В объятьях страха, или За котом на край Вселенной

«— Добрый день, в студии ЕМН Элджо Капрински и Эдвард Гаремски.

— Новость дня: станция «Ойкон — 13» уже десятые сутки не выходит на связь. Власти обеспокоены пропажей ста четырёх граждан Солнечной системы. Среди них ряд замечательных учёных, инженеров и просто людей — первопроходцев нашей галактики. Но главное, ничего не известно о судьбе кота по кличке Мумрик. 

— А мы напомним тем, кто не следил за его судьбой... 

— Прости, Эдвард, ты думаешь, на восьми планетах нашей системы найдётся хоть один такой человек? 

— Это вряд ли, Элджо. Так вот всеобщий любимец Мумрик — это не просто домашний котёнок, а настоящий первопроходец. 

— Да, и это крайне важно для нашей цивилизации. Мумрик — первый кот, покинувший пределы Солнечной системы с особой миссией: представлять на необжитых планетах животный мир Земли. 

— Его готовили к полёту два года. Всей системой мы следили за его буднями. Этот пушистый котик стал виртуальным питомцем миллиардов. Подумайте только... И вот он пропал. 

— Напрашивается вопрос, кто ответит за столь важного члена нашего общества? Мега организация «Зелёных» уже готовит судебные иски на генерального директора компании Льюиса Илистрона. Зоозащитники выходят на протесты. Все хотят знать, что случилось с Мумриком!»
 
— Это просто какой-то дурдом! — отец, мрачный как туча, махнул рукой, и огромное новостное голоокно свернулось. — Ты ведь понимаешь, Лидия, что судебные иски должны идти на твоё имя. Это ты виновна в смерти этого треклятого кошака.

Что? Не ожидая таких слов, я впала в лёгкий ступор.

Что значит, я виновата? В чём?

Моргнув, нашла в себе силы принять как факт, что где-то на окраине обжитой нами вселенной, возможно, погибли люди. Они улетали туда семьями. Сжав виски, я уставилась на отца.

— Что ты как полудурошная! Это твой проект. На всех бумагах твоё имя. А иски мне? Сколько раз я тебе говорил — прикрывай юридически зад.

— Там люди, — выдавила я из себя.

— Да класть всей системе на этих учёных, — отец с психа скинул со стола листы информационной бумаги. — Сдохли бы сами, никто и не заметил. Сотней больше, сотней меньше. Наша проблема — этот мешок с блохами. 

— Но нельзя так, — нет кота мне, конечно, тоже было жаль, не меньше, чем людей. Живое существо всё же. Но моя вина-то в чём? Я всего лишь инженер. Да главный, но... — Там, видимо, сбой...

Мне достался жгучий, полный презрения взгляд. Поправив чёрный галстук, отец откинулся на спинку кресла. Я напряглась, смекнув, что сейчас мне придётся ой как несладко. Вытерев вмиг вспотевшие ладони о грубую ткань тёмно-синих штанов, уставилась в окно, ожидая бурю. 

Зря я вообще рот раскрыла. Молчание — золото. 

Отец продолжал взглядом прожигать во мне дыры. Он делал так каждый раз, как я осмеливалась вякнуть хоть словечко ему наперекор. Это было его излюбленной пыткой. Раздавить меня морально. Раскатать по полу моё самолюбие. Указать мне на место, там под плинтусом, рядом с тараканами. 

А я? Да что мне оставалось?

Я с пустым выражением лица разглядывала хмурое осеннее небо. Тучи. Проплывающую между небоскребами пиццерию. И даже как-то разом есть захотелось. Я пыталась отключиться от этого разговора.

Но отец разве позволит?

— Лидия, это у тебя сбой, — наконец, процедил он. — Причём генетический. На всю твою бестолковую голову. И вообще, я не давал тебе слова. Ты ведущий инженер-проектировщик. Станция «Ойкон-13» твоё детище. Нанимай корабль и вали вслед за этим блошистым. Без кошака, живого или мёртвого, не смей возвращаться. 

Сглотнув, я испуганно уставилась на единственного родителя.

Что значит вали? Куда валить? Я же на улицах города никогда не была.

Наверное, страх отразился на моём лице, потому как довольный отец оскалился в улыбке.

— Никчёмная. Вы брак. Но это будет тебе уроком. Ты подставила и меня, и корпорацию. И теперь будешь отвечать перед общественностью. Ты, Лидия, а не я.

— Я... Но, отец, нужно организовать спасательную операцию, они могут быть ещё живы. Это же люди.

Глава корпорации Илистрон рассмеялся, громко издевательски, как умел только он.

Меня передёрнуло от подсознательного страха.

Да, я боялась его. Он и был тем монстром, которого я опасалась встретить в детстве в своей гардеробной. Именно его кабинет старательно обходила десятой дорогой. И даже не вспоминала про дни рождения и праздники, лишь бы не оказаться за одним обеденным столом с родным отцом. 

— Что я должен организовать? А ну, повтори! Это финансовые потери. Мне свидетели не нужны. Достань мне этого кота и разберись со станцией на месте. Ты где-то совершила ошибку. Так теперь исправь. Это приказ! 

— Но, как мне...

— А не знаю как, — резко оборвал он мои лепетания. — Нравится всю жизнь паразиткой жить? За моей спиной таиться? Давай, ты же считаешь себя гением. Генетический отброс. Тебя же даже партнёрам показать стыдно. Сделай хоть что-нибудь. Мне плевать как, но ты доберёшься до Ойкона и найдёшь труп этого кота. А иначе я буду зол, Лидия. Пошла вон!

Я подскочила с места. Тут и дураку понятно, что разговор окончен. На нервах, трясущимися руками я задвинула стул и спешно пошла на выход.

Отец же уткнулся в переливающийся голубым трёхмерный монитор. На нём кривыми графиками выводилась ситуация на бирже акций. 

Меня передёрнуло. Ненавидела новости экономики. Я вообще терпеть не могла всё, что связано с его бизнесом.

Чувство горечи и ужасной несправедливости наполнило душу.

Это я паразитка? Я? Да я одна проектировала десятки станций. И все они исправно работают и приносят доход. Я ночами сидела над чертежами, а после на них появлялись имена неизвестных мне инженеров. И каждый раз я оставалась в тени. Отец задвигал меня. Не позволял голову поднять.

Ни друзей, ни коллег. 

Школа — дистанционное обучение.

Высшая архитектурная академия — дистанционное обучение.

Порой мне казалось, что мои комнаты — это тюрьма, только непонятно, за что меня туда посадили. И главное, какой срок дали. Скорее всего, пожизненный.

Тяжело вздохнув, покосилась на отца. Он занимался своими делами, напрочь забыв о моём существовании.

А что делать мне? Лететь на Ойкон? Как? Где взять корабль? Людей?

От десятков вопросов разболелась мгновенно голова.

Нужно написать план, разбить всё по пунктам. Надо систематизировать эту проблему...

Взявшись за ручку, успела отскочить. Дверь с такой скоростью отъехала в сторону, что сквозняком снесло со стола пару листов бумаги.

— Папа! Это кошмар! У них закончились маки! Как? Как я пойду под венец без маков?!

Да моя сестра была в ударе. Оттолкнув меня плечом, она ворвалась в папочкин кабинет как к себе в комнату.

Ни здравствуйте, ни можно войти.

Обведя взглядом пространство, она кокетливо поправила лямочки яркого цветастого брючного сарафана и направилась к огромному парившему у стены монитору.

— Папа! Ты что меня не слышал?! Эти мерзавцы мечтают испортить мне торжество. Они не желают предоставить мне те цветы, что я хочу. А я хочу именно красные! Папа!

Ну конечно, маки — это тебе не сто четыре человеческие жизни.

Поджав губы, я продолжала стоять на пороге в кабинет. 

Зачем? Сама не понимала.

— Доченька, успокойся, — отец поднялся и поспешил к Мамлизе. — Будут у тебя маки. 

Да, с ней он был другим. Только когда этот жестокий циничный мужчина оказывался рядом со своей старшей дочерью, я видела в нём отца. Правда, не своего. И даже мысль была — может, не родная. Но нет, нашего сходства сложно было не заметить. Те же густые чёрные локоны, высокие скулы, слегка вздёрнутый нос. Только глаза разные.

Ну как разные: один у меня от него — карий, а другой от мамы — синий.

Вот такое генетическое уродство. Впрочем, не единственное.

На столе отца запиликал планшет. Спешно сбросив звонок, он пытался приобнять любимую дочь и успокоить.

— Всё будет у моей красавицы. И платье, какое хочешь, и банкет, и жених, и цветы. Всё, что пожелаешь.

— Нет, папочка, — она картинно всплакнула, — я уже звонила к главному этой цветочной богадельни. Видите ли, цветам не сезон. Ты только представь, какая глупая отговорка. Что значит, они не растут в это время?! Так посадили бы. Ну скажи, как я пойду под венец?

— Ногами! — не удержалась я, за что получила полный злобы взгляд от отца. 

— Ой, сестрица, и ты здесь, — Мамлиза, как всегда, хищно оскалилась. Да, она тоже была похожа на папеньку: но если я внешне, то она внутренне. — А я тебя и не заметила. Что опять со своими схемами носишься? Удивительно видеть тебя не в твоей вечной мрачной конуре. Слышала новую шутку нашей прислуги? Они называют тебя ночным упырём. Ха-ха. Упыриха Илистрон.

Отец издёвку оценил и усмехнулся. А мне стало обидно до слёз.

— А где же твои схемки? Как ты и без них? — продолжала травить меня сестра.

— Чертежи, — исправила её, игнорируя немое предупреждение папочки.

— Ой, — отмахнулась она, — как будто это не одно и то же. Надеюсь, ты хотя бы заказала платье к грандиозному банкету в честь меня.

— Э-э-э, прости, милая, — отец виновато взглянул на эту паршивую курицу, — не получится. Лидия не будет присутствовать на твоей свадьбе. Она улетает в систему Цефея.

— Как её не будет?! Но, папа, я думала сделать её подружкой невесты. На её фоне я буду особенно выгодно смотреться. Ты не можешь решить меня такой потехи.

Недослушав, я зло прикусила нижнюю губу и поспешила удалиться. Теперь мне резко захотелось лететь за этим котом.

Как же я обожаю свою семейку! Прямо всеми фибрами души. 

Два дня спустя. Земля. Побережье Охотского моря.

Камчатка сити. Центральный район.

350-этажное здание компании Илистрон.

349-ый этаж, личные апартаменты семьи Илистрон.

Правое крыло, да-да, всё тех же Илистронов...

(Ой, короче, мой кабинет)

Сидя за широким тёмным рабочим столом, заваленным информационными ватманами, обычной бумагой, пластиковыми угольными карандашами, голографическими ручками и прочей канцелярией, я в который раз всматривалась в бледные линии чертежа станции "Ойкон-13", парящие в трёхмерном окне у самого моего носа.

Значит, где-то здесь кроится ошибка! Сто четыре человека и один пушистый кот на моей совести из-за некого недочёта, который я в упор не вижу. 

Злость затмевала разум.

Закрыв глаза, в очередной раз воссоздала в малейших деталях схему строений и коммуникаций в голове. Я видела каждую мелочь: изгиб, поворот… Сеть разбегающейся в разные стороны проводки. Канализация. Водоснабжение. Система подачи воздуха. Кислородные баки. И ничего. Идеальное строение. 

"Ойкон — 13" — была совершенством инженерной мысли.

Нет, погрешности быть просто не могло. Я никогда не ошибалась!

НИКОГДА! 

В силу своих проклятых мутаций, неспособна на это.
И между тем станция молчит, и о судьбе её первых жителей ничего не известно. 

Первых... Хм... А рабочие, что строили станцию? Постойте-ка! А этой информации у меня не было.

Активировав вход в архивные базы данных компании, аккуратно взломала код доступа к ним. Да, полномочий там шастать у меня не было, но не моя вина, что пароль отщёлкивается на раз, два, три...

"Доступ разрешён" — высветилось на моём экране.

В общем, если дверь открыта, то можно и войти в гости.

Что у нас тут по "Ойкону"?

 На первый взгляд, всё было чисто. Семь вахтовых смен.

Первые пять — ни одного нарекания. Ни одного случая производственных травм, смертей. Работа выполнена в полном объёме.

Шестая вахта... Рабочие пробурили скважины вглубь планеты и установили отопительные станции, кислородные баки с водорослями, фильтра.
Я замерла на одной из строк отчёта. 

"Обнаружено плотное скопление неясной этиологии на глубине двадцать метров от поверхности станции"

Что? Что за скопление? Чего? Что это вообще такое? Но самое странное, что дальше отчёт будто стёрт. А это предложение вроде и не заметили. 

Это озадачило.

Седьмая вахта вернулась в срок. Отписки о завершении наземных работ они предоставили. За период, проведённый рабочими на станции, зарегистрированы три несчастных случая. Хм... Все три эпизода на глубине в отопительных подстанциях. 

И опять что-то неясное. Ни причин травм, ни степень их тяжести, ни медицинских отчётов. Ничего! Что там у них приключилось? Разом они там пострадали или поодиночке? Летальные исходы или нет? 

Чудесато.

Я полезла дальше. Вскрыла отчёты, присланные с "Ойкона" за последние полгода. Всё нормально. Всё протекало в штатном режиме. Проводилась повторная геологическая разведка. Обнаружили запасы ценных металлов, минералов...

Весьма богатая планета. Но это я и так знала, иначе не тратила бы наша корпорация столько сил на её заселение.

Осмий, скандий, рений, платина, иридий...

Да эта планета была напичкана редчайшими металлами. 
И всё же... 

Откинувшись на спинку кресла, обхватила руками голову. Мигрень била по вискам. Мучительная боль опоясывала черепную коробку и отдавала в затылок. Отдохнуть бы. Но увы. Даже сейчас мой мозг лихорадочно работал и не желал сдаваться.

— Да хватит! — взмолилась я.

Схема в моей голове медленно растаяла, проясняя зрение.
Моргнув несколько раз, прослезилась. Перед глазами бегали чёрные мурашки раздражая.

Боль усиливалась. 

Открыв ящик стола, нащупала рукой баночку с пилюлями. Обезболивающее. Только в нём моё спасение.

На экране, вмонтированном в стол, сработал сигнал внешнего вызова. Поморщившись, я мельком взглянула на аватару нарушителя моего спокойствия и вывела видеозвонок на вертикальный трёхмерный экран. Всё равно это надолго.

Мелькнули кривые полоски соединения, изображение пару раз моргнуло и зафиксировалось. 

Передо мной, развалившись в стареньком бордовом велюровом кресле, восседал молодой чернокожий мужчина дотошной наружности. Нет внешности он был привлекательной, атлетически сложен, короткая модная стрижка, но наружность всё же дотошная.

Мой личный психотерапевт, приветливо улыбнулся, и расстегнул манжеты строгой белой рубашки. 

  Хлопнув ладонью по зелёной сенсорной кнопке громкости, снова откинулась на спинку своего строгого чёрного кресла.

— Давайте уже, — махнула рукой вместо «здравствуйте и вам не хворать», — слушаю.

— Лидия, вы преотвратительно выглядите! Мешки под глазами, серая кожа, кровеносные сосуды в склерах лопнули, — мой нежданный собеседник рассыпался в комплементах. — Просто загляденье. Словно передо мной оживший покойник двухдневной свежести.

— Спасибо, доктор Дигри, вы милы, впрочем, как всегда, — я кивнула, соглашаясь со всеми его словами.

Ну разве что чувствовала я себя как трёхдневный трупочок-с, но сути дела это не меняло.

— Наверное, вы догадываетесь, по какому вопросу я связываюсь с вами, — доктор поиграл бровями. 

Хм... я недоумённо поморщилась и даже пожала плечами.

— Ну, хоть какое-нибудь предположение?

— Слушайте док, в больницу я не лягу. В своей голове ковыряться вам не дам. Или есть ещё что-то? 

— О, Лидия, вы столь наивны, каждый раз этому поражаюсь. Ваш мозг я уже давно изучил вдоль и поперёк. Для меня там не осталось загадок. С закрытыми глазами вашу ДНК нарисую на бумаге простым маркером. А вот насчёт больницы — это вы зря. Но об этом я вам ещё пять лет назад сказал, повторяться не буду.

Я тяжело вздохнула, значит, Маркус Дигри придумал что-то новенькое. Предчувствуя новые проблемы, поставила локти на стол и упёрлась в ладони подбородком.

— Давай, док, жги, — дала ему отмашку и приготовилась внимать голосу его разума.

Мозгоправ всё-таки, а с ними не шутят. Папочка мне ещё в подростковом возрасте психотерапевта прописал, но просчитался. Маркус Дигри оказался тем единственным, с кем я могла поговорить, посмеяться, и даже немного пожаловаться. Временами мне казалось, что он моё окно во внешний мир.

Но порой док чудил...

— Милая моя, а что это у вас в руке? М-м-м? Ага, я вижу, вы плотно подсели на пилюли. Они вредны! Выкиньте! Там столько побочных эффектов...

От его рыка тюбик выпал из моей ладони. От удара о поверхность стола крышка открылась.

— Не слушайте его, мои маленькие, — я по одной собрала в баночку рассыпавшиеся таблетки. — Этот большой дядя не хотел вас обижать.

Док захохотал и вытер проступившие слёзы с глаз.

— Лидия, вы неисправимы. Я не знаю никого, кто так бодро и с юмором загонял бы себя в кремационную камеру. 

Его слова напомнили мне об «Ойконе». Вновь впав в уныние, шумно выдохнула и покосилась в голоокно.

— Да, доктор Дигри, вот если коротко о смерти, то спешу сообщить вам, что я улетаю в систему Цефей. Сколько меня не будет, даже предположить не могу, так что…

— Да-да, — он важно закивал, — собственно, поэтому я и звоню. Не поверите, я купил билет на этот же корабль!

— Что? — у меня дёрнулся глаз. — Какой корабль, док, да я сама не знаю, как туда доберусь! Жаль пешком нельзя и такси не подвезёт. Так что, увы, но билеты на "Ойкон" не продаются. И вообще, вы что удумали?

За моей спиной раздался грохот.

"20.00, — подсказал мозг, — экспресс "Венера — Земля", вечерний рейс"

Обернувшись, я успела поймать взглядом последние сверкающие розовой неоновой подсветкой вагоны.

— Лидия, повернитесь ко мне, — моргнув, я перевела взгляд на голоокно. — Вы знаете, у меня есть уши в вашей компании, и слушок, что сегодня принесла птичка в клювике, мне не понравился от слова совсем. Я правильно понимаю, вас винят в ситуации с "Ойкон-13" и требуют немедленно принять меры?

— Это знает лишь отец и я, откуда там птичке взяться? Доктор Дигри, что за слух?

— Нет, ваш папенька, чтобы ему от кишечных колик загнуться, уже взял вашу отправку в свои руки. И я не думаю, что вам подойдёт тот способ, которым он собрался перекинуть вас на эту, по-видимому, мёртвую станцию. Поэтому у меня несколько иной план.

— Да, какая разница как...

— Большая, Лидия, но это вы предоставьте мне, а сейчас просто расскажите, что стряслось.

— Я не понимаю, что могло случиться на «Ойкон -13», — поджав губы, я медленно моргнула. Зрение меня подводило, перед глазами всё начинало двоиться. — Я весь вечер сижу и всматриваюсь в чертежи… Разбираю каждую подстанцию, каждую систему на составляющие. Нет ошибок в конструкции. Их просто нет, док, ни одной. Всё идеально, всё выверено. Но они безмолвствуют. Система связи в норме, а от них ни звука. Только гудение главного котла отопления. И всё!

— А с чего, мой гениальный друг, вы взяли, что причина молчания экспедиции — ошибка в вашей конструкции? Что заставило вас прийти к такой нелепой мысли?

Я замерла и, склонив голову набок, уставилась на док. В его карих добрых глазах я видела смех. 

А ведь действительно, что, если причина исчезновения сигнала со станции вовсе не там, где я ищу?!

