Увольте меня немедленно!

— Нет смысла больше это скрывать, — мужчина выдохнул, прикрыв глаза, но затем резко распахнул их. — Я люблю тебя, госпожа Пак.

— Но… — девушка застыла, заливаясь краской, — господин, мы не можем. Это разорит вашу корпорацию! — она драматично отвела взгляд в окно. В стекло тихим стуком бились снежинки, словно намекая на неизбежный финал серии.

Мужчина проследил за её взором. — Первый снег, — констатировал он.

Госпожа Пак посмотрела на него, а затем поцеловала. Их поцелуй был мягким и нежным, словно тысяча бабочек порхали на языках…

— Стой, серьезно? Она типа сама его поцеловала? Как-то это не по канону, нет? Где двенадцать серий игры в гляделки?

— Как это не по канону? Он только что выдал признание на миллион вон, а она… — я вслед за героиней прикрыла глаза, смакуя момент, — просто взяла свое. Понимаешь, Пен, это высший пилотаж. Она любит его так, что искры летят, но статус не позволяет сказать это вслух. Поцелуй — это её капитуляция без единого слова.

Открыв глаза, я наткнулась на скептическую физиономию подруги.

— И почему она просто не скажет «окей, бро, я тоже в теме»?

— Потому что он — чеболь в третьем поколении, Пен! — я устало выдохнула, чувствуя, как закипаю. — У него акций больше, чем у тебя нейронов!

— Ну это же драма на ровном месте.

— Ты вообще не шаришь в эстетике страданий. В дорамах только так всё и работает.

— То есть сын главы Samsung влюбляется в офисную моль, которая путает кофе с чаем? Ты сама-то в этот сценарий веришь?

— Верю! — я с грохотом захлопнула лэптоп, едва не прищемив себе пальцы. — А тебе верить не обязательно. Иди смотри свои новости про инфляцию, а мне оставь мой идеальный мир.

Вечно она пытается приземлить мой полет фантазии. Ну и ладно. На форумах дорамщиков меня ценят куда больше — там мои теории о «химии» главных героев разбирают на цитаты.

— А в бар ты сегодня в этом идешь? — Пенелопа смерила меня взглядом, в котором читалось явное сочувствие.

— А что, мой прикид тоже не прошел твой ценз?

Резкий тон заставил Пенелопу сбавить обороты:

— Ол, ты же знаешь, что я люблю тебя больше всех на свете? Даже больше Ви. Только ей не говори, а то она нас обеих придушит, — она погрозила пальцем. — Просто твой стиль в последнее время… мутировал. Ты выглядишь так, будто работаешь в бухгалтерии 1998 года. Мы в клуб идем или на годовой отчет?

Я взглянула в зеркало. М-да. Строгий воротничок, серый цвет… Видимо, я слишком глубоко застряла в образе «трудолюбивой Золушки из Сеула».

— Пожалуй, ты права.

— О чем и речь! Давай наденешь что-то из моего? Хоть раз почувствуй себя главной героиней, а не её бледной тенью.

— Неси, — удрученно выдохнула я, избавляясь от скучных джинсов.

Несмотря на то, что вещи были размер в размер, я чувствовала дискомфорт. И ботфорты, и шуба, и даже кожаная юбка оттаргали меня, пытаясь сбежать. Юбка все время поднималась вверх, шуба сползала с плеч, а сапоги собирались гармошкой все ниже, и ниже, падая к подошве.

— Твоя одежда хочет меня прикончить, — прошипела я, сражаясь с молнией.

— Ну, красота требует жертв. Желательно — кровавых.

— Предпочту не умирать совсем, чем умереть красивой.

— Оливия! — рявкнула Пен. — Сколько я еще должна слушать это нытье?

— Прости, — обиженно протянула я, пытаясь вернуть юбку на законное место.

— Так! Иди домой, — подруга резко остановилась.

— Ну уж нет. Я столько мучилась с этими сапогами, чтобы сдаться за шаг до финиша? Мы почти пришли.

— Тогда двигай ляжками и не выделывайся!

Шлепок по пятой точке придал мне ускорения, и через пять минут мы уже подпирали вход в бар.

— Позвонишь Ви? — попросила я, пока мы мариновались в очереди на фейс-контроль.

— Она же написала в чат, что паркуется. Не будь такой тревожной.

Я по привычке хлопнула себя по бедрам, залезла в сумку и начала там нервно копаться. Холодный пот прошиб мгновенно.

