В рабстве у Властного. Невольница любви

Я голая?!

Где я???

У меня пропала память?

Ничего не помня, я открыла глаза.
Вокруг было темно и холодно. Я лежала на ледяном земляном полу, абсолютно голая. Я села и обхватив себя руками, поджала ноги, чтобы хоть немного согреться.

Звук гремящей цепи испугал меня, я ощупала лодыжку и поняла что она в оковах.
В тусклом свете я осмотрела свои ладони и с ужасом обнаружила на них ссадины и царапины.
На моих ребрах были татуировки, которых я раньше не видела…

Ну и сон мне снится, бывает же такое! Я не паниковала, зная что всë скоро закончится. Мне довольно часто снились через чур реалистичные сны, которые порой были просто ужасающими, но я научилась контролировать себя и не обращать на ночные кошмары внимания.

Но время шло, я замерзала всë сильнее, и… ничего не менялось. Страх когтистыми лапами начал скрести меня изнутри. Что-то начало подсказывать, что это не сон.

Вдалеке слышались голоса, я вскочила на ноги и стала звать на помощь. Окутанная непроглядной тьмой, я не видела ничего, кроме тоненькой полоски света, видимо там была дверь. Я хотела подойти к ней, но цепь не позволила этого сделать, она была слишком короткой. Я хлопала по телу руками, приседала, пытаясь хоть немного себя согреть, но холод сковал меня и движение не помогало.
- Кто сделал это со мной? Кто издевается?! - прокричала я слабым голосом куда-то вверх.

Без сил я опустилась на пол и заплакала, это был не сон, а страшная реальность. Я вся дрожала, мозг начал отключаться.

Замутнённым взглядом я увидела пятно света…
- Аааа!!!! - я вскрикнула, когда меня облили ледяной водой.

- Вставай! – приказал мне грубый мужской голос с восточным акцентом.

Я с трудом поднялась, пытаясь прикрыться руками. Тело плохо слушалось меня, свет слепил глаза, и я не могла разглядеть лицо мужчины.

- Где я? – хриплым голосом я попыталась заговорить с ним.

- Молчи! И протяни мне руки.

Интуитивно чувствуя, что спорить с ним бесполезно, я протянула руки, которые тут же были туго связаны верëвкой.
Веревка змеей окутала мои запястья, а затем резким рывком сдавила и потянула на себя.

На голову он надел мне какой-то пыльный мешок, звякнул ключом и снял с меня цепь…
Высокий и властный силуэт заслонял поток света. Я велась за ним, как животное.

- Иди за мной! – мужчина явно не был любителем красноречия. Взяв меня за верëвку, он не церемонясь дёрнул меня за собой. Я спотыкалась и шла очень медленно, так как ничего не видела и холод до сих пор сковывал движения. Ощущения были более чем унизительные, я шла неизвестно куда голышом, связанная и с мешком на голове, за каким-то нерусским мужиком.

Солнце обожгло моë промёрзшее тело, проникая глубоко под кожу.

Не знаю, был ли кто-нибудь по близости, но голосов слышно не было.

Мужчина отпустил мои руки и толкнув в спину завëл в какое-то помещение. Мешок был снят с моей головы, я оказалась стоящей лицом к трëм бородатым мужчинам, с жестокими лицами и хищными улыбками.

- Красивая, - причмокивая сказал один из них и подошëл ко мне поближе.

- Что происходит, почему я здесь и в таком виде? – я хотела выглядеть смело и дерзко, но с моих губ сорвался лишь жалкий лепет.

- Молчи! – он ударил меня по лицу и я вскрикнула от жгучей боли, - молчи и будь послушной, или я отрежу твой язык и испорчу твоë милое личико, - в его руках сверкнуло лезвие ножа, он поднëс его к моему лицу и чувствительно прижал к щеке. Мне было очень страшно, я едва сдерживала слëзы. Мужчина противно засмеялся и потрепал меня за лицо, схватив за подбородок.

Он подтащил меня к куче матрацев и не развязывая рук, швырнул на них лицом в низ. В нос ударил неприятный запах, моë лицо было повëрнуто к стене и я ничего не видела.

Кто-то развëл мои ноги в стороны и я почувствовала, как в мою киску что-то упирается, ну как что-то, было понятно, что один из них решил меня отыметь. Я пыталась сжаться, но громкий болезненный шлепок по ягодицам, заставил меня впустить в его в себя… Я вскрикнула от болезненных ощущений, но большая рука вжала моë лицо в вонючий матрац и заставила замолчать.

