Вам слово, Наставник! или Грани воспоминаний

Глава 1. Академия кутежа

- Что ты делаешь? Ну вот что ты делаешь?

 - Как - что? - не поняла Белла, замерев в нелепой позе с бокалом в руках. - Бокалы украшаю... А что не так?

- Ну кто так украшает, я тебя спрашиваю? Края надо сначала в лимонный сок окунуть! В лимо-о-онный, а не в обычную воду! И только потом - в сахар!

Ильфорте забрал у Белладонны коктейльный бокал на высокой ножке, быстро провел лимонной долькой по краям бокала и окунул его в миску с сахаром.

Белла прыснула от смеха.

- А какая разница-то? Выглядит одинаково.

- Молоде-е-ежь, - с картинным вздохом закатил глаза Ильфорте, беря в руки следующий бокал. - Всему вас надо учить! Так вкуснее же. 

- И откуда только у вас взялись такие глубокие познания на гулятельном поприще? - со смехом спросила Белла. - Вы же Наста-а-авник! Вам вроде как не поло-о-ожено по статусу-то! А?

- Наставник, - серьезно кивнул Ильфорте. - Я сегодня Наставник академии кутежа. И нынче у нас с тобой практическая работа по приготовлению коктейлей для празднования моего Дня рождения. Так что ты уж старайся как следует, чтобы практику закрепить и зачет заслужить.

Он рассмеялся, Белла тоже вторила его смеху.

- Так точно, Наставник! Рада стараться!

Они вдвоем возились на кухне большого особняка, пока другие участники мероприятия накрывали на стол в саду. Белла была голубоглазой девушкой с пышной копной светлых волос, одетая в легкое летнее платье вишневого цвета, с короткими рукавами. Белладонна сегодня была главной на кухне, где заправляла всем действом по подготовке праздничных блюд.

- Не устаю повторять, что ты изумительно готовишь, - довольно протянул Ильфорте, цапнув одну тарталетку со стола.

Он отправил ее в рот и аж зажмурился от удовольствия.

- М-м-м, божественно вкусно!..

Ильфорте Брандт - Наставник академии Армариллис, а еще он состоял в Верховном Совете Инквизиции Генерального Штаба в Форланде. Про таких говорят - "важная шишка", ага. Могущественный верховный маг, и про него часто ворчали, что он "хитрый всезнающий лис", от которого невозможно что-то утаить. У Ильфорте - узкое лицо, теплые серые глаза, вечная усмешка на губах. Длинные белые волосы красиво спадали на плечи, на которые была небрежно накинута темно-синяя мантия с таким же темно-синим шелковым шарфом, повязанным вокруг шеи. Белая рубашка и такие же белые брюки и даже ботинки белые с острыми носами. Ильфорте вообще всегда отдавал предпочтение всему белому.

В окно кухни можно было увидеть, как гости со смехом раскладывают блюда на большом круглом столе, стоящем на зелёной лужайке перед домом. Кто-то развешивал заклинаниями фонарики над столом, кто-то наколдовал порхающих "бабочек", витающих вокруг лужайки. За этими самыми бабочками тут же стала гоняться довольная детвора, которую с трудом увели в сторону.

- Нет-нет, дети - на задний двор! - командовала Эльза, подгоняя малышню.

Эльза, хозяйка особняка, который сегодня был выбран в качестве площадки для праздника, была эффектной женщиной с золотистыми волнистыми волосами. Платье на ней было под цвет глаз - такое же очень яркое голубое, с черным кожаным корсетом.

- Но ма-а-ам! - одинаково канючили два белобрысых маленьких мальчика, как две капли воды похожие друг на друга. - Бабочек! Хотим бабочек!!

Мальчишки цеплялись за длинную юбку своей мамы и смотрели на нее чуть ли не глазами, полными слез. Один мальчик даже выдавил из себя одинокую скупую слезу и нижнюю губку обиженно оттопырил, пуская в ход страшное психологическое оружие. Второй мальчишка слезу пустить не смог, но подвывал очень уж жалостливо.

Эльза тяжело вздохнула и протяжно дунула на ладонь, с которой слетело несколько наколдованных синих бабочек. Бабочки полетели вперед, оставляя за собой шлейф синих искр, и два белобрысых мальчика, хохоча и хлопая в ладоши, побежали вперед ловить улетающую красоту, которая как раз и уводила детей на задний двор.

Здесь и сегодня собрались только самые близкие для Ильфорте люди. Но так как количество этих близких людей за последние годы стремительно выросло, то компания получилась довольно большой и шумной.

Рядом с именинником сидел его лучший друг Заэль - невысокий голубоглазый мужчина с длинными волосами, такими светлыми, что они были почти белого, как снег, цвета. Волосы заплетены в тугую косу, такую длинную, что ее кончик болтался у самой травы.

- Слышь, дружище, - лениво протянул Заэль, подперев кулаком щеку и с хитрым прищуром глядя на Ильфорте, когда основные блюда были проглочены, а десерт еще был только впереди. - А тебе сколько годков-то стукнуло?

Он сыто улыбался, разомлев после вкусного ужина, и задумчиво покручивая в руках бокал с коктейлем, украшенный клубникой.

- А чтоб я помнил, - отмахнулся Ильфорте, расслабленно откинувшись на спинку плетеного кресла. - После двухсот лет сбился со счета и перестал придавать этому значение. Но ты не думай, я еще не старый трухлявый пень. Мне еще и тысячи лет не исполнилось!..

- Ну, в общем, я не знала, сколько свечей поставить, поэтому натыкала, сколько смогла, - сказала Белладонна.

Она как раз появилась на лужайке вместе со своим мужем Фьюри, высоким черноволосым мужчиной со светлой улыбкой и изумрудными глазами. Они вдвоем осторожно везли на столике на колесиках огромный трёхэтажный торт, весь утыканный свечками. Из-за количества свечей торт казался своего рода горящим факелом, и Заэль прыснул от смеха, глядя на это чудо.

- Надо было сразу фейерверк воткнуть в торт, - усмехнулся он. - Тогда точно с количеством угадали бы.

- Не-не!! Никаких фейерверков!! - в один голос воскликнули Белладонна и Фьюри.

- Хватило нам фейерверка в торте на нашей свадьбе, - добавил Фьюри, усаживаясь за стол.

Он переглянулся с Беллой, на устах обоих играла шальная улыбка при воспоминании о том, как когда-то в трехэтажный торт на их свадьбе оказался воткнут целый фейерверк*. Случайно, конечно же. Разнёсший торт на части и радостно устремившийся бабахать разноцветными искрами под потолком танцевального зала. Вспоминать об этом было, конечно, весело, но вот повторять как-то не хотелось.

[*примечание автора: герои вспоминают эпизод из истории про Фьюри и Беллу "Не драконьтесь, Ваше Высочество!..", Глава 72]

- Мне легких не хватит, чтобы все эти свечи задуть, - растерянно произнёс Ильфорте, глядя на много-много свечей, стоящих на каждом ярусе торта.

- Ничего, милый, ты справишься. Я в тебя верю, - усмехнулась сидящая рядом его супруга Сиринити,  зеленоглазая женщина с русыми волосами, собранными в изящную причёску.

- Да мы поможем, - заверил Фьюри. - Ты, главное, желание загадай. Что загадывать будешь, кстати?

- Не скажу, а то не сбудется, - ехидно отозвался Ильфорте, еще и язык показал, совсем по-мальчишечьи.

- Он загадает, чтобы Эльза, наконец, перестала рожать, - задумчиво произнес Заэль, потягивая коктейль из трубочки с зонтиком и подмигивая своей супруге Эльзе.

Компания за столом взорвалась понимающим хохотом, один только виновник торжества не присоединился к веселью. Он лишь издал нервный смешок и покачал головой.

- Вам что, шести детей мало? - с невыносимой тоской в голосе произнес Ильфорте.

- Ну не зна-а-аю, - лениво протянул Заэль и обернулся к супруге. - Дорогая, ты как считаешь, нам шести хватит? Или продолжим?

Эльза пожала плечами, с улыбкой поглядывая в сторону двух белобрысых мальчишек-близнецов, так и играющих с наколдованными бабочками.

- Я бы еще от одного ребенка не отказалась.

Ильфорте издал странный сдавленный звук и чуть не подавился очередной поглощаемой тарталеткой со сливочным сыром и красной рыбкой.

- Эльза, милая, драгоценная ты наша!.. Может все-таки хватит, а? Ты не умеешь рожать по-одному!! - Ильфорте аж сложил руки в молитвенном жесте. - У вас одни двойни получаются! И все, зараза, сильные маги, которые, пока не вырастут, сводят меня с ума! Вы бы хоть раз попробовали родить не фортемина, чтобы я не занимался воспитанием этого чада!..