— Лидия, мир несколько сложнее, чем вам видится. Там могло случиться всё что угодно. И, возможно, сигнала нет…

— … потому что его никто не шлёт? Они мертвы, все так говорят.

— Да, — док кивнул.

— Я продумала все возможные ситуации: пожар, холод, поломка той или иной системы жизнеобеспечения...

— Всегда есть человеческий фактор, и его вы чертежами не просчитаете. 

Подняв бочонок с лекарством, я покрутила его в руках. Между нами повисло молчание. За окном медленно проплыл торговый онлайн-супермаркет, на его баннерах ярко высвечивалась реклама товаров на каждый день.  

— Вы нашли корабль, Лидия?

— Нет...

— Дайте, угадаю: не понимаете, как его нанимать и где вообще обитают вольные корабли?

— На Марсе и на орбите Нептуна, — я оторвала взгляд от красочных картинок.

Огромный дирижабль медленно приземлялся на стоянку нашего здания на двухсотом этаже. 

— Лидия...

— Да, Маркус, я знаю, где есть корабли, но их нанимают при личной беседе, — поморщившись, обхватила виски пальцами.
Боль не утихала.

— Слишком много мыслей, — голос моего собеседника стал тише.

— Двое суток не спала, — простонала я, — закрываю глаза и вижу эту проклятую схему "Ойкона". Не отпускает. Эти линии... они везде.

— Вас не отпускает совесть. Просто поймите, что нет тут вашей вины, и всё сразу исчезнет.

— Целая экспедиция, док. И полная неясность. Они должны были вернуться десять дней назад. Корабль вылетел, но всего один. Один из десяти и тот пропал. Сигнал исчез. Он не покинул систему Цефея. От людей ни звука. Ещё и кот! 

— О да, — Маркус хмуро усмехнулся, — в СМИ поднялась настоящая шумиха.

— Вам не кажется странным, что за одно животное переживают больше, чем за сотню человек?! — открыв крышку, я всё же приняла лекарство, несмотря на недовольный взгляд личного психотерапевта. 

Потянувшись, мужчина взял со своего стола кружку с дымящимся ароматным напитком. 

— Меня удивляет, Лидия, что вас это удивляет. Котики давно правят этой системой. А у нас пропал лучший из пушистого рода.

Я лишь тяжело вздохнула.

— Да, жизнь сложна, — продолжил док. — Это вам не чертёж планетной станции. Но, как бы там ни было, я приеду к вам завтра, и мы поедем на Нептун, искать подходящий корабль. Вместе! Раз появился такой шанс, вырвать вас из этого мерзкого окружения, то, чего тут думать!

— Вас заставил отец? — у меня возникли смутные подозрения.

— О, нет, — он рассмеялся, — боюсь от него нам ждать кого-то иного. Вы моя любимая пациентка, куда я без вас?

— Док, вы с ума сошли?

— Лидия, сколько лет мы знакомы?

— Вы ещё без практики были, и, помнится, подрабатывали у нас фельдшером...

— Да, вечность, — он растёр щетину. — Вы для меня уже родная, считай, что сестра. Столько лет бесед, ночных посиделок перед экраном...

— Да, — я улыбнулась, — нам осталось только перейти на "ты" и распить по молочному коктейлю. 

***

Отключив трёхмерный голоэкран на столе, я опустила спинку кресла и откинулась на неё. Перед глазами всё так же расползались сетью линии коммуникаций проклятой станции. 

Выходит, завтра мне предстоит лететь нанимать корабль.

Я не представляла, как это вообще осуществить. Никогда не покидала здание Илистрон Корпорэйшн. Парковки, "зеленые аллеи" и терраса трёхсотого этажа не в счёт. Всё моё существование ограничивали эти стены. Собственные апартаменты в три комнаты. Кабинет здесь же. Ресторан двумя этажами ниже. Личный лифт, ведущий туда, и столик у окна, за которым я завтракала ещё ребёнком.

Всё остальное — онлайн-магазины с доставкой через консьержа. 

Иногда мне приходилось посещать кабинет отца и нудные, чрезмерно людные совещания, после которых я восстанавливалась не один день.

Круг общения тоже столь узок, что я могла пересчитать по пальцам всех, кого знала по имени. 

И доктор Маркус Дигри был номером один.

Меня пробило ознобом. Нептун. Почему не Марс? Это ведь ближайшая от родной Земли планета.

Ну чего лететь к чёрту на рога на край системы?

Поморщилась. Ответ я знала, так что можно уж себе в глаза не врать. Потому что только там среди "вольных" найдётся команда, что за хорошие деньги полетит, куда сказали, не задавая вопросов.

Но в этом и заключался весь ужас. Я чистокровная натуральная землянка в глаза не видела тот генно-модифицированный сброд, напичканный киберимплантатами, что обитает там. Несколько лет назад на Нептуне вспыхнуло восстание, переросшее в гражданскую войну. Кто победил, кто проиграл до сих пор неясно. Конфликт просто сошёл на нет. Тысячи смертей, столько же покалеченных жизней. Повстанцы до сих пор наводили ужас на жителей благополучных планет.

Пираты, нелегалы, контрабандисты...

И док хочет, чтобы я летела к ним! 

У меня поджилки затряслись от страха.  

Они же даже не совсем люди. 

Сжав виски пальцами, закрыла глаза. 

Я откровенно боялась не натуралов с их жестянками, торчащими вместо рук и ног.

В моём представлении жители Нептуна и его спутников — монстры, незнающие жалости, никаких моральных принципов.

В памяти тенью шевельнулся образ огромного мужчины с металлическими вставками на лице, нависающего сверху.

Женский крик, кровь на двери лифта парковки...

Я моргнула, и видение схлынуло. Было ли оно воспоминанием или это игры моего больного разума?

На этот вопрос ответа у меня, увы, не было.

Снова грохот. Обернувшись, я проследила, как с верхнего стыковочного шлюза в сторону морского порта мчится межпланетный экспресс.

"Полночь. Рейс "Марс — Луна — Земля""

Я зевнула, а сон всё не шёл. Измученное тело требовало отдыха. Руки, ноги крутило, подкатывала тошнота.

А сна ни в одном глазу. Какая же это мука.

Несколько лет я пыталась бороться с собственными мутациями, но истина была такова — моему мозгу не требовался отдых. Он не желал спать, и это было неправильно. Блуждая по ночам по тёмным коридорам, я вслушивалась в то, что происходило за дверями комнат. Там, лёжа в удобных кроватях, спал персонал Илистрон Корпорэйшн. Они, в отличие от меня, могли видеть сны.

Такая роскошь. Я снова зевнула.

Мой взгляд упал на играющую в голубой неоновой подсветке фотографию.

Мама.

Единственный человек в этом мире, к которому я испытывала любовь. 

На навечно застывшем изображении мне улыбалась женщина средних лет. В её тёплых, таких живых глазах столько ласки. Я всё ещё помнила тепло её рук.

Наверное, это и была та соломинка, что до сих пор держала меня на плаву, не давая скатиться в омут безумия. 

Когда-то меня любили.

У меня была мама.

Тишина стала просто невыносимой. Поднявшись с кресла, прошла в ванную и включила напор воды. Вращаясь по часовой стрелке, она исчезала где-то в трубах огромного небоскрёба. Глаза слипались. Организм желал покоя. Набрав в ладони прозрачную жидкость, плеснула на лицо. Один раз, второй...

Капли медленно стекали по моей коже.

Выпрямившись боковым зрением, заметила движение. Что-то тёмное, страшное. Отшатнувшись, врезалась в тонкую стальную перегородку душевой и замерла.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять — это всего лишь моё изображение в зеркале.

Да, я не узнала себя. Прав был док. Испуганная, растрёпанная, короткие волосы до плеч торчат в разные стороны. Глаза красные. Губы бледные. Действительно, в таком прикиде только на кремацию везут.
Моргнув, я протянула ладонь и выключила воду. 

На моём запястье запищал браслет, отображающий параметры состояния здоровья.

— Лидия, с вами всё хорошо? — голос виртуальной помощницы заполнил пространство кабинета.

— Да, Ти-си, — негромко ответила, всё так же глядя на своё отражение в зеркале. — Я в ванной комнате.

— Хотите принять душ? Я зарегистрировала резкий скачок адреналина в вашей крови.

— Я испугалась.

— Чего? — казалось, она удивлена, хотя искусственному интеллекту эмоции несвойственны.

— Отражение, — мне стало стыдно за себя и свои страхи. — Здесь зеркало.

Повисло молчание. Как ни странно, но мне вдруг захотелось поговорить. 

-— Ти-си, что происходит в мире?

— Ну, нет. Сейчас новости будут вам во вред. Лучше примите душ, это поможет расслабиться. Вам нужен сон. Я рекомендую два кубика снотворного.

— У меня зависимость, — покачав головой, зевнула. — И я должна засыпать сама.

— Я включу воду нужной температуры, — за моей спиной в душевой кабинке прямо из потолка хлынул поток. — Раздевайтесь.

Спорить не стала. Скинув с себя фиолетовую рубашку и чёрные брюки. Потянулась к застёжке бюстика...

Поверх тёмной грубой ткани легло белоснежное нижнее бельё.

Открыв дверь, я вошла внутрь. Волосы мгновенно намокли. По спине, животу, рукам заскользили тёплые струи воды.

Раскачиваясь, я наслаждалась душем.

— Лидия, — подала голос Ти-си.

— Да.

— Вам пришло сообщение от отца.

Уперевшись руками о плитку на стене, замерла. 

Устала. От всего и всех.

В голове звучала фраза дока Дигри.

"Раз появился такой шанс, вырвать вас из этого мерзкого окружения, то, чего тут думать!"

Она зацепила меня. 

Шанс вырваться! А куда? Ответа у меня не было. Жить по-другому, не в этих комнатах, без вечных издёвок Мамлизы, без отца.

Никогда больше не видеть его, не слышать его укоров и обвинений. 

Дышать разным с ним воздухом.

— Ти-си, заблокируй номер Льюиса Илистрона.

— Вы уверены?

Я колебалась.

— Лидия...

— Да, выводи на экран количество пропущенных от него звонков, и всё.

— Мне кажется это прекрасное решение.

— Ти-си? 

— Что? Я электронный помощник, наделённый интеллектом, я не могу не замечать, в какую депрессию вы впадаете...

— Достаточно, я тебя поняла... Выключи воду.

Выйдя из душа, я достала из ящичка чистое бельё и красную стираную рубашку. Оделась и вернулась в кабинет.

***

Замерев в кресле, я наблюдала, как на огромном табло цифры, сменяя друг друга, отсчитывали часы до рассвета. 

Три ночи... четыре... пять...

Нажав на клавишу, развернулась к окну и, слабо улыбнувшись, вгляделась в смог, окутывающий небоскрёбы. 

В ночное время небесный город был особенно ярок. Неоновые вывески, подсветки окон жилых этажей. Блики от прожекторов, парящих торговых дирижаблей. Мерцающие автотрассы и взлётные полосы межпланетного метро.

Глядя в окно, я видела жизнь. Она пролетала мимо и лёгким предрассветным туманом дышала на стекло, оставляя капельки влаги.

На горизонте медленно разгоралась оранжевая полоса, становясь шире и ярче.

Рассвет. 

Первые солнечные лучи ползли по крышам и стенам домов, пробуждая городских жителей.

Вот и наступило завтра.

Сомкнув глаза, я наконец забылась тревожным поверхностным сном.

***

Навязчивый звук врезался в моё сознание. Сон развеялся вмиг. Открыв глаза, моргнула. День или всё же ещё утро? Сколько часов я проспала? Два-три. Потянувшись, ощутила боль во всём теле.

Звук повторился. Словно что-то с грохотом уронили на пол. Хм... Шум явно исходил из-за двери. Чудно.

Сев ровнее, я судорожно соображала, что так странно может там трещать, проедая мозг. 

Автомойщик перевернулся, или ещё чего?

Удар. Ещё один. Ну если робот и навернулся, то теперь он бился головой о стену. 

Возня. Хм, это уже вызывало любопытство. Грохот нарастал. Дрогнула дверь. 

Почесав подбородок, я скованным ото сна мозгом пыталась проникнуться в происходящее и разгадать, что же там кидают в стены. А может, по полу пинают? Снова удар об дверь. Нет, всё же в стены: видимо, поднимают и со всей дури припечатывают. Значит, не робот-мойщик глюкнулся. Любопытно.

— Лидия Илистрон! — завопил некто больно знакомым голосом в коридоре. — Если вы сейчас же не откроете дверь и не поздороваетесь со своим психотерапевтом, то меня выкинет из здания служба безопасности. Они уже запросили подкрепление, и по мою душу спешат ещё четыре бугая. 

— Док, это вы там, что ли? — я моргнула и наконец поняла, кто ломится в дверь кабинета.

Ну вот, а я-то думала...

По помещению проплыл странный мелодичный звук. Недоумённо осмотревшись, обратила внимание на кнопочку вызова сбоку двери. Она пульсировала и мигала красным огоньком.

— Ух ты, док! — прокричала я. — Вы представляете, оказывается, у меня есть звонок?

— Лидия! Откройте дверь, это я жму в ваш чёртов звонок. Головой это делаю между прочим.

— А почему? — поинтересовалась я у стены.

— Да потому что мне руки скрутили! Поторопились бы вы, бугаи уже на этаже. Я же пробрался к вам без пропуска!

В дверь снова ударили чем-то тяжёлым. Пинает её, наверное, ногами. Доктор Дигри вообще скромностью никогда не обладал, поэтому он и ломился сейчас внутрь с упорством бизона.

В коридоре послышалась возня. Чёрт, да его там калечат, что ли? Соскочив с места, я подлетела к двери и распахнула её.

На меня тут же уставились трое. Два охранника и уложенный ими на пол мой психотерапевт.
— А подкрепление где? — поинтересовалась я, высматривая тех самых "бугаёв", спешащих на помощь доблестным охранникам.

— Миссис Илистрон, — затараторил форменный, — этот чернокожий мужчина проник на ваш этаж незаконно...

— Мулат, — поправила я его.

— Что, простите? — у молодого черноволосого мужчины дёрнулся глаз. 

— Доктор Маркус Дигри — мулат. 

Улыбнувшись, взглянула на своего гостя. Вид у него был крайне недовольный. В карих глазах проглядывался немой укор.

Нет, а чего он хотел? Как он вообще добрался до предпоследнего этажа небоскрёба без пропуска?

— Я же сказал, что приду за вами с утра, — проворчал он, будто поняв, о чём я думаю. 

— Простите, уснула, — я развела руками, словно извиняясь.

— О-о-о, — он просиял, — сами уснули! Но постойте, выходит, я не дал вам выспаться.

— Да ничего, сейчас досплю, — глядя на него снизу вверх, я всё ждала как же он выпутается.

Это был тот редкий случай, когда в интересном положении оказывалась не я, а мой мозгоправ.

Охранники в чёрной форме с нашивками на груди, слушая наш странный диалог, так и стояли, согнувшись пополам. Похоже, и они не знали, что им делать со своим пленником, развалившимся в их ногах.
Хлопая глазами, они ждали от меня приказ, а я в кое-то веке веселилась.

— Лидия? А может, полетим на Нептун? — предложил док.

Я поморщилась. Ну вот зачем он напомнил. Вздохнув, сложила руки на груди и призадумалась.

— А вижу, утренних новостей вы ещё не видели, — сделал свои выводы Маркус.

Охранники отвели взгляд. Та-ак!

Я по их лицам поняла, что грозит мне очередная гадкая подстава. 

Зло поджав губы, обернулась и громко скомандовала:

— Ти-си, включи первый новостной канал!

— А может, не надо, — пропищала моя помощница. — Зачем портить себе настроение. Сегодня замечательное утро, хорошая погода...

— Включай! Это приказ!

Искусственный интеллект печально вздохнул и умолк.

Над столом медленно развернулось трёхмерное голоокно. Пошла рябь, нечёткая картинка...

— Ти-си, — прорычала я, теряя терпение.

Изображение выровнялось.

Светловолосая репортёрша активно жестикулировала, указывая на довольно знакомую парковочную площадку.

— Ти-си, звук.

Пауза...

"... Сегодня после короткой пресс-конференции господин Льюис Илистрон объявил, что посылает на "Ойкон-13" проверочную миссию в составе спасательной операции. Пока неизвестно что это будет за судно, и с какого космопорта оно стартует. Но как заявили специалисты корпорации, есть вероятность, что на станции вышла из строя система связи. Конечно, это вызывает все новые вопросы. Если дело в простой поломке, то почему так долго ждали с решением этой проблемы. Но ещё большее удивление вызвала следующая новость — миссию возглавит младшая дочь главы холдинга Лидия Илистрон. Напомним, что об этом отпрыске миллиардера известно очень мало. Она практически никогда не появляется на публике, ведёт замкнутый образ жизни…"

— Ти-си, выключить звук.

В комнате резко стало тихо. 

Обернувшись на дока, тяжело выдохнула и упёрлась ладонью о косяк.

— Отец что-то задумал.

— Я тоже пришёл к таким невесёлым выводам, — Дигри затряс головой и стукнулся подбородком о пол.

— Ну а вам-то оно зачем, Маркус?

— Вы моя диссертация, Лидия, — в его голосе зазвенело некое возмущение. — Я просто обязан увидеть, как вы будете вести себя в новых для вас условиях. 

— Ага, то есть вам нужно, чтобы я подопытной мышкой бегала по кораблю "вольников" и вопила как резанная, не понимая, как себя с ними вести?

— Это в идеале, — он просиял.

Охранники, кажется, вообще окаменели.

— Отпустите его, — выдохнула и, покачав головой, вернулась в кабинет.

Что же мышкой быть несложно. Даже забавно порой.

Всё не подвешенной на ниточки тряпичной куклой трепыхаться в руках отца.

— Лидия, собирайте вещи, — док ходил за мной из комнаты в комнату, не отставая ни на шаг.

— Не мешайте, — ткнув в него указательным пальцем, сделала умное лицо. — Я пытаюсь собраться с мыслями.

— Нет, вы не поняли: не с мыслями собираться нужно, а с вещами, — не унимался он.

— Ой, всё...

Я упала в кресло посреди зала. Да что им всем от меня нужно? Знаю я всё!

В дверь постучали.

— Вы не против, если я открою?

От вежливости этого гостя меня уже мутило.

— Боже, Маркус, хватит мне выкать. У меня от вашей медицинской этики мигрень, — взвыла я.

— Да ладно, Лидия, это настраивает на рабочий лад.

— Я вас сейчас обрадую, док, но мы собрались лететь к чёрту на рога, в самую задницу вселенной на поиски одного пушистого кота, окрас — дымчатый. Вот там и без нас невесть куда делась сотня человек. Так что хватит меня раздражать! 

Стук повторился.

— Да входите уже! — рявкнули мы в два голоса.

И тишина...

— Э-э-э.… — я приподняла бровь. — Док, открой и придуши гостя фонендоскопом!

— Не выйдет, Лидия, — разочарованно выдохнул он.

— Почему?

— Я забыл его в машине на парковке.

Сокрушённо цокнув, я укоризненно покачала головой.

— Вот как с вами куда-то лететь?! Ладно, что у вас с собой есть?

Ответить док не успел, в дверь опять забарабанили.

— Лучше я открою, — Дигри заспешил в небольшой коридор.

Пискнул сигнал электронного замка, и послышались негромкие голоса.

Тяжело вздохнув, я уткнулась взглядом в небольшой шкафчик. Кажется, чемодан — вот уже несколько лет покоился с миром именно там. 
Был у меня период в жизни, когда отец за семейным ужином объявил, что все поедут на море. Я неделю планировала поездку, даже прикупила себе тогда большую дорожную сумку. Ну кто же знал, что я ко "всем" не отношусь. Естественно, Мамлиза укатила на тёплое побережье, а я осталась в этих четырёх стенах.

С новеньким не распакованным чемоданом...

И вот пришло его время!

"Так, где сумка вспомнила" — пробормотала себе под нос.

Поднявшись, отправилась комодику… Хм.

Нажав на сенсорную панель, заглянула внутрь.

— А вот и ты! 