Я чувствовала себя живой куклой, с которой решили поиграть подросшие мальчишки. Моя попа горела от многочисленных шлепков, руки затекали из-за верëвок, я сжимала кулаки, стараясь не проронить ни звука.

Наконец пытка закончилась, мужчина с рыком забрызгал мне спину, я вздохнула с облегчением, но не тут то было.

Меня перевернули и два мужика решили сделать это вдвоём.
Они растянули сильными руками мои ноги в стороны и как я не изворачивалась и не сопротивлялась - я была для них лишь вещью… рабыней…
Я крутила головой, стараясь увернуться, но получила сильный удар под дых. Пока я хватала ртом воздух, мне его заткнули.
Он входил глубоко, стараясь добраться до горла. Я давилась и стонала – начала задыхаться, подступала рвота. И хотя судя по чувству голода, мой желудок был пуст, вместе с позывами из моего рта обильно вырывалась слюна.

Мои груди третьего размера, были измучены, жадными до юного девичьего тела руками. Нежные розовые соски болели от щипков и выкручиваний, мне хотелось умереть, лишь бы не чувствовать того, что со мной сейчас делают.

Но пытка продолжалась, неужели я всë же умерла и попала в ад?

Зажмурив глаза, чтобы не видеть мерзких лиц, я старалась дышать глубоко и ровно, чтобы не захлебнуться собственной слюной.

Садист мучавший меня сзади, ускорился и вскоре все было кончено.

Внутри меня всë горело и ныло, два мужчины подряд – для меня это было слишком. Я привыкла к нежности, с поцелуями, ласками и объятиями, по взаимному согласию.

Мои мысли прервались, когда я почувствовала горячую струю бьющую мне в горло…

Мои зубы стучали от холода, а сама я пришла в себя в позе эмбриона.

Я вновь очнулась в полной темноте, но в этот раз мне что-то было подстелено и я была накрыта чем-то, похожим на шкуру животного.
Было не очень приятно, но во всяком случае не так холодно, чтобы умереть. Укутавшись, как можно плотнее, я свернулась калачиком, чтобы не растрачивать попусту драгоценное тепло. Всë тело ныло, хотелось есть и ужас произошедшего заставлял быстрее биться моë сердце.

Как я сюда попала? Кто эти насильники и что со мной будет дальше?

Я старалась вспомнить, но голова болела, а мысли путались. Я уснула. Во сне я постоянно дëргалась, убегая от своих мучителей, но они постоянно догоняли меня. Я проснулась в холодном поту и вспомнила всë.

Свой отпуск я хотела провести в солнечном Таджикистане у своих друзей по переписке. Я долгое время общалась с ними и они приезжали ко мне в гости, милейшая пара молодожёнов.
Они тогда привезли много подарков и сладких гостинцев, мы гуляли по городу, ходили в кино и на дискотеки, те десять дней пролетели незаметно, наполнив нас всех прекрасными эмоциями. Я пообещала, что на следующий год обязательно приеду к ним.

За это время у них появился ребëнок, чудесный маленький мальчуган, которого я с нетерпением хотела увидеть. Они на дозвонах по видеосвязи часто шутили, что ребенок появился, потому что я «часто отвлекалась» пока они ночевали у меня. Я и вправду замечала, что эта парочка каждую ночь кувыркалась и ворочалась до поздна.

Я не хотела обременять своих друзей, поэтому сказала, что сама доберусь к ним из аэропорта. Я села в такси и назвала адрес и даже показала его на карте смартфона. Плохо говорящий по-русски водитель, улыбаясь кивнул. Я включила музыку и надев наушники наслаждалась поездкой. Путь был не близкий, в машине было душновато и я кажется задремала, а очнулась уже здесь, в полной темноте.

Получается, меня похитили. Но за чем? Денег у меня нет, богатых родственников, которые бы заплатили выкуп, тоже нет. Неужели я теперь буду жить в этой тëмной холодной конуре, и мною будут пользоваться, словно уличной девкой, когда будет угодно этим мужланам? Я тихо заплакала, представив свою незавидную участь, ведь если им надоест - меня выкинут, как безродную собаку на улице или того хуже - перережут горло.