- Кто-нибудь, принесите ему пластырь, - с серьезным выражением лица произнес Эрик, сидящий напротив именинника. - Или скотч. Наставнику срочно нужно заклеить дергающийся глаз.

- Ахаха, очень смешно, - буркнул Ильфорте, хотя в глазах его плясали смешинки.

Эрик пожал плечами, и губы его дрогнули в улыбке.

У Эрика были короткие светлые волосы, светло-серые глаза. Взгляд всегда такой внимательный, пронзительный. Он пришел на праздник вместе со своей черноволосой красавицей-женой Элизабет, которая сейчас вместе с Флорой и Морисом устанавливала трёхэтажный торт со свечками в центр стола.  

- Мне кажется, семь - хорошее число, - все так же задумчиво продолжил Эрик. - Есть в нем что-то такое особое... волшебное.

- А вот восемь - уже не такое волшебное, - возразил Ильфорте. - А эти двое, - кивнул он на Заэля с Эльзой, сидящих в обнимку, - детей только пачками, по двое выдают. Поражаюсь, как это у вас получается?

- Ловкость рук, и никакого волшебства! - ослепительно улыбнулся Заэль.

- Не, ну от рук я еще ни разу не беременела, - возразила Эльза. - Так что речь тут немного о другой ловкости... Ладно, Иль, ты свечи задувать-то будешь?

Свечей оказалось так много, что их с трудом задули всей компанией, хохоча и веселясь от души.

- Ладно, а если серьёзно, я сама всегда поражаюсь, как так получалось, что у нас с Заэлем рождались только двойни, - вернулась к прерванному разговору Эльза, тяжело вздыхая.

- Это, видимо, Заэль мне так мстит за всех тех детей, которых я когда-то не давал ему усыновить, - пробурчал Ильфорте.

И в ответ на недоуменный взгляд Белладонны пояснил:

- Заэль до встречи со своей нынешней женой Эльзой не мог иметь детей. Он, хм, скажем так, ввиду некоторых особенной своего организма считался бесплодным*.

[*примечание автора: об этом подробнее рассказывается в моей книге "Грани будущего", например в "Глава 7. Грани ненависти"]

- А детей Заэль всегда любил и всегда мечтал о большой дружной семье. И у него была навязчивая идея-фикс усыновить или удочерить кого-нибудь. Регулярно у него эта идея в голове возникала. В нашей борьбе с нечистью мы часто сталкивались с осиротевшими детьми, родителей которых сожрала какая-нибудь потусторонняя тварь. А мы этих детей находили и старались пристроить в семьи к их родственникам, если таковые имелись, или в детские дома. Ну, не оставлять же детей на улице... Вот Заэль каждый раз желал кого-нибудь усыновить, удочерить. И регулярно я эту мысль из его головы выбивал.

- Почему? - удивилась Белладонна, слизывая с пальцев крем от торта, в котором случайно измазалась, пока доставала свечки. - Что плохого в том, чтобы усыновить или удочерить кого-то, если сам не можешь обзавестись своим ребенком? Если душа просит этого тепла. Ведь это прекрасно - дать какому-то ребенку шанс жить в семье, да даже с одним взрослым, который будет заботиться о тебе. Я сама выходец из детского дома и знаю, о чем говорю. Меня воспитывала тетушка, взявшая надо мной опекунство. И пусть она никогда меня не любила, и мысли ее были больше меркантильны, но я все равно благодарна ей за то, что она подарила мне жизнь вне стен детского дома. Она все-таки заботилась обо мне - ну, как умела - и я благодаря тетушке росла в относительной свободе и хоть каком-то ощущении нужности, что ли.

- Это всё прекрасно, конечно, - вздохнул Ильфорте. - Кто ж спорит. Но прекрасно это лишь до тех пор, пока не начинаешь мыслить логично. Заэль - фортемин, солдат равновесия, стоящий на защите миров. Он на данный момент так и остается лучшим из фортеминов - Первым Арма, могущественным волшебным существом, способным на очень многие вещи. Он не обычный человек, да вообще не человек, если называть вещи своими именами. Ты можешь себе представить, сколько нечисти он перерубил за свою жизнь? Я даже не рискну начать подсчитывать, собьюсь на первой же тысяче. Он много лет ежедневно рисковал своей жизнью, вступая в борьбу с демонами, залезая в логово самых опасных темных магов и бесстрашно кидаясь навстречу самым злобным тварям, порожденным изнанкой мира. Он в любой день мог погибнуть. Он в любой момент мог пропасть на несколько дней и даже недель, затерявшись в каком-нибудь другом мире или залёгши на дно в стане врага. Как в такой обстановке говорить о каких-то детях? Дети - не игрушка. Это большая ответственность, которую нужно нести.

- Но он же и сейчас рискует жизнью, когда сражается против нечисти, - возразила Белладонна.

- Ну, во-первых, Заэль сейчас стал сильно могущественнее и еще более неуязвимым. Да и теперь он рискует своей жизнью в разы реже, - усмехнулся Ильфорте. - Нынче подросло молодое поколение солдат равновесия, успешно справляющееся со многими задачами, которые раньше решал Заэль. Мы ведь с ним вместе работаем над тем, чтобы развивать в каждом молодом воине особые навыки, которых не хватало в нашем Армариллисе. С такой-то армией солдат, да и с налаженной работой в инквизиции Генерального Штаба противостоять нечисти стало намного проще и легче. Это раз. Во-вторых, все-таки Заэль не один, - он тепло улыбнулся Эльзе. - И не дай бог с ним что случится, но о детях будет кому позаботиться. И даже если с Эльзой что случится - у нас тут хватит нянек. Ну и в-третьих, все-таки брать на воспитание сироту - это особая ответственность. Ты его забираешь к себе, ты даешь ему надежду на светлое будущее. Обмануть такую надежду в случае какой беды - это ужасно. На мой взгляд, даже хуже, чем оставить без отца собственных детей. В общем, я жестко к этой теме отношусь и считаю, что тут бездумно действовать нельзя. Когда ты в первую очередь солдат, и всю свою жизнь полностью посвящаешь войне с нечистью, - ты солдат. И изволь соответствовать своему статусу. А в ту пору мы с Заэлем были в первую очередь именно солдатами, и в нашей жизни не было места обычной семье, в привычном ее понимании. И не было места слабостям, через которые на нас могли воздействовать. А дети - это вроде как тоже "слабость", как нам тогда вбивали в головы. Потому что через них можно воздействовать на психику, манипулировать.

- Жестко, - вздохнула Белладонна.

Ильфорте развел руками.

- Пути развития фортеминов вообще жесткие и малоприятные по большей своей части, ничего с этим не поделаешь. Сейчас много поменялось, но тогда - было так... Ну, в общем, к чему это я? К тому, что за свою жизнь я, наверное, добрую сотню раз отговаривал Заэля взять себе на попечение очередную сироту. Заэль каждый раз злился на это, психовал. Помню, мы даже дрались пару раз, - усмехнулся Ильфорте. - А потом так вышло, что жизнь оказалась к нему благосклонной и подарила ему Эльзу - его чудесную пару, с которой, как оказалось, он может иметь детей. И вот, мне кажется, что Заэль дорвался. Шестерых детей уже заделал, три двойни, с ума сойти! Нет, ну он точно мстит мне за то, что когда-то я не давал ему воспитывать бедных сироток. Теперь бедная сиротка - это я, - театрально шмыгнул носом Ильфорте. - Несчастный Наставник, который воспитывает всех детей Заэля и Эльзы, потому что все их дети рождаются могущественными фортеминами, которых я по долгу службы воспитываю в своей академии Армариллис. И периодически схожу с ума, потому что ну сил моих нет справляться с этими исчадиями Ада!!

Звонкий всеобщий смех спугнул стайку птичек, сидящую на ветке ближайшего дерева с раскидистыми ветвями.

- На самом деле он только ворчит так, - улыбнулась Сиринити. - А так, Иль бесконечно гордиться каждым своим воспитанником и очень любит свою работу.

- Конечно, горжусь, - тепло улыбнулся Ильфорте. - Сложно с ними, с сорванцами, но от этого их только больше любишь, когда эти птенцы покидают гнездо Армариллиса.

- Мистер Брандт, а расскажите побольше о своей работе, - смущенно попросила Флора. - Об этой вот академии Армариллис, как вы ей управляете, как вы сами в ней вообще выросли, и как прошли этот путь до Наставника... И вообще, о себе. Жизнь у вас интересная была, наполненная самыми разными событиями. Было бы интересно послушать.

- Поддерживаю! Вам слово, Наставник! - улыбнулся Фьюри. - Не отвертитесь. Нас тут, любопытных, слишком много!

Ильфорте рассмеялся.

- Ну, если я тут сейчас начну рассказывать о своей жизни, то наш вечер перестанет быть томным, и в какой-то момент мне придется заняться не поеданием вкуснющего торта, а утиранием ваших слез.