Достав широкую кожаную ленту, попыталась вспомнить, как разложить эту универсальную дорожную сумку.

Покрутив, нашла небольшую схему-инструкцию.

Перед глазами тут же поползли видимые лишь мне одной, сверкающие серебром нити.

Строение чемодана, его характеристики: объём, высота, ширина.

Нажав в центре плоской ленты, подкинула её вверх, как было показано на рисунке.

— А видите, госпожа Илистрон уже пакует вещи, — раздалось за моей спиной.

Я моргнула, и линии растаяли. Передо мной стоял бесформенный баул болотного цвета. Хм... я покосилась на упаковку... Явное несоответствие с заявленным рисунком. 

— Да-да, — промямлил кто-то неизвестный, — я вот тоже уже с рюкзаком.

Обернувшись, обнаружила дока в сопровождении незнакомого мне щупленького очкарика. Робкий, я бы даже сказала, затюканный   шатен старательно выдавливал из себя улыбку. 

— О, миссис Лидия, ваш отец так много мне рассказывал о вас, — сглотнув, отчеканил он, кажется, заученную фразу. Я скептически приподняла бровь. — Я Ан Друз, — мужчина уже натурально заикался, — мне выпала великая честь сопровождать вас на "Ойкон". Это так волнительно…

— А-а-а, смертничек от отца, — сделала я свои выводы. — Прислали шпионить за мной.

— По всему выходит, что так, — кивнул док. — А господин Друз у нас кто?

— По образованию инженер, — молодой мужчина выглядел донельзя сконфуженным.

Хм… Дурак или карьерист? Скорее первое.

— Что вам обещали за выполнение этой работы? — я подозрительно прищурилась.

— Мне? Да это честь... — он истерически засмеялся, сам себе не веря.

— Друз, я задала вопрос...

Он обречённо выдохнул и взглянул на меня такими милыми карими глазками, что я сжалилась. 

— Пообещали перевести из курьеров в отдел на должность младшего помощника инженера коммуникаций.

— Дешево купили, — пожав плечами, я поставила ровно разложившийся чемодан и нахмурилась.

"Вот же венеряшки-барахольщики!" — мысленно выругалась я. На заявленные в инструкции параметры эта авоська недотягивала.

Кругом обман. 

Ну, что за планета!

Ничего нельзя у них покупать. Всё уже сломанное приходит. 

Я взглянула на дока.

— Насколько я знаю, гардероб у тебя, Лидия, не то, чтобы большой. Твои три тряпки туда вполне войдут.

— Наконец-то, вожделенное "ты", — пробубнила я себе под нос и, схватив чемодан за ручку, направилась в гардеробную. 

М-да, несколько пар плотных чёрных штанов, и семь рубашек разного цвета. 

— Всё куда хуже, — съехидничал доктор Дигри. — Предлагаю перед полётом прокатиться, знаете куда? Ну, Друз, давай угадывай.

— Э-э-э, — инженер впал в ступор.

— В крематорий мы, само собой, заедем, — проворчала я, — поминальные дощечки закажем. 

— Моё предложение было веселее — я по магазинам собирался.

Я скептически взглянула на своего психотерапевта, надо же, какой оптимист. Стоит счастливый, улыбается, меня раздражает почём зря.

Фыркнув, сгребла своё шмотьё и вышла в комнату. Скинув всё в чемодан, вернулась за ботинками.

"Так ещё что?"

Мужчины мялись на пороге спальни. И если док явно веселился за мой счёт, то этот Друз выглядел придурковато. 

Меня окончательно подкосила жалость. Было в его взгляде что-то такое — смягчающее. Вот бывает, смотришь на человека и хочется ему в руку конфетку сунуть. А в случае с Друзом — пирожок с мясом. Уж больно дохленьким он казался. 

— Лидия, это ещё не всё, — Дигри стрельнул взглядом на мою сумку.

— Я знаю, вернитесь в гостиную.

— А может...

— Вон, — грозно рявкнула я и выгнала эту мужскую делегацию из своей спальни.

Обхватив виски пальцами, попыталась сосредоточиться.

Что там ещё берут в поездки?

Да чего сложно-то так всё!

— Ти-си, список вещей для путешествия?

— Вы летите на курорт?! — вопрос виртуального помощника цепочкой букв повис над потолком дублируясь.

— Отключи версию для слабослышащих, — скомандовала я, — и нет. Не на курорт, скорее наоборот — в чёрную дыру Вселенной.

В ответ Ти-си развернула огромный рекламный баннер марсианского бюро ритуальных услуг

— "Мы похороним вас с шиком", — прочитала я красочный слоган. Потерев подбородок, призадумалась. — Ти-си, оставь им от меня заявку. Но пока выведи список вещей в командировку.

— Зубная щётка, расчёска и смена белья.

— И всё? — уж слишком простым перечень оказался.

— Остальное вам предоставит отель.

Я покосилась на колонку, в которой обитала моя виртуальная помощница. Похоже, до неё не доходило, в какую передрягу мы влипли.

— Здорово, конечно, Ти-си. Только на Ойконе отеля нет. Там лишь ледяные скалы и холод такой, что глаза стекленеют...

Секундная пауза и в воздухе развернулся каталог шуб.

— И это мне зачем? — не поняла я.

— "Мы согреем ваши тушки..." — начала было Ти-си читать рекламный буклет.

— Нет… нет… нет, — остановила я её. — Мне нужен перечень вещей, понимаешь. Вот рубашки, вот брюки, обувь. Что ещё?

— Зубная щётка, расчёска и смена белья, — повторила помощница.

— Хм, бельё точно… — я спешно вернулась в гардеробную.

***

Глядя на свой чемодан, задумчиво почесала подбородок. Перед глазами списком пронеслось всё, что я в него впихнула: штаны, рубашки, пара ботинок, носки, нижнее бельё и... Как бы всё. Маловато что-то. Я осмотрелась.

— Ти-си, я всё учла?

— Нет, — подозрительно обиженно сообщил мой виртуальный помощник.

— Хм, и что же я забыла? Что-то из одежды? Да, у меня же была лёгкая куртка, а где она? Помнишь, я её купила, потому как хотела выходить гулять в аллею на двухсотом этаже.

Ну да, заказывала и, помню, даже распаковывала. А куда дела?

— Вы меня забыли! — визжащим электронным голосом заявила дамочка. — Вот вы уедете, а я останусь одна в пустых комнатах! И не с кем поговорить даже. Совет дать, новости рассказать. Погоду. Это вы безэмоциональная болванка, а я живой интеллект! Мне нужны чувства, переживания, динамика...

Что? Вырастила виртуальную гарпию на свою голову! 

Скривившись, я подошла к столу и, вырвав круглую святящуюся неоновым розовым колонку из ячейки, закинула её в чемодан вместе с зарядкой.

Ты глянь на неё! Я болванка, а она клубок эмоций.

— Я всё видела! — раздалось из портативного планшета на моём бедре. — Вы сделали это без особого уважения.

— Знаешь, Ти-си, — я вновь упала на кресло, — могу тебя и вовсе в окно выкинуть. И заметь, никаких эмоций при этом.

— Вы этого никогда не сделаете, Лидия.

Хм, да у меня тут ещё один мозгоправ нарисовался. 

— Чего это такие выводы? — я приподняла бровь.

— Где-то там в глубине вашей холодной души вы меня любите.

Подумав несколько секунд, покачала головой.

— Но вы же меня столько лет терпите! — и снова этот бабский электронный визг.

Что так истирить-то?!

— Просто, Ти-си, ты знаешь адрес лучших шашлычных Земли и мониторишь появление новых пиццерий с доставкой на дом. Ну и не забываешь заказывать обеды и ужины.

— Вам бы только сытно пожрать, — недовольно засопев дамочка притихла.

Усмехнувшись, откинулась на спинку кресла и уже серьёзней взглянула на свою сумку.

Я что-то упускала.

Там на подсознании мелькала очень важная мысль, но я никак не могла к ней пробиться. 

Закрыв глаза, вспомнила события двух недель. Не вышла на связь команда с Ойкона, мгновенно вспыхнул межпланетный скандал, в центре которого кот и наша корпорация. Угрозы судебными исками отцу. Приказ лететь на станцию и разбираться со всем. Это уже мне.

Цепочка выстраивалась логично, но всё равно было здесь что-то не так.

— Лидия, вы всё ещё чахните над своим скарбом, — появившийся в проходе док настроение мне не поднял. — Экспресс на Нептун отходит через два часа. 

— Зачем на Нептун, всё же я не понимаю, чем вам не нравятся корабли с Марса?

Меня словно нитями паутины спеленал страх. Всё это казалось таким нереальным, а вроде и понимаю, что сейчас я возьму свой чемодан и выйду из этого здания туда во внешний мир. Но веры в то, что у меня хоть что-нибудь получится, не было. Да, наверное, поэтому я была столь цинична и груба — прятала собственных монстров за этой ширмой.

— Ну, друг мой, Марс мне категорически не нравится тем, что половина кораблей, что швартуется там, принадлежит корпорациям. Хотите, чтобы в прессу сразу просочилось с кем и куда вы полетели?

— Разве это тайна? — я развела руками.

— На Марсе огромные транспортные суда, рядом с вами ежеминутно будет находиться сотня человек. Замкнутое пространство, никаких обедов в каюте.

Док нагонял на меня страху, манипулировал. Пытался сыграть на моих фобиях, раньше за ним такого не наблюдалось. Это интриговало.

— Маркус, начистоту, я прекрасно понимаю, когда мне желают запудрить мозги.

— Хорошо, Лидия, я знаю вас сколько?

— Много, доктор Дигри, так что давайте без всего этого.

Он засмеялся, легко и будто даже счастливо.

— Ты не переживёшь, если по твоей вине погибнут люди, а вдруг там на Ойконе нечто, что губит суда. Ты рискнёшь экипажем в сотню человек?

Цокнув, я встала и, застегнув на чемодане основную магнитную молнию, в последний момент засунула в боковой карман фоторамку с изображением мамы.

— Сентиментальности, — усмехнулся док, заметя эту мелочь. — Сегодня я узнал о тебе что-то новое. Ты так и не отпустила её.

— Я не бесчувственная болванка, если ты об этом, Маркус.

— Разве я хоть раз тебя так назвал?

Приподняв бровь, я одарила его скептическим взглядом и вышла в коридор.

А Друз! Как-то я забыла о нём. Он, мило улыбаясь, жался к двери. От волнения у него даже очки запотели. 

— Мисс Илистрон, отец забронировал вам судно…

Меня пробрал смех. Вот, значит, как.

— Говори, всё как есть, — отвернувшись от бедолаги, я направилась к лифту.

— Господин Илистрон собрал огромный корабль, триста человек экипажа. Это будет грандиозная спасательная операция. Меня отправили к вам в личные помощники.

— Шпионить? — уточнила я не без доли ехидства.

— Ну, если, по существу, то да, — он покраснел, но отнекиваться не стал.

Это прибавило к нему уважения. Что же, не знаю, как он влип в эту историю, но Ан Друз брехлом и подлизой не был. 

Выходит, док пронюхал и про большой корабль. Хм... Сначала отец выставляет мне ультиматум — вали на Ойкон как хочешь. Ждёт два дня и начинает активно собирать спасательную экспедицию, промариновав как следует меня. Скорее всего, этот гад думает, что я дошла до точки отчаянья и соглашусь на всё. Хитро папочка, в твоём репертуаре. Гнобить людей он всегда умел мастерски. 

Кивнув самой себе, я выстроила в голове совсем иную логическую цепочку.

Поравнявшись со мной, Маркус выжидательно прищурился. Что же не буду его разочаровывать.

— Отец понимает, что живых на станции нет, но пытается играть в спасителя. Что может быть искреннее, чем спасение пропавших душ руками родного чада?

— Мне нравится, как работает твой мозг, — обогнав меня док, вызвал лифт. — Никогда больше не говори, что он сломанный, и не называй себя мутантом. Это не уродство, Лидия, это дар. Дар, который вызывает лишь восхищение. И лёгкую зависть.

— А вы попробуйте с этим даром не поспать недельку, зависть сойдёт на нет. А господин Льюис Илистрон решил на мне проехаться в лигу Святых. Подлая гнида, он отправляет младшую дочь в неизвестность, тем самым показывая, что уверен — ничего страшного там на Ойконе не произошло.

— А если вы не вернётесь? — испуганно прошептал Друз, обречённо плетущийся за нашими спинами.

— Он будет жертвой, — высказала я то, что и так было понятно всем.

У Друза глаза увеличились вдвое.

— Вам лететь с нами необязательно, — успокоила я этого несчастного.

— У меня приказ сопровождать вас везде, — почесав лоб, он поджал губы.

— Сочувствую. Тогда накиньте куртку, на станциях Нептуна ветрено, — услышав меня, он так искренне улыбнулся.

Ну что за человек, нужно будет покормить его хорошо. Такой худой. 

— А может, всё же поступим, как приказал господин Илистрон, — пробубнил он. — На Нептуне пираты и головорезы.

Дождавшись, пока лифт откроет двери, вошла внутрь. Чемодан парил рядом пристёгнутый к моему запястью тонкой, но прочной цепочкой.

— Госпожа Илистрон, Лидия, вы... Вы подумайте, ну не может родной отец быть таким подлым. Может, вам просто так показалось?

— Зря ты это сказал, — хохотнул док.

Никого не дожидаясь, я нажала на сенсорной панели клавишу вниз.

Двери закрылись прямо перед носом мужчин. Им полезно, нечего в моём присутствии всяких гадов отбеливать. Мой отец — редкостная тварь, и сомневаться в этом не стоит. Для него существует только его любимая старшая доченька, рождённая от какой-то там модельки. Эта дамочка является раз в год, сцеживает с отца хорошую сумму денег и исчезает в небытие. 

А моя мама... Хм... Всё, что я помнила — это постоянные крики отца.

Не понимала, почему они ругаются. Чем недовольны родители? Стоя за дверями их спальни, я силилась детским умом постигнуть проблемы взрослых. 

Не выходило.

А однажды мама просто исчезла. Всё, что сохранила моя память о том вечере — отец нашёл меня на парковке, а ещё навязчивый скрип протеза незнакомца. Кто бы там ещё в тот момент ни находился — он был модифицированным.

Уже будучи взрослой, я подняла новости тех лет. Ничего конкретного: лишь пара заметок в маленьких газетах о том, что вторую жену Льюиса Илистрона забили насмерть на парковке Илистронхаус. Во всём обвинили темнокожего мужчину, убитого в ту ночь там же.

Ещё пара строк о преступнике — уроженец с Нептуна и, скорее всего, повстанец.

Или просто сумасшедший.

Или контрабандист.

Правды, я не нашла. Что случилось с моей мамой так и осталось неразгаданной тайной.

Мой уникальный ум оказался бесполезен. И это отравляло мне жизнь.
На небольшом табло над дверями шёл размеренный отчёт цифр.

"341, 340, 339... 289, 288, 287... "

Оставшись одна, закрыла глаза и упёрлась затылком в холодную металлическую панель лифта.

Огромное судно… Несколько сотен членов экипажа… Спасательная операция…

Оскалившись, сжала ладони в кулаки…

Отец, сам того не осознавая, дал мне в руки ту нить, о которой я мечтала столько лет. Осталось лишь дёрнуть за неё как следует, и я наконец смогу забыться крепким сном.

"...268, 267, 266..." 

Цифры ускорялись, приближая меня к парковке. Это место, дальше которого если я когда и заходила, то в далёком детстве. Может быть, когда была жива мама. Хотя, возможно, она, как и отец, стеснялась моей странности и не показывала меня людям.

В это верить я не желала.

"...236, 235, 234..." 

Злость не отпускала, наоборот, словно разрасталась в моей душе. А вместе с ней и страх. Я вдруг поняла, что не знаю, как покинуть это здание. Возможно, в этом случае мне придёт на помощь док, у него был личный автокар.

 Интересно, как высоко он может взлететь? Душно ли в нём или работает климат-система? Как это вообще сидеть в этой тесной пластиковой переливающейся в лучах солнца коробке и вальсировать в бесконечном потоке таких же воздушных транспортных средств между небоскрёбами, разрывающими облака?

Отец всегда говорил, что чем человек могущественнее, тем ближе к солнцу. Наверное, поэтому он занимал триста пятидесятый этаж, чтобы никто не смел быть выше.

Что же папа хочешь играть в бога — будет тебе спасательная миссия!

"... 203, 202,201..."

На экране высветилась ярко "200".

Двери разъехались. Выйдя в холл, я буквально налетела на сестрицу. В ярком цветном сарафане она выглядела как пёстрая бабочка. На плече модная сумка, на ногах золотистые босоножки. Я представляла, какой у неё гардероб, наверное, размером с комнату. Тряхнув длинной гривой светлых волос, она презрительно поморщилась и встала так, чтобы я не смогла пройти мимо.

— Что тебе, Мамлиза? — устало выдохнула я.

— Это немыслимо! — взвизгнула она похлеще Ти-си. — Ты опять всё испортила, Лидия.

— И чем же на сей раз? — я приподняла бровь.

— Там куча репортеришек, — она указала на двери, ведущие на парковку, — и знаешь, их волнует не какое у меня будет свадебное платье, а этот плешивый кот, которого ты обязана спасти. Почему новость дня ты, а не я? Никто из них даже голову в мою сторону не повернул — все высматривают убогую страшилку тебя. Ну почему ты не сдохла вместе со своей мамочкой?

— А почему ты не укатила вместе со своей?

— Не смей трогать мою мать! Она у меня занятая. Показы, премьеры!

— Да откупается папаша от неё. Развёлся и отправил куда подальше, чтобы глаза не мозолила.

— Не смей рот открывать, недоделанная. Я не понимаю, почему их интересует такое никчёмное существо, как ты!

— Потому что, блаженная ты овца, — рявкнула я. — И вообще, привыкай быть в тени. Твой будущий муженёк не даст затмевать себя. Кто там этот мажорчик? Моделька пустоголовая!

— Что? — у неё от возмущения аж глаза из орбит полезли.

— Тебе повторить? — с ехидцей поинтересовалась я.

— Ты ненормальная! Ты... Ты, — она, давясь воздухом, тыкала в меня пальцем. — Отец должен был избавиться от тебя, как только выяснилось, что ты генетический мутант. Твои мозги неправильные. Они сломанные, а ты ущербная. И мамаша твоя была такая же. Ты ладони папе лизать обязана!
Ха-ха, надо же, как, оказывается, легко вывести из себя эту идиотку. Представить только, и это моя родная сестра. Насмешка вселенной какая-то. И чем я ей так ненавистна? Хотя такие, как она, ненавидят без причины, просто потому как душа с гнильцой.

— Я что должна?! — скривив губы, задрала подбородок вверх. — Ладони лизать! Прости, Мамлиза, но я привыкла быть лучшей, а тут я тебе не конкурент. Лучше тебя это всё равно не сделаю. Ты же мастер подлизать. А насчёт мутанта соглашусь. Но тут такое дело, у меня хоть справка есть, а ты просто от природы идиотка. Полная беспросветная дура без шанса на улучшение.

Обойдя её, направилась к четырёхметровым дверям, ведущим на парковку Илистронхаус. 

Я не выходила туда, наверное, уже год. И никто даже не подозревал, какое смятение сжимало когтями моё сердце в этот момент.

***

Сотни вспышек, гул голосов как в пчелином улье и солнце, ослепляющее глаза.

Все это поджидало меня на улице. Мамлиза не соврала. К сожалению, по мою душу прибыли господа из инфо-прессы. 

Сделав глубокий вдох, пошатнулась, но со спины меня поддержал подоспевший док.

— Этого я не ожидал, — пробурчал он, сжав за плечи. — Но стоило догадаться, что стервятники налетят в поисках крупиц информации. Каждому нужна сенсация. Держитесь, Лидия, вы должны пройти через это. У вас хватит духу. Я в вас верю.

— Нормально, — прохрипела я. — Но сколько же их здесь? Что со всех новостных каналов? 

— Да приличная толпа, — в голосе Друза я расслышала явную неуверенность. — А через них никак не пробраться? Может какой черный ход, или там лаз имеется?

