В тебе моя душа

Этот вечер стал своеобразным рубежом в их отношениях. Казалось, с Джейка слетела вся спесь, и Надя, наконец-то, по-настоящему начала ему доверять. Джейк, которого она знала теперь, был совсем не тем Джейком, с которым она столкнулась в баре 3 месяца назад. 

День шёл за днём, а они будто не замечали времени, встречаясь чуть ли не ежедневно. Изредка они обедали в кругу друзей Джейка, но Надя таких встреч не любила, зная, что хоть Джейк и не называл ее своей девушкой, представляя знакомым просто как свою подругу, они все равно думали, что их связывает нечто отличное от дружбы. Иногда Джейк приглашал ее в кино или театр, где они слушали приезжих иностранных музыкантов, выступавших с классическими произведениями. Надя с удовольствием ходила на такие концерты, особенно любила она пианино, ведь закончив музыкальную школу, она и сама довольно прилично играла. Чаще всего Надя и Джейк предпочитали встречи наедине, в каком-нибудь спокойном ресторане, где было тихо и уютно. И они говорили. Много говорили обо всем. Наде казалось, что до неё Джейк никому не рассказывал подробности своего детства и юности, не делился своими мыслями и чувствами. Так и было. Она стала единственным человеком, с которым ему хотелось быть откровенным. 

Узнавая все больше деталей о его отношениях с матерью, об отсутствии отца и ненависти к нему, о дальнейшем их воссоединении, Надя понимала, почему Джейк стал таким надменным циником, с презрением относившимся ко всем вокруг. Но то была лишь внешняя скорлупа. Стоило ему открыться, и девушка увидела, насколько он мог быть отзывчивым и искренним. Ей было его чуть-чуть жаль, ведь Джейк стал высокомерным заносчивым человеком не по собственной воли. Это было всего лишь следствием отсутствия нормальных отношений с родителями. Среди ее друзей было немало парней, которые росли без отца, но ни у кого из них не было такой холодной и бесчувственной матери, как у Джейка. Хотелось бы Наде взглянуть на женщину, которая, избаловав сына огромными деньгами, ни во что его не ставила. С другой стороны, она надеялась, что ей никогда не доведётся столкнуться с Мань Синмей. 

Все вокруг считали Надю и Джейка парой, несмотря на ее попытка доказать обратное. Джейк только посмеивался над Надей, когда она уверяла кого-нибудь из знакомых, что их связывают приятельские отношения и не больше. Сам-то он давным-давно знал чего хочет. Надя не отталкивала его, позволяла быть рядом, но и не поощряла. Она верила ему, не сомневаясь, что время игр давно в прошлом. Невозможно быть столь откровенным только ради того, чтобы затащить ее в постель, если, конечно, он не законченный психопат. Психопатом Джейк не был, а вот влюблённым мужчиной — да. И это чувство было удивительно и ново для него. Чувство полного доверия, когда не нужно играть и претворяться, когда хочется поделиться своими разочарованиями, страхами, мечтами. Говорят, что женщинам важно, чтобы мужчина давал им чувство защищенности. Но и для мужчины значимо ощущать то же самое. Надя была его тихой гаванью, давая ощущение покоя. Он не боялся делиться с ней переживаниями о прошлом или страхами перед будущим, не страшился быть непонятым, высмеянным. Эта девушка, казалась, понимала его с полуслова. Конечно, он хотел и другого: целовать ее, заключить в свои объятия и никогда не отпускать. Он знал, что и Надя этого хочет. Мужчина всегда чувствует, когда нравится женщине. Но впервые в жизни он испытывал робость. Наверное, нужно было быть более решительным в тот вечер, когда он привёз ее домой после дня рождения. Он же видел, какие чувства владели ей. Или на том первом свидании. Но единственное, на что он решился, - это взять Надю за руку. Он безумно хотел близости с ней, но боялся, что она может испортить то чувство гармонии, которое возникло между ним и Надией в последние недели. Сейчас их связывала дружба и едва сдерживаемое чувство взаимного притяжения. Стоило их взглядам встретиться, и воздух буквально наполнялся электричеством. Стоило Джейку взять Надю за руку, и между ними вспыхивали искры взаимного желания. Он не боялся потерять все это. Джейк боялся другого. Страха, который Надя могла все ещё испытывать относительно его намерений. Он не хотел спугнуть ее своей настойчивостью. Они говорили обо всем на свете, кроме одного. О чувствах друг к другу. И чем дольше Джейк тянул, боясь переступить рубеж, тем сложнее это становилось сделать. Надя, в свою очередь, ждала первого шага от него, так как пообещала себе ни за что не поощрять Джейка к каким-либо действиям в развитии их отношений. 