Очень хотелось пить, про голод я уже и не думала. Не снимая с себя тëплой шкуры, я принялась шарить руками в темноте. К своему удивлению и радости, я нащупала ведро с водой и кружкой, в металлической тарелке лежало что-то похожее на хлеб. Я жадно накинулась на скудное угощение, стараясь не уронить ни крошки. Съев суховатую лепëшку, я не могла напиться: я пила кружку за кружкой, пока мой живот не надулся как шар.
Живот болел и я жалела, что так накинулась наеду вместо того, чтобы «растянуть удовольствие». Когда будут кормить в следующий раз я не знала.

Темнота и неизвестность давили, я не знала, сколько уже нахожусь здесь и ищет ли меня кто-то. Я только могла различать ночь и день, по тонкой полосе света. Меня больше никто не насиловал. Лишь приносили воду, ведро для моих естественных нужд и крохи еды. На мои вопросы никто не отвечал, и я сходила с ума от одиночества, темноты, страха и голода.

Я очень хотела принять ванну, тело зудело и запах исходящий от меня, совсем мне не нравился. Так проходил день за днëм.

Но в один из дней мне снова натянули мешок на голову, я подумала, что меня опять хотят отыметь. Но меня подняли и закинули куда-то. Связанными руками я нащупала под собой сухую траву.

Когда мешок был снят, я стояла голая на помосте, руки и ноги были привязаны к столбам, какая-то пожилая женщина обмывала моë тело тряпкой.

Капли холодной воды стекали по груди на глазах у безразлично разглядывавших все изгибы и выпуклости моего обнаженного тела прохожих.

Конечно моë положение было постыдным и унизительным, но я была благодарна ей, хоть за такую заботу. Наклонив мне голову, она промыла мне волосы, тело почувствовало хоть какое-то облегчение. Покрутив головой, я увидела больше десятка таких же девушек, прикованных к столбам.

Кто-то из них спокойно стояли, смирившись со своей участью, другие плакали и умоляли отпустить их. Крики и стоны стояли под тучами, словно мы уже на пути в ад.

- Улыбайся и старайся понравиться покупателям, иначе я собственноручно высеку тебя и тебя будут трахать по пятнадцать нищих каждый день, пока рубцы не заживут, а потом ты опять пойдëшь на продажу, - голос звучал словно у меня в голове, над самым ухом, пробираясь под кожу…- Но с испорченной шкурой будешь стоить дешевле и так раз за разом, пока тебя не купят или пока ты не сдохнешь, - мучитель засмеялся обнажив кривые жëлтые зубы и ободряюще шлëпнул меня по заду.

Это было ужасно и похоже на дешëвый турецкий сериал, в который я попала по непонятной причине.

Вскоре на рынке рабынь появились люди. Тут были и зажиточные коллекционеры и просто любопытные зеваки, ведь любому из них можно пощупать живой товар, удовлетворяя свои извращëнные желания. Каждый из них мог быть потенциальным покупателем, поэтому всем было всë дозволено.
Я пыталась уворачиваться от липких рук, но им это только сильнее нравилось. Верёвки натирали уроки и скоро я сдалась повесив голову, как тушка на крюке.

Грязные руки щупали мои упругие белоснежные груди, залезали в промежность, раздвигали половинки ягодиц, чтобы разглядеть все самое интимное.
Клиентам побогаче разрешали проверять как быстро я возбуждась. Шлепками и интенсивным натираем моих аэрогенных зон они делали разгоняли меня, пока я не начинала стонать, а внизу все увлажнялось.

Так они подводили меня к грани несколько раз, но кажется особе удовольствие доставляло им то, что они не давали мне испытать публично оргазм.
Я рыдала я плакала, я пыталась сделать вид, что устала и ни на что не реагирую, но каждый из них был в тысячу раз опытнее меня и они попадали прямо в цель, живодерски наслаждаясь тем, что ни одна из моих стратегий не работала.
Это было крайне унизительно, но я терпела, боясь быть исхлёстанной плетью. На меня с любопытством смотрели многие, но узнав мою стоимость, тут же отходили.