Он буквально озвучил мои мысли. Кажется, наш инженер к славе не рвался и публично выставлять свою персону не торопился. 

— Да я бы сейчас хоть в вентиляцию, хоть в коллектор залезла. Но нет. Только через господ журналистов. Док, ты что припарковаться в другом месте не мог?

— Нет, конечно, — он легкомысленно пожал плечами. — Я же без пропуска пробирался. Но как вариант — укол. Я могу сделать его незаметно. Пара секунд и вы будете спокойны как айсберг.

Гордость вопила сохранить лицо, а трусость взмолилась об успокоительном.

— Справлюсь, — глубоко вдохнув, я отключила эмоции и сделала шаг вперёд.

Толпа приближалась.
*** 

Они накинулись как пираньи!

Все разом.

Десятки вопросов со всех сторон. Я не успевала их анализировать. Мгновенно разболелась голова, а перед глазами зарябило. Еще никогда рядом со мной не было так много людей.

Незнакомцев, шумных, агрессивных, наглых...

Они что-то кричали, скопом, толкаясь. Мне стало жутко. Но...

Я была должна, потому как за моей спиной в здании, подпирающем облака, остался настоящий монстр, и, если я не справлюсь здесь, значит, мне придется вернуться к нему.

Страх исчез. Сейчас я видела не толпу, а простое препятствие, с которым нужно разобраться и желательно быстрее. Пока до отца не дошло, что я собираюсь его опрокинуть. 

Подняв руку, призвала всех к тишине. Как ни странно, они умолкли. 
Зацепившись в толпе за лицо мужчины азиата в толстых очках, указала на него.

— Мисс Илистрон, вы и правда готовите судно А класса "Холмикрон" к спасательной операции на Цефее? — выпалил он.

Подняв ладонь верх, показала, что вопрос услышан.

— Нет!

Первое же слово спровоцировало гул в толпе. Дождавшись тишины, продолжила.

— Сначала я лично слетаю на "Ойкон—13" и выясню, что же случилось на жилой станции. Получу подтверждение, что там безопасно. И только после этого корпорация Илистрон направит в тот сектор большой корабль. Если, конечно, на то будет необходимость.

— А власти? Они должны отреагировать? — тут же выкрикнул из первого ряда пузатый седовласый мужчина.

Я подняла указательный палец. 

Тишина.

— "Ойкон—13" собственность корпорации Илистрон. Власть не имеет к ней никакого отношения. Каждый, кто отправлялся туда, подписал соответствующие бумаги, что осознаёт, на какой риск он идёт. 

Один из репортёров резко вскинул руку. Я кивнула.

— А вы? Вы осознаёте риски?

— Да, — затараторила блондинка справа. — Почему лично летите вы, а не посылаете проверяющих от компании? Вам что-то известно? Вы ведь раньше не покидали здание Илистронхаус. Почему сейчас мы видим вас здесь? Вы сознательно рискуете жизнью, общественность желает знать почему? Ответьте мисс Илистрон.

Эта особа меня чутка взбесила. Да какое общественности дело, почему я выползла из своей норы.  

— Где эксперты? Кто летит с вами? Не одна же вы туда собрались.

О, спасение пришло слева. Кто бы это не проорал, а он дал мне соломинку, за которую я тут же вцепилась мертвой хваткой утопающего.

— Почему же не отправляю. Знакомьтесь господин Ан Друз — проверяющий. Я же лечу как главный инженер. "Ойкон-13" моё детище и ответственность на мне. Если, конечно, имела место ошибка в чертежах при строительстве. Но повторяю, мы не знаем, что произошло на станции. Возможно... Я делаю на этом акцент. Возможно, все живы и здоровы и просто не могут послать сигнал. Ойкон — планета малоизученная. Это 13-ая попытка её заселения. И она должна была быть удачной. Предыдущие экспедиции возвращались без потерь.

— А как вы полетите?

— Какого класса будет судно?

— Это не разглашается, — выпалила с толикой нетерпения, глядя на окружающую меня толпу. 

Словно почувствовав, что я собралась делать ноги, затараторили репортёры. Какое судно, да черти его знают. Но также не ответишь. Я покосилась на дока и на позеленевшего Друза, который непонятно с чего вдруг стал проверяющим огромной корпорации, резко так сделав карьеру. Буквально за одно моё предложение.

Подумать только, а ведь сегодня он проснулся простым курьером.

— Мисс Илистрон, расскажите о предстоящем перелёте. Вы уже снарядили корабль?

"Ага, аж два раза" — я усмехнулась про себя.

— Информация не разглашается. 

Отец выдернет из зада все волоски, когда это увидит. Я своими выкрутасами сейчас практически связала его по рукам и ногам. Ему придётся подтвердить каждое моё слово. Или признать, что дочь прокатилась по нему катком, выйдя из-под контроля.

— А как же Мумрик? Что известно о коте?

И снова этот ропот. Моргнув, я быстро нашла взглядом выкрикнувшего вопрос репортёра.

— О его судьбе также ничего не известно, — я придала голосу трагизма, хотя мне и правда было жаль этот пушистый хвост. Можно подумать, он хотел лететь на ледяную планету, с минимальным запасом кошачьего корма и наполнителя лотка. Сомнительное какое-то счастье для усатого.

— Но хоть что-нибудь о Мумрике. Важна малейшая информация.

Я тяжело вздохнула.

— Корпорацию Илистрон волнует его судьба ровно, как и судьбы наших людей. Каждая семья получит компенсацию в размере годовой зарплаты погибшего. Это лично на контроле моего отца. Кроме того, в земные приюты для животных будут переведены суммы на содержание питомцев на три года.
Всё зааплодировали.

О небеса, что я несла. Да и ладно. Главное, чтобы мои слова запомнили, а лучше записали. 

У папули денег много, раскошелится. Он хотел быть героем, что же предоставлю ему возможность. 

— И всё же на каком судне вы летите? — настаивал мужчина из первого ряда.

Какой упертый толстячок. Да понятия не имею, на чём я там лечу. Я даже не знаю, как с этой парковки выберусь.

— Это не разглашается, — выдавив из себя улыбку, повторила я.

— А господин Друз, что проверять будет он?

Я покосилась на ставшего белым как полотно инженера.

На трясущихся ногах он подошёл ко мне ближе. Потный, глаза шальные... 

— Я выполню задачу по мониторингу состояния биосферы. Госпожа Лидия Илистрон — техническую часть. Доктор Дигри проверит воздух станции...

Я еле подавила внутренний смех.

"Задачу по мониторингу состояния биосферы"

Чего?

Похоже, не одна я тут несла откровенную Ересь. А молодец Ан! Трясётся, пот на висках блестит, а держится. Хороший мужик, надо брать в компанию.

— Вы предполагаете, что на станции эпидемия? — перебил моего новоявленного личного помощника репортёр.

— Всё возможно. Нам ведь ничего не известно, — на помощь пришёл док. Задрав подбородок, он состряпал умное лицо.

— Маркус, вы психиатр, — шёпотом напомнила я.

— А Друз — инженер и по совместительству хреновый карьерист, — парировал мой мозгоправ, — но это не мешает ему изображать здесь эколога.

— Это я от стресса, — шепнул деревянным от волнения голосом Ан.

— Одна я здесь знаю, о чём говорю!

— Ну, раз ты такая всезнающая, Лидия, то не подскажешь, как нам добраться до моей машины. Она на той стороне парковки.

Маркус кивком указал на нужное направление.

Ого-го. Ряд припаркованных автокаров едва виднелся вдалеке.

Вот это мы влипли.

— Док, я сейчас сдохну от количества свежего воздуха, и вообще я не уверена, что могу ходить.

— Друз? — Маркус повернулся к нашему "экологу".

— А я сейчас описаюсь от волнения.

— Ты глянь, Лидия, — засмеялся он, — наш человек!

Изобразив на лице улыбку, я взглянула на репортёров.

Они в ответ силились понять, о чём мы тут шёпотом переговариваемся.

— Итак, господа, — я снова взяла ситуацию в свои мокрые от пота руки, — подведу итог своей короткой пресс-конференции. Спасательная операция на Ойкон отправится только после наших первых отчётов. Корпорация Илистрон не может себе позволить рисковать людьми. 

— А как же кот? Вы передадите его тело обществу?

Приподняв бровь, я пыталась сообразить, чего тут только что ляпнули.

— Конечно, корпорация Илистрон возьмёт на себя все обязательства по дальнейшей судьбе кота. Если его больше с нами нет, то организует доставку праха усопшего и похороны, за которыми сможет наблюдать каждый скорбящий...

Мама дорогая, что мелит мой язык!

Какой прах... Бедный пушистик, его выдернули из комфортного приюта, с трёхразовым питанием, большим двором для прогулок и высококвалифицированным ветеринаром и отправили в какой-то космический ад. А теперь ещё и тушку его предоставьте.

Изверги!

— Раз вопросов больше нет, — буквально прорычала я, — то нам нужно спешить. Мы ещё не уладили окончательные вопросы, связанные с вылетом.

— Но, когда вы отправитесь к Ойкону?

— На чём вы летите, с какой командой?

— Что ещё вам известно о судьбе Мумрика?

— Есть ли шансы на его возвращение?

Вопросы сыпались градом со всех сторон. Док буквально как на буксире тащил меня через толпу.

Я же, задыхаясь, не могла сообразить, в какую сторону шагать.

Быстро смекнув, что со мной что-то не так, Друз схватил меня под локоть и попёр вперёд быстрее дока.

Открылась дверь и я, наконец, оказалась на заднем сидении небольшого "жука" дока. Не церемонясь, Ан пролез через меня на переднее пассажирское кресло, а Маркус проскользнул на водительское.

В окна стучали.

Вопросы, крики...

Десятки, если не сотня лиц и всем что-то ещё от меня надо.

— Набрать высоту, — скомандовал доктор Дигри, и жук воспарил над парковкой.

— Кажется, ушли, — выдохнула я с облегчением, наблюдая как отдаляется гудящая толпа. 

— Да, ты держалась молодцом. Удивила.

Я просияла в улыбке и тут же натолкнулась на несчастный взгляд папочкиного шпиона.

— В какую передрягу я с вами вляпался, мисс Илистрон? И что с вами такое? Почему вы странная такая?

— Я? — пожав плечами, глянула на дока. — Как вам объяснить, Ан. Я такая странная, потому что чокнутая. 

— Что? — бедняга схватился за сердце.

— А вы не знали, Ан? — захохотав, док вклинился в общий поток автокаров. — И она не в себе, и я не в себе. Я вам даже больше скажу как психотерапевт, так вот и у вас, Друз, не все дома.

Засмеявшись, я поправила густую тёмную чёлку. Цепочка на руке. Хм... Чемодан остался при мне, а я и забыла о нём.

Ну ладно, наговорила на венерианцев, нормальные они вещи делают.

Тем же вечером.

Орбитальный вокзал Земли.

Материк Австралия, Южное побережье.

Седьмая платформа. 

Рядом с автоматом по продаже кофе.

А справа ещё и сладости... 

Сделав осторожный глоток, нетерпеливо подула на пластиковый стаканчик. На поверхности ароматного тёмного напитка пошла рябь. 

От запаха сносило крышу. М-м-м!

— Мисс Илистрон, вы так смотрите на этот кофе, словно это напиток богов. Что там может быть вкусного за такую цену? Это даже вредно.

Я поморщилась и фыркнула в сторону своего новоявленного личного помощника. Ха, правда, помощи от него пока никакой, одно бубнение. Надо было с доком за билетами навязаться, кто же знал, что Друз такой нудно-вредный.

— Что ты понимаешь? Да будет тебе известно, что самая вкусная еда во все времена была именно вредной. 

— Я бы это пить не рискнул, — Друз всё так же кривился, глядя на автомат.

— И не пей. Мне больше достанется, — я сделала ещё один глоток. — Горький. Чтобы ты понимал в жизни, Ан. 

Откусив кусочек от купленного в соседнем автомате пирожка, и вовсе просияла.

— Вы хоть представляете из чего готовят уличную пищу?

Вот заладил. Чем дольше я оставалась с ним наедине, тем ширилось моё желание потерять эту трынделку где-нибудь по дороге к Ойкону. Неужели у отца кого авантюрнее не нашлось?

— Ты всегда такой докучливый и правильный? — отпив ещё немного, залезла в меню автомата.

Так что тут имеется? Что только чёрный кофе, и всё?! Никакого латте или капучино? 

Тяжело вздохнув, покосилась на третий автомат готовых обедов.

— Мисс Илистрон, нет! Там и вовсе отрава, — снова нудил Ан. — Вы только подумайте, что в рот тянуть собрались.

Кек, напугал. В этом деле главное, думаю, состав на упаковке не читать.

— Там сплошные синтетические заменители натуральных продуктов.

Ну вот зачем? Что ему стоит замолчать и не мешать мне дегустировать простую еду. Люди это покупают, не просто же так поставлено.

— Мисс Илистрон...

— Ой, довольно, — махнула я на него рукой. — Синтетика и что? Я тебе сейчас умную вещь скажу, только ты не обижайся. Один раз живём, так что пробовать нужно всё. А этот стритфут просто вышечка. Вкусно же! Надо закупиться в дорогу.

Доев пирожок с непонятной зелёной начинкой, спешно выпила кофе и купила ещё стаканчик. 

Пятый по счёту.

Над головой пронёсся состав орбитального метро "Европа — Азия — Австралия"

Потоком воздуха от него всколыхнуло мой горячий напиток. Инстинктивно я отодвинула руку подальше, но он не разлился.

Безэмоциональный электронный голос сообщил о начале посадки на рейс "Венера — Земля" на пятой платформе.

Народ вокруг нас двигался, куда-то спешил, а дока всё не видать.

Достав карту, я атаковала автомат готовой пищи. 

Булочки, пирожки, беляши.

В общем, что бы это ни было, а надо брать.

Чебуреки мне неведомые ранее.

Картошка жареная, бокс с пельменями, рыбные палочки...

Кукуруза с говядиной!

Хм...

— Вы что его подчистую обнести собрались?

Поджав губы, я досчитала до трёх и мило улыбнулась, мысленно задушив этого нытика его же собственным чёрным в зелёный горошек галстуком.

— Ан, вы ведь умный мужчина. Где ваше чувство самосохранения? Не мешайте мне радоваться жизнью.

Засопел, чего-то там под нос проворчал.

— Делайте, что хотите, только прихватите коктейль с ферментами, очень помогает от боли в животе и несварения.

— И прихвачу, — вредничала я.

И действительно нажала на сенсорной кнопке под этим коктейлем.

Ха. Какой выбор! С клубникой, ванилью, какао, дурманом... А?

— Друз...

— Только не с дурманом! Он воняет так, что весь вагон задохнётся!

— Правда?

— Я вас умоляю, Лидия, поверьте!

Пожав плечами, купила напиток с клубникой и лимоном.

Так что там дальше?

Перелистнув сенсорную панель на следующую страницу, вдумчиво вчиталась в названия под коробками.

Борщ, тики с уткой, фуке, плов, рис карри...

— Ан...

— После этого пирожка и кофе вам там уже можно всё, — как-то обречённо выдал он.

— Слушай, такие названия интересные. А у нас в ресторане меню из двадцати позиций, и они никогда не меняются. Бульон из птицы, бульон из овощей. Мясной бульон. Бобы, тушёные с белокочанной капустой. В общем, всё как ты любишь — полезное. Но вкус у него одинаковый. Я порой специально заказывала разные бульоны и сравнивала. Словно из одного контейнера с белковой смесью разливали. 

Мимо нас прошла группа огромных мужчин в черных куртках. Тихо о чём-то перешепнувшись, они купили по кофе и устремились к началу платформы. Там началась посадка. А вот дока с билетами всё не видать.

— Мы так и опоздать можем, — я задумчиво наблюдала, как люди неспешно забираются в вагоны.

— Можем поехать на следующем, только он третьего класса. 

— Это как? — я обернулась к Друзу.

— А, это такой вагон, где ваш кофе — роскошь!

— Ой, язва ты! — покачав головой, я ополовинила стаканчик.

А после и, вовсе махнув на нудного отцовского шпиона рукой, продолжила изучать меню пищевого автомата. 

Над нашими головами электронным голосом сообщили, что отправка экспресса "Земля — Марс — Юпитер — Сатурн — Нептун" задерживается на несколько минут. Это же наш?

— Мисс Илистрон, вы все купили? — ко мне мгновенно подлетел Друз и схватил под локоть.

— Да, а…

Договорить не успела, он стремительно потащил меня к кассам. Ничего не соображая, я спешно передвигала ногами и вскоре заметила, что все выскакивают из вагонов и бегут вслед за нами.

— Что такое?

-— Потом, — отмахнулся Ан

— Лидия! — повернув голову в сторону экспресса, заметила, как по металлическому полу к нам несётся Маркус.

— Теракт? — услышав это слово от Друза, мгновенно похолодела.

— Нашли в пятом вагоне брошенную сумку, — подтвердил его догадку Маркус. — Проверяют.

— Как это? Схватившись за дока, я не знаю зачем, но вручила ему пакет с едой.

— Повстанцы, Лидия, они продолжают привлекать внимание к проблемам планет третьего мира вот таким вот варварским, я бы даже сказал, чудовищным способом. 

— И как теперь лететь?

— Скоро все проверят, нужно просто подождать. А что это так вкусно пахнет?

— Мисс Илистрон нашла автоматы с кофе, выпечкой и готовыми обедами, — не моргнув, сдал меня Друз.

Ябеда!

***

На межпланетное метро мы попали вовремя. Что бы там ни было в сумке — это обезвредили.

Док купил нам билеты в СВ купе. Найдя нужную цифру на двери, мы вошли внутрь и расселись по диванчикам. Волнение постепенно сошло на нет. 

Вытащив из пакета тако, вскрыла упаковку и откусила краешек. М-м-м, вкусно.

Мясо, бобы, помидоры, перец...

— А это что? — я показала непонятную субстанцию в лепёшке Друзу.

— Тушёный кактус.

— А, ну ладно, — я снова принялась жевать.

Мужчины скучающе взглянули друг на друга. Друз постоянно чесал макушку, соображая, как он очутился в такой передряге. Док выглядел донельзя довольным. Кажется, он провернул некую авантюру, о которой я ещё не догадалась.

А мне просто хотелось спать.

Широко зевнув, взглянула на небольшой экран над дверью в купе.

До нашей станции шесть часов сорок одна минута.

Прекрасно!

Спихнув свёртки с едой на стол, отстегнула чемодан и завалилась спать, запихав ноги за спину Ану.

— Мисс Илистрон! — возмутился он.

— Что тебе, Друз?

— Это сидячий вагон.

— Ну и пусть сидит.

— Нет, вы не поняли...  — он фыркнул как лошадь. — Да, нет все вы поняли… Здесь не спят!

— Запрети мне, смертный, — рыкнула я и вытолкнула его ногами с сидения.

Грохнувшись на пол, он переполз на диван к доку.

— Да вы и правда не в себе. Нет, ну, ходили слухи. Но ваша сестра — прелестная девушка!

Приоткрыв один глаз, я одарила молодого мужчину недоверчивым взглядом.

Что там сейчас промычал этот очкарик?!

 — Что? — он развёл руками. — Она милая, приветливая…Я видел её несколько раз в общем холле. Красавица!

— Док? Ты это слышал? — я с подозрением взглянула на "шпиона" — Кажется, я нашла тебе нового клиента.

— Да, — Маркус кивнул с умным видом, — на поверхности серьёзное расстройство личности. Подавленная воля. Угнетено мужское начало...

— Начало? — усомнилась я. — А может угнетён конец?

— Нет-нет, Лидия, именно начало. Наш Друз и словом не обмолвился с этой особой, а возвёл её в ранг прелестной феи. Сразу видно, что с женщинами он дел не имел.

Наш новый знакомый странно прищурился. Взгляд его карих глаз показался каким-то... Хм...  Будто не на меня глядит, а в линзы очков. 
Но стоило ему заговорить, как я забыла об этой нелепице.