- С чего бы? - усмехнулась Флора.

Ильфорте ответил не сразу. Какое-то время он молчал и только задумчиво покручивал бокал в руках. Взгляд у него был при этом какой-то отсутствующий, смотрящий словно бы внутрь себя. Потом он негромко произнес:

- Жизнь у меня непростая была, милая моя. К счастью, сейчас моя жизнь полна радостных событий и просто дорогих сердцу людей, которые окружают меня. Вот как вы все, например, - с усмешкой добавив он, отсалютовав своим недопитым клубничным коктейлем. - Вот только мой путь до статуса Наставника академии Армариллис был не то что тернист... Он был устлан дорожкой из битого стекла, я бы сказал. И я не уверен, что об этом стоит рассказывать вам вот так... В семейном кругу, так сказать.

- Ну мы тут все вроде с закаленной психикой и сами проходили через разного рода лишения по жизни, чтобы прийти к тому, что имеем, - мягко возразила Флора. - Всех нас закалили разные жизненные ситуации, через некоторые из них пришлось прогрызать себе дорожу зубами. И как раз именно поэтому особо интересно услышать, а через что же пришлось пройти вам, чтобы так закалить свой характер. Поэтому я прямо-таки настаиваю: расскажите о себе, мистер Брандт! Ну пожа-а-алуйста!

- Поддерживаю, мне тоже будет интересно послушать, - кивнула Элизабет.

Ильфорте растерянно пожал плечами.

- Даже не знаю, с чего начать...

- А с самого начала, - улыбнулась Элизабет. - Расскажи, как ты познакомился с Заэлем? Как вы стали друзьями?

- С этим засранцем-то? - лениво протянул Ильфорте, глядя на театрально возмутившегося друга. - Это очень долгая история...

- А мы никуда не спешим, - улыбнулась Элизабет, помогая Белладонне разрезать торт и раскладывать его по блюдцам. - У нас весь вечер впереди, дети сегодня под присмотром, никто нам мешать не будет...

Стоило ей это договорить, как в ее блюдце упал воланчик - точнехонько в кремовую шапку кусочка торта.

- Ну почти не будет, - вздохнула Элизабет, осторожно вытаскивая воланчик из своего куска торта и кидая его обратно детям. - Ребят, давайте поаккуратнее, а?

- Это не мы! Это дядя Тео!! - заголосили дети.

Элизабет вопросительно выгнула бровь, уставившись на Тео Левинтона с ракеткой для бадминтона в руках. Темноволосый мужчина извиняюще улыбнулся и пожал плечами.

- Промазал. Простите!..

Он поймал брошенный в его сторону воланчик и вернулся к малышне, которую, собственно, и развлекал весь вечер. Маленькие дети талантливых верховных магов дело такое - опасное. Кому угодно не доверить их "развлекать" - без специальной подготовки дети разбегутся и вообще невольно куда-нибудь телепортируются раньше, чем нерадивая "нянька" моргнуть успеет. Так что довериться тут можно было только проверенному человеку, какому-нибудь могущественному волшебнику, который в случае чего смог бы быстро пресечь бесконтрольную магию расхулиганившихся деток. А Тео как раз и был таким проверенным временем человеком.

- Ладно, черт с вами, - махнул рукой Ильфорте. - Сами напросились. Расскажу вам "сказочку на ночь"... В принципе, в моей жизни всегда хватало место и юмору, так что постараюсь сгладить для вас особо острые углы моей биографии. В конце концов, мне есть что рассказать и про здесь присутствующих, - Ильфорте с очень ехидной усмешкой посмотрел на Эрика с Морисом.

- О, Наставник будет палить своих подопечных? - улыбнулся Фьюри, в предвкушении потирая руки.

- А чего ты так широко и злорадно ухмыляешься? Тебя тоже спалю, не переживай, и тебе достанется!.. Но начну, пожалуй, с себя, чтобы было понятно, как я вообще докатился до жизни такой. В общем, слушайте...

Мы знакомы с Заэлем... Слушай, а сколько мы с тобой знакомы? Честно говоря, я давно уже сбился со счета. Кажется, это было пару вечностей назад. Оно, конечно, не так, но ощущения именно такие.

Все мои беды начались в тот день, когда мы с Наставником нашли эту полудохлую заразу на берегу моря. Да, я про тебя, Заэль. Ну чего ты на меня так смотришь? Зараза ты, что с тебя взять! Да ты и сам прекрасно знаешь, как долго я тебя ненавидел всеми фибрами своей души. Это сейчас мы лучшие друзья, прошедшие огонь, воду, медные трубы, демонов и еще целый набор "веселостей" от мироздания. Но так было далеко не сразу. Ох как не сразу.

Мы нашли его с моим Наставником Рилэйем неподалеку от пуранского маяка в Форланде. Мы находились там поблизости по делам Армариллиса, когда услышали взрыв, а потом почуяли странную энергетику, исходящую от человека, лежащего без сознания*. Черт нас дернул к нему подойти... Вот именно что черт, не иначе.

[*примечание автора: этот эпизод описан в моей отдельной истории про Заэля "Грани прошлого", в эпилоге]

Еле живой, сильно потрепанный, Заэль в тот момент выглядел откровенно жалко. Но меня его жалкий вид пронять не мог: я-то прекрасно понимал, чем нам грозит его появление в академии Армариллис. Точнее, я не видел на тот момент каких-то четких событий, но мое пророческое чутье так и вопило мне: эта зараза перевернет твою жизнь с ног на голову.

В ту пору я владел даром предвидения, и мог предвидеть некоторые события будущего, заглядывать на некоторые дорожки судьбы и пытаться вычислить наиболее вероятное развитие событий.

И мне хватило одного лишь взгляда на этого полудохлого падшего ангела, чтобы понять: он принесет нам много бед. Счастья тоже много принесет, но можно нам как-то это счастье без бед, а?..

В тот момент я как раз совсем недавно стал Первым Арма и был преисполнен восторгом по этому поводу.

Поясню для тех, кто из вас тут плохо знает, кто такой Арма и тем более - Первый. Да, Флора, я про тебя, знаю, что ты плохо ориентируешься в нашей иерархии, путаешься, так как сама не входишь в число наших воинов. Остальным я просто освежу память.

Я, как и все семейство Филеберт-Кларксонов, которое сейчас тут собралось, являюсь воспитанником академии Армариллис. Это особая закрытая академия, в нее невозможно попасть просто так. В нее невозможно попасть "через связи", через взятки и так далее. И даже выдающиеся магические способности тут никак не помогут оказаться в этой академии, потому что в Армариллисе обучаться могут исключительно фортемины.

Фортемины - это солдаты равновесия. Жесткие, порой - жестокие. Ни плохие, ни злые - вынужденные. Скажем так... это особая раса сверхлюдей, волшебников, наделенных определенными магическими качествами. Мы в тысячу раз выносливее любого обычного верховного мага. Мы быстро обучаемы, мы с детства умеем уничтожать демонов. Мы живем очень долго, при острой надобности можем неделями обходиться без еды и питья. Также мы - первоклассные борцы с нечистью. Лучше нас в сражениях с любой нечистью нет никого. Собственно, когда-то мы появились на этот свет, рождённые мирозданием именно в противовес расплодившейся тьме, нечисти. Один фортемин с легкостью может заменить в магических сражениях несколько десятков сильных магов.

А еще у каждого фортемина есть свой особый Дар - некое совершенно уникальное умение, которого нет больше ни у кого во всей Вселенной. Какое-то особое магическое умение, данное только ему. Вот я, например, как Наставник академии Армариллис умею находить новых фортеминов, только я чую еще едва зародившуюся магию в них. Никто ни в одном мире больше не способен учуять солдата равновесия так, как могу это почуять я.

Ты, Эрик, умеешь видеть некоторые дорожки будущего и влиять на ход будущего времени. Только ты можешь владеть этой информацией и этим умением. Время охотно тебя слушает и готово подстраиваться под тебя. Опасный дар, но в умелых руках - это настоящее сокровище. Только использовать этот дар надо с умом, не абы как.

А вот ты, Морис, являешься совершенно уникальным метаморфом высшего ранга, и нет никого, кто мог бы превзойти тебя в этом. Ты не только принимаешь внешний облик любого живого существа, но также перенимаешь полностью все магические свойства этого существа... Удивительно! Ты один так умеешь, и в разведке тебе цены нет.

Что касается тебя, Белладонна, то ты относительно недавно стала частью нашего мира солдат равновесия, но уже знаешь, что твой чрезвычайно острый нюх - это не просто классное умение ищейки-нюхача, но именно Дар фортемина, позволяющий улавливать тебе даже тончайшие запахи магии. А еще ты потрясающе умеешь заметать следы - так, что пропадаешь со всех возможных радаров, и никто не может найти тебя и того человека рядом с тобой, которого ты желаешь защитить и скрыть от чужих глаз. Великолепная маскировка.