— Вот дряньство.

— Что на этот раз? Колготки поползли?

— Телефон. Это всё твоя чертова юбка!

— Логика просто зашкаливает. Может, объяснишь?

— Я всегда ношу телефон в заднем кармане джинсов! А их тут нет, Пен! Я его на столе оставила!

— Так, дорогуша, во-первых, я не виновата, что ТЫ — она ткнула пальцем мне в грудь, — оставила мозги вместе с телефоном. Во-вторых, дверь открыта, можешь валить домой к своему лэптопу прямо сейчас.

— Но мы же договаривались…

— Не перебивай! — Пен включила режим босса. — В-третьих, это не катастрофа. Я за всё плачу, такси вызову, а рабочая неделя официально закончилась. Отдохни уже, ради бога!

— А если…

— Всё, режим «без звука»!

Со стороны послышался визг, и мы обернулись. Виктория просочилась под ограждением и сгребла нас в охапку.

— Девчонки! Наконец-то! Как же я рада вас видеть.

— И мы тебя, — я наконец-то улыбнулась.

— Прошло всего две недели, а я уже соскучилась по твоим закидонам, — Пен потрепала Ви по волосам.

— Еще бы, без моего позитива вашей дружбе пришел бы конец, — Ви самодовольно хмыкнула. — Но у меня такииие новости, что вы простите меня за такое долгое отсутствие.

— Что случилось? — напряглась я, поддаваясь волне тревоги.

— Не сейчас. Сначала в нас должно попасть немного алкоголя. Очередь вообще жива?

— Ползет потихоньку, — ухмыльнулась Пен.

— А что это за место?

— «Джиггис» сегодня закрыт, так что мы идем сюда, — пояснила я.

— Коллега советовал, говорит, тут атмосфера — огонь, — добавила Пен.

— Что за коллега? Тот красавчик на Porsche? — Ви игриво подмигнула.

— Просто знакомый, остынь, — Пенелопа закатила глаза.

Подул резкий ветер. Я плотнее запахнула шубу, чувствуя, как лицо обжигают колкие снежинки. Поймав одну подушечкой пальца, невольно улыбнулась.

— Снег. Смотрите, первый снег в этом году.

— О боже, сейчас начнется, — ехидно бросила Пен. — Где там твой мистер Пак с зонтом и вечной любовью?

— Вообще-то его фамилия Ким! — я притворно надулась. — Но сценарий был бы идеальным.

— Да ладно тебе, Ол. Встретишь ты еще своего Ким Хека, или как там зовут твоего 2D-мужа? — Ви погладила меня по плечу.

— Ей нужно свидание с живым человеком. А то она так и замуж выйдет за пиксели, — припечатала Пен.

— Пенелопа Изабелла, — Ви примиряюще положила руку ей на плечо, — не будь занудой. А ты, Оливия Грейс, — она повернулась ко мне, — прислушайся. Реальные губы вкуснее книжных описаний.

Нас прервал шкаф в черном костюме.

— Документы.

— Ой, ну вы только посмотрите на этого строгого котика, — Ви кокетливо стрельнула глазками, а у меня внутри всё рухнуло.

Ну почему я такая идиотка?! В дорамах героини всегда выглядят безупречно, а я лажаю на базовых вещах.

— Кошелек… — я затараторила, чувствуя, как краснею. — Он дома. Юбка… джинсы… я просто переоделась…

— Документы, — невозмутимо, как скала, повторил охранник.

— Что у тебя там вообще? — прошипела Пенелопа.

— Уважаемый господин офицер фейс-контроля, — Ви включила всё свое обаяние. — Наша подруга — жертва моды. Она забыла телефон, кошелек и, видимо, смысл жизни дома. Но ей точно есть восемнадцать, клянусь своими босоножками!

— Да по её лицу видно, что она уже давно должна платить налоги, — вставила свои пять копеек Пен, за что получила мой уничтожающий взгляд.

— Без удостоверения личности вход запрещен. Вы проходите, она — нет.

Дряньство! Дряньство в квадрате! Почему мой «первый снег» превращается в сериал про неудачницу?

— Всё нормально, — я поникла. — Идите без меня. Буду дома досматривать девятую серию.

— Так, отставить похоронное настроение! — Ви взяла нас под локти и отвела в сторону. — Спокойно. Либо ищем другое место, либо едем к тебе за паспортом.

