Уйти, чтобы выжить.

 Раннее летнее утро. Толпа зевак стояла возле  бывшего дома старой женщины, от которого остался только кирпичный остов печи и дымящиеся головешки, и тихо переговаривались  между собой. Остатки пожара продолжали еще дымить, а пожарники уже собирали и скручивали шланги, когда подъехали дознаватели или, как люди привыкли их называть, пожарные сыщики.

Михаил оставил лаборанта в машине, а сам направился к соседнему дому. Какая-то сила его тянула именно в этот двор. Порой сослуживцы смеялись над его способностью чувствовать свидетелей, может быть, поэтому ему и удавалось раскрыть не одно сложное дело.

-Хозяева дома? - постучался в дверь лейтенант Петров.

-Проходите, ведь просто так не уйдете, пока не выясните что-нибудь? -послышался ворчливый голос женщины.

- Здравствуйте, хозяюшка, -войдя в дом, поздоровался молодой человек. -Лейтенант Петров Михаил Иванович.

Он вынул удостоверение и показал хозяйке дома.

-Мне бы поговорить  относительно случившегося пожара. Может, слышали что, или видели?

-Присаживайтесь, молодой человек, в ногах правды нет, -ответила,  сидевшая за кухонным столом пожилая женщина.

Маленькая худенькая, в белом платочке, она напоминала Михаилу его родную бабушку, которую он похоронил два года назад. Ей было чуть больше семидесяти, а может и больше, ведь определить возраст, когда он переваливает за седьмой десяток, очень сложно.

-Как  могу к вам обращаться?

-Бабушкой Машей все кличут, а так я, Марья Сергеевна Пирогова, -ответила она.

-Вы наверняка слышали, что в доме напротив произошел ночью пожар? В первую очередь, мы должны выяснить, был ли злой умысел, или это недосмотр хозяев, -начал мужчина издалека…

-Я знаю, кто убил Веру! -прервала его хозяйка дома. -Хорошо, что днем внуки с родителями уехали, а случись такое при детях? Тогда не один был бы труп, а пять.

-Давайте по порядку, бабушка Маша. Вы уверены, что в доме были люди? Кого вы подозреваете и почему?

-Бандита нашего местного, нынче-то он бизнесмен, а в девяностых создал свою банду и со всех дань собирал, или как  это  тогда называлось, не знаю. Даже с бабок, выходивших торговать на рынок своими овощами и фруктами, деньги драл. Ирод окаянный!

-Фамилию его знаете?

-А как же! Кудрявцев он, Владимир.

-Вы имеете ввиду Кудрявцева Владимира Петровича-генерального директора строительной фирмы ? –удивился мужчина, перестав писать.

-Именно его, голубчика. Он полгода осаждал Веру Ильиничну, вынуждая продать дом, а она ни  в какую. Видите ли, ему нужна была эта земля для постройки торгового центра. Остальные два дома он уже выкупил.

-Баба Маша, но это еще не значит, что именно Кудрявцев виновен в поджоге.

-Сама слышала, сынок, что он угрожал ей. Когда она ответила очередным отказом, он так и спросил напрямую, не боится ли она, что дом может сгореть, тем более, лето в этом году жаркое и ветреное. А через день все и случилось. Вот  как ты мне не говори, он это сделал, душегубец.

Вышедший Михаил на улицу, увидел рядом с машиной переминающегося с ноги на ногу помощника- Игоря Ипатова.

-Миш, -окликнул молодой человек, начальство. –У меня две новости и обе плохие. С какой начинать?

-С самой плохой, -нахмурившись, произнес лейтенант.

-Мы нашли тело женщины. По предварительным данным- это хозяйка дома. Эксперты и патологоанатом скажут позднее, а вот вторая новость –это умышленное убийство. Обе двери были подперты, как входная, так и та, которая выходит на задний двор.

-Интересно, была возможность у нее выпрыгнуть через окно?

-Не успела она, тело нашли на остове железной кровати. Видимо, там и задохнулась, бедняжка. А у тебя что?

-Соседка указывает на Кудрявцева, -ответив, Михаил посмотрел на удивленное лицо напарника. –Да-да, того самого, генерального директора строительной компании, которая в этом году выиграла тендер на строительство коттеджного поселка недалеко отсюда.

***

В нос молодой девушки ударил  запах погреба, гнилого дерева и дыма. Казалось, что он проникал в мозг, не давая вдохнуть воздух полной грудью. Словно издалека доносился детский плач, маленькие ручки дергали за платье и громко звали няню.

-Да что же это такое? –подумала Вера Ильинична и сморщилась от боли и тошноты, подкатившей к горлу. –Кто успокоит деток и где их няня?

Вновь сильная резкая  боль, и Вера с трудом разомкнула веки. Вокруг было темно, и она на ощупь потянулась за стаканом воды, стоявшим, как правило, на прикроватной тумбочке. В руках оказался бокал, и она большими глотками выпила все до капли. Чья-то рука аккуратно забрала посуду.

-Кто здесь? - испуганно спросила Вера. –И почему так темно?

Неожиданно для нее чуть в сторонке загорелся огонек лучины, и над ней склонилась голова ребенка с заплаканным лицом.

-Нянечка, ты жива!- облегченно выдохнул он.

-Жива, только не пойму, где мы?

-Матушка в погреб отправила подальше от греха, -ответил по взрослому мальчик.

Ребенку было от силы семь лет, а девочке, прижимавшейся к нему всем телом, около четырех. Оба светловолосые и голубоглазые не сводили своего взгляда от лица женщины.

«Сон какой-то реалистичный!»- подумала Вера и, протянув руку к детям, каждого погладила по голове, так она обычно успокаивала внуков, а мальчик продолжил.

-Мамка не вернулась, а сам я боюсь выходить на улицу.

-Почему? –удивилась она.

-Пока тебя лихорадило, на нас  напали половцыю Отец предупреждал о частых набегах. Матушка успела тебя больную перенести в погреб, а за тобой и мы залезли. Сначала были слышны крики, плач, звуки сражения, потом все затихло.

-Какие половцы, это же десятый век? –удивилась Вера Ильинична  и ладонью вытерла со лба пот. На запястье блеснул браслет, привлекший её внимание.

 Мальчик не сводил с нее глаз, а у женщины началась паника.

-Что это? - сипло произнесла она, разглядывая тонкую бледную девичью руку с узким запястьем и тонкими пальцами.

-Десница*, -растерянно произнес мальчик.

-Но она не моя! -вскрикнула Вера и заметила, как дети вздрогнули. Слабый огонек лучины затрепыхался в руках ребенка, словно сердце трусливого зайца, а девочка всхлипнула и уткнулась носом в руку брата.

«Вот   дура старая, дети и так напуганы, да и я еще со своими закидонами,- отругала себя женщина. - Непонятно, что происходит, но я разберусь, а пока стоит успокоить детей».

-Извините меня, ребятки. Тебя как звать, братик?

-Так, Радомир я, а сестренка наша- Светлана. Вера, ты нас пугаешь, -неожиданно сквозь слезы произнес мальчик

-Радомир, я долго была в лихорадке?

-Две седмицы сестра, -ответил мальчик, вытерев рукавом лицо.

-Ты только не бойся, малыш, но я потеряла память и ничего не помню, -произнесла женщина, а ребенок с настороженностью посмотрел на нее, но промолчал.

«Ну, в самом деле, не признаваться же ребятне, что в теле их сестры каким-то образом оказалась я, -успокаивала себя женщина, стараясь принять действительность. –Подумаю об этом позже».

-Вера, а ты нас совсем не помнишь? –курносая девчушка выглянула из под руки брата.

-Видимо, болезнь так подействовала, маленькая, но я постараюсь вспомнить, -улыбнулась она сестренке.

-Дед Севастьян предупреждал, что такое может быть. А он, как известно, мудрец, общается с первобогом Родом, -по взрослому ответил мальчик.

-Радомир, помоги, пожалуйста, мне встать. Ты говоришь, давно затихли крики и звуки борьбы?

-Да, сестра, давно. Ярило уже заходит за гору.

Наконец Вера поднялась со своего ложа, представляющего собой широкую деревянную тахту на коротких ножках, на которой лежали три овечьей шкурки.

Голова вновь закружилась, и Вера успела схватиться обеими руками за Радомира. Поняв, что обморок ей не грозит, она открыла глаза и, держась за брата, двинулась в сторону выхода. И тут обозначилась проблема. Женщина понятие не имела, как подняться по ступенькам, ведь голова продолжала кружиться, а предательская слабость в ногах подтверждала её неспособность к активным движениям.

-Сестричка, я подниму крышку, а ты постарайся подняться хотя бы на три  ступеньки, и я помогу тебе выйти наружу.

«Господи о чем он говорит, еще сам ребенок, а собирается тетку тащить за руки из погреба», -паническая мысль атаковала Веру, но она словно во сне сделала так, как велел мальчик. Каково было её удивление, когда она оказалась  лежащей у входа в погреб. За ней выскочила Светланка.

Десница* -правая рука.