— Просто, Лидия, вам наверняка обидно, что ваша сестра — человек публичный. О ней много говорят. Ну, а о вас...

— Аккуратнее, Друз, — я подняла указательный палец.

— Ан, вы понимаете, что дерзите дочери генерального директора корпорации и к тому же вашему прямому начальнику? Напомнить, кто руководит инженерным отделом?

Друз открыл и закрыл рот. Выпучил глаза и снова сделался белым.

— Ну вот, Лидия, как я и говорил, серьёзные проблемы у парня. Вроде и раскрылся, даже попытался характер показать, но стоило разок на него шикнуть, как наш "эколог" снова забился под плинтус. Тяжёлый случай. А он немногим старше вашего. 

— Док, разве ты не знал, все вокруг психи, просто некоторых ещё не обследовали. Что будем его лечить?

— Мы ещё рассмотрим этот конкретный случай.

Друз вжал голову в плечи и уткнулся носом в панель голоокна. 

А мне стало его чуточку жаль.

Да Мамлиза была красивой. Она обладала той классической внешностью, которую принято считать стандартом. Я же с тёмными чуть вьющимися волосами до плеч, вытянутым лицом и разноцветными глазами, скорее претендовала на титул "мисс Несуразица". 

Обижало ли меня это?

Вот до того момента, как Друз не раскрыл рот, даже не думала и не сравнивала себя с Мамлизой. А теперь? А теперь меня это задело. 

— У нас разные матери, Друз. У неё модель, у меня... — признаться, я даже толком не знала, кем же была моя мать. — Моя...

— Дочь богатого семейства, гениальный инженер-проектировщик, красивая образованная женщина, — внезапно ответил за меня Маркус.

— Да, моя мать была гением!

Ан поджал губы и слегка покраснел. Видимо, ему стало стыдно.

Или мне просто хотелось так думать.
***

Состав сбавлял скорость. За голокном появился Марс. Диск красной планеты с трудом проглядывался за плотным кольцом околопланетных станций и большегрузных межзвездников. Миновав Фобос, мы мягко вышли на орбиту и медленно вошли в верхние слои атмосферы. 

Потерев подбородок, зевнула и зыркнула на дока.

Маркус задумчиво покусывал нижнюю губу. Его взгляд, устремлённый в никуда, немного нервировал. 

Что же он проворачивает? В какую игру меня втравливает? Ему-то в чём выгода от этого полёта?

У меня не было нужных ответов.

Люди не чертежи, их так просто не прочитаешь.

Тяжело вздохнув, перевела взгляд на Друза. Он нервно растирал подолом рубашки пластиковые линзы очков. Присмотревшись, смекнула, что они с нейронными передатчиками.

— Ан, вы слепой?

Он вздрогнул. Кажется, я оказалась права.

— Не совсем, — его голос звучал нервно, — но...

— А операция? — Маркус прищурился.

— Мне восстановили некоторый процент зрения, но без очков... Я не слепой.

— Ясно, — теперь стало понятно, что такого странного было в его глазах, когда он смотрел на меня...

— Я не слепой, — зачем-то повторил он, передёрнув плечами.  — Я вижу вас отчётливо. Всё вижу. Но... только в очках. 

Состав затрясся. Мы входили в вокзальный шлюз.

Вцепившись в сидение диванчика, я пыталась не слететь с него.

— А, может, всё же на Марсе сойдём и полетим на кораблях корпорации? — выдал печальным голосом Друз, вернув очки на нос.

— Нет! — рявкнула я и закрыла глаза. Тряска прекратилась. — Но, Ан, вы мне не нужны, можете сходить и спасать свою шкуру.

Ответом мне была тишина.

Состав притормаживал.

— У вас две минуты, чтобы убраться из этого купе, — повернув голову, уставилась на отцовского засланца.

— Я не могу, — он развёл руками. — Уже же перед репортёрами заявил, что буду проверять… А что я там проверять собирался?

— Будете мониторить микроклимат станции на пригодность, — пришёл ему на помощь док.

Ан закивал и замолчал. 

— Пошёл вон с метро, Друз, — уже злее произнесла я. — Не светит вам никакая должность.

— Да я... — он запустил руку в волосы. — Тут такое дело... В общем как было-то. Я не вовремя зашёл с бумагами в приёмную вашего отца. Там крики, кого-то вызывают. Дверь заклинило, когда я уже выходить собрался. Все обернулись. А... Ваш отец, он принял меня за другого. Ткнул пальцем и сказал, что я лечу вашим помощником. Ну и про должность. Все молчали, никто не посмел сказать, что я не этот... как его, — Друз щелкнул пальцами. — Забыл фамилию. И у меня, как назло, дар речи отбило. Переволновался. Секретарь дала номер вашей комнаты. А я… Что мне было делать? Я всего-навсего младший сотрудник курьерского отдела. Инженер по образованию, так хотелось в ваш отдел попасть, ну и подумал, что если... Какая глупость...

Закрыв лицо ладонями, не сдержалась и захохотала.

Дока, казалось, вообще прорвало. Он ржал так, что слёзы на глазах проступили.

— Не выгоняйте меня, госпожа Илистрон. Не хочу обратно в отдел. Там же тоска смертная и никакой надежды на доброе и светлое.

— А семья? Друзья? — Маркус немного успокоился.

Ан пожал плечами. 

— Нет никого, — поняла я.

— Никого.

— Ну что, док, принимай сироту. Может, от меня немного отстанешь. 

— А не боишься, шпион ты недоделанный, непонятно ведь куда летим, — Маркус не сводил с него взгляда.

Друз только взглянул на нас, ничего не ответив.

"Боится, — догадалась я, — очень боится"

Но, видимо, быть частью пусть и такой сумасшедшей компании, как наша, для него важнее.

Это же насколько нужно быть одиноким человеком! 

Я по-другому взглянула на этого тщедушного молодого слепого мужчину немногим старше меня. 

— Оставайся, — сдалась я, — но, если помрёшь — претензии я не принимаю, но похоронить обещаю.

— На самом деле это уже немало, — прошептал он, — а вы не такая, как говорили. Иная.

— И что же про меня шепчут?

— Высокомерная, холодная, замкнутая. 

Усмехнувшись, я блаженно вытянула ноги.

— В принципе всё верно, но я бы увеличила список.

— Можно добавить туда стервозность, — поддержал мою мысль Маркус, — и присущий тебе, Лидия, цинизм.

— Вот слушай, Ан, дока. Он дело говорит. 

Состав снова тронулся, набирая ход.

***

 Время на табло над дверями показывало четыре часа до прибытия на станцию "Нептун".

Сон не шёл, но глаза слипались. Казалось, я вот-вот отключусь, но малейший шорох и налёт прекрасной эйфории небытия развеивался без следа. 

Широко зевнув, прикрыла рот рукой и уставилась в голоокно.

Смотрела, но ничего не видела, погруженная в себя. Такое странное чувство. Я вне стен собственного кабинета. Впервые. Мне представлялось это как-то иначе. Где те страхи и ужасы реальной жизни, с которыми я должна была столкнуться? Отец так часто пугал меня особенностями бытия мутантов. Меня не забили палками за мои разные глаза, никто не полез мне в голову с щипцами проверять мозг. 

Врал? Выходит, что так.

Я мельком взглянула на доктора Маркуса Дигри.

Он так часто мне рассказывал о внешнем мире. О том, как замечательно гулять по просторным улицам, кататься на обычном метро. Наблюдать в парке за птицами, а я лишь посмеивалась.

Столько впустую потраченных лет. Годы страха, что кто-то поймёт, что я ни такая, как все. А выходит, им и дела нет до меня.

Никому.

Потянувшись, взяла со стола пластиковую коробочку с надписью "Бешбармак"

— Что это, Маркус?

— Сейчас, Лидия, в нашей системе очень популярна традиционная кухня народов докосмической эры. Стараются возвращать забытые рецепты, как-то внедрять их в нашу культуру. Как показало время, одними белковыми бульонами сыт не будешь. Человек любит плотно поесть — это из нас не вытравить. Вот, например, бешбармак — мясо-мучное блюдо тюркоязычных народов. Вкусно, сытно и полезно. Думаю, ты оценишь.

Друз взглянул на меня мельком, но смолчал. Он вообще казался каким-то потерянным. Наверное, до него окончательно дошло, насколько глубоко он влип. Но я его понимала, когда мой отец в бешенстве разевает свой рот, то там не только дар собственной речи потеряешь, а имя забудешь.

В его историю легко верилось. Глава корпорации элементарно мог принять его за другого, ведь ему нет дела до тех мурашей, что трудились на него и днём, и ночью. А остальные, кто присутствовал при этом... Да вякни они хоть слово и гнев бы обрушился на их головы. Вот и молчали. Тряслись, сглатывали вязкую слюну и обмирали, представляя, что будет потом, когда всё выяснится.

Но именно это самое "потом" и давало им надежду выползти сейчас из кабинета целыми и невредимыми, собрать остатки своего самоуважения в горсть и забиться куда под плинтус. 

Так частенько выползала и я, а потом неделями замирала перед каждым поворотом, боясь натолкнуться на отца.

Да, я прекрасно осознавала, что ощущал этот вынужденный "шпион" и почему он предпочёл оказаться здесь.

Друз же, не догадываясь о моих мыслях, сидел, прислонив голову к окну, и разглядывал космический пейзаж: астероиды, межпланетную пыль, малые планеты.

На экране появились невзрачные кольца Юпитера. Луны планеты-гиганта тенями мерцали на его фоне.

— Эта самая дальняя точка, до которой я когда-либо добирался, — негромко произнёс Ан, оставив на стекле мутное пятно от дыхания.

— Моя точка была на крыльце Илистронхаус, — сев, я провела пальцем по голоокну, очерчивая линию космического льда, вращающегося вокруг планеты.

— Ты хорошо справляешься, Лидия, — похвалил меня Маркус.

— Мне страшно, док. До того жутко, что я смотрю на мир простым взглядом. Исчезло всё. Уже и не знаю, благо это или предвестие катастрофы.

— Благо и не сомневайся, — он кивнул.

В сумраке купе его кожа казалась ещё темнее. Это поднимало рябь на поверхности памяти. И чем дольше я рассматривала Маркуса, тем отчётливее становилось другое лицо. Огромный мужчина, суровый снаружи, всегда хмурый...

 "— Привет, малышка Лидия! Смотри, что я тебе сделал, — на мою ладошку легла фигурка из бумаги.

— Это журавлик! — моему счастью не было предела. — Как ты и обещал..."
Состав сильно тряхнуло. Моргнув, я потеряла нить видения, оно растаяло без следа.

— Что-то случилось? — на меня в упор смотрел доктор Дигри.

— Нет, просто вдруг показалось, что ты вовсе не ты, — нехотя призналась я.

— Показалось ли? Тебе нужно вылезти из своей раковины. Вздохнуть по-настоящему полной грудью. Посмотри в окно, Лидия, — это преддверие реальной жизни, и ты должна её увидеть.

— Вы правда никогда не покидали небоскрёб своей семьи? — полюбопытствовал Ан, наконец, отмерев.

— Нет, — я покачала головой. — Ты правильно заметил — я странная. И, наверняка, ты понимаешь, что для таких семей, как моя, означает рождение мутанта.

— Но внешне вы... — он недоговорил, просто пожал плечами и недоумённо развёл руками.

— Моя проблема здесь, — я ткнула пальцем в свой лоб. — Гениальность бывает разная, моя результат сбоя нити ДНК. 

— Если бы вы родились в семье простых людей...

— Я не знаю, что такое простые люди, Друз. Для меня человечество делится на чистокровных, таких как отец, сестра, док, и на мутантов. И неважно, что у мутанта: искусственная рука, почка или сломанные мозги. Мутант — это не норма.

— Вы неправы, госпожа Илистрон. Я слеп, и у меня имплантатами напичкана голова. Но я не считаю себя "не нормой". Не теми мерками вас научили судить о людях. Но это можно понять: если бы на меня с рождения смотрели как на брак и прятали на изолированных этажах, я бы тоже... — он не договорил, док осторожно коснулся его плеча предостерегая.

— Нет уж! — возразила я. — Пусть говорит до конца, Маркус. Что бы вы тогда, Ан, ну?

Друз стушевался, но нашёл в себе силы, глядя мне в лицо, договорить.

— Я бы тоже считал себя недочеловеком и всех вокруг, кто хоть сколько-нибудь похож на меня. Но вы ошибаетесь, Лидия, если позволите мне к вам так обращаться. Все эти деления только там — наверху. А в нижних ярусах жизни делить людям нечего. 

— Предлагаешь мне спуститься ниже? — процедила я и вздрогнула.

Состав качнулся. Мы входили в гигантский шлюз орбитального порта Юпитера.

— Не хочу тебя пугать, — тихо пробормотал Маркус, — но ты уже почти здесь.

Криво усмехнувшись, я отвернулась и уставилась в окно. Что-то в его словах задело.

"Спуститься ниже"

 Хм… да я бы с радостью, но пока мне бы не умереть от ужаса, царящего в душе.

Тяжело вздохнув, я открыла упаковку с бешбармаком.

Утро следующего дня.

Всё ещё Солнечная система.

Орбита планеты Нептун.

Будем культурными и просто назовём "это место" жилой станцией, опуская неприличные прилагательные.

Хотя... Да гори оно все! Дыра это, отвратительно воняющая нечистотами, наполненная жутким сбродом клоака!

(Вроде не выругалась, что уже плюс в карму)

Спустившись на станцию "Нептун-1", нервно оглядывалась на метро. В душе кипело острое желание рвануть обратно в СВ-купе! Закрыть дверь и сделать отсюда ноги по-скорому. А после никогда не вспоминать об этом моём коротеньком приключении.

Но я не могла.

О, нет. Вовсе не потому, что мне хватало силы воли сопротивляться своим страхам. Пф... Всё было куда банальнее. Док, вцепившись в мою руку, что клещами железными, волоком пёр вперёд, расталкивая и своими, и моими плечами многочисленное население станции. 

Это жуткое место походило на улей, в котором, словно рой пчёл, кружили и жужжали мне на ухо люди.

Да вокзал Земли вдруг показался мне мёртвой пустыней.

Прижимая к груди бумажный пакет с остатками купленной в уличном автомате еды, снова оглянулась. Состав метро всё ещё стоял на месте.

И манил!

"Давай, — говорит, — Лидия Илистрон, посмотри вокруг, ощути этот запах гнилости и канализации и вразумись. Беги скорее ко мне, пока твоё красивое удобное купе с диванчиками ещё свободное"

Прислушиваясь к своему внутреннему голосу, шла всё медленнее. 
А яркие вагоны всё настойчивее манили. 

Да вообще! Казалось, состав доставил нас в иную Вселенную.

— Лидия, ну чего ты плетёшься, — док не сильно потянул меня за руку, вынуждая шагать быстрее.

— Да действительно, мисс Илистрон, бодрее. И держите свои вещи на виду, а то...

Договорить Ан не успел, ко мне подскочили мальчишки, и пока один что-то неразборчивое орал в лицо, второй дёрнул из рук пакет. Мгновение и я осталась без провизии.

— Мои котлетки... — только и успела проорать им вслед.

— Вот и я об этом, а следующим они упрут чемодан, — с умной физиономией прокомментировал Друз ограбление меня несчастной.

Сглотнув, я проверила прочность цепочки и вцепилась мёртвой хваткой в ручку чемодана.

Там Ти-си, так что свой баул буду защищать ценою жизни!

— Маркус, надеюсь, ты знаешь куда идти.

— Конечно, Лидия, не заблудимся!

Ну да, я взглянула на металлическую балку, уходящую куда-то вверх. На ней висела схема станции. 

М-да, конечно, тут же всё ясно. Понятно и дураку.

А по факту, мозг сломать можно, даже такой, как мой.

Судя по табличке, криво — косо прибитой на стене, здесь должна была быть платформа ожидания. Но я видела жилой район. 

Взглянув на дока, приподняла бровь. Он же, демонстративно не замечая моего скептицизма, сиял как начищенная монетка.

— Добро пожаловать, друг мой интровертный, на задворки Солнечной системы, — он обвёл пространство рукой, презентуя мне это... эту... слов приличных не находилось на этот жилой райончик. — Вот это я понимаю жизнь. Скажи Друз, правда же! Кстати, я тут родился. Вон там у третьей коморки фельдшерский пункт, отец успел дотащить матушку до акушерки. 

— Здесь? — хлопнув ресницами, я попыталась осмыслить услышанное. 

Картинка не складывалась. Образованный, местами интеллигентный доктор Маркус Дигри и фельдшерская конура, занавешенная грязной серой тряпкой.

— Эм, то есть твой отец вышел на этой станции со стремительно рожающей женой и вынужден был позволить тебе родиться здесь? Так, да?

Я, как могла, пыталась скрасить этот момент.

— В смысле? — Маркус возмущённо засопел. — Это моя малая родина. Дом моих родителей стоял ярусом выше.

— Они живут здесь?! — кажется, Друз тоже получил изрядную долю шока.

— Увы, нет. Они ушли из жизни около двадцати лет назад. Сначала отца застрелили на работе. Он у меня в охране трудился. В личном сопровождении у одной богатой семьи землян. А мама просто не смогла пережить горе. Меня растили дядя с тётей. А вот они до сих пор здесь. Я много лет пытаюсь уговорить их перебраться хотя бы на Марс, ни в какую не соглашаются. Так что приглашаю вас к ним в гости. Заодно у дядьки разведаем о свободных надёжных кораблях. Он правая рука начальника станции.

Спорить было поздно: состав метро, издав на прощание гудок и, сорвался с места, стремительно вырвавшись из-под купола станции, исчез из виду.

Всё, бежать некуда! 

Поднимаясь на второй ярус, не могла сообразить, что творится вокруг.
Городок это, район или базар? Сидя на металлическом полу у собранных из картона и пластика ветхих хибар люди навязчиво демонстрировали мне одежду, продукты, обувь, игрушки. Кричали в спину, расхваливая свой хлам.

— Док, — я невольно схватилась за большую тёмную ладонь. — Это свалка, да? Здесь!

— С чего ты взяла?

— Запах.

К нам подлетела группа детишек и принялись тыкать мне в лицо чем-то непонятным, что испускало чудовищную вонь.

Я отступала, не понимая, как себя вести. Врезалась в Друза, чуть не сбив его с ног.

— А ну, кыш! — рявкнул док. — Вяленое мясо не интересует.

Дети отскочили, но не ушли.

— Слишком людно, да, Лидия? Слишком много живых вокруг, — Маркус обернулся на меня. — Или смущает бедность?

Но я уже толком не слышала его слов. 

Гул нарастал. Неизвестная мне голубоглазая женщина с грязными волосами схватила меня за штанину и зачем-то показывала младенца, прижатого к её оголённой груди.

— А ну, не лезь к ней, — грубо вмешался док.

Видимо, признав его, женщина зашипела и залезла в свою халупу.

Ноги подкашивались. Сделав ещё несколько шагов, я упала на колени.

Гул становился просто нестерпим. Я видела лица, их мимику, жесты. Всё это плотно утрамбовывалось в мою память, оставаясь там навсегда.

Товар, цены...

Расположение овощей на картоне...

Игрушка — робот, асимметрия его пластикового лица... 

Заскулив, зажмурилась и зажала руками уши.

Только бы уменьшить поток информации.

Только бы не забить мозг всем этим. 

— Лидия, а я говорил ещё десять лет назад, начинай с малого, тренируй мозг, шокируй его постепенно. Но нет, ты же забилась в свой кабинет с видом на три небоскрёба и жила как улитка. А теперь терпи. Либо так, либо вообще не жизнь!

Рыча на весь мир, я зажимала голову руками.

— Что с ней? — тихо спросил Друз, помогая доку поставить меня на ноги.

— Мозг Лидии — что компьютер с безлимитной памятью. В этом и заключается её мутация, которую она холит и лелеет. Наша девочка способна обрабатывать тонны информации: анализировать, конструировать и созидать. Но легко ей это не даётся. У всего есть цена.

