокойно ушла. Хорошо, что я не стала расставаться со своей дамской сумочкой, в которой были: деньги, банковские карты, всякая мелочёвка, типо ручек, блокнота, гигиеническая помада, бумажные платочки и телефон, у которого батарея практически разрядилась. И мне не пришлось возвращаться за ней в свои покои. Но вот папку с некоторыми курсовыми работами я оставила. На кухню я не видела смысла их тащить.

  Как известно, на машине ехать по дороге из пункта “А” в пункт “В” можно минут двадцать, а вот идти пешком мне пришлось долго. Попутных машин не встретилось, вернее сказать вообще здесь машины не ездили, и весь путь я преодолела на своих двоих.

   Когда я подошла к лесу было уже темно, мне стало страшно, чего это я на ночь глядя ушла из столь гостеприимного места, а вдруг тут водятся опасные хищники. Но возвращаться было глупо. Поэтому, взяв себя в руки я сделала шаг, другой и когда поняла, что вроде ничего со мной страшного не случилось, продолжила свой путь бодрее.

     С утра я еще гоняла студентов в родном университете, а сейчас шла по темному лесу в сказочной стране. Кому расскажешь не поверят. Телефон радостно пиликнул, и я обрадовалась. Связь наверное появилась, достала его, чтобы вызвать такси, кстати куда вызвать? А потом пришла мысль, что больше никогда не буду экономить на транспорте и садиться в машины студентов. Как оказалась, я ошиблась, телефон сообщил, что батарея разрядилась окончательно и бесповоротно, мигнул мне на прощание и уснул.

—  Вот засада! — воскликнула я.

—  Да нет тут никакой засады, просто слежка, — услышала я детский голосок. От неожиданности я подпрыгнула на месте, и телефон выпал из рук.

—  Твою дивизию!  — не сдержавшись от обуреваемых мною чувств, выразилась я.

—  Между прочим, выражаться при детях - неприлично.

—  А пугать незнакомых людей прилично?

—  Никто вас не пугал, вы же сами обнаружили здесь засаду.

—  Ребенок, ты что с луны свалился?

—  Нет. А вы?

В это время я шарила рукой по тропинке, ища свой телефон, поэтому не разглядела мальца, который то ли хамил мне, то ли и вправду был такой наивный и искренний. А вдруг это не ребенок, а леший какой-нибудь. Мало ли тут у них нечисти. Вон драконы-то -  есть. Желание общаться с нечистой силой у меня не было.

—  А ты кто?

—  А вы?

—  Вот и поговорили, — сказала я вставая с земли с телефоном в руках, — Ариведерчи, малыш.

—  До скорой встречи, тётя.

—  Какая я ему тётя?  —  проворчала я себе под нос -  и до какой еще встречи?

Но ноги уже несли меня вперед и выяснять подробности, что там за приведение бродит я не стала.

   Примерно через полчаса я наткнулась на развилку. Три дороги расходились в разные стороны. Между прочим, там и камень стоял, но что на нем было выбито я разглядеть не смогла. Надеюсь не то самое, что в русских народных сказках пишут. Я ощупала этот указатель, благо буквы были на нем выбиты, и я, читала как слепой человек читает с помощью шрифта Брайля, — направо пойдешь на Землю попадешь. Вот это мне и надо было, и я бодро пошла направо, в надежде, что скоро буду дома.

   Я шла около часа, силы заканчивались, живот бурчал от голода, и я опять пожалела, что ушла из замка в ночь. Лучше бы утром сбежала, а сейчас спокойно спала на пьедестале. Интересно там хоть пыль вытерли или нет. И тут вдруг услышала:

—  О, тётя   вернулась, — я остановилась.

—  Это опять ты?

—  Опять я.

—  А кто ты?

—  А вы кто?

—  А мы где?

—  А мы здесь.

Я решила прекратить этот бессмысленный диалог и, все таки, вытряхнуть из этого существа всю необходимую информацию. Но, для начала, проучить, нельзя так с дамами разговаривать.

