В погоне за счастьем

Марк
—Слушаю тебя внимательно, Глеб. — Отвечаю на звонок по громкой связи, потому что нахожусь за рулём своего красавца Мерседеса S-класса.
— Марк, ты не забыл, что у меня сегодня открытие нового ночного клуба? Все наши уже собрались, не хватает только тебя.
—Я почти подъехал, дай мне пять минут.
—Понял тебя. Как приедешь, поднимайся наверх, мы будем во второй ViP-ке справа. Не перепутай. — И сбрасывает вызов.
***
Проклятая рутина. День, как день — тонны бумаг, пустые переговоры и этот вечный металлический привкус успеха, от которого уже тошнит. Глеб, конечно, вовремя позвонил — ещё пара часов в офисе, и я бы окончательно окоченел в кожаном кресле. Закрываю автомобиль, подхожу к клубу и наблюдаю огромную очередь, в которой мне сразу бросается в глаза эффектная шатенка с пепельным оттенком. Её вьющиеся волосы доходят длинной до талии. Окидываю её внимательным взглядом снизу вверх: обувь на шнуровке на высоком каблуке, кожаные брюки, которые обтягивают столь соблазнительные ножки, серебристый топ с V-образным вырезом, манящим заглянуть в него. Лицо прикрыто ажурной чёрной маской. Чёртов тематический вечер. Уверен, что под маской скрыто красивое лицо. У правообладательницы такой фигуры просто не может быть другого.
Пока я пускал слюнки, моя незнакомка скрылась за дверями клуба.
Ускоряю шаг, меня тут ждут, поэтому пропускают вне очереди и без маски. В помещении очень много народа, и найти взглядом девчонку не получается.
Поднимаюсь наверх в ViP-комнату.
—Ну, наконец-то. — из-за стола поднимается Глеб, спускает с колен длинноногую блондинку. — Я уж думал, что ты потерялся. Хотел Миху просить объявить тебя в розыск.
—Здравствуй, Глеб. — произношу я. — Я тоже рад тебя видеть.
Протягиваю руку Михаилу и здороваюсь с ним.
—А где все? Ты же сказал, что наши тут. А я вижу только Мишаню и тебя.
— Если бы ещё дольше ехал, то и вовсе никого не застал. — еле шевеля языком, проговорил Михаил.
—Все разошлись, кто-то дальше отдыхать с девочками, а семейные по домам разъехались. Остался только Мишка, да и то за ним скоро такси подойдёт.
Взглянул на Миху, он одним глотком допил янтарную жидкость. Налил в квадратный бокал и протянул его мне:
—Будешь?
Качаю головой и произношу: — Спасибо, друг, но я сегодня за рулём, ещё кое-куда нужно будет заехать.
Он опрокидывает этот стакан в себя и откидывается на спинку диванчика, рядом с ним присаживается Глеб, а я располагаюсь в кресле напротив него.
— О чём ты хотел со мной поговорить? — не стал тянуть время. — У меня ещё много работы впереди, из-за незапланированной поездки много дел накопилось.
—Конееечно, ты же у нас самый деловой и работящий, бизнесмен, мать его. — просыпается и с упрёком начинает нести бред Мишаня.
Много он наговорить не успевает, потому что по внутренней связи Глебу сообщают, что пришло такси. Он берёт телефон и набирает номер:
—Стас, возьми пару ребят и приди в четвёртую комнату, поможешь Михаилу дойти до такси.
Дальнейший разговор мы продолжаем только после того, как Мишку чуть ли не вынесли из ViP-ки.
—У тебя же свой строительный бизнес, Марк. Я собираюсь выкупить один участок, который находится в очень выгодном местоположении. А ты построишь там мне новый клуб. — говорит друг, доставая карту города и указывая на нужное ему местоположение.
—К чему такие заморочки? Не проще купить готовое здание? Я знаю этот район, и что там находится, и точно знаю, что можно приобрести уже готовое. — Поднимаюсь из-за стола и подхожу к окну. Из него хороший вид на танцпол. Все люди как на ладони.
—Мы с тобой с детства вместе, и ты прекрасно знаешь, что это моя мечта. Хочу разработать клуб сам, я уверен, что после он будет приносить мне удачу. — Поднимаясь вслед за мной, говорит Глеб.
Да, помню. Глеб Самсонов ещё с подросткового возраста мечтал о своём ночном клубе, построенном лично по его проекту.
Взгляд цепляется за очаровательную девушку, в которой я узнаю свою незнакомку. Она очень пластично двигается, движения её тела и рук просто завораживают, невозможно от неё отвести взгляд. Девушка останавливается, будто чувствует, что за ней пристально следят, поднимает голову вверх и смотрит прямо на меня. Мгновение мы смотрим друг на друга, её зелёные глаза хитро улыбаются, и красавица, не отрывая от меня своего взгляда, начинает призывно танцевать, а я чувствую, как в штанах становится тесно…
—Марк, ты меня слышишь? — машет перед моим лицом Глеб.
Нет, конечно. Эта девка сводит меня с ума. Быстро поворачиваюсь к другу и произношу:
—Я согласен участвовать в твоём проекте, как только оформишь участок, приезжай в офис, всё обсудим. — жму ему руку. — Извини, мне пора.
—До встречи.
Быстро спускаюсь вниз и пытаюсь протиснуться через всю толпу к центру танцпола.
Добравшись до девушки, заметил, как вокруг неё крутился какой-то хмырь, то и дело стараясь как-нибудь полапать её своими сальными руками. Меня это почему-то разозлило, очень хотелось обломать ему руки. Начал пританцовывая подходить к этой парочке ближе и своей спиной отстранять паренька от своей незнакомки, как вдруг она начинает падать. Я быстро ориентируюсь в происходящем и подхватываю девушку практически у самого пола.
—Будь аккуратней, тут столько людей вокруг, и если бы ты упала, тебя могли бы просто не заметить и затоптать. — Шепчу ей на ушко.
—Спасибо. — таким же шёпотом отвечает она. — Может, ты меня уже отпустишь?
Её осиную талию совсем не хотелось отпускать. Пришлось приложить усилие, чтобы сделать это.
—Может быть, пообщаемся в более тихой обстановке? — Предлагаю ей. — На втором этаже есть такое место.
Не успев договорить, она берёт меня за руку и тянет в сторону лестницы. Поднимаемся наверх, девушка оборачивается:
—В какую дверь нам заходить? — интересуется она.
— Вторая дверь справа.
Не став медлить, незнакомка уверенным шагом идёт к комнате, распахивает дверь и заходит, я, следуя за ней, закрываю дверь.
— А ты смелая. Не боишься с незнакомым мужчиной остаться один на один в комнате?
—Не угадал. Не смелая я совсем. Это просто адреналин всё ещё в крови бушует от пережитых эмоций.
Прохожу, сажусь на диванчик и откидываюсь на спинку. Всей своей позой показывая, что я расслаблен.
—Ты мне понравилась.
— Я это поняла ещё когда ты пялился на меня из этого окна. — встаёт и подходит ко мне. — А ещё ты рассматривал меня на улице у клуба. Думал, что я не заметила?
—Может, ты уже снимешь маску?
—Зачем?
—Хочу посмотреть на тебя.
—Я тоже много чего хочу…
Перебиваю её:
—Чего, например? Говори, выполню любое твоё желание.
—Желание — это хорошо. Можно я его немного придержу.
Девушка подходит к стереосистеме, включает негромко музыку и начинает прокачивать в такт бёдрами. От этих движений у меня начинает каменеть между ног. Почему-то уверен, что она очень страстная в постели. Всё время, что находимся вместе, мой мозг думает только о сексе с ней. Хотелось бы послушать её стоны подо мной. Прочистив горло, произношу:
—Договорились. Тогда может, скажешь, как тебя зовут?
—Счастье.
—Что, счастье?
—Для тебя меня зовут Счастье.
—Очень интересно. А если серьёзно?
—Может, хватит уже болтать? Ты же не для этого меня весь вечер высматривал. — Счастье подходит ко мне вплотную и аккуратно седлает меня сверху. — Давай уже сделаем то, ради чего ты меня сюда привёл. Я хочу тебя отблагодарить за моё спасение, — шепчет мне на ухо.
Сто раз мне повторять не надо. Да и она, сидя на мне, чувствует, что я её очень хочу. Беру инициативу в свои руки и начинаю её страстно целовать, сначала в губы, жёстко сминая их и проникая к девушке в рот, она не сопротивляется, а наоборот подставляет себя под жаркие поцелуи. С губ я медленно спускаюсь на её сладкую шейку, покусываю пульсирующую венку, девушка начинает покрываться мурашками от удовольствия.