И так можно рассказать об особых умениях каждого из нас.

Мы стоим на грани света и тьмы и соблюдаем равновесие миров во Вселенной. В мирах всегда есть свет, и всегда есть тьма. Но тьма алчна и любит паразитировать, и наша задача - пресекать тотальное распространение тьмы и поглощение света в мирах. Но также наша задача - сдерживать слишком яркий свет, если он тоже становится паразитирующим. Такое встречается реже, но тоже бывает. Это, знаете, когда благими намерениями выстраивают дорогу в Ад и пытаются во имя чего-то светлого и прекрасного создать новый порядок в мире, ведущий к тотальному перекосу энергии во Вселенной. Любой перекос в любую сторону расшатывает миры. И задача солдат равновесия как раз и состоит в том, чтобы соблюдать и поддерживать этот баланс в разных уголках Вселенной. Но, к счастью, паразитирующего света я пока давно не видел.

Когда появился сам Армариллис? Даже не знаю... Ему много тысячелетий, и информация о его возникновении утеряна. Это не просто отдельно взятая академия - это целое отдельно взятое измерение, находящееся в особой зашифрованной точке пространства, координаты которого я, как Наставник, могу перестраивать в случае острой необходимости, чтобы скрываться от врагов и продолжать сохранять секретность местоположения. Пространство это очень плотное, созданное из особых материй магии. И в измерение это могут входить только фортемины - любой другой человек Врата в Армариллис пройти не сможет. А если каким-то образом и сможет, то погибнет на месте, не выдержав магической нагрузки пространства. В общем, вход туда открыт строго для своих. Это дополнительно защищает нас, воинов, от недоброжелателей. А будем честны: врагов у нас очень много. Особенно у меня.

На мою жизнь вообще постоянно покушаются, если честно. Ну чего вы удивляетесь? Ничего удивительного в этом нет. Я слишком "важная шишка", которая контролирует весь Генеральный Штаб в Форланде и воспитывает в академии Армариллис отменных воинов, которые успешно справляются с поддержанием равновесия миров во Вселенной. Если меня выкосить, эта налаженная система будет нарушена. Я тот еще лакомый кусочек для всякой нечисти и для темных магов, успешно поехавших крышей.

Поэтому я не большой любитель шататься где-то на прогулках в одиночестве и по большей части отсиживаюсь в своем Армариллисе. Ну или в Генеральном Штабе, куда тоже так просто в здание не войти, если ты не инквизитор. Ну или вот тут чешу языком со своим другом Заэлем, потому что его особняк защищен так же круто, как здание Генерального Штаба. Я сам старательно работал над защитными контурами и точно знаю, что чужак сюда не пройдёт.

***

- Ну... Честно говоря, именно поэтому Сиринити особо не гуляет по другим мирам, и почти все свое время проводит в Армариллисе. Нечастые вылазки проходят строго под моим конвоем, так сказать, - невесело усмехнулся Ильфорте. - Потому что, к сожалению, без меня моей жене может грозить большая опасность. У меня много недоброжелателей, которым только дай повод навредить мне. Необязательно лично мне... Гораздо больнее мне можно сделать, причинив вред Сиринити. А я... Я тогда не вынесу. Не смогу, - голос Ильфорте при этих словах дрогнул. - Не хочу переживать еще раз те муки душевного Ада, которые я испытывал на протяжении долгих лет, неся в себе боль утраты любимого человека, когда потерял Сиринити и был уверен, что это навсегда.

- Ого, - удивилась Флора, уставившись на Сиринити так, будто впервые в жизни ее видела. - А я-то думала, почему вы так редко покидаете измерение Армариллиса? Я подозревала, что в этом есть какой-то смысл, но чтобы вот так...

- Да, увы. Я правда иногда испытываю идиотское чувство вины, как будто держу тебя взаперти, - негромко добавил Ильфорте, виновато глянув на жену.

- Меня все устраивает, милый, - улыбнулась Сиринити и чмокнула супруга в щеку. - Я бесконечно счастлива жить в академии Армариллис и не чувствую себя запертой в ней. Армариллис прекрасен. Это огромный замок, окружённой бесконечно красивой природой, цветущими садами, водопадами. Лесами, в которых кипит животная жизнь. В измерении Армариллиса есть всё, что меня вдохновляет, и я не чувствую себя ущемленной. Я занята любимым делом, помогая тебе с воспитанниками академии. Я наслаждаюсь красотами цветущих садов и долины водопадов. И я счастлива с тобой. Нельзя одной путешествовать между мирами, как раньше? Что ж, так тому и быть. Не беда, буду ходить с тобой за ручку. Не то чтобы я была против, - усмехнулась Сиринити. - Мне не на что жаловаться. Судьба подарила мне второй шанс. Я живу, я дышу, и я рядом с тобой. Остальное вторично.

- Как же мне с тобой повезло, - выдохнул Ильфорте, с нежностью глядя на жену. - Не устаю благодарить за это судьбу.

***

Возвращаюсь к академии Армариллис и ее устройству...

Нас, фортеминов, на самом деле довольно мало, сейчас около трехсот воинов во всей Вселенной. Фортеминов и не должно быть очень много, их рождается ровно столько, сколько необходимо в данный момент времени для решения тех или иных задач. В последние годы фортеминов появляется больше, чем было при моей молодости. Полагаю, это напрямую связано с тем, что я задался целью потихоньку распространить наших воспитанников во всех мирах Вселенной, внедрить хотя бы одного солдата равновесия в каждый мир, а лучше - в каждую страну на постоянной основе. Чтобы у нас везде были свои местные наблюдатели, которые могли бы контролировать обстановку и оперативно звать на помощь, если этого требуют обстоятельства. А такая серьезная масштабная задача требует больших людских ресурсов, вот Вселенная и стала "подкидывать" мне больше храбрых воинов, которые нынче потихоньку расползаются по разным уголкам Вселенной, по разным городам и странам.

Тут ведь дело какое: пока нет конкретной цели и потребности в чем-то, то ничего не меняется. Это касается не только фортеминов, и вообще - не только магии. Это правило работает в целом, по жизни, со всеми и всегда. Когда ты плывешь по течению и бултыхаешься, то ничего удивительного прекрасного в твоей жизни не происходит, и в какой-то момент жизнь превращается в заболоченную местность, где протухло вообще всё - эмоции, желания, мысли... И ты бултыхаешься такой в этой зловонной жиже и думаешь: а как я вообще докатился до жизни такой? Хотя на самом деле всё просто: ты не сделал ничего для того, чтобы из этой жижи выкарабкаться.

Ведь когда ты не знаешь, чего хочешь от жизни, то Вселенная и не знает, что тебе дать. Ты так и болтаешься бумажным корабликом в бурном ручейке, но ты не управляешь корабликом, тебя просто прибивает то к одному берегу, то к другому, то закручивает вокруг себя, то несет черт знает куда... На самом деле в этой позиции - позиции инфантильного человека - пребывает постоянно большая часть людей. Тогда как в любой момент можно - и нужно! - просто взять, наконец, ответственность за свою жизнь. Взять "штурвал" в свои руки. И начать управлять своим собственным кораблем под названием "жизнь".

Как только задаешься целями, ставишь перед собой задачи, то ты запускаешь в ход энергетические механизмы Вселенной. И ты сам, ну... Будто бы становишься магнитом в такой момент. Магнитом для всего того, что тебе необходимо. Для связей, возможностей, финансов, новых людей в твоей жизни. Вселенная сама начинает подкидывать тебе разные варианты, когда они действительно тебе нужны - под какую-то цель, задачу. Под твой четкий запрос. И сам собой начинает складываться сложный пазл, когда начинаешь работать, действовать, а не ждать у моря погоды. Не ждать попутного ветра, чтобы он прибил тебя к другому берегу, а самому разворачивать свой корабль в нужную точку. Стать, наконец, капитаном своей жизни.

В общем, когда я задался целью максимально распространить фортеминов в разных уголках Вселенной, создать своего рода плотную информационную сеть, то я стал чаще слышать Зов к новым солдатам равновесия. Они стали чаще рождаться в разных мирах - под мои потребности, под мой запрос. Намного чаще! Нам с Сиринити пришлось сильно модернизировать систему обучения под этот новый поток юных магов.

Потрясающе наблюдать за тем, как этот мой план потихоньку претворяется в жизнь. Как миры расцветают в благодарность за заботу и присмотр за ними. А то, знаете ли, мне приходилось за свои годы узнавать о том, что несколько миров полностью поглотила и уничтожила темная материя... Мы узнавали об этом либо постфактум, либо слишком поздно, когда уже невозможно было остановить процесс поглощения тьмой и оставалось только наблюдать за уничтожением мира и превращением его в дьявольский оплот. Мы узнавали об этом слишком поздно, потому что в этих мирах у нас не было наблюдателей. Не было никого, кто мог бы вовремя принести плохие известия.