—  Молодой человек, вы ведете себя не прилично, будьте добры ответьте на мои вопросы по существу, — я обычно так студентов на место ставлю, а тут можно сказать тоже студент, судя по голосу немного помладше.

—  Это я веду себя неприлично? - возмутился этот молодой человек.

—  Нет я! - раздраженно воскликнула я, — конечно вы.

—  А прилично по ночам в лесу гулять, выражаться при детях и разговаривать с незнакомцами?

Я поняла, что этому парню палец в рот лучше не класть, поэтому решила уступить. Морально приготовилась, что могу увидеть сейчас любого монстра и предложила:

—  А давай знакомится. Меня зовут Мария Анатольевна, а тебя?

—  А можно я буду вас называть просто Мария?

Да что ж это такое-то? Глядишь так и имя у меня будет Простомария. Но выяснять где я, и что тут со мной происходит надо, поэтому я согласилась:

—  Можно. А как мне тебя называть?

—  Зовите меня Хозяин, не ошибетесь.

Мне захотелось нахамить, но я подумала, что Хозяин прав, он сейчас хозяин положения. Поэтому сказала:

— А подскажите мне, Хозяин, когда я на Земле окажусь?

— Ну не знаю, а вы что-то кому-то пообещали?

— Значит, не соврал дракон, — сделала вывод я.

— Ну так выполните обещание и на Землю попадёте.

Я развернулась обратно и посмотрела на дорогу. Тут мне пришла мысль в голову, что я могу вообще из леса не выйти. Не то что вернуться, так ещё и выполнить обещание спасти дракона.

— Это что получается, я обратно вернулась?

— Ну да. Я сидел, вас ждал.

— А почему сразу не сказал, что я иду напрасно.

— А я не знал, напрасно вы идёте или нет. 

— Понятно, ты хоть покажись, а то мы уже познакомились, а я всё не могу понять леший ты или приведение. 

— Вообще-то, я дракон, — услышала я обиженный голос. И на тропинку вышел мальчик лет восьми. — Могу и обернуться, если надо.

— Да нет, не надо. Просто ты сказал, что Хозяин, вот я и подумала, что хозяин леса – Леший. Вот и решила, что ты он и есть. А ты чего в лесу один делаешь? — поинтересовалась я. Это ж Ребёнок, чего за ним родители не следят? 

— Ну, во-первых, я пошутил, зовут меня Эллиот. Во-вторых, я в лесу слежу за одной дамой, чтобы с ней ничего не случилось. Ну, а в-третьих, я здесь не один, а с друзьями. — И тут на тропинку вышли ещё трое мальчишек. 

— Здравствуйте, вы тоже драконы?

Мальчишки молча уставились на Эллиота. И я поняла, кто здесь самый главный, точнее, Хозяин.

— Нет. Все остальные обыкновенные люди. Пойдёмте, мы вас обратно проводим, а то спать уже хочется. 

Я прикинула, что идти ещё долго придётся, детей стало жалко. 

— А вы где живете? 

— В деревне, здесь недалеко, — ответил всё тот же Эллиот. 

— Так, может, вы домой пойдёте, а я вас провожу. Ну, и, если что, у вас в гостях останусь. 

— Нет, вам в замок надо, а то, как обещание выполнять? 

— Понятно, тогда, может, я одна в замок пойду, а вы домой.

— Хорошая идея, — сказал Эллиот, — ребят, идите домой.

Три фигуры молча кивнули и растворились в темноте. 

— А ты чего?

— Так, я в замке живу. 

— А что, все драконы в замке живут? —  поинтересовалась я.

— Нет, не все. Но я живу.

— Так, может, найти дракона, который не в замке, а поближе. Тебя, например. И я исполню своё обещание? —  обрадовалась я выходу из ситуации. Ну а что, сейчас провожу мальца до дома, можно сказать, спасу.

— Что вы пообещали-то? — спросил невозмутимый ребёнок. Я тяжело вздохнула и произнесла:

— Я пообещала – спасти дракона. Давай представим, как будто я тебя спасаю. 