— Просто идите развлекаться, — я попыталась выдавить улыбку, но вышло жалко.

— Блин, Оливия! Просто скажи, чего ты хочешь, без этого твоего корейского самопожертвования!

— Да не знаю я! — огрызнулась я, сдерживая слезы.

— Окей, — Виктория быстро заскроллила ленту в телефоне. — Вот, есть место неподалеку, там пускают по глазам.

— А если и там облом? — буркнула Пен.

— Пенелопа? — раздался густой, почти знакомый голос за моей спиной.

Я обернулась и застыла. Прямо перед нами, словно материализовавшись из моих самых смелых фантазий, стоял он. Мистер Ким. Собственной персоной.

Мы оккупировали вип-ложу, и я, честно говоря, откровенно пялилась на Джека. Если бы мне сказали, что любовь с первого взгляда существует вне сценариев Netflix, я бы рассмеялась в лицо. Но этот парень… он двигался, выглядел и разговаривал точь-в-точь как мой идеальный господин Ким. Неужели Вселенная решила выдать мне джекпот? Это судьба, не иначе. Даже первый снег пошел ровно в ту секунду, когда он материализовался перед нами.

— А вы, значит, коллега Пен? — Ви включила режим допроса, а Пенелопа метнула в нее взгляд.

— Все так, — Джек выдал улыбку, от которой мои внутренние бабочки устроили слэм.

— Вообще-то, он мой босс, — вставила Пен. Мне показалось, или Джек действительно слегка покраснел? Корейские режиссеры за такой кадр продали бы душу.

— В нашем отделе мы не играем в иерархию, — смущенно пробормотал он.

— Вот кааак, — протянула Ви, подпирая подбородок кулаком и задорно сканируя Пен. — А ваши друзья тоже из «коллег»?

Ви не унималась, и Джек, не выдержав, едва не подавился коктейлем.

— Нет-нет, они из других миров, — он потер подбородок, явно забавляясь.

— О, и из каких же? — поинтересовалась Ви. Мы с Пен синхронно и мучительно вздохнули.

— Эдди у нас по части закона — адвокат, — Джек кивнул на парня справа. — А Малек в рекламе, — он указал на мужчину напротив меня.

— Надо же! — Ви выпрямилась, эффектно презентуя меня ладонью. — Наша Оливия тоже «рекламная душа».

— Оливия? — Джек вскинул брови. — И где именно ты креативишь?

— «Рей Груп», — ответила за меня Пен с такой гордостью, будто я как минимум директор этой компании.

Парни переглянулись. Взгляд Малека впился в меня. В полумраке вип-ложи его лицо казалось маской из нуарного кино, но этот взгляд… его невозможно было игнорировать. Он ощущался физически.

— И как давно вы там трудитесь, Оливия? — его голос прозвучал так внезапно, что по спине промчался табун мурашек.

— Три года, — кажется, это были мои первые слова за вечер. Голос слегка дрогнул.

— В каком отделе? — не отставал он.

— Международных контрактов. — Во рту стало сухо, как в пустыне Гоби. Я не стала рассыпаться в подробностях — краткость сестра таланта, особенно когда тебя трясет от необъяснимой тревоги. Решила просто «утопить» это чувство в очередном бокале.

— Видели кампанию для «Олвейс»? Это всё наша Ол, — хвасталась Ви, игнорируя мои тычки в бок. — А вы где приземлились, Малек?

— Лучше расскажите о себе, Виктория. Вы весь вечер работаете пиар-агентом для подруг, а о себе — ни слова, — вальяжно парировал он, мастерски уходя от ответа.

— Ой, и правда! Что ж, слушайте мою грандиозную новость, — Ви эффектно поднялась и, выдержав театральную паузу, провозгласила на весь бар: — Я выхожу замуж!

Осознание доходило до мозга со скрипом. Мы с Пен переглянулись, а потом синхронно вскочили, устраивая групповые объятия с визгами.

— Поздравляю! — орала я, перекрывая музыку.

— Охренеть! — вторила Пен. — Неужели этот болван созрел для кольца?

Мы прыгали, как безумные. Мужчины тоже поднялись, рассыпаясь в поздравлениях. Перед тем как бокалы встретились в звонком тосте, Ви всех притормозила:

— Так, я иду под венец, но этот тост — за моих одиноких подруг. Пусть они поскорее последуют моему примеру и перестанут целовать подушки!