Было раннее утро. Надя ждала, пока Лора соберётся, чтобы вместе отправится в университет на общее собрание для студентов-иностранцев. Она всегда была копушей, но сегодня Лора переплюнула саму себя. Она уже больше часа торчала в ванной. Когда она наконец-то вышла, то была белее мела. Под глазами залегли тёмные круги. 

— Надь, я наверное никуда не пойду. Чувствую себя отвратительно.

— Выглядишь ты тоже отвратительно. Что с тобой?

— Не знаю, кажется, съела вчера что-то не то. Тошнит ужасно.

— Тебя вырвало?

— Нет, но, кажется, того и гляди вырвет.

С этими словами Лора снова скрылась в ванной, и на этот раз ее действительно стошнило. Когда она вернулась в комнату, то обессиленная легла в кровать, зарывшись в одеяла. 

— Ещё и живот болит ужасно. Наверное, скоро начнутся эти дела, — простонала Лора.

Надя задумалась, а потом спросила:

— Ты помнишь, когда у тебя последний раз были месячные?

— Нет, кажется, месяц назад.

— Или два, — сказала Надя.

— Да нет, не может быть, чтобы прошло столько времени.

— И съесть ничего эдакого ты тоже не могла. Мы вчера вместе ели. Как видишь, со мной всё в порядке. Сама знаешь, у тебя лужёный желудок. Если бы дело было в еде, из нас двоих плохо бы стало мне.

— Если это не еда, то что? — выглянула из-под одеяла Лора.

— А то ты не понимаешь.

— Ты что, думаешь, что я...

— Беременна, — подытожила Надя.

Лора засмеялась.

— Надь, не пори чушь.

— Хочешь сказать, что это невозможно? Вы все время предохраняетесь?

— Да. Нет. Черт, — простонала Лора. — Нет. Этого просто не может быть.

Надя вздохнула. Она была уверена, что права. Лора последнее время сильно изменилась. Была очень эмоциональна. Могла вспылить или пуститься в слезы по самому незначительному поводу. Надя списывала это на проблемы в отношениях с Ван Юном, но сегодняшнее утро открыло ей глаза.

— Ладно, не паникуем раньше времени. Я пойду на собрание, а после сразу зайду в аптеку и куплю тебе тест.

Надя вернулась ближе к обеду. Лоре к тому времени стало лучше.

— Вот, иди делай, — Надя вручила подруге тест на беременность.

— Надь, да это было просто отравление. Сейчас уже все прошло.

— Хорошо, если так.

— Да не буду я делать никакие тесты, что за глупость.

— Глупость? Лучше убедиться сейчас, что я не права, чем узнать потом, когда вырастет живот, что я все же не ошиблась.

Лора вздохнула, внимательно изучила содержимое маленькой коробочки и отправилась в туалет. Вскоре она вернулась к Наде, которая, прочитав инструкцию, сказала:

— Через минуту узнаем, кто из нас прав.

— Сколько должно быть полосок?

— Одна, если ты не беременна, и две, если беременна.

— Господи. Я просто не могу быть беременной. Мне это сейчас ни к чему.

— Ну все, иди смотри результат, — сказала Надя, когда прошло положенное время.

Она почувствовала, что у неё вспотели руки, будто это решалась судьба не Лоры, а ее собственная.

— О Боже, — услышала Надя голос Лоры, сорвавшийся от слез.

Лора вышла из ванной и протянула Наде тест, на котором были отчётливо видны две полоски. Лора разрыдалась. Надя обняла подругу, пытаясь ее утешить.

— Ну, прекрати. Все не так страшно.

— Что мне теперь делать? А вдруг тест ошибся?

— Вряд ли. Завтра пойдём в больницу, сдашь анализы.

— А потом... Наверное, нужно рассказать Ван Юну и решать вместе, что делать дальше, да?

— Обязательно.

Надя написала Джейку и сказала, что ближайшие дни не сможет с ним встретиться. Она не стала вдаваться в подробности, а он понял, что она не в настроении рассказывать. Джейк не настаивал.

На следующий день Надя отправилась вместе с Лорой к врачу. Лора прошла узи, которое подтвердило ее беременность. 