Эллиот многозначительно посмотрел на меня.

— А мне кажется, что это я вас спасаю. Есть, кстати, хотите?

— Хочу.

Ребёнок залез к себе за пазуху и вытащил бумажный пакет.

— Вот, держите.

Я развернула пакет, там лежал бутерброд с мясом и сыром. Живот призывно заурчал. Я посмотрела на мальца, он сосредоточенно шёл по дороге и молчал. 

— Это ты мне свой ужин, что ли, отдал?

— Женщина! Ешь, не спрашивай.

— А ты есть хочешь?

— Я мужчина, потерплю.

Ну надо ж, какой серьёзный мальчишка! Я разделила бутерброд пополам и отдала одну половину ему.

— Давай поделимся, по-братски. 

Эллиот, по всей видимости, был тоже голодный, потому что долго уговаривать его не пришлось. Свои половины бутерброда мы быстро сжевали, идти было уже веселей, но всё ещё также далеко. 

— А вы кому обещание дали?

— Микаэлю Вернеру.

— О! Плохо дело, он просто так ничего не делает, а дракона любого пообещали спасти или кого-то конкретно?

Я со вздохом произнесла:

— Кого-то конкретно.

— И кого?

— Не скажу, —  мне стало стыдно из-за того, что я попала так просто в эту ловушку и теперь не могу попасть домой. И ведь неизвестно, когда ещё попаду.

Эллиот широко зевнул, затем запнулся, но потом продолжил путь. 

— Адемира четвёртого, что ли? — ещё раз зевая, сказал он. 

— Его самого, — мрачно ответила я. Ишь, какой догадливый ребёнок, прям умён не по годам.

— Интересно, что вы Микаэлю сделали, что он с вас такое обещание взял? 

— Да ничего я ему не делала! —  вспылила я, — подумаешь, один раз на пересдачу отправила. 

— Странно, вообще-то, он не мстительный. Видно, очень вы его обидели, —  тут Эллиот зевнул ещё раз. 

— Послушай, мужчина, а ты тут по дороге не уснёшь, а то я смотрю ты совсем весь иззевался. 

— Не знаю, —  сказал Эллиот, часто моргая глазами. — А вы секреты хранить умеете?

— Ну, пока никто не жаловался. 

— Тогда ладно, покажу вам короткий путь до замка, но вы никому о нём не рассказывайте. 

— Хорошо, показывай, —  это ж сколько секретов-то за один вечер я узнала, надеюсь, этот был не государственный. 

— А вы обещание дайте? —  хитро подмигивая, сказал он. 

— Извини, дорогой, но обещания драконам я сегодня больше не раздаю. 

— А вы, Мария, не безнадёжны. 

— Спасибо за комплимент. 

— Пойдёмте, нам налево, —  сказал мальчишка. Мы свернули с дороги и пошли по тропинке к горе. Через пять минут мы зашли в какую-то пещеру. Эллиот в нише нашёл фонарик, осветил нам путь и буквально ещё через пять минут мы были во дворе замка. Вышли мы из гаража, где стояло штук пять-шесть автомобилей, я их считать не стала. Не до того мне было.  Я смотрела за Эллиотом, который со знанием дела бежал впереди, боясь его потерять. Наконец, мы остановились, и он сказал:

—  Ну всё, мы пришли. Я пошёл к себе, а вы к себе, — он помахал мне ручкой и убежал. Я осталась стоять посреди двора одна. Немного покрутившись, я сориентировалась, потом побродив совсем немного по замку, я таки потопала в свои хоромы. Благо память меня не подвела несмотря на усталость. 

Наскоро помылась, забралась на пьедестал и уснула сном младенца. 

 Проснулась я рано. Пришла моя служанка, бесцеремонно раздвинула шторы балдахина и возвестила:

—  Скоро придёт портной, как вы и просили. Вам необходимо вставать.

—  Слушайте, а можно хотя бы в сказке выспаться? — спросила я.