Мы с Пен закатили глаза так сильно, что едва не увидели собственные мысли, но Ви только рассмеялась, сталкивая наши бокалы с напитками парней.

— Знаете, нас тут вообще не должно было быть, но я чертовски рада, что всё пошло не по плану.

Вечер катился в сторону ночи. Я ловила взгляды Джека, которые он бросал на Пен, и это кололо меня под дых. Неужели мой личный господин Ким уже забронировал сердце для своей «госпожи Пак»?

Мы обсуждали свадьбу, мужчины гудели о своем. Джек пытался балансировать между двумя мирами. А я… дряньство. Я просто набралась.

В какой-то момент фильтры отключились. Все мысли вылетали наружу, вопросы задавались без цензуры, а мои попытки флиртовать выглядели как катастрофа в прямом эфире.

До туалета я добиралась по приборам. Почти провалилась в сон в кабинке, но когда вышла — увидела Его. Своего мистера Кима.

Узкий коридор сжимался, буквально впечатывая нас друг в друга. Бордовые стены не просто намекали — они орали: «Целуй его, идиотка!».

Господин Ким... Неужели Вселенная выдала мне безлимитный кредит на наглость? Упустить такой шанс — преступление против всех сценаристов Сеула.

Я подошла вплотную. Вдох. Выдох. Закинула голову, утопая в его темных глазах, и... сделала это.

Я целовала его так, как это сделала бы легендарная госпожа Пак в финале сезона: без тормозов, без стыда, с чувством, будто мне уже пообещали вечную любовь и кольцо в пять карат. В этот момент я не просто играла роль — я стала её героиней. Хотя, кого я обманываю? Эта одержимая девчонка всегда жила внутри меня. Сегодня я решила, что моя дорамная мечта имеет право на реальность.

Мужчина не оттолкнул. Наоборот — притянул ближе, сминая мои плечи и перехватывая за талию. В этом кольце рук я наконец почувствовала себя той самой — единственной. Мои пальцы исследовали его лицо, запутывались в волосах, сжимали шею.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала я в самые губы.

Резкий толчок. Меня едва не размазало по стене. Шаги. Мутный, плывущий взгляд зацепил только ботинки, уходящие прочь. А потом пол услужливо поднялся мне навстречу, и тьма поглотила финал этой серии.

Когда я открыла глаза, свет ударил по мозгам, наказывая за вчерашнее. Голова раскалывалась, тело объявило мне импичмент, а память работала фрагментами.

Кое-как добравшись до кухни, я поняла: либо кофе, либо смерть. Сначала я почувствовала запах омлета, а потом услышала голоса.

— Ви? — я уставилась на подругу, как на привидение.

— О, доброе утро, спящая красавица, — улыбнулась она.

— Технически, уже день, — Пен поджала губы в узкую линию.

Я проигнорировала ворчание и поплелась к плите. Турка с кофе и сковорода с завтраком выглядели как святой Грааль. Подруги молча сверлили меня взглядами, пока я пыталась реанимировать себя жидким спасением.

— Малышка, как полет? — осторожно спросила Ви.

— Голова — вдребезги, и ощущение, будто меня переехал грузовик. Несколько раз, — я сделала глоток и блаженно застонала.

— Ну, в каком-то смысле так и было, — хмыкнула Пен. Ви шикнула на нее.

— Оливия, ты хоть что-то из вчерашнего помнишь?

— В общих чертах — да. — Я уставилась в стену, пытаясь собрать пазл. Вроде ничего криминального? Я продолжила жевать.

— Тебе кто-нибудь вчера… приглянулся? — Ви закинула удочку.

— Нет, — отрезала я, чувствуя, как щеки начинают гореть от собственной лжи.

— Да неужели? — Пен саркастично выгнула бровь.

— Может, вы просто расскажете, что случилось, и закончим этот допрос? — вспылила я.

— О, мы расскажем. Но готова ли ты к правде? — Пен скрестила руки на груди.

— Ол, ты серьезно ничего не помнишь? Совсем? — Ви смотрела с сочувствием.

— Я помню Джека. Помню друзей. Твою помолвку. Помню, как… — мозг внезапно выдал «запрещенку» из коридора. — Вот дряньство! — я подпрыгнула на стуле, едва не перевернув кофе.

Подруги тут же прыснули со смеху.

— Что и требовалось доказать, — Пен довольно откинулась на спинку стула.