Снимаю с неё серебристый топ и расплываюсь в довольной улыбке, на меня смотрит идеальная двойка и без бюстгальтера.
Втягиваю бугорок себе в рот и начинаю ласкать его языком. Одной рукой сжимаю грудь, покручивая вторую вершинку между пальцев. Второй рукой вжимаю незнакомку себе в пах. Она выгибается, начинает ёрзаться и постанывать от удовольствия. Её руки нежно оглаживают мои плечи и переходят к пуговицам на рубашке, не торопясь, расстегивая их одну за одной. Ловко переворачиваюсь, и девушка уже лежит подо мной, приподнимаюсь и резким движением сдёргиваю с неё брюки вместе с трусиками. Она сползает немного ниже и медленно расстёгивает ширинку, снимает штаны до колен, оглаживает член через боксеры, в ответ на её ласку он дёргается. Стягивает боксеры, и перед её лицом оттопыривается моё достоинство.
—Ого. А он большой. Не уверена, что твой агрегат войдёт в меня полностью.
После этих слов она берёт член в руку, обхватить его полностью не получается, направляет его на себя и берёт в рот головку.
Такого кайфа я никогда не получал. Хотелось засунуть ей поглубже в её грязный ротик и кончить. Почему я всё ещё сдерживаю себя? Другую бы я уже давно трахнул, а ей даю себя поучать, хотя сам уже еле сдерживаюсь.
Отстраняюсь от неё и подтягиваю обратно. Продолжаю ласкать грудь языком, а рукой накрываю её лоно, размазываю её желание и начинаю массировать её горошину. Из груди моего Счастья начинают вновь выходить стоны и мольба:
—Дааа, пожалуйста….. Пожалуйста… возьми… возьми меня…
Резко разворачиваю её, ставя на колени, и сходу вхожу в неё. Раздаётся громкий стон… Какая же она узкая и желанная. Начинаю двигаться, то ускоряясь, то замедляясь, не забывая ласкать её грудь руками. Девушка начинает стонать всё громче, подходя к вершине своего блаженства, я ускоряюсь, и мы кончаем вместе.
Какое-то время мы лежим, не шевелясь. Отдышавшись, я начинаю разговор первым.
—Может, уже снимешь свою маску?
—Нет. Давай не сейчас, чуть позже.
—Хорошо.
Начинаю, поглаживая, внимательно рассматривать идеальное тело своего Счастья. И ведь действительно, счастье находится сейчас рядом с ней, пусть и не в постели дома, а на диване в клубе. Но ничего, это дело поправимо, я её никуда не отпущу… Замечаю сбоку на рёбрах небольшой символ.
—Что означает твоё тату? — спрашиваю, аккуратно ведя пальцем по изогнутым линиям.
—Это узел счастья. У меня много таких узлов. Вот один всегда со мной.
—Опять ты про счастье. Кстати, может, ты уже скажешь, как тебя зовут? — целую её в висок.
—Красота, радость и счастье. Вот как меня зовут. — улыбается. — Так как я с рождения хорошенькая, то красота — это моё и всегда будет со мной. Для тебя сегодня я — Счастье. А вот радость я надеюсь ещё подарю кому-нибудь ну или оставлю при себе.
Что-то странное она говорит. Жалко будет выяснить, что она красивая и ненормальная.
—Эти три слова — составляющие моего имени. — будто бы поняв моё замешательство, девушка присела и пояснила. — Мы забыли о средствах контрацепции.
—Не переживай, я вовремя успел выйти, всё будет хорошо.
Мы оделись и не торопились уходить. Хотя мне очень хотелось разложить и попробовать её на вкус в своей постели.
Девушка аккуратно поправляет маску, даже во время удовольствия она следила за тем, чтобы она не спала. Может, у неё шрам, или она не такая красивая, как говорит, если так боится показать своё лицо?
—Может, ты уже снимешь свою маску?
— Сниму, но у меня есть одно маленькое условие.
—Какое?
—Ты отвернёшься. А я скажу, когда можно будет обернуться обратно. — с кокетливой улыбкой на губах произносит Счастье.
—Хорошо.
Медленно отворачиваюсь. Проходит несколько минут, а меня никто не зовёт. Резко оборачиваюсь. Никого нет. Вот чёрт! Сбежала.
Хватаю пиджак от костюма и вылетаю из комнаты, народу меньше не стало. Пробираюсь сквозь зал и выхожу на улицу, оглядываясь по сторонам, тишина, ни одного движения. Прошу охрану клуба помочь найти девушку, она не могла далеко уйти, но все без результата. Как сквозь землю провалилась.
Я стоял на холодном асфальте, и пустота, от которой я бежал сюда, накрыла снова, только теперь она была в разы острее и обжигала изнутри. Проклятая маска, этот дурацкий узел… Было ощущение, что меня обокрали. Не просто обманули — вырвали и унесли с собой клочок живого, настоящего чувства, которого я, оказывается, так давно не испытывал. Досада переплавилась в острую, почти физическую потерю.
—Но ничего, — сквозь стиснутые зубы прошептал я в ночную мглу. — Я тебя ещё найду, малышка. Найду и больше не отпущу.

Четыре года спустя.

Литиция.

Проснулась от собственного крика, зажатого в подушке. Во сне опять тот клуб, маска, жаркие прикосновения… и резкий свет фар, вырывающийся из темноты. Сердце колотилось, будто пытаясь вырваться из груди. Включила свет и подошла к кроватке Лили – ровное дыхание, спокойное личико. Вот оно, моё настоящее, моё единственное «зачем». Этот сон – всего лишь эхо забытого прошлого, осколок, который не даёт собрать картину целиком. Он должен оставаться в прошлом. А у меня сегодня решающий день.

В пол-уха слушая болтовню девочек из отдела, я думала о своём переводе в главный офис.
Сегодня утром шеф вызвал меня к себе и сказал, что меня переводят в главное здание фирмы "Модулор" на должность архитектора-дизайнера. Самое страшное в том, что для начала мне нужно пройти собеседование у директора фирмы. Говорят, он тот ещё монстр, не любит, когда женщины руководящие должности занимают.
А мне эта должность очень нужна. Если туда устроюсь, то наконец-то смогу взять квартиру в ипотеку и съехать с дочкой от тёти Маши. Она, конечно, хорошая, добрая женщина, помогла мне в трудную минуту, но свой угол всё равно нужен. Не могу же я вечно пользоваться её добротой.
—Лит, а правда говорят, что тебя повышают? — спрашивает Тася.
—Правда.
— Везёт тебе. Там столько мужчин богатых будет тебе встречаться. Может, наконец-то и отца для дочки найдёшь. Хотя мало кто чужих детей принимает. — с долькой зависти продолжает. — Ну ничего, ты красивая, в любовницы точно сможешь попасть, а там и в достатке будешь жить.
—Обед уже закончился, пора работать.
— Скучная ты, Литиция Арнольдовна. Даже в любовницы вряд ли попадёшь.
— Мне ребёнка растить надо, а не любовницей становиться. Так как поднимешься к себе, возьмёшь проект по ТЦ "Кристалл" и сразу ко мне. Приходил заказчик, надо кое-что изменить.
Я поднимаюсь к себе в кабинет. Пусть он небольшой, зато уютный. Окно посреди кабинета, напротив него — полки с проектами и цветами, справа от окна — мой стол, а напротив него — маркерная доска, в углу мольберт и различные планшеты для проектирования. Всегда люблю делать наброски своей работы вручную, вкладывая в них частичку души. Прохожу и усаживаюсь за стол. Достаю из ящичка стола золотой шнурок на удачу и, пока Таси нет, начинаю завязывать узел счастья. Уверена, с ним у меня обязательно всё получится.
Быстро объяснив Таисии Алексеевне, какие изменения нужно внести в проект, начинаю собирать папку-портфолио из своих лучших работ. Успеваю со всем справиться к концу рабочего дня и со спокойной душой бегу домой к своей девочке, к Лиличке. По пути забегаю в супермаркет и покупаю ей там её любимую куклу L.O.L.
Открываю входную дверь и произношу:
— Я дома.
С криками "мамочка плишла" ко мне бежит моя дочурка и прыгает в объятия.
