Уроки любовных отношений для драконихи

Я тяжело приземлилась на окраине ярмарки и постаралась сложить крылья так, чтобы не разнести ничего вокруг и не привлекать к своей скромной — в рамках драконьих размеров — персоне лишнего внимания. Чешуя горела после долгого перелета — шестьсот миль над степями, а я, между прочим, уже не молоденькая и не такая прыткая, как раньше… 

Давайте знакомиться: я — Веларисса ван дер Фламмекрафт, дочь Алого Пламени и Железного Трона, последняя из Выжженных Башен, Хранительница Сердца Вулкана Трех Корон, четыреста двенадцать лет от роду. Ныне, как бы ни прискорбно было это признавать — слегка потрепанная жизнью дракониха-неудачница с надвигающейся мигренью и темными кругами под глазами от недосыпа.

Если углубляться в нашу историю, то все не так радужно и прекрасно, как вам известно. Да, драконы — это могучие и страшные повелители Земли, нас боятся и уважают, нас пытаются приручить и истребить, но мы не сдаемся! Сохраняем хрупкий баланс между древней силой и обычными смертными, если коротко: мы не лезем без надобности к смертным, а они — к нам.

Но! Как и в любой сказке, всегда есть одно противное “но”.

По старому драконьему обычаю, черт бы его побрал, после трехсот лет без пары мы начинаем чахнуть: огонь в груди тускнеет, вместо него из глотки вырывается жалкий дымок, чешуя теряет блеск, крылья тяжелеют, брюхо обвисает и волочится по земле. В конце концов от могучего существа остается только название и огромная сонная ящерица, которая даже взлететь не может! И ждет час “х”, когда ее от нечего делать добьет рыцарь, которому не хватало силенок пойти на молодого дракона. 

Чтобы этого не случилось, нужно завести “супруга”. А кто больше всего, если не другой дракон, подходит на эту роль?! Конечно, рыцарь! Желательно, конечно, живой… В моих краях других драконов не осталось, а лететь на поиски суженого мне было уже поздно: я, будучи сильной и независимой, свято верила, что со мной такого никогда не случится. Что судьба смилостивится надо мной и я еще веками буду заниматься своими привычными делами в гордом одиночестве, сохраняя огонь под сердцем в целости и сохранности. Но с недавних пор магия стала даваться мне все труднее, награждая последствиями в виде мигрени, потускнения кожи и выпадения волос в человеческом обличье. Вот такое “могущество”...

Теоретически присутствие супруга должно было заново разжечь внутренний огонь дракона. А там уже как повезет: если рыцарь окажется крепким, то одного такого брака хватит еще на пару сотен лет. А если нет… Придется искать нового, более выносливого. Удобно, практично, традиционно — так бы сказала моя матушка, которая ушла со всеми почестями от старости, а не из-за того, что была такой упрямой дурой, как я. Она-то была замужем за драконом, ей повезло! Не надо было опускаться до подобного унижения и искать себе суженого среди смертных.

Следующая проблема, помимо моей упертости, была в том, что нормальных рыцарей почти не осталось. Все либо перебиты, либо женились на принцессах, либо ушли в монастырь “Святого Антония Противодраконьего”, где их учат, как правильно держать оружие и молиться, чтобы голодные до замужества драконихи не подходили ближе чем на милю. Поэтому смертные со всех материков, чтобы уважить своих драконов-неудачников, раз в 10 лет проводят Ярмарку Спасителей — официальный рынок, где продают пленных, обанкротившихся или просто очень неудачливых рыцарей. Цены бешеные, торг жесткий, а выбор… Скажем так, глаз не радует.

Я дамочка со вкусом и особыми требованиями. Если и брать себе супруга, скрипя клыками, то добротного, чтоб смог меня напитать силой и не помереть в первую же брачную ночь.

Что-то я отвлеклась… Перекинулась в человеческий облик, а это, как вы поняли, нынче для меня дорогое удовольствие. Магия высосала почти весь запас силенок, так что выбирать супруга мне придется с гудящей, будто молотом шарахнули, головой. 

Я поправила кожаную куртку из лимитированной коллекции лучшего портного королевства Змеиных Песков и шагнула к рядам клеток с “товаром”. Все уже ждали моего появления и потирали руки в предвкушении.

Ярмарка гудела, торговцы орали, перекрикивая друг друга:

— Свежий рыцарь! Девственник, проверено во всех смыслах! 

