Сквозь витражные окна тронного зала робко пробивались лучи рассвета. Свет падал на каменный пол разноцветным калейдоскопом. Радужно и красиво. Вот только картина, что разыгралась в тронном зале Чёрного Королевства, красивой уж точно не была. Чёрный король, Торен Первый Великий, всесильный потомок самой богини смерти, сипло выдыхая со свистом воздух сквозь стиснутые зубы, стоял на коленях, окруженный врагами. Его лицо и одежда были в крови. Каштановые волосы висели сосульками, слипшись от крови, а в чёрных глазах плескалась ненависть. Тот, кто стоял перед поверженным, приставил остриё меча к горлу Торена:

 

— Где твой ублюдок, бесово отродье? — злобно прошипел угрожавший.

 

Король молчал, он ни за что не выдаст своего младшего сына, последнего потомка династии Сакктор. Светлые маги из соседнего королевства уже убили двух принцесс, старших дочерей. Королева, жена Торена, умерла полгода назад при родах. Она подарила миру прекрасного мальчика, наследника Чёрного королевства.

Не дождавшись ответа, светлый дракон, а это был именно он, нажал остриём на шею Торена, проткнув кожу. Тонкая струйка крови потекла вниз. Чёрный король даже не поморщился, он всё так же с ненавистью смотрел на светлого дракона в человеческой ипостаси. Губы раненого растянулись в кривой усмешке:

 

— Что, Ка'арлен, боишься, что мой сын отомстит за смерть своей семьи? За то, что вы развязали эту войну? Вы, светлые, за всё ответите!

 

Из людей, что окружали поверженного короля, выступил молодой человек в золотых доспехах. На его белокурой голове была корона. Король светлого королевства, Лукреций Пятый, золотой мальчик, как любили его называть простые люди. Единственный сын предыдущего короля светлых. Лукреций искренне верил в пророчество, которое гласило, что наследник чёрного короля уничтожит весь мир, что не будет ему равных по силе, ибо силу ему даст сама богиня смерти, прародительница рода, и что сосредоточится в нём темная магия, собранная ото всех поколений темных магов, когда-либо живших в этом мире. Вот только в пророчестве не указывалось, зачем вообще чёрному принцу уничтожать весь мир, и где он собирается жить после? Он ведь тоже часть этого мира. Будет в одиночестве бродить по развалинам уничтоженного мира? Но всё это не волновало золотого мальчика, он всем своим добрым сердцем верил, что если сейчас убить чёрного принца, пока он ещё совсем мал и не получил дар богини, то мир будет спасён. Поэтому практически сразу как стал королем, Лукреций пошёл в чёрное королевство причинять добро. Но соседнее королевство к добру было совершенно не готово, более того, всячески сопротивлялось, не желая отдавать маленького наследника короля в кровожадные руки добра. Тёмные маги бы обязательно победили светлых, если бы в союзниках у Лукреция Пятого не затесались драконы, являющиеся потомками уже другого божества, извечного врага богини Смерти — бога Света. Светлый бог, видя, как его сестра забавляется со своими созданиями, жутко завидовал, ведь у него не было такой диковинки, и тогда бог Света создал своих существ, красивых крылатых ящеров. Понаблюдав за своим творением, он пришёл к выводу, что существа, созданные сестрой, куда ловчее ящеров. Так у драконов появилась человеческая ипостась. Но всё это было многие тысячи лет назад, сейчас же, молодой король светлого королевства шагнул к дракону и сказал:

 

— Друг мой, я думаю нет никакого смысла тратить время на это отродье зла, он ни за что не расскажет нам то, что мы хотим от него услышать. Нам нужно спешить, наверняка его сына вывезли из дворца, как только мы явились в эти земли, я даже более чем уверен, что принца прямо сейчас пытаются вывести из королевства, поэтому нам надо перехватить беглецов как можно скорее!

 

Торен Первый из рода Сакктор про себя смеялся, ни тупоголовый Лукреций, ни тем более дракон не знали, что наследного принца увезли из королевства за несколько дней до начала войны. Шпионы, верные разведчики чёрного короля, принесли весть о планах светлых так скоро, как только смогли. Торен действовал немедленно, он отдал своего сына шпионам из светлых земель, приказав в случае чего вырастить его как своего ребенка и рассказать ему обо всем сразу, как только он достигнет совершеннолетия, он должен отомстить.

Ка'арлен без жалости и сомнения взмахнул мечом, сталь блеснула в лучах восходящего солнца, удар – и голова чёрного короля, отлетев от тела, с глухим стуком упала на каменный пол, чуть прокатившись вперед. Никто не проронил ни слова, каждый из живых в тронном зале верил, что они поступают правильно, ведь тёмные маги – зло этого мира, а зло должно быть уничтожено.

 

Тронный зал опустел, и только обезглавленное тело лежало на каменном полу в луже крови. Вдруг вспыхнули два портала, яркий, как само солнце, и черный, будто сама тьма, из порталов шагнули мужчина и женщина. Они была поразительно похожи. Только женщина была одета в черный плащ, который будто бы поглощал весь свет, а мужчина — в золотые доспехи, более сияющие, нежели у Лукреция.

 

— Видишь, брат, до чего довели твои дурацкие сказочки, — недовольно проговорила женщина, указывая на лежавшее тело. — Они практически

уничтожили моих детей!

 

Богиня Смерти искренне любила своих созданий, считая их своими детьми. Но бог Света лишь растерянно глядел на то, что осталось от чёрного короля. Светлый бог, даже представить себе не мог, что придуманная им сказка, может возыметь такой эффект.

 

Великая Матерь, так величали почитающие её  жители Чёрного королевства, опустилась на колени возле тела одного из последних созданных ею возлюбленных детей. Да, это королевство ещё насчитывало великое множество темных магов, но только род Сакктор был ею горячо любим, ибо все они произошли от первых, сотворенных лично богиней темных магов. С сожалением покачав головой, Великая Матерь выпрямилась во весь рост и уставила чёрные как сама тьма глаза на витражное окно. Но она вовсе не любовалась искусной работой мастеров, взгляд богини простирался много дальше, в само время. Она искала, искала того, кто сможет исполнить её волю, вобрать в себя силу всех своих предков и вновь возродить Чёрное королевство. Найдя подходящего потомка через пять сотен лет, богиня Смерти довольно улыбнулась. Из грез предвиденья её выдернул голос брата:

 

— Сестра, ты опять забыла о равновесии?   

 

— Ах, да, пресловутое равновесие, — скривилась она и повернулась к богу Света: — Ты прав, брат, если в мире появится маг по силе равный богам, это нарушит баланс, поэтому должен родиться тот единственный, кто сможет убить нового бога, но если он этого не сделает, тогда, брат, придуманное тобою пророчество сбудется, и да помилует великая Тьма этот мир.

 

Светлый бог лучезарно улыбнулся в ответ:

 

— Что ж, это весьма символично, так тому и быть, один из потомков моих драконов отлично справится с этой ролью. Но что послужит катализатором к началу пророчества?

 

— А это уже не твоё дело, брат, — зло выплюнула богиня.

 
Лукреций Пятый, полностью подчинив себе всё Чёрное королевство, уже через год издал указ, запрещающий темную магию под страхом смерти. Таким образом, он надеялся, что рано или поздно, укрыватели чёрного принца выдадут себя, потому что обо всех случаях использования такого рода магии, будет немедленно известно королю.

Годы шли, Золотой Мальчик давно превратился в дряхлого деда, но принц так и не был найден. Десятки великих родов были лишены магии, титула и всего имущества за то, что несмотря на запрет, тайком использовали темной магию. Такая практика сохранилась и через триста лет. Уличенных в тёмной магии строго наказывали, простолюдинов казнили, а у аристократов запечатывали магию всего рода и лишали всех привилегий. Потом на темную магию стали смотреть благосклоннее, уже стёрлась из памяти поколений причина, по которой был издан запрет на эту магию. Темных магов перестали преследовать, а ещё через некоторое время темная магия была вновь узаконена.

— Лили, постой! — кричала мне вслед Малена, расталкивая адептов, спешащих в самое святое место во всей Восточной академии, а именно в столовую.

 

Остановившись в ожидании, я уже примерно знала, о чём будет просить сокурсница. Конечно же, поменяться со мной местами на практике. Будто бы это вообще от меня зависело.

 

Пыхтя и поправляя рыжую прядь волос, Малена наконец-то добралась до моей скромной персоны.

 

— Давай поговорим? — выпалила рыжая.

 

Я с сожалением проследила, как очередь за обедом становится всё длиннее. Так и голодной остаться можно! Недолго думая, я схватила сокурсницу за локоть и потащила занимать место в хвосте очереди:

 

— Хорошо, только давай сначала получим обед, сядем и всё обсудим?

 

Малена согласно кивнула, очевидно найдя мои доводы разумными, вытащила два подноса из общей стопки и протянула мне один.

 

Наконец став счастливыми обладателями грибного супа, отварных овощей, с ягодным отваром, мы нашли свободный столик. Не успел мой поднос достигнуть поверхности стола, как подруга умоляюще сложила бровки домиком в попытке вызвать у меня жалость:

 

— Лиличка, пожалуйста, поговори с магистром, пусть он поменяет нас местами?

 

Плюхнувшись на стул, я ответила:

— Ну вот чего вам всем сдался этот белобрысый? За весь день ты уже четвертая, кто просит со мной поменяться. Я понимаю, что Камал Тридонский — бриллиантовая мечта всех девчонок в академии, но хоть какую-то каплю самоуважения надо иметь.

 

На лице собеседницы отразился ужас:

— Только не говори мне, что я опоздала и ты уже с кем-то поменялась! Я немедленно пойду и буду просить поменяться со мной!

 

Понятно, самоуважения в эту рыжую голову никто не накапал. Камал Тридонский — студент выпускного курса нашей академии, и это ещё не все его заслуги. Помимо того, что он был лучшим артефактором на своем курсе, так ещё умудрился быть, по мнению большинства адепток, «прелесть каким душкой». Но я не входила в число его обожателей, поэтому в моей системе координат определение «прелесть какой душка» и заносчивый выпускник факультета артефакторики как две параллельные вселенные, которые никогда и ни при каких обстоятельствах не пересекаются.

Магистр Си'анталь на прошлой неделе вывесил списки пар на практические занятия. Адепты второго курса шли в довесок к выпускникам боевого и артефакторного курсов, и по какой-то неведомой мне причине меня поставили в пару с Камалом. Не иначе магистр мне за что-то мстит. Вот только за что?

 

— Лили, — недовольно позвала меня Малена, подергав за рукав формы, — ты вообще меня слушаешь?

 

Пришлось вернуть всё свое внимание подруге:

 

— Хорошо, я сегодня, нет, сейчас же отправлюсь в преподавательский корпус и попрошу магистра некромантии изменить списки.

 

Удовлетворенная таким ответом Малена потеряла ко мне всякий интерес, уделив всё своё внимание содержимому тарелок.

 

Как и обещала, я после обеда направилась в сторону преподавательского корпуса, полная решимости и негодования. Сложно было сказать, чего во мне сейчас было больше, первого или второго. Мне совсем не улыбалось целый месяц отбиваться от влюбленных сокурсниц, которые бегают за мной с горящими глазами, как зомби, заладив «давай поменяемся?»

До нужного корпуса я добралась довольно быстро. Взявшись за ручку входной двери, я уже было толкнула её вперед, чтобы войти, как в это момент кто-то с другой стороны, имеющий противоположное со мной желание, а именно выйти, потянул дверь на себя. Я, не ожидавшая такого подвоха, ввалилась в здание, налетев на мужчину. Он ловко подхватил меня за талию, прижимая к каменной груди.

 

— Осторожнее, мисс, — послышался над моей макушкой приятный мужской голос.

 

Подняв голову, я увидела своего невольного спасителя. Это был молодой красивый мужчина с темными волосами, уложенными в модную прическу. Его ярко-голубые глаза смотрели на меня, а левая бровь иронично изогнулась. Дамы и господа, официально объявляю этого незнакомца почётным званием «прелесть какой душка»! Быть таким красавчиком вообще законно? Я продолжала изучать этот образец мужественной красоты в попытках найти хоть какой-то изъян.

 

— Прислать вам мой портрет для более детального изучения? — вопрос прозвучал неожиданно.

 

«А вот и изъян — излишняя самоуверенность», — подумала я про себя разочарованно. Вслух же сказала:

 

— Благодарю, не стоит утруждаться, боюсь, ваш портрет будет не слишком выгодно смотреться на стене женского туалета, потому что другого достойного применения ему я не вижу.

 

Ой зря я это сказала. Мужская рука, что держала меня за талию, резко напряглась, впечатывая в грудь, облачённую в дорогой чёрный камзол. Мужчина приблизил ко мне своё лицо и жутко спокойно произнёс:

 

— Не советую мне дерзить, мисс, я этого не люблю.