Улицу в сожженной деревне обозначали не дома, а остовы печей, рядом с которыми валялись трупы людей и животных, многие из них были сожжены, отчего стоял страшный ужасный смрад. Тишину прерывали лишь трели птиц, доносившихся из ближайшего леса, которым было все равно, что творилось с людьми, и треск поленьев догорающих домов.

-Няня, а мама тоже умерла? -всхлипнула девочка,  из её глаз полились слезы.

-Мы же не видели её тела, поэтому будем надеяться, что она осталась жива, -стараясь успокоить ребенка, произнесла Вера.

Радомир лишь бросил взгляд на сестру, но промолчал, да и что говорить? Если бы она была жива, то давно вернулась бы к детям.

-Постойте здесь, я посмотрю, может кто-то остался в живых и сейчас без сознания, -приказала Вера.

-Я пойду с тобой, -тут же ответил Радомир и сжал кулаки. –После такой лихорадки ненароком можешь упасть, где-нибудь.

-Я с вами, боюсь остаться одна, -тихо произнесла Светланка.

«Картина сожженной деревни, усыпанный трупами и пеплом, не для детей, но что же делать, надо посмотреть, может, кому-то нужна помощь», -посетовала Вера.

Они обошли всю деревню, всего насчитали двадцать пять мертвых тел, живых среди них не было. « По Христианским обычаям надо бы похоронить, да где взять сил?» -подумала Вера. Все было словно во сне, и женщина не могла до конца осознать, что это с ней происходит на самом деле, а не игра воспаленного мозга.

 Тут в сторонке она услышала непонятный писк, больше похожий на скулеж. Мальчик нырнул в кусты и вытащил оттуда маленького белого щенка.

-Видимо, недавно родился. Няня, давай возьмем его с собой, защитником будет?

-Ему самому еще защитник нужен, но не оставишь ведь, тоже живая душа, -ответила она и погладила собаку.

Щенок, почувствовав человеческие руки, притих. Они подошли к погребу, который до недавней поры был их схроном. Он напоминал небольшой холм: крыша была покрыта дерном,  а перед входом рос куст, прикрывавший маленькую незаметную дверь.

-Что будем делать, братец?

-Уходить надо, вернуться они не вернутся, но нам нужна крыша над головой . В травене (в мае) всегда дожди идут, как бы нам не промокнуть,   не слечь с лихорадкой. Особенно это тебя касается, сестричка, ты только оправилась после болезни, -ответил Радомир, а Вера удивилась тому, как семилетний мальчик может так здраво рассуждать, как взрослый.

-Куда же мы пойдем?

-В лесной домик отца. Ты помнишь его, нянечка?

-Нет, не помню…. Давайте тогда будем собираться. Все, что можем взять с собой из еды, надо унести. Странно, почему половцы не разгромили погреба и сараи.

-Они обычно забирают молодых юношей и девушек в рабство,  остальных убивают, ну и скотину обязательно. Так объяснял отец, как-никак воевода, знает про них все. Вера, ты и это не помнишь? -  нахмурив брови, мальчик посмотрел на старшую сестру.

Вера почувствовала, как он еле сдерживает слезы, и как бы ребенок не старался казаться сильным, все же эмоции брали свое. Женщина подошла и обняла брата, сбоку прильнула к нему Светланка, так и стояли они молча, прощаясь с детством, в один день  осиротев.

-Извини, нет….Радомир, нам долго идти?

-Порядочно, к  ночи дойдем, пока лесные хищники не отправились на охоту. Сейчас их настораживает запах пожарища, а потом будут охотиться за домашней скотиной, , которой удалось ускользнуть из рук половцев.

-Жаль, корзин нет, куда можно сложить все продукты.

-Несколько корзин я видел в погребе, матушка оставляла семена для посева. На следующей седмице собирались засевать  огород, но у нас еще есть  маленькая тележка на колесиках.

-Надо торопиться!…Брат, ты спускайся в погреб и посмотри, что можно взять с собой, а заодно не забудь семена, а ты сестренка найди тележку, если, конечно, она цела после пожара. К сожаленью, я не смогу спуститься, боюсь не выберусь обратно.

-Должна быть цела, мы недавно на ней навоз вывозили и не успели убрать в сарай, -ответила девчушка и побежала в сторону огорода.

Тележка представляла собой обычную, сплетенную из ивовых веток, корзину пятьдесят сантиметров на метр, а высота- около двадцати сантиметров. К ней были приделаны колеса, а спереди веревка, за которую можно было схватиться и тащить её за собой. Было понятно, что веревка изготовлена из растительных волокон, но из чего конкретного, Вера определить не смогла.

 Все набранное в погребе в телегу не поместилось, пришлось занять  руки. Кроме этого, Снежка, так назвали найденыша, пришлось привязать фартуком к телу девочки, он никак не хотел слазить с её рук  и начинал громко скулить. Тележку тащил Радомир, а   вслед за ним, стараясь не отставать, шли девочки.

Красное, подобное пожару зарево уходящего солнца вспыхнуло напоследок и все стало погружаться в темноту, когда вдалеке показался домик.  Все радостно выдохнули. На дворе уже темнело, и идти по темному лесу было страшновато.

На лесной опушке стоял старый, но еще крепкий дом. Он напомнил Вере таежную заимку-классический русский сруб из цельного бревна с  маленькими окнами. Много приходилось их видеть в молодости, когда они путешествовали с мужем по Среднему Уралу и Сибири.

Радомир открыл дверь, припертую поленом, и зашел, а следом за ним подтянулись и девочки.

Вера с сестрой огляделись

У правой стены находилась печка, возле которой лежала кучка дров. У стены в другом углу стояли два сундука красивой резной работы, а рядом с ними  под маленькими окошками-пыльный дубовый стол,  лавка и табурет, но не из дерева, а плетенное из веток ивы. Всё было очень милым и уютным. Недалеко от печки находилась дверь в маленькую комнату, которая отапливалась одной из её сторон.

Правый угол был занавешен тканью, деля маленькую комнату на две части. В них находились широкие лавки по одной на каждой стороны  шторки, на которых лежали шкурки, матрасы, набитые соломой и сеном из луговых трав, вместо одеял -плотная льняная ткань. Считалось, что плотный лен летом дает прохладу, а зимой отлично держит тепло.

Сгрузив вещи на лавку, они присели на несколько минут перевести дух.

Радомир взял с полки огниво и кремень для растопки. Огонь в печи разгорелся, стал весело потрескивать, распространяя свет и тепло. Весенние ночи были еще прохладными, а если учитывать то, что они находятся посреди густого леса, то становится понятным: солнечные лучи плохо проникают через крону густых деревьев, поэтому возле земли намного холоднее, чем на верхушке деревьев.

-Давайте перекусим, потом постараемся немного привести дом в порядок, а то пыли здесь слишком много,  -Вера показала на стол, покрытый  слоем пыли.

-Сестра только завтра, сейчас идти к озеру не самый хороший вариант, покушаем тем, что послал нам Род и все дела начнем решать со светла, тем более у нас с вами есть вода, чтобы приготовить чай из трав.

Из хлеба была всего одна лепешка и то сохранившаяся потому, что ее принесли для больной. Разломав ее на три части, положили нарезанные куски копченого окорока, и этот ужин запили травяным чаем, уже поспевшим в печи. Щенку же пришлось нажевать немного хлеба с мясом и налить в плошку воды. Снежок немного поскулил, но живот требовал еды и, пришлось, есть то, что ему дали. Молока не было,  да и взять его было неоткуда. Никто не сталь готовить ужин на ночь глядя: все были уставшие и измотанные долгой дорогой. Вере же было совсем плохо, организм после болезни не оправился, и чувствовала она себя совершенно разбитой, очень хотелось спать. Она удивлялась тому, что ей удалось не просто встать после серьезной болезни, а пройти довольно долгий путь до избушки.

-Нянечка, пойдем, я помогу тебе лечь, -произнесла Светлана, увидев в каком состоянии сестра.

Еле передвигая ноги, Вера добралась до ближайшей лавки и буквально рухнула без сил. Дети легли чуть позже. И какой бы усталой и вымотанной не была она, сон долго не приходил, слишком много информации потоком хлынули на бедную женщину.

Вера Ильинична Черкасова лежала в полной темноте, и думала, как же неожиданно судьба распорядилась её жизнью. В том, что она умерла в своем времени, уже было понятно. В бокале с травяным отваром она увидела, смотрящую на нее молодую девушку лет семнадцати со светлыми волосами и карими миндалевидными глазами, как у брата с сестрой. Курносый аккуратненький носик, пухлые губки подчёркивали красоту девушки.  Чуть не вскрикнув от неожиданности, Вера крепче сжала глиняный бокал, словно цеплялась за якорь в пучине отчаяния и растерянности. «Неужели Володька все же исполнил свою угрозу и спалил дом? –подумала она. –Да не может этого быть, я же его с детства знала, да и с матерью были в хороших отношениях.»