А такие поглощенные тьмой миры в итоге становятся потом очередной колыбелью нечисти во Вселенной, и такую колыбель, такое гнездо тьмы потом очень сложно, почти невозможно выкорчевать. Мы вон сколько лет с Заэлем пытались уничтожить Тенебрис - был такой один очень большой рассадник темной нечисти, где Заэля когда-то держали в плену и пытали... Сколько сил на борьбу с этим ушло, сколько драгоценных жизней полегло во имя уничтожения этой черной клоаки... Страшно об этом вспоминать. Мы в итоге добились своего и уничтожили навсегда Тенебрис, стерли это пространство с лица земли, но это было сложно и больно.

Итак, фортемином невозможно стать, им можно только родиться. И вовсе не обязательно они рождаются у таких же фортеминов - солдат равновесия может появиться в семье обычных магов и даже не магов вовсе. Довольно часто такие дети еще с рождения остаются без родителей, когда их матери погибают в родах. Зато таких детей проще всего с самого рождения навсегда забрать в Армариллис и с пеленок воспитывать солдатом равновесия... Я и сам когда-то такого рода путем попал в академию, моя мать просто бросила меня младенцем, когда моим родителям стало понятно, что я, хм... "Не удался", по их мнению. Пошел не в их породу. А во мне при этом факелом вспыхнула магия фортемина, и меня нашел мой Наставник Рилэй.

Жестоко? Да, но у всего в мире есть своя цена. Каждый воин Армариллиса чрезвычайно ценен и обязательно приносит много благ для мира, защищая его и тысячи, сотни тысяч жителей разных миров, разных жизней, не менее ценных и важных. Жесткий круговорот энергии и жизней в мире, но уж какой есть. Мы с вами его изменить не можем. Можем только активно участвовать, играя на стороне мироздания.

Некоторые думают, что это что-то вроде проклятья: раз рожден фортемином, то должен быть один, лишен семьи и родительского тепла. Что это жестокое мироздание зачем-то лишает фортемина тепла.

Но это не так. И скорее, тут всё работает ровно наоборот: мироздание иногда выборочно наделяет особыми магическими дарами тех, кто по каким-то причинам еще младенцем остался один. Мироздание таким образом как бы говорит: хэй, у тебя нет семьи, но на самом деле ты не один, и ты очень нужен этому миру.

Среди фортеминов есть своя определенная иерархия. Самые лучшие воины, лучшие десять пар называются Арма. Пар - потому что у десяти лучших солдат равновесия есть своя особая боевая Пара, предназначенная только ему. Такую Пару составляют так называемые Страж и Боец. Как левая и правая рука, идеально дополняющие друг друга в сражениях, тонко чувствующие друг друга.

Нет, боевой Парой вовсе не обязательно должна стать влюбленная парочка по жизни, это не принципиальный момент. Хотя чаще всего бывает именно так, или еще это могут быть родственники. Вот сейчас с нами как раз сидит за столом одна прекрасная такая боевая Пара - Эрик и Агнесса. Страж и Боец, брат и сестра, всегда умело справляющиеся со всеми трудностями. Они отличная команда, и я всегда ими гордился и сейчас горжусь.

В чем разница между Стражем и Бойцом? Если кратко, то Страж всегда главный в боевой Паре. Страж - это своего рода руководитель, который должен уметь очень быстро принимать решения в сложных ситуациях. Страж может отдавать приказы своему Бойцу, и тот обязан будет подчиниться. Могущественный Страж может даже заставить своего Бойца быстро выздороветь, спастись от смертельной болезни, если с нужной силой отдаст правильный приказ - и Боец будет обязан подчиниться этому и заставить свое тело быстро регенерировать под поставленную задачу. Но в таких ситуациях нужно быть очень осторожным и тщательно выверять каждое слово, потому что регенерировать Боец в таком случае будет за счет сил своего Стража. Ведь Страж является для Бойца своего рода почти бесконечным источником магии, которой Страж может щедро делиться и помогать в сражениях и способствовать ускоренной регенерации.

Боец - это в первую очередь именно первоклассный Боец, воин. Именно наши Бойцы в первую очередь расчищают дорогу, первыми бесстрашно кидаются навстречу нечисти. Бойцы великолепно подходят для самых сложных магических сражений, их устройство магии и тела таково, что они словно бы идеально созданы для выживания в любых сложных и даже самых экстремальных ситуациях. Боец может даже подолгу обходиться без еды и воды, и даже намного дольше своего стойкого Стража.

Убить Бойца очень сложно. Сложнее, чем других магов, сложнее, чем даже Стража, который по природе своей является более уязвимым. Я сам как раз Боец по своей природе, поэтому хорошо знаю на себе, о чем говорю. В какие только ситуации мне не приходилось попадать по жизни, а я все равно каким-то образом выкручивался, выживал... Даже когда сам уже не очень хотел выкручиваться, в тот период, когда моя жизнь превратилась в одну сплошную черную полосу длиною в несколько лет. В ту пору я сам нарывался на всякие проблемы, влезал в самые опасные переделки в своей жизни... А все равно всегда побеждал и выходил из любой ситуации. Говорю же, Бойцы - те еще живучие заразы. Вот и Заэль - тоже Боец. И самая живучая зараза на свете. Ну чего ты снова на меня так смотришь? Зараза ты, да! И совершенно неубиваемая, между прочим! Я сам проверял, хех. Несколько раз.

Боец обязан следовать Кодексу солдат равновесия и защищать своего Стража до последнего. Это в его же интересах: хорошо построенная связка Бойца и Стража является мощной боевой ячейкой, и у обоих фортеминов при этом постоянно растет уровень магии, потому что они подпитывают друга друга, всегда вместе развиваются и шагают вперед. Это очень крутое ощущение, когда твоя боевая Пара растет магически вместе с тобой. Когда вы чувствуете друг друга так тонко, что даже на большом расстоянии понимаете, что кому-то плохо. Действуете как единый слаженный организм. Это дарит ни с чем не сравнимое ощущение восторга и правильности всего происходящего.

Боец и Страж не могут друг у друга меняться. Если кто-то в боевой паре умирает, то "замены" ему не будет. Боевая пара - она одна на всю жизнь. И если она "ломается", то она ломается. "Починить" невозможно.

Академией Армариллис руководит Наставник, который по силе, по статусу находится выше всех воинов. Сейчас я сам являюсь Наставником этой академии, и для меня это большая честь, большое счастье и благо. А в ту пору я был Первым и чрезвычайно гордился этим. Я был силен, очень силен. Я был лучшим, и я по праву занял свое место. Когда в академии появился Заэль, незадолго до этого у меня проявилась метка Первого Арма.

Метка - это цифра, обозначающая порядковый номер Арма, от одного до десяти. Чаще это золотистая цифра на запястье. В обычной жизни она скрыта от посторонних глаз, но мы умеем ее проявлять по необходимости и видеть у других. И вот в ту пору я как раз был окрылен тем, что на моем запястье красовалась золотистая единица, эдакий знак превосходства над всеми остальными.

Гордый дурак. Как же меня круто потом жизнь жмякнула лицом в самую грязь...

Первое время мы с Заэлем почти не сталкивались. Рилэй усиленно занимался с ним индивидуально, это занимало львиную долю его времени. Даже в общем тренажерном зале я поначалу не видел Заэля, они отрабатывали боевые приемы в доме Наставника, с которым Заэль жил тогда довольно большой промежуток времени.

Был у Рилэя где-то свой особняк, но я даже не знаю, где именно, если честно... Тщательно скрытый от посторонних глаз и от любых поисковых чар - Рилэй был мастером по созданию абсолютно непроницаемых защитных куполов. Ну, в общем, где-то этот особняк у него все же находился, и Заэль там жил и обучался в ускоренном режиме всему тому, чему фортеминов учат с детства. Изредка он появлялся в академии и при этом ни на шаг не отходил от Рилэйя. Вился за ним хвостиком и разве что в рот не заглядывал.

Ну, чего ты ржешь, дружище? Да! Именно таким, по моим ощущениям, я тебя тогда и видел.

Я... Я откровенно завидовал, да. Наставник посвящал Заэлю столько времени, сколько не уделяли ни одному фортемину на моей памяти, и причины такого пристального внимания я на тот момент не понимал. Да, Заэль был самородком, это было очевидно. Но не настолько же, чтобы полностью сконцентрироваться на нем одном!

Дошло до того, что в один момент Рилэй переложил на меня большую часть своих обязанностей. И я стал своего рода негласным заместителем Наставника академии Армариллис.