—Я тоже соскучилась по тебе, моя хорошая. — целую её в макушку и выпускаю с рук. — Смотри, что у меня для тебя есть. — достаю из сумки куклу.
—Уууииии, — визжит Лили, прыгая от счастья, — ты самая-самая мама.
Забирает игрушку и отправляется в комнату, я же иду с пакетом продуктов в кухню и застаю там тётю Машу, колдующую над вкусным ужином.
—Ммм, как вкусно пахнет.
—Уже всё готово, мойте руки и за стол. — говорит тётя Маша. — Зачем ты ещё продуктов купила? Вчера же ходили в магазин.
—Я взяла то, чего не хватает в нашем холодильнике, тут немного. В основном овощи.
Быстро раскладываю продукты, зову Лиличку и отправляюсь с ней в ванную комнату мыть руки.
Перед нами уже накрыт стол.
— Сегодня на ужин у нас запечённая сёмга с картофелем со сливками.
— Тетя Маш, а ты точно в больнице работаешь, а не шеф-поваром в каком-нибудь крутом ресторане города?
— Ох, Лита, ты мне льстишь. Давайте лучше кушать, пока не остыло.
***
Утром я надела свой любимый серый костюм: пиджак и юбку-карандаш, немного скрывающую колени. Волосы собрала в тугой пучок, теперь это делается проще, потому что они стали у меня чуть ниже плеч. Естественный макияж — и готова. Осталось забрать папку и надеть чёрные туфли-лодочки.
По пути на собеседование я завожу дочку в сад. Добравшись до главного офиса компании "Модулор", начинаю немного волноваться. Мне нужна эта работа, если я хочу, чтоб у моей Лили всё было.
Захожу в здание, подхожу к охраннику, стоящему возле турникета:
—Здравствуйте. Мне назначено собеседование в “Модулор“.
—Ваша фамилия?
—Бауэр.
Он с кем-то созванивается по внутренней связи, внимательно окидывает меня взглядом, а после пропускает.
—Проходите. Тридцать пятый этаж, как выйдете из лифта, повернёте налево и идёте до конца коридора.
—Спасибо.
Меня пропускают к лифтам. Захожу и нажимаю кнопку 35. Пока едет лифт, прогоняю свою речь в голове и в кармане сжимаю свой золотой узелок.
Раскрываются двери лифта, и меня окатывает волной шума. В офисе работа идёт полным ходом. Я поворачиваюсь налево и иду до конца коридора, как и сказал охранник. Там меня встречает эффектная девушка за стойкой. Длинноногая блондинка с четвёртым размером груди, показывающимся из декольте.
—Здравствуйте. Я к Марку Дмитриевичу на собеседование.
— Бауэр?
—Совершенно верно.
—Минутку. — нажимает кнопку связи с шефом. — Марк Дмитриевич, тут Бауэр на собеседование.
—Пусть проходит. — произносит бархатный голос.
Отчего-то у меня пошли мурашки по телу, и в голове промелькнул обрывок: низкий, уверенный голос что-то шепчет на ухо… Я встряхнула головой. Нервы.
Секретарша провожает меня до двери и открывает её. Делая глубокий вдох, я вхожу.
— Доброе утро, Марк Дмитриевич.
—Я бы сказал, что не очень. — произносит он, поднимая на меня свой взгляд, и немного удивляется. — Бауэр Л. А.?
—Бауэр Литиция Арнольдовна, если быть точной. Да, это я. — подхожу к его столу, но присесть за него не успеваю.
— Что ж, Литиция Арнольдовна, извините, но вы нам не подходите.
Шок, наверное, читается на моём лице, потому что этот монстр расплывается в довольной ухмылке. Во мне закипает злость, я резким движением отодвигаю стул и сажусь за стол.
—Могу я узнать, по какой причине? Вы ведь даже не посмотрели мои работы и не побеседовали со мной.
—Понимаете, в чём дело, вы женщина, а мне нужен архитектор-мужчина.
Раздражение растёт…
—Вы что, женоненавистник? Вы даже не посмотрели мои работы!
— Хорошо, давайте сюда свои проекты. — протягивает руку к папке.
Подаю ему портфолио. Он открывает его и начинает быстро листать, комментируя:
— Не то, это тоже не то, нет, сухо, не стильно, нет, нет. — закрывает папку. — Простите, но ваши проекты какие-то невзрачные, нам нужен новый стиль, а это прошлый век. К тому же все ваши работы нацелены на семейное жильё, а нам нужны общественные места. — швыряет папку обратно.
В горле встал ком. Это не просто отказ — это издевательство. Но отступать нельзя. Я выпрямила спину и посмотрела ему прямо в глаза, заставляя свой голос звучать холодно и чётко.
—Господин Еланцев, я понимаю, что у вас может быть предвзятое мнение. Однако судить о квалификации архитектора, не вникнув в суть его работ и не предложив тестового задания, — показатель непрофессионализма не моей, а вашей кадровой политики. Мои «семейные квартирки», как вы изволили выразиться, выигрывали городские конкурсы. Их покупают, потому что в них продумана каждая деталь для жизни реальных людей. А это, на минуточку, и есть высшая цель дизайна.
—Хорошо, дайте мне проект и тридцать минут, я сделаю наброски, и вы оцените мою работу.
—Нет. — откидывается на спинку кресла.
—В таком случае, я не уйду отсюда, пока вы не дадите мне проект, ну или вам придётся вызвать охрану.
— Дело ваше. — Марк Дмитриевич встаёт и уходит.
Я остаюсь в его кабинете. Спустя час мне хотелось уже уйти, но я отгоняла эту мысль от себя. Мне нужно получить эту должность во что бы то ни стало. Спустя ещё час мне стало скучно просто сидеть и ждать, поэтому я достала всё необходимое для работы. Только вот карандаш оказался сломан, так что я, не смущаясь, взяла со стола Марка и начала делать наброски ресторана итальянской кухни.
Если тут не получится, буду проситься обратно на работу с самым сложным проектом. Сколько этому, Денису Петровичу, хозяину ресторана, предложений не поступало, его всё время что-нибудь да не устраивало.
За работой я не заметила, как прошло полдня. Отвлёк от работы чей-то разговор. Я поднимаю голову и вижу, что в кабинет вернулся Марк Дмитриевич и ещё один мужчина.
—Марк, а ты не говорил, что с нами будет столь прекрасная дама. — произносит брюнет.
—Я надеялся, что её уже нет. Не обращай внимания, Глеб. — медленно, с нотками злости говорит Марк.
—Постараюсь, но это будет очень сложно. У тебя теперь что, новая секретарша?
— Нет, это не прошедшая собеседование девушка. — прищурив глаза и ехидно, говорит монстр. — Мечтает, чтобы её под руки вывела охрана. Я же даю ей шанс уйти самой.
Он что, специально меня цепляет? Никогда не дерзила начальству, но этот прямо вынуждает. Сосредоточься, Лита. Направь весь гнев на работу. Из шкуры вон лезь, но чтоб сегодня у тебя была эта должность.
—Пока вы отсутствовали, Марк Дмитриевич, я тут сделала пару набросков: планировка и дизайн итальянского ресторана. Раз вам мои семейные квартирки не нравятся. — в конце всё-таки не удержалась.
— Нет, это не подходит. — едва взглянув, произносит он. — Прошлый век. Вы закончили, Литиция Арнольдовна? Нам с Глебом Денисовичем нужно поработать.
Начинаю медленно собирать свои работы. Всё равно покажу проект на старом месте. Вдруг пройдёт. Пока собираю вещи, обращаю внимание, что они рассматривают какой-то чертёж здания. Есть шанс, чтобы показать себя. Крепче сжимаю в руках карандаш. Точно, карандаш!
— Ой, извините. Я тут у вас карандаш брала, а то мой оказался сломан. — подхожу ближе, подать карандаш и мельком заглянуть в план здания.
—Может, вы ещё что взяли без моего согласия? — недовольно произносит Марк.
— Я что, похожа на воровку? Может, ещё в сумочку ко мне заглянете?
—Может и загляну. — выхватывает из моих рук сумочку и тянет за язычок замка.
Это была последняя капля. К чёрту всё! Вырываю сумку обратно и даю подлецу пощёчину.
—Вы — наглец и хам! Идите вы знаете куда со своей работой!
Бросаю карандаш в широкую, но до ужаса красивую грудь несостоявшегося шефа, разворачиваюсь и быстрым шагом покидаю кабинет.