— Семь недель, Надь. Уже семь недель, — чуть ли не кричала Лора, когда они вышли из больницы. Что делать-то?

Можно подумать, Надя знала. Она боялась другого. Неизвестно было, как Ван Юн отреагирует на новости Лоры. Несмотря на то, что внешне подруга вроде бы была с ним счастлива, Надино доверие давно было подорвано. Она не верила в искренность Ван Юна. Тем более однажды, когда Надя и Джейк столкнулись с Ван Юном и Лорой в ресторане, она заметила напряжённость между мужчинами. Джейк еле сдерживал своё презрение, а Ван Юн явно чувствовал себя не в своей тарелке. Когда Надя наконец-то осталась с Джейком наедине, она спросила, почему они оба себя так странно вели. Джейку пришлось рассказать Наде, что произошло в Шанхае. Надя не стала ничего рассказывать Лоре, зная, что это было бесполезно, но в очередной раз попросила подругу быть осторожной. Лора не только не прислушалась. Она была невозможно беспечной. И вот результат! Лора беременна.

— Когда ты встречаешься с Ван Юном?

— Сегодня вечером мы собирались ужинать вместе.

— Отлично.

— Ты думаешь, мне стоит рассказать ему?

Надя остановилась, как вкопанная, схватив Лору за руку.

— Что значит, стоит ли рассказать ему? А ты что, собираешься справляться с этим сама?

— Я не знаю, как он отреагирует.

— Вот и узнаешь, — отрезала Надя. — Не важно, захочешь ли ты оставить этого ребёнка или нет, но Ван Юн должен нести ответственность наравне с тобой.

— Ты права, конечно, но...

— Какие могут быть «но», Лора? — вспылила Надя. — Вы уже давно вместе, любите друг друга, как он тебя уверяет. Раз вы оба не думали о безопасности, значит оба и должны расхлебывать кашу, которую заварили. Не взваливай все на себя.

— Ты права, — взяла Лора Надю под руку, и они пошли дальше. — Но мне страшно.

— Если он нормальный парень и действительно тебя любит, то он знает, как поступить в данной ситуации. Чего бояться?

— Я и сама не знаю, как поступить.

— Подожди. Вечером поговоришь с Ван Юном, а там видно будет.

Хоть Надя и говорила бодро, стараясь поддержать Лору, шестое чувство подсказывала ей, что вот-вот разразиться катастрофа. Может, зря она переживает? В конце концов, ничего страшного не произошло. Лора не первая и не последняя, кто попадает в такую ситуацию. Вполне вероятно, что Ван Юн окажется ответственным и поможет Лоре принять верное решение. Хотелось бы верить!

— Ты беременна?

Они сидели в квартире Ван Юна, куда приехали после ужина. Лора не стала разговаривать с ним на столь щепетильную тему в ресторане. Она не хотела лишних свидетелей.

— Ты с ума сошла! — взвизгнул Ван Юн.

— Что значит «ты с ума сошла»?

— Ты же говорила, что пьёшь противозачаточные таблетки.

— Я говорила? — Лора взбесилась, тоже перейдя на крик. — Да никогда в жизни я тебе такого не говорила. Ты меня с кем-то перепутал.

— Но ты должна была предохраняться, ты же знаешь, к чему это может привести!

— А ты не должен? Я тебе каждый раз напоминала про презервативы.

— Да, я мог и забыть пару раз, но вы же женщины лучше знаете, что нужно делать, чтобы не забеременеть. Это ваши бабские дела.

— Наши бабские дела? А твоё дело тогда в чем? Трахать все, что шевелится, ни о чем не заботясь? — орала Лора.

— Не ори, соседи услышат.

Ван Юн закурил, нервно меряя комнату шагами. 

— Ах, ты боишься, что соседи услышат! А что прикажешь делать с этим, — Лора ткнула себя в живот. — Скоро соседи не только услышат, но и увидят. 

Ван Юн смерил ее взглядом, полным такой ненависти, что она осеклась. Он продолжал молча курить.

— Не я одна виновата. Ты тоже был беспечен, — наконец выдавила из себя Лора, едва сдерживая слезы.

Ван Юн зло рассмеялся. И Лора осознала, что она совсем не знает этого человека.

— Это не имеет ко мне никакого отношения, делай что хочешь.

— Как это не имеет к тебе отношения? — опешила Лора.

— Да откуда я знаю, с кем ты ещё спишь! Вы, иностранки, не особо щепетильны в моральном плане, — усмехнулся он.