Я простояла привязанная до вечера, без еды, воды и возможности сходить в туалет. Меня никто не купил…

Со страхом, лëжа связанная на животе, я ехала обратно. Мучитель не обманул. За то что я плохо старалась, я получила пятнадцать ударов плетью. Десять по спине, остальные по ягодицам, грудям и животу. Я выла словно раненый зверь. И самое страшное, что из-за того, что мен возбуждали целый день по принуждению, - я испытала мощнейшую в своей жизни женскую разрядку. С брызгами и обмороком, но не от мужчины… а от кнута.
После порки я оказалась в своëм мрачном жилище. Раны сочились сукровицей, тело было онемевшее, после целого дня в одном положении. Я рыдала и молилась. Я не знала, сколько смогу выдержать ещё...

Я очнулась стоная от боли. Раны от плëтки затягивались, чесались и горели. Я зачерпнула воды из ведра и обмылась, где могла дотянуться. Голова болела, я чувствовала жар и слабость.

В полуобморочном состояние я лежала и тихо скулила. Вдруг открылась дверь, я вздрогнула, ожидая что мужлан вытащит меня и поведëт на групповое изнасилование, я сжалась и забилась в угол.

Но вглядевшись, я увидела женский силуэт. Женщина подошла ко мне и наклонившись потрогала мой лоб. Выругавшись на непонятном языке, она жестами показала, чтобы я встала.

Кое как поднявшись, со своего импровизированного ложа, я показала ей, что прикована цепью.

Она вышла из моей тюрьмы и стала громко и эмоционально ругаться. После еë ругани, ко мне вошëл мой похититель. Недовольно ворча, на всë том же непонятном для меня языке, он отстегнул меня.

Женщина вернулась и помогая мне, вышла вместе со мной. Солнце ярко светило, ослепляя меня после полной темноты. Она завела меня в какую-то лачугу и уложила на кровать. Она дала мне попить – это были какие-то травы, тëплый напиток наполнил меня и дал немного сил. Женщина подошла с мисочкой в руках, я пугливо смотрела на неë, но она по доброму улыбалась. Зачерпнув что-то из миски, она провела пальцами по ране на моëм животе. Я вздрогнула и напряглась от резкой боли, но затем расслабилась, чувствуя, как жжение и раздражение утихает. Она явно не желала мне ничего плохого и хотела мне помочь.

Когда густая мазь впиталась в раны на животе и груди, моя спасительница жестами велела перевернутся мне и намазала спину. Почувствовав себя в безопасности и избавившись от мучительной боли, я уснула в мягкой постели сном младенца.

Когда я проснулась, то продолжала не верить своим глазам. Я всë так же была в постели, боль практически не беспокоила, я не была связана.

Заботливая женщина, увидев что я не сплю, дала мне попить и накормила жидкой кашей, которая мне показалась вкуснейшим блюдом в мире, после долгих дней на сухих лепëшках.

Я пробовала заговорить со своей спасительницей и хотя мне казалось, что она понимает меня, женщина делала обратный вид, и непонимающе качала головой.

К моему сожалению, она так и не заговорила со мной, но тщательно заботилась и ухаживала несколько дней.

Когда мне стало лучше и я окрепла, за мной вернулся мужчина, который выпорол меня.

Я бросала умоляющие взгляды на женщину, в надежде, что она остановит и прогонит его, но она сжав платочек и вытирая им глаза, вышла из комнаты.

Мужлан заставил меня подняться и идти за ним. Ноги ещё плохо слушались от слабости, но выбора у меня не было. В глиняном домике меня ждали пятеро, мой конвоир не присоединился к ним, а ушёл.

Мужчины были похожи. Все с бородой и узкими лицами, глубоко посаженными тëмными глазами и змеиными тонкими губами.

Один из них с кривой ухмылкой подошëл ко мне, я стояла опустив взгляд, ожидая очередного насилия.

Мужчина разорвал льняную рубашку, обнажив мои груди и продемонстрировал их своим приятелям, грубо схватив и тряся ими. Малиновый рубец, расположившийся на них по диагонали, тут же дал о себе знать, я поморщилась от боли.

Он толкнул меня и я упала на пол перед четырьмя остальными. В один миг остатки прикрывающей моë беззащитное тело рубашки были разорваны в клочья. Мужчины накинулись на меня, словно стая голодных волков.

Они не знали, что такое нежность по отношению к женщине, меня грубо трахали, нежеланные партнëры менялись один за одним. Все мои дырочки были задействованы в этой лютой оргии, моë тело меняло позы, меня вертели и сгибали, как им было угодно.