Вылетаю из здания на свежий воздух. Как он посмел намекнуть, что я воровка. Да я никогда в жизни чужого не брала. Проходя мимо кафе, мой желудок напомнил, что я с самого утра ничего не ела.
Захожу в здание кафе и присаживаюсь за столик у окна. Делаю заказ: капучино, "Цезарь" и чизкейк.
За своим поздним обедом анализирую произошедшее. Никогда не переходила на личности на работе и тем более с начальством. А самое главное — я забыла сказать, что в чертеже здания есть погрешности. Начинаются угрызения совести, что я не смогла с собой совладать, и возможно, здание Глеба Денисовича со временем начнёт разрушаться.
Поворачиваю голову посмотреть в окно и вижу этого самого Глеба, выходящим из здания и направляющимся к парковке.
Соскакиваю с места и, не расплатившись, выбегаю на улицу. Я должна сообщить ему об ошибке!
В последнюю секунду успеваю подскочить к только что тронувшейся машине. И тут начинается нечто.
Водитель выскакивает и начинает орать на меня из-за того, что я "дура ненормальная" бросаюсь под колёса. Сзади меня хватает охранник кафе и пытается утащить обратно, чтобы я оплатила счёт. Я стараюсь вырваться из рук охраны и прошу шофёра позвать Глеба Денисовича.
Выходит Глеб, и все останавливаются.
— Что тут происходит? — интересуется он.
—Эта полоумная бросилась под колёса. — начинает водитель.
—И не расплатилась за счёт в кафе. — подхватывает охранник.
Глеб переводит на меня взгляд и расплывается в широкой улыбке.
—Что вы, Литиция Арнольдовна, не бережёте себя? Под колёса бросаетесь, в полицию норовите загреметь.
Наконец-то вырываюсь из лап охраны, поправляю на себе одежду, поднимаю голову и гордо произношу.
—За счёт я заплачу. У меня, между прочим, там все вещи остались. Покажите мне хоть одного вора, который кушает и оставляет все свои вещи на месте преступления. А на машину кинулась, потому что мне нужно с вами поговорить!
—Я тебе так понравился, что ты бросилась под колёса? — довольно проговорил Глеб.
—Вообще-то я хотела поговорить о проекте, который вы смотрели в офисе, когда я уходила.
— Детка, прости, но если Марк не взял тебя на работу, то нам нечего с тобой обсуждать.
—Но там есть ошибка.
Мужчина сразу посерьёзнел.
—Ты от силы видела проект минуты три. И хочешь сказать, что за это время увидела ошибку?
—Да.
Нас перебивает охранник.
—Извините, вы долго ещё будете разговаривать? Девушка должна оплатить счёт и потом свободна.
Глеб поворачивается к водителю:
—Макар, оплати счёт этой леди и забери её вещи, пожалуйста. А мы с вами, Литиция Арнольдовна, пока обсудим, что за ошибку вы увидели. Прошу в машину.
Глеб Денисович открывает заднюю дверку мерседеса передо мной и помогает мне присесть. Обходит машину и садится рядом.
—Говорите уже, что там за ошибка, а то у меня много дел.
—Дело в том, что там не указаны места продухов. Из-за этого будут создаваться невентилируемые мешки, в которых будет скапливаться влага, и со временем это приведёт к разрушению конструкции. Либо их просто забыли указать, либо их у вас совсем не будет.
Глеб Денисович о чём-то задумался.
—Хорошо. Оставьте мне свои контакты, пожалуйста. Дело в том, что сейчас документов у меня с собой нет, а возвращаться в офис "Модулор" у меня нет времени. Если всё так, как вы говорите, то мне хотелось бы потом вас отблагодарить.
Открывается дверка автомобиля, и Макар вручает мне вещи. Я оставляю номер телефона и собираюсь покинуть машину.
—Давайте мы вас подвезём. — предлагает Глеб.
—Спасибо. Но у меня ещё тут рядом есть дела. Всего доброго.
—До встречи.
Мерседес трогается с места, а я так и остаюсь стоять на месте. Дел у меня тут, конечно, никаких нет, просто не хотелось отнимать время у человека.
***
Забрала пораньше Лили из детского сада. Сегодня можно будет больше времени провести вместе. Ужин сегодня приготовила я. Накрыв на стол, зову тётю Машу и дочку кушать.
—Сегодня у нас мясо по-французски. — произношу.
—Ну, как прошло собеседование? — интересуется Мария Ивановна.
—Меня не приняли.
—Как? Ты же такая талантливая. — удивлённо произносит тётя Маша. — Они не понимают, какой алмаз потеряли, не взяв тебя к себе. Что теперь будешь делать? Ты так хотела на эту должность.
— Ничего. Вернусь обратно, уже сделала наброски, надеюсь, они меня примут обратно.
—А как же твоя мечта о собственном жилье?
—Придётся ещё годик-другой просто помечтать. За это время как раз накоплю нужную сумму.
Неожиданно раздаётся телефонный звонок. Я иду в комнату, долго ищу свой сотовый в сумке и в последний момент успеваю ответить на незнакомый номер.
— Алло.
—Литиция Арнольдовна, здравствуйте. Это вас Глеб Денисович беспокоит.
—Добрый вечер, я почему-то именно так и подумала.
—Может, на «ты» перейдём?
— Да, давайте…. то есть давай.
—В общем, так, Лита. Ты была права. Спасибо, что сказала об этом, хотя была не обязана это делать.
— Какой тогда с меня архитектор-дизайнер, если я буду молчать об увиденной ошибке. Я бы просто не смогла спать спокойно.
— Рад, что ты серьёзно относишься к своей работе. Я так понимаю, Марк тебе отказал, а я бы очень хотел, чтобы ты помогла нам с этим проектом. И беру тебя на работу.
— Но директор "Модулор" против. И я у них не числюсь.
— О трудоустройстве не беспокойся. Я решу этот вопрос. Завтра приезжай к восьми в офис, будем обговаривать все вопросы.
—Я поняла вас.
—Мы же вроде на «ты» перешли.
—Прости, я привыкну.
—Вот и хорошо. До завтра, Лита.
—До завтра, Глеб.
Он сбрасывает звонок. А я с телефоном в руках возвращаюсь на кухню. Присаживаюсь на стул и с неверием произношу.
—Меня только что взяли на работу.
—Вот видишь, Литочка, всё-таки существует справедливость. — обнимает меня тётя Маша.
Лиля прыгает вокруг нас, я беру её к себе на колени, и мы все вместе начинаем обниматься.

Марк
День не задался с самого утра. Сначала Надежда решила устроить мне скандал, мол, я ей времени мало уделяю, работа одна на уме. Не люблю, видите ли, её. Будто она меня любит. Деньги ей мои нужны. Вон как за карточку уцепилась, когда решил порадовать её, лишь бы не орала. Подействовало!
Потом этот Бауэр Л. А., который оказался женщиной. И довольно-таки красивой женщиной.
Шикарную фигурку подчёркивал её костюм, да так, что в штанах сразу становилось тесно. Стройные ножки так и напрашивались на то, чтобы их раздвинули. Пиджак скрывал уверенную двойку. Даже не сомневаюсь, что она натуральная. Большие голубые глаза, пухлые губы. Её улыбка, должно быть, обворожительная, но она мне не улыбается, сама серьёзность. Аккуратный, немного вздёрнутый носик, который она задирает ещё выше, поднимая голову вверх. Глядя на неё, отчего-то мне захотелось её позлить. У неё должен быть стержень, я в этом уверен. Но стоило мне взглянуть на её волосы… Шатенка с пепельным оттенком… Мой взгляд сразу стал мрачным.
И если ещё до этого я мог бы подумать взять её на работу, то сейчас точно нет. Своей шевелюрой она мне напомнила ту прекрасную незнакомку. Целый год я пытался её найти, но всё бесполезно. Мне казалось, что я смирился с её исчезновением, а оказывается — нет.
«Бизнес прежде всего, Марк, — прошипел во мне внутренний голос рационалиста. — Ты просмотрел её резюме. У неё есть диплом престижного вуза, победы в конкурсах, а её портфолио — это не просто картинки, это продуманные до мелочей пространства для жизни. Тебе как раз нужен такой педантичный и талантливый специалист для общественных проектов. Она могла бы вывести отдел на новый уровень. Это выгодно. Это разумно».