Лора закатила ему пощечину.

— Ты сволочь.

— А что, разве я не прав? — Ван Юн схватил Лору за руку и прошипел ей в лицо. — Если б не я, так тебя бы давно подобрал кто-нибудь другой.

Лора не верила своим ушам. Все напускное в нем вдруг испарилось, и теперь перед ней стоял человек, который не вызывал в девушке ничего, кроме отвращения. Как она могла быть столь слепа!

— Мне давно уже все это надоело. Поигрались и хватит. А теперь, когда ты залетела, тем более. Раньше тебя хоть трахать было интересно, а теперь и это нельзя, — он засмеялся. — Решай свои проблемы сама, меня не впутывай.

Лору скривило от отвращения. Она плюнула ему в лицо. Ван Юн отвесил Лоре пощечину и с силой оттолкнул девушку так, что она упала на диван, стоявший позади неё.

— Маленькая дрянь, — сказал он, вытирая лицо.

— Поигрались? Так вот что это для тебя было? А как же все планы? Все уверения в любви? — она в ужасе смотрела на него, держась за щеку, на которой проступало ярко-алое пятно от пощечины.

— Господи, ты и правда дура, — засмеялся Ван Юн. — Вам бабам только и надо, что сказать пару слов о любви и вы сразу на все готовы. Если хочешь знать, я собираюсь жениться через пару месяцев.

— Жениться? На ком? — Лора почувствовало, как глаза заполнили предательские слезы.

— Да уж точно не на тебе. Неужели ты действительно думала, что я женюсь на какой-то иностранной шлюхе? Да у меня таких, как ты, сотня. Что ж мне на всех жениться прикажешь?

— Значит, все это время ты меня обманывал. Значит, прав был Джейк, — пробормотала Лора.

— Джейк? Ах, вот кто тебе тогда наплёл про меня. Что ж, этот тип мне никогда не нравился. Всегда смотрел на меня, как на грязь. Думает, что если жил в Америке, то теперь он лучше других.

— Уж точно получше тебя!

— Чистоплюй и маменькин сынок, вот кто твой Джейк.

— Да оставь ты его в покое. Джейк к моей беременности уж точно не имеет отношения.

— А может, и имеет, по чём мне знать, — усмехнулся Ван Юн. — Ты небось, была бы не против прыгнуть к нему в койку. 

— Какое же ты ничтожество!

— Говори, что хочешь. Мне плевать и на твои слова, и на тебя саму, и на того выродка, что в твоём пузе. 

Ван Юн смачно сплюнул на под.

— Ещё раз тебе повторяю: меня это не касается.

— Значит тебе все равно, сделаю ли я аборт или рожу твоего ребёнка?

— Именно. Это ещё надо доказать, мой ли это ребенок.

— Вот и посмотрим, — разозлилась Лора. — Рожу и принесу его твоей невесте. Как ей понравится такой подарочек к свадьбе?

— Только попробуй, и я за себя не ручаюсь.

— Да пошёл ты, — Лора вскочила с диВан, взяла свою сумку и направилась к двери.

— Вот так-то лучше. Катись отсюда и не думай просить у меня денег, — бросил он ей в спину.

— Денег? — остановилась она в дверях, смерив его взглядом полным презрения. — Да я лучше с голоду умру, чем когда-либо обращусь к тебе за помощью. После всего, что я сегодня здесь услышала. Да меня просто тошнит от тебя. И знаешь... мне искренне жаль твою невесту, она наверняка не знает, с каким ублюдком ей придётся жить.

Лора ушла, хлопнув дверью. Ей повезло быстро поймать такси возле дома Ван Юна. Она сама не знала, как сдержала слезы, пока ехала в общежитие. Ворвавшись в комнату, она увидела озабоченный взгляд Нади, упала в ее объятья и разрыдалась.

— Боже, он ещё хуже, чем я о нем думала, — сказала Надя, когда Лора поведала ей о разговоре с Ван Юном. — Как он посмел поднять на тебя руку!

Она нервно расхаживала по комнате.

— Ты была абсолютно права на его счёт. Я как будто прозрела сегодня! Он совсем не такой, каким я его видела все это время!

— Если честно, я до последнего надеялась, что он поступит по-человечески.

— Да уж! По-человечески. Он вел себя как животное. Мерзкая, грязная скотина, — рыдала Лора.