Мало того что я поздно легла спать, так мне всю ночь снился Адемир четвёртый, который не просто не нуждался в моей помощи, а вообще, пытался меня сожрать в драконьем обличье. 

 Девушка не оценила юмор. Она шуршала по комнате, раздвигая шторы и приготавливая мне завтрак. Я оглянулась вокруг, в комнате стало гораздо чище. По всей видимости, девушка выполнила мой приказ.

 Позавтракав и встретив портного, я потребовала у него удобные брючные костюмы, джинсы и платья без корсета. На что он с ужасом возразил:

— Такая одежда в нашем королевстве под запретом. Уже около трёх лет.

— Не поняла, это что, три года назад женщины одевались, как на Земле?

— Одевались, и ни к чему хорошему это не привело, — сообщил портной.

Сказала бы я, что привело к этому маразму, да был это государственный секрет, по всей видимости, поэтому промолчала.

— Сейчас в моде платья с кринолинами, на вас будет смотреться очень красиво, давайте покажу вам каталог, вы выберете что-нибудь.

— А паранджу вы бы не хотели сшить? На мне будет смотреться идеально, —  съязвила я, ну, не удержалась.

— Нет, паранджа не потребуется, это четыре года назад так ходили. Но через год она вышла из моды, как-то сама по себе. Тогда Адемир отменил указ о ношении паранджи, но зато теперь никаких женских штанов, только платья в пол, ну, и корсеты.

 Удивительно, правда, чего это такая многофункциональная вещь гардероба вышла из моды?

— То есть, четыре года назад вышел приказ короля, чтобы все особы женского пола ходили в парандже?

— Да.

Мне стало понятно, почему во дворце так мало женщин.

—  И такая мода у вас по всей стране? 

—  Если честно, —  пожаловался портной, —  на окраине, в провинциях всяких и глубинках, женщины продолжают одеваться по-старому, но это так невежественно и некрасиво. То ли дело кринолин, корсет опять же. 

—  А вы сами-то корсет носили? Пробовали в платье и двух нижних рубашках походить, поработать, например, в жару? 

Портной возмущённо уставился на меня, выпучив глаза.

—  Что вы говорите? Как так можно? Мужчины не носят женскую одежду. Так говорите, вы с Земли в гости к нам пожаловали? Вы очень странная женщина.

  В общем, я еле уговорила портного сшить мне просто длинные юбки с блузками. Штаны шить он категорически отказался, аргументируя тем, что нарушение приказа короля, может привести к смертной казни. Что ж я, душегуб, что ли, в отличие от некоторых? Пока решила государственный переворот не совершать. И довольствоваться тем, что есть. 

  Портной обрадовался, что я не заставляю идти его против совести и на радостях аккуратно подшил мне декольте на некоторых платьях. А потом мы с ним мило распрощались, и он ушёл довольный, с чувством выполненного долга. 

  Я нарядилась в более-менее скромное платье зелёного цвета и пошла на работу. Ну, то есть, на кухню, мыть посуду. 

Местные повара, по всей видимости, ко мне уже привыкли, потому как, увидев меня, они здоровались или кивали головой. Возле моего рабочего места я оказалась одна. Глафиры не было. Что делать, я уже знала, поэтому начала своё дело. Ну а что, сидеть смирно в своих покоях и скучать? А так хоть повод есть по замку пошастать. Когда у меня будет такая возможность попасть в средневековье? 

  Работала я около часа, а посуду всё подносили и подносили. Что они тут, едят, что ли целями днями, возмутилась я. Но тут явилась моя личная служанка и позвала за собой, сообщив, что это приказ короля.

  Меня вели извилистыми коридорами. По пути я успела остановиться у какого-то зеркала. Поправила причёску, платье вроде прилично смотрелось, я ж в фартуке на кухне работала. Покусала губки, пощипала щёчки, чтобы уж вообще красавицей выглядеть. И кстати, опять везде была пыль, ну прям пыльное царство какое-то.