Мне было очень больно и плохо, пытка всë не заканчивалась долгое время, этим дикарям было всë не наиграться с моим податливым телом. Я уже больше не кричала и не пыталась вырваться, лишь стоны похожие на скулëж вырывались из моей груди.

Когда они вдоволь позабавились со мной, то просто бросили на пол, как ненужную игрушку.

Зашëл мой надзиратель и закинул меня на плесо. Он вновь отнëс меня в мою темницу. Принëс воды и кинул кусок хлеба.

Меня каждый день насиловали по несколько человек. Я уже сбилась со счëта, когда меня вновь повезли на рынок.

Я стояла привязанная к столбам долгое время и видела, как девушек покупают одну за одной, хотя некоторые из них были намного менее привлекательными чем я. Я им завидовала, почему-то мне казалось, что им везëт, что их забирают в дом, а меня пользуют, как подстилку.

Вдруг мой взгляд упал на красивого мужчину, пристально разглядывающего меня. Он провëл пальцами по моему бедру и грудям, его глаза загорелись. Прикосновение его ру.к на удивление не казались мне неприятными. Едва касаясь он провёл по малиновым рубцам.

- Бери! Хорошая девка, покладистая! – но красавец словно не слышал продавца живого товара.

Наши взгляды пересеклись и мы долго смотрели в глаза друг другу, я мысленно умоляла, чтобы он меня забрал, но тут подошëл неприятный толстяк и отпихнув мужчину, на которого я возлагала надежды, спросил мою цену и довольно потирая ладошки с короткими пальцами, сказал что берëт меня.

Моë тело и лицо скрыли под паранджой, чтобы больше никто не смел глазеть на меня. С отчаянием я бросила взгляд в сторону симпатичного мужчины, но его уже не было…

Меня закинули животом на лошадь, руки и ноги были туго связанны. Было очень неудобно, но я никак не могла изменить своë положение.

Когда меня наконец привезли, я едва могла стоять на ногах.

Толстяк щëлкнул пальцами и меня тут же увели в комнату, где было ещё много перепуганных девушек, другие вели себя вполне спокойно и по свойски лакомились фруктами.

- Приведите еë в порядок, сегодня она будет развлекать господ.

Двое девушек подошли ко мне и отвели в комнату, похожую на ванную. Набрав воды они помогли мне забраться внутрь. И хотя вода была довольно горячая, меня трясло в ознобе.

Меня вымыли и накормили, показали где можно отдохнуть.

Одна из девушек осталась со мной.

- Ты русская? – спросила она меня на моëм родном языке, я кивнула в ответ, - я тоже из России, меня Маша зовут - печально вздохнула она, - как ты сюда попала?

Я рассказала ей свою печальную историю, закончив я взглянула на новую знакомую и увидела на еë лице полнейшее изумление.

- Чему ты так удивлена? – не понимая спросила я.

- Ира, ты не поверишь, но я попала сюда точно так же! Эти двое тоже приезжали ко мне в Москву на неделю и приглашали к себе в гости! Так вот кто нас подставил и отправил в рабство, таких совпадений просто не может быть!

- Ты правда так думаешь? Они показались мне очень милыми и добрыми людьми… - я не верила своим ушам, как же так?

- Получается, что именно так. Иначе как бы мы здесь обе оказались? Они тебе тоже рассказывали про рождение ребёнка?

- Да, по их словам ему всего пару месяцев, хотя наверное уже больше. Я не знаю сколько времени провела здесь. Где кстати находимся?

- Это Афганистан. Именно поэтому к нам здесь относятся, как вещам, а не как к людям. Я здесь около месяца, другие девочки чуть поменьше, а те которые посмелее, от полугода и дольше. Тебе нужно поспать и набраться сил. Ночка предстоит у тебя нелёгкая.

- Что ты имеешь в виду, меня опять будут насиловать?

- Да, именно так. Первые дни хозяин устраивает жёсткие пытки для новеньких. Если выдержишь то будешь жить здесь, а если нет, то я не знаю на самом деле куда всех девушек, но явно не отпускают на свободу.

- Какие ещё пытки? – с ужасом воскликнула я, - после того что я пережила, может быть ещё хуже? – на глазах наворачивались слёзы.

- Хозяин и толпа его друзей, тебя всю ночь и если это ещё можно вытерпеть, то изображать удовольствие и ненасытность от происходящего удаётся далеко не каждой. В этом и состоит твоя главная задача, делать вид что тебе очень нравится.