За шторкой женщина услышала всхлип ребенка. Она уже хотела встать и успокоить дитя, но звук не повторился, и Вера продолжала размышлять. То, что она попаданка, для шестидесятилетней иномирянки стало ясно сразу, когда они выбрались из погреба. Истерить не позволяло время, собрав всю волю в кулак, Вера поняла, что в поселении оставаться жить нельзя, хотя продукты, наверняка, сохранились у многих в погребах. В первую очередь, нужно было сжечь или похоронить тела погибших, но женщина не справилась бы одна. А Радомир, хотя и не по возрасту взрослый и хозяйственный мальчик, но, все же,  еще ребенок и вскопать могилу, а потом перетащить такое количество тел было бы им не под силу. 

По признанию мальчика –шёл конец десятого века, только Вере было не ясно одно. Она унеслась в прошлое своего мира или же альтернативного. Все, что она знала об этом веке, соответствовало школьной программе. Только, когда это было? Страшно вспомнить, столько времени утекло! Для того, чтобы выжить в этих условиях, вероятнее всего, понадобятся знания, которое в свое время она получила от матери –бывшей партизанки Брянских лесов.

 Вера была самым поздним ребенком и родилась через шестнадцать лет после войны. Старший брат был старше нее на пятнадцать лет, а сестра на десять. Из-за разницы в возрасте дружбы, как таковой, между родственниками не получилось, и после смерти родителей они перестали общаться.

Мать очень хорошо разбиралась в травах, живя  в лесу, и Вера надеялась, что эти знания во многом помогут ей. «Ну что же,  раз мне повезло получить шанс на вторую жизнь, то я  все сделаю, чтобы стать счастливой,» -подумала она, засыпая. Ведь в своем мире не нашлось такого мужчины, с которым ей бы хотелось быть вместе, после смерти мужа. О дочери и внуках, оставленных на Земле, она старалась не думать, чтобы не расплакаться.

Раннее утро в весеннем лесу напоминал птичий базар с барабанной дробью дятла, пением синиц и овсянки. Легкий прохладный ветерок прошелестел над верхушками деревьев и донес запах свежей молодой листвы.

Вера, укрывшись льняной тканью, заменявшую одеяло, зябко поежилась и отправилась в кустики.

« Надо бы выкопать яму для нужника, всяко лучше, чем гадить в лесу под каждым кустом,» -решила она. Девушка уже возвращалась обратно, когда увидела вышедшего на улицу Радомира. Он щурился от яркого солнечного света, окутывающего всю лесную поляну.

-Здрав будь, сестрица! Как ты себя чувствуешь? -произнес мальчик.

-Здравствуй, братец! Намного лучше, чем вчера. Сейчас я придумаю что–нибудь к завтраку.

-Не надо, няня, вчера, пока ты отдыхала, я крупу залил водой, до утра она должна протомиться, -улыбнулся он.

-Ты обещал показать, где здесь озеро?

-Посиди на лавочке, я скоро вернусь, -сказав, мальчик побежал в лес.

Вера присела на лавочку возле дома и с наслаждением  подставила лицо  солнечным лучам, ощущая, как ласковое тепло растекается по всему телу.

-Вот и я, -услышала она голос брата. Сейчас принесу ведра, и мы спустимся к лесному озеру.

Только успела Вера унести свое льняное покрывало и выйти на улицу, как увидела ожидавшего её брата. Ведра были больше его самого, он мог бы свободно поместиться в одном из них.

-Как ты собираешься донести воду не расплескав? –поинтересовалась она у Радомира, еле сдерживая смех.

-А на что мне тележка? Поставлю в него ведра и на озере буду наливать в них ковшиком, -спокойно ответил мальчик, прилаживая ковшик сбоку. –Пошли сестра, идти нам недолго, надеюсь, Светланка не проснется, а то она жуть какая трусиха.

-Что-то вчера я этого не заметила, -хмыкнула Вера.

-Но от нас не отходила ни на шаг. Хорошо, что еще не разревелась, я больше всего этого боялся. Она же как начнет, то не успокоишь, только мама могла это сделать, -после этих слов мальчик понурил голову.

Так и шел молча всю дорогу, пробираясь через густой дремучий ельник. Вера решила не дергать брата, лишь смотрела под ноги, чтобы ненароком не пропахать носом землю. Тропа была еле заметна и извивалась среди сосен исполинов. Неожиданно в глаза ударил яркий солнечный свет, и Вера остановилась. Тропы не было, а  они оказались на песчаном берегу лесного величественного озера, раскинувшегося огромным зеркалом, в котором отражались верхушки деревьев, обступивших его плотным кольцом. Вода озера отличалась своей кристальной чистотой. Казалось, что никакой ветерок никогда не затронет этих спокойных величественных вод озера. И только солнце касается его, да  дождь иногда нарушает идеальность поверхности. Вся картина природы завораживала своей таинственностью.

-Красота–то какая! –выдохнула восхищенно Вера.

-Сколько не вижу это озеро, все время восхищаюсь им, -улыбнулся Радомир, смотря на выплёскивающиеся эмоции сестры.

 Он сам не мог спокойно смотреть на эту красоту и старался как можно чаще сидеть на песчаном бережку в одиночестве, полностью окунаясь в природу.

-Надо будет обязательно прийти сюда со Светланкой… Ой , ребенок наверняка проснулся и, не найдя нас, будет плакать, -разволновалась Вера. -Скорее нужно набрать воды и возвращаться.

Они так и сделали. Вера помогла набрать воды с озера, потом доливала ковшиком, чтобы наполнить доверху. Когда из-за деревьев показалась избушка, они увидели растерянную Светланку, прижимавшую к груди Снежка. Отчего  тот периодически взвизгивал, когда она неосознанно слишком сильно сжимала его. Увидев в просвете сестру с братом, она подскочила с лавки и, разревевшись, побежала им навстречу.

-Ну что ты, милая? Ты же не думала, что мы тебя бросим? –успокаивала Вера девочку, обхватившую сарафан сестры и уткнувшись в ее подол.

Поток слез и рыданий, вырывающихся изнутри маленького детского тельца, стал под уговорами сестры потихоньку иссякать.

-Чего разревелась-то? –нахмурился Радомир.

-Испугалась, -ответила девчушка и опустила голову.

-Испугалась она, взрослеть уже пора, о нас позаботиться некому, остается только самим постараться выжить, - сквозь зубы процедил  мальчик.

Вера чувствовала, с какой болью были сказаны эти слова, но все же не смогла промолчать.

- Радомир, она еще сущий ребенок, ты сам в этом возрасте был таким же, а по поводу родителей мы еще ничего не знаем. Будем надеяться на лучшее…Пойдем, Светик, я тебя умою и мы сядем завтракать, ты же хочешь позавтракать?

Девочка лишь кивнула, продолжая изредка шмыгать носом.

-Ты меня никогда Светиком не называла, -неожиданно сказала малышка.

-Тебе разве не нравиться?

-Нравится, -улыбнулась она.

Налив в кувшин, найденный в сундуке, воды она полила девочке, затем брату  и последней умылась сама. Крупа, оставленная в печи томиться, была рассыпчатая и очень вкусная. Все быстро налегли на еду так, что через несколько минут тарелки были чистыми. Запив все остатками травяного чая, они стали планировать день.

-Сегодня надо заняться уборкой, а завтра, я думаю, все же придется сходить в поселение, -произнесла Вера.

Услышав её слова, сестренка вздрогнула, а Радомир удивленно посмотрел на Веру:

-Что там делать, сестра?

-Нам надо по возможности вывести оттуда как можно больше продуктов, мы же не знаем, что нас ждет впереди. Вот скажи, Радомир, тут есть лопата.

Мальчик отрицательно помотал головой, затем произнес.

-Она здесь и не была нужна. Отец с односельчанами и знакомыми выезжали сюда для охоты, иногда, для рыбалки, огородных приспособлений тут нет.

В глазах ребенка застыла такая боль, печаль и страдание, что Вера слегка поежилась.

-Радомир, брат, мне тоже больно от незнания того, где сейчас наши родители, но  надеюсь, что с ним  все же всё в порядке.

Он скосил глаза на сестру, которая была занята щенком и тихо прошептал.

-Мне верится с трудом.

Подсев к брату, Вера прижала его голову к себе.

-Не теряй надежды, я уверена, что кто-то один , но вернется.

Нет, Вера не успокаивала таким образом ребенка, она, действительно, чувствовала- один из родителей жив.

Оставив Светлану убирать со стола, Вера подошла к сундукам, чтобы проверить их содержимое. Именно отсюда брат вчера вынимал глиняную посуду.

-Радомир, а почему посуда в сундуках лежит? - поинтересовалась она.

Мальчик с недоумением посмотрел на старшую сестру.

-От мелких грызунов, мышей и тому подобное. Ты же сама предложила прятать их в сундуки, когда в последний раз приезжала сюда и увидела внутри плошки помет.

-Извини, память пока не вернулась, -опустив голову, произнесла Вера.

Осмотрев два оставшихся сундука, девушка осталась довольна. Во втором сундуке были ткани, в основном, грубые льняные, по-видимому, замена одеял, а в третьем, лежали крупы и с килограмм муки грубого помола. Это была удача!

«Надо было осмотреть весь дом вместе с участком, может еще что-то полезное найдется» -подумала Вера.