Нет, это сразу минус: у меня не было времени обучать будущего супруга любовным делам, тем более, что я сама не знала, каково это — быть постоянно рядом с кем-то, кто не твой преданный гном-слуга. Мне нужен опытный рыцарь с хорошей… Выносливостью. Такой, который знает толк в романтических — бр-р-р-р! — отношениях, будь они неладны.

— Б/У, но надежный! Двух драконов зарубил, третьего пережил!

Ассортимент, надо признаться, удручающий: тощий мальчишка, который плакал в углу своей клетки; старик в ржавых доспехах и длиннющей бородой; красивый, но явно трусливый тип, у которого глазки испуганно забегали от одного моего присутствия — такой наверняка начнет умолять отпустить уже через полчаса после покупки.

— Ну и ну… — пробормотала я сама себе и склонилась над красавцем, который тут же испуганно заверещал и забился в дальний угол. — Да не трону я тебя! Сдался мне такой тюбик.

Вместе со словами у меня изо рта вырвалось облачко дыма. Упс. Все-таки столь важное событие меня тоже нервировало. А что, если я не найду подходящего?..

Я мотнула головой, чуть не хлестнув ярко-рыжими волосами скучающего торгаша по морде. Он собирался возмутиться, но вовремя увидел мои предупреждающе удлиннившиеся вертикальные зрачки. Правильно, нечего спорить с драконами, коли не хочешь превратиться в стейк на ножках.

В последней клетке стоял высокий и широкоплечий мужчина с шрамом через бровь. Судя по всему, он уже пережил достаточно, чтобы понимать: иногда лучше переждать бурю, чем лезть в нее с голыми руками. Вся его поза кричала о том, что ему плевать на происходящее, как будто он тут не товар, а случайный наблюдатель. Он смотрел прямо на меня, но не на пышную грудь в декольте, не отводил взгляд, не дергался, не трясся, не молился. Светлые волосы беспорядочно болтались до плеч, глаза голубые, брови густые, нос узкий с небольшой горбинкой, челюсть точеная. 

Я невольно облизнулась.

Кожа загорелая и без признаков болезни или истощения, руки не дрожат и спокойно болтаются в воздухе, напоказ выставленные наружу из клетки. Широкие, мозолистые, рабочие. Мой взгляд переместился с его лица ниже, а там, на удивление, было на что поглазеть. Рыцаря как будто специально переодели из доспехов в потертое и рваное тряпье, которое подчеркивало его мускулистое тело, натренированное годами битв.

И как только на рынок угодил?.. Впрочем, это уже не так важно. 

Каюсь, типаж неплохой, в моем вкусе. Мне не чужды были одноразовые любовные интрижки с теми, кто не боялся лечь в мою постель, рискуя быть сожженным или съеденным в порыве страсти. Всякое в жизни бывало… Но к утру выживших я гнала взашей, потому что мне было противно чье-то присутствие в замке. Точнее не я, а мой заботливый слуга — Гримм. Гном этот вообще единственный, чью бородатую кривую рожу я терпела так долго, связанная магическим договором на служение мне до самой его смерти. Кстати, а сколько живут гномы? Надо бы поинтересоваться у знатоков.

В глазах рыцаря я не увидела ни страха, ни восхищения. Как будто перед ним стояла не дракониха, а обычная девица, коих у него за жизнь насчитывался не один десяток. Таковой я себя не считала, что кольнуло по моему драконьему самолюбию. Недовольно цокнув, я прищурилась.

— Любопытно… Этот сколько? — спросила у торговца — толстого орка с торчащими наружу клыками.

— Семьсот золотых, госпожа, — орк тут же спохватился и забегал вокруг клетки с рыцарем, тыча в него жирными пальцами. Видимо, чтобы я не успела обдумать озвученную цену и испепелить тут все вокруг от шока. — И это еще по-божески! Смотрите, какой экземпляр: сильный, выносливый, похоже, что опытный. Не визжит, как баба, идеальный супруг для… Эээ… Уважаемой драконихи.

Я фыркнула, непроизвольно выдохнув дымок с запахом серы, а этот рыцарь даже не скривился, как стоял болванчиком, так и стоит.

— Семьсот? Да ты с ума сошел! Триста — и я не сожгу твою лавку.

— Пятьсот, еще дам цепь в подарок!

Я прикинула: у меня оставалось четыреста восемьдесят, плюс пара старых колец, которые я сняла с пальцев мертвых рыцарей сто лет назад. Пришлось выложить все на бочонок.