— Зачем же вы притащили её сюда? — Ан высказал вопрос, который терзал меня. — Если знали, что ей будет плохо, зачем же так сразу?

— Потому что она должна учиться жить и точка, — неожиданно грубо прорычал док. — Мне выпал шанс, и я вытащил её. Всё равно назад ни у кого из нас дороги нет. Сожрут! Не СМИ, так господин Илистрон. Поэтому шевелите ногами.

 ***

Взвалив на своё могучее плечо, док потащил меня вверх по лестнице. Болтаясь вниз головой, я то и дело приходила носом в мужскую спину. В итоге упёрлась об неё локтями, чтобы хоть немного выровнять своё положение.

— Маркус, это нифига не романтично, — шикнула я. — Да и ты не мужчина моей мечты. Поставь на ноги, живо!

— Молчи уже, рохля, — тяжёлая ладонь отвесила мне мощный такой поджопник. — Слушала бы меня раньше, уже давно бы жили припеваючи. Ты с мужчиной своей мечты, а я с тремя цыпочками легчайшего поведения.

— Странные предпочтения для психотерапевта, — пробурчал Друз, спешащий за нами.

— Нормальные мечты для мужика. Ну, а ты, "эколог", озвучь-ка нам свои потаённые желания.

— Не знаю, — он пожал щупленькими плечами. — Сделал бы завершающую операцию на глаза. Избавился от очков. Питомца завёл. Кошек люблю страшно. Поднялся на ноги, встретил ту самую женщину, можно с ребёнком. Всегда хотел большую семью, но у меня из-за таблеток могут быть проблемы с... — он вдруг запнулся и покраснел, как рак, поняв, что сболтнул лишнее. 

— С зачатием, — договорила я за него. — Да, Ан, твои планы на жизнь поинтереснее будут. Учись, Маркус.

Поднявшись на верхнюю платформу, мы снова окунулись в непроглядную толпу сброда. И опять этот гул роя. 

Закрыв глаза, досчитала до трех и распахнула, и тут же встретилась взглядом с белобрысой малышкой лет пяти. В руках она держала грязного кота. Подняв его, она показала мне хвостик. В чистых голубых глазах ребёнка читался интерес. Трёхцветная животинка громко мяукнула и снова оказалась в детских объятьях. 

Засмеявшись, девочка вдруг растаяла без следа, исчезнув за спинами взрослых. 

Это навеяло мне иную картину. Хвостик... И объятья... Мягкая шёрстка, громкое мурлыканье...  Но я не успела нащупать эту нить воспоминаний — её снова погребло под песком новой информации.

В этой части станции дома казались добротнее. Даже с дверями и окнами. Стены из толстого пластика. Крыша плоская. На ней склад коробок.

Я пыталась как-то ввинтить факт существования таких жилищ в свою бедную фантазию.

Трущобы. Орбитальные дхарави, кажется, так это называлось.

Да, я слышала о самых бедных районах солнечной системы, но видеть картинки пусть и трёхмерные — это одно. А попасть сюда — другое.

Реальность топором била по голове.

Дети, женщины в странной одежде, словно завёрнуты в простыни. Сари? Да, похоже. Мужчины с голым торсом, в рваных коротких штанах. И все куда-то спешили, толкались, кричали. Суетились, как муравьи. 

Обхватив голову руками, я старалась не смотреть вокруг. Но не могла.
Всюду окружали. Давили. Мешали дышать. 

Бедняки. Модифицированные. Руки, ноги, части черепа... Металл, уходящий под их кожу. 

"Сброд" — как выразился бы мой отец.

Но, нет, видела я лишь нищету. И людей, погрязших в ней. 
Дхарави, как живой организм, переваривал их судьбы. Ломал под себя, уравнивал. Всех под одну планку голода и безденежья.

Мои мысли путались. Становились короткими, бессвязными.

Обитатели трущоб смотрели на меня, словно это я, а не они, были диковинкой этого мира.

Закрыв глаза, обречённо уткнулась в спину дока.

Я попала в свой персональный ад.

— Не раскисай, Лидия. Думай, перелопачивай всё это, — подбадривал меня Маркус. — Ты справишься, я знаю.

Мне бы его веру. Меня коротило, я не могла сообразить, что слышу: разобрать фразы, систематизировать их, разложить по полочкам. Словно не хватало оперативной памяти. Вот только мой мозг всё же не компьютер.
Но вот скрипнула дверь, и по глазам ударила тьма.

Моргнув несколько раз, приподнялась на локтях и осмотрелась.  В полумраке легко различила простую обстановку прихожей. Несколько пар обуви. Ведро. Теплые вещи, висящие на самодельных крючках.

— Дядя! — громко прокричал док.

Загорелся свет. Меня поставили на ноги и развернули.

— Маркус, сынок! А мы вас уже час как ждём. Думали, на полуденном экспрессе приедете.

К нам вышел статный пожилой темнокожий мужчина. Седина в волосах и короткой бороде придавала ему колоритности.

— А кого я вижу. Это и есть твоя подруга Лидия? Выросла девочка. А третий откуда?

— Да так, приблудный, — отшутился док.

— Ну, дай, хоть взгляну на вас.

Дядя Маркуса подошёл ко мне вплотную и обхватил за плечи. Моргнув, я оцепенела.

Его лицо. Имплантаты. Череп, ухо, глаз. Я чётко различала в его зрачке своё изображение. 

Но... всё это было так странно... знакомо. 

Мир потерял краски и резко погас.

"Тьма. Я медленно пробиралась по коридору. Стук. Обернувшись, заметила тени в комнате.

— Мама?"

Меня словно включили. Разжав веки, уставилась на друга.

— Всё, пришла в себя? — кажется, ему было весело.

— Вы решили вытащить меня в персональную преисподнею, доктор Дигри?!

Он усмехнулся. Ещё никогда я не видела его столь жёстким.

— Наоборот, наконец-то, я вытащил тебя из неё, сестрёнка. Твой личный дьявол здесь уже бессилен. Может, так раскроешься. Откуда такой страх перед людьми с имплантатами, Лидия? Ты никогда об этом не думала? Что такого страшного ты увидела в моём дяде?

Оскалившись, я поднялась с твёрдого диванчика и села. На меня в упор смотрел всё тот же темнокожий мужчина и женщина в годах. Её расовую принадлежность определить было невозможно. Светлая кожа, раскосые карие глаза, густые тёмные волосы, собранные в сложную косу. Я внимательно осмотрела её с ног до головы. Натуральный человек.

Словно поняв, о чём я думаю, док подошёл к ней и сложил руки на груди.

— Покажи ей, тётя.

— Маркус, милый, твоя знакомая явно не в себе, — прошептала она.

— Поэтому просто покажи, — настоял он.

Она нехотя спустила ворот платья. Но вместо груди я увидела металлическую пластину.

— Искусственные рёбра и сердце — тихо произнесла она. — Гражданская война всех нас затронула.

— Зачем? — я подняла взгляд на доктора Дигри.

— Ты в этом доме уже десять минут, Лидия. Рядом два модифицированных человека, и ты всё ещё жива.

— Дело не в этом... просто.

Тяжело вздохнув, покосилась на дверной проём. Там, уперевшись на косяк, стоял Друз и счастливо пил, судя по аромату, витающему вокруг, кофе.

"Просто мне, кажется, что я когда-то здесь уже была" — нет, эту мысль я не высказала, она показалась дикой даже мне.

 ***

— Знаю ли я корабль с надёжным экипажем? Сынок, ты же на Нептуне! Тут никогда не знаешь, чего ждать от наших капитанов. К тому же понимаешь, юридически чистых здесь днём с огнём не сыскать. Сам уж выбирай, кто тебе больше по душе: контрабандисты или пираты. На Марс лететь нужно было, все легальные корабли там базируются.

Зычный голос дяди Маркуса вывел меня из глубокой задумчивости.

Нахмурившись, покосилась на дверной проём. Тонкие пластиковые стены этого жилища позволяли слышать любой шорох и чих его обитателей. 
Тяжело вздохнув, я осмотрелась. 

Со всех углов на меня выглядывала нищета. Занавески на окнах штопаные, стулья металлическими уголками укреплённые. Плед на диване и тот с потёртостями. 

Как-то это я так резко на самое дно жизни на попе съехала, минуя все промежуточные остановки. 

— Мне нужен надёжный корабль и экипаж не из дрыщей. Чтобы смогли за определённую сумму доставить куда надо и вернуть, — голос дока звучал немного нервно. — И главное, если потребуется — без угрызений совести открыли огонь по цели, на которую я укажу.

— На Ойкон собрались, — пробормотала женщина. — Выходит, не врут в новостях…

— Тётушка.

— Послушай, сынок, — она мягко перебила его. — Я ещё понимаю, эту девочку в жерло кидают. Там такие деньги у этих землян, им ради того, чтобы отмыться, и родное дите не жалко. Что мы дураки, что ли? Здесь любому ясно — отбеливаются они за счёт неё. Но, Маркус, ты то куда, милый. Тебе-то это зачем?

Я усмехнулась. Умная женщина, чего уж. Но мне тоже было интересно, чего это док свою голову кладёт на плаху.

— Ей нужна помощь, я не могу её бросить им на растерзание. Буду защищать и спасать до конца. Она мне не чужая.

Такой ответ обескуражил даже меня. Реально?! Помочь, и всё. Просто, потому что "не чужая"

— Ты всегда был таким, — вздохнула тётушка. — То крысу притащишь, то кота с лишаём...

Кек! Моя бровь в возмущение приподнялась. Нормальное сравнение! Я, по их мнению, кто: крыса или лишайный мешок с блохами?

— Дядя, найди нам корабль. У тебя есть связи, я бы не потревожил вас попросту. Спасай, Марс — это не для нас. Они нас точно домой не вернут. У Илистрона руки туда дотягиваются и глаза везде. 

Глуша третью чашку с чёрным дымящимся напитком, в комнату вернулся Ан.

— Что ты мечешься, как неприкаянный? — проворчала я. 

Он прищурился и хмыкнул. Отпил ещё глоток и расплылся в блаженной улыбочке.

— Кофе просто божественный. Такой на земле не варят. Вы попробуйте, чтобы сравнить с той бурдой, что покупали на вокзале. Это нужно просто прочувствовать вкусовыми рецепторами, — он сделал ещё глоток. Судя по его довольной моське напиток и правда хорош. — Госпожа Лидия, я поверить не могу. Ещё вчера главной моей проблемой было припарковать арендованный скутер на парковку и успеть принести корреспонденцию из отдела вашему отцу. И вот я сижу на Нептуне с вами и не могу понять: сейчас день или ночь. Как жизнь может круто повернуться. 

— Вечер, — проворчала я в ответ, — Время по земному: 21.09

— Вы и это держите в голове? — Друз плюхнулся на стул и вытянул, к слову, не очень длинные худые ноги. 

Не мешало бы откормить эту доходягу. Всё же приличный товарищ, в голове не пусто, но что же он жалкий-то такой. Как я его женить буду? Кто позарится. Тем более если дама с ребёнком! Какой-то сомнительный кормилец из него.

Хм... Я поймала себя на том, что рассуждаю о неведомой мне ерунде. Какое мне вообще дело до семейного счастья Друза. 

А выходит, что было. 

— Нет, серьёзно, госпожа...

— Просто Лидия, — подправила я его, не дав договорить.

— Лидия, у вас в голове встроены часы?

— Друз, назови дату своего рождения.

— Э-э-э, пятое марта пятьсот семьдесят второго года от начала космической эры. 

— Ты родился в понедельник, — тут же выдала я.

— Вы шутите?! Невозможно держать в мозгах ещё и календарь.

Я лишь взглянула на него и зевнула. По коридору прошёлся господин Дигри старший. Я, невольно подобравшись и постаралась сесть ровнее. Нет, ну, было в этом мужчине что-то знакомое, что заставляло меня врубать режим хорошего поведения. Почему? Да кто его знает. 

— Вы действительно их боитесь? — шепнул Ан, проводив мужчину взглядом. — Ну, людей с протезами. Почему? Ведь это такая обыденность.

— Не боюсь, но не лезь в это, Друз, — предостерегла я своего помощника.

— Простите, я порой бываю слишком любопытен. Как думаете, доктор найдёт корабль?

— Меня сейчас заботит не корабль, а его экипаж. Даётся мне, я буду не в восторге.

На кухне послышался скрип стульев. Суета. Звон тарелок. 

Кажется, нас будут кормить. Я бы не отказалась от бульона. Пусть и самого дешёвого.

Звук шагов. Входная дверь со стоном открылась и резко хлопнула. Дядя Маркуса ушёл.

Но расслабиться я не успела: на пороге в комнату появилась женщина.

— Уже поздно молодые люди, ужинаем и готовимся ко сну. Вы уж нас простите, мисс Илистрон, но чем богаты, тем и порадуем за столом. Маркус сынок, подумай, как устроить своих друзей удобнее.

Я покосилась на диван. Он бы мне вполне сгодился. Но сама мысль, что я останусь здесь на ночь, пугала. Всё было не так, как всегда.

Поднявшись со стула, выглянула в окно: вместо голубого неба и крыш небоскрёбов я видела нижнюю платформу станции.
Бесконечные потоки людей.

Трущобы жужжали словно улей и спать совсем не желали.

— Лидия займёт диван, — по-хозяйски распорядился док. — А ты, Ан, ложись на полу. Я кину тебе одеяло. Если будет твёрдо...

— Нет, нормально, — быстро согласился Друз. — Я к такому привыкший.

— Отлично, — женщина негромко хлопнула в ладоши. — Вы, я вижу, приютский?

— Заметно? — эта реплика моего помощника озадачила.

— Я же тётя психотерапевта, — отшутилась она.

Моргнув, я обернулась на мужчин.

Всё, что я желала сейчас — это смалодушничать и вернуться в огромное здание Илистронхаус. Забиться в свой кабинет, откинуть спинку кресла и закрыть глаза.

— Как раньше уже не будет, Лидия, — прошептал надо мной Маркус, тихо подойдя. — Диван твой, сестрёнка. И знай, моя маленькая подружка, всё будет хорошо. Просто заучи эту фразу и повторяй как мантру, пока, не поверишь, в эти три слова.

— Нет, метод не сработает, док. Кого мы обманываем, ничего не выйдет…

— Лидия, соберись! Ты никогда не ныла, чего сейчас начинаешь. Я твой друг. Мы начали игру, так собери всю свою смелость в кулак и иди со мной до победы. Я обещаю, там в конце пути тебя ждёт много сюрпризов. Но для того, чтобы принять их, ты должна вырасти.

— Док, мне уже не двадцать...

— Тебе всё ещё пять, и этого ребёнка в тебе пора выводить в свет. В доме лишь ты, я, Друз и мои приёмные родители. Думаешь они опасны для тебя?

— Они...

— Нелюди? — он весело усмехнулся. — Как и ты. И Друз. В груди моей тётушки бьётся искусственное сердце. Ведь не думаешь, что я должен любить её меньше, или она стала для меня кем-то другим.

— Не надо сравнивать меня с вами, док. Я вижу, куда ты ведёшь. Вроде, как и я достойна того, чтобы меня любили.

— Вот именно, сестрёнка. Тебя любят, и не нужно заслуживать право на это чувство. Ты слишком долго танцевала на поводу у своих страхов. Определись хотя бы чего ты боишься, а лучше кого?

Зло стиснув челюсти, отвернулась к окну.

Сверху послышалось шипение шлюза. Мгновение и на платформу с грохотом залетел ярко подсвечиваемый неоном состав.

Последний рейс.

Перед глазами развернулось расписание метро. Время отправления и прибытия вспыхивали жёлтым раздражая.

Тряхнув головой, чтобы отогнать наваждение, увалилась на диван.

А что ещё мне оставалось?!

***

 Время медленно подбиралось к полуночи. Сидя на диване поджавши ноги, я задирала голову, пытаясь рассмотреть в окно, что же там наверху. 

Как здесь люди живут? Это какой-то кошмар! Ни неба, ни звёзд. Вокруг лишь холодный металл. 

Как в коробе заперли.

Скрипнула дверь. Шуршание в коридоре. Вернулся дядька Маркуса. Тихие шаги.

На кухне снова послышались шепотки. Док не спал. 

Вслушиваясь в разговор, я не могла уловить его суть.

Нашёлся ли нужный корабль?

Кто его экипаж: контрабандисты или головорезы?

Отчего-то мне было всё равно. Главное, чтобы справились с поставленной задачей и не потеряли нас где-то по дороге.

Что же в действиях дока прослеживалась своя логика. Его дядя здесь не последний человек, уж кому, как ни ему, знать, кто надёжен, а за кем чёрная репутация тенью плетётся.

  На полу в углу тихо засопел спящий Друз. Причмокивая, он что-то пробубнил и перевернулся на другой бок. 

Усмехнувшись, поднялась и прошлась по комнате. Порыв присоединиться на кухне к мужчинам остудила. Что я там понимала? Только смущать их буду своим присутствием.

Друз снова что-то пролепетал.

Ну, что за человек. Выжрал с десяток кружечек кофе и дрыхнет без задних ног. 

 Уникум, не иначе.

На обшарпанной тумбе сверкнули его очки. Рядом портативный дешёвенький планшет. На его экране в углу горело сообщение:

"Пропущено 15 попыток соединения.

Абонент: Дикароу.

Статус абонента: "Чёрный список""

Я быстро прокрутила в голове фамилии отцовских помощников.
Дикароу. Был там такой. Значит, отец пытается выдернуть своего недошпиона на связь, а Ан, не будь дурак, блокирует их.

Повинуясь любопытству, я сделала весьма некрасивую вещь — влезла в настройки планшета и открыла список отправленных в бан.

У-у-у, да тут уже почти все папины подпевалы.

 Положив на место гаджет, снова выглянула в окно.

Люди.

Похоже, они бодрствовали круглые сутки.  Уже пристальней я вглядывалась в их лица. Старики, сидящие у домов на ковриках. Женщины, укачивающие детей. Мужчины ремонтирующие халупы, собирающие свой товар. 

У многих из них я видела имплантаты. 

— Папа, — услышав громкий мальчишечий крик, повернула голову вправо. По лестнице с верхних ярусов спускалось несколько фигур, среди них ужасного вида огромный мужчина. В неярком свете металл на его руках и ногах бликовал. Мальчишка подбежал к нему и счастливо обнял. Подняв своего сорванца, отец пошёл в сторону довольно крепкого жилища. Навстречу ему вышла молодая женщина с маленьким ребёнком на руках. 

Зажмурившись, я отвернулась. Отчего-то завидно стало. Живут на самом дне, а счастливее меня в десятки раз. 

И всё же они настоящие люди и глупо это не признавать. 

Увалившись на диван, попыталась уснуть.

Тремя ярусами выше нас загорелись сигнальные огни шлюзов.

Проваливаясь в вязкую дремоту, я видела лишь их монотонное мерцание.

***

Грохот метро врезался в моё сознание. Открыв глаза, испугалась. Соскочив с дивана, заметалась по тёмной комнате, не понимая, где я и что происходит.

— Ай! — завопил кто-то прямо подо мной. — Госпожа... Лидия, вы стоите на моём животе! 

Замерев, я с трудом вспомнила чей это голос.

— Ан Друз?

— Да слезьте же с меня! Ещё пара сантиметров ниже, и я стану неспособным даже попробовать заделать детей. Вы же оттопчите все!

Ой! Я попыталась аккуратно слезть с бедолаги. Как это я так... 

— Моя рука! — взвыл он, под одеялом. — Что вам не спится?

— Утро. Семь часов, — пожав плечами, оценила эту копошащуюся кучку на полу. Да, немудрено его под тем пледом и не заметить.

— Вы явно не в себе, — огрызалось покрывало. — В кое-то веке выдался момент выспаться, а вы как слон.

— Что здесь происходит? — в комнатке загорелся тусклый свет и появился мистер Дигри старший.

Поджав губы, я невольно сделала шаг назад. Его глаз казался мёртвым, а этот красный зрачок вводил в ступор.

— Ничего, — услышала я голос Маркуса с кухни. — Мисс Илистрон у нас как часы. Время вставать.