— Прости, Пен! Умоляю, прости! — затараторила я. — Я знаю, он тебе нравится, и вы коллеги, и всё такое… Я просто перебрала! Он так похож на господина Кима, ну ты же сама видела! Я подумала, вдруг он тебе не так уж и нужен, а я… я просто вжилась в роль!

Подруги замерли. Пен медленно подняла бровь.

— Ты это сейчас о чем вообще?

— Ну ты же понимаешь! О поцелуе! Все уже знают, да? Что я поцеловала Джека в коридоре?

— Что-о-о?! — в один голос выкрикнули подруги, уставившись на меня круглыми глазами.

Мне внезапно захотелось провалиться под пол, прямо в ту самую тьму.

Я тяжело опустилась обратно на стул, вливая в себя остатки черной жижи, которая должна была хоть как-то воскресить мой мозг.

— Оу… а о чем тогда говорили вы?

— О том, как ты отчаянно липла к Малеку, — усмехнулась Пен, добивая меня одним предложением.

— Чего?! Когда это я к нему липла? Да с какой стати? Он вообще ни разу не в моем вкусе! Он даже на второстепенного героя не тянет!

— Мы с вами вообще вчера в одной вселенной были? — ласково улыбнулась Ви.

— Мне нужен подробный пересказ вчерашнего вечера. Срочно, — запаниковала я, с мольбой глядя на подруг.

— Тебя, по-моему, унесло после первого же бокала. Так ты и не научилась пить, — мягко констатировала Ви. Я выжидающе смотрела на них. Казалось, эти двое наслаждаются моей паникой, выдерживая такую мхатовскую паузу.

— Мы пили, общались, и всё было окей. Потом ты отключилась, а Малек пересел на место Джека. Когда ты снова открыла глаза, то начала нагло клеиться к Малеку, расспрашивая его о всякой ерунде.

— К Малеку… — я со стоном уронила голову на стол и начала ритмично биться лбом о столешницу.

— Потом ты придвинулась к нему вплотную и начала расстегивать блузку так, чтобы было видно декольте. Джек вернулся, но, как истинный джентльмен, не стал вам мешать и сел на твое место.

— Матерь Божья! — завопила я, чувствуя, как щеки вспыхивают адским пламенем. — А Малек?!

— По-моему, ему было весело, — философски заметила Ви.

— Весело? Он находит это забавным?!

— Ну, не сказать, что мы с Ви сами не находили это уморительным, — фыркнула Пен.

— А парни? Как они отреагировали? Особенно Джек! — я вскинула голову, с надеждой заглядывая им в глаза.

— Ну… — Ви сделала сочувственную паузу, — они больше следили за его реакцией, чем за твоими действиями.

Боже, что же он обо мне подумал… Мне хотелось разреветься прямо над тарелкой с омлетом. Я всё испортила. Мой идеальный господин Ким был на расстоянии вытянутой руки, а теперь всё кончено. Рейтинг моей жизни пробил дно.

— Потом ты потащила его на танцпол.

— Я что?! — я уставилась на Пен. — И терлась об него всем своим телом. Черт, Ол, да ты выглядела как сучка во время течки, — засмеялась она.

— Это совершенно не смешно, — обиделась я, мысленно хороня свою репутацию.

— Потом ты ушла в туалет, и тебя подозрительно долго не было. В итоге мы нашли тебя спящей на полу в коридоре.

— Дряньство, — только и смогла выдавить я.

— Но что насчет поцелуя, Ол? Малек тоже пошел следом за тобой. Вы целовались?

Карие глаза. КАРИЕ. Камера наезжает. Драматичная пауза.

— У Джека ведь зеленые глаза, да? — осипшим голосом спросила я.

— Да, — коварно улыбнулась Пен.

— Да. Я поцеловала его, — сокрушительно призналась я в первую очередь самой себе и обессиленно откинулась на спинку стула.

— И как это было? — глаза Ви загорелись жаждой подробностей.

— Фантастически, — пробормотала я, вспоминая жар прошлого вечера. — Я представила себя на месте госпожи Пак.

Вот дряньство. В голове вспыхнул еще один фрагмент.

— Девочки… кажется, я призналась ему в любви. — Я закрыла лицо руками, мечтая катапультироваться с этой планеты.

— Чего?! — охнула Ви. — Ну ты даешь.

— И что потом? — Пен сложилась пополам от смеха.

— Он оттолкнул меня, и я отключилась. Занавес.