— Четыреста восемьдесят и мое слово, что не съем тебя самого. 

Орк почесал подбородок, будто пытался сосчитать выгоду, потом кивнул:

— По рукам.

Орк открыл клетку и буквально “передал” рыцаря мне в руки, испарившись сразу вместе с золотом. Остальные торгаши грустно смотрели ему вслед. 

Рыцарь был выше меня в человеческом облике, что весьма непривычно. Оглядел еще раз сверху вниз и спокойно сказал:

— Я думал, драконы куда страшнее.

— Заткнись, герой. Не беси меня раньше времени. Звать как?

— Герцог Конрад фон Дракенбург, — отрапортовал мой будущий супруг.

— Веларисса ван дер Фламмекрафт, дочь Алого Пламени и Железного Трона, последняя из Выжженных Башен, Хранительница Сердца Вулкана Трех Корон, — я протянула вперед руку, чтобы он ее поцеловал. Кажется, мой Конрад был немножко туповат, потому что не сразу понял, что нужно делать. Он склонился только после того, как я взглядом указала ему на свою ладонь. Запечатлел на ней легкий поцелуй и выпрямился солдатиком. — Можешь звать меня Госпожа. Или Госпожа Веларисса.

Если этот человечишка сбежит через неделю, я просто перестану обращаться и начну растекаться бесформенной чешуйчатой лужей на остатках своих “богатств”. И пусть весь мир горит адским драконьим пламенем! За меня отомстят потомки.

***

— А теперь небольшой инструктаж, мой дорогой Конрад, — перед обращением в свою настоящую форму я повернулась к рыцарю, чтобы сразу расставить все точки над “и”. Он чуть не врезался в меня, потому что смиренно плелся сзади с опущенной головой. Руки его на всякий случай были связаны. — Правила простые, как удар хвостом по голове. Первое и самое важное — ты меня слушаешься. Повторяй.

— Слушаюсь, — отозвался Конрад и хотел было приложить ладонь ко лбу, но ему помешали веревки. 

— Отлично. Второе: хочешь жить долго и без ожогов — слушайся быстро и без вопросов.

— Слушаюсь быстро и без вопросов, Госпожа.

— Твоя главная задача — не дать мне зачахнуть. Для этого нужно, чтобы ты был рядом живой и, желательно, максимально здоровый. Не пытайся сбежать — я летаю быстрее, чем ты бегаешь. Не пытайся меня убить — я дышу огнем, а ты — только воздухом и вонью. Вони я не боюсь. Если скажу “принеси”, ты несешь, скажу “не беси” — молчишь и не отсвечиваешь. Понял?

— Так точно, Госпожа, — слишком легко и беспроблемно согласился Конрад. Тогда я еще не почувствовала никакого подвоха.

— Завтра состоится церемония бракосочетания. Ты знаешь обычаи? — я прищурилась и достала из кармана курительную трубку, сделанную Гриммом из моего отвалившегося когтя. Зажгла одним плевком и выдохнула дым в лицо Конрада. — На всякий случай спрашиваю.

— Обычаи? — он непонимающе захлопал глазами.

— Значит, для тебя это будет сюрприз. Готов лететь домой?

— Готов, Госпожа.

А он мне уже начинал нравиться: покладистый, симпатичный, верхом тоже держался весьма неплохо для первого раза, вцепившись в мой рог. Вот только пришлось его развязать, чтобы моя “драгоценность” не слетела на повороте и не разбилась в лепешку об землю. Я хоть и пыталась покрасоваться своей мощью и скоростью, но силенки подводили, так что летели мы не в облаках, а едва не щекоча мне пузо верхушками деревьев. 

Ветер хлестал по морде. М-м-м, ну что за кайф! Я сделала круг над лесом нарочно резко, чтобы Конрада чуть встряхнуло, а затем взяла курс к своему замку, где нас уже ждал Гримм с накрытым столом и зажженным камином.

Замок у меня был хоть и большой, но по запасам весьма скудный. Последние сто лет вообще выдались очень тяжелыми. На муженька ушло почти все накопленное золото, так что праздничный ужин был состряпан из остатков, а не из свежих продуктов. А еще предстоят траты на приличную одежду для Конрада. Не могу же я, Веларисса ван дер Фламмекрафт, дочь Алого Пламени и Железного Трона, последняя из Выжженных Башен, Хранительница Сердца Вулкана Трех Корон, выходить замуж за оборванца?! Что обо мне будут говорить люди?!