— А может, ещё поспим, а? — Друз упорно тянул на себя старенькое стёганое одеяло. — Пять лет без отпуска, без выходных и проходных. А тут такой праздник жизни.

Мне стало его даже чуточку жалко. 

— Молодой человек, я договорился с экипажем корабля на девять часов по земному времени, — дядя дока по-доброму улыбнулся. — Можете ещё поваляться. 

— Нет, — проорали с кухни, — Лидии нужно ещё прошвырнуться по базарчику. Она их никогда не видела. А я обещал.

— Не было такого, — возмутилась я на откровенную ложь.

— Было, просто ты не помнишь, — раздалось в ответ.

— Нептунианский базар! — Друз, наконец-то, вытащил нос из-под одеяла. — Я слышал здесь до неприличия смешные цены. А у меня на карте ещё бренчит остаток зарплаты. Все, я умываться. Это куда, показывайте дорогу.

Соню мгновенно смело в коридор.

— Ну, зачем же зарплату, — я растёрла шею. — Гуляем за счёт корпорации Илистрон: она же спонтирует нашу разведывательную миссию.

Поняв, что осталась в меньшинстве, подошла к окну и села.

Ну, зачем мне их базары? Что мне носков со штанами не хватает?

— Ой, куртку куплю, моднявые джинсики и шляпу с большими полями! — доносилось из глубины дома.

"Чёрт" — моё предчувствие забило тревогу и не зря.

*** 

Шагая вдоль торговых рядов, зажатая между доком и инженером, я готова была взвыть.

Это невозможно.

Со всех сторон на нас как пираньи из Амазонки выскакивали продавцы и буквально в нос тыкали свой товар. Первые два ряда я была в панике, сейчас же втянулась и уже внутренне была готова откусить кому-нибудь демонстративно голову, лишь бы остальные струхнули и не бежали следом.

Но это я, а Друз и Маркус, кажется, блаженствовали. Впереди нас катилась нескромных размеров металлическая тележка на допотопных колёсиках, набитая невесть чем. Я туда старалась не смотреть, чтобы не забивать голову ерундой.

Правда, получалось не всегда.

Шмотки, гаджеты, белковые бульоны.

Я только успевала карту для оплаты подавать.

— Долго ещё? — простонала, после десятого ряда.

— Да мы же только пришли, мисс Илистрон, — счастливо пропел Ан. — Я ещё свитер хочу, шапку...

— И зачем тебе она? — я скептически приподняла бровь.

— Так на Ойконе же холод лютый.

— Вот-вот, — кивнул доктор Дигри, — а мы без валенок. Хорошо, что вспомнили.

Маркус завернул за поставленные друг на друга контейнеры. Заглянув туда, только и успела, что поднять руки. В меня прилетела пара... невесть чело. Эдакая плотная труба с носком на конце.

— А это что?

— Валенки! — воскликнул Ан. — Какая редкость. Это же ручная работа. Войлок. Да их так просто даже на Земле не достать. Мода на все века! Говорят, ещё наши древние предки такие носили.

— Ага, когда с вилами на динозавров охотиться ходили, — поддакнула я.

— Ой, а вы тоже историю докосмической эры любите!

— Обожаю, Друз.

— ... и носки, милейший, — долетело до нас, — нам необходимо всё для холодного климата.

— Ай, мой хороший, для сына такого уважаемого человека всё сделаю… 

Я недослушала, над нашими головами открылся шлюз, и в грузовой док рванул на бешеной скорости небольшой корабль похожий на птичку.

Перед моими глазами быстро пронёсся расчёт падения судна.

— Разобьётся, — прошептала я.

— Кто, милейшая? — к нам вышел низенький усатый черноволосый дядечка. —  Айзек? Нет, уважаемая, да что вы. Его "Илиада Лоу" заговорена. 

— Но…

И, правда, корабль резко выровнялся и пошёл плавнее.

***

Корабль продолжал нарушать все законы физики. Облетев доки, он резко устремился вверх, а затем буквально упал булыжником вниз.

Припарковался! 

Кек. Я сглотнула.

Ну, кто так летает?

"Или дураки, или смертники" — ответила я на свой же вопрос.

— Что там за бешеная фурия за штурвалом? — не удержался Друз.

— Фурия, господин, как есть, — закивал торговец. — Сестра Айзека. Умная женщина. Хитрая. Страшно обязательная. 

— И давно этот экипаж обитает на Нептуне? — док продолжал отбирать для нас тёплые вещи.

— Нет, не так уж и давно. Как зачистили станции Юпитера, так и перебрались. Это их личный корабль. Хорошее судно, межзвёздник. Берут разные заказы. Мараться не боятся. 

— Док?! — мне не понравился его интерес. — Там за штурвалом точно психи. Даже не думай.

— Не тушуйся, Лидия, — Маркус расплылся в зловещей улыбочке. — Это наша птичка прибыла. 

— Что?! — взвыли мы с Друзом в один голос.

— О, так вы клиенты Айзека, — просиял низкорослый мужичок. — Что же, не пожалеете: он парень резкий, конечно, но чужим добром дорожит. Много раз мне товар доставлял. Всё целое, не вскрытое. Ему верить можно.

— А экипаж? — Маркус закинул в корзину шерстяные подштанники. И себе, и мне, и Ану. Взглянув на последнего, добавил ещё одни.

— А дядя разве не рассказал о них? — прищурился торговец, разворачивая между делом ещё один тюк с вещами.

— Так-то дядя, — хмыкнул док. — Он сидит высоко — не всё видит. А вы-то внимательнее будете.

— Вот правильно ты говоришь. По-умному. Всё расскажу, что о них знаю. Трое их. Семья. 

— Третий кто? — тут же перебил его Маркус.

— Так громило. Злой всегда ходит. Ворчит. Они его Диком кличут. Бластер у него большой и сам он как скала. 

Услышав такое, мы с Друзом переглянулись. Мне ну очень хотелось выкрикнуть ему: "Бежим!" и рвануть в сторону метро.

Да только, подавив панику, вспомнила, что после моих высказываний на камеру назад никак нельзя. 

— Да вы не пугайтесь, красивая, — мои эмоции не остались незамеченными. — Он только для вида такой, чтобы кому надо боялись. Но если выпьет, то добрый становится. И девушек из местного бара по домам разведёт, и кто попросит — поможет. Как другой человек совсем. А силища у него немереная. Весь в "железе". Да, хорошая команда у Айзека. 

Я снова взглянула на Друза, он на меня.

Как-то оптимизма бородатого коротышки мы не разделяли.

— А шапку брать будете? — спохватился торговец. — Хорошая шапка. На меху. 

— Натуральном? — тут же заинтересовался Ан.

— Обижаешь, уважаемый, со швейных мастерских Титана. Отлично выделанная овчина.

Я скептически приподняла бровь. 

— Что, правда, овчина? —  мой помощник схватил головной убор с длинными "ушами" и покрутил в руках.

— Сами видите.

— Берём, дорогой. Мы все берём, — Маркус забрал шапку и положил в корзину, за ней ещё две.

Не удержавшись, я протянула ладонь и коснулась длинного светло-коричневого ворса. Мягкая, нежная. Мне понравились эти ощущения. 
Неужели и правда натуральный мех. 

— Ну, а сам этот Айзек. Что про него знаешь? — не унимался док. — Откуда, с кем работал? Профессионал или так?

— Профессионал, — закивал торговец. — Зуб даю! Они все трое здесь родились. Я их деда знал. Хорошая семья. Все пилоты. С образованием. Айзек в войну летал при форме и погонах. И Дик тоже. На Юпитере они тогда были. Уж, не знаю, мой хороший, в какую заварушку попали, но вернулись втроём. Отец полёг, что с матерью — неясно. Сколько слушков ходило, но всё пустое. Мальчишки в "железо" закованные. А девочка... Ох, берегут они её... Не ходит она теперь, но летает как космическая орлица. Погоны Айзек сдал. Слышать про правительство ничего не желает. Но солдат он в душе. Правильный, слову своему товарищ. Из себя-то не выпрыгнешь. Если наймёте его — в хорошие руки попадёте. 

Почесав затылок, я уж не знала, что и думать об этом самом Айзеке.

Повстанец и дураку понятно.

Модифицированный.

Погоны сам сдал или с плеч сорвали — тоже вопрос открытый.

Но, с другой стороны, дядя Маркуса не стал бы подставлять нас с ненадёжным капитаном.

Ох, не нравилось мне это всё. 

Чуяла недоброе.

— А корабль у них откуда? — оказывается, Друз тоже внимательно слушал разговор.

— Купили. Кредит брали у местного теневого барона. Отбили! Что редкость, скажу я вам. Но мотаются они без отдыха. Случается только вот прибыли, бежишь заказ на доставку им сделать, а уже всё. Нету. Стартовали. 

Ан дослушал и медленно кивнул.

Мне стало интересно, о чём он думает. Но мужчина лишь тяжело вздохнул и сам полез в сумку торговца, выуживать оттуда новую порцию тёплого шмотья.

Разговор себя исчерпал, но оставил после ещё больше вопросов чем ответов. 

Не хотелось бы мне связываться с тем, кто смог отбить кредит у главы пиратов и контрабандистов. 

Да и помнила я, как они летают. Нет, мне бы кого поспокойнее, менее криминального, более человечного.

— Спасибо за помощь, добрый человек, — пробасил док.

Подняв взгляд на мужчин, сообразила, что они уже затарились по полной.

— Как платить будете? — болтливый мужичок немного напрягся.

— Карта, — тихо отозвалась я.

— А не отследят? Сумма большая, — вопрос Друза улыбнул.

— Мою карту невозможно отследить, уважаемый, — передразнила я говор торговца. — Что гения обижаешь, нехороший ты человек.

— А, — он прищурился и почесал лоб, — а деньги там только ваши, или...

— Или, Друз. Да, каюсь, обворовываю личные счета папани. Надо же мне хоть как-то лелеять свою гордость и самоуважение.

— О, а можно тогда и я... это самое... полелею.

— Валяй, — дала я отмашку.

Друз снова занырнул в тюки и выудил шикарную дублёнку, подбитую бурым мехом по воротнику.

Ну тут и мне сразу ясно — натуральная вещь.

— А губа не дура, — посмеялась я. — Всем такие! И эти... на руки. Док, как их?

— Варежки.

— Во!

Мы расплатились только через полчаса. А как же! Надо ведь примерить, рассмотреть ассортимент.

Внезапно я поймала себя на мысли, что базар — это весело, но, увы, утомительно.

***

Всё так же держа валенки в руках, я устало брела вслед за мужчинами.

Ряд, ещё один. Время неминуемо приближалось к девяти.

Я автоматически запоминала лица торговцев, их товар, расположение тюков, контейнеров… 

Голова просто раскалывалась.

Ещё несколько закутков, заставленных тюками... Маркус что-то подробно объяснял местным продавцам. Я же, натянув на голову меховую шапку, увалилась на тележку, свесив ноги, и закрыла уши.

Все! Ничего не слышу и не вижу.

Но куда там!

Не прошло и минуты, как рядом загудела магнитная платформа.

Приоткрыв глаз, обнаружила на ней гору ящиков. Хм? Приподнявшись на локтях, и вовсе натолкнулась на недовольное лицо дока. Протянув ладонь, он явно чего-то у меня просил.

— Карту, Лидия.

Выдохнув, отдала ему маленький пластиковый треугольник с вмонтированным в него чипом.

— А лимит здесь какой? 

Молча забрала карту, активировав инфоокно, ввела код и вернула доку.

— Хватает впритык, — мой друг недовольно заворчал.

— Вы там что скупаете? — вяло отозвалась я на его брюзжание.

— Голова? — Маркус, кажется, догадался о моём состоянии.

— Болит нещадно.

— Тогда просто лежи. Ты и так держишься молодцом. Но, вот с деньгами, кажется, проблемы.

— Нет, у меня ещё одна карта-безлимит в чемодане. А эту оставь себе, там автоматическое пополнение.

— Неплохо ты так ключик к счетам корпорации подобрала, — усмехнулся док. — А мне не говорила.

— Маркус, во-первых, не к корпорации, а лично к папенькиным. А, во-вторых, кто же сознаётся в преступлениях.

— Я же психотерапевт.

— Да хоть священник на исповеди, — хохотнула я.

— Умница, хоть чему-то я тебя научил. О, вот и дядя с нашими чемоданами.

Маркус отошёл в сторону. Друз крутился вокруг, раскладывая купленное по кучам. Бесцеремонно согнав меня на пол, выдрал зажатые подмышкой валенки. 

Ещё несколько минут суеты, и тележку завезли на платформу. Пристроили сбоку наши чемоданы.

Рассчитавшись с торговцами, док крепко обнял родителя и заскочил к нам.

Платформа тронулась вперёд.

Угрюмо поджав губы, я снова залезла на тележку. А что, там мягкие куртки. Удобно ведь.

— Лидия, возрадуйся, мы едем нанимать корабль, — поддел меня док, в ответ я одарила его убийственным взглядом.

— Надо, Лидия, надо. И ты на это способна. 

Криво усмехнувшись, я выдернула из-под себя чью-то дублёнку и накрылась ею.

— Это бунт? — в красноватых глазах Дигри появилось удивление.

— Выгрузите меня по прибытии на Ойкон, — проворчала я, устроившись на боку. — И не вздумайте в холодном трюме оставить.

Нелегальный космопорт станции "Нептун-1"

Грузовые доки.

Место крайне неприятное, дурно пахнущее и вообще мрак!

(Памахити!)

Наша небольшая магнитная платформа въехала в грузовые доки. И мой мир сделал очередное сальто-мортале. Вот теперь я, наверное, видела всё...

Хотя...

Нет, без хотя. Горы перегнивающего мусора, обломки обшивы, арматура, куски пластика, резины, ткани.

Смрадная бесформенная тряпичная куча справа от меня внезапно зашевелилась и поднялась на ноги, оказавшись человеком. Предположительно мужчиной. Спутанные седые лохмы обрамляли покрытое пеплом и грязью заветренное морщинистое лицо. Чёрное, стоящее колом от грязи пальто, рванные на коленях выцветшие штаны и внезапно модные явно женские сапоги недвусмыслено намекали, что этот человек асоциальный элемент, возможно необремененный наличием жил площади и что важнее душем. 

Его глаза — водянистые, почти прозрачные — наводили такой ужас, словно в них бескрайняя убийственная пустота.

Моргнув, я нервно дёрнула дока за руку.

— А, молодые люди, — пробасил этот "чёрный" человек, — корабль нанять не желаете? Хорошее, надёжное судно.

— В падальщиках не нуждаемся, — рявкнул Маркус.

Мужик оскалился беззубым ртом, но отошёл на шаг.

— Кто это? — проблеяла, хватаясь мёртвой хваткой за друга.

— Падальщик, — повторил это странное определение Друз. — Они как гиены, или скорее стервятники, летают к нелегальным станциям после зачистки их федералами и, добивая раненых, растаскивают имущество жителей. Часто хватают детей для продажи на дальних поселениях. Девочек, мальчиков. Молодых женщин. Тюки со скарбом погибших. Случается порой, что и умирающих волокут разбирать на запчасти. Не все хотят искусственные донорские органы и имплантаты. Богатеям натуральное подавай. Вот падальщики, мисс Илистрон, и есть настоящие нелюди. Их боятся даже больше, чем войска планет земной группы. 

— Ан, а ты где родился? — Маркус прищурился.

— Неважно, — Друз разом смолк и отвернулся.

Хм. Мы переглянулись, но лезть человеку в душу не стали. Надо будет — сам расскажет.

За поворотом показались межзвездники. Огромные пузатые корабли теснились, деля причалы. На металлических литых обшивках бликовали тусклые солнечные зайчики от прожекторов. 

Рядом, что муравьи, копошились люди. 

Суета. Наверное, это слово можно было сделать девизом станции.

— Теперь нужно найти нашу птичку, — пробормотал себе под нос док.

Я лишь кивнула.

Мы плутали между причалами недолго.

Вблизи корабль показался несколько больше, чем виделся в небе. Пройдясь по нему взглядом, я мысленно прикинула размеры технического отсека, жилого и грузового.

М-да. Условия для длительного межзвездного перелёта, прямо скажем, не восторг.

— Эй, мужик, — послышалось со стороны трапа. — Это ты Маркус Дигри? Если что, то девять часов было час назад. 

Нам навстречу по узкому шаткому трапу вышел настоящий верзила. Выше двух метров. В плечах два дока или четыре Друза. Конечности затянуты в металл от кистей до плеча. Я отчётливо видела, что это именно накожные имплантаты, служащие этому шкафу чем-то вроде доспехов. Сев на тележке ровнее, с удивлением обнаружила рядом с собой Друза.

— Жалеешь, что на Марсе не вышел? — поддела я его.

— Нет, — он потряс головой, — об этом я жалел с утра, а сейчас сокрушаюсь, что вовсе родился. Он хотя бы человек?

Я пожала плечами. Вообще, индивидуум казался любопытным. Красноватый оттенок кожи, чуть длиннее относительно нормы руки, приплюснутые, не торчащие уши...

— Я думаю, он и правда самый что ни на есть коренной житель Нептуна, — почему-то шёпотом сообщил Ан.

Я сглотнула, соглашаясь с ним, стало не по себе. Нет, ну просто все прекрасно знают, что спутники Нептуна славятся самыми жестокими пиратами и контрабандистами. Хотя вот Маркуса пиратом ну никак не назовёшь. 

В моей голове короткими обрывками всплывало всё, что я видела в новостях об этих людях.

Только негатив, только криминал...

Как-то однобоко.

И действительно об отдалённых станциях нашей системы принято говорить либо плохо, либо никак.

И я только сейчас это поняла. 

А по сути, что я знала о жизни здесь? Только то, что вложило мне в голову СМИ и правительство развитых планет.

— Ты капитан Лоу? — между тем прокричал док.

— Нет, мужик, я механик Дик Лоу, — амбал сложил руки на груди. — Ты отнял наше время. Мы ждали к девяти. Так что сразу говори, куда лететь и какая оплата. 

— Не в обиду, но об этом я беседы вести буду только с капитаном, — Маркус проигнорировал упрёк в связи с опозданием.

— Занят он.

— Я подожду.

— Так ты вроде как спешил с отлётом, — здоровяк почесал могучий затылок.

— Так покручусь вокруг, — усмехнулся док, — может, найду кого сговорчивей и до денег охотливей.

Я заинтересовано поглядывала на мужчин. 

— Баба и этот задохлик с тобой? — нам с Друзом достался тяжёлый неприязненный взгляд.

Я невольно сделала циничную морду лица и высокомерно задрала подбородок.

Друз же как-то занервничал, его пальцы не переставая дёргали магнитную застёжку лёгкой куртки.

— Что-то в моих людях смущает? — рявкнул Маркус.

— Да прозрачные они какие-то, — амбал растёр ладонью подбородок. — Не долетят или ещё чего, отвечай потом за испорченный товар.

Я усмехнулась, и снова покосилась на его металлические пластины на руках и ногах. Не давали они мне покоя.

— Долетят они или нет — забота моя, — ровно произнёс док. — Ваше дело — доставить по адресу, подождать пока свои дела сделаем и обратно.

— Ладно, — сдалась эта модифицированная детина. — Заходите, поговорим.

Тяжело вздохнув, я сообразила, что отрывать свой зад от этой телеги всё-таки придётся.

Есть такое страшное слово: "надо"!

Спрыгнув на землю, качнулась. В голове загудело и перед глазами замельтешили чёрные мушки.

Никогда ещё я так много как сегодня не ходила. Ноги гудели с непривычки.

— А она у тебя точно здоровая? — амбал приподнял густую смоляную бровь. — Нам инфекции на корабле не нужны. Медицинский отсек у нас... 

— У вас его нет, — резко перебила я его. — Но возможно есть мед капсула, которую один из вас намерен использовать как койка-место.

— Э-э-э, — он слехка завис.

Создалось впечатление, что в этом здоровом теле, может быть, и здоровый дух, но весьма скудное количество серого вещества.