- Тебе будет полезно приобрести и такой опыт, - говорил он мне тогда. - А мне будет полезно посмотреть, на что ты способен в таких условиях.

Поначалу я просто следил за тем, чтобы все в академии соблюдали жёсткий порядок. Потом я был куратором преподавателей в Армариллисе. В какой-то момент стал не только курировать, но и преподавать некоторые дисциплины, так как я начал больше понимать, и меня начал раздражать неправильный подход преподавателей к юным воспитанникам.

Тогда я бесился с того, что был вынужден заниматься всем этим. Но сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что Рилэй таким образом меня готовил. Готовил к моему будущему и чувствовал, знал, что я позже займу его место. Он мягко и как бы невзначай переложил на меня большую часть обязанностей Наставника. Это было мое личное испытание. Моя личная точка роста. И я ее успешно прошел. Хотя понял это лишь много лет спустя, когда на моей руке появилась цифра "ноль" - метка Нулевого Арма, метка Наставника Армариллиса.

Всё это заместительство продолжалось довольно долго, пока в один день Рилэй не вернулся с Заелем и чуть ли не вручил мне его как заслуженную награду за идеальное выполнение обязанностей Наставника.

- Вот, принимай улучшенный экземпляр на свое попечение, - заявил мне тогда Рилэй. - Ты будешь его курировать. Отвечаешь за него головой.

- Так точно, Наставник! - процедил я сквозь зубы.

Ну а что еще я мог тогда сказать? Приказы Наставника не обсуждаются. Приказали - надо выполнять.

"Улучшенный экземпляр" - Рилэй не просто так тогда выразился. Он всегда так относился к фортеминам - как к сухим солдатам, как к роботам. Просто к роботам, которые обязаны стоять на страже света и тьмы, быть готовым к любым демоническим облавам в любое время суток. К роботам, которым запрещено чувствовать.

Нет, солдатам равновесия никогда не запрещалось категорично и прямым текстом любить, ненавидеть и прочее. Но нам всегда вдалбливали в головы, что если когда-нибудь перед нами встанет выбор между защитой мира и защитой любимого человека, у нас не должно быть даже мысли о том, чтобы выбрать что-то, кроме своего долга воина перед миром.

- Жизнь одного человека - сущая мелочь по сравнению с жизнями тысячи людей, с жизнью целого мира, - постоянно говорил нам Рилэй. - Вы солдаты. Вы - лучшие из лучших. Вы незримые для многих людей солдаты равновесия, которые защищают миры от поглощения тьмой. На вас висит слишком большая ответственность, и всего одна осечка, одна заминка может стоить жизни вам, вашим коллегам, вашим друзьям, вашим любовникам и любовницам. Подумайте, стоит ли идти на поводу своих эмоций ради этого? Хорошенько подумайте.

А еще он постоянно говорил о том, что обычному человеку рядом с фортемином не место и заводить какие-то отношения с таким в принципе невозможно. С одной стороны он был прав, но с другой - всё-таки преувеличивал.

Для многих солдат равновесия действительно мучительны отношения с обычным человеком. Уже хотя бы потому, что в нашем измерении Армариллиса обычные люди находиться не могут. И если фортемин постоянно находится то в академии, то уматывает на другой конец мира в погоне за нечистью, то возвращается уставший в академию - о каких отношениях вне Армариллиса тут можно говорить? Разве что о коротких интрижках. Особенно это касается преподавателей в академии, конечно, и всех тех, чья работа вплотную связана с самой академией. Ну и самого Наставника в первую очередь. Наставник зачастую круглосуточно торчит в Армариллисе, по разным причинам не имея возможности даже ненадолго покинуть академию, порой просто не до того бывает. Ну и как в таком случае говорить о каких-то отношениях с обычным человеком? Да никак. Не говоря уже о том, что ауру сильного верховного мага рядом с собой еще не каждый выдержит. Только какой-то тоже очень сильный маг.

Сейчас я как раз делаю акцент на том, чтобы распределить фортеминов по всем уголкам Вселенной, и я в противовес Рилэйю лишь поощряю желание своих подопечных поменьше торчать в академии. Появляться в Армариллисе только по делам, выполнять поставленные задачи, а потом уматывать куда угодно. Главное - оставаться на связи, в любое время суток.

Но тогда...  Тогда всё было иначе. Многие из нас предпочитали не рисковать и так никогда и не впустили в свои сердца такие чувства, как ненависть, любовь. Любовницы и любовники были у всех, так или иначе, в разные периоды жизни, а вот настоящую любовь находили лишь единицы. И всем им было очень сложно совмещать свои обязанности фортемина и свое желание быть рядом с возлюбленным. Рилэй не упускал случая указать на это, мол, ну вот, видите, до чего доводит неумение держать в узде свои эмоции? То-то же!.. Делайте выводы и мотайте на ус!..

Думаю, в этом и была основная ошибка Рилэйя. Это то, что изначально стало началом его конца. Он отрицал эмоции - любые - тогда как их надо уметь проживать. И пользоваться ими во благо. Некоторые уровни магии без сильных эмоций открыть вообще невозможно. Некоторые заклинания возможно использовать только на очень мощных эмоциональных волнах. Когда сердце разрывается от боли, от страха за близкого человека. Или наоборот, когда сердце переполнено нежностью и счастьем настолько, что переливается через край и искрит такими волнами магии, каких больше ни при каких обстоятельствах увидеть нельзя.

Яркие эмоции являются вратами на новые уровни магии. Как негативные эмоции, так и позитивные. Негативные, к сожалению, являются наиболее эффективными в этом плане, особенно если дело касается отчаяния. Но в совокупности эти эмоции способны сотворить настоящее чудо.

Отчаяние - вообще очень мощная эмоция, которая активизирует сразу множество магических точек. А если это отчаяние подпитано любовью, нежностью, сильной привязанностью к близкому сердцу человеку, то такое сочетание способно горы свернуть, я точно знаю.

На самом деле, всему этому меня научил своим примером именно Заэль. Именно благодаря ему я раз за разом убеждался в том, что эмоции важны, и их можно и нужно использовать во благо... Но об этом я еще расскажу позже. А сейчас важно то, что, став Наставником, я кардинально пересмотрел такой безэмоциональный подход и, напротив, часто стал раскачивать эмоционально своих воспитанников, когда видел, что это важно и нужно для них. И я считаю это своей сильной стороной.

Да, я чертов манипулятор, и я умею качественно выбесить любого за секунду. Но в то же время, я очень хорошо знаю, как и главное - для чего воздействовать на те или иные эмоциональные точки человека. Чтобы подхлестнуть раскрытие его магических способностей и прорвать его личный потолок.

Мучает ли меня при этом совесть от того, что я манипулирую чужими эмоциями в своих целях? Ну, мучает, да. А что поделать? Знаете, это можно сравнить с целительским делом. Ведь целительство далеко не всегда приятное, верно? Снадобья могут вонять протухшими яйцами и по вкусу напоминать перемолотый носок двухлетней давности. Некоторые целительские чары вызывают сильную боль по время сращивания тех же костей, например. Но мы идем к лекарям и пьем эти зловонные зелья, просим применить к нам любые чары - лишь бы нас вылечили от недуга. Да, будет мерзко, горько, неприятно и даже больно - зато потом наступит долгожданное облегчение и счастье.

Понимаете аналогию? С моими манипуляциями, с моими эмоциональными многоходовочками дела обстоят точно так же. Кто-то должен это делать, и делать это приходится мне. Нравится мне это или нет, хочу ли я так поступать по зову сердца или нет - всё это не имеет значения. Значение имеет только то, что сейчас я являюсь своеобразным проводником мироздания и умею четко улавливать настроения, витающие в воздухе. Именно поэтому у меня шикарное чутье на любые проблемы, и я всегда появляюсь на проблемной территории незадолго до активного развития событий, ощущая смену энергии в воздухе.

Ну и да, можете считать меня тем самым мерзким зубным врачом, который периодически ковыряется в ваших зубах и помогает предотвратить "развитие кариеса", вылечить проблемные места или убрать то, что уже сгнило. Иногда это просто необходимо. Так же происходит и в жизни.

Но вернемся к Заэлю. После продолжительных тренировок с Рилэйем он очень сильно изменился. Это была уже не полудохлая зараза, которая нуждалась в постоянном присмотре. Теперь передо мной стоял уже более опытный волшебник, который овладел азами своих магических способностей и продолжал каждый день работать над собой и становиться все лучше и лучше.

И это был серьезный противник.

Почему противник? Ну, я воспринимал его именно так. Не другом, нет. И даже не обычным коллегой, какими для меня были все остальные фортемины. Противником, который с каждым днем стремительно развивался и был намерен сдвинуть меня с моего места. Потеснить меня, опустить на ступеньку ниже, где я и стоял раньше. Он говорил мне об этом прямо, нисколько не стесняясь своих эмоций.