От этих мыслей моя голова заболела сильнее. Благо, мы уже приземлялись перед замком. Конрад слез с меня на пошатывающихся ногах и схватился за живот, склонившись над ближайшим подстриженными Гриммом кустом.

— Да ладно, все ж не так плохо было, ты чего расклеился? — я оглядела скрюченную фигуру, но не успела пожалеть о своем выборе, когда взгляд зацепился за упругие округлости пятой точки. Хищно подкралась сзади и шлепнула своего пока-еще-не-супруга по заднице. — А ну собрался быстро! Не опозорь меня перед Гриммом!

— С-с-с-слушаюсь… — проблеяло мне в ответ из кустов.

Гном со всеми почестями ждал нас в главном зале.

— Знакомься, это Герцог Конрад фон Дракенбург, мой будущий муж. Конрад, это мой слуга — Гримм. Если будешь себя хорошо вести, то не познакомишься с его топором. Он больше него самого!

— Госпожа! Что за дивный экземпляр! Он хоть здоровый? Даже если на вид здоровяк, ух, — Гримм придирчиво обошел Конрада вокруг пару раз, прикидывая, на сколько его хватит, а потом по-свойски приподнял тряпье на уровне колен. — Кхм-кхм… Здоровяк и тут, и там… Кхм… Прошу к столу!

Я устало завалилась на стул во главе и сразу же потянулась к бокалу, заботливо наполненному красным вином. Конрад сел напротив и сложил руки на коленях, разглядывая скромный ужин. Гримм уже ушел по своим гномьим делам.

— Чего не ешь? Кому готовили? Пропадет!

— Слушаюсь, — Конрад встряхнул салфеткой, заправил ее за свой воротник, будто там было что защищать от капель жира из запеченной утки, и принялся за трапезу, ловко орудуя столовыми приборами. 

В зале раздались звуки скрежета ножа по тарелке и чавканье. Вот поэтому я предпочитала жить одна! Гримм не в счет — он обычно сидит в своей берлоге и кует, когда не выполняет моих поручений. Мой глаз нервно дергался в такт скрипам ножа. Туда-сюда. Туда-сюда. Сюрп, хлеб, чавк-чавк-чавк… Хр-р-р-р-ш-ш-ш.

— Нет! Никуда не годится! — гаркнула я и опрокинула сразу весь бокал, сразу же потянувшись к бутылке за новой порцией. — Давай по-нормальному ешь! И еще… Как будто мы действительно возлюбленные и вот-вот поженимся. А то ты даже в туалет без моего приказа не пойдешь?! Будешь сидеть тут, пока пылью не покроешься?!

Конрад замер над своей тарелкой и поднял на меня удивленный взгляд. Затем он… Усмехнулся так, что у меня вино чуть носом не пошло от этой наглости.

— По-нормальному, значит? Как с обычной девахой, да?

У меня даже дар речи пропал!

— Т-т-ты! Что ты…

— Я не боюсь тебя, Веларисса, — Конрад отложил нож и вилку, аккуратно вытер губы салфеткой и откинулся на спинку стула, довольный и с набитым пузом. — Однажды я видел драконов… Ты другая.

— Наглец! Я сейчас тебя научу хорошим манерам!

— Ты просто одинокая и старая дракониха, которая не хочет остаться без магии. 

— Будешь неделю мою чешую языком чистить!

— Тебе нужна моя любовь, чтобы выжить. Я не собираюсь бежать или пытаться тебя убить. Потому что, во-первых, я не дурак. Во-вторых, мне интересно. А в-третьих... — он сделал паузу, глядя мне прямо в пожелтевшие от злости глаза. — Ты единственная, кто заплатил за меня столько, сколько бы я никогда не заработал на свободе за всю свою жизнь. Я благодарен, что ты вытащила меня из клетки.

Я открыла рот. Закрыла. Открыла снова, сипло выдыхая маленькое облачко дыма.

— Так что… Да, давай по-нормальному. Я буду есть, пить, спать в той комнате, которую ты мне выделила. Буду летать у тебя на спине, когда попросишь. Я женюсь на тебе и пробуду рядом столько, сколько тебе нужно… 

— Но? — шепотом спросила я, предчувствуя какую-то очередную подлянку от судьбы. Мой “тупенький” будущий муженек оказался не просто болванчиком, согласным выполнять мои указания! Надо же, как мне “повезло”.

— Ты будешь относиться ко мне не как к своему слуге, а как к равному.