- Но как такое может нравится? Они вообще не люди?

- В самую точку. Я же сказала тебе, что они относятся к нам как к вещам, которые должны их радовать, а не доставлять хлопоты. Будь сильной и терпи. Ты мне нравишься и я не хочу, чтобы ты исчезла, как многие другие.

- Я опустошена и разбита, не знаю, справлюсь ли я, у меня всё болит и совершенно нету сил. Надо мной и так издевались, каждый день меня имели несколько мужиков. Меня держали в какой-то тёмной холодной конуре на одном хлебе и воде.

- Ты не одна такая, судя по всему, я была в том же месте. Ничего, я верю в тебя, ты справишься. Ты лучше ничего не говори им, это очень жестокие люди. Они террористы, - шёпотом добавила она, - разделаться с человеком им ничего не стоит, тем более с запуганной девушкой.

- Теперь мне точно не до сна. Неужели отсюда нельзя никак выбраться?

- Как? Да и куда ты пойдёшь полуголая и без документов? Уже через несколько минут тебя заберут в другой гарем или вернут хозяину и он тебе жестоко накажет, возможно изуродует. Скорее всего, ты избавишься от мучений удовлетворять его, но твоё изуродованное лицо будет наглядным примером для остальных, так что я бы не советовала рисковать. Всё же постарайся отдохнуть.

Я закрыла глаза и постаралась уснуть, но сон никак не шёл, страшные мысли крутились в моей голове. Я понимала, что нахожусь в ловушке из которой мне вряд ли удастся выбраться. К предстоящей оргии подготовиться было невозможно, как морально, так и физически. Я в очередной раз задумалась о том, что пожалуй лучше было бы умереть, но мой бойкий характер не позволил бы совершить самоубийство, я слишком любила жизнь. Надежда, хоть самая малая, шептала мне, что мне получится избежать жуткой участи.

Я всë таки провалилась в глубокий тяжëлый сон, Маша еле добудилась меня.

- Ира, вставай, нужно привести тебя в порядок.

На ватных ногах, молча, я подошла к столику, где моя подруга по несчастью накрасила и заплела меня, так как нравилось хозяину. Мой наряд был максимально прост – короткая льняная рубашка.

Я вся дрожала от страха, Маша как могла, пыталась успокоить и ободрить меня, но это никак не помогало.

Шансы, что мне кто-то или что-то поможет, сводились к нулю. Я готова была разрыдаться, но слëзы будто пересохли.

В комнату зашëл надзиратель и жестом велел мне идти за ним. Я плохо владея своим телом поднялась и медленно пошла. Кинув полный отчаяния взгляд на Машу, я увидела, что девушка искренне за меня переживает, по еë щекам текли слëзы.

Меня завели в комнату устланную коврами, на которых за кальяном расположились около десятка дикого вида мужчин. Я стояла в растерянности, не зная что мне делать дальше…

- Подойди ко мне! – приказал уродливый мужчина с повязкой на глазу. Его лицо и руки испещряли многочисленные шрамы, губа была рассечена, - я твой хозяин, будешь делать, всë что я скажу и будешь жива и накормлена. За любое непослушание ты будешь наказана, тебе всë понятно?

Я лишь смогла кивнуть в ответ. Бросив беглый взгляд на гостей хозяина, я поняла, что они ничем не лучше. Тоже страшные и в шрамах, с дикими лицами, они вызывали во мне страх и отвращение. Тело забилось мелкой дрожью, когда хозяин Джамиль, велел мне раздеться.

Как же я не хотела этого делать, как не хотела ублажать этих чудовищ! Я как можно медленнее снимала рубашку, под довольный смех террористов.

За дверью послышалась какая-то возня и звуки выстрелов. Испугавшись, я присела обхватив голову руками.

Дверь распахнулась, ударившись об стену и я со страхом подняв глаза увидела его, того самого мужчину, который так пристально разглядывал меня на рынке рабынь. В его руках был автомат, лицо сосредоточенное и яростное.

- Джамиль! Я хотел купить эту рабыню, но твой жирный пронырливый слуга влез вне очереди и забрал еë. Я уважаю тебя и не хочу вражды, но чтобы ты себе не решил, я забираю еë с собой! – он схватил меня за руку и подняв с пола, прикрыл своей спиной.