 

Говорил он ровно и спокойно, но почему-то от его голоса сделалось страшнее, чем от толпы разъярённых умиртвий.

 

Я уперлась руками в мужскую грудь в попытках оттолкнуть незнакомца.

 

— Отпустите меня немедленно! — пропыхтела я.

 

Незнакомец наконец-то разжал руки:

— Всегда пожалуйста, мисс.

 

Когда мужчина вышел, я вздохнула с облегчением. Так, зачем я сюда пришла? Ах да, магистр Си'анталь, держитесь, я по вашу душу. С самыми решительными намерениями я двинулась в глубь помещения, старательно выкидывая из головы образ мужчины, с которым мне не повезло столкнуться у входа. Интересно, кто он и что делает в нашей академии? Судя по его дорогому камзолу и чересчур надменному взгляду птица он очень высокого полёта. Неужели король всё же прислал проверяющего, которого нам обещали ещё на первом курсе? Размышляя над всем этим, я не заметила, как дошла до нужного кабинета. Табличка на двери гласила о том, что нужный мне магистр обитает именно здесь.

 

Я постучалась и тут же услышала недовольное:

 

— Ну кто там ещё?

 

Магистр, оказывается, не в духе.

 

— Да заходите уже!

 

Я робко просунула голову в щель приоткрытой двери, не решаясь зайти в кабинет полностью:

 

— Магистр, я по поводу списка на практику, — решила сразу обрисовать цель своего визита.

 

Магистр Си'анталь замахал на меня руками:

 

— Да оставьте вы меня наконец в покое! Целый день ходите и ходите! Что, тоже пришли умолять поставить вас в пару с адептом Тридонским? — рявкнул он под конец.

 

Я всё же протиснула свою тушку в кабинет, а то стоять и ругаться, когда пятая точка торчит наружу из этого самого кабинета по меньшей мере странно.

 

— Нет-нет! — торопливо заверила я. — Меня с Тридонским не надо, я бы наоборот хотела кого-то другого вместо него.

 

Магистр некромантии от моих слов даже очки ближе к глазам придвинул, разглядывая меня очень внимательно, но, очевидно не обнаружив никаких патологий, спросил:

 

— А чем вам, позвольте поинтересоваться, не угодил адепт Тридонский?

 

Я от негодования аж руками всплеснула:

 

— Да всем! Он наглый, самовлюбленный, эгоистичный. Вы бы только знали, как меня достали мои сокурсницы!

 

Си'анталь иронично хмыкнул:

 

— От чего же не представляю? Представляю, как никто другой, я же эти списки составлял.

 

Я сложила в молитвенном жесте ладони и сделать брови домиком, чтобы придать себе как можно более жалостливый вид:

 

— Прошу вас, магистр, дайте мне на практику другого партнёра!

 

Декан факультета некромантии снял очки, потер пальцами переносицу, очень тяжко вздохнул, посмотрел на меня и вздохнул опять, но на этот раз с явным желанием вызвать у меня ответное чувство жалости.

 

— Лилиана, поймите, в нашей академии очень мало адептов с чёрной магией. Наш факультет лишь пять лет назад начал принимать на обучение с таким даром. Вы же помните из уроков истории, что ещё каких-то сорок лет назад чёрная магия была под строгим запретом. Вас очень мало, понимаете? Мне не с кем больше вас поставить в пару! — уже строгим и не принимающим возражения голосом закончил Си'анталь.

 

Но я не я, если просто так сдамся. Если я из этого кабинета не выйду с новым списком, могу не сворачивая сразу же отправиться на ближайшее кладбище и тихо там схорониться, потому что меня Малена со свету сживёт.

 

— На первом курсе целых пятнадцать адептов с чёрной магией, — напомнила я.

 

Си'анталь водрузил очки обратно на нос:

 

— Первый курс? Нет, это категорически исключено!

 

— Но…

 

— Нет! И покиньте мой кабинет, юная леди! — магистр указал рукой на дверь.

 

Что мне оставалось? Я, недовольно пыхтя, вышла из кабинета. Пока я неспешно шла по коридору в обратном направлении, на меня нахлынули воспоминания.

 

Это было три года назад, когда я впервые почувствовала магию. Наш род четыре столетия назад был лишён титула, всех земель и, что самое ужасное, нашему роду запечатали магию навсегда. Из былого нам осталась только фамилия Та'иркон. Никто уже не помнит, за что был наказан наш далекий предок. Из-за фамилии многие поначалу думают, что я из аристократов, но нет, я дочь обычного торговца в небольшом городке. Когда магия проснулась, родители не могли поверить, ведь в первые за столько лет в нашей семье появился маг. Было решено отправить меня в магическую академию, но проблема была в том, что туда принимали только с восемнадцати лет, а мне было семнадцать. Родители целый год откладывали деньги, чтобы обеспечить меня всем необходимым, ведь в Восточной академии магии учились отпрыски самых знатных родов. Мы не бедствуем, но и богатыми нас не назовешь. Я очень благодарна своим родителям, они буквально отдали все свои сбережения, чтобы оплатить мою учебу.

 

Помню, как стояла в очереди, нервно теребя листы анкеты для поступающих. Стук собственного сердца мне тогда казался до неприличия громким. Когда наконец до меня дошла очередь, я на ватных ногах зашла в зал, где за большим столом сидела приёмная комиссия.

 

— Представьтесь, пожалуйста, юная леди, — сказал мне мой будущий ректор. Почтенный магистр Маркус До’ендос. Наш ректор высокий, с седой бородой и серыми глазами, носит синюю мантию, потому что он маг воды.

 

Я представилась:

 

— Лилиана Та'иркон.

 

В конце зачем-то сделала книксен.

 

Да, и в этот раз моя фамилия ввела присутствующих в заблуждение, они, как и все остальные, решили, что я из аристократов. Жаль, конечно, было их разочаровывать, но увы.

 

Потом была проверка магии. Ох, какое же меня постигло разочарование, когда выяснилось, что магия у меня чёрная. Уровень, конечно, средненький, но и этого было достаточно для поступления. Честное слово, мне хотелось плюхнуться посреди зала и разрыдаться в голос от такой несправедливости. Чёрная магия очень редкая и мало где применимая. Я так мечтала, что смогу управлять погодой или лечить больных людей, быть востребованным магом. А что в итоге? Я могу насылать смертельные проклятия, что строго запрещено законом; распознавать их; могу поднимать мёртвых и узнавать у них нужную информацию, но это можно делать, только если ты служишь дознавателем. С такими навыками мне прямая дорога в законники, но я этого не хочу, это не моё. При одной только мысли о восставших мертвецах мне становится дурно. Есть ещё вариант — стать артефактором, но для этого уровень силы должен быть выше среднего, чем я, увы, похвастаться не могу.

 

Артефакты, созданные чёрным магом, могут защищать от проклятий, ментальных воздействий и ядов всех видов, с помощью одного чёрного артефакта можно на несколько минут поднять целое кладбище мертвецов, всё зависит от накопленной магии. Но такие артефакты в большинстве случаев одноразовые. Но самое потрясающее, на мой взгляд, это то, что чёрный маг способен перемещаться в пространстве через теневой мир. Это как телепортация, только без специальных станций и артефактов. Но, увы, на это способны не все чёрные маги, а только самые сильные. Для меня это недостижимая мечта. Чёрных магов очень мало, на тысячу светлых приходится один чёрный, а уж тех, кто имеет уровень силы как у того же Камала Тридонского, вообще один на миллион. Он обладает чёрной магией седьмого уровня и может создавать артефакты. Ему уже сейчас подготовлено место главного чёрного мага в королевском дворце. А его артефакты стоят очень дорого, потому как заряда хватает на несколько применений, что само по себе просто невероятно. Да, Тридонский очень сильный и перспективный маг, не то что я.

Вспоминая обо всём этом, я дошла до выхода из преподавательского корпуса. Кинула на большое зеркало, висящее в холле, мимолетный взгляд. В зеркале отразилась миловидная девушка среднего роста в черной форме академии, темные волосы, спускающиеся чуть ниже плеч, были собраны на затылке в хвост, а карие глаза смотрели открыто и чуть насмешливо.

 

Не успела я переступить порог аудитории, как нам объявили, что занятие отменяется, всех ждут в большом зале на общее собрание. Мы, как испуганные лани, поскакали дружным табуном в зал. Я окинула взглядом собравшуюся толпу адептов. Академическая форма разных цветов создавала впечатление разлитых детских красок.

 

Вон там — синяя и голубая, это воздушники и водники, в белой ходят те, кто управляет холодом, огневики носят оранжевую форму, будущие целители — темно-красную. Говорят, чтобы кровь было не видно. Земельники носят зеленую, артефакторы облачены в фиолетовую, все, кроме Камала Тридонского, он, как и я, должен был носить чёрную форму, что очень сильно выделяет нас среди однокурсников. На выпускном пятом курсе он единственный, у кого была чёрная магия. На третьем и четвертом курсах обладателей чёрной магии не было вообще. А вот на моём курсе нас было трое. Курт Суман, сын фермера; Лотериан Ка'арский, наследник богатых аристократов, и я, дочь мелкого торговца. Больше всех повезло первому курсу: набрали целых пятнадцать чёрных магов. Я слышала, что в этом году брали всех, у кого чёрная магия дошла хотя бы до третьего уровня. Всего уровней магии десять. У меня пятый уровень, у Тридонского седьмой, что очень редко для чёрных магов. У магистра нашего факультета шестой уровень.

 

Десятого уровня нет практически ни у кого, даже у светлых магов. Ходят слухи, что девятый, а то и десятый уровень у самого герцога Дейна Ка'арлена. Но он из драконов, а у них всегда магия была высшего уровня. Ещё говорят, что ему подвластны все направления светлой магии.

 

— Подвинься! — кто-то нагло пихнул меня локтем, выкидывая из раздумий. Весь мой курс уже собрался.

 

Я, как и два других чёрных мага, ходила на пары с целителями, потому что у нас много общих предметов. Кто бы мог подумать: некромантия неразрывно связана с целительством.

 

— Дорогие адепты, — пронесся по залу усиленный магией голос пожилого ректора, — у меня для вас очень важное объявление. Я ухожу в отставку.

 

Секунда тишины, слушатели переваривали информацию, которая очень быстро дошла до их мозга, но видимо не сразу прижилась, вызвав секундное замешательство. Когда слова ректора наконец поняли, зал взорвался удивлёнными возгласами и вопросами. Магистр До’ендос замахал руками, призывая нас к тишине:

 

— Успокойтесь, пожалуйста, и дайте мне закончить свою речь.

 

Вновь воцарилась тишина, а ректор продолжил:

 

— Ещё в начале учебного года я подал прошение об отставке самому королю, но, к сожалению, мне не могли найти достойную замену, и по личной просьбе его величества я терпеливо ждал достойного кандидата. Дорогие адепты, вам несказанно повезло, ведь новым ректором нашей академии согласился стать по истине выдающийся маг — герцог Дейн Ка’арлен!

 

По залу прокатилось удивленное:

 

— Не может быть!

 

Это действительно что-то невероятное, второй человек в стране после короля согласился быть ректором? Интересно, как долго его упрашивали? Все знают, что герцог — лучший друг короля, наверняка это наш монарх его попросил, ну или приказал. На небольшой помост к ректору поднялся тот самый тип, с которым я сегодня чуть лбами не столкнулась. Ой, мамочки, я сказала герцогу, что его портрет можно только в туалете вешать? Какая же я дура. Но, с другой стороны, откуда мне было знать, кто он такой? Я его видела впервые в жизни. Ох, надеюсь, он не злопамятный.

 

Тем временем наш новый ректор оглядел толпу студентов равнодушным взглядом голубых глаз и поприветствовал нас:

 

— Я рад, что смогу быть полезным для нового поколения магов. Также спешу вам сообщить, что в академии вводится новый предмет, на котором вы будете изучать другие расы, и вести его буду я.

 

Я не ослышалась, мы будем изучать другие расы? Интересно, зачем оно нам надо? Конечно, кроме людей и драконов в нашем мире есть и гномы, и эльфы, и фейри и ещё много всяких рас, но мы с ними не имеем никаких дел. Королевство людей живет обособлено. Очень редко кому из людей удавалось видеть представителей других рас. Всё это очень странно. Ка'арлен закончил свою речь и гордо удалился с помоста с таким видом, будто мы все уже сидим у него в печёнках.

 

Нас всех разогнали по комнатам, сказав, что на сегодня больше занятий не будет. Если честно, мне даже немного грустно от того, что наш старый ректор уходит. Конечно, за последнее время академия начала приходить в упадок. В столовой еда стала хуже и проще, но мы уже привыкли. Мы даже привыкли к тому, что сами стали стирать постельное бельё, потому что чистое либо забывали выдать, либо выдавали редко. Стипендию стали задерживать всё чаще. Но несмотря на всё это, мы любили доброго старичка До'ендоса, он всегда был к нам добр. Не помню, чтобы кого-то серьёзно наказывали или уж тем более отчисляли. А этот новый ректор чужой и непонятный, ещё и герцог. А герцоги злые и надменные, совершенно равнодушные к проблемам простых студентов, особенно если это простолюдины. Не то чтобы я водила знакомство с герцогами, чтобы утверждать наверняка, но, судя по Ка’арлену, я не далека от истины. За ужином Малена села ко мне за столик и с горящими глазами, как у настоящего маньяка, спросила: 

 

— Ну что, магистр согласился поменять нас?