— Ну, это было как-то гадко с его стороны, — попыталась успокоить меня Ви.

— Этот Малек вообще мутный тип, — добавила Пен.

— И что мне теперь делать? — я окончательно поникла.

— Ничего, — ровно отрезала Пенелопа. — Ты его, скорее всего, больше никогда в жизни не увидишь, так что выдыхай.

— Да, Ол, расслабься. Просто поцеловалась по пьяни с парнем в баре. Такое случается ежедневно с миллионами людей.

— Да, но Джек… Как думаете, у меня еще есть шансы? Повисла тяжелая пауза.

— Честно говоря, мне кажется, он запал на нашу Пен, — осторожно выдала Ви. Я перевела полный боли взгляд на подругу.

— А ты? Тебе он нравится?

— Нет, — твердо, как скала, заявила та.

— Тогда, может, дашь мне его номер?

Пен и Ви многозначительно переглянулись.

— Ты всё-таки хочешь за ним приударить после такого фиаско? — хмыкнула Виктория.

— Да! Я не собираюсь упускать свой шанс. Он — тот, кто мне нужен.

— Брось, Ол, ты его даже не знаешь. Может, ты просто готова наконец к реальным отношениям? Давай заведем тебе страничку в Тиндере?

— Нет. Мне не нужен кто-то из приложения. Мне нужен мой господин Ким.

— Ты не в своей дораме, Ол. Очнись! — Пен безжалостно потрясла меня за плечи. — Сценаристы в отпуске!

— Ты дашь мне его номер или нет? — я включила режим максимальной серьезности.

Пенелопа долго сверлила меня взглядом, пытаясь прочитать в моих глазах хоть каплю здравого смысла.

— Хорошо, — наконец сдалась она. — Я даже помогу тебе, Ол. Но уговор: если ничего не выйдет, ты удаляешь свои сериалы и начинаешь ходить на нормальные свидания. Идет?

— Да! — я радостно повисла у нее на шее.

Мы битый час сидели над светящимся экраном. Я браковала каждое предложение подруг, словно от этого зависела судьба нации.

— Боже, просто напиши ему уже хоть что-нибудь! — не выдержала Пен.

— Нет, — зашипела я. — Этот Малек наверняка растрепал ему про наш горячий поцелуй в коридоре! И про мое признание тоже!

— Тогда так и напиши: «Думала, что это был ты, Джек», — предложила Ви.

— Чтобы он окончательно счел меня сбежавшей из дурдома? Кто признается в любви через пять минут после знакомства?!

— Ну, это даже по-своему мило, — попыталась сгладить углы Виктория.

— Я не знаю… — я схватилась за голову и в отчаянии бросила телефон на диван.

Пенелопа хищно метнулась к аппарату, схватила его и уже через секунду хлопнула дверью своей комнаты. Я с воплем бросилась за ней, но было поздно. Щелкнул замок.

— Пенелопа Изабелла Моррис, что ты творишь?! Открой немедленно!

— Оливия, выпей водички и расслабься. Всё будет окей, ясно? Из-за двери донесся предательский звук отправленного сообщения. Я застонала и медленно сползла спиной по косяку.

Мы сидели в тишине. Подруги прекрасно знали, что в состоянии аффекта ко мне лучше не лезть. Через несколько мучительно долгих минут телефон звякнул.

— Что там? — хриплым от напряжения голосом каркнула я.

— Твоя мама спрашивает, приедешь ли ты на праздники, — отозвалась Пен.

— Ответь, что я перезвоню. А ты, Пен? Поедешь со мной? Вместо ответа из комнаты снова донеслось громкое «дзынь».

— Ответил, — подозрительно спокойным тоном констатировала подруга.

— Не томи! — подпрыгнула на месте Ви. Пенелопа распахнула дверь и торжественно протянула мне телефон.

На экране светились четыре сообщения. Три исходящих и одно входящее. Ладони мгновенно вспотели. Мне потребовалась вся моя воля, чтобы заставить себя сначала прочитать свои «шедевры», а не сразу пялиться на ответ.

Исходящие:

"Привет, Джек. Это Ол. Помнишь? Та самая несовершеннолетняя подружка Пен"

"Хотим вас отблагодарить за вчера. Это же вы закрыли счет? Я совсем ничего не помню"

"В общем, сегодня в 7 в джиггис?"