  Наконец, мы пришли. Меня подвели к высоким дверям и сдали в руки лакею. Он заглянул в помещение и скрылся там, потом уже вернулся за мной. Я, наученная горьким опытом, решила, что буду вежливой, скромной и послушной. Опустила глаза вниз, тихохонько прошла за лакеем. 

   Оказалась я в кабинете, меня поставили перед огромным письменным столом, за которым сидел Адемир четвёртый. Он мрачно и бесцеремонно меня разглядывал, а я почувствовала себя рабыней, захотелось исполнить танец живота. Глаза Адемира завораживающе блестели и прямо манили подойти к этому королю и поближе с ним познакомиться. И тут вдруг он открыл рот и сказал:

—  Микаэль, ты не мог выбрать себе любовницу помоложе? Или у этой столько опыта, что без неё тебе здесь не обойтись?

   Я оглянулась, это он про кого, про какую любовницу? Заметила трёх братьев, которые сидели на трёх стульях в ряд, сложив послушно руки на коленках. Увидев Микаэля, в моей голове сложилась картинка, это что же такое делается! Чудище заморское меня за любовницу этого олуха приняло? И что значит «помоложе»? Я девушка в самом расцвете лет, мне только-только, впрочем, не будем об этом. Конечно, мне захотелось дать свои комментарии, но вспомнив, чем закончился наш первый и последний разговор с королём, решила попридержать язык за зубами и посмотреть, как будет выкручиваться этот паршивец. 

—  Ну, вообще-то, я привёз её не себе.

—  Очень интересно, а кому, мне, что ли? —  спросил Адемир.

  Все три брата как-то странно отреагировали на это заявление. Кто-то поперхнулся, а кто-то с ужасом прикрыл рот ладошкой. А мне стало тоже интересно, для кого меня сюда доставили, или на кой? Троица принцев синхронно склонила головы вниз. Значит, в чём-то виноваты, сделала вывод я.

—  Ну я это, она же умная, — пытался оправдаться Микаэль.

А знаете, это очень полезно держать язык за зубами, вон сколько интересного узнаёшь. Я продолжала слушать королевского отпрыска, сложив руки на груди и пытаясь найти за его словами истинную причину.

   В это время Адемир посмотрел на меня, и заметив, что я тоже не в восторге от затеи Микаэля, одобрительно хмыкнул. Я поняла, что могу поучаствовать в допросе, то есть, опросе виновного.

—  И для чего мне во дворце эта умная, земная женщина? Поясни, пожалуйста.

—  И мне вот тоже интересно, —  поддакнула я, при этом посмотрев на Адемира, он кивнул головой, как бы одобряя мой вопрос. Микаэль молчал, при этом почёсывая свой нос. 

—  Будь любезен, ответь на вопрос умной даме, не отказывай ей в такой мелочи — съехидничал король, приободрив меня ещё больше на дальнейшие расспросы.  

—  Так это, чтоб помогла, — промямлил Микаэль, при этом постучав подушечками пальцев по губам.

—  Очень интересно, — подвёл итог король. 

—  А можно мне тоже задать вопрос? —  подняв руку, как первоклассница, спросила я у короля.

—  Задавайте, чего уж тут стесняться.

—  Микаэль, по всей видимости, Тобиус и Мэлвин, а вы давно планировали моё похищение?

  Король перевёл заинтересованный взгляд на своих сыновей и всем телом поддался вперёд по направлению к ним.

—  То есть, похищение этой дамы планировалось заранее? — ехидно спросил Адемир, а потом перевёл взгляд на меня и спросил: — А с чего вы это взяли? 

  И тут я поняла, что могу пожаловаться на свою несчастную судьбу и спросить ответ с тех, кто во всём виноват. Может, Адемир отправит меня домой.

