Устав академии гласит: Не зли своего учителя

Их было двое. Двое из ларца, и оба — с неприятными лицами. Тонкий и толстый. Они отлично дополняли друг друга. И ещё лучше действовали мне на нервы.

Явились они аккурат перед обедом. Колокольчик на двери звякнул так жалобно, будто пытался предупредить: «Беги, пока не поздно!». Но было поздно. Городские стражники переступили порог моей пекарни, измазав грязными ботинками только помытый пол.

— Гы, гляди — бубенчик, — изрек тот, что толстый, дергая за колокольчик.

— В башке у тебя бубенчик, — фыркнул тонкий.

— А у тебя знаешь где? А у тебя…

— Что надо? — мрачно осведомилась я, прерывая высокоинтеллектуальную беседу.

Настроение у меня было ни к черту. Ещё бы: помощница уволилась, партия выпечки, которая сейчас должна украшать прилавок, подгорела. И тут ещё эти.

— Госпожа Инлэй, — протянул тот, что тонкий, — вас вызывают в городскую ратушу.

— Налоги я оплатила, — отрезала, возвращаясь к работе.

— Вам всё равно придётся туда сходить.

— Кто-то отравился? — спросила с надеждой. Вдруг кто-то важный? И меня наградят?

— Да нет же…

— Кто-то отравился и умер?

Стражники переглянулись и покачали головами.

Фух. Ну, значит, всё нормально!

— И зачем же мне тогда идти туда?

— Нужно! — заявил тот, что толстый, и без спросу сунул руку в корзинку с пирожками. Взял два. Два же откусил.

— Хорошо. Схожу вечером, после закрытия лавки.

— Не-е-ет, так не пойдет. Вы должны явиться туда немедленно! Прямо сейчас.

— Иначе мы отведем вас силой! — поддакнул тонкий. — И тебе это не понравится.

Я живо представила, как эти двое волочат меня по улице на радость любопытным прохожим. Городок у нас маленький, уже к вечеру все будут знать о том, как я славно оконфузилась.

— Иди, кухарка, а мы присмотрим за твоей лавчонкой. Иначе худо будет.

Скрипнув зубами, сдёрнула с себя фартук и шагнула к двери.

— Я нашла их за прилавком. Им с неделю, — с улыбкой сказала толстому, который запихивал в себя седьмой пирожок. Тот тут же поперхнулся и закашлялся, а я с чувством выполненного долга побежала в сторону городской управы.

В ратуше было многолюдно. Я бы даже сказала — многоженственно. Казалось, что девицы со всего города стянулись сюда, чтобы загадочно постоять в очереди.

— А эта Инлэй что здесь делает? — раздался противный голосок.

— Не знаю… — отозвался второй.

— Она ведь старая! — припечатала третья. — Ей ведь двадцать семь!

Вообще-то двадцать два. Но для всех остальных и правда двадцать семь. А что? Молодой и одинокой девушке трудно вести дело в столь дремучем городке. Чтобы хоть как-то прибавить себе весу в глазах окружающих, пришлось накинуть несколько лет.

Хочешь жить — умей вертеться. Житейская мудрость.

Так и всё-таки, что здесь происходит?!

Этим вопросом я решила озадачить первую попавшуюся девицу.

— Там… Там это… Ну оно… Ну камушек… Ну… — отозвалась та. Пока она мучительно рожала мысль, вспоминая, как складывать слова в предложения, одна из дверей распахнулась, и оттуда вылетела счастливая красавица.

— Взяли! Меня взяли! О, Небеса, спасибо! — выпалила она, задыхаясь от восторга.

— Следующая! — крикнула женщина в строгих очках и с бумажкой в руках. Её я никогда не видела. Она явно приезжая. — Интегра Инлэй! Здесь есть такая?

Я, крайне заинтригованная, подошла к женщине. Ох, лучше бы я этого не делала… Дамочка бесцеремонно втащила меня в комнату, посреди которой стоял мой самый страшный сон.

Измерительный камень. Артефакт, определяющий магическую силу.

— Положи на него руки, — приказала она.

— Нет.

— Что значит нет?

Так, какие там есть отговорки? Не выключила печь? Нет, не подходит. Забыла закрыть дверь? Тоже не очень. О! Вспомнила самую универсальную:

— Мне срочно нужно в уборную!

— Руки на кристалл. Живо!

— Мне двадцать семь. Я по возрасту не подхожу.

— А вот врать не надо. У нас другая информация. Тебе двадцать два. И если ты сейчас не подчинишься, нам придется применить силу.

— Послушайте…

Женщина закатила глаза и кому-то кивнула. Как выяснилось спустя мгновение, в комнате нас было трое — у стены стоял верзила бандитской наружности. Он-то и схватил меня за руки и поволок к камню.

— Ох уж эти невежды провинциальные, — вздыхала дамочка, поправляя очки. — Вечно всего боятся. Когда же до вас магический прогресс дойдет?

Я было хотела возмутиться, но в этот момент громила уложил мои ладони на холодный артефакт и случилось страшное. Тот начал чернеть. Стремительно. Густо. 

— Одаренная! — восхитилась женщина. — И какая же сильная! Из тебя получится хороший маг. Поедешь в столицу. Будешь учиться в академии Шанталь, в самом престижном заведении страны! Чего нос повесила? Радуйся, глупая!

Угу. Радуйся. Меня сейчас просто разорвет от счастья! Кто же знал, что жизнь, от которой я бежала, настигнет меня даже здесь, в этом маленьком городишке?

Нет! Дудки всё это.

— Я не хочу в столицу.

— А это не тебе решать, милочка.

Сжав кулаки, я бросилась к выходу, но убежать не смогла. Дверь резко открылась, и я впечаталась в чью-то грудь. Сильная рука тут же легла на талию, удерживая меня от падения.

Задрав голову, я обомлела. Передо мной стоял он. Мужчина, с которым я больше всего на свете не желала встречаться.