Я даже опешил, когда во время нашей с ним парной тренировки Заэль стал делать предположения по поводу того, как скоро на его руке появится золотистая единица, метка Первого Арма.

- Тебя не смущает, что ты говоришь об этом мне? Первому Арма, на место которого столь открыто метишь?

- Меня не смущает. Первым Арма становится лучший из лучших, не так ли? А я намерен стать самым лучшим, - самоуверенно ухмылялся Заэль.

Я поджал губы и с всё нарастающей ненавистью глядел на зарвавшегося падшего ангела, который с какой-то кстати стал любимчиком Наставника Рилэйя.

- Окстись. Метку нельзя выбрать. Мироздание само назначает того, кого считает наиболее важным.

- Ну вот и посмотрим, кого мироздание назначит более важным, не так ли?

И улыбочка у него при этом была такая, что меня внутренне аж перекосило всего.

Тренировка тогда наша выдалась о-о-очень ожесточенной и для обоих закончилась в лечебнице.

***

Я понимал, почему Рилэй назначил меня куратором над Заэлем: потому что мой новый подопечный бесил меня неимоверно. Всем. Одним только фактом своего существования и далее по списку, а список был весьма и весьма внушительным. А согласно суждению Рилэйя о том, что надо уметь сдерживать любые свои эмоции, я должен был научиться нейтрально относиться к Заэлю, перестать его ненавидеть, разобраться с этим своим чувством и научиться его заглушать.

Но как? Как можно было заглушить ненависть к этому самовлюблённому засранцу?!

Заэлю было плевать на чужие мнения и чихать он хотел на чужие авторитеты. Если остальные фортемины в академии относились ко мне подчеркнуто уважительно, то этот павлин и не думал проявлять ко мне хоть толику уважения. Боготворил он только Наставника, плясал только под его дудку. Мои же команды он выполнял с очевидной неохотой, а иногда не выполнял вовсе.

Заэль был самодостаточным, ему не нужны были друзья, он не любил работать в команде, хотя всегда делал это отлично. Он был полностью погружён в свои проблемы и задачи, он был очень эмоциональным и очень прямолинейным. Полная моя противоположность.

По большому счету, можно сказать, что моя жизнь разделилась на "до" и "после" появления Заэля в Армариллисе. Звучит пафосно, но именно он раз и навсегда выдернул меня из зоны комфорта и каждый раз, каждый гребаный день испытывал на прочность мою нервную систему. И самое главное - он постоянно выводил меня на эмоции. Эмоции, которых я никогда ранее не испытывал. Которые я успешно прятал в себе долгие годы, как послушный воспитанник Рилэйя запечатавший в себе все возможные эмоции, оставив сплошную холодность, спокойствие. Более того: я искренне считал, что со всеми этими "ненужными" эмоциями покончено, что я весь такой молодец, научился держать себя в ежовых рукавицах.

А Заэль... Заэль вытащил из меня то, что, оказывается, никуда не делось. Гнев. Зависть. Отвращение. Злорадство. Все самые темные эмоции полились из меня потоком - и я тогда не мог правильно с ним совладать.

Должен сказать, что моя неприязнь к Заэлю была взаимной. Он тоже меня сразу невзлюбил. Я вообще по его мнению был слишком правильной занудой с плохим чувством юмора. Наши тренировки часто превращались в настоящие сражения, в которых мы совершенно искренне пытались прикончить друг друга.

Почему? Ну, тут как раз дело было в конкуренции в первую очередь. Я видел в Заэле не коллегу, не союзника, а противника, которому все слишком легко давалось, и который в итоге по щелчку пальцев откатил меня позже обратно на место Второго Арма.

Сейчас смешно вспоминать... Но тогда для меня все это действительно имело большое значение. Всё-таки я был еще очень молодой и горячий, даже несмотря на внешнюю холодность. Но с эмоциями у меня была откровенная напряженка. Не умел я их тогда правильно испытывать и выражать. А это очень, очень большой минус. Неправильно это - избегать "неудобных" эмоций, закрываться от них. Правильнее - уметь их проживать и управлять ими. Иначе в один день эмоции начнут управлять тобой. Что со мной и происходило - медленно, незаметно для меня самого, но я становился одержим идеей всегда быть выше Заэля на голову.

А почему Заэль искренне со мной дрался? Ну, он был слишком гордым и самоуверенным в себе и просто жаждал раз и навсегда заткнуть меня, поставить на место. Но самым главным, конечно, было происхождение Заэля, его сущность и тот сложный путь, который ему пришлось пройти до встречи со мной. Все те события и эмоции, которые оставили шрамы на сердце Заэля.

Я понимал, почему он был... таким. Дерзким, наглым, бесшабашным. В ту пору мы с Наставником как раз занимались восстановлением его памяти после полной амнезии и вытащили на свет столько подробностей, что волосы вставали дыбом.

Заэль - падший ангел. Жертва игр ангелов и демонов, жертва чужих экспериментов.

Когда-то очень-очень давно он был низшим водным демоном, которого, скажем, так "обратили" в специфичного ангела путем сложных магических манипуляций*. Ангелы ведь не все такие милые и чудесные, как принято думать. Они тоже в первую очередь - воины, которые благополучие Поднебесья и приоритет света над тьмой ставят выше всего остального.

[*примечание автора: подробнее об этом рассказывается в истории про Заэля "Грани прошлого", Глава 27]

У ангелов тоже есть свои цели, и они их планомерно достигают. Для некоторых таких их целей и были проведены когда-то эксперименты над Заэлем. Выведена такая специфичная "особь", обладающая определёнными магическими характеристиками. Вот только ангелы не учли того, что их эксперимент позже выйдет из-под контроля и пойдёт сильно дальше, своей дорогой. Так и случилось с Заэлем, который никогда и никому не был абсолютно подконтролен. За что однажды и был изгнан из Поднебесья, но умудрился не только выжить после этого, но и стать намного сильнее, уйдя с головой в изучение темной магии и обретя демонические качества.

Но, в общем, в Заэле течёт ангельско-демоническая кровь, а это тот еще буйный коктейль. Вообще, если задуматься, судьба у него адская... Все только и делали по жизни, что проводили над ним эксперименты, как над подопытной овечкой.

Сначала - вот эти вот ангелы, которые пытались создать особых крылатых воинов с демонической кровью. Пытались придумать, как обратить демонов на светлую сторону. Потом - наш Наставник Рилэй, который взращивал Заэля как идеального бесчувственного солдата равновесия. Потом позже Заэль попал в плен к одной темной волшебнице Ароне, которая подвергла его таким пыткам и экспериментам, после которых он уже никогда не смог полностью восстановиться... Но об этом - позже.

В общем, у Заэля была не жизнь, а сплошная сказка. Мрачная такая сказка в духе какого-нибудь мистического триллера, не иначе. Досталось ему по жизни, что тут скажешь. И он сполна заслужил весь тот свет, который сейчас пролился на его жизнь, когда в ней появилась Эльза, чему я бесконечно рад. Я вообще бесконечно рад всему тому успеху, которого Заэль добился в итоге. Искренне, от души. Но тогда... Тогда я его успехам не радовался. Скорее уж наоборот: каждый раз скрипел зубами и давил в себе какие-то странные ревностные порывы, что ли.

Наставник бесконечно восхищался Заэлем. Он был уверен, что его ждет великое будущее и был этим чрезвычайно горд, будто бы он был не просто Наставник, а отец эдакой неведомой зверушки. Впрочем... Возможно, именно так он себя и ощущал.

Рилэй посвящал львиную долю своего времени возней с Заэлем, и я дико бесился с этого факта. Ну что сказать... Молодой я был, и глупый.

***

- Да хоро-о-ош заливать, - лениво протянул Заэль, выуживая вишенку со дна коктейльного бокала. - Молодой он был, ишь... Я появился в Армариллисе, когда тебе уже хрен знает сколько годиков было. Уже тогда мне никто не мог назвать дату твоего рождения, потому что никто ее не помнил.

- А толку? - усмехнулся Ильфорте. - Как видишь, от количества "годиков" ума у меня тогда не прибавилось. С физиологической точки зрения я был уже далеко не мальчик, но с психологической и с эмоциональной точки зрения - как новорождённый мальчишка. Который впускал в себя поочередно то одну, то другую эмоцию, отрывал для себя новый мир и пребывал в постоянном офигении от всего происходящего вокруг. Да и возраст для верховного мага - цифра весьма относительная. Такие маги, как мы, живут очень долго, но и взрослеют дольше. Не в физиологическом смысле - я имею в виду скорее именно эмоциональный интеллект... Так что относительно меня-теперешнего тогда, в те годы я считаю себя слишком молодым и глупым.