—  Во-первых, —  начала я, —  у меня есть отдельная комната, которая готовилась специально к моему приезду, и это не комната для прислуги. Во-вторых, специально для меня были сшиты платья, которые соответствуют вашей моде. К моему приезду они все висели в гардеробе. В-третьих, для меня нашли горничную, и она тоже уже была здесь к моему приезду. —  Я удовлетворённо замолчала. И посмотрела на Микаэля сверху вниз. Он же, весь сжался и зло сверкнул на меня глазами. Король перевёл взгляд с меня на своих детей.

—  Ну, и что вы на это скажете?

Остальные под его взглядом тоже сжались и насупились. А я вспомнила, что забыла сказать о самом главном.

—  Микаэль взял с меня какое-то глупое обещание, которое я никогда не выполню, и, соответственно, на Землю попасть не смогу. А мне домой надо. Там у меня работа, студенты…. —  хотела ещё немного приукрасить картину и сказать про кошек, которых у меня не было, но Адемир меня перебил:  

—  Вообще-то, Микаэль может снять с вас все обязательства. Правда, сыночек? 

Микаэль послушно закивал головой, но потом отрицательно замотал. Все три братца испуганно уставились на самодержца. 

—  А что не так? —  грозно спросил он. Вопрос был направлен не ко мне, но у меня коленки подкосились.

И тут, дверь в кабинет распахнулась, по всей видимости, от сильного пинка, и в комнату влетел мой недавний лесной знакомый с громким криком:

—  Ма-а-а-ма! —  Он подбежал ко мне, обнял за талию и крепко-крепко прижался так, что не оторвёшь, даже если захочешь. Это, когда ж я матерью успела стать?!  

—  Эллиот, это не твоя мать, не мучай женщину, к тому же она с Земли, —  пророкотал Адемир. А этот паршивец уткнулся мне в пузо носом и даже не шелохнулся. Я порадовалась, что завтракала давно, так как объятия мальца были чересчур крепкие.

—  По всей видимости, Эллиот практически не видит женщин в своей жизни, вот и впечатлился! —  сделал заключение робким голосом Мэлвин. 

—  Женщины – зло! Воспитывать мужчину может только мужчина, —  заявил Адемир. Все три брата насупились. Я, конечно, могла бы поспорить с Адемиром, кто из нас большее зло, но Эллиот поднял ко мне свои ясные чёрные очи и жалобно протянул:

—  Мама, я тебя так долго ждал! Ты расскажешь мне сказку перед сном, споёшь колыбельную? Ты так мне нужна! Не уходи, пожалуйста, на свою Землю.

   Я с ужасом уставилась на паршивца, забыв свои претензии насчёт зла и женщин. Но потом я поняла, что смущают меня некоторые интонации в голосе мальца. Я внимательно вгляделась в его глаза, и увидела смешинки, которые там плясали. Эллиот, я так понимаю, четвёртый принц, сын Адемира —  играл, как великий мастер сцены, изображая ко мне дикую любовь. 

  Я уже хотела было разоблачить паршивца, повернулась к Адемиру и увидела, с каким отчаяньем он смотрит на сына. Вот тогда я поняла —  Адемир мне не поверит. А тут ещё Микаэль встал и театрально смахнул слезу со щеки.

—  Как трогательно, —  произнёс он, —  Отец, я привёз Марию Кузнецову в качестве гувернантки нашему Эллиоту, выбрал самую умную из всех. 

—  Я?! Гувернантка? —  только успела воскликнуть я, как этот мелкий паршивец продолжил свой цирк:

—  Папа, я согласен, пойду покажу ей свою комнату. —  И он дёрнул меня за руку, уводя за собой. Я успела лишь повернуть голову и гневно взглянуть на Микаэля, он у меня ещё пожалеет обо всём. 

  Эллиот не останавливался, и никто нас не останавливал, поэтому я чуть не сшибла лбом дверь, если бы вовремя не изменила направление. Когда мы вышли из кабинета, мальчик отпустил мою руку и произнёс:

 — Следуй за мной, Мария. 

—  Нет, постой, объясни мне, что это было?

—  Ты хочешь работать на кухне? Тогда я пойду скажу отцу, что передумал. Братья всё равно тебя не отпустят. У них план по спасению страны, и ты в нём центральная фигура.