— Равному? Мне, дракону? — я не выдержала, встала и, шлепнув по столу так, что он затрещал, угрожающе склонилась вперед, выдыхая из ноздрей горячий пар. А Конрад и бровью не повел, когда пар обдал его непроницаемое лицо. Мой голос стал громким и глубоким, эхом отражаясь от каменных стен: — Ты всего лишь жалкий человечишка, которого я могу…

— Да-да, сожрать, поджарить, бла-бла-бла. Но я тебе нужен. И если ты не хочешь стать овощем в обличье ящерицы, то… Нам придется сотрудничать.

— Сотрудничать?..

— Именно, — кивнул Конрад и улыбнулся. — Я не буду сидеть в этой башне, как принцесса, и ждать того, кто меня вызволит. Мне нужно заниматься делами, чтобы не сойти с ума от скуки. А если я сойду с ума… Я начну тебя бесить.

— Я не потерплю измен! — гаркнула я так громко, что затряслись стены и посыпались камушки. Конрад взглянул на потолок и убедился в его прочности. Что-что, а замок моя родня отгрохала на славу: большой, прочный, продуманный. Достался он, правда, не самой путевой наследнице… Чего уж поделаешь. — И если еще раз назовешь меня “девахой”...

— Понял, Госпожа. Никаких девах.

— И наряд для свадьбы выбираю я.

— Конечно, моя дражайшая будущая супруга.

— Ах ты!

Ночью мне пришлось поднапрячься и, собрав в лапы оставшиеся силы, слетать за свадебным костюмом для этого наглеца. По памяти объяснила портному, какой размерчик нужен, немножко приукрасила для слухов и любезно одолжила своей магии, чтобы поскорее получить праздничные одежды. Вот это красотища! Белое с золотым — мое любимое сочетание. Для себя выбрала облегающее платье с длинным подолом, который красиво и элегантно будет тянутся по полу, пока мы шагаем к алтарю. Прикинула, понравится ли моему муженьку, покрутилась вокруг зеркала и осталась довольной отражением. Невеста — просто загляденье! Оставалось надеяться, что и муженек будет под стать.

А потом я едва осилила вернуться обратно в замок — чуть не сшибла одну из башен, когда приземлялась, потому что в глазах потемнело. И еще долго не могла уснуть, ворочалась на кучке своего “богатства”, которое после покупки Конрада представляло из себя скорее кучку хлама: кубки, подносы, статуэтки, подделки драгоценных камней, человеческие кости.

Хочет быть равным, значит?!

Мне, Велариссе ван дер Фламмекрафт, дочери Алого Пламени и Железного Трона, последней из Выжженных Башен, Хранительнице Сердца Вулкана Трех Корон?!

Я сердито выдохнула, из-за чего с горки, на которой лежала, вместе с воздухом посыпался хлам, устраивая на полу полный беспорядок. Гримм будет ворчать, когда придет убираться…

Какой-то жалкий герцог… А если он хочет устроить мне ловушку? Усыпить бдительность и привести армию со своих земель? Воспользоваться мной в своих корыстных целях?! Воткнуть нож в спину, когда я буду в своем самом уязвимом положении?!

Я нервно постучала когтями по звякнувшим побрякушкам. Надо бы слетать за зельем правды, незаметно добавить в напиток и узнать, что у него на уме. Но этой ночью я уже никуда не успевала.

Наша “свадьба” состоялась, едва солнце выглянуло из-за холмов. Я так и не сомкнула глаз. Привела себя в порядок, если можно так сказать, с помощью Гримма, начистила чешую, а потом направилась в комнату Конрада — вторую в замке, где стояла человеческая кровать. Наглец спокойно спал пузом кверху, раскинувшись звездой по матрасу, и не вздрогнул от грохота треснувшей по стене двери.

— Подъем, принцесса! Пора жениться! — пробасила я вместо приветствий и “доброе утро, милый супруг”, сдернув с него одеяло и тут же смутившись обнажившейся… Картины. Отвернулась к гному, который ждал на пороге: — Гримм, помоги ему смыть с себя всю эту вонь и одеться. У вас четверть часа.

Мы не могли просто поставить подписи на клочке бумаги в моем замке — брачный ритуал требовал участия жреца и особой магии. Это смертным позволительно обвенчаться перед статуей своего божества и обменяться обещаниями в любви до гроба. У волшебников и драконов же свой распорядок — без жреца и магии союз не считается, огонь внутри не разгорится, я все равно начну чахнуть. 