Входящее:

"Привет, Оливия! Конечно, помню. Спрошу у ребят и отвечу позже. В любом случае, это очень мило с вашей стороны. Думаю, было бы совершенно опрометчиво отказываться от встречи :) Будем на связи."

Я с облегчением стукнула Пен по плечу.

— Я чуть с ума не сошла, когда увидела, какую простыню ты ему накатала!

— И это твое «спасибо»? — она изогнула идеальную бровь.

— Спасибо, — я крепко обняла её.

— Я так понимаю, миссия выполнена? — спросила Ви, и я передала ей светящийся экран.

— То есть мы с тобой тоже вписаны в эту авантюру? — Ви кинула озорной взгляд на Пен.

— Придется тащиться. Надо же её контролировать, иначе она без нас пропадет, — тяжело вздохнула Пенелопа, изображая мученицу.

Радость от успеха внезапно померкла, когда до меня дошел скрытый смысл его ответа.

— Но девочки… «Спрошу у ребят». Что же мне, мать вашу, делать с Малеком?!

— Я больше никогда в жизни не влезу в твой гардероб! — я грозно нависла над Пен, поправляя воротник.

— Ты же хочешь заполучить своего господина Кима?

— Да, но…

— Встречают по одежке, Ол. А любят по уму, знаешь ли.

Вместо ответа я издала тяжелый, мученический вздох.

— Ладно, но только никаких жутких кожаных юбок, удушающих шуб и сапог-гармошек. Мой рейтинг выживаемости в них стремится к нулю.

— Эй! Это вообще-то дизайнерские вещи, — грозно сверкнула глазами Пен.

— Прости, может они и эффектные, но по уровню комфорта напоминают испанский сапожок.

— Малышка, просто потерпи. Ради искусства.

— Правда же, Ол, — вставила Ви. — Достаточно надеть что-то сногсшибательное, и ты автоматически чувствуешь себя на миллион долларов. Уверенность решает.

— Ладно, — угрюмо буркнула я, смирившись со своей долей.

Джек и Эдди уже оккупировали столик, когда мы эффектно (как мне казалось) вошли в бар.

— Приветики! А Малек не почтит нас своим присутствием? — с порога пошла в наступление Пен.

— Опаздывает, как обычно, — отшутился Эдди и, клянусь, метнул в меня какой-то слишком уж изучающий взгляд. А Джек тем временем откровенно завис на Пен. — Джеку вообще пришлось его уговаривать прийти.

Вот как? Малек не хотел идти? Он что, боится, что я снова начну на него кидаться с поцелуями?

— Может, пока закажем что-нибудь? — тактично сменил тему Джек.

— Я буду сок, — выпалила я с праведностью первоклассницы. Ребята не сдержали смешков.

— Пожалуй, поддержу. Мне тоже сок, — солидарно кивнул мой господин Ким. Идеальный мужчина.

— Ну вы и неженки, — фыркнула Пенелопа. — Мне лагер.

— Я схожу закажу, — вызвалась Ви.

— Захвати мне тоже лагер, — попросил Эдди. Ви кивнула и скрылась в толпе.

— Как вы вчера добрались до дома? — поинтересовался Джек.

— Отлично! Правда, Оливия до последнего отказывалась покидать заведение, — Пен коварно улыбнулась, скосив на меня глаза, а меня мгновенно обдало липким жаром.

— Малек сказал, что нашел ее спящей в коридоре. Ты в порядке, Оливия? — в голосе Джека зазвучало искреннее беспокойство. Казалось, он только сейчас вспомнил финал вчерашнего вечера.

— Всё просто замечательно, — я натянула самую фальшивую улыбку из своего арсенала.

Значит, Малек меня не сдал? Или Джек просто слишком воспитан, чтобы обсуждать мой пьяный позор?

— А Малек, случайно, не уточнил, как именно так получилось? — осторожно закинула я удочку.

— Что получилось? — раздался низкий, бархатный голос прямо у меня за спиной, а по позвоночнику пробежали иглы. Я даже пискнуть не успела, как Пен пришла на выручку (или решила добить):

— Ты в курсе, что вчера случилось с Ол? У нее полная амнезия.

— Мм, как интересно. Да, я имел удовольствие наблюдать её... падение.

— Падение? — встряла только что вернувшаяся Ви.

— Пойду-ка я закажу себе выпить, — Малек мастерски ушел с линии огня и направился к бару.