 

Я совсем забыла об этом. Я виновато посмотрела на подругу:

 

— Понимаешь, тут такое дело... — начала я, и она сразу сникла, — магистр не может поставить меня с кем-то другим, у кого нет чёрной магии.

 

Подруга молча смотрела в свою тарелку, вяло ковыряя в ней вилкой. Мне стало её жаль, поэтому я попыталась сгладить ситуацию:

 

— Мален, ну не расстраивайся ты так. Хочешь, я тебе помогу привлечь внимание Камала?

 

Рыжая подняла на меня зажигающийся радостью взгляд зеленых глаз:

 

— А ты сможешь?

 

— Пфф, конечно!

 

Матерь, зачем я это сказала? Я же понятия не имею, как это сделать! Вокруг блондина постоянно трутся толпы влюбленных девушек. Но мне так хотелось утешить подругу, что я соврала, ещё не зная, в какую авантюру ввязалась.

 

Закончив ужинать, мы с подругой решили сходить в библиотеку, чтобы написать реферат для магистра Хельгары, преподавательницы по зельеваренью. Она очень строгая и требовательная, хотя мне кажется, что она просто ненавидит свою работу. Размышляя над всем этим, я обо что-то запнулась и полетела вперед, выронив из рук тарелку с недоеденным горошком. В голове промелькнула мысль, что встреча лица и пола будет весьма болезненной. Но этой встрече не суждено было состояться. Чьи-то сильные руки поймали меня, не дав позорно стукнуться об пол. Приподняв взгляд, я сначала не поняла, что это, а потом как поняла. Моё лицо, обхваченное мужскими ладонями, находилось на уровне чужого паха, и чуть ли не упиралось носом в ширинку. Я тут же представила, как это выглядит со стороны, и поспешила принять вертикальное положение. Спасителем оказался новый ректор академии, саркастически хмыкнув, он заявил:

 

— Ну что вы, мисс, не стоит так радикально выражать мне своё почтение, — затем нагло ухмыльнувшись, добавил: —  или хотя бы не при всех. 

 

Те, кто услышал его слова, залились веселым смехом. Всё-таки, значит, он обиделся на мои слова про портрет в туалете и решил такими непристойными шутками на мне отыграться. Вот, ей-богу, лучше бы дал упасть и стукнуться хорошенько об пол, может быть, тогда я стала бы следить за своим языком.

 

Я гордо вскинула подбородок и произнесла с достоинством:

 

— Благодарю, что не дали мне упасть.

 

Он смотрел на меня своими невероятно красивыми глазами цвета чистого неба, и лицо его больше не выражало никаких эмоций. А где злорадство от произведенного эффекта? Вместо того, чтобы наслаждаться свершённой местью, он стоит и строго так на меня взирает.

 

— Впредь будьте аккуратнее и смотрите под ноги.

 

Затем мужчина выковырял зелёную горошину, застрявшую в петлице его чёрного камзола и протянул её мне:

 

— Это, кажется, ваше?

 

Я приняла горошину, и, держа её как величайшую драгоценность двумя пальцами, спросила:

 

— Я могу идти?

 

— Уберите за собой бардак и можете быть свободны.

 

— Но ведь домовики… — начала было я, но меня жестко оборвали:

 

— Теперь студенты будут сами за собой убирать!

 

Вы не подумайте, я не лентяйка какая-нибудь, просто домовики академии — это такие бытовые духи, они очень сильно злятся и обижаются, если студенты начинают сами наводить порядок, даже если являются виновниками причинённого беспорядка. Поэтому мы все давно привыкли, что если что-то пролилось или рассыпалось, это тут же уберут бытовые духи. Хотя странно, разбитая тарелка и рассыпанный горошек уже должны были быть убраны домовиками, но сейчас всё валялось. Неужели ректор уже начал наводить свои порядки?

 

Как только он ушёл, рядом раздалось восторженное:

 

— Какой же он невероятный!

 

Я обернулась, чтобы посмотреть, кто там восторгается этим недостойным драконом? Позади меня, чуть в стороне, стояла Малена и буравила влюбленным взглядом удаляющуюся мужскую спину.

 

— А как же Камал? Или всё, больше он не твоя мечта? — не выдержав, съязвила я.

 

Подруга недовольно махнула на меня рукой:

 

— Не говори ерунды. Герцог — это как картина в музее, любоваться можно, а трогать нельзя, а блондинчик, он вот он, только протяни руку.

 

Я присела, чтобы собрать осколки разбитой посуды:

 

— Если всё так просто, как ты говоришь, то почему же вы ещё не вместе?

 

— Ой, много ты понимаешь, Лили, у тебя-то с твоим Ричардом чем всё закончилось?

 

Сказав это, рыжая тоже присела рядом и начала мне помогать быстрее всё собрать. Я ничего ей не ответила, она была права. С Ричем мы начали встречаться полтора года назад. Он маг земли со второго курса, я некромантка с первого. Он красиво ухаживал, помогал с учёбой, мы проводили вместе много времени. Я была по-настоящему счастлива. С ним я впервые поцеловалась. Но ему всего этого было мало, он сначала намёками, а потом уже прямым текстом начал говорить, что пора бы уже перейти от поцелуев к более активным действиям. Но я к такому просто не готова. Месяц назад, не добившись своего, он меня бросил со словами:

 

— Пора бы уже повзрослеть, Лилиана, и начать получать от жизни удовольствие.

 

Может быть, он и прав, но он не тот человек, с которым мне хотелось бы познать прелести взрослой жизни.

 

***В библиотеке мы просидели до поздней ночи в поисках информации, какие ингредиенты входят в состав приворотного зелья. Мы просмотрели все книги и брошюры, в которых хотя бы вскользь упоминались какие-нибудь зелья, и ничего. Я откинула очередную книгу и устало потёрла глаза.

 

— Напомни мне, — обратилась я к Малене, и та подняла на меня взгляд, — а к какой классификации относится зелье приворота?

 

Подруга на секунду задумалась, покусала кончик самописной ручки и неуверенно ответила:

 

— К контролирующим?

 

Я согласно кивнула:

 

— Понимаешь, что это значит?

 

— Контролирующие заклинания запрещены, и вся информация находится в закрытой секции, — ахнула рыжая.

 

От осознания того, какую подлянку нам подкинула магистр Хельгара, подруга возмущенно отшвырнула от себя книгу. Гневно поднялась на ноги и начала собирать письменные принадлежности в сумку. Я немного опешила от такой реакции, неужели она вот так просто сдастся? Хельгара специально дала нам такое задание, она знала, что у нас нет допуска в закрытую секцию.

 

— Малена, подожди, ты что хочешь уйти?

 

Она плюхнулась обратно на стул, и я заметила, что глаза подруги наполнились слезами. Стоит отметить, что Малена Стордж, несмотря на всю свою огненность, была натурой эмоциональной и очень ранимой. Я знаю, как для неё важна учёба в академии. В отличие от моего, её дар проснулся в раннем детстве. Она рассказывала, что когда ей было примерно пять лет, они с мамой сидели возле камина и ждали отца с работы. Он у неё мелкий служащий в администрации города. Мама что-то вязала, а маленькая Малена любовалась языками пламени, не удержавшись, она протянула руку, чтобы погладить огонь. Мама, в ужасе вскрикнув, кинулась к дочери, но та взяла в руки пламя и начала гладить, как котёнка. Огонь не причинил вреда малышке, тогда-то и выяснилось, что единственная дочь четы Стордж — маг огня.

 

Радости её родителей не было придела. Отец был так горд за свою малышку, что твёрдо решил, что она будет учиться в самой престижной академии восточного округа. Родители Малены, как и мои, копили деньги на учёбу дочери. Вот только мелкий служащий куда беднее даже простого торговца. Чтобы скопить необходимую сумму для оплаты пяти лет в академии и обеспечить всем необходимым свою дочь, ему пришлось найти вторую работу. Отец Малены подорвал своё здоровье на тяжелых подработках ради будущего любимой дочери. А из-за того, что мы не сдадим реферат по зельеваренью, мы не будем допущены до экзаменов, и нас могут отчислить. Вот только мой папа сможет наскрести на оплату штрафа, — в академии была такая практика: если студента отчислили первый раз по неуспеваемости, можно было оплатить штраф, и его допускали к третьей попытке пересдачи, а не отчисляли после второй неудачи, — а вот отец подруги таких денег не имел.

 

Подбородок Малены задрожал, она с трудом сдерживала рыдания. Мне стало её безумно жаль. Она ведь хорошо учится, старается, а из-за одной не самой приятной личности все её старания могут пойти дракону под хвост. Вот разве это справедливо? Самое ужасное, что я прекрасно осознавала тот факт, что это из-за меня у магистра такое отношение к нам с подругой. Хельгара была дочерью «Чёрных преследователей» — так называли тех, кто сорок лет назад выслеживал и ловил чёрных магов. «Преследователи» даже имели право убить чёрного мага, если тот оказывал сопротивление. Сейчас уже нет запрета на чёрных магов и даже начали их обучение в академиях страны. Но ещё много тех, кто впитал с молоком матери лютую ненависть к чёрной магии. Магистр Хельгара как раз из таких. Ещё на первом уроке по зельеварению она в подробностях рассказала мне, какое я презренное создание и как я отравляю чистый воздух академии своим зловонным дыханием. Малена тогда не выдержала и попыталась меня защитить, сказав, что магистр не права. Хельгара промолчала, но отметку у себя в голове сделала, какую именно — Матерь его знает.

 

Но с тех пор к нам с подругой было особое отношение и, увы, не доброе. Хуже того, влияющее на наше обучение самым неблагоприятным образом, особенно в зельеварении. В академии все знали об отношение Хельгары к адептам с чёрным даром, но никто открыто не осуждал. Никому не хотелось навлечь на себя гнев этой женщины, которая к тому же отлично знала своё дело. Обидишь её и просидишь в туалете денёк-другой в размышлениях. То ли это в столовой что-то не то съел, то ли это последствия обиды Хельгары.

 

— Лили, за что она так с нами, а? — всхлипнула Малена. — Она ведь прекрасно знала, что мы не сможем написать этот реферат.

 

— Может сходить к ректору, пожаловаться на неё? — предложила я.

 

Подруга совсем не по-светски шмыгнула носом и спросила:

 

— А к которому? К старому или новому?

 

Вспомнив про нового ректора, моё желание идти жаловаться упало куда-то на уровень плинтуса. Нет уж, больше с этим драконом я сталкиваться не хочу. Меня вдруг осенило, в порыве радости я потрясла подругу за плечо.

 

— Я придумала!

 

— Что придумала? Как мне быстрее собрать вещи и уехать домой? — мрачно пошутила Малена.

 

Я решительно поднялась со стула:

 

— Я придумала, как нам написать реферат!

 

Рыжая посмотрела на меня с очень большим сомнением:

 

— Ты ведь знаешь, что доступ в закрытую секцию нам дадут только на пятом курсе и то под руководством смотрителя библиотеки?

 

Но я ничего не ответила, решительно зашагав в сторону выхода. Мой план был гениален и прост. Сейчас ночь, все спят и смотритель тоже наверняка спит. Я проберусь в его комнату, одолжу на время ключ, мы быстренько перепишем нужную информацию, потом я также тихо верну ключ на место. Никто ничего не узнает!

 

— Лили, ты куда? — подруга хотела направиться за мной.

 

— Останься, пожалуйста, здесь и присмотри за вещами, а я скоро вернусь.

 

Малена плюхнулась обратно на стул:

 

— Как скажешь, только недолго.

 

Хорошо, что сейчас ещё осень и на улице ночью не сильно холодно. Я быстрыми и решительными шагами направилась в преподавательский корпус. Главное — никого не встретить по дороге к намеченной цели. Иначе вряд ли я смогу объяснить, что мне понадобилось ночью в преподавательском корпусе. Хорошо, что я знала, где находится комната главного библиотекаря. Ещё на первом курсе я отрабатывала наказание. Между прочим, полученное незаслуженно. Но сейчас не об этом. Так вот, в качестве наказания меня заставили записывать все старые книги в новую картотеку. Скукотища смертная. Засиживалась я тогда в библиотеке до поздней ночи, а утром перед занятиями неслась со всех ног к смотрителю библиотеки, чтобы вернуть ключи.