Но другой голос, глухой и настойчивый, отвечал: «Она здесь. С этими волосами. Она будет ходить по коридорам, и я буду видеть её каждый день. И каждый раз это будет удар под дых по той иллюзии спокойствия, которую я выстроил за четыре года. Я решил жениться на Надежде. Это безопасно. Это — план. А эта женщина — хаос. Она — живое напоминание о том, что я могу чувствовать что-то кроме холодного расчёта, и это чувство оказалось таким хрупким, что его можно украсть за одну ночь».
И я точно не хочу, чтобы эта девушка, пусть она будет в сто раз лучше моих работников, находилась здесь. Ведь я уже решил жениться на Надежде, хороший, выгодный по вложениям брак. А девица только будет напоминать мне о единственной и незабываемой ночи, тем самым внося сомнения в моё решение заключить брак. Нужно ей отказать.
— Что ж, Литиция Арнольдовна, извините, но вы нам не подходите.
Удивление читается на её лице, но она быстро берёт себя в руки.
—Могу я узнать, по какой причине? Вы ведь даже не посмотрели мои работы и не побеседовали со мной. — присаживается за стол.
—Понимаете, в чём дело, вы женщина, а мне нужен архитектор-мужчина.
—Вы что, женоненавистник? Вы даже не посмотрели мои работы!
Настойчивая. Думаю, она может убеждать клиентов выбирать себе тот вариант, который ей выгоден. И это качество бесценно в нашей сфере.
— Хорошо, давайте сюда свои проекты. — протягиваю руку к папке. — Не то, это тоже не то, нет, сухо, не стильно, нет, нет. — закрываю работы. — Простите, но ваши проекты какие-то невзрачные, нам нужен новый стиль, а это прошлый век. К тому же все ваши работы нацелены на семейное жильё, а нам нужны общественные места. — швыряю папку обратно.
На самом деле работы очень хорошие, пусть и направлены на семейные удобства. Предложи ей другое направление, и она с лёгкостью выполнит работу хорошо. Глеб был прав — её можно «поднатаскать», и она станет звёздным сотрудником. Разум кричал, что я совершаю глупость, отказываясь от такого таланта из-за собственных фантомов. Может, всё-таки взять её? Внимательно рассматриваю Литу… Нет, я не вытерплю, сразу же захочется разложить её на своём столе, представляя девушку в маске.
—Хорошо, дайте мне проект и тридцать минут, я сделаю наброски, и вы оцените мою работу.
—Нет. — откидываюсь на спинку кресла. Этот отказ был не ей, а самому себе. Попытке разума пересилить наваждение.
—В таком случае, я не уйду отсюда, пока вы не дадите мне проект, ну или вам придётся вызвать охрану.
— Дело ваше. — встаю и ухожу. У меня совещание через пять минут. Надеюсь, она уйдёт, пока меня не будет.
На совещание я полностью погружаюсь в работу, выслушивая отчёты подчинённых и даже забываю о Литиции Арнольдовне. После окончания собрания мне в коридоре встречается Глеб. Он, как всегда, одаривал мою секретаршу комплиментами и не сразу заметил меня.
—Хватит отвлекать мою секретаршу, у неё и так дел полно. — произношу, улыбаясь, и протягиваю ему руку.
— Такая красавица должна украшать собой светские вечера, а не работать у тебя день и ночь. — пожимает мою руку.
—Проходи в кабинет. На этот раз ты взял все документы с собой?
—Обижаешь, старик… Я подготовился от и до. Мне и так долго пришлось биться за этот участок. Я так долго ждал этого и больше не налажаю.
Открываю дверь и пропускаю Глеба вперёд.
—Марк, а ты не говорил, что с нами будет столь прекрасная дама. — произносит Самсонов.
Вот чёрт, я совсем забыл про неё. Упорная — это хорошо. Интересно, а в постели тоже такая же уверенная?
—Я надеялся, что её уже нет. Не обращай внимания, Глеб. — медленно произношу.
—Постараюсь, но это будет очень сложно. У тебя теперь что, ещё одна секретарша?
— Нет, это не прошедшая собеседование девушка. — прищурив глаза, произношу. Надо сделать так, чтобы она ушла. Придётся обижать. — Мечтает, чтобы её под руки вывела охрана. Я же даю ей шанс уйти самой.
—Пока вы отсутствовали, Марк Дмитриевич, я тут сделала пару набросков: планировка и дизайн итальянского ресторана. Раз вам мои семейные квартирки не нравятся.
Мне отчего-то нравится выводить её на эмоции, наблюдать, как гневно горят её глаза. В них был огонь, а не подобострастие. Совсем не то, к чему я привык.
— Нет, это не подходит. — едва взглянув, говорю. — Прошлый век. Вы закончили, Литиция Арнольдовна? Нам с Глебом Денисовичем нужно поработать.
Тем временем Самсонов разложил все чертежи. Начинаю медленно вникать в работу… И пытаюсь не смотреть, как свет из окна падает на её пепельные волосы. Ещё во время перепалки заметил, что мой карандаш у этой маленькой бестии. Специально начинаю искать по карманам его, чтобы делать пометки.
Литиция медленно собирает свои вещи, заглядывая к нам в проект и ещё сильнее зажимая в руке карандаш.
Начинает обходить стол в мою сторону, говоря:
— Ой, извините. Я тут у вас карандаш брала, а то мой оказался сломан.
—Может, вы ещё что взяли без моего согласия? — делаю недовольный вид.
— Я что, похожа на воровку? Может, ещё в сумочку ко мне заглянете?
Интересно, на сколько хватит её выдержки. Начинаю тянуть её сумку себе. Шарить, конечно, я в ней не собираюсь, а вот насколько хватит ей терпения и выдержки, посмотрю:
—Может, и загляну.
Её губы сжимаются в тонкую полоску, глаза мечут молнии, лицо начинает краснеть. Резко выхватывает сумку из моих рук и даёт мне пощёчину.
—Вы — наглец и хам! Идите вы знаете куда со своей работой!
В меня летит мой же карандаш… Мда-а-а, похоже, перестарался чуток.
Быстрым шагом покидает кабинет, хлопая дверью.
Какое-то время смотрю на проём и улыбаюсь как дурак. Давно меня девушки так не увлекали, точнее, никто, кроме той незнакомки четыре года назад. Сразу мрачнею. И злюсь на себя. На свою слабость. На то, что позволил личному вмешаться в профессиональное. Я вёл себя как последний хам, а не как руководитель, и теперь потерял, возможно, блестящего специалиста. И всё из-за какого-то дурацкого дежавю.
—На чём мы остановились?
—Марк, зачем ты так с ней? Красивая девушка, да и эскизы её вроде ничего, поднатаскал бы — и отличный работник получился. — с укором смотрит на меня Глеб.
— Я знаю, что перегнул палку. Просто не хочу видеть её и вспоминать ту девушку из клуба.
—О, Боже мой, ты её всё ещё не забыл? Знатно она тебя зацепила. Как там она тебе сказала? Она — твоё счастье? И что, с её уходом всё стало хуже? — в недоумении произносит Самсонов.
— Понимаешь, Глеб, вот я раньше жил, радовался своим успехам и новым достижениям на работе, а как она пропала, всё стало серым. Та ночь в клубе действительно была самой лучшей. После неё всё изменилось. Я перестал искать в женщинах что-то кроме красивого фасада. Надежда удобна. А эта… Бауэр… Она смотрела на меня не как на кошелёк или статус. Она смотрела на меня как на некомпетентного хама. И в её глазах был вызов. Тот самый, которого мне так не хватает уже четыре года.
—А как же Надежда?
—Вот поэтому Бауэр не будет работать тут, иначе она мне все карты спутает. Я уже настроен на брак по расчёту, он мне очень выгоден. И я не позволю какому-то призраку из прошлого разрушить планы, на которые потратил годы. Пусть даже этот призрак — живой, дышащий и чертовски талантливый.
—Понятно. Давай перейдём к делу, а то мне ещё в пару мест надо заскочить.
—Тогда оставляй все чертежи, мои работники составят смету, сделают пару набросков, если не понравится, то поищем других дизайнеров. «Других», — мысленно передразнил я себя. Других, у которых не будет этих глаз и этого стержня.
—Договорились. — пожимаем руки, Глеб встаёт. — Тогда я завтра с утра у тебя. Потом на объект ещё заедем. До завтра.
—Пока.
Самсонов покидает мой кабинет, а я ещё какое-то время сижу и думаю о прекрасной девушке… О двух прекрасных девушках, которые в моей голове начали сливаться в один тревожащий, не дающий покоя образ.