— Я думала, он предложит тебе сделать аборт, поможет деньгами, но чтобы вот так, умыть руки, наговорить таких гадостей. Ударить! Он просто ничтожество.

— Ты была во всем права, а я не хотела ничего слушать, — всхлипывала Лора. — Думала, что несмотря ни на что он искренен, думала забыть с ним Дамира. Какая же я идиотка.

Надя села рядом с подругой, снова обняла ее.

— Идиотка. Но его это не оправдывает.

— Надь, что делать-то теперь?

Надя отстранила подругу от себя. Сжав ее плечи, заглянула Лоре в глаза.

— Забудь о Ван Юне. Всё. Его больше для тебя не существует, поняла? Подумай о себе. Что ты сама хочешь? Готова ли ты стать матерью?

— Какой матерью, Надь? Я сама ещё ребёнок, — нервно засмеялась Лора.

— Да и как я дома появлюсь? Представляю лицо отца, когда вместо диплома из Китая привезу младенца. А мать вообще удар хватит.

— Тебе нужно все хорошо обдумать. Неважно, что скажут родители или подумают друзья. Это твоя жизнь и тебе решать.

— Да что тут решать. Я не хочу этого ребёнка. Я не готова. Тем более когда нет мужа. 

— Ты уверена?

Лора кивнула.

— Тогда нужно идти в больницу, и чем быстрее, тем лучше.

— Сколько это будет стоить? 

— Вот черт, — простонала Надя. 

Медицина в Китае была платная, тем более для иностранцев. У них конечно имелась студенческая страховка, но аборт она точно не покрывала. Лора училась в Китае по гранту, который давал ей бесплатное обучение и проживание, но стипендию она не получала. У Нади была стипендия, но небольшая. Она вся уходила на ежедневные нужды. Вряд ли на ее карте было достаточно денег, чтобы оплатить медицинские услуги.

— Где деньги-то брать? — снова всхлипнула Лора.

— Надо что-то придумать.

— Что? Не к Дамиру же мне идти!

— Надо заставить Ван Юна заплатить.

— Ты издеваешься. Да я вообще больше не хочу о нем слышать. И деньги у него брать я не буду.

Надя вздохнула. Она понимала уязвлённую гордость Лоры. Она бы на ее месте тоже не стала бы просить помощи после сегодняшней сцены.

— Ладно. Давай спать ложиться. Как у нас говорят, утро вечера мудренее, — сказала Надя, целуя Лору в макушку. — Завтра, глядишь, и что-нибудь придумаем. Обязательно придумаем.

Надя долго не могла уснуть. Лёжа в темноте, она слышала, как Лора в соседней комнате, повозившись в кровати, наконец-то затихла. Она же все думала и думала о подруге, не зная, что делать. Надя размышляла, как сама бы поступила на месте Лоры. Оставила бы она ребёнка в такой ситуации или нет? Лора, казалось, была настроена решительно. Да и сроки поджимали. Некогда было раздумывать. Однако, как ни крути, это всё-таки живое существо. Но то, что для Нади представлялось моральной дилеммой, для китаянок было нормой жизни. В стране, где только пару лет назад отменили закон ограничения рождаемости, аборты были обыденным делом. К тому же вступать в брак в Китае разрешалось только по достижении 21-22 лет. Здесь нельзя было встретить замужних студенток или студенток с детьми. Если кто-то из девочек залетал в раннем возрасте, то в 99 случаях из 100 выход был один — аборт. Единицы решались родить ребёнка до брака в столь юном возрасте. Это было рационально. Ведь такому малышу было довольно трудно сделать прописку и другие документы. К тому же, наличие ребёнка катастрофически уменьшало шансы молодой мамы выйти замуж. В Китае, в отличие от Европы или России, редкий мужчина соглашался на воспитание чужого приплода. Растить ребёнка в Поднебесной — дело дорогое. Десятки тысяч юаней приходилось вкладывать родителям в своё чадо, а потому наличие ребёнка от первого брака или вообще рождённого без мужа не устраивало никого. Вряд ли кто-то из китайских подруг Нади и Лоры понял бы их сомнения относительно того, сохранять ли ребёнка или нет. Скорее наоборот, если бы Лора решилась рожать, то многие бы посчитали ее идиоткой, лишившей себя будущего. Однако Надя не китаянка. Моральная сторона вопроса волновала ее чуть ли не сильнее, чем саму Лору. Но решать было не ей. Она же, со своей стороны, может только поддержать подругу. 