Пришлось тащить рыцаря на себе в старый и обшарпанный храм на краю леса, где жрецы еще были способны провести древние ритуалы и не задавали лишних вопросов за пару монет.

Жрецом оказался старый эльф в потрепанной робе и с противным скрипучим голосом. Он скептически оглядел нашу “парочку”: меня в человеческом облике и Конрада, который стоял прямо, заложив руки за спину, как будто не жениться пришел, а участвовал в армейском построении. Причесанный, умытый, одетый в светлый котарди, расшитый золотыми нитками, и шоссы, подчеркивающие все прелести снизу. Жених что надо! Если бы еще слушался…

— Дракониха и рыцарь, — пробормотал жрец и присвистнул, листая древнюю книгу на алтаре в поиске нужного заклинания. — Во времена пошли… Раньше вы друг друга убивали, а теперь, гляди, женитесь! 

— Это биология. Давай быстрее, пока у меня терпение не кончилось. Вряд ли у вас тут все из огнеупорного материала сделано.

Конрад коротко кашлянул, привлекая к себе внимание:

— А это обязательно? Почему мы не можем просто… Жить вместе, как муж и жена? 

Жрец поднял бровь — впервые за столько лет, что он промышлял этим делом, кто-то задал ему настолько глупый вопрос.

— Обязательно, — отрезал жрец и вскинул голову, оценивая внушительное расстояние между нами. — Без печати брак не брак, а так, брехня, за союз не считается. Встаньте ближе, чего как не родные! И держитесь за руки, у вас любовь или театральное представление?!

Мы встали ближе и взялись за руки. Его ладонь была теплой, мозолистой, уверенной, а моя — с непривычки холодная от нервов. Жрец одобрительно кивнул и прокашлялся:

— Ну что, начинаем, — и забормотал заклинание на древнем языке. Слова вылетали из его рта и вились в воздухе вокруг нас синими искрами. Я почувствовала легкий жар в груди — магия начала работать. Конрад сжал мою руку, словно испугался парящих в воздухе рун, но не стал прерывать церемонию порцией идиотских вопросов, а “нормально” ли это.

Искры вспыхнули ярче, на наших запястьях появились тонкие золотистые метки, похожие на браслеты. Огонь внутри шевельнулся, как старый друг, про которого забыли на какое-то время.

— Поздравляю, — буркнул жрец и захлопнул книгу. — Теперь вы супруги. А сейчас слушайте сюда. Вам нужно устроить брачную ночь в течение семи дней — полноценную, без обмана. Иначе печать сломается, брак аннулируется, и… 

Жрец перевел взгляд на меня и стушевался:

— Уважаемая вернется к своему прежнему состоянию. 

А это еще что за новости?! Об этом мне никто и никогда не рассказывал. Я смотрела то на эльфа, то на… Мужа. Конрад, кажется, был не удивлен, в отличие от меня.

— Семь дней? Это что за испытательный срок такой? А если… 

— Никаких “если”, уважаемые брачующиеся, — буркнул жрец — Магия не любит необязательных личностей. Не успеете — это ваши проблемы. Платите и уходите, у меня обед.

Я выдернула свою руку из большой теплой ладони и бросила жрецу последние монеты — теперь мы официально нищие, зато женатые. Когда мы вышли на свежий воздух, Конрад вдруг сказал:

— Семь дней — это довольно малый срок. Не передумала?

— Передумала? Я тебя за такие деньги купила, что мне проще тебя до конца жизни терпеть! Твоей, естественно.

Он усмехнулся.

— Тогда ладно, моя дражайшая супруга. Надеюсь, ты не пожалеешь. И “терпеть” придется еще очень долго.

Мы решили не торопить события и не паниковать раньше времени. В конце концов, биология биологией, магия магией, а ресурсы в замке не резиновые. Еда кончалась, а драконьи инстинкты, подпитанные брачным союзом, требовали немедленного удовлетворения: мне нужно было летать, чтобы размяться, охотиться, чтобы поддерживать свой огонь, и, желательно, притащить что-нибудь блестящее, чтобы пополнить жалкую "сокровищницу" чем-то более ценным.

А вот мой новоиспеченный супруг занимался… Хозяйством. Гримм ввел его в курс дела, как у нас в замке все устроено, показал дорогу до ближайшей деревни с рынком и даже помог выторговать у местных торговцев лошадь за полцены. Которую, черт побери, тоже надо было чем-то кормить! 