Литиция
Встала я очень рано, так как сильно волновалась. Сегодня мой первый рабочий день, и об этом не знает Марк Дмитрич. Вот сюрприз так сюрприз ему приготовил Глеб. Мне нужно быть во всеоружии, чтобы не упасть в грязь лицом перед этим индюком. Думаю, он будет искать любой повод, лишь бы признать меня профнепригодной.
Быстро готовлю завтрак и иду принимать душ. Надо настроиться на позитивную волну, чтобы не побить начальство. От одной мысли чувствую к нему раздражение. Как от него избавиться?
Выхожу из душа и принимаюсь за привычные дела. Макияж, волосы в аккуратный пучок, как жаль, что они теперь не такие длинные, и всё из-за этого злосчастного ДТП четыре года назад. Так, стоп! Отбрасываю дурные мысли, настраиваюсь на работу. Надеваю элегантный чёрный брючный костюм в деловом стиле из костюмной ткани, к нему беру нюдовую сумку-конверт. Кладу в неё планшет, папку с листами и все необходимые принадлежности для работы. Вроде всё, готова. Осталось уладить вопрос с детским садом Лили. Стучу в комнату тёти Маши:
—Я войду? — спрашиваю, заглядывая в дверь.
—Конечно, дорогая. Ох… ты шикарно выглядишь, прямо такая леди-босс. — восхищённо произносит она.
—Да ладно вам, скажете тоже. — чувствую, как начинаю краснеть от смущения. — Мне сегодня надо рано на работу, не могли бы вы отвезти Лиличку в сад?
—Ещё спрашиваешь, конечно, отведу и заберу, можешь не беспокоиться. А сейчас иди и покажи им там всем высший пилотаж. Не волнуйся, у тебя всё получится.
—Спасибо, что в меня верите. — подхожу и обнимаю Марию. — Ну, я пошла.
—Ни пуха.
—К чёрту.
Выхожу из комнаты и надеваю красные классические туфли-лодочки. К бою готова.
Выхожу из подъезда и вижу знакомый мне мерседес Глеба Денисовича. Возникает вопрос, откуда он знает, где я живу? Не спеша подхожу к автомобилю, в этот момент из неё выходит Макар, здоровается со мной и открывает заднюю дверку. Присаживаюсь и вижу рядом с собой Глеба.
—Доброе утро, Литиция.
—Доброе утро, Глеб Денисович.
—Мы же договорились на «ты».
— Прости, мне просто нужно время привыкнуть.
Глеб широко улыбается.
—Может, позавтракаем? Заодно обсудим план ваших действий.
Завтракать, конечно, совсем не хотелось, а вот обсудить проект очень даже нужно.
—Я бы не отказалась от кофе. — мило улыбаюсь.
Мы подъезжаем к какому-то ресторану. Макар открывает мне дверь, и мы с Глебом Денисовичем проходим в зал.
Ресторан выполнен в классическом стиле: на полу лежит паркет из натуральной дубовой доски, стены декорированы кирпичной кладкой. Мы располагаемся у окна на цветных мягких диванах за столом из натурального дерева. Оглядевшись, я замечаю в противоположной стороне от нас камин, и, судя по всему, он действующий.
К нам мгновенно подходит официант и подаёт меню:
—Что будете заказывать?
Взглянув на цены, я чуть не задохнулась от того, что забыла, как дышать. Цены космические, хорошо, что я позавтракала дома.
—Я буду глясе.
— Не стесняйтесь, заказывайте что хотите, я плачу.
—Спасибо, но я не голодна.
—Ну, хорошо, не буду настаивать. Мне, пожалуйста, овсяную кашу, сырники, йогурт и апельсиновый сок.
Как только официант отходит, сразу перехожу к делу.
—Что там насчёт проекта?
—Для начала, и это, конечно, самое главное, мне нужен дизайн основного помещения.
Официант мне приносит кофе и завтрак Самсонову. Достаю планшет, чтобы делать наброски.
—В каком стиле вы видите свой клуб?
—Ммм, давай так, мне нужен яркий и красочный клуб, чтобы туда тянуло людей. Ты сейчас делаешь наброски, а там будет видно, подойдут они или нет.
—Договорились.
Делаю глоток божественно вкусного глясе. От удовольствия прикрываю глаза и наслаждаюсь моментом, давно я не пила хороший кофе. Тут же в моей голове рождаются картинки клуба, и я начинаю творить, забывая обо всём Глеб что-то говорит, но я не сразу понимаю, что он обращается ко мне. Поднимаю голову и спрашиваю:
—Извини, ты что-то сказал? Я просто увлеклась работой. Меня порой так затягивает, что я ничего вокруг не слышу и не вижу.
—Я заметил. — растягивает свою обворожительную улыбку. — Пей свой кофе, он уже, наверно, остыл.
Опускаю взгляд на стол и понимаю, что завтрак уже давно окончен, Самсонов уже расправился со своим завтраком и ждёт меня.
—Извини, мы, наверно, опаздываем.
Быстро выпиваю глясе. Жаль, что не удалось дольше насладиться этим вкусом. Складываю всё в сумку.
—Всё, я готова, можем ехать.
Глеб улыбается ещё шире, но ничего не произносит. Встаёт и, как истинный джентльмен, ухаживает за мной. Мы перемещаемся в машину, где я первая завожу разговор.
—Может, вы посмотрите? Я уже сделала наброски вестибюля, главного зала.
—Я примерно видел, что вы делали в ресторане, так что внимательнее рассмотрю вашу работу вместе с Марком. Скажи, Литиция, а ты замужем?
—Нет, но у меня есть трёхлетняя дочка.
—Понятно. — отворачивается к окну.
—А вы… ты… ты женат?
—Был когда-то. — мрачнеет.
Приезжаем мы быстро. На этот раз шеф или заказчик, пока не знаю, кем считать Глеба, открывает мне дверку сам. И мы направляемся по подземной парковке к лифтам. С каждым шагом ноги становятся ватными. Соберись, Лицка, ты всё выдержишь, тем более за тебя такой мужчина поручился.
Заходим в лифт, и я украдкой рассматриваю мужчину. Высокий, с V-образной фигурой и сильными руками. Волосы светлые, глаза цвета ореха, прямой нос, лицо очерчено острыми скулами, и тонкие, как нить, губы, которые, как мне кажется, всё время улыбаются.
Лифт оповещает звуком открывающихся дверей, что мы приехали. Последний глубокий вдох — и смелой походкой выхожу из кабинки. Передвигаемся с Глебом вместе, без разговоров с секретаршей мы проходим к кабинету, Самсонов открывает передо мной дверь, на секунду замираю и вхожу…
Марк
Открывается дверь кабинета, и в неё заходит ОНА, в чёрном деловом костюме и красных туфлях, в руках сжимающая планшет…. Мда-а-а, вот так сюрприз устроил Глеб.
Мои мысли занял один вопрос: что у неё под пиджаком? Есть хоть какая-то одежда, или под ним только бюстгальтер, скрывающий её грудь?
Чувствую, как начинает каменеть между ног. Так, Марк, соберись. Думай о работе.
—Доброе утро. Я так понимаю, это и есть твой лучший дизайнер страны и сюрприз в одном лице. — с неподдельной улыбкой интересуюсь.
—Ты всё правильно понимаешь, Марк. Это она мне указала на ошибку в чертежах.
—Тогда начнём работу. Я надеюсь, у вас сегодня будут эскизы получше, чем вчера, Литиция Арнольдовна?
—Правильно понимаете, Марк Дмитриевич. — Они проходят к столу и присаживаются. Лита сразу включает планшет и протягивает его мне:
—Тут только наброски, я ещё не успела всё проработать, Глеб только сегодня утром намекнул, каким он хочет видеть свой клуб.
—Глеб? — вырывается у меня удивление. — У вас неуставные отношения? — я вижу эту женщину второй раз, а во мне взыграла ревность.
—Ну да. Мы решили, что так общаться будет проще, тем более это ты её будущий начальник, Марк Дмитрич, а не я. — довольно улыбается мой друг.
—Вне работы можете общаться как хотите, Глеб Денисович, а сейчас давайте соблюдать субординацию. — строго произношу. Литиция мрачнеет, но быстро берёт себя в руки и переходит на деловой стиль.
—Извините, Марк Дмитриевич, такого больше не повторится. По желанию Глеба Денисовича, я сделала пару набросков. Можно подключить к большому экрану? Я всё поясню вам.
Долго не затягивая, я подключаю планшет к компьютеру и вывожу изображение на экран. Эта роковая женщина встаёт и уверенно начинает рассказывать.