 

Стараясь издавать минимум шума, я аккуратно открыла входную дверь преподавательского корпуса. Просунула голову внутрь, чтобы оценить обстановку. Обстановка пугала темнотой и неизвестностью. Поняв, что никого нет, протиснулась внутрь. Тихонько на цыпочках прокралась к лестнице. Мне нужно попасть на третий этаж. Чтобы дойти до нужной лестницы, надо пройти по коридору второго этажа. Шаг за шагом я кралась по этажу, сливаясь со стеной. Мимикрия не входит в число моих талантов, но работаем с тем, что есть. Вдруг где-то совсем рядом раздалось очень жалобное и истиричное «ууууу». Мамочки, что это сейчас было? Я замерла на месте, вглядываясь туда, откуда, по моему мнению, донеслось это зловещее «уууу», но никого не увидела. Может, мне послышалось? В тот момент, когда я сама с собой уже договорилась насчет того, что это было просто моё воображение, неизвестное чудовище взвыло опять. От его завывания кровь стыла в жилах. Если кто-то издает такие звуки, то ему, скорее всего, очень плохо, как морально, так и физически. Нет, это точно не игра моего воображения.

 

Я сделала нерешительный шаг в том направлении, откуда завывали. От больших окон падал ночной свет, но его было достаточно лишь для того, чтобы различить очертания коридора и ковровой дорожки. И тут я увидела её, нет ЕЁ! Призрачная фигура в белом металась туда-сюда по коридору, сверкая гладкой лысиной. Думаете, мне стало страшно? Как бы не так! Я была просто в диком ужасе. Впервые в жизни я, чёрный маг, будущий некромант, столкнулась с представителем загробного мира. Будто бы мне без этого плохо жилось на свете. Передо мной был призрак. Так, что нам рассказывали о призраках? Их нужно развоплотить, чтобы они не накапливали энергию живого мира. Это всё, конечно, замечательно, но только призывать и отзывать души из загробного мира мы будем на третьем курсе.

 

Призрачная фигура схватилась за свою лысую голову. Пошарила руками в поисках чего-то важного. Не нашла и впала в истерику. Мне стало искренне жаль эту несчастную сущность. Хотя странно, почему оно лысое? Нам про отсутствие волос у призраков ничего не говорили. Я сделала ещё пару шагов к беснующейся сущности и постаралась говорить так, чтобы скрыть свой ужас:

 

– Э… Добрый вечер! Меня зовут Лили. Я могу вам чем-то помочь?

 

Призрак резко замер, повернулся ко мне и сказал. Вернее завыл:

 

– Уууууу!

 

Я снова попыталась наладить контакт:

 

– Вы, наверное, хотите попасть в загробный мир?

 

– Уууууу!

 

Вот заладила-то!

 

– Не волнуйтесь, пожалуйста, я позову кого-нибудь, кто сможет вас развоплотить.

 

– Ыыыы! – поменяла тональность сущность.

 

Ну, хоть что-то новенькое. Только всё ещё не понятно, чего хочет это лысое недоразумение?

 

– Меня зовут Лили, – зачем-то вновь представилась я.

 

– Дура! – вдруг сказал призрак женским визгливым голосом.

 

– О, вы умеете разговаривать? – удивилась я.

 

– Идиотка!

 

А вот сейчас стало обидно. Фигура метнулась ко мне с такой прытью, что я не успела толком среагировать и меня практически припечатали спиной к стене между окнами. Злобный призрак угрожающе ткнул в мою сторону наманикюренным ногтем.

 

– Что ты тут вынюхиваешь?! Это твои проделки, признавайся?! Пришла полюбоваться, позлорадствовать?!

 

Ко мне медленно, но верно начало приходить чувство узнавания:

 

– Магистр Хельгара? – выдохнула я, не до конца уверенная, что верно определила магистра в лысом существе.

Значит, это не призрак, какое облегчение. Из-за того, что в коридоре довольно темно, а на Хельгаре была надета длинная белая сорочка, я приняла её за представителя загробного мира.

 

Она сверлила меня злым взглядом, угрожающе уткнув свой палец мне в грудь.

 

— Признавайся, гадина, что ты со мной сделала? — спросила она.

 

Мне причудилось, или в голосе этой женщины послышалось отчаяние и истерика? Я активно замотала головой в знак категорического отрицания моей причастности к лишению волос магистра. У неё даже бровей и ресниц не было.

 

Хельгара отступила от меня на шаг. Затем спрятала безбровое лицо в ладонях и разрыдалась.

 

Я так же стояла молча, абсолютно не понимая, что происходит? Почему магистр зельеварения лысая? И при чём тут вообще я? Я неловко переминалась с ноги на ногу, не решаясь что-то сказать или сделать. Что-то было в Хельгаре не так. Конечно, полное отсутствие волос — это уже само по себе солидное «не так». Но что-то исходило от её ауры. Что-то неуловимо знакомое. Даже родное, если хотите.

 

Переключившись на магическое зрение, как нас учили на первом курсе, я поняла, в чём дело. Магистра прокляли, причем весьма серьезно. Не знаю, что это за проклятье, но я отчетливо видела, как уродливые, чёрные щупальца вплетаются в жизненную ауру женщины. Проклятье однозначно наложил чёрный маг, и уровень его дара очень высок. Наложить столь сильное, смертельное проклятье не каждый сможет.

 

Интересно, Хельгара знает о том, что жить ей осталось недолго?

 

— Магистр, — тихо позвала я.

 

Но мне никто не ответил. Меня попросту игнорировали. Но я всё же продолжила:

 

— Кто же вас так?

 

Всхлипы резко прекратились. Хельгара медленно подняла на меня опухшие от слёз глаза.

 

— Ты что, ещё и издеваешься надо мной?! — прошипела она. — Мало того, что ты мне что-то подмешала в зелье для роста волос и лишила меня их, так ты ещё и прикидываешься будто ни при чём?!

 

— Но я правда ни при чём. Да и бес с ними, с волосами. Отрастить новые не проблема. Магистр, я говорю о смертельном проклятии. Вы прокляты.

 

Уж не знаю, какие именно мои слова возымели такой эффект, но Хельгара мгновенно стала серьезной и вполне нормальным, даже адекватным голосом спросила:

 

— Ты в этом уверена?

 

Я даже немного растерялась от такого резкого перехода от стадии истерики до адекватного человека.

 

— Да, я в этом уверена, — твёрдо заявила я.

 

Схватив за локоть цепкими пальцами, магистр зельеварения потащила меня за собой со словами:

 

— Так, быстро идём в мои покои!

 

В покои говорите? Ну, собственно, почему бы и не сходить туда, куда тебя волокут за руку с такой силой, не особенно интересуясь твоим мнением по этому поводу. В голове только мелькнула мысль о несчастной Малене, которая ждёт меня в библиотеке.

 

Втащив меня в свои владения, Хельгара захлопнула дверь, отрубая меня от внешнего мира.

 

Магистр не стала ходить вокруг да около, потребовав:

 

— Покажи мне!

 

— Что показать?

 

— Проклятье покажи, дура! — крикнула на меня Хельгара.

 

Кажется, она спятила. Видимо выпавшие волосы росли прямо из коры головного мозга, и часть этого органа была безвозвратно утрачена вместе с волосяными луковицами, лишив несчастную женщину остатков рассудка.

 

Хельгара, очевидно, догадалась о моём полном непонимании её просьбы, поэтому, закатив глаза, цокнула:

 

— Отзеркаль мою ауру и покажи то, что увидела, — наконец соизволила она хоть как-то объяснить свою просьбу.

 

— Но я не умею, — пожала я плечами.

 

Магистр бесцеремонно оттолкнула меня со своего пути и подошла к столу. Взяв чистый листок бумаги и самописное перо, она что-то начала чертить. Закончив своё творение, придирчиво оглядела, поправила в одном месте и протянула листок мне:

 

— Надеюсь, хотя бы читать заклинания ты умеешь?

 

Я нерешительно сделала несколько шагов к магистру, взяла листок бумаги из её рук и пробежалась взглядом по аккуратно нарисованным символам. При всей моей нелюбви к Хельгаре не могу не признать, что заклинания она пишет очень красиво. Так ровно и плавно. Изучив заклинание достаточно, чтобы понять принцип действия, я отдала листок обратно со словами:

 

— Я готова, магистр.

 

Хельгара положила листок на стол и вытянулась передо мной, прикрыв свои веки без ресниц.

 

Сосредоточившись на своей магии, я произнесла заклинание и переключилась на магическое зрение. Чёрные щупальца всё так же обвивали ауру магистра. Через мгновение рядом с вытянувшейся лысой женщиной в белой ночной сорочке соткалась из воздуха точная копия её ауры. Когда всё было готово, я тихо сказала:

 

— Можете открывать глаза.

 

Хельгара распахнула веки. Затем медленно повернула голову вправо, устремив свой взгляд туда, где была копия её ауры.

Лицо женщины побледнело так сильно, что теперь она окончательно стала похожа на призрака. Очевидно, она сразу поняла, что это за проклятие, раз увиденное привело её в такой ужас. А то, что магистр зельеварения пребывала в ужасе, видно невооруженным взглядом.

 

Быстро взяв себя в руки, Хельгара попросила, вернее даже требовательно приказала:

 

— Сними с меня это проклятье. Ты же чёрный маг, это твоя специализация.

 

Ну хоть перестала меня обвинять в том, что это я во всём виновата.

 

— Простите, магистр, но тот, кто проклял вас, намного сильнее меня. Вам нужно обратиться к более опытному чёрному магу.

 

Тут Хельгара сделала то, что от неё я ожидала меньше всего. Метнувшись в мою сторону, она обхватила мои плечи руками, до боли сжав их стальными пальцами. Тряхнув, как куклу, магистр уставилась на меня немигающим взглядом:

 

— Я не хочу умирать, понимаешь?! Только не так! Ты должна что-то придумать, немедленно! — начала она орать мне в лицо.

 

Я предприняла ещё одну безуспешную попытку донести до женщины, которая видимо решила раздавить мои несчастные плечи, что я не смогу ей помочь:

 

— Магистр, пожалуйста, послушайте меня. Вам нужно завтра же обратиться к опытному магу. Моего уровня не хватит, чтобы помочь вам.

 

— Завтра?! — истерично рассмеялась Хельгара, опять начав меня трясти. — Да ты хоть понимаешь своими куриными мозгами, что это за проклятье?!

 

Наконец перестав терзать ногтями мои плечи, магистр разжала руки. На трясущихся ногах она подошла к одному из двух кресел, стоявших у камина, и рухнула туда.

 

— Сядь, — указала она на второе кресло.

 

Спорить я не стала, да и какой смысл. Когда я опустилась в кресло, Хельгара начала говорить:

 

— Я знаю, кто наложил это проклятье. Вернее догадываюсь. Теперь по крайней мере я уверена, что вот это, — она покрутила рукой, вокруг своей лысой головы, — не твоих рук дело.

 

Мне было ужасно непривычно от того, что магистр зельеварения разговаривает со мной нормально, по-человечески. Без презрительно поджатых губ и такого взгляда, будто я не человек, а что-то прилипшее к её подошве. Но я молчала, давая ей возможность высказаться.

 

— Выпадение волос — это один из признаков проклятья, — продолжила Хельгара. — Мои родители научили меня определять виды. То, что сейчас на мне — «Поцелуй матери», названный в честь богини смерти. Проклятый человек практически до последнего момента не будет знать, что он проклят. Но вот когда выпадут все волосы на теле, это означает только одно — счёт уже пошёл на часы. Я не знаю, сколько мне осталось. Может, я не успею закончить свой монолог, а может проживу ещё пару-тройку часов, но ясно как день, что у меня не будет никакого завтра!

 

— Я не могу вам ничем помочь, — очень тихо сказала я.

 

Оказывается, тяжело сообщать человеку, что не можешь спасти ему жизнь, когда он стоит у самого порога загробного мира. Даже если это ненавистная Хельгара.

 

— Может быть, я сбегаю за помощью? — предложила я, уже готовая сорваться с места.

 

— Нет! — резко осадила меня магистр. — Никто не должен знать, иначе у меня будут проблемы гораздо хуже этого проклятья.

 

Я опять замолчала, лихорадочно думая, что можно сделать в этой ситуации. Совершенно точно, что снять это проклятье я не могу. Хотя бы потому, что не знаю, как это сделать.

 

— Магистр, может быть, в библиотеке есть информация, как снять с вас «поцелуй матери?»

 

В глазах женщины зажглась искра надежды, но тут же погасла:

 

— Нет, информацию по таким проклятьям не станут держать в академии. Даже в закрытой секции. Но я знаю, у кого есть эта информация.

 

Хельгара воодушевлённо поднялась с кресла и снова подошла к письменному столу. Взяла новый листок бумаги и начала опять что-то чертить.

 

Я продолжала сидеть в кресле, рассматривая интерьер. Покои магистра зельеварения по сравнению с моей комнатой в общежитии выглядели по-королевски. Просторный кабинет умещал в себя письменный стол с креслом, камин, возле которого стояли ещё два кресла. Большой пушистый ковёр на полу. Книжные шкафы отлично вписывались в интерьер. Также имелись две двери. Скорее всего, они вели в спальню и ванную комнату.