Нет, ну все всё знают кроме меня.

—  Да что за план-то? —  возмутилась я.

—  Если пойдёшь со мной – расскажу, а нет, так иди и дальше мой посуду. 

Мы с мальцом уставились друг другу в глаза. В принципе, работа на кухне меня не напрягала, но вот жутко интересно было узнать всё насчёт плана, Адемира четвёртого и меня. А потом я решила, что пойду в учителя к этому прЫнцу, я так научу его уму-разуму, что ему мало не покажется. 

—  Хорошо. Веди, я согласна. 

Я решила, что сразу же при удобном случае прижму Микаэля, и заставлю его снять с меня все обязательства. На работе меня уже потеряли. Студенты, наверное, скучают, плачут, думают: где же Мария Анатольевна? Не говоря о моих коллегах, которые вообще с работой не справляются без моего бдительного ока и дельного совета. 

  Эллиот повёл меня по замку. Я уже немного ориентировалась, что где находится, и, кстати, совсем не удивилась, когда обнаружила, что и в этой части замка пыль и грязь. Может, мне к ним главной поломойкой устроится лучше?

 В покоях Эллиота был порядок, ну, то есть, порядок в понимании восьмилетнего мальчика. Вещи его не валялись, а были аккуратно разложены прямо на полу, причём очень нужные ему вещи. 

  Покои состояли из трёх комнат: спальня – туда меня не пустили, по всей видимости, там тоже был особый порядок, гостиная и комната для занятий. Я прошла на своё рабочее место, посмотрела, что там изучал мальчишка. Выходило, что таблицу умножения он уже знал, даже уравнения с иксами решал, почерк в его тетрадке был немного неровным, но, в принципе, понятным.

 Решила посмотреть учебники по географии и истории, чтобы просветиться самой, что это за государство такое, какие в нём традиции и как мне отсюда свалить побыстрее. Обнаружила, что в этом мире оно не единственное, есть и другие. Но именно драконье – одно на весь мир. Остальные были человеческими. Эльфов, гномов, орков и прочих существ здесь не было. Даже Лешего, по всей видимости, тоже. 

   В это время Эллиот был в своей спальне. Что он там делал – не знаю, но пришёл ко мне довольный и от него за версту несло шоколадом. Я, конечно, была не голодна, но есть шоколад в тихушку, хотя, если бы он ел при мне, а я наблюдала, было бы не лучше. Я не стала заострять на этом внимание. Пригласила мальчика за парту, сама села напротив. Естественно, парта была мне маловата, и стульчик тоже, но не критично, все мои конечности влезли куда надо.

  —  Ну, рассказывай! —  сказала я, сложив ручки под подбородком.

—  Дважды два – четыре, дважды три – шесть, дважды четыре – это восемь….

Понятно, по хитрым глазкам этого мальчишки было ясно, что про планы его братьев, меня и Адемира четвёртого я ничего не узнаю. Ладно, думаю, пусть повторит таблицу умножения, это тоже полезно, может, после этого он устанет и выдаст мне то, что я хочу. 

  Значит, зачем-то я нужна им во дворце, причём чем ближе к правящей семье, тем лучше. А ещё меня смущает, что моё имя постоянно ставят рядом с именем местного короля. Он, конечно же, няшка ещё та, но на мой вкус слишком много тараканов у него в голове, причём таких, с которыми я точно не смирюсь.

  Я сделала вид, что заскучала, рассматривая свои ногти, подметила, что Эллиот тоже устал тарабанить мне таблицу Пифагора. Наконец, я услышала:

—  Девятью десять – девяносто. 

 Я опять сложила руки под подбородком и мило так уставилась в глаза моему подопечному.

—  Раз, два, три, четыре, пять,

Вышел зайчик погулять…. —  завёл он новую пластинку.

 Я опять начала рассматривать свои ногти, интересно, что будет следующим? А следующим было:

—  Три девицы под окном….