—Глеб… Денисович просил только основной зал, но я начала с вестибюля, так как считаю его немаловажной частью здания. Он будет украшен акриловой стеной, освещённой светодиодами. Я предлагаю синий или фиолетовый. Можете пока определяться. Таким образом, коридору придаётся ощущение глубины. Зоны отдыха предлагаю разместить на различной высоте вокруг основного пространства. На втором ярусе будут VIP-комнаты. Стены оформить в бордовой палитре, а потолок украсить волнами ткани, таким образом, прикроются трубы вентиляции.
Предлагаю разноцветную светодиодную подсветку, диванчики, состоящие из модульных элементов. Ну и самое главное — это танцпол. Его предлагаю выполнить из стекла и светодиодов, которые будут менять цвет от темпа музыки. На этом у меня всё. — девушка остановилась. — Если вас устраивает, то я бы продолжила работать над эскизом.
Перевожу взгляд на Глеба, он светится, как начищенный самовар.
—Меня всё устраивает. Это именно то, что я и хотел. — проговаривает он. — Ну что, Марк ДМИТРИЕВИЧ, берёшь на работу эту красотку? — смотрит прямо мне в глаза.
—Ладно, сдаюсь. — поднимаю руки вверх. — Но только с испытательным сроком.
Глаза Литы начинают блестеть от радости, но она старается оставаться серьёзной. Качает головой в знак согласия.
Ей действительно так нужна эта работа?
—В таком случае, встретимся с вами послезавтра. Продемонстрируете мне готовый проект. — Глеб поднимается из-за стола. Протягивает руку. — Мне пора. Скоро самолёт. Прилечу — всё обсудим. Хорошей работы вам, Литиция Арнольдовна.
Подходит к ней, целует руку и покидает мой кабинет. Нажимаю на кнопку, вызывая свою секретаршу.
—Светлана, проводите госпожу Бауэр в её новый кабинет. — Перевожу взгляд на Литицию. — К вам я позже загляну. Обустраивайтесь пока.

***

Полдня я провёл в кабинете, проводя конференцию по видеосвязи. По окончании собрался пообедать и пригласить с собой чудо-дизайнера, обсудить кое-какие моменты.
Перед этим я на несколько минут заглянул к ней. Дверь была приоткрыта. Она сидела, сгорбившись над планшетом, нахмурив брови, полностью погружённая в виртуальную модель. На экране мелькали линии, складывающиеся в чёткие, продуманные формы. Она что-то бормотала себе под нос, потом резко стёрла часть построения и провела новую линию — более смелую и изящную. В её движениях не было ни капли неуверенности, только сосредоточенная точность. Я постоял, не выдавая своего присутствия, и ушёл. Профессионализм, который она демонстрировала даже в одиночестве, был впечатляющим. И раздражающе притягательным.
Выйдя из кабинета, направляюсь прямиком к Лите. Её кабинет находится недалеко от моего, и коридор хорошо просматривается с поста секретарши.
— Светлана, я на обед, если будет что-то важное, звони.
—Как скажете, Марк Дмитриевич. Чувствую, как секретарь провожает меня своим взглядом.
Заходя в кабинет нового архитектора-дизайнера, слышу, как открываются створки лифта. Тогда я ещё представить себе не мог, что произойдёт дальше.
Захожу в кабинет, а он пустой. Вот так, первый рабочий день, а она уже где-то гуляет в рабочее время или ушла на обед раньше положенного?
Собираюсь уходить, как замечаю на столе какой-то шнурок и рамку. Становится интересно, так что я прохожу и присаживаюсь на кресло за стол. Вытягиваю ноги и слышу писк.
—Марк Дмитрич, вы меня запарить до смерти решили?
—Литиция Арнольдовна? Что вы делаете под столом?
—Карандаш закатился, достаю.
Лита начинает выбираться из-под стола и оказывается на коленях возле моих ног, я, сидя в кресле, подаю ей руку.
В этот момент распахивается дверь, а на пороге стоит Надежда...
Наблюдаю, как улыбка сходит с её лица, и понимаю, как всё двусмысленно сейчас выглядит.
—Я, значит, к свадьбе готовлюсь, а ты в это время со всякими девками по кабинетам развлекаешься! — начинает орать Надя.
—Это наш новый дизайнер. Пришёл посмотреть, как она обустроилась....
—Я вижу, что неплохо, прямо между твоих ног. — перебивает меня невеста.
—Пожалуйста, замолчи. Ты говоришь глупости. — с досадой произношу я. — Как ты вообще тут оказалась?
—Торт с тобой выбрать хотела на нашу свадьбу. — продолжает орать Надежда. — Да и вообще какая разница… Я твоя невеста, что я не могу тебя навестить?
Перевожу взгляд на Литицию и вижу, что ей становится плохо.
—Надь, давай продолжим разговор у меня в кабинете.
Не дождавшись ответа, наблюдаю, как моя невеста вылетает из одного кабинета и направляется в другой.
Я поворачиваюсь к Лите и помогаю присесть в кресло.
—С тобой всё в порядке?
—Можно воды?
Наливаю ей в стакан воды, пока она ищет какие-то таблетки в сумочке. Выпивает их и откидывается на спинку кресла.
—Может, доктора вызвать?
—Нет, что вы... Сейчас всё пройдёт. Просто ваша невеста слишком громко кричит. После аварии у меня бывают головные боли, на фоне волнения или очень громкого шума.
—Тогда я разрешаю вам уйти домой пораньше.
—Спасибо, конечно, но со мной всё в порядке. Идите уже, вас там невеста, наверно, заждалась. Если она придёт сюда ещё раз, то второго скандала моя голова точно не выдержит.
Ухожу в свой кабинет, где меня ждёт невеста-истеричка. Закрываю дверь и зло начинаю говорить.
—Слушай меня внимательно. У меня идёт очень напряжённая работа с одним из проектов, и эта женщина работает над ним. У меня с ней ничего нет. Нет! Ты поняла меня? Если бы я не согласился взять её на работу, то потерял бы очень выгодный контракт. — начинаю беситься ещё больше. — А ты влетаешь в кабинет без стука и начинаешь выяснять отношения при посторонних. На моей работе. Выставляя меня посмешищем перед сотрудниками.
Очевидно, поняв, что она натворила, быстро превращается в ласковую кошечку. Подходит ко мне, обнимает, нежно целует в губы.
—Котик, ну прости. Представь себя на моём месте. Ты заходишь в кабинет, а там я между ног у какого-то мужика стою на коленях. Разве ты бы отреагировал спокойно?
Этот вопрос заставил действительно задуматься. А как бы я отреагировал? Но Надюше об этом знать не обязательно, и выдаю то, что она хотела услышать.
—Да, действительно. Я бы прибил обоих.
—Ну вот видишь, я тоже не удержалась.
—Так зачем ты пришла? — Перевожу тему.
—С какой начинкой выбрать торт: манго, черри или пасьон с шоколадом?
—Последнее. — наугад произношу я.
—Но я хочу с манго. Думаю, получится экзотически.
—Тогда давай с манго или закажи два. В чём проблема, я не пойму?
—А это идея. — целует в щёку и собирается уходить. — каждый ярус оформлю по-особенному, и у них будут разные вкусы.
—Делай как хочешь. Извини, мне надо работать.
—До вечера, милый.
Да-а-а, пообедал, называется, в приятной компании. Желание куда-то идти пропало, так что я целиком погрузился в работу. В конце рабочего дня подумывал подвезти Бауэр до дома, но, как выяснилось, доработал я до того, что в офисе остался один, а Литиция давно упорхнула домой.
Лита сразу после ухода Марка
Я сидела в кресле, прижимая ладони к вискам, где пульсировала боль. Но боль была не только физической. Слова «наша свадьба» резанули где-то глубоко внутри, остро и неожиданно.
«Невеста». У него есть невеста. Красивая, размалёванная, истеричная… но его. Та, с которой он делит планы на торт и будущее.
И почему это меня бесит? Какое мне дело до его личной жизни? Он начальник. Хамоватый, непредсказуемый начальник, который поставил меня в идиотское положение. Но в тот момент, когда он обернулся к ней, в его глазах мелькнуло не только раздражение, а что-то ещё… какая-то ответственность. Знакомое. Такое, какое бывает у людей, связанных друг с другом.