Да, но как быть с деньгами? Выход, конечно, был. Надя могла попросить о помощи Джейка. И он наверняка поможет. Но она обещала себе не брать от него никаких подарков. Тем более, не брать денег. Конечно, ситуация была чрезвычайная, да и деньги были нужны не ей лично. Однако Надя не хотела идти на сделку с собственной совестью. Она себя знала. Стоит ей попросить Джейка, и она будет чувствовать, что должна ему. Но хуже было другое, где-то глубоко внутри она все ещё сомневалась в нем. Попроси она у него денег, не сочтёт ли Джейк, что он купил ее? Глупо, конечно, так думать, но это бы очень хорошо уложилось в его теорию о продажности всех и вся. Пусть не для себя, а для Лоры она возьмёт эти деньги, но выходит, что и у неё будет своя цена? Надя отбросила дурацкие мысли. Наверняка, можно найти деньги без помощи Джейка. Завтра они сходят в больницу и узнают, сколько будет стоить операция и палата. А там Надя найдёт выход из ситуации. Всегда находила.

На следующий день Надя встречалась с Джейком во французском ресторане, который уже успел полюбиться им обоим своей уютной и тихой атмосферой. Она хотела было остаться с Лорой, но та выпроводила ее, сказав, что ей не нужна нянька. 

Надя опоздала, так как задержалась у руководителя диплома, с которым они обсуждали детали ее работы. Когда она наконец-то приехала, Джейк уже давно был на месте и сделал заказ. Перед ним стоял бокал красного вина, из которого он уже сделал пару глотков в ожидании Нади.

— Извини, что опоздала. 

— Извини, что начал без тебя, — кивнул он на свой бокал.

— Я еле отделалась от своего преподавателя. Кажется, она не китаянка и не знает о том, что 6 часов — это святое время ужина.

— Просто она хотела, чтобы ты ее пригласила на ужин, — улыбнулся Джейк.

— Я и пригласила, но она отказалась.

— И слава богу.

— Что, не нравится перспектива поужинать в обществе моего преподавателя?

— Мне больше по душе перспектива провести этот вечер с тобой наедине.

— Ты зря так, — поддразнила Надя. — У нас отличные преподаватели. Ты знаешь, пару лет назад один из них даже пытался за мной ухаживать.

— Боже, надеюсь, ты отказала этому старому пердуну? — засмеялся Джейк.

— Между прочим, он был твой ровесник и очень даже симпатичный.

— Мне уже пора начинать ревновать? — в его глазах засветились искорки смеха. — И что же ты? Не растерялась?

— Не люблю мужчин, которые умнее меня в моей сфере знаний, — улыбнулась она в ответ.

— Тогда я спокоен. Ни черта не понимаю в китайской литературе.

— Ну книги-то ты читаешь хотя бы иногда?

— Обижаешь, у меня дома отличная библиотека.

— Правда?

— Правда. Хочешь посмотреть?

— Когда-нибудь, — улыбнулась Надя.

— Когда-нибудь, — сокрушенно вздохнул Джейк. — Попрошу официанта подавать наш заказ?

— Да, я ужасно проголодалась.

Тем временем Джейк налил в её бокал вино. Они чокнулись, и Надя осушила свой бокал одним глотком. Несмотря на  непринужденный разговор, Надя явно нервничала, зная, что нужно рассказать Джейку о Лоре. Однако она не знала, как начать.

— Ого, — присвистнул Джейк. — Да ты алкашка.

— Ха-ха, — сморщила нос Надя.

— Что с тобой? — он внимательно посмотрел на девушку. 

От Джейка не могло укрыться её нервное поведение. За последнее время он достаточно хорошо её изучил, чтобы мгновенно различать перемены её настроения. Обычно Надя легко реагировала на колкости и юмор, подыгрывая, но сегодня что-то явно было не так.

— Ничего, — пробурчала она себе под нос.

В этот момент официант принёс их заказ: салат с рукколой и сыром, нежнейший грибной суп-пюре с луком, утиное конфи и нежнейший паштет из куриной печени. Они ели молча, смотря на пейзаж за окном. Сегодня их столик был в самом удаленном уголке ресторана. Он был отделён от основной части помещения небольшим выступом стены. Получалось так, будто они находились в отдельной комнате. Это был уютный уголок с единственным столиком напротив большого окна. На стенах висели старые черно-белые фотографии с видами Парижа, старые же открытки, несколько миниатюр, полка с книгами. Подход к столику наполовину загораживали живые цветы в больших кадках. Получалось уединенное гнездышко. Для влюблённых парочек, подумала Надя. Были ли они с Джейком такой вот парочкой? Администратор заведения наверняка был в этом уверен, потому что всегда, кроме самого первого раза, усаживал их именно сюда.