Пришлось всё ему разжевать:

— На вашем судёнышке явно переварена обшивка. Вы укрепили дно и заднюю часть за ядром. Линии швов приподняты и асимметричны, вывод здесь можно сделать только один — вы увеличили трюм за счёт жилищных отсеков. В кораблях такого класса сверху идут каюты экипажа, снизу медицинский и пищевой отсек. Вот их у вас и нет. Убрали. Но питаться как-то нужно. Так что предполагаю, что последние две каюты верхнего отсека отданы под столовую и кухню, на которой ещё и хранятся запасы. Вас трое, но вы берёте пассажиров. Значит, как минимум один из вас во время перелёта будет спать в кресле пилота, а второй — в мед капсуле. 

— Откуда эта дамочка всё это знает? — здоровяк обернулся к доку.

— Как откуда? — Маркус улыбнулся. — Сказала же, швы у вас асимметричны.

— И чё?

— Могу и про трюм рассказать, — улыбнулась я.

Он не ответил, развернулся и исчез. Мы последовали за его тенью, маячащей впереди.

Ну, всё как я и сказала.

Три каюты для пассажиров. Одна каюта капитана, мед капсула прямо на мостике и широкое кресло пилота. 

На нём восседала молодая черноволосая женщина на вид целая и невредимая. Железок в ней я не обнаружила. Чего это она не ходит?  Но стоило мне перевести взгляд на капитана, так в глазах потемнело. 

Таких, как он, проще назвать киборгом, чем человеком.

Правая рука, обе ноги не просто под титановыми пластинами, но явно частично искусственны. На груди через свободную чёрную майку проглядывалась пластина, закрывающая первые два ребра.
Но лицо. Суровый, да. Хмурый. Взгляд цепкий, в чёрных глазах душу потерять можно. 

Не обращая на меня ни малейшего внимания, он уставился оценивающе на Маркуса. 

— Вы опоздали, я не люблю непунктуальных людей, — о его голос внешности не уступал. Хриплый низкий бас. У меня аж мурашки по коже побежали.

Я вдруг ощутила, что рядом мужчина. Не вот эти лощёные напомаженные папочкины припевалы. Не безликие охранники, стриженные под ёжика. А настоящий мужчина в полном смысле этого слова.

Не друг, как док.

Не претендент на дополнительную порцию питательного бульона, как Друз.

Не амбал-тугодум, как этот самый Дик.

Нет, он ощущался по-иному. Смущал и выводил на ранее неизвестные мне эмоции.

Это настолько напугало, что я позорно сделала шаг назад и предпочла остаться за узкой спиной Друза.

— Капитан, а мы сюда пришли не для того, чтобы вы нас любили. Вы что-то путаете, — да Маркус остался верен себе.

— Договор был...

— ... на девять, — закончил за него док.

— Ещё я не люблю, когда меня перебивают, — зарычал он.

Ух, какой грозный! 

— Айзек, ну чего ты, — девушка развернула кресло и мягко коснулась его ладони. И вот теперь я увидела, что с ней не так. Вдоль её ног через ткань штанов проступали пластины экзоскелета. Паралич нижних конечностей. Чуть подавшись вперёд, я заметила и дощечку на магнитной основе, на которой она сидела. 

Значит, не ходит, но летает. В буквальном смысле.

— Куда летим и сумма? — капитан тон слегка сбавил. — И ещё на моём корабле все подчиняются мне, делают то, что я сказал, когда я это сказал, не задавая лишних вопросов. Никуда свой нос не суют, рот не раскрывают.

"И не дышат без особого разрешения, — мысленно продолжила я его фразу. — Ну нет уж. Что мне папуси мало, что ли?" 

Осознав, что с этим стальным диктатором мне придётся лететь на "Ойкон-13", потянулась и дёрнула дока за локоть.

— На выход — мой голос дрожал. — Мы не летим, слышишь. А Друз и вовсе возвращается на Марс.

Меня легонько трясло и ничего поделать с собой я не могла. Вывело меня из равновесия это его заявление.

Док обернулся и подмигнул, как бы намекая, что всё под контролем. Но что-то не верилось.

— Нет, — покачав головой, я по стенке отползала к выходу.

— А она действительно блаженная, да? Столько сплетней вокруг, — нахмурилась девушка. — Не слышала, как мужики в плохом настроении ворчат?

Эта фраза привлекла ко мне внимание и капитана. Склонив голову, он насупился ещё больше. В его карих глазах мелькнуло пренебрежение.

— Я с сумасшедшими не связываюсь. Твой дядя сказал — она богатенькая, но забыл упомянуть, что не в себе. Ты же мозгоправ, найди для своей клиентки другой корабль.

— Лидия Илистрон вполне себе здорова, — вмешался Друз.

— Да она по стенке лезет, что ты мне впариваешь, — капитан кивнул на меня. — С чокнутой не полечу. 

— Что? Да сам ты придурок! — развернувшись, я просто никого не слушая пошла на выход быстрее бы убраться отсюда.

Куда? Я не знала. Мне просто было страшно и неприятно. 

Кто-то бежал за мной вдогонку. 

— Лидия, пожалуйста, подождите, — это был всего лишь переполошённый Ан. — Вернитесь, я вас прошу.

— Зачем?

— Нам нужно лететь. 

— Тебе-то это зачем?

— Мы ведь обещали людям, — он развёл руками.

— Каким?

— Семьям тех, кто пропал на Ойконе. Они, наверняка, смотрели новостной канал и надеются на нас. Ведь никто из них не знает, что случилось с их близкими. Не понимают живы ли они.

— Друз, в этой системе всех заботит только кот.

— Не нужно так думать, — он тяжело вздохнул. — Ну и мы правда опоздали почти на час. Вы же слышали торговца, эти люди ценят своё время. Капитан вправе злиться. И ещё знаете, какие бывают клиенты. Я год летал на подобном судне в качестве инженера-ремонтника. Пустишь их на судно и начинается, то в трюм залезут со скуки, то в технический отсек припрутся. Хорошо, если трезвые. Видимо, капитан Лоу с такими уже летал. Вернитесь и мы все обсудим.

Я лишь покачала головой. С этим модифицированным хамом я никуда не полечу.

***

Сидя на тележке с тёплыми вещами, я совсем не понимала, что мне теперь делать. Прогнуться под этого тирана гордость не позволяла. Искать новый корабль... Время терять.

Как быть, неясно.

Отдёрнув рукава свободной рубашки, поёжилась. Прохладно. Вроде и станция, на которой обязаны следить за температурным режимом, а чувствовалось — экономят на тепле. 

Тяжело вздохнув, уставилась на решётчатый пол, местами спрятанный под толстым резиновым покрытием. За спиной загрохотали врата восточного шлюза и потянуло смрадом канализации. Похоже, там у них очистные сооружения.

Прошло ещё несколько минут, Маркус не возвращался. 

Я же так и не решила, что делать дальше и как теперь быть. 

Не мог этот капитан оказаться типом поприятнее. 

Чуть поодаль над административным корпусом светилось огромное новостное голоокно. Моё внимание привлекло мелькание на картинке знакомых лиц. Присмотревшись, сообразила, что транслируют наше с доком представление. Моё незабываемое первое интервью на парковке родного небоскрёба.

Как забавно наблюдать за собой со стороны.

О да! Я вся такая гордая, Маркус с важным видом.

— Ну, я неплохо держался, — пробубнил сидящий рядом на металлических рейках Друз. 

Изображение мелькнуло и появился отец. Злой! По глазам видела. Нервно поправляя галстук, он смотрел на девушку репортёра так, будто хотел её сожрать или сжечь прямо на том же месте. Она явственно ощущала этот негатив, потому как невольно отошла от мужчины на шаг. И правильно! От такого вообще убегать нужно.

— Мистер Илистрон, поделитесь планами вашей корпорации относительно станции "Ойкон", — голос девушки звучал взволнованно.

— Мы, взвесив все "за" и "против", пришли к единственному правильному решению — не рисковать экипажем спасательного корабля…

На экране продемонстрировали огромный марсианский межзвездник. Перед ним словно по команде замельтешили спасатели в бирюзовых жилетах, изображая бурную активность на пустом месте.

—  У нас полная готовность, — снова заговорил за кадром отец. — Как только моя дочь выяснит, что же произошло на станции, я отдам приказ на старт. Сразу три корабля покинут пределы нашей системы и устремятся к Ойкону. Мы не жалеем средства на такого рода операции. Нужно разобраться во всей этой ситуации до конца, чтобы пресечь в будущем даже возможность подобных трагедий.

Картинка сменилась и на экране снова появилось изображение парковки Илистронхаус.

— А почему именно ваша младшая дочь? Это ведь предельно опасно.
Отец, будто ожидая этого вопроса, просиял в улыбке, продемонстрировав ровные белые зубы.

Акула бесящая!

— Проект целиком и полностью принадлежит ей, — услышав эту фразу, я как-то опешила. — В корпорации Илистрон каждый руководитель головой отвечает за свои детища. Кому же лететь, как не ей?! 

— Он сейчас практически на всю систему обвинил вас, — пробормотал Друз.

Я кивнула, сглатывая вязкую слюну. 

— Разве проект ваш? — Ан оторвал взгляд от голоокна и посмотрел на меня. Я видела своё отображение в линзах на его очках. Бледная, волосы растрёпанные. — Лидия?

— Нет, Друз, не мой. Только разработка чертежей зданий и коммуникаций.

— Но зачем же он делает такие публичные заявления?

Зачем? А тут дураком нужно быть, чтобы не понять для чего всё это представление.

— Кто-то должен ответить, Ан. Нужен козёл отпущения. Или коза.

— Но вы же его дочь!

— И тем выше жертва с его стороны, — я не удержалась и цинично хмыкнула под нос. 

Отец всегда был таким. Любил только себя, все остальные — расходный материал. Даже Мамлиза нужна была ему исключительно как яркая картинка рядом.

Что-то вроде спектакля по типу: вот я, вот моя богатейшая корпорация.

Смотрите, это личный небоскрёб.

Это красавица дочь — наследница.

Вот бывшая жена — модель. Мы с ней вроде как в разводе, но какие у нас шикарные отношения. Но всё же я обеспеченный успешный холостяк.

Вторая дочь? А это... Да, бог с ней, вы гляньте, какая у меня коллекция магнокаров.

Вот в этих нескольких предложениях вся суть моего папаши.

И то, что сейчас я видела на экране, меня жутко настораживало.

— Нужно выяснить, что там на самом деле произошло, и отбелить вас, — обиженно пробормотал Ан.

Снова хмыкнув, я неопределённо пожала плечами.

Мой планшет пиликнул.

Взглянув на него, обнаружила семьдесят два пропущенных вызова с разных номеров абонентов. 

Кто-то усиленно пытался найти меня. Развернув список, аж вспотела.
Ого-го! Да тут весь цвет администрации корпорации. Кажется, я произвела фурор. Затмила популярностью звёздочку Мамлизы.

И что теперь блокировать всю эту кодлу?

Да у меня чёрный список разорвёт. 

Нажав на три точки, я распустила народ из бана. Пусть звонят все кому не лень. Просто буду игнорировать их, а при первой же возможности раздобуду новую личную карту-номер с расширенным пакетом услуг.

Чего от них прятаться? Пусть видят, что ими попросту пренебрегают. 

— ... Отлёт моей дочери полностью засекречен, — продолжал вещать с экрана папочка. — Экипаж и корабль пожелали остаться неизвестными. Поймите, они добровольцы и сами вызвались на спасение людей. Но у каждого семья. Это переживания, это … Страшно.

— Значит, за дочь вы боитесь? — репортёр замерла, ожидая ответ.

— Конечно, я же отец, но долг превыше всего.

Невольно оскалившись, вытерла вспотевшую ладонь о штанину. Вот гнида, а? 

— А кот? Ваша дочь Лидия Илистрон будет искать его?

— Конечно. И я, и она большие любители животных, — папуля снова продемонстрировал зубы, натянув улыбку на физиономию. — У Лидии в детстве был чудесный котёнок. Она так привязалась к нему...

Я замерла. Не было у меня никогда не то, что кота…

В памяти вспыхнула картинка. Трёхцветная кошка, уснувшая в постели для большой куклы.

"Не тронь её, милая, — тихий голос мамы, — ей там очень нравится"

Вздрогнув, я соскочила с телеги. Затылок прошибло острой болью. На висках проступили капельки пота.

Лавина удушающего жара прошлась по телу. 

— Лидия, — Друз придержал меня за руку, — вы резко побелели.

— Голова, — прошептала я, чувствуя, как отпускает.

— У вас блок, что ли?

— О чём ты?

— Нет ничего, — он затряс головой.

Интервью с отцом продолжалось.

— Ваша старшая дочь. Вы отмените её свадьбу?

— Нет зачем же. Мамлиза так ждала этого дня.

Ещё бы она его не ждала — такой шанс выпендриться. И неважно, что женишок — ничтожный тупоголовый мажорик — сынок папашиного друга. И этот фарс с браком только сделка. Бизнес-проект. Но Мамлиза видела лишь платье и эти гребанные маки. Хотя, возможно, она представляла семейную жизнь как у своей мамочки. Никогда не понимала, зачем отец развёлся с этой моделькой и женился на моей матери.

Ради чего? 

— Я правильно понимаю, скоро мы увидим пышное торжество. Но как же, ведь родная сестра Мамлизы Илистрон — Лидия в это время будет в системе Цефея. Возможно, в опасности.

— Подождите, — отец прикрыл репортёру рот. — Мы не мешаем работу и личное. Лидия обязательно свяжется с ней и поздравит.

Моргнув, я снова увидела призрачный образ кошки, заходящей в мою комнату. А вслед за этим громкий злой крик отца…

Воспоминание оборвалось, оставив меня в недоумении. 

Раньше такого никогда не случалось. Я вообще не помнила детство.

— Лидия, и всё же с вами всё хорошо?

— Более чем Друз, но спасибо за заботу. Для меня это много значит.

Размяв шею, взглянула в сторону корабля. 

Внутри меня шла настоящая борьба. С одной стороны, этот хамоватый капитан и перспектива конфликтов с ним, с другой... Да жажда насолить любимому папаше оказалась сильнее.

Чего тут думать?!

Может и прав док, не такая уж я и чокнутая. 

Расправив плечи, шумно выдохнула и отправилась обратно на трап.

Уж лучше договорится с этим Айзеком. 

— ... нам нужно добраться до Ойкона. Вам прилетит хороший заказ. В чём проблема? — голос дока звенел от злости.

— Мне нужна предельная ясность, с кем я лечу? — рычал капитан. — Ей плохо станет во время перелёта, а мне отвечай! У меня что тут корабль-санаторий для девочек, аля, "слегка не в себе". 

— И сколько стоит изменить ваше отношения к сумасшедшим? — я спокойно зашла на мостик.

Казалось, меня здесь уже и не ждали. Капитан открыл рот, но так и замер. Дик даже как-то просиял, предвкушая представление. Эта самая Ким, сдерживая улыбку, стрельнула в меня глазками.  

— Лидия, я всё улажу, — вмешался Маркус.

— Ваша цена, капитан? — реплику друга я проигнорировала.

— Думаешь, куколка, всё продаётся? — прошипел он и сложил руки на груди. 

— Я это точно знаю, — криво усмехнувшись, окинула его взглядом. Чёрная майка не скрывала прекрасно развитую мускулатуру, рельеф мышц, бронзовый оттенок кожи. 

Шикарный мужчина, если не обращать внимания на железки-имплантаты.

— Даже так, ну и во сколько ты меня оценишь, деточка?

Мысленно прикидывая сумму, случайно заметила над навигационным столом парящую трёхмерную схему корабля, подсвеченную холодным белым светом. Забыв на пару мгновений о присутствующих, подошла ближе и осторожно провела пальцами по линиям, разделяющим отсеки.

— Эй, дамочка, — прикрикнул на меня Дик, не трогайте там ничего. — Я этот чертёж месяц выводил.

— Да, я примерно уже оценила уровень вашего Ай-Кью, — пропела немного высокомерно. — Месяц для вас — превосходный результат. Но это и правда весьма любопытно, — линии оживали перед моими глазами и двигались так, как хотелось мне. — А я ошиблась, здоровяк. Вы не переделывали корабль, вы купили его таким и теперь желаете вернуть ему прежний вид. Восстановить нижнюю палубу, — я провела пальцем по схеме, рисуя новую линию. — Трюм разделить на два отсека и поменять загрузочный люк на двойной. Техническое отделение... Какая древность. Не практично, лучше вот так. 

Я разговаривала со схемой, подмечая её несовершенства и отсекая их. Приводя всё в должный вид. Воздушные фильтры над ядром — это сэкономит энергию для прогревания водных баков с водорослями. Очистительную систему вниз, трубы перенести так, чтобы выход сразу в отсек утилизации…Палуба эвакуации, места для спасательных шлюпок...

— Дигри, а она вообще кто? — негромко поинтересовался моей персоной Дик. 

— А ты ещё не понял, братец, — усмехнулась девушка. — Эта та, из Илистрон Корпорэйшн. Их же с утра по всем новостям крутят. Это она угробила этих со станции и котика вместе с ними.

— Нет, не она! — возмутился Друз.

— Да, это я и есть, — начертив очередную линию, прибавила немного пространства в жилищный отсек. — Оптимальный вариант. Осталось сделать точную смету, но, навскидку, вся переделка обойдётся вам... Минутку!

Перед моими глазами столбиком всплывали цифры, пока мозг не определил итоговую сумму.

— Ты ещё и ремонт просчитай! — рявкнул капитан. — Она точно ненормальная? Ким?

— Откуда мне знать, я сплетни собирала, а не в личную медицинскую карту заглядывала.

Хмыкнув, написала сумму.

— Абсолютно точно, я сумасшедшая, капитан Лоу, — обернувшись, ткнула пальцем в цифры. — Но в моём случае — ещё и гений. Я заплачу вам ровно столько. Но частями. Пятьдесят процентов сразу и остальное — по прибытии обратно на Нептун. Деньги будут заморожены на ваших счетах. И нет, я никого не гробила. 

— А дамочка, случайно, не решила за наш счёт отбелить свою репутацию? — съехидничала девица. 

Она явно меня провоцировала на конфликт, выводила на негатив.

Проверяла? Возможно.

— Во-первых, не за вас счёт, а за свой. Во-вторых, не отбелить... совсем не отбелить. Если уж идём ко дну — то всей корпорацией. А, в-третьих, вам не всё равно, если по прибытии вы получите гору кредиток?

Док смотрел на меня, не отрываясь, силясь сообразить, что же произошло.

— Новости не понравились! — прямо ответила на его немой вопрос.

Дигри кивнул и покосился на капитана. Он молчал.

— Ну, так как? Новые условия нашего найма устраивают? — я ждала ответ от главного из Лоу.

О бедный капитан! Мужчина переводил взгляд с меня на циферки и схему на голоэкране. Ух, представляю, как он там пяткой давил свою гордость. Плясал на ней вприсядку и загонял под плинтус. 
Но нет, по глазам видела, не дурак он: просто не знает, как теперь выйти из сложившейся ситуации красиво.

— Я облегчу вам жизнь, Айзек Лоу, возможно, и не всё продаётся, но риск определённо имеет свою цену. Если не согласитесь — как часто вы будете вспоминать этот день, глядя, как разваливается ваш кораблик? Ремонт — штука страшно дорогая и до невозможного внезапная. 

— Похоже, куколка, ты нас всё-таки купила, — он медленно кивнул. — Знаешь, куда жать. 

— Угу, но есть одно условие, мой хамоватый капитан.

— Какое? — он приподнял смоляную бровь.

— Мы видимся с вами как можно реже. 

— Чем же я так не по нраву пришёлся?

— Вы провоцируете моё сумасшествие. И не забудьте попросить у меня прощение.

— Хм, — он игриво усмехнулся. — Прошу меня простить, я действительно был слишком груб.

Вот так просто! Я на мгновение даже дыхание задержала. Фраза далась ему легко. Ещё никогда ни один мужчина не произносил таких слов.

Какой-то он неправильный тиран и сатрап.