Я с силой выдохнула, пытаясь выдавить из себя этот странный, едкий осадок. Это не ревность. Это досада. Досада на то, что жизнь таких, как он, устроена просто: карьера, красивая жена для галочки, всё по плану. А у меня — обрывки памяти, страх за дочь и борьба за каждый квадратный метр самостоятельности. И сейчас из-за его семейных разборок у меня раскалывается голова.
Собравшись с силами, я встала, поправила костюм. Работа. Мне нужна работа. А его помолвка, его невеста и его будущий торт — не моё дело. Я должна это забыть. Просто нужно пережить испытательный срок.
День я провела в своём кабинете, стараясь не думать ни о чём, кроме линий и форм на экране. Когда стрелки часов подобрались к шести, я быстро собрала вещи. Никаких мыслей о том, что кто-то может меня подвезти. Я сама добралась до метро, сама зашла в магазин за продуктами, сама забрала Лилю из сада. Эти привычные, самостоятельные действия вернули мне чувство контроля. Своего контроля. Над своей жизнью.
А странный привкус досады от слов «наша свадьба» я оставила там, в кабинете, вместе с оброненным карандашом.

Литиция

Первый рабочий день мне очень понравился, несмотря на небольшой конфуз. Новый кабинет был хоть и маленьким, но уютным. Первым делом я поставила на стол фоторамку с дочуркой. Она моё вдохновение. Начинаю расставлять все канцелярские принадлежности, которые у меня были, по своим местам. Вот только карандаш никак не хочет меня слушаться и падает под стол.
Пока копошусь под столом, слышу, как кто-то заходит в кабинет. Меня не видно, можно подумать, что и совсем нет на рабочем месте. Только вот человек не уходит, а усаживается поудобнее за мой стол. Узнаю своего шефа и обращаю на себя внимание — ещё не хватало, чтобы он рассматривал мои вещи.
Босс явно не ожидал меня увидеть под столом.
—Литиция Арнольдовна, что вы делаете под столом?
—Карандаш закатился.
Начинаю подниматься. Марк не особо-то мне и помогает. Мог бы откатиться на стуле, встать и подать мне руку, а не наблюдать, как я выкарабкиваюсь из-под стола и оказываюсь у него между ног.
Как закон подлости, в этот момент распахивается дверь, и всю эту картину лицезреет его невеста.
Длинноногая брюнетка с третьим размером груди и осиной талией прожигает меня ненавистным взглядом.
Она начинает нервно что-то кричать про свадьбу, но я не очень понимаю что, потому как от её ора у меня начинает болеть и кружиться голова.
Марк Дмитриевич замечает, что мне дурно, и каким-то образом выпроваживает, кажется, Надежду из кабинета. Помогает мне присесть.
—С тобой все в порядке? — взволнованно интересуется.
—Можно воды?
Пока шеф наливал мне воды, я нашла таблетки, которые прописал мне доктор. Выпиваю их и наваливаюсь на спинку кресла, прикрыв глаза.
—Может, всё-таки доктора вызвать? — мне кажется или Марк действительно взволнованно спрашивает об этом.
—Нет, что вы… сейчас всё пройдёт. Просто ваша невеста слишком громко кричит. После аварии у меня бывают головные боли на фоне волнения или слишком громкого шума.
— Тогда я разрешаю вам уйти домой пораньше.
—Спасибо, конечно, но со мной всё в порядке. Идите уже, вас там невеста, наверно, заждалась. Если она сюда придёт ещё раз, то второго скандала моя голова точно не выдержит.
Ничего не ответив, босс молча уходит к себе. А меня начинает накрывать новой болью с картинками прошлого.
Четыре года назад я попала в ДТП, когда уходила из ночного клуба. И после этого большую часть своей прошлой жизни не помню. Воспоминания бывает возникают, но это… сопровождается невыносимой головной болью. Вот и сейчас всплыл кусочек прошлого…
Не крик Надежды, а другой голос, низкий и хриплый, прорезал висок, вытаскивая обрывок из темноты. «Ты думала, станешь свободной от меня?» Не голос, а шёпот лезвия по стеклу. Я в зале суда, но вижу не стену, а его глаза. Только глаза. Узкие, тёмные, впившиеся в меня сквозь решётку. В них не было ненависти. Была холодная, тоскливая уверенность, как у хищника, который уже знает, что добыча рано или поздно оступится. И в этой уверенности было что-то такое… знакомое и пугающее до тошноты, что у меня свело живот. Я дрожала, но не от страха перед судом. Я дрожала от ужаса перед тем, что этот взгляд обещал. «Я тебя найду». Слова прозвучали в моей голове так чётко, будто он их только что произнёс. И тут же ударила боль — острая, белая, стирающая всё.
Пытаюсь полностью уйти в работу, а не думать о прошлом. Может, это даже к лучшему, что я ничего не помню. Нам с Лилей никто не нужен.
Так! Работа! Не забывай о цели, Лита! Ухожу полностью в работу и не замечаю, как прошёл рабочий день. Ухожу из офиса, когда в нём почти никого, направляюсь в сторону метро. Благо у нас есть тётя Маша, которая помогает с воспитанием дочери.
День прошёл плодотворно, так что завтра в основном останется подкорректировать некоторые моменты.
Вернувшись домой, меня по привычке встречает Лиля и крепко обнимает за шею.
—Я так скучала по тебе, мамочка.
—Я тоже, милая. — целую её в маленькую щёчку и прижимаю ещё крепче.
—Пойдём ужинать. Я сегодня бабе Маше помогла блины пожарить. — тянет меня за руку. — Идём же скорее, хочу, чтобы ты попробовала мои блинчики.
—Сейчас, только руки помою.
Ухожу мыть руки, заодно переодеваюсь в домашние вещи.
Блинчики действительно оказываются очень вкусными, о чём я сообщаю своим домочадцам.
— А теперь, Лилия Арнольдовна, марш чистить зубы и спать.
—А ты почитаешь мне сказку, мамочка?
—Почитаю.
Мы устроились в её кроватке, под одеялом. Я открыла книжку. «Жила-была девочка, и была у неё волшебная лента, которая всегда указывала ей дорогу домой…» Лиля прижалась ко мне боком, её маленькая ручка легла поверх моей, водила пальчиком по картинкам.
— Мам, а если лента потеряется? — вдруг серьёзно спросила она.
Вопрос, такой простой и детский, почему-то кольнул меня прямо в сердце. Я сама чувствовала себя той девочкой, потерявшей свою «волшебную ленту» — нить собственной памяти, дорогу назад. И теперь моя задача — спрятать свою малышку так, чтобы никакие тёмные леса из прошлого не смогли до неё добраться.
— Тогда… тогда девочка будет очень внимательной и станет запоминать дорогу сама, по солнышку и звёздам. А ещё у неё будет храбрая мама, которая всегда поможет её найти, — сказала я, целуя её в макушку. В голосе прозвучала твёрдость, которой не чувствовала внутри.
— Как ты? — прошептала Лиля, уже засыпая.
— Да, милая. Как я.
Рассказав сказку, поднимаюсь и собираюсь выйти из комнаты, но дочка меня останавливает совсем неожиданным вопросом.
—Мамочка, а где мой папа?
Я прекрасно понимаю, что когда-то она должна была задать мне этот вопрос. Но почему-то я была к нему не готова. Не говорить же ей, что отец, возможно, в тюрьме. Или что я не знаю, кто он и где, так как у меня провал в памяти.
Разворачиваюсь, прикрывая дверь комнаты обратно, присаживаюсь на край кровати.
—Малышка, твой папа... Он работает в другом городе и пока не может приехать.
—Он зарабатывает денежку нам на жизнь?
—Да, и как только он заработает достаточно, чтобы мы ни в чём не нуждались, обязательно приедет обратно.
—Быстрей бы он их заработал. А то многих из сада папы забирают. Я тоже хочу, чтобы у меня так было. — с грустью произносит Лиля.
—Ну, конечно, будет. Нужно просто немного подождать. А сейчас давай спать, поздно уже. — целую дочку в лоб. — Спокойной ночи, Лиля.
—Спокойной ночи, мамуля.
Я вышла, тихо прикрыв дверь, и прислонилась к косяку. От слов «папа» и «другой город» в горле встал ком. Я солгала ей. Впервые. Солгала, чтобы защитить от правды, которая была страшнее любой сказки. И этот ком — смесь вины и страха — казалось, так и останется со мной навсегда. Но это была моя цена. Цена за её спокойный сон и за надежду, что однажды нам действительно не придётся ни от кого прятаться.