Джейк снова наполнил бокалы вином, когда Надя расправилась со своими блюдами.

— Рассказывай, — сказал он тоном, не терпящим выражений. — Я тебя ни разу такой взвинченной не видел.

Надя рассказала. О беременности Лоры. О ее разговоре с Ван Юном. О реакции последнего. Их ссоре. Не упомянула только об отсутствии у них денег на аборт. Она не могла говорить с Джейком про деньги, только не с ним. 

Теперь, когда она закончила рассказ, настала очередь Джейка одним махом осушить свой бокал. Он сжал кулак так, что побелели костяшки пальцев.

— Черт бы его побрал.

Надя закрыла лицо рукой.

— Господи, как же можно быть столь бесчеловечным! Что же вы за мужчины такие, — в ее голосе слышалась горечь.

— Вы? — Джейк недоуменно посмотрел на неё. — Надия, ты не смеешь обвинять меня в этом. Уж в чем в чем, а в ситуации с Лорой нет моей вины.

— Прости, я сама не знаю, что говорю, — сказала Надя, встав со своего стула и подойдя к окну.

Она прижалась лбом к холодному стеклу, всматриваясь в яркие огни лампочек, украшавших уже совсем лишенные листвы деревья. Внизу чернела вода озёра. От ветра на его поверхности образовывалась сильная рябь. Надя дотронулась раскрытой ладонью до стекла, как будто хотела сквозь него ощутить холод темноты за окном.

— Господи, у меня в голове не укладывается, как можно быть такой сволочью. Конечно, Лора виновата, что доверилась ему, что вообще была с ним, не послушав ни тебя, ни меня. Но он же взрослый мужчина. Раз... раз девушка, с которой ты спал, от тебя забеременела, неужели нельзя остаться человеком. Никто не заставляет тебя жениться на ней, но разве можно вот так открещиваться? Ещё и ударил ее! 

Надя почувствовала, что Джейк подошёл к ней, но не обернулась. Она редко плакала, но сейчас по щекам текли предательские слезы. Он обнял ее за талию одной рукой, прижав к себе, а второй накрыл ее ладонь, все ещё покоящуюся на стекле.

— Надия, детка, — он поцеловал ее в макушку, вдохнув лёгкий аромат шампуня и духов, исходивший от ее волос. — Лора связалась не с тем человеком. Но все проблемы решаемы. Ей повезло, что у неё есть подруга, которая переживает за неё больше, чем за саму себя. 

Наде нравилось в его объятьях. Казалось, что весь мир куда-то исчез. Стоять бы вот так всегда, ощущая тепло его тела рядом, силу его рук, обнимающих ее, его дыхание, ласкавшее волосы.

— Надия, я бы никогда так не поступил, — прошептал Джейк ей на ухо. — Я никогда не был в такой ситуации, я имею в виду, что ни одна девушка никогда не была от меня беременна. Но я знаю, что не бросил бы ее на произвол судьбы.

— Я знаю.

Джейк развернул ее к себе. Вытер слёзы, ещё не высохшие в уголках глаз.  Нежно поцеловал Надю в лоб.

— Если Лора хочет, я поговорю с Ван Юном, но не уверен, что смогу как-то повлиять на него.

— Спасибо. Но не думаю, что Лоре это нужно. Она и так достаточно унижена. Зачем унижаться ещё сильнее, чтобы о чём-то просить этого человека? Она, может, и беспечна, но гордости ей не занимать. Она знать его больше не желает.

— Я понимаю.

Надя отстранилась от Джейка.

— Выпьем кофе перед тем, как поедем домой? — спросила Надя. — А то кажется, вино ударило мне в голову.

Джейк крикнул официанту и попросил принести кофе. Через пять минут перед ними дымились две чашки огненного эспрессо.

— Лора будет делать аборт? — то ли спрашивал, то ли утверждал Джейк.

— Кажется...

— Кажется?

— Для тебя, наверное, это все слишком мелодраматично, но в других странах, многие по-другому смотрят на аборт.

— Я знаю, не забывай, я достаточно долго прожил за границей, чтобы это понимать. Но неужели твоя подруга хочет рожать ребёнка от этого ублюдка?