 

— Вот, сможешь сделать?

 

Пока я разглядывала жилище Хельгары, она успела начертить заклинание и протягивала мне листок бумаги с готовым результатом. Я взяла его. Заклинание было для меня таким же новым, как и отзеркаливание чужой ауры. Оторвавшись от изучения символов, я подняла на магистра взгляд:

 

— Что делает это заклинание?

 

— Ничего особенного, просто немного изменённый блокиратор.

 

Я с сомнением ещё раз посмотрела на бумажку в своих руках. Что-то меня смущало в этом заклинании, но я не могла понять что. Решив изучить символы более тщательно, я впилась в них взглядом, как голодный вампир в кожу молодой девицы. И меня наконец осенило. Вновь подняв на Хельгару глаза, я спросила:

 

— Это перекрёстное заклинание?

 

Перекрёстными называли те заклинания, которое творилось с применением чёрной и светлой магии. Мы совсем недавно по истории это проходили. Таких заклинаний никто не делал уже больше тысячи лет.

 

— А ты не так глупа, как я думала, — одобрительно хмыкнула женщина.

 

Матерь, она что меня сейчас попыталась похвалить? Отняв бумажку с заклинанием, она швырнула её на соседнее кресло.

 

— Это заклинание блокирует проклятье на пару дней.

 

— А что потом? — спросила я.

 

— Потом его нужно будет повторить, — пожала плечами Хельгара.

 

Я кивнула, соглашаясь:

 

— Хорошо, магистр, я помогу вам. Более того, я даже клянусь, что никто не узнает о вашем проклятии. Но у меня есть одно условие.

 

— Что ж, с твоей стороны вполне логично что-то попросить взамен. Чего же ты хочешь? Денег? Может, зачет на отлично по зельеварению?

 

— Нет, магистр, вы дадите мне свой доступ в закрытую секцию библиотеки.

 

И снова Хельгара посмотрела на меня почти одобрительно:

 

— А ты умеешь извлекать выгоду.

 

Конечно, я могла бы потребовать зачёт для себя и Малены, но свободный доступ в запретную секцию академической библиотеки даёт куда больше возможностей для меня. Ведь именно там хранятся все книги по чёрной магии, которые не были одобрены для обучения. Я просто до ломоты в теле хотела знать, какие тайные знания скрыты в тех книгах. Может быть, я смогу приблизиться к своей мечте и хоть что-то узнать о перемещении тенями. Хельгаре же я ответила:

 

— Да, магистр, это единственное, что я у вас прошу.

 

Кивнув в знак согласия, она приблизилась ко мне, коснулась рукой моего лба и прочитала какое-то заклинание. Затем, отступив на шаг, сказала:

 

— Я поделилась с тобой своим правом магистра, ты довольна?

 

Сказать, что я была ошарашена, это вообще промолчать. Право магистра — это как ключ от всех потайных дверей в академии. Обладающие правом магистра имеют доступ туда, куда нет хода ни одному студенту, и это касается не только библиотеки. Да, я натурально в шоке сейчас. Хельгара нарушила самый строгий запрет для всех магистров этой академии. Она поделилась своим правом с адептом.

 

— Теперь твой ход, Та’иркон, — потребовала Хельгара.

 

Перекрёстное заклинание оказалось очень сложным и энергозатратным. Всё же мой уровень магии довольно низкий. Меня сильно затошнило, а в голове зашумело. Как бы я не сдерживалась, меня всё-таки вырвало. Я беззастенчиво блевала прямо на красивый пушистый ковёр. На одну долю секунды меня посетила радостная мысль, что домовики всё уберут. Но мысль погасла так же быстро, как появилась. На её место пришли мысли о новом ректоре. Наверняка он уволил всех домовиков, гад. Чтобы ему прям сейчас икалось. Разбудило бы и икалось. Хельгара молча наблюдала за тем, как меня выворачивает. А мне было очень стыдно. Вздохнув о чем-то, магистр вновь направилась к столу, чтобы начертить новое заклинание. Отдав его мне, она сказала:

 

— На вот, пользуйся.

 

Очередным заклинанием от Хельгары оказался коротковременный портал в бездну.

 

— Откуда вы знаете столько заклинаний чёрной магии? — удивлённо спросила я.

 

— Не забывай, кем были мои родители, — ответили мне.

 

Чёрные преследователи, такое не забывается. Истребители чёрных магов. Когда я прочитала новое заклинание, прямо под испачканым мною ковром открылся чёрный портал, куда тут же провалился несчастный ковёр, и портал тут же схлопнулся. Надо же, какое полезное заклинание, а главное — удобное.

 

В библиотеку к Малене я возвращалась довольно медленно. Всё же перекрёстное заклинание сильно истощило меня, а восстановить резерв было нечем. Обычно еда неплохо в этом помогает. Мне как чёрному магу лучше всего подходят мясные блюда. Но где ж я ночью мясо найду?

 

Малена тихо спала, положив руки на стол и уронив на них свою голову.

Я не стала будить подругу. Тихо прокралась к закрытой секции. Сильное волнение охватило меня прямо перед самой дверью. Сердце учащённо забилось, а ладони вспотели. Я воровато оглянулась, чтобы убедиться, что моё несанкционированное проникновение в запретное место никто не видит. Малена по-прежнему спала. Сделав глубокий вдох, я схватилась за ручку двери. На секунду зажмурилась, в страхе ожидая, что сейчас завоет магическая сигналка. Но всё было тихо. Я до последнего не верила в то, что Хельгара пошла на такой риск и нарушила правила академии. Если бы она меня обманула и я схватилась бы за эту ручку без права или специального ключа, дела мои были бы весьма плачевны. Но какое же облегчение я испытала от того, что всё обошлось.

 

Дверь открылась легко и бесшумно. Я ступила туда, куда не ступала ещё ни одна нога адепта академии ниже выпускного курса без сопровождения магистра или хранителя библиотеки. В помещении сразу загорелся магический светильник и повис над моей головой. Я огляделась насколько хватало глаз, везде были стеллажи с книгами, свитками и прочими манускриптами. Так, для начала нужно решить насущные проблемы, а именно реферат по зельеварению. И так, где у нас тут стеллажи по этому предмету?

 

Я подошла к самому первому шкафу. На нём не было никаких опознавательных знаков. Полки забиты плотными рядами книг. Пробежав взглядом по корешкам, я не увидела ничего даже близко похожего на зельеварение. А как я найду то, что мне нужно, не зная, где искать? Меня накрыла лёгкая паника. Да я же до самого выпуска буду бродить между стеллажей в поисках нужной информации. В отчаянии я топнула ногой от бессилия, выругавшись:

 

— Бесово зельеварение! Бесова Хельгара! Чтоб вам провалиться в бездну!

 

—  Доброй ночи, мисс, — раздалось рядом со мной.

 

Ну всё, мне конец, меня застукали. Я повернулась в поисках говорившего, но никого не было.

 

—  Кто здесь? — робко спросила я.

 

—  Прошу прощения, мисс. Я справа от вас. Меня зовут сэр Фиджеральд.

 

Я развернулась вправо. Недалеко от меня стоял скелет в сюртуке. На голове у него была шляпа котелок. Скелет, встретившись со мной взглядом пустых глазниц, приветственно приподнял свой котелок, обнажив гладкий, белый череп. На ум невольно пришло сравнение с лысой головой Хельгары.

Я уже говорила, что до жути боюсь всяких там восставших мертвецов? Запишите в список ещё и скелетов.

 

—  Вы скелет! — с ужасом констатировала я.

 

—  Рад, что вы заметили, — ответил сэр Фиджеральд. — И так, что именно вы хотите найти в этом хранилище знаний?

 

У меня от страха мозг отключился, но язык, к сожалению, продолжал функционировать исправно:

 

—  Вы ужасный, жуткий скелет!

 

Вышеупомянутый скелет упёр костлявые руки в бока. Вернее туда, где они должны быть.

 

—  Ну знаете ли, ваше воспитание, мисс, просто отвратительно. Да, я скелет! И что с того? Вы, можно сказать, тоже скелет, но только пока ещё обтянутый плотью. Но это не даёт вам никакого права ущемлять меня по... — он задумался, очевидно не сумев подобрать нужного слова, — по мышечному признаку! — выкрутился он.

 

Мне стало даже немного стыдно, поэтому я виновато опустила взгляд и буркнула:

 

— Простите.

 

Сэр Фиджеральд одёрнул свой сюртук, который явно знавал лучшие времена, а сейчас выглядел так, будто бы им регулярно и с особым остервенением моют улицы.

 

— Было бы неплохо если бы вы тоже представились, мисс, — вежливо попросил скелет.

 

— Меня зовут Лилиана Та'иркон, но друзья зовут меня Лили.

 

Мой костлявый собеседник встрепенулся, чуть поддался ко мне навстречу и почти с придыханием спросил: 

 

— Та'иркон? Неужели?

 

— Да, — немного растерявшись ответила я, затем спросила: — но почему вас так удивила моя фамилия?

 

— Очень давно я не видел никого из представителей этого благородного рода. И сейчас вы, мисс, стоите передо мной. О, это такая честь! — с этими словами он склонился в почтительном поклоне.

 

Вот тут я откровенно растерялась. Не часто передо мной так старательно гнут спину. Настолько не часто, что сейчас это случилось со мной впервые. Сегодня какой-то день потрясений. То лысая Хельгара со смертельным проклятьем, то разговаривающий скелет.

 

— Сэр, мне нужна помощь, — решительно перешла я к волнующей меня теме.

 

— Конечно, моя леди, я готов служить вам. Чем я могу помочь? — с готовностью отозвался скелет.

 

— Никакая я не леди. Мой отец простой торговец. Так что зовите меня просто Лили, пожалуйста.

 

— Конечно, моя ле... — собеседник запнулся, — мисс, Лили, что именно вы ищете?

 

— Прошу вас, помогите мне найти книги по контролирующим зельям. Мне нужно написать реферат по зельеварению.

 

Не успела я закончить свою просьбу, как сэр Фиджерельд исчез, оставив после себя лёгкую чёрную дымку. Едва она растворилась, как он появился вновь, держа костлявыми руками толстую книгу.

 

— Вот то, что вам нужно, мисс Лили.

 

Я взяла книгу и прочитала название:

 

— Рецепты и способы приготовления контролирующих зелий.

 

Подняв на скелет взгляд, я поблагодарила:

 

— Огромное вам спасибо, вы меня так выручили! Ещё раз спасибо!

 

Сэр Фиджеральд кивнул черепом:

 

— Всегда рад вам помочь.

 

Мне хотелось завалить его вопросами о прошлом своей семьи. Ведь очевидно, он знал моих предков, но я боялась, что скоро утро и меня могут застукать. Я стояла, прижимая к себе книгу по зельеварению, и молчала. Скелет тоже молчал. Неловкая тишина явно затянулась. Наконец не выдержав, я спросила:

 

— А вы не могли бы рассказать о моих предках в следующий раз?

 

То, что я ещё сюда вернусь и не раз, я уже знала наверняка. Глупо не пользоваться той возможностью, что подарила мне магистр зельеварения.

 

— О да, конечно. С превеликим удовольствием! — ответил скелет.

 

— Тогда я пойду, мне пора, — кивнула я в сторону выхода.

 

Развернувшись, я направилась к двери, но тут мой взгляд зацепился за очень интересное название — «Руководство для начинающих чёрных магов с дополнениями». Рука сама собой потянулась к этому сокровищу, но, опомнившись, я остановилась и обернулась на сэра Фиджеральда. Он только одобрительно кивнул, разрешая мне взять эту потрясающую книгу, и я тут же схватила её, прижимая к себе.

 

С двумя книгами на руках, я вышла из запретной секции. В окна уже начал пробиваться рассвет. Нужно торопиться. Быстро дойдя до стола, где безмятежно спала Малена, пуская тонкую струйку слюны на свою тетрадь, спрятав руководство для чёрных магов в свою сумку, я растолкала подругу.

 

— А? Что? — подскочила она, сонно озираясь по сторонам, явно не понимая, кто она и где находится.

 

Я сунула подруге под нос книгу по зельеварению. Глаза рыжей недоумевающе уставились на обложку. Малена подняла на меня свой, ничего не понимающий спросонья взгляд. Снова на книгу. Ещё раз перечитав название, она радостно заулыбалась. Вцепилась в книгу руками и отняв её у меня, спросила:

 

— Но как? Ты взломала дверь?

 

С этими словами подруга обернулась туда, где находилась запретная секция. Убедившись, что дверь в целости и сохранности, Малена развернулась ко мне. Её взгляд был красноречивее всяких слов.

 

— Это долгая история, — отмахнулась я, прекрасно понимая, что рыжая просто так от меня не отстанет.