А вот тут я внимательно смотрела на мальца, неужели всё расскажет? Но малец остановился на:

—  Я б для батюшки-царя родила богатыря! —  после этих слов мальчишка остановился и зло на меня посмотрел. 

—  Молодец! Умный мальчик. Может, споёшь? 

—  Я не умею.

—  А я научу.

—  Ну вот мы и позанимались, я пошёл, — он вроде как подскочил, чтобы выбежать из комнаты, но мне нужно было вытянуть из него хоть какую-то информацию. Поэтому я сказала:

—  Я так понимаю, ты мне ничего не расскажешь про план твоих братьев поженить меня и твоего отца?

  Об этом нетрудно было догадаться исходя из всего, что со мной произошло. Эллиот остановился, медленно развернулся, пошёл и сел обратно за парту. Он посмотрел на меня преданными глазами. А я поняла, что, либо он сейчас и правда петь начнёт, либо мне нужно найти к ребёнку другой подход. Тогда я произнесла:

 —  Ну и не надо. Лучше расскажи милый мой, СЫНОЧЕК, кто тебя научил писать, считать, и откуда ты Пушкина знаешь?

—  Что, я палку перегнул? — спросил он.

—  Перегнул, но Оскара за игру я б тебе дала. 

—  Спасибо, у меня и так нянек полно.

«Нянек полно, а дитё без глазу», —  подумала я, тяжело вздохнув. 

—  Ну что, рассказывай —  обведя комнату рукой, предложила я. В ответ мальчишка сжал губы. Понятно, сделаю вид, что интересуюсь другим: —  что там с Пушкиным?

—  Так, Пушкин это, он с няней иногда у нас жил, а сказки его – это наши истории, —  на этот раз охотно поддержал беседу Эллиот.

—  Там чудеса, там леший бродит…., —  задумчиво повторила я, —  что-то не сходится.

—  Ну он не только же в наш мир ходил, он же сказочник. Вот и насочинял там всего подряд.

—  Ладно, с этим понятно. Кто тебя учит?

—  Так это, у меня учитель есть – мужчина, мне его министр образования выбрал. 

—  А как мужчину зовут? И где он учился?

—  Зовут его Берк Деллер. А учился он в столичном университете. 

—  Прекрасно! А где он сейчас?

—  В отпуске, к бабушке поехал. 

—  А кто за тобой смотрит?

—  Слуги. 

—  Понятно. А чем ты сейчас планировал заняться? 

—  Погулять сходить к друзьям.

—  Ага. А друзья у нас кто?

—  Так это, ты же вчера их видела.

—  Это которые не драконы? — Познакомиться мне с ними не удалось всё-таки.

—  Ага. Люди.

—  Теперь давай посмотрим, что у нас с тобой получается: ты выпросил у папы гувернантку, но немного поигравшись с ней, бросил её в своих покоях и ушёл гулять с друзьями. Как ты думаешь, что скажет гувернантка?

 —  Мария, тебе что работать охота? Ходи по замку, глазки там кому надо строй, может, скоро замуж выйдешь.

—  Угу. Понятно. А что скажет папа? —  мальчик подобрался, —  Ну, насчёт того, что ты отличную посудомойку забрал себе в гувернантки, а сам пошёл гулять? 

—  Я думаю, —  хитро сверкая глазками, начал этот прЫнц, —  что ты меня не сдашь. 

Эллиот мило улыбнулся и на его щёчках появились очаровательные ямочки. Я тоже мило улыбнулась.

—  Конечно, сдам, я же твоя МАМА, —  сказала я таким тоном, как будто сюсюкаюсь с младенцем. — А у мам от пап секретов не должно быть. 

Мальчишка нахмурился, сложил руки на груди.

—  А давайте….

—  Без «давайте».

  Короче говоря, чему все мамы учат детей? Правильно, они учат детей порядку. А так как чистота — залог здоровья, то пригласили мы тех самых слуг, которые смотрят за моим «сыночком», и провели в покоях местного принца генеральную уборку. Я ж обещала ему «небо в алмазах».