Подогрев немного воды в печи, чтобы не ломило руки от холода, она принялась за уборку, которая продлилась до темна. Свечек у них с собой не было, спасались только лучиной или же светом из печки.

Глава 3

Пока девочки убирались в доме, Радомир решил поискать принадлежности для рыбной ловли в маленьком подсобном помещении, находящемся позади дома. К сожаленью, дикий зверь разломал не только сам сарайчик, но и разбросал по территории все, что находилось внутри. По полусгнившим вещам можно предположить, что все произошло зимой.

«Никак, медведь-шатун ходил неподалёку, хорошо, что мы не нарвались на него», -подумал мальчик и передернул плечами. Хотя он, как единственный мужчина в доме, по закону предков, должен был снабжать едой сестер, но все же боязнь, что он не справится со своей задачей, преследовала мальчика. Ему в червень( в июне) исполнится девять, и он будет считаться основным и главным добытчиком семьи.

 В разрушенном помещении лежали кое-какие снасти для ловли рыбы, а также хорошие нитки для ловли зайцев, морда –приспособление для ловли рыбы, большая бочка для засолки и многое другое. Сейчас ничего целого не осталось.  Тяжело вздохнув, он вновь зашел в дом.

-Вера, -позвал он старшую сестру.

Дождавшись, когда она отвлечется от работы, он спросил:

-Вера, ты не видела в сундуке крепких ниток.

-Нет, братик, там только льняные ткани, другого ничего нет.

-Ты можешь мне дать ткань примерно с одеяло? –он посмотрел на нее таким просящим видом, что спросить для чего ему это нужно, не повернулся язык.

-Пройди, выбери сам. Более новые я убрала подальше вниз, использованные ранее- лежат сверху. Тебе какая подойдет?

-Лучше использованные, -ответил Радомир, рассматривая полотно.

-Не скажешь для чего?

-Нет, если получится, покажу вам.

Положа руку на сердце, Радомир впервые в своей короткой жизни хотел поставить силки на мелкую живность, а также приготовить захап*. Он как-то видел его у отца в руках и, вроде, ничего сложного в нем не было.

Получив  в руки ожидаемое, он вышел во двор и сев на лавку начал аккуратненько выдергивать нити из ткани, затем соединил их между собой, превращая в крепкую веревку. Пройдя дальше в лес, мальчик остановился в том месте, где они с отцом не раз ставили силки, когда воевода обучал сына. Установив с помощью рогатины три силка, он вернулся в дом. Девочки оторвались от уборки и сели вместе с братом обедать, чуть позже  поставили на ужин томиться овсяную кашу.

-Эх молочка бы к нему или маслица, -тяжело вздохнула Светлана.

-Ничего сестренка, не переживай, все наладится, ответила ей Вера и погладила по волосам.

-Я к озеру пойду, хочу сейчас запах сделать и попробовать рыбы поймать.

-Радог, а что такое захап, -поинтересовалась Вера, убирая посуду со стола

-Как тебе объяснить сестра?  Как правило, это льняная ткань в два  мерных саженя (чуть больше трех метров), которая растягивается в форме круга или квадрата, как пошьешь. По краю пришивается на толстую ветку, внизу закрепляется груз. А от полотна каркаса тянутся 4 верёвки, к палке. Захап с приманкой погружаешь в воду и ждешь, когда рыба подплывет к ней. Резко выдергиваешь и рыба поймана, -улыбнулся мальчик.

-Боюсь, братик, что с таким полотном ты один  не справишься, -покачала головой старшая сестра.

-Знаю, мне хотя бы ткань на два локтя (93 см), хоть одну поймаю и то добавка к еде, -ответил мальчик.

Посмотрев на взволнованное лицо сестры, он успокоил её.

-Не переживай, Вера, это только на первое время, пока я мордушку* (морду)не сплету из ивовых веток. Не надо будет сидеть постоянно возле воды и выжидать, когда рыба попадет в ловушку.

Долго пришлось ждать Радомира с озера. Вера успела помыть весь дом, стряхнуть постель от пыли и разложить на улице, перемыть всю посуду в сундуке, пересмотреть крупы. Все были в идеальном состоянии. Как бы не быть, раз везде  в мешочках лежала засушенная горькая полынь.

-Ой, ведьмовская трава –полети*, -произнесла Светланка, -а помнишь, нянечка, мама на чердаке сушила эту горькую травку, там такой лесной сильный аромат стоял, -карие, словно янтарь, глаза ожидающе посмотрели на Веру.

-Помню, конечно, -ответила девушка и глаза ребенка засияли. Как все же ребенок переживал потерю памяти сестры, для нее это была травма и боязнь, что единственный взрослый из-за потери памяти может забыть о  младших сестре и брате.

-А еще мама рассказывала, что полети применяют от многих болезней, только это было давно, когда ты была еще крошкой, -ответила Вера сестренке и поцеловала в макушку. Девочка от нехитрой ласки расцвела.

«Надо больше внимания уделять ребенку, даже от обычного поцелую млеет. Не хватает девочке любви и внимания», -сделала для себя вывод Вера.

Радомир вернулся в избу, когда солнце уже спряталось за горизонтом. В руках у него были две крупные рыбины, каждая размером с две ладони.

-Ух ты, -подскочила Светлана и обняла брата. –Ой, Радомир, ты весь мокрый.

-Пока доставал их, упал в воду, пришлось идти мокрым домой.

Ахнув, Вера вынула два полотна из сундука, всунув брату в руки,  велела все с себя сбрасывать вплоть до портков.

- Одним вытрешься до суха, а вторым укроешься, затем, сядешь возле печки.

Она хотела сделать все сама, как привыкла с внуками, но брат так посмотрел на нее, что ей ничего не оставалось, как принять законы этого мира. В этом возрасте он уже считался взрослым. Как только мальчику исполняется семь лет, на него одевают портки- неширокие, сужающиеся книзу штаны, дети помладше носят только рубахи.

Вера развесила вещи брата за печкой, а сама стала накрывать на стол.

-Сейчас поедим, а потом одну отварю, сделаем вкусную ушицу, а вторую- посолю, -рассказала Вера о своих планах. Поужинали они быстро, и пока Светлана складывала чашки в большую миску, старшая сестра, почистила рыбу, разрезала на куски и закинула в чугунок, положила туда лука, бросила просо и, залив все водой, отправила томиться в печь.

Пока она выполняла домашнюю работу, в голове крутилась мысль, как задать вопрос, чтобы побольше узнать о мире.

-Знаешь, Радомир, я начала понемногу вспоминать свою жизнь, но все же информации не хватает, может, расскажешь мне?

Мальчик посмотрел на старшую сестру, потом бросил взгляд на младшую. Та, увидев недоверие в глазах брата, кивнула головой, подтверждая слова Веры.

-Ты  только напомни какой сейчас год? –поинтересовалась Вера.

-945г при правлении великого князя Пересвета, ответил Радомир.

-Подожди, а как же князь Игорь, княгиня Ольга и их сын? –растерялась девушка.

-Было такое время, когда правил Игорь, так его же убили древляне, а за ним, не выдержав горя, скончалась и княгиня Ольга, так батя рассказывал, -ответил -Радомир.

«Все же это альтернативный мир, -подумала Вера. –Может и к лучшему, не буду бояться вводить новшества».

Вера любила свой край       и часто читала книги о древних славянах, проживающих на территории Рязани и Рязанской области. Этим самым и объясняется её удивление о нападении половцев в десятом веке.

-Ты все же помнишь, сестра, о князьях наших, надеюсь, память вернется и вспомнишь о своем суженном? -улыбнулся мальчик.

-О каком суженном идет речь?-удивилась Вера. –Неужели я была помолвлена?

-Была, с княжичем Владимиром, что из западного княжества. Он третий сын князя Богдана. На листопад должна была быть ваша свадьба. Вы же приглянулись друг другу, неужели забыла? –задумчиво смотрел брат на старшую сестру. –Уж такое событие должно было отложиться в голове намертво.

-От меня ничего не зависит, Радомир, что-то вспоминается, что-то нет. Давайте лучше ложиться спать, завтра идем в поселение. Светик, тебе лучше остаться дома со Снежком. Из дома старайся не выходить.

-Я с вами, - всхлипнула девочка.

-Мы не будем долго задерживаться, не бойся.

На том и порешили, все легли спать, лишь круглая луна заглядывала в маленькое окошко, расстелив на полу сверкающую белую дорожку.

 Захап* -одна из простых  разновидностей ловушек для рыбы в 10 веке (В некоторых местах его называли хапок, подъемник).

Морда* (или мордушка, как часто называли в деревнях)- Рыболовная снасть-ловушка, имеющая вид двух вставленных один в другой конусов, сплетенных из прутьев. Известна с глубокой древности. Обычно имеет размеры: длина - до 1,5 метров, внутренняя корзина имеет 0,7 метра длины. Для плетения морд обычно используют прутья красной ивы, предварительно вымачивая их в горячей воде для придания гибкости.

Полети* -полынь. Название растения произошло из древнеславянского «полети» из-за горького вкуса. Иногда называли «пелын» из-за серовато-пыльного цвета.