Если раньше я жила свою беззаботную холостяцкую жизнь, пока Гримм самостоятельно справлялся в замке, то теперь стала единственным “добытчиком” в нашей “семье”.

И это, черт возьми, было интереснее, чем я ожидала! Например, теперь я возвращалась не в холодный пустой замок, где иногда раздавался гномий храп или стук молота об железо, а в затопленный дом с уже готовой вкусной едой и напитками. 

Ела я, конечно, побольше моего смертного муженька, так что готовить ему приходилось часто и много. А потом мыть горы посуды так, чтобы воды хватало и на собственную гигиену. Я лишь изредка помогала поддерживать воду горячей с помощью магии, в основном мужики справлялись своими силами.

Спали мы в разных частях замка. Он — в своей комнате, которая постепенно наполнялась разной человеческой мебелью и одеждой, а я — на своей кучке барахла, сладко похрапывая.

***

Семь дней.

Брачная ночь.

Эти мысли давили так сильно, что вновь болела голова, хотя я чувствовала себя прекрасно: всесильной и отдохнувшей, готовой сжигать города и села, если кто-то криво на меня посмотрит. 

Конрада я обходила стороной. Он удивленно вскидывал брови, но ничего не говорил. Видимо, ждал, пока я сама не начну проявлять к нему супружеские чувства. А о каких чувствах могла идти речь, если мы были знакомы без году неделя?!

Меня по первости раздражало одно его присутствие. Лишь мысль о том,  что в моем замке, помимо Гримма, есть еще один смертный! Но потом я пробовала приготовленный Конрадом ужин и становилась снисходительнее: даже помогала подтапливать камины, чтобы мой дорогой супруг не заболел и не свалился с лихорадкой перед брачной ночью.

След на запястье пульсировал и напоминал о себе с каждым днем все отчетливее. Срок постепенно подходил к концу. Я понимала, что нам придется сделать это — хотим мы или нет. Таков закон. 

Вечером шестого дня раскрасневшийся от бега Гримм ворвался в мою комнату отдыха на своих коротких ножках, размахивая руками:

— Госпожа! Беда! Муженька чуть волки не сожрали! 

Я моментально обернулась человеком и последовала за гномом в комнату Конрада. Еще не хватало, чтобы мой муженек откинулся прямо перед выполнением супружеского долга! Тогда весь этот фарс будет насмарку.

Конрад сидел на кровати и обмакивал чистую тряпку в теплую воду, чтобы стереть кровь с торса.

— Это еще что такое?!

— В лесу, оказывается, волки водятся.

— Конечно, водятся, придурок! Отчего же им там не водиться, когда в округе столько мяса бегает?! — я забрала у него тряпку, отпихнула его руки и посмотрела на длинные рваные раны от острых волчьих когтей. На вид — ничего смертельного, просто царапины, но Конрад тяжко вздохнул и поморщился. Я перевела взгляд ниже пояса, где покоилось — пока что — самое важное для моего дальнейшего драконьего благополучия: — Покусать успели?

— Не успели.

— Тогда чего ты стонешь, малахольный?

— Больно.

— Да это разве больно? Вот я однажды… — я принялась рассказывать историю, как по молодости повздорила с другим драконом, из-за чего нашу семью выгнали с тех богатых и плодородных земель, и мы осели тут — в выжженной пустоши рядом с вулканом и лесами. В процессе болтовни сама не заметила, как наложила на раны Конрада исцеляющее заклинание.

— Ты и такое умеешь?! — восхищенно спросил муженек, разглядывая свой торс, на котором прямо сейчас быстро затягивались царапины. Я самодовольно улыбнулась и подула на указательный палец. — А чего золота не наколдуешь?

— Драконы не умеют колдовать золото. Чего, думаешь, мы ваше барахло собираем?

— Я думал, у вас такие фетиши…

— Оно не только греет нашу душу, но и наш карман. 

— А вам не преподавали уроки экономики, моя дорогая?

— Какие еще уроки экономики? Ты что, хочешь сказать, я глу…

— Нет! Конечно, нет, моя дорогая! Просто… Было бы неплохо научиться рассчитывать наш бюджет…

— Так, что тебе еще нужно? 

— Скоро зима… — Конрад посмотрел в окно, за которым раскинулся наш лес. — Нужны припасы, теплые вещи… Гримм сказал, что вы едва протянули прошлую зиму. Он продавал инструменты, но на их ковку уходит много времени. Выхлопа мало.