 

Я начала демонстративно собирать свои вещи в сумку и поторопила огневичку:

 

— Нам нужно уходить, скоро сюда придет смотритель.

 

Малена не стала со мной спорить и, быстро вскочив со своего места, начала собираться.

 

До общежития мы практически добежали. Всё же ночью прохладнее, чем днём, а мы с подругой были одеты в лёгкую форму без мантий. Они у адептов восточной академии были зачарованы. Летом в мантии было не жарко, а осенью, почти до самых морозов, она здорово согревала.

 

Стоя у двери моей комнаты, Малена замялась, явно не решаясь что-то спросить. Я прекрасно знала, что её сейчас просто распирает от любопытства. Поэтому я пообещала:

 

— Встретимся на завтраке, и я всё тебе расскажу, правда.

 

Рыжая, радостно улыбнувшись, кивнула:

 

— Ловлю на слове!

 

Помохав мне на прощание, она убежала к себе.

 

Что ж, до затрака ещё есть часа три, можно немного поспать и придумать, что я буду врать Малене. Я не хотела обманывать подругу, но и клятву, данную Хельгаре, тоже не могла нарушить.

 

Сняв форму, я с великим блаженством легла в кровать, только сейчас ощутив, как сильно устала.

 

Уснула я быстро. Мне снился какой-то бред: будто все магистры нашей академии стали лысыми. Потом я видела скелета Фиджеральда, почему-то с двумя пышными косами, растущими из черепа. А под конец мне приснился новый ректор. Он будто сама неотвратимость надвигался на меня, окруженный тьмой, и только его голубые глаза чуть светились. Дракон открыл рот, намереваясь мне что-то сказать, но вместо слов вдруг послышался звон артефакта, который будил всю академию.

Кое-как подняв своё сонное тело и разлепив один глаз, я поплелась умываться. В каждой комнате нашего общежития был небольшой санузел с туалетом и раковиной, а вот душевых было по две на каждом этаже. В левом и правом крыле.

 

Приведя себя в порядок, я пошла собираться на лекции. Сон никак не хотел отпускать. Я с трудом подавила в себе желание послать всё к бесам в бездну и лечь обратно спать. Кровать манила всё сильнее. Такая мягкая, такая тёплая и уютная.

 

Стук в дверь раздался так неожиданно, что я невольно вздрогнула.

 

— Лили, ты уже проснулась? — снаружи послышался знакомый голос подруги.

 

Распахнув дверь, я ответила:

 

— Уже проснулась и даже собралась. Ну что, идём завтракать?

 

— И ещё ты обещала рассказать, как тебе удалось добыть книгу, — напомнила Малена.

 

Я только согласно кивнула и, захватив сумку с учебниками, направилась в сторону столовой.

 

Зайдя туда, я сразу ощутила, что что-то изменилось. Рыжая схватила меня за плечо, призывая остановиться:

 

— Лили, ты это чувствуешь? О, какой аромат!

 

И действительно аромат был потрясающий. Пахло настоящим кофе, свежей выпечкой и чем-то молочным. Такого в нашей столовой не случалось уже больше года. Ещё на первом курсе мне посчастливилось застать нормальную стряпню от домовиков, но продлилось это счастье пару месяцев. А потом на завтрак всё чаще вместо кофе стали подавать какую-то жижу, которую с кофе роднило только то, что она тоже была жидкостью. Из еды на выбор была либо каша на воде, либо тоже каша на воде, но с комочками. Обе они выглядели так, будто их уже кто-то ел. О выпечке не было и речи. Малена потащила меня занимать очередь за едой. Ещё одним новшеством оказалось то, что на раздаче теперь стояла пожилая женщина. Вся такая улыбчивая и розовощёкая. Когда очередь дошла до меня, женщина приветливо улыбнулась и сказала:

 

— Доброе утро. Меня зовут миссис Марбел, налить тебе кофе? Может быть, ты хочешь кашу?

 

Я тоже улыбнулась:

 

— Доброе утро, миссис Марбел, приятно познакомиться, я Лили, очень хочу кофе и булочку, пожалуйста.

 

 — Конечно, конечно, сейчас, — засуетилась она, доставая чашку, в которой будто бы из воздуха появился ароматный кофе. Неужели домовиков на кухне заставили работать как следует? Не выдержав, я спросила:

 

— Простите, а что вообще происходит?

 

Миссис Марбел подняла на меня непонимающий взгляд:

 

— О чём ты, милая?

 

— Ну вот это вот всё. Хороший кофе, ароматная еда. Вы, наконец.

 

— Ах, это. Это всё ректор ваш. Вчера весь день порядки наводил. Я уж подробностей не знаю, меня вчера вечером только наняли. Я до этого в ресторации младшим поваром работала. Теперь вот вам буду выпечку всякую готовить да на раздаче стоять. А с ректором вашей академии повезло, хозяйственный мужик.

 

Я забрала кофе и булочку и поспешила быстрее отойти, а то за мной уже собралась очередь. Сев за свободный столик, сделала глоток из чашки. Боги, это лучший кофе, который мне доводилось пить в своей жизни. Надо же, герцог Ка'арлен нанял повариху из ресторации. Это очень дорогое и престижное место. Работать там — мечта любого повара. Если миссис Марбел согласилась перейти к нам, значит ей предложили очень хорошее жалование. Но насколько я знаю, у академии нет таких денег. Значит, вариант один: герцог будет платить ей из своего кармана.

 

— Ну рассказывай, — прервала поток моих мыслей Малена, плюхнувшись напротив и поставив на стол свой завтрак.

 

Я сделала ещё один глоток божественного кофе и ответила:

 

— Вчера, когда я ушла из библиотеки, я хотела пробраться в покои смотрителя, одолжить у него ключ, чтобы пойти в закрытую секцию. Но до смотрителя я не дошла. Мне встретилась Хельгара. Мы с ней мило побеседовали. Я оказала ей небольшую услугу, а она помогла с рефератом.

 

Малена сидела с таким скептическим выражением лица, что стало ясно сразу. Она мне не верит. Ни единому моему слову. Хотя я ведь даже не соврала нигде. Встреча с Хельгарой была? Была. Доступ она мне дала? Дала.

 

— Лили, я твоя подруга и ни за что тебя не выдам. Если ты стащила ключ у смотрителя, так и скажи, но не надо выдумывать небылицы. Ты правда считаешь меня такой наивной, что я поверю в историю с магистром зельеварения? Что эта грымза, поймав тебя ночью в преподавательском корпусе, мило с тобой побеседовала и помогла с рефератом? 

 

— Но это правда! — попыталась оправдаться я.

 

— В общем-то это уже не важно. Я всё равно тебе очень благодарна, ты рисковала ради меня. Спасибо тебе, Лили, ты настоящая подруга. Но если вдруг решишь рассказать мне правду, я всегда готова выслушать тебя.

 

После завтрака мы с Маленой разошлись по разным сторонам. Сейчас у неё лекция по огненной магии, а я пошла узнать своё расписание на сегодня. У адептов с чёрным даром расписание могло меняться несколько раз за день. Пока я шла к стенду, молилась Великой Матери, чтобы сегодня не было занятий у магистра Си'анталя, декана факультета некромантии. Но каково же было моё удивление, когда я увидела расписание. Первой лекцией у нас был новый предмет «Расы и их особенности». Посмотрев номер аудитории, я не смогла сдержать тяжелого вздоха. Лекция по расам будет проходить в аудитории, которая находится в другом конце здания. Главный корпус Восточной академии — это огромный старинный замок. Слишком огромный и слишком старинный. Я подняла взгляд на артефакт времени, висевший на стене. Если не потороплюсь, рискую опоздать на начало лекции. Развернувшись в обратную сторону, быстрым шагом я направилась искать нужную аудиторию.

 

Не успела зайти, как тут же раздался звон, оповещающий о начале занятий. Все задние места уже были заняты, поэтому мне пришлось искать место в первых рядах. Найдя понравившееся, я села, достала тетрадь и самописное перо. В аудитории чувствовалось волнение. Ещё бы, новый предмет, и вести его будет не абы кто, а сам герцог. Дверь аудитории открылась, и все разом затихли. Дейн Ка'арлен прошёл к преподавательскому месту и, окинув всех присутствующих адептов внимательным взглядом, сказал:

 

— Доброе утро, адепты, с сегодняшнего дня вы будете изучать расы нашего мира. Ко мне прошу обращаться магистр Ка'арлен. Не ваша светлость, а магистр. Это понятно?

 

Мы все дружно ответили:

 

— Да, магистр.

 

— Отлично. Что ж начнём.

 

Дракон повернулся к доске, висящей на стене, взял в руки мел, активируя его. Поставил в то место на доске, откуда будут записываться слова за магистром.

 

— Наги. Разумная раса полулюдей, полузмей. Происхождение неизвестно, но сами наги считают, что их прародительницей была великая змея. Ей же они и поклоняются. Каждая змея в их королевстве — священное животное. Королевство нагов находится на юге и называется Шас'иис, столица Шаш-Вей. Правит нагами Королева Илишра Тишари.

 

— Простите, магистр, а можно вопрос? — вдруг раздалось с задних рядов.

 

Я повернулась, чтобы посмотреть, кто там такой любопытный. Так я и знала, наша неугомонная сплетница Лира Га'ирлан, аристократка, из какого-то обедневшего рода. Полноватая девица с русыми волосами и неуёмным желанием быть всегда в центре событий. Магистр сделал знак рукой для мела, чтобы тот перестал записывать, затем ответил:

 

— Что конкретно вас интересует?

 

Лира поднялась со своего места и спросила то, что волновало всех в академии:

 

— Почему вы стали ректором нашей академии, и зачем нам изучать другие расы?

 

Ка'арлен обошёл свой стол и, уперевшись на него задом, скользнул взглядом по стоящей адептке и ответил:

 

— Это уже не один вопрос, а два. Но отвечу на оба, так как понимаю, что это интересует всех. Что касается первого вопроса. Ректором я стал потому, что такова была воля короля. Доверить это он мог только мне. Что касается изучения рас. Ваш мир, я имею в виду мир людей, слишком долго жил в изоляции от других. Пришло время это исправить. В скором будущем наша страна наладит торговые и союзные отношения с другими государствами. И как вы наверняка понимаете, невозможно установить дружеские связи с теми, о ком ничего не знаешь.

 

Тут я не выдержала и спросила:

 

— А что если другие расы захотят не дружить с нами, а воевать?

 

Герцог перевёл на меня свой весьма недовольный взгляд, но всё же ответил:

 

— Вам, мисс, не мешало бы научиться быть более сдержанной. Если вы хотите что-то мне сказать, поднимите руку и терпеливо ждите, в ином случае молчите. Вы можете садиться, — кивнул он Лире. — А вас попрошу встать, — это уже мне.

 

Я поднялась со своего места и была удостоена такого же внимательно изучающего взгляда, как моя сокурсница минуту назад. Магистр, закончив рассматривать меня, как препарированную лягушку, наконец спросил:

 

— Чёрная магия, значит? Ваше имя, мисс?

 

Честно говоря, от его вопроса я немного растерялась: почему имя Га'ирлан он не спросил, но моё вдруг захотел узнать? Мужчина выжидающе на меня смотрел. Весь его вид говорил, что он привык раздавать приказы и не терпит даже малейшего неповиновения. Матерь, и этого дракона мне предстоит видеть каждую неделю до самого диплома? От его пронизывающего взгляда становится жутко. Он будто смотрит в самые сокровенные уголки моей души. Как я могла тогда, в первую секунду нашего столкновения, подумать, что он душка? Нет, герцог именно тот человек, вернее дракон, чьё внимание лучше не привлекать. Никогда.

 

— Лилиана Та'иркон, магистр, — представилась я.

 

— Так вот, мисс Та'иркон, чтобы знали, ни в одном королевстве, ни у одной из рас нашего мира нет ничего страшнее и разрушительнее вас.

 

— М...меня? — очень удивилась я

 

— Не конкретно вас, а тех, кто обладает чёрной магией.

 

Ну вот, здрасте приехали, ещё один ненавистник чёрных магов? И о каком разрушении он говорит? Что-то я не помню ни одного случая в истории, чтобы чёрный маг хоть что-то разрушил. Хоть малюсенькую деревеньку, хоть один сарайчик. Заметив полное недоумение на моём лице, магистр милостиво пояснил:

 

— Чёрные маги, некроманты, способны поднимать целые кладбища мёртвых и формировать из них армию. Армию солдатов, которые не устают, не спят, им не нужен отдых и их нельзя убить. Их можно только упокоить, и делать это могут только некроманты.

 

— Да ни у кого из чёрных магов нет столько магии! Поднять одного, ну максимум двух мёртвых, можно. На их поддержание нужно очень много энергии. Некромант, который решит оживить целое кладбище, просто умрёт от энергетического истощения, ничего не добившись! — возмущённо возразила я.