Они вышли из избушки, когда на востоке занималась алая заря. Красные лучи поднимались из-за горизонта, освещая  редкие белые перистые облака пурпурным светом. Туман, покрывающий влажную от росы землю, превращался в клочья и прятался в заросли от посторонних глаз.

Сейчас без ноши, если не считать кувшина с травяным чаем,  шагать было намного проще, поэтому они дошли до поселения намного быстрее, чем ожидалось. Остановившись возле кромки леса и стоя на холме, ребята огляделись. Всё, что осталось от поселения -это печные трубы, возвышающиеся над пепелищами, обуглившиеся деревья у плетня, и зарастающая сорняком пашня.

-Хватит стоять, Вера. Что делаем? –хмуро спросил ребенок.

-Надо слазить в погреба и постараться забрать по максиму. Кроме этого надо найти лопаты и топор, без них никак.

-Что такое топор? –удивился Радомир.

-Как бы тебе объяснить?

Подумав, Вера на пыльной дороге нарисовала пальцем орудие труда.

-Так это же секира! -удивился ребенок, -Ты каким-то странным словом его назвала, впервые слышу.

-Наверное, от кого-то слышала, вот и осталось в памяти, -вывернулась Вера, ругая себя за неосторожность.

Чем ближе они подходили к поселению, тем сильнее стоял невыносимый жуткий смрад разлагающей плоти.

-Давай пройдем к дому главы рода Димитрию. Они жили богато, наверняка сможем найти то, что хотим.

Возле самой избы лежало тело самого хозяина, а чуть поодаль-  его жены.

-Не смотри туда, веди сразу к погребу, -скомандовала девушка.

Радомир был прав. Чего только в погребе не хранилось. Кроме овощей, она нашла бочонку с медом, большой мешок муки, бочонок с медовухой,  кувшины с жиром и свежего мяса, хранившегося в леднике под погребом. Его было не так много, но детям хватило бы на седмицу.

Бочонок с медовухой она вылила, оставив на дне совсем немного для лечебных целей, ей нужна была емкость.

Мальчик откуда-то  принес еще одну такую тележку, две лопаты, топор, серп и большие ножницы, которые обычно применялись для стрижки овец.

-У дядьки Всеволода нашел, отцова братишки, -доложил он. –Видимо их зверье поело, няня, страшно-то как.

-Надо думать о жизни,  а не о смерти, братишка. За них попросим Рода, принять их в свои чертоги,  а нам надо выживать, и тут уже, Радомир, не до страха.

Ребенок лишь кивнул.

 Собрали столько, сколько смогут унести, и отправились в обратную дорогу. Уже подходя к лесу, Вера услышала за собой топот копыт, и нечто острое ударило её ниже спины. Не сумев удержаться на ногах, она с размаху рухнула на колени. Тут же острая боль пронзила в коленках, и на глаза навернулись слезы.

-Мееее, -послышалось сзади.

Радомир, еще не поняв случившееся на его глазах, резко обернулся назад.

-Коза. Похожа на козу тетушки Будиславы, -обрадовался мальчик. -Смотри–ка, нянечка, она не просто к нам прибежала, у нее молоко уже льется из вымя. Несчастная, два дня, как не доенная.

Словно поняв, что говорят о ней, коза вновь жалобно заблеяла.

-Зато силы бодаться еще есть! –пробурчала Вера, тяжело поднимаясь с земли. Чувствовала, что коленки разбила до крови.

-Мееее, -вновь подала голос коза.

-У нас есть что-нибудь с собой?

-Да, я взял с собой травяной сбор в кувшине. На случай, если очень захочется пить, ведь ручей с той стороны поселения, -ответил мальчик.

«Молодец какой, а я вот даже не подумала об этом», -отругала себя Вера.

- Не лезь под руку, лучше повернись, чтобы мне было удобнее, -приказала она животному, лезущему к ней мордочкой.

Вера сполоснула руки травяным отваром и им же обмыла вымя. Остаток чая  вылила, а в кувшин стала сцеживать молоко. Посуда была уже полной, а вот молока не убавилось.

-Неужто придется сцеживать молоко на землю? –охнула Вера.

-Мы отошли недалеко, а на одном из заборов я видел сушившийся кувшин, принесу его сейчас, постойте пока здесь.

-Не забоишься? -поинтересовалась Вера.

-Ты же сама сказала, надо думать о живых. Да здесь недалеко, видишь забор?

Он пальцем указал направление. До него было около ста метров.

-Радомир, может все же я?

-Куда ты с разбитыми коленями?

Он кивком указал на платье, свежие пятна крови расползались алым пятном по сарафану.

Мальчик прибежал через пять минут. Лицо у него было белое, словно снег, казалось, что каждая клеточка его тела дрожала мелкой дрожью, но ребенок старался не стучать зубами, крепко сжав челюсть… Забирая кувшин, Вера дотронулась пальцами до его рук –они были ледяными, хотя на дворе температура была больше двадцати градусов.

«Все же сильно испугался», -сделала вывод Вера.

Она подошла к Радомиру и, молча притянув его к себе,  заключила в объятия, стараясь успокоить испуганного ребенка. Мальчик, почувствовав поддержку, чуть расслабился и в ответ уткнулся ей  в живот. Немного постояв, он отстранился.

-Спасибо, нянечка, ты всегда меня поддерживала, когда было трудно.

Видя, что братец пришел в себя, она улыбнулась.

-Ну что же, милая, давай закончим с тобой, -обратилась она к козе, а та словно поняла девушку, встала так, чтобы той было удобно подоить до конца.

Закончив свои дела, они привязали её к тележке за веревку, которая до сих пор волочилась за ней, и отправились в обратный путь.

Светланка сидела на лавке возле дома.

-Ты чего здесь? Сказал же, сиди дома, мы скоро вернемся, -разворчался Радомир, увидев младшую сестру.

-Я вышла по нужде, -ответила девочка и покраснела. –Хотела уже зайти в дом, как увидела вас.

Чтобы прекратить ворчание брата, Вера попросила девочку присмотреть за козой, а сама стала помогать Радомиру освобождать тележки. В две руки они справились быстро. Козу привязали остатками веревки к колышку и отправили пастись, а сами зашли в дом перекусить.

Солнце было в зените, поэтому завтрак перешел в обед. Уха, поставленная в печь томиться, выдалась на редкость вкусной и наваристой. «Вот, что значит натуральные продукты», -подумала Вера.

-Радомир, куда устраивать будем козу, сам понимаешь, ей не место в доме и на улице оставить нельзя, лес кругом? Легкая добыча для хищников.

-Я уже думал об этом, только в голову ничего не пришло.

-Нужен сарай, но вдвоем мы его не поднимем, требуются мужские руки, -раздумывая над чем-то, произнесла Вера.

-Что будем делать, нянечка? –Радомир посмотрел на сестру.

-А мы с ребятами на речке домики делали из глины, вот было бы здорово, построит  такой же,  только большой, -подала голос Светлана.

Вера поймала себя на мысли, что, действительно, порой устами ребенка глаголет истина.

-Ты моя умница, -крепко обняв растерянную сестренку, произнесла Вера. –Радомир, мы сами построим сарайчик для козочки. Соломы у нас с тобой нет, поэтому вместо нее, думаю, используем камыш. Ты знаешь, есть ли здесь болото, где мы сможем его набрать?

-От озера вправо с версту идти, там и начинаются болота. Неужели ты что-то придумала, сестра?

-Придумала, глина наверняка есть возле озера, песок мы тоже там найдем, а вот камыш нам нужен старый- сухостой. Будем делать из них фигурки и сушить, затем используем при стройке сарая. Поставим одной стороной к стене дома, чтобы козочке зимой было тепло.

-Так пока мы его построим, козу-то куда девать? –озаботился маленький хозяин.

-Дома, братик, больше выхода пока нет. Да и скотинку жалко, пропадет, если мы не присмотрим за ней.

Неожиданно с улицы послышался лай Снежка, а за ней истошное блеяние козы. Подскочив с места, ребята высыпали во двор. Снежок разрывался от лая с подвыванием вслед удаляющейся бурой спине медведя, а коза пыталась вырвать из земли колышек, чтобы вновь умчаться подальше от врагов. Светлана тут же подскочила к животинке и прижала её голову к себе. Та сильно дернулась несколько раз, затем затихла. Радомир же подхватил на руки щенка и  стал ему шептать что-то на ухо, пока тот не успокоился.

-Вот об этом я и говорила, -устало произнесла Вера и без сил опустилась на лавку.

Тело изрядно потряхивало от выброса адреналина в кровь и  взгляд девушки, ни на чём не фокусируясь,  был направлен внутрь себя. Она старалась осознать до конца создавшуюся ситуацию и понимала, что при таком раскладе и до беды недалеко, а здесь дети, и Светлана совсем маленькая. В любой момент хищник может наведаться и не уйти просто так, как сегодня сделал медведь, а напасть на них.

Вера почувствовала, как с двух сторон её обхватили детские ручки.

-Няня, все будет хорошо, мы справимся, -посмотрев ей в глаза, произнёс Радомир, а Светланка лишь быстро закивала, подтверждая слова брата.