Мой желудок скрутило в тугой узел. По идее, я должна была выдохнуть: он явно не трепался про поцелуй. Но интуиция дорамщицы вопила сиреной: этот гад может сдать меня в любую секунду просто ради веселья.

— Я что-то передумала насчет сока. Мне срочно нужна кола! — выпалила я и, как ошпаренная, сорвалась с места вслед за ним.

Но стоило мне подойти к барной стойке, как вся моя напускная смелость испарилась. Что я вообще должна ему сказать?

— Привет... — «Привет»? Серьезно, Ол? Где твоя дерзость главной героини?

— Привет, — его губы дрогнули в снисходительной ухмылке.

— Слушай, Малек... Может ли наш вчерашний... инцидент остаться сугубо между нами?

— Инцидент? — он невинно приподнял бровь. — О чем ты?

Он что, реально забыл? Или включает дурака? Да быть не может. У таких антагонистов идеальная память на чужие провалы.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я! — я не на шутку разозлилась.

— А, так ты про поцелуй? — громко, слишком громко уточнил он, задумчиво постукивая указательным пальцем по нижней губе.

— Да! Тише ты. Я про него.

— Или, может, ты про то пылкое признание в любви? — он расплылся в широкой, издевательской улыбке. Вот же мерзавец.

— И про это тоже, — я насупилась, чувствуя себя загнанной в угол.

Он внезапно подался вперед, стирая дистанцию, и обдал меня жарким шепотом:

— Так что именно должно остаться между нами?

— Всё, — с отчаянием выдохнула я.

— Хмм, — он склонил голову набок.

— А что мне за это будет?

— Давай я куплю тебе выпивку, самую дорогую, — взмолилась я.

— Хорошо, — он растянул губы в улыбке, от которой по коже пробежал холод.

— Но выбирать тебе: о чем я благородно промолчу, а что вывалю прямо сейчас.

Сердце сделало технический перерыв и ушло в пятки. В животе мгновенно похолодело.

— Так нельзя! — мой протест прозвучал по-детски жалко, но кого это волновало?

— Пять.

— Я не буду выбирать, это шантаж!

— Четыре.

— Что за идиотское ребячество?

— Три.

— Пожалуйста... — я почти видела, как тикают часы моей репутации.

— Два, — он с садистским удовольствием согнул пальцы перед моим носом.

— Нет!

— Один.

— Поцелуй! Расскажи про него! — выпалила я, прежде чем успела включить мозг.

Дряньство. В этой игре вообще не было правильных ответов, только разные сорта катастрофы. Выбери поцелуй — и Джек решит, что я коллекционирую губы всех встречных мужчин. Выбери признание — и меня официально признают поехавшей сталкершей. А уж про третий вариант я даже думать боялась — там маячил финал, после которого в приличные места не пускают.

— Значит, хочешь оставить между нами твое пылкое признание? — он весело сверкнул глазами. — Смотри не пожалей об этом. С довольным видом победителя он забрал свой бокал у бармена и грациозно удалился к нашему столику.

Мне хотелось уйти через черный ход и сменить имя, но пришлось плестись следом.

— А кола? — тут же спалил меня Эдди, стоило мне плюхнуться на диван.

— Я всё-таки буду сок, — пробормотала я, пряча глаза. Ребята вернулись к прерванной теме, и я понемногу начала выдыхать. Ничего. Я потом всё объясню Джеку. Наедине. Он умный, он поймет.

— А давайте так встречаться каждую неделю? — неожиданно предложила Пен.

— У нас с девочками это уже традиция.

— Я двумя руками «за», — улыбнулся Джек.

— Отличная идея, — поддержал Эдди.

— Мы Малека вечность не видели. Хоть будет повод регулярно вытаскивать его из берлоги.

— А почему вы так долго не виделись? — проявила любопытство Ви.

— Он долгое время жил в Лондоне, — пояснил Джек.

— И почему вернулся? — вопрос сорвался с моих губ раньше, чем я успела его обдумать.

Малек еле заметно приподнял бровь, поймав мой взгляд.

— Из-за работы.

— Что, в Лондоне закончились хорошие рекламные кампании? — ядовито усмехнулась я, пытаясь отыграться за унижение у бара. Эдди бросил быстрый взгляд на Джека.

— Таких хороших, как моя — нет. И кстати, возвращаясь к нашему разговору об Оливии... — Малек сделал паузу, обводя всех взглядом.

У меня перехватило дыхание. Экран потемнел. Кажется, сейчас пойдут титры моей жизни.