 

— Вы правы, Лилиана, во всём, но вы упускаете одну очень важную деталь. Одну особенность всех чёрных магов, вне зависимости от уровня и силы. То, чем так милостиво одарила вас богиня смерти, ваша великая матерь. Единый поток.

 

Я непонимающе смотрела на дракона. Что ещё за единый поток?

 

— Простите, но я не понимаю, о чём вы, магистр, — призналась я.

 

На лице герцога появилась мимолётная усмешка:

 

— Один чёрный маг, вот например такой, как вы, мисс, мало что может и уж тем более не опасен. Но если другие маги с чёрным даром пустят в вас поток своей магии, вы не только спокойно примите её, но и сможете управлять, создавая заклинания огромной силы. А представьте, если в единый поток вольются сотни или даже тысячи чёрных магов? Тогда вы сможете не то что кладбище поднять, вы сможете практически всё.

 

До меня медленно начало доходить. Так вот почему при перекрёстном заклинании обязательно требуется чёрный маг. Мы можем использовать чужую силу! И тут до меня дошло ещё кое-что, поэтому я спросила:

 

— Но разве в таком случае, мы не будем являться угрозой и своему королевству в том числе? Почему нас больше не истребляют и даже обучают в академии?

 

— Хороший вопрос, мисс Та'иркон. Вот поэтому все чёрные маги, окончившие академию, обязаны принести королю клятву верности на крови. Теперь садитесь, — он махнул рукой, чтобы я вернулась на своё место, а он, подойдя вновь к доске, активировал мел.

 

В аудитории стояла гробовая тишина, все присутсвующие переваривали только что полученную информацию. Магистр же продолжил лекцию, рассказывая нам о далёких змеелюдах из королевства Шас'иис. Я сидела и понимала, что мне сейчас буквально открыли глаза. Нас, магов с чёрным даром, хотят использовать как оружие. Мы и есть оружие! И если мы принесём кровную клятву королю, мы не сможем её нарушить, даже если захотим. Это неизбежно приведёт к смерти. Мучительной и долгой. Так вот почему король осмелел настолько, что решил наладить отношения с другими государствами. От осознания того, что мне уготована участь быть частью той силы, которой будут запугивать других, мне сделалось одновременно и мерзко, и очень обидно. Да, не о таком я мечтала, когда родители радостно провожали меня в путь до академии.

Лекция по расам оставила у меня в душе неприятный, тягучий осадок. Мы — оружие. Не люди, не маги, стремящиеся к знаниям, а всего лишь живой арсенал, который нужно вовремя пристрелить и посадить на привязь кровной клятвы. После пар я молча вернулась в свою комнату, игнорируя вопросы Малены о моём мрачном виде. Мне нужно было побыть одной. На душе было очень паршиво.

 

Весь вечер я безуспешно пыталась заняться домашним заданием, но мысли путались, а в голове звучал спокойный, уверенный голос герцога: «…вы не только спокойно примите её, но и сможете управлять, создавая заклинания огромной силы…»

 

В отчаянии я схватила ту самую украденную из запретной секции книгу — «Руководство для начинающих чёрных магов с дополнениями». Может быть, там я найду что-то, что поможет мне отвлечься от грустных мыслей.

 

Книга оказалась настоящим кладом. Это было не сухое академическое пособие, а скорее дневник какого-то практикующего мага, полный заметок на полях, исправлений и личных наблюдений. Я узнала, что «единый поток» — это не метафора, а реальный ритуал, подробно описанный и… крайне опасный. Неподготовленный маг мог просто сгореть, приняв в себя силу других. Я прочла о том, как на самом деле работает некромантия — не через грубую силу, а через тонкое убеждение души вернуться на мгновение в своё тело, о договорах с духами местности и о том, что некоторые артефакты вовсе не одноразовые, а требуют лишь регулярной «подкормки» тёмной энергией.

 

Страница за страницей, я погружалась в мир, о котором нам не рассказывали на парах. Магия в этой книге была живой, могущественной и пугающе соблазнительной. И чем больше я читала, тем сильнее ощущала щемящее чувство несправедливости. Почему это скрывают? Почему нас держат на голодном пайке, заставляя зубрить примитивные заклинания, когда существует такое? Ответ напрашивался сам собой. Он был очевиден. Нас боятся. Не зря же столько веков чёрная магия была под запретом. Но ведь по истории нам рассказывали, что светлая и чёрная магия были равны, и не было никаких запретов. Но потом якобы чёрные маги захотели захватить мир и всех уничтожить, а светлые всех спасли. Мне не очень-то в это верилось.

 

Глаза уже слипались, магический светильник тускло мерцал, а я всё листала пожелтевшие страницы. И вот, почти в самом конце, в разделе «Крайне неодобряемые, но оттого не менее любопытные практики» я наткнулась на него. Заклинание призыва младшего демона перемещения.

Описание гласило, что это мелкий бес, существо больше похожее на проказливого духа, чем на классического демона бездны, способен мгновенно перенести мага в любое место. Главное условие — маг должен прикоснуться к демону. Меня охватил азарт вперемешку с волнением. Если я немножечко попробую запрещённую магию, ничего ведь страшного не произойдёт? Тем более в книге подробно нарисован защитный круг, в который следовало призывать демона.

 

Вскочив на ноги, я расчистила на полу место, достаточное для нанесения круга. Зажгла ещё пару магических светильников, мне понадобится больше света. Нашла в письменном столе кусочек мела, надеюсь, его хватит. И, не колеблясь ни секунды, я приступила к копированию изображения круга со всеми рунами и символами, всё в точности как в книге. Через некоторое время я, довольная собой, отошла на шаг, чтобы полюбоваться на своё творение. Подняв с пола книгу, начала читать заклинание. Я не была уверена, что у меня хоть что-то получится, но попробовать хотелось до мурашек. Прошептав последнее слово, я уставилась на своё художество на полу.

 

Я ждала вспышки света, густого дыма, чего-то эпичного. Вместо этого в центре круга с тихим «плюф» возник… комочек тёмного пуха с двумя блестящими, как бусинки, глазами и парой маленьких рожек. Он был размером с кошку и сидел, удивлённо озираясь. Я замерла, не веря своим глазам. Получилось? Серьёзно? У меня получилось! Не сдержав переполняющих меня эмоций, я тихонько выкрикнула радостное ура. Демонёнок, испуганно пискнув, дёрнулся всем своим пушистым тельцем.

 

Наши взгляды встретились. Его бусинки-глазки расширились от ужаса. Он снова пискнул, подпрыгнул на месте и рванул прочь с невероятной скоростью, нагло игнорируя тот факт, что находился в защитном круге.

 

— Эй, постой! — ахнула я, инстинктивно кидаясь за ним.

 

Бесёнок визжа юркнул в шкаф. Я за ним.

 

— Выходи, противная пушистая штука! — прошипела я, безуспешно шаря рукой в темноте. — Немедленно вернись в свой круг! Или… или я тебя… защекочу!

 

Это была, безусловно, самая нелепая угроза в истории некромантии. В шкафу обиженно засопели. Ну всё, достал! Я залезла в шкаф, чтобы вытащить оттуда одного очень пушистого демона. Моя рука нашарила что-то тёплое и мягкое.

 

— Ага, попался! — победоносно обрадовалась я, таща пищащий комочек.

 

Мир резко завертелся, меня здорово тряхнуло. Было ощущение, будто бы меня расщепили на атомы, а потом собрали обратно в единое целое. Я почему-то обнаружила себя сидящей на полу, прижимая к себе демонёнка. Тот, задёргавшись, извернулся, выскочил из моих объятий и юркнул под кровать. Ледяная волна ужаса окатила меня с головы до ног. Я замерла, затаив дыхание. Это не моя комната. Моя кровать стоит по-другому, а на этой ещё и кто-то спал. Да и обстановка в спальне была куда лучше моей, насколько я смогла разглядеть в темноте. Ой, мамочки, этот мелкий гадёныш переместил меня в спальню к кому-то из магистров. Если сейчас тот, кто спит на кровати, проснётся и узнает, что я призвала демона, я вылечу из академии очень быстро.

 

Стараясь не поддаваться сковывающей меня панике, я подкралась к кровати, опустилась на колени.

 

— А ну вылезай, мерзость пушистая! — прошипела я шёпотом, вложив в этот шёпот всю свою злость и негодование.

 

— Пи-и, — так же тихо, но отрицательно пискнули мне в ответ.

 

— Ну погоди у меня, сейчас я тебя достану, — я потянулась за демоном, наполовину залезая под кровать.

 

Когда мои пальцы уже были в сантиметре от пушистика, а я уже тихо радовалась победе, раздался сонный и до жути знакомый мужской голос:

 

— Какого беса ваш зад торчит из-под моей кровати?

 

Ну почему мне так не везёт? Почему демон перенёс меня именно в спальню ректора? Затаив дыхание, я замерла в ужасе. Сердце забарабанило с бешенной скоростью, мозг начал лихорадочно соображать. Что делать?! Вот это я, конечно, влипла.

 

— Если вы надеетесь, что, перестав дышать от страха, вы стали невидимы, то спешу вас огорчить, я вас вижу, — послышался уже бодрый голос ректора.

 

Что мне оставалось делать? Пришлось вылезать наружу. Зыркнув на демонёнка сердитым взглядом, я выбралась из-под кровати. Ректор полулежал на кровати, приподнявшись на локте. Вид он имел немного растрёпанный, что придавало ему некоего домашнего уюта. Одеяло сползло до бёдер, позволяя мне разглядеть рельефный торс. Я молча и бесстыдно разглядывала Ка'арлена, не в силах отвести взгляд. Нет, я не впервые видела мужской торс. На тренировках парни нашей академии нередко ходили в одних спортивных штанах с голым верхом. Но тело герцога было куда красивее.

 

— И так, мисс Та'иркон, что вам понадобилось ночью у меня в спальне, да ещё в столь, кхм, пикантной позе? И советую не врать, потому что ложь я почувствую сразу. Я жду! — потребовал он объяснений.

 

Я понимала, что врать и что-то выдумывать нет смысла. Набравшись смелости, я выпалила:

 

— Магистр, у вас под кроватью демон из бездны.

 

Брови ректора сурово сдвинулись на переносице:

 

— Вы думаете, я в это поверю?

 

— Но это правда! Он прямо сейчас сидит под вашей кроватью, — с жаром выпалила я.

 

Будто в подтверждение моих слов, под кроватью что-то зашебушало, чихнуло, потом возмущенно пискнуло. Лицо Дейна резко сменило выражение с сурового на вопросительно-недоумевающее.

 

— Он что, действительно там? — спросил мужчина.

 

Я в ответ лишь коротко кивнула. Какой мне смысл врать? Ка'арлен дёрнулся было, чтобы встать, но резко остановился, с каким-то сомнением посмотрел на меня, затем потребовал:

 

— Отвернитесь.

 

— Зачем? — не поняла я.

 

— За тем, что я не хочу травмировать вашу нежную девичью психику.

 

Я смотрела на него хлопая глазами, совершенно не понимая, к чему он ведёт. Какая к бесам психика? Там под кроватью сидит демон из бездны, нужно срочно отправить его обратно.

 

— Тысячу проклятий на вашу голову, Та'иркон, прекратите на меня пялиться и отвернитесь наконец! Уж простите мне мою скромность, но я не готов демонстрировать вам сегодня все свои достоинства и сверкать перед вами голым задом! — возмутился дракон.

 

До меня наконец дошло, что ректор спит совершенно голым и ему нужно одеться, прежде чем лезть под кровать, чтобы удостовериться в наличии там демона. Тихо ойкнув, я быстро отвернулась, ругая себя за несообразительность. За спиной хмыкнули, затем послышался шелест ткани. Судя по всему мужчина встал с постели. Вдруг пушистый демон, уставший прятаться от всех под кроватью, вылез наружу. Узрел за моей спиной дракона и испуганно пискнул. Подняв шерсть дыбом, отчего он стал казаться больше, пушистик резко прыгнул на меня. Одновременно случились две вещи. Демонёнок прыгнул мне на руки и послышался предостерегающий крик ректора:

 

— Осторожно! — он схватил меня за плечо и резко дёрнул на себя, чтобы увести от линии броска демона, но не успел.

 

Мир опять рассыпался множеством частиц и почти сразу же собрался обратно. Мы втроём: я, герцог и пушистик куда-то переместились. Туда, где было совершенно темно и тесно. Мужская рука прижимала меня к голому телу, я душила в своих объятиях демона. Приплыли.

 

— Та-ак! — очень недобро протянул дракон.

 

Это его «та-ак» не предвещало ничего хорошего ни для меня, ни для демона. В нос ударил едкий запах крестоцветника. Растение, здорово помогающее защищать одежду от моли. Стоп! Я поняла, где мы. Чем и поспешила поделиться с ректором:

 

— Магистр, кажется, мы у меня в шкафу.

 

— Просто очаровательно! — послышался сзади недовольный мужской голос.