— Нет, кажется, она настроена ребёнка не сохранять, но есть много «но».

— Каких?

— Неважно...

Джейк внимательно посмотрел на Надю, а спустя пару минут достал телефон. Через несколько секунд Надя получила сообщение в вэйсине. Джейк прислал ей красный конверт с деньгами. Надя недоуменно посмотрела на него.

— Ты об этих «но»?

Она кивнула, краснея.

— Джейк, я не могу принять от тебя деньги.

— Это не для тебя. У меня нет телефона Лоры, иначе я бы отправил их сразу ей. 

Надя открыла красный конверт. 

— Слишком много.

— Достаточно. Сама знаешь, что здесь в больнице нужно платить за каждый шаг.

Она знала, сегодня днём они были в больнице и им озвучили примерную сумму. У Лоры таких денег не было. У Нади на карточке была лишь малая часть необходимой суммы.

— Спасибо, — Надя опустила глаза. — Мы вернём, как только сможем.

— Не говори глупостей.

Её одолевали противоречивые чувства. Джейк протянул руку через стол и сжал ладонь Нади в своей.

— Ты же знаешь, что можешь попросить меня о чем угодно. И это ничего не будет значить, — казалось, он читал все ее мысли. — Надия, выброси уже из головы всю ту чушь, что я наговорил тебе, когда мы познакомились. Забудь об этом. Благодаря тебе я уже совсем другой человек.

— Я знаю, — прошептала Надя, сжав в ответ его ладонь.

Они ещё какое-то время сидели, держась за руки и смотря друг другу в глаза. Надя чувствовала, что просто тонет в нежности, которую она испытывала к нему, а он — она знала это — к ней.

— Поехали, отвезу тебя в общежитие.

Когда они уже почти подъехали, Джейк вдруг выпалил:

— Я думаю, у нас бы были очень красивые дети.

— Что? - опешила Надя.

— Наши с тобой дети. Они были бы прекрасны.

Надя засмеялась.

— Ты серьезно?

— Конечно. Смотри. Твоя и моя красота, твой ум, моё обаяние. Да это были бы самые лучшие на свете малыши, — улыбнулся он.

— Господи, Джейк. Ну какие дети, если ты до сих пор даже ни разу толком не поцеловал меня.

Он затормозил, свернул к обочине и так резко остановил машину, что Надю слегка бросило вперёд, а потом вжало в кресло.

— Ты что твори...?

Но закончить он ей не дал. Джейк наклонился к Наде. Запустив левую руку ей в волосы, он притянул девушку к себе и накрыл ее губы поцелуем. Она подалась ему навстречу и откликнулась с такой страстью, которой и не знала в себе.

Чуть позже Джейк слегка отстранился, и Надя прошептала:

— Мои слова не были руководством к действию.

Джейк, прищурившись, спросил:

— Такой поцелуй можно считать толковым?

Надя погладила пальцами его губы и прошептала:

— Кажется, да. Но мне нужно ещё раз убедиться.

Теперь уже она поцеловала его, обвив руками шею Джейка.

— Достаточно убедительно? — улыбнулся он, выпустив Надю из объятий.

Она улыбнулась в ответ и показала на камеру на дорожном столбе.

— Кажется, тебя оштрафуют, здесь нельзя останавливаться.

— Плевать. Оно точно того стоило.

Он тронул машину.

— Не улыбайся, как кот, объевшийся сметаны, — сказала Надя.

— Я мечтал поцеловать тебя с первой встречи.

— Никто не виноват, что ты не мог решиться на это целых три месяца.

— Надия, ты определённо задумала свести меня с ума, — засмеялся Джейк.

Прощаясь, Джейк сказал Наде:

– Если Лоре нужна будет какая-то ещё помощь, ты должна сказать мне, поняла?

— Ты и так её очень выручаешь, спасибо.

— Если будут проблемы в больнице, я могу поехать с вами, поговорить с врачом.

— Я думаю, мы справимся сами. По-китайски и Лора, и я говорим хорошо. Вряд ли возникнут какие-то трудности.

— Отлично. В любом случае позвони мне, когда будут какие-то новости.

— Обязательно.

Она уже открыла дверь, собираясь выскользнуть из машины, но, передумав, наклонилась к Джейку, слегка коснувшись губами его губ. А потом убежала в темноту ночи, боясь, что ненароком скажет то, что говорить нельзя. Я люблю тебя.