-Нам ничего не остается, как только надеяться на это, -ответила Вера и крепко обняла детишек. Так и сидели они, любуясь природой, и чувствовали, что их теперь связывает не просто родовая нить, а нечто более сильное и сложное, в понятии восприятия, которое делало из них единый организм, готовый к выживанию. Когда солнце ушло за горизонт, они зашли в дом, забрав с собой козу Ласку. Так её назвала Светланка.

Подоив козу, Вера поставила кипятить как утреннее молоко, так и вечернее, затем отодвинула их от огня и оставила томиться на углях, получив при этом с утра топленое молоко. Решив на завтрак побаловать своих домочадцев, девушка решила испечь блины. Для этого в доме находился плоский камень. Девушка никак не могла сообразить для чего он лежит среди посуды и ,только благодаря подсказке Радомира, поняла, что это заменитель сковородки. По хлебу соскучились все, ведь именно он являлся главной пищей людей в эту пору. Блины разлетались прямо с импровизированной сковородки, Вера не успевала накладывать в тарелку. Ели с медом, запивая топленым молоком.

Вера видела, как глаза ребят лучились счастьем и радостью, впервые, после страшного нападения половцев.

-Ешьте, дорогие мои, работы сейчас будет много, нам нужны силы, -приговаривала девушка, добавляя молока в кружки.

-Сестра, чем займемся в первую очередь? Мне бы хотелось сходить посмотреть силки, может, на них попало что-нибудь. И надо бы нарезать ивовых прутьев, начать плести ловушку для рыб и проверять раз в три дня.

-Скоро лесная пора начнется, надо подумать какие травы собирать для зимы, а заодно присмотреть, где поблизости ягодные  места есть… Пока мы немного свободны, нужно подумать о Ласке и присмотреться к материалу, поэтому с утра идем на озеро, заодно пройдем к болоту, посмотреть камыш.

-А я? –подала голос Светланка. Он был до того жалобный, что Вера не могла отказать ей и ответила.

-Ты тоже с нами.

Девочка, взвизгнув от радости, обняла сестру за шею.

-А что с козликом будем делать, он же не может весь день сидеть в доме? –вспомнив о своем питомце, поинтересовалась девочка

-Мы оставим его со Снежком, думаю, что медведь не вернётся сюда, они сильно не любят громкие звуки.

-Ты такая умная, нянечка, я тоже хочу быть похожей на тебя, - вновь обняла за шею малышка.

-Телячьи нежности, -произнес Радомир, но Вера не обращая внимание на слова, прижала и его к груди. Мальчик доверчиво прижался к ней , но через минуту нехотя отстранился.

-Собираемся, надо добраться до озера, затем, идти еще к болоту, -проворчал он, на что сестра лишь улыбнулась.

 Раз хочет чувствовать себя взрослым, она не будет мешать.

Налив в кувшин молока, и захватив  с собой остатки блинов, они двинулись в путь.

-Нянечка, может, сделаем небольшой крюк и посмотрим силки? –попросил Радомир.

-Мне тоже интересно, братик, веди к своим ловушкам, -улыбнулась она.

Они свернули с протоптанной ими же тропинки немного в сторону и углубились в лес. Пройдя десять минут, Радомор не выдержал и побежал вперед. Громкий радостный крик пронесся по лесу, распугав стаи птиц. Те с пронзительными криками устремились прочь.

-Няня, смотри! –вытянул вперед руку мальчик, держа за длинные ухи зайца с дрожащими лапками.

-Молодец, Радомир, я была уверена, что у тебя все получится.

Ребенок от похвалы с гордостью выпятил грудь и широко улыбнулся. Вере он сейчас напоминал довольного кота, объевшегося сметаной.

-Только придется ему сейчас связать лапки и нести до озера, а потом и до болота. Все же стоило это сделать позже.

Радомир, попросил сестру связать лапки зверьку, продолжая держать его за уши, что та и сделала. Выйдя на тропинку, они отправились дальше к озеру.

Неподвижные воды озера блестели в солнечном свете, деревья, выделяясь яркой весенней зеленью на берегу, застыли в безветрии. Это, безусловно, был самый красивый и восхитительный пейзаж, который видела Вера, да и Светланка была под большим впечатлением.

-Где искать будем?

-Пройдёмся по берегу и посмотрим, какая здесь глина, песок можно использовать тот, который под ногами, а камыши мы сейчас с тобой посмотрим. Сегодня только будем осматриваться, а вечером решать, как поступать дальше.

 Чем дальше ребята продвигались вдоль берега, тем круче он делался, тем ближе становился дремучий лес. Вера уже потеряла надежду, как в одном месте она увидела удобный спуск к озеру.

-Вы стойте здесь, а я спущусь и осмотрюсь, может здесь нам повезет.

-Может лучше мне, сестра?

-Я доверяю тебе, Радомир, но мне надо убедиться в качестве глины. Сейчас я возьму немного на пробу, чтобы узнать его жирность.

-А разве глина бывает жирной? –рассмеялась малышка.

-Бывает, Светик. Это точно так же как и у свиней. Одни жирные, другие нормальные, а вновь родившиеся поросятки - худые, так и глина, -усмехнулась Вера.

В строительстве она понимала совсем немного, бывший муж был прорабом, иногда рассказывал жене об истории строительства (в том числе  саманных домов) –это был его конек. А вот сама Вера была сведуща в травах и болезнях,  как-никак отработала фельдшером всю жизнь в рабочем поселке. Так сказать, пошла по стопам матери, служившей сначала  в партизанском отряде, а затем санинструктором в  269 стрелковой дивизии, где познакомилась с отцом Веры Ильей. И закончили вместе войну на Эльбе 9 мая 1945 года.

На этот раз им повезло и, взяв для опыта немного глина, она выкарабкалась из оврага. Теперь, дорога лежала к болотам. Пришлось идти еще полчаса, пока лес не закончился. И от  самой подошвы холма, где стояли наши герои, широко, насколько только мог охватить взор, раскинулось болото, поросшее прошлогодним серо-бурым камышом вперемешку с новыми зелеными листьями. Срезали немного камышей, чтобы было удобно нести каждому. Затем,  Вера собрала немного мха. Из рассказов матери она помнила, как применяли его при открытых и гнойных ранах, особенно, когда не хватало перевязочного материала. А за неимением лекарственных препаратов, придётся обходиться тем, что дарит земля.

Осмотрев свое богатство, Вера улыбнулась, путешествие принесло свои плоды. Домой возвращались уставшие, но довольные. Коза во дворе чувствовала себя хорошо, спокойно паслась на лужайке, а довольный Снежок бегал за бабочками. Он издалека почуял хозяев и с громким веселым лаем кинулся на встречу. Они были дома.

Девочки вдвоем накрыли на стол и, поужинав остатками ухи, каждый занялся своим делом. Радомир решил заняться зайцем на следующий день, а пока устроить его, чтобы не сбежал. Светланка убирала со стола, а Вера принялась за задуманное. Она вынула из корзинки со мхом небольшой кусок глины и, размешав его с водой, принялась месить из него пластичное месиво, которое  называла « глиняным тестом». Из него девушка скатала шарик размером с куриное яйцо. Подняв над головой, она бросила этот шарик на пол. Ударившись об поверхность, глиняный колобок лишь смялся с одной стороны. Это говорило о том, что глина была жирной, поэтому песка потребуется всего лишь два-три процента от его количества.

-Хорошая глина на берегу, Радомир, надо набирать, -решила обрадовать брата Вера и в ту же секунду услышала отчаянный крик сестренки.

Все бросив, они выскочили на улицу. С обратной стороны дома на земле сидела Светланка и с ужасом смотрела на  траву, где напоследок мелькнул хвост змеи, возле нее валялся чугунок. Видимо девочка вышла вылить грязную воду из под посуды. С укушенного места текла кровь.

-Какого цвета был гад? –тут же встряхнул сестру Радомир, готовую разревется на весь лес.

-Вся черная, -всхлипнув, ответила девочка и стала заваливаться на бок.

От услышанного мальчик побелел, а Вера, подхватив малышку на руки, побежала в дом.

-Быстро неси медовуху и налей в бокал, скомандовала девушка, а сама наложила полотенцем жгут на ногу выше места укуса, чтобы остановить распространение яда.

Положив ребёнка на кровать, она схватила нож и облила его слабым алкоголем, чтобы обеззаразить инструмент. Сделав надрез на месте укуса под громкие крики и плач девочки, Вера начала высасывать кровь из ранки и сплевывать на пол. Сколько это продолжалось, она не помнила сама, пока не осталась совсем без сил. Смазав ранку медом, она забинтовала его полотенцем. Девочка уже давно затихла и вроде спала, но Вера была уверена, что она без сознания.

Ночь выдалась тяжелой и изнурительной. Вера не отходила от постели девочки, а Радомира насильно отправила спать. Малышка бредила, горела и постоянно просила пить, но вода выходила из нее рвотой. Девушка давала ей то воды, то молока, зная его полезность. На месте укуса появился отек с множеством волдырей, как от ожога. Вера никогда не видела таких последствий от укуса, обычно жители сразу приходили в фельдшерский пункт, и она впрыскивала им противоядие.