Я передернула плечами от воспоминаний о прошлой зиме. Да уж, было времечко… Постепенно с моими угасающими силами угасал и мой замок, в котором некогда слуги бегали по коридорам, обслуживая меня, маменьку и отца. До появления Конрада он напоминал кусок холодного заброшенного безжизненного камня.

Конрад неожиданно накрыл мою ладонь, которая лежала у него на бедре, своей, возвращая к реальности:

— У нас будет время подготовиться, если ты наберешься сил после…

— Брачной ночи, — закончила я за него очевидную мысль.

Конрад кивнул. Я перевела взгляд на его кожу, на которой еще недавно красовались свежие раны — теперь же она была целиком здоровой. Внушительный пресс напрягся, когда я коснулась его кончиками пальцев и… Случайно подпалила короткие волоски.

— Ай! Ты чего?!

— Неделю языком вылизывать чешую, — напомнила я, хотя мы оба прекрасно знали, что я не буду так над ним издеваться. Конрад потер обожженное место, глядя на меня с притворным возмущением, а потом вдруг серьезно сказал:

— Я могу делать им кое-что другое, Госпожа.

Я замерла. Бровь медленно поползла вверх.

— Им? Это ты сейчас не о своих волосах, да? 

Он секунду молчал, а потом расхохотался так искренне, что я почувствовала, как внутри шевельнулось что-то теплое, не имеющее никакого отношения к магии и моему драконьему огню.

Что-то, чего я старательно избегала столетиями своей жизни.

— О волосах, конечно. Хотя… Если пожелаешь, могу и другие части тела продемонстрировать. Но предупреждаю — они тоже боятся огня.

— Тогда держи их подальше от моих ноздрей. Не хватало еще, чтобы мой супруг остался без… Важных украшений.

Я вспомнила утро, когда сдернула с него одеяло, и… Покраснела. Я! Великая… Стыдоба какая! Конрад наклонился ближе, его глаза подозрительно заблестели в полумраке:

— Значит, ты все-таки признаешь, что у меня есть важные украшения?

— Я признаю, что купила тебя не за красивые глаза. И что если ты сейчас будешь много болтать, я правда разозлюсь.

— Тогда я заткнусь, — пообещал он серьезно. А потом добавил тише: — Но только после того, как ты меня поцелуешь, моя дорогая.

Я долго смотрела на него, пытаясь понять, это очередная шутка или реальная просьба. Обычно я сама указывала своим партнерам, что нужно делать, а тут… 

Метка на запястье вспыхнула. Я медленно, словно проверяя, не передумаю ли сама, наклонилась и коснулась его губ своими. Никакого огня и дыма, повторяла себе мысленно, пока мы пробовали друг друга на вкус.

Конрад отвечал так охотно, будто уже знал исход нашего знакомства, когда наши взгляды впервые пересеклись на ярмарке. Его руки перебрались за мою спину и красноречиво заползли под одежду.

— Ну что, герцог, — сказала я хрипловато и толкнула его на скрипнувшую кровать. Гримм, который пришел нас проведать, ойкнул и закрыл за собой дверь с обратной стороны. — Готов исполнять супружеский долг?

— Если пообещаешь не поджарить меня.

— Поджарить? М-м-м… Только если отжарить…

Вспыхивающий в оконном стекле магический свет доказывал, что союз дракона и рыцаря был официально скреплен.

***

— Ну, — хрипло сказала я, уставившись в потолок. — Если это должно было вернуть мне былую мощь, то… Давай честно, было неплохо. Хорошее украшение, рабочее…

Конрад рассмеялся и тут же ойкнул, когда я сжала его рукой:

— Значит, повторим? 

Я фыркнула, невольно выпуская под потолок струйку дыма. В комнате было жарко, окна запотели, но мне было лень колдовать и открывать дверь для проветривания.

— Не обольщайся, герцог. Силенок хватит?

Почему-то впервые за четыре века мне не хотелось выгонять его с утра из своего замка. И подвергать испытанию пламенем. А до утра еще оставалось время…

Вот так я, Веларисса ван дер Фламмекрафт, дочь Алого Пламени и Железного Трона, последняя из Выжженных Башен, Хранительница Сердца Вулкана Трех Корон, в четыреста двенадцать лет впервые вышла замуж и внезапно начала брать уроки настоящих любовных отношений.

И первый из них звучал просто:

Никогда не недооценивай наглого герцога с голубыми глазами. И его украшение.