Хозяин с подельниками оторопели от наглости не званного гостя. Никак не ожидая внезапного вторжения, они были без оружия и сейчас ничего не могли предпринять против моего спасителя.

- Кайс, ты хитëр, как всегда, сукин сын! Умеешь застать врасплох! – его губы искривились в подобие улыбки, - я так же уважаю, но не столько тебя, сколько память твоего отца, хороший был человек. Поэтому я мог бы позволить уйти тебе с ней, но мой человек отдал за неë большие деньги, она хороша собой, в чëм мой интерес? Такие белокурые красавицы редко попадают на мой праздник, а я ещё даже не успел еë попробовать!

- Вот, - Кайс достал из кармана мешочек, - думая этого будет достаточно, чтобы выкупить девчонку! – мужчина ловко кинул мешочек прямо в руки Джамиля, тот не спеша развязал его, глаза мужчины жадно заблестели, он вынул крупный прозрачный камень и посмотрев на него, удовлетворëнно кивнул.

- Чëрт с тобой! Забирай эту куклу и чтобы я не видел тебя больше!

Кайс схватил меня и словно пушинку, закинул на плечо. Он до последнего не поворачивался спиной к Джамилю и его гостям. Выйдя за дверь, он быстро побежал. Я не понимала, к чему нужна такая спешка, но молчала, не осмеливаясь заговорить со своим спасителем.

Он усадил меня на лошадь и мы помчались во весь опор.

Я прижималась спиной к его широкой горячей груди, пытаясь согреться. Мужчина придерживал меня одной рукой и я чувствовала его силу. И хотя, что судя по всему, Кайс был тоже очень опасным человеком, рядом с ним я чествовала себя защищëнной. Мои мольбы были услышаны и моë тело не было осквернено жуткими убийцами.

Мы скакали очень долго, я чувствовала сильную усталость. За всë время, Кайс не проронил ни слова, я тоже молчала. Ночной воздух был холодным и я, чтобы согреться, прижималась к мужчине ещё сильнее.

- Лошади нужен отдых, да и тебе не помешает, - он спешился и мог спуститься мне. Возле каменистой скалы закрывающей от ветра, он развëл костëр. Накинув на меня что-то на подобие плаща, он пригласил меня погреться к огню. Достал кусок мяса и хлеб, разделил поровну, отдав одну часть мне. Я с аппетитом набросилась на нормальную еду, Кайс с улыбкой наблюдал за тем, как я жадно вгрызаюсь в сочную баранину.

Мой желудок был доволен, по телу разлилось приятное тепло.

- Спасибо, - тихо поблагодарила я мужчину, - я очень давно не ела нормальной еды…

- На здоровье, рад что тебе понравилось. Если хочешь, поспи немного. Через пару часов снова в путь, я разбужу тебя. И не пытайся убежать. Без меня ты не протянешь тут и дня.

- Я и не собиралась бежать, не на столько дура. Уж лучше быть рядом с вами, чем с теми страшилами. Можно вопрос?

- Ну давай.

- Почему мы так спешили, словно за нами погоня?

- Может и была погоня, поэтому так быстро и по обходным путям. Я не доверяю Джамилю и я обманул его. В мешочке было несколько настоящих алмазов, а остальное – дешëвые камушки. Думаю заметив это, он очень разозлился! – мужчина от души засмеялся.

- Это же так опасно! – восхищëнно воскликнула я, - но что вы со мной собираетесь делать? – с волнением спросила я.

- Не думай об этом. Я забрал тебя и ты теперь будешь со мной, даже если это будет против твоей воли. Я увезу тебя очень далеко, туда, где тебя никто не найдëт и ты никогда не сможешь сбежать от меня.

Его голос звучал спокойно, но тон был серьëзным и немного угрожающим. Я решила не продолжать разговор, который начинал становиться напряжëнным.

Я легла поближе к костру и уснула.

Когда Кайс разбудил меня, уже светало. Мы снова поскакали. Наше путешествие длилось несколько дней. Мужчина не смотря на свою суровость, начинал нравиться мне. От него исходила сила и уверенность, рядом с ним было спокойно.

Я совершенно забыла о городской жизни, о работе и вечной суете. Мне нравилось быть здесь, рядом с ним в дикой природе. Купаться в холодном озере, ложиться спать у костра , ужинать свежей дичью. Что-то первобытное проснулось во мне и всё вокруг, радовало меня.