Только к рассвету Светлане стало немного лучше, и температура снизилась. Подняв ребенка, Вера обмотала ее в ткань и перенесла на свою кровать, а этот матрас, набитый соломой и мокрый от пота, вынесла на улицу сушиться.

-А ведь ребенку даже переодеться не во что, надо что-то думать, -задумчиво произнесла Вера. –Видимо, придётся брать те льняные ткани, лежащие в сундуке, хотя бы на смену что-то будет.

На улицу вышел Радомир.

-Нянечка, как она там?

-Не сомневаюсь, что поправится, и ты верь. Лихорадка спадает, да и крови я высосала с ядом достаточно. Должна наша девочка справится, -не столько поддерживая брата, сколько себя, ответила ему Вера. –Ты чем сегодня будешь заниматься?

-За водой сходить надо, совсем мало осталось, затем, освежевать зайца. Всю ночь, выскочив из корзинки, барабанил в дверь. Неужели не слышала?

-Если честно, было не до этого. Светлана пока спит, а я подою Ласку. Молоко очень хорошо выводит токсины из организма.

-Токсины? –удивился Радомир.

-Змеиный яд, который остался в организме.

-Мама как-то давала деду синюху голубую. Никитку тогда змея укусила, и родственники прибежали к матери, зная, что у нее всегда имелись в запасе травы. Ты в это время в лихорадке лежала и не знала всего этого.

-Если бы я еще знала, как она выглядит, да и как пользоваться им, представления не имею.

-Матушка  сказала деду, что надо обязательно мелко нарубить листья и приложить к месту укуса, -ответил мальчик. –Я видел недалеко это растение.

-А Никитка, выздоровел?

-Был жив, до прихода половцев, -мрачно ответил ребенок и отвернулся, сдерживая слезы.

-Все будет хорошо, братик, не переживай –она приобняла брата.

-Пойду, поищу синюху, -выворачиваясь из объятий сестры, сообщил мальчик о своих планах.

Он резко развернулся и направился в сторону леса.

Быстро подоив козу, Вера привязала её к колышку, отправив пастись.

Зашла в дом и увидела распахнутые глаза девочки. Она уставилась на сестру и измучено улыбнулась.

-Малышка, ты как себя чувствуешь? –тут же подлетела к ней сестра.

-Ножку больно, -пожаловалась она,- и кушать хочется.

-Сейчас, милая, все будет, а с ножкой придётся немного потерпеть, скоро она заживет, и будешь ты скакать по травке быстрее, чем Ласка.

Вера потрогала голову девочки губами. Температура еще была, но не такая сильная, как в прошедшую ночь. Поставив перед девочкой кашу с молоком, она присела рядом.

-Светик, может тебя покормить?

-Ты что, нянечка, ты же сама мне говорила, что я уже большая девочка, -улыбнулась она.

Взяв ложку, Светланка съела три ложки каши и выпила полстакана молока. Вера не стала уговаривать её доесть, прекрасно понимая, что сил у сестренки не осталось, и она вновь уплывала в сон.

Радомир возвратился быстро и, действительно, принес в руках растение с заостренными  листьями и еще не раскрытыми соцветиями голубого цвета.

-Это синюха, попробуй сделать, как мамка велела, глядишь, легче станет.

-Покормила её недавно, поела, но мало, видимо силенок еще нет. Ничего, мы поднимем её на ноги, -улыбнулась Вера.

-Сестра,  я за водой. Заодно морду закончу плести и там же опущу в воду, только потом наберу воды и вернусь домой.

-Не задерживайся, Радомир, ты у нас единственный мужчина, поэтому на рожон не лезь, мы без тебя пропадем.

-Я с собой Снежка возьму, он предупредит об опасности.

Вера зашла в дом и согрела воды, вчера нашла кусок мыла, похожий на хозяйственный, и решилась сегодня заняться стиркой. Да и свое платье бы постирать, но смены одежды не было, придется ходить в том, что есть. Развесив мокрую одежду, она подошла к сестре и потрогала голову, девочка спала, тихо посапывая в подушку.

-Вот и ладно, вот и хорошо, -прошептала Вера, на поправку пошла.

«Как всё же хорошо, что мать, прежде чем отправить девочку в погреб, всунула в руки пяльцы и нитки с иголкой, чтобы  той  скучно не было?! Видимо, не подумала на тот момент, что в погребе темно,–подумала Вера. –Как же они  сейчас меня выручат.»

Пока было время, она вынула из сундука ткань и принялась за дело. Вспомнила, как в свое время их учили в школе на уроках труда, как правильно раскладывать ткань и на что обращать внимание в первую очередь. Первые мужские трусы, сшитые собственноручно, она с гордостью подарила папе. Отец не дожил до шестидесятилетия год и ушел, забрав через три года маму. Вера смахнула слезу. Сколько времени пролетело после смерти родителей, а она, до сих пор вспоминая их, льет слезы. Тряхнув головой и отгоняя от себя печальные мысли, девушка принялась за дело. Сложного ничего в одежде не было, она состояла из рубахи и сарафана. Сарафан шился на бретельках, без всяких выточек и других заморочек, а с рубашкой было еще проще.  Требовалось вырезать горловину, присоединить прямоугольные рукава, собрать с одной стороны сборкой и приделать манжет, так же обработать горловину. Была бы машинка, можно было бы сделать все за несколько часов, а для умельца хватило бы и двух.

Закончила она, когда солнце перевалило уже за горизонт, надо было ставить готовить на ужин кашу, а к вечеру подтянулся и Радомир. Она  из дома слышала радостный лай Снежка и вышла на улицу, Светлана продолжала спать.

На тележке была вода, а с боку ведер лежали две крупные рыбы .

-Неужели щуки? –удивилась девушка.

-Представляешь, няня, я не успел поставить морду и подложить приманку, как через полчаса в него заплыли вот эти щуки, -довольно улыбнулся Радомир, показав на рыбину.

-Подожди, а ну-ка открой рот? –заметив странность, попросила Вера.

Радомир открыл рот, и Вера увидела, что двух верхних зубов у ребенка нет.

-Где зубы потерял? –поинтересовалась тут же она.

-Да они и так шатались. Я споткнулся, упал, вот они и вылетели, пряча глаза, ответил ребенок.

Вера присела перед ним.

-Радомир, мне надо говорить всё и только правду, какая бы тайна не была. Мы сейчас как один организм, если что-то начнем скрывать друг от друга –это может плохо закончиться.

-Случайно наткнулся на перепёлку и хотел поймать на ужин, но не получилось. Не заметив корня, растянулся прямо перед ней и ударился подбородком, тут зубы и вылетели.

-Не болит? -тут же поинтересовалась сестра.

-Нисколько, не беспокойся. Время еще есть, и я пока займусь свежеванием, знаешь, вторую ночь с этим ужасным животным я не выдержу, -сморщил нос братец, -а ты пока приготовь, пожалуйста, рыбу.

-Давай, мы с тобой одну пустим на уху, а вторую -испечем в глине, только мне надо будет её накопать. Она здесь недалеко лежит.

Вера показала рукой направление.

-Сейчас я занесу домой рыбу, затем принесу тебе глину,- улыбнулся мальчик.

Пока Радомир бегал за глиной, Вера выпотрошила рыбу, помыла  и посолила ее со всех сторон. Она была рада тому, что не придётся с одной из них сдирать шкуру, уж очень она не любила это дело.

 Первую, разрезав на куски, она забросила в чугунок , бросила немного крупы, половину нарезанной луковицы и поставила печь, а со второй повозилась немного дольше. Для этого попросила развести костёр во дворе, что мальчик и сделал. Смешав глину с водой, Вера измазала им всю тушку слоем в три-четыре сантиметра. Дождавшись, когда останутся одни угли, она убрала верхний слой и положила туда полученный глиняный ком, а сверху присыпала остальными углями. Надо было бы поддерживать огонь сверху, но угли были еще горячими, поэтому она лишь наблюдала, чтобы он не погас. Через сорок пять минут рыба была готова, и уха к этому времени уже подоспела. Попросив Радомира собрать всю золу, она направилась в дом. К приходу мальчика, вся еда была разложена по тарелкам.

-Сетренка, а зачем ты велела собрать золы? -поинтересовался брат.

-Мыла у нас мало, мыльнянки я еще не нашла, а стирать чем то надо, поэтому хотела отварить золы и добавить туда жира, которой  нашла в подполе, но этим  займусь позже. Сейчас основная задача-  сделать маленький сарайчик для Ласки, не будет же она постоянно жить в доме.

Светланку Вера разбудила уже после того, как ребята сами поужинали, и сама покормила её. Девочка была сонная, но все же съела несколько ложек ухи. Затем Вера проверила ранку и, как посоветовал Радомир, посыпала его мелко нарезанными стеблями синюхи.