 

Отпустив меня, ректор завозился, что-то ища.

 

— Что вы делаете? — не выдержав, спросила я. — Давайте выбираться от сюда.

 

— Абсолютно поддерживаю ваше рвение к свободе, мисс, но для начала я хочу хоть чем-то прикрыться. Я видите ли, когда ложился спать, как-то не планировал оказаться с вами в шкафу.

 

Я ничего не ответила, мне стало очень неловко. Наконец-то нашарив что-то в моих вещах, Ка'арлен вышел из шкафа. А следом вышла и я, всё ещё прижимая к себе пушистика. Я виновато взглянула на ректора, который повязал вокруг своих бёдер, мою мантию. Но он не обращал на меня никакого внимания, его взгляд был прикован к полу. Вернее к нарисованному на нём кругу призыва. Медленно переведя на меня взгляд голубых глаз и указав рукой на моё художество, мужчина строго спросил:

 

— Это что?!

 

Я втянула голову в плечи. Ой-ёй, кажется, меня сейчас будут немножечко убивать. Дракон сердито сопел, ожидая ответа, а я молчала, стараясь втянуть голову в грудную клетку. Мне точно конец! Отчислят и фамилии не спросят.

Молчание в комнате затянулось, став почти осязаемым, как густой, тяжёлый туман. Дейн Ка'арлен стоял, скрестив руки на груди, как гордый воин в набедренной повязке из моей мантии, и его взгляд, холодный и тяжёлый, буравил меня, словно пытался прочесть самые потаённые мысли. Я чувствовала, как по спине бегут мурашки, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Пушистый демонёнок на моих руках затих, уловив напряжённую атмосферу, и лишь его меховое тельце слегка подрагивало.

 

— Итак, — наконец произнёс ректор, его голос был сладок, как мёд, и ядовит, как цикута. — Подытожим. Мисс Та'иркон, адептка второго курса, в погоне за запретными знаниями… — он многозначительно посмотрел на книгу на полу, — …призывает создание из бездны. Без опыта и надлежащего контроля со стороны квалифицированного мага. Не имея абсолютно никакого представления о том, какие меры безопасности следует предпринять, прежде чем вызывать демонов, подвергая тем самым опасности не только себя, но и всю академию. Я ничего не упускаю?

 

Я посмотрела на демонёнка в моих руках. С трудом представляю, чем он может быть опасен для всей академии? Но на всякий случай послушно кивнула.

 

— Мне вот даже интересно, на каком-нибудь этапе ваших безрассудных действий, хотя бы на миг, на одно короткое мгновение, вас посетила мысль, что этого делать не стоит? — ректор продолжал сверлить меня злым взглядом.

 

Я открыла было рот, чтобы хоть как-то оправдаться, но он сделал жест рукой, призывая меня замолчать:

 

— Это был риторический вопрос.

 

Но я всё же не стерпела и сказала:

 

— Простите, магистр, я не хотела, чтобы всё так вышло. Оно как-то само. Более того, я почти уверена, что это, — я подняла пушистика повыше, почти тыкая им в нос дракону, — не представляет никакой опасности.

 

— О, в самом деле? — язвительно проговорил ректор, саркастично улыбаясь. — В таком случае мне совершенно не о чем беспокоиться.

 

Но вдруг его лицо опять стало серьёзным и жёстким. Он наклонился ко мне близко-близко и, тыкая указательным пальцем себе в грудь, процедил сквозь зубы:

 

— Я несу ответственность за вас и всю академию! И только я буду решать, что или кто представляет опасность! И степень этой опасности тоже определяю я!

 

Я инстинктивно отшатнулась от Ка'арлена в страхе, он же, выпрямившись, продолжил, уже более спокойно:

 

— К какому виду демонов относится это существо? Хотя я уже догадываюсь. К телепортационым, верно?

 

Я понятия не имела, что у демонов вообще есть какая-то классификация. Но если рассуждать логически, в книге сказано про призыв демона перемещения, значит, скорее всего, пушистик относится к телепортационым.

 

— В инструкции сказано, что это демон перемещения, — поделилась я информацией с ректором.

 

Он указал на книгу:

 

— Я так понимаю, инструкцию вы взяли от сюда?

 

И не дожидаясь моего ответа, мужчина поднял книгу с пола, внимательно пробежался взглядом по строчкам. Перелистнул страницу. Перевёл взгляд на защитный круг, который я так старательно вырисовывала, потом снова в книгу. Перелистнув ещё одну страницу, опять принялся читать. Наконец захлопнув книгу, Дейн уставился на меня. А я смиренно ждала приговора, нервно теребя на удивление мягкую шерстку демонёнка.

 

— И так, мисс Та'иркон, у меня для вас две, а точнее даже три, новости. Одна из них хорошая, вторая плохая, а третья очень плохая. Начну с хорошей. Вы проделали прекрасную работу. Будь мы сейчас на экзамене, я бы не раздумывая поставил бы вам высший балл. Такая точность переноса изображения поистине достойна восхищения, — мужчина засунул книгу под мышку и сделал три издевательских хлопка. — Браво!

 

Я продолжала молча стоять с призванным из бездны существом на руках. Ректор же продолжал:

 

— Вторая новость для вас заключается в том, что вы нарушили не просто правила академии, Лилиана, вы нарушили закон своей страны, и вам придется отвечать за это перед королевскими дознавателями.

 

При упоминании дознавателей меня прошибло холодным потом. Королевские дознаватели имеют очень плохую репутацию, им приписывают ужасные вещи, ими пугают непослушных детей. Каждый человек в нашей стране, от мала до велика, знал: если ты попал в поле зрения королевских дознавателей — тебе конец.

 

— Но, может, они и не узнают? —  тихо спросила я, не очень веря в то, что говорю.

 

— Я бы на это не надеялся, — скептически хмыкнул дракон. — Это создание вас выдаёт с потрохами.

 

— Значит, надо отправить его обратно! — с жаром выпалила я.

 

Дейн покачал головой:

 

— Это лишний раз подтверждает, что вы не имеете ни малейшего представления о демонах. Существо, что вы держите на руках, детёныш. Маленький, слабенький и нестабильный. Я более чем уверен, что поэтому вы и смогли его призвать с вашим нулевым опытом. Обратный переход может убить демонёнка. Ему нужно время, чтобы накопить сил.

 

Я с грустью посмотрела на пушистика, уютно устроившегося у меня на руках. Нет, убить это милое чудо я ни за что не смогу.

Ректор кивнул на демона:

 

— Силу он будет питать от остатков выброса магии, которую использует призвавший его маг, то есть вы, Лилиана. Но так как маг вы слабый, то он с вами надолго. И так, что касательно очень плохой новости для вас. Вы отчислены, Лилиана Та'иркон. Даю вам один день, чтобы оповестить родных и собрать вещи. Завтра после десяти вечера вы должны покинуть академию.

 

Нет, только не это. Я стояла всё ещё не веря в то, что услышала. Вот почему ректор сказал, что новость про дознавателей плохая, а не очень плохая. Потому что как адептка академии я была под её защитой, а теперь защитить меня было некому. Но не это пугало меня больше всего, а то что я сама разрушила свою мечту стать магом. Я чувствовала, как глаза наполняются слезами. Огромных усилий мне стоило не разрыдаться прямо перед герцогом. Сглотнув ком в горле, я хотела было открыть рот, чтобы просить, умолять его дать мне второй шанс, но тут раздался стук в дверь.

 

Мы как-то упустили тот момент, что в комнате уже стало светло. На лице Дейна отразился легкий ужас. Думаю, и у меня видок был не лучше. Картина весьма не двусмысленная: ректор академии совершенно голый встречает рассвет в комнате молодой адептки. Мы как вкопанные продолжали стоять на месте. Стук раздался снова, но уже более требовательно.

 

— Лили, просыпайся давай! Мы же договаривались, что я приду к тебе сегодня утром пораньше, чтобы мы сделали реферат перед первой лекцией! — это была Малена.

 

Я в панике посмотрела на Ка'арлена. Он, уже справившись с эмоциями, спокойно наблюдал за моей зараждающейся истерикой. Опять встал острый вопрос: что делать? Я многозначительно перевела взгляд на окно. Ректор изогнул вопросительно бровь. Проследил за моим взглядом, затем опять посмотрел на меня и отрицательно покачал головой:

 

— Вы с ума сошли?! Четвёртый этаж! — почти одними губами проговорил дракон.

 

Опять раздался стук в дверь. Я уже в полноценной такой панике завертелась в посках места, куда бы можно было спрятать целого ректора. Так, под кровать он не влезет, это однозначно.

 

— Лилиана, блин! — возмущенно отозвалась дверь голосом огневички.

 

— Да-да сейчас! — крикнула я в ответ.

 

Точно, шкаф! Как же мне сразу эта замечательная идея не пришла в голову! Я не долго думая переложила пушистика на одну руку, а второй схватила ректора за локоть и потащила его к шкафу. Он сразу понял мои намерения, на удивление, не стал спорить. Видимо, он тоже как и я понял, что шкаф — это единственный вариант избежать скандала. Запихнув его внутрь, я закрыла дверцы и уже ринулась было открывать Малене, как вспомнила про пушистика, который сладко спал на моей руке. Сплюнув от досады, вернулась к шкафу, распахнула дверцу, быстро сунула демонёнка ректору и закрыла.

 

— Что так долго, Лили? — возмущенно проговорила рыжая, заходя ко мне в комнату. — Лиличка, ты плакала?

 

Малена сразу забыла всю свою злость на меня.

 

— Что-то случилось? — она подошла, мягко положив свою ладошку мне на плечо.

 

Я отрицательно покачала головой. Пока не буду говорить подруге, что меня отчислили. Сейчас просто неподходящее время. Я вытерла слёзы тыльной стороной ладони, постаравшись улыбнуться:

 

— Всё в порядке, правда. Просто дурной сон.

 

— Ох, ну и напугала ты меня, подруга! — облегченно выдохнула огневичка.

 

Затем её взгляд упал на круг с символами. Брови её удивленно поползли вверх:

 

— А это что? — указала она рукой на моё творение.

 

— Да так, пустяки, ничего. Так, реферат, да? — решила я отвлечь внимание Малены.

 

Мы писали работу по зельеварению у меня в комнате. Солнце уже во всю светило в окно, в шкафу продолжал находиться голый ректор магической академии с созданием из бездны на руках. Я снова и снова мыслями возвращалась к словам герцога об отчислении и не забывала молиться всем богам, чтобы он ничем себя не выдал.

 

— Ну всё, готово! — подруга радостно откинулась на спинку стула. — Не знаю, как тебя и благодарить, Лили. Если бы ты не нашла способ проникнуть в закрытую секцию и стащить эту книгу, я даже боюсь представить, что было бы. А, ты чего так побледнела?

 

Побледнеешь тут, ректор же всё слышит! Меня уже и так отчислили, не хватало ещё, чтобы бы до кучи повесили воровство.

Малена потерла рукой затёкшую шею:

 

— У нас, у огневиков, кстати, сегодня, после лекции у Хельгары будет новый предмет по изучению рас. Как тебе наш ректор в качестве преподавателя? — она вопросительно уставилась на меня.

 

— Ну-у, — протянула я, — он умный, эм, справедливый, хорошо рассказывает.

 

— Да? — скептически хмыкнула рыжая, — а вчера вечером ты говорила, что он гад надменный, а потом призналась, что хоть и гад, но всё равно красивый. О, а теперь ты покраснела! — хихикнула Малена.

 

Я чувствовала, как моё лицо горит от стыда. Красивый гад сейчас сидит в моём шкафу и всё прекрасно слышит. Боги, как же стыдно! А подруга не унималась:

 

— Лили, раз ты так реагируешь, он тебе действительно нравится?

 

Я сидела, мыслено цедя про себя: «Заткнись, пожалуйста, заткнись!»

 

— Нет! Ничего подобного! — выкрикнула я.

 

— Не надо так кричать! — опешила рыжая, примирительно подняв обе ладони. — Ну что, я тогда пойду, встретимся в столовой? — она встала и начала собирать исписанные листы.

 

Я последовала её примеру:

 

— Да, давай, до завтрака.

 

Как только Малена покинула мою комнату, я метнулась к шкафу. Распахнув дверцы, я обнаружила, что он пуст. Ни ректора, ни пушистика, ни моей мантии в шкафу не было.

ТЕЛЕГРАМ

Канал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками

Книжный Вестник

Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)

Поиск книг

Свежие любовные романы в удобных форматах

Любовные романы

Детективы и триллеры, все новинки

Детективы

Фантастика и фэнтези, все новинки

Фантастика

Отборные классические книги

Классика
ВКОНТАКТЕ

Цитаты, афоризмы, стихи, книжные подборки, обсуждения и многое другое

Книжный Вестник
БИБЛИОТЕКИ

Библиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории

Любовные романы

Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров

Фантастика

Самые популярные книги в формате фб2

Топ фб2 книги