 Планов на последующие дни было много, но со следующего дня зарядили дожди. Первая неделя лета показала свой нрав и выдалась дождливой

Дела сами собой делаться не могут, и Радомиру все же в дождь пришлось сходить и посмотреть ловушки. Зайчатины было мало, но все же им удалось растянуть на четыре дня, заранее обсыпав солью для сохранности. Как же она жалела порой, что здесь нет ледника, какой они видели в деревне. Рыбы  Радомир принес целых четыре штуки, крупной и вкусной. Вера обработала весь улов и посолив, сложила все в подпол в бочонок из-под медовухи.

Как только закончилось ненастье и, наконец, выглянуло долгожданное солнце, Вера приняла решение подождать один день, чтобы разветрилось и земля просохла, а уж потом приняться за посадку. Все,  что они нашли из семян в поселении, пошло в дело. Скоро за домом возник огород, где были посажены лук, морковь, свекла и репа. Ребята долго вспоминали, как им пришлось осваивать нетронутую целину. Все руки были в ссадинах и мозолях, сильно саднивших по вечерам. Это было очень тяжело.

Светлана шла на поправку, но слабость еще чувствовалась. Она пыталась чем-то помочь брату и сестре, но они старались по возможности, её не нагружать. Видя, что девочка готова расплакаться, Вера нарисовала на остатке ткани углем шахматную доску и попросила Радомира нарубить ветку на маленькие кругляшки, которые заменили шашки. Половину из них она вымазала соком красной свеклы, вторую -оставила белым. Осталось только научить детей играть странными кругляшами. Так в семье появилось новое развлечение, а Вера продолжала шить одежду.

 Девушка не могла нарадоваться- обновка так выручила, когда Радомир вернулся домой насквозь мокрый с озера. Налив ему горячего молока с размешанным в нем медом, Вера бросила его одежду в стирку, а ему дала новую. Рубашки для ребят не были такими же красивыми, как старые с вышивкой, но, все же, это была сухая теплая одежда.

Надо было подумать об обуви, ходить постоянно босиком, это  не слишком хорошая идея.

-Радомир, а ты умеешь плести лапти? –поинтересовалась она.

-Нет, нянечка. Отец учил меня всему, но этому не обучал. Может не успел ,а может не хотел. Он меня готовил на военную службу вместо себя, -понурил голову мальчик.

Так проходил день за днем,  пока не пришла пора сбора лекарственных растений и ягод. Радомир ставил на зайцев ловушки и бегал к озеру за рыбой, а Вера со Светланкой ходили в лес за травами, собирали грибы и ягоды. Пока шла пора сбора, все остальные дела отложили на более позднее время.

Ягоды сушили на чердаке вместе с растениями, а грибы разделили на три части. Одну часть засушили, вторую пожарили в жире, привезенном из поселка, остальную –засолили. Когда горячая пора сбора ягод стала отходить, они утреннее время оставляли для похода в лес, а после обеда шли к озеру искупаться и заодно привезти оттуда глину и песок.

Саманный домик решили строить два на два и по беглому взгляду на привезенный строительный материал, Вера посчитала, что его будет достаточно. Как –то выйдя из дома с ведром для дойки, она заметила Радомира, с изумлением смотрящего на Ласку.

-Вера,  она же беременна, -растерянно произнес ребенок.

-Где же в лесу она смогла найти приключения и забеременеть,- рассмеялась Вера. –Если только лось покрыл её.

Радомир укоризненно посмотрел на старшую сестру.

-Когда мы её забрали из поселения, видимо её только успели покрыть. А сейчас приглядись, и ты заметишь, что живот увеличился.

От неожиданной новости Вера села на скамейку возле дома.

-Радомир, я знаю, что овцы ходят беременными восемь седмиц, а сколько  ходит коза, пока не окотиться?

-Дед говорил, пять месяцев, прошло полтора, осталось еще три с половиной. Получается, к листопаду (октябрю) окотится.

-Не было печали…, -начала Вера , но вовремя прикусила язык. –Придется строить сарай больше, иначе, вдвоем они там не поместятся, да и сена заготавливать больше.

Всю жизнь, проработав в деревне фельдшером, Вера никогда не держала крупный рогатый скот, у нее было пять овец и куры, о них в основном заботился муж, пока его не парализовало после инсульта. Пролежал он в постели пять лет. Когда Машеньке, единственной дочери Веры, исполнилось  пятнадцать, Коля покончил собой (снял ремень с устройства, подвешенного над кроватью для физических упражнений, и повесился). Так женщина осталась одна. Тяжело приходилось вдове: зарплата фельдшера маленькая, пенсия по утере кормильца и того меньше, а на шее дочь-подросток, вот и стала она по вечерам вязать носки, кофты, свитера и выносила на продажу. Какая-никакая, а помощь.

-Я уже думала об этом. Косы у нас нет, только серп, а им много не накосишь, поэтому будем готовить с тобой веники.

-Думаешь, этого хватит? –с сомнением поинтересовался брат.

-Хватит, не переживай, -твердо ответила она, зная, что сама готовила овцам веники на зиму. –Обычно одной козе на день нужно до пяти веников, но если хочешь, можешь травы накосить, лишним не будет.

Радомир кивнул, соглашаясь с сестрой.

Сегодня ранним утром они собрались в лес вместе. Вера  в прошлый раз увидела на березе чагу, называемую в народе березовый гриб, но снять сама не смогла, поэтому попросила помощи у брата.  Находка очень   обрадовала, ведь чага -это самый мощный антиоксидант в природе, кроме  того, что обладает сильным противовоспалительным средством и повышает иммунитет.

Собрались быстро и через пятнадцать минут были уже на месте. В поисках грибов она зашли немного дальше, когда услышали чужую речь, и застыли.

 Первым очнулся Радомир.

-Половцы, -прошептал он и велел им лечь на землю, спрятаться, а сам встал поодаль, чтобы наблюдать за происходящим. В случае же опасности, побежал бы в другую сторону, чтобы отвлечь воинов от сестер.

 Вдоль леса извивалась дорога, по которой двигались изнуренные жарой люди в рваной грязной одежде, скованные или связанные, как скот, побитые и искалеченные. Среди них были как молодые женщины, девушки, так и мужчины Позади за пленными тащились две телеги, загруженные сундуками и мешками с награбленным добром.

Их охранял конный отряд бородатых мужчин в шлемах с копьями в руках и тяжелыми мечами.  Они о чем-то весело разговаривали между собой и громко гоготали. У идущего с краю мужчины ноги подкосились, и он в изнеможении повалился на землю.

Один из охранников что-то крикнул и, пленные, не останавливаясь, стали обходить упавшего стороной. Другой охранник, который рассказывал байки, подойдя к лежащему, несколько раз прошелся по его спине кнутом, после которого на теле остались лишь лоскутки от рубашки, и заалела, проступившая через остатки ткани, алая кровь. Но тело лишь вздрогнуло от удара и  вновь осталось неподвижно лежать в пыли. Половец носком сапога повернул голову умирающего, что-то сказал своим друзьям и те вновь загоготали. Один из них слез с коня и за ноги оттащил пострадавшего в кусты, подальше от дороги.  

Вера одной рукой прижимала головку девочки к земле, чтобы она не видела того ужаса, который творился у них на глазах. Прислушавшись к шагам удаляющегося отряда, Вера подняла голову на стоявшего за деревом Радомира. Он отрицательно покачал головой. Послушав его, девушка просидела за кустом еще десять минут.

Радомир прислушался к звукам леса, стараясь уловить все подозрительные шумы и шорохи, но кроме щебета птиц, шелеста листьев и жужжания насекомых ничего не было слышно.

Он подошел к мужчине и перевернул его на спину. Приложив ухо к груди мужчины, мальчик затаился и услышал отдаленный глухой и медленный стук сердца.

-Няня, он жив! –радостно произнес  Радомир.

Вера подскочила к раненому и схватила за запястье, пульс был редким, еле слышным. Состояние мужчины было тяжелым, организм  держался из последних сил.

-Радомир, нам нужны ветки сосны, два шеста с толщиной в запястье и размером в четыре аршина (3 метра), можно чуть больше и  два в два аршина ( 1,5 м),  чтобы уволочь его в дом. Пока я их буду связывать их между собой, ты всё же срежь мне чагу, сейчас мы вряд ли обойдёмся без гриба.

Как же Вера сейчас радовалась, что приучила себя всегда брать веревку с собой, теперь она могла изготовить волокуши для спасения человека.

Мальчик сделал все быстро, и Вера принялась за работу. Положив два длинных шеста наискосок, в виде английской буквы «V»,  разрубила маленькие два ветки наполовину и разложила их поперек основного каркаса, чтобы получилось нечто, похожее на лестницу. Связала места пересечения веревкой. К конусу привязала несколько сосновых веток, чтобы смягчить транспортировку, заодно набросала на сами волокуши, для смягчения удара о дерево при переноске.

«Спасибо, мамочка тебе за науку, а мне за любопытство», -тихо произнесла Вера.

Мучились они около двадцати минут, пока заволокли бессознательное тело на волокуши и вдвоем с братом потащили в сторону дома. Светлана шла за ними, придерживая свою корзину, а также гриб, который все же Радомир отделил от дерева ножом.

Пока добрались до дому, солнце уже давно стояло в зените.