- Ну вот, а ты в ту пору еще и злился на меня, когда я называл тебя глупцом и малолетней шмокодявкой, - ехидно произнес Заэль. - А я всего-то и делал что говорил правду!..

Ильфорте возмущенно фыркнул и запульнул другу в лоб скомканную салфетку.

- Вот слушаю вас и с трудом могу представить, что вы с Заэлем когда-то враждовали, - задумчиво покачала головой Флора. - Глядя на вас со стороны, даже в голову не приходит мысль о том, что за внешней дружелюбностью кроется что-то очень темное...

- Сейчас мы действительно лучшие друзья, - тепло улыбнулся Ильфорте. - Наша дружба прошла огонь, воду и медные трубы, как говорится. И про нас часто говорили в Армариллисе, что мы могли бы быть лучшей боевой Парой, если бы кто-нибудь из нас был Стражем. Но мы оба - Бойцы по своей сущности. Такие вот две живучие заразы, из последних сил цепляющиеся за жизнь и в итоге нашедшие спасение в дружбе в самые темные наши дни. Но путь к этой крепкой дружбе был весьма тернист, да.

***

Вместе с уже натренированным Заэлем в Армариллисе появился еще один человек. Который повлиял на мою судьбу так, что она уже никогда не стала прежней. Который выдернул меня из зоны комфорта еще и покруче, чем это сделал Заэль. Который пробудил во мне такие эмоции, которые никто никогда во мне не пробуждал ранее и уже не пробудил после.

Сиринити... Ох уж эта Сиринити! Она умудрилась раз и навсегда завладеть моими мыслями и полностью меня дезориентировать всего за несколько минут нашего знакомства...

Впервые я увидел Сиринити в саду при академии Армариллис одним ранним утром. Я по обыкновению проснулся в тот день на рассвете и тренировался на свежем воздухе. Обожал это дело! Звенящая тишина вокруг, нарушаемая лишь шелестом листвы и отдаленным журчанием воды в долине водопадов. Самое идеальное время для тихой и спокойной тренировки в начале активного дня.

Я так привык к этой обстановке, к этой утренней тишине, что незнакомые звуки сразу же обратили на себя мое внимание. А точнее - звук чьих-то шагов. Легких таких шелестящих шагов, которые я никогда в Армариллисе не слышал. Да, я тот странный человек, который может узнать человека даже по походке, потому что прекрасно помню, как звучит походка всех знакомых мне людей. Такая вот специфичная память.

Некто незнакомый не пытался прятаться, но и внимания специально к себе не привлекал. Однако явно смотрел на меня, прямо-таки прожигал любопытным взглядом. Под этим взглядом сложно было продолжать тренировку, и я прервался. Обернулся и увидел, что на меня с интересом поглядывает некая девушка. Длинные русые волосы, зеленые глаза. Длинное белое платье и многочисленные звенящие браслеты на руках. Вид она имела очень скромный и, ну... нежный, что ли.

- Хэй! Вы кто такая? - спросил я, сощурившись.

- Меня зовут Сиринити.

Голос у нее был приятный, звучащий, как ручеек. Она смотрела на меня прямо и не торопилась отводить взгляд в сторону. Это меня, наверное, и зацепило сразу же, с первых секунд. Потому что у меня самого всегда был такой острый пронзительный взгляд, который долго никто не выдерживал. Девушки - особенно. Быстро отводили взгляд в сторону в смущении.

А эта вот... не отвела. Так и продолжила смотреть прямо. Самоуверенно и даже гордо. Чудеса да и только.

- Я вас раньше тут не видел.

- А меня тут раньше и не было. У меня очень строгий отец и годами держал чуть ли не взаперти, - невесело усмехнулась девушка.

- А кто ваш отец?

- Рилэй, - вздохнула Сиринити.

- Ого, - я присвистнул и взглянул на незнакомку по-новому.

Она говорила правду, это точно. У меня острое чутье на любое вранье, я бы определил его моментально. Но девушка не врала и говорила правду, а значит, она в самом деле была дочерью Наставника.

Честно говоря, для меня это был шок.

- Я не знал, что у Рилэйя есть дети.

Впрочем, я вообще мало что знал о личной жизни Наставника.

- После того как мою маму убили, отец принял решение не выпускать меня в "большой мир" до совершеннолетия, - сказала Сиринити. - На родственников Наставника академии Армариллис всегда ведется охота, думаю, это всем известно. Такая уж у нас незавидная участь.

Я понимающе кивнул. Это действительно было так, да и сейчас ничего не поменялось в этом смысле. Наставник - личность очень важная, фигура заметная и ключевая. Человек, которому подчиняется слишком много серьезных воинов. Выбить Наставника из колеи, сделать ему больно через близких людей, выбесить, спровоцировать на потерю контроля над эмоциями - это пытались и пытаются сделать постоянно. Поэтому единственное, что может сделать Наставник с близкими людьми, - это либо запереть их где-нибудь, либо вообще их не иметь. Второе было желательнее. Так что скрытность Рилэйя была мне понятна.

- Раз вы сейчас здесь, то вы недавно достигли своего совершеннолетия, я так понимаю. Теперь будете с нами обучаться в академии в общем строю?

Сиринити кивнула. Она стояла, прислонившись спиной к корявому стволу дерева клименды, и наматывала прядь волос на палец. Вид у нее при этом был какой-то мечтательный... загадочный. Я залюбовался красивой девушкой. Что-то в ней привлекало мое внимание. И, пожалуй, да, мне было бы интересно познакомиться с ней ближе... именно как с девушкой, которая была вполне в моем вкусе.

Я никогда не был обделен женским вниманием, но сам редко проявлял активный интерес к девушкам. Мне с ними было скучновато, если честно. Все они такие предсказуемые, что аж зубы сводило. Поэтому я периодически углублялся в общение с девушками лишь с целью, хм, углубиться не только в общение с ними, да. Но не более. Скажем так... играть в шахматы и решать головоломки я всегда любил намного больше, чем ухаживать за девушками по абсолютно одинаковым скучным схемам.

- Странно, что вас раннее никто не видел в Армариллисе, мисс, - задумчиво протянул я, потирая подбородок. - Как вы тогда поддерживали боевую форму, если с вами никто из наших не тренировался?

- Ну почему же - никто? - возразила Сиринити с мечтательной улыбкой на лице. - Заэль вот со мной тренировался.

Упоминание Заэля из уст этой прекрасной леди ударило по мне, как серпом по одному месту.

- Мы с ним много тренировались, днями напролет, так как он жил вместе с нами до недавних пор, - безмятежным голосом продолжала Сиринити с лукавой улыбкой, так и не сводя с меня глаз и внимательно наблюдая за моим выражением лица. - Отец уверен, что я войду скоро в число Арма. И с учетом того, как много он ставил нас с Заэлем тренироваться парой... Наверное, отец рассчитывает, что мы с ним станем боевой Парой. Он не говорил мне об этом прямо, но это его побуждение мне и так понятно. Как думаешь, его чутью можно доверять?

Сиринити сделала многозначительную паузу, насмешливо поглядывая на меня в ожидании ответа, а я...

А я испытал за короткий промежуток времени целую бурю эмоций.

У-у-у, ненавистный падший ангел!! Он и тут умудрился пересечь мне дорожку!..

Так, спокойно. Вдох-выдох, Ильфорте.

Почему тебя сейчас задело упоминание Заэля и то, что он много времени проводил с этой зеленоглазой девушкой? Что тебе с того? Ответь себе честно. Почему тебя внутренне сейчас так перекосило от одной только мысли о том, что Заэль может стать боевой Парой Сиринити? И зачем ты сейчас рисуешь себе в воображении картинки того, как Заэль, этот чертов ловелас, ухлестывал за Сиринити до, после и во время тренировок? А ведь он наверняка ухлестывал.

Миловидная, фигуристая... Характер у нее явно ого-го какой интересный, судя по тому, что она так и продолжала смотреть мне прямо в глаза, и у нее не возникало желания отвести взгляд в сторону, засмущаться, как это обычно делали разные девушки. Более того - такое желание неожиданно возникло у меня. И я лишь силой воли заставил себя продолжать поддерживать зрительный контакт.

А еще... Зачем Сиринити вообще обо всем этом мне говорит? И смотрит при этом так, будто прекрасно знает, что сейчас творится у меня в голове. Хотя знать ей это неоткуда.

Все эти мысли пронеслись в моей голове за секунду, но я заставил себя вдохнуть-выдохнуть и осторожно ответить Сиринити:

- Я предпочитаю доверять фактам, а не чутью, а насчет Наставника ничего сказать не могу. По мне так факты говорят за себя гораздо больше. А факты сейчас говорят, что вы только появились в Армариллисе, и вам еще только предстоит знакомство со всем коллективом солдат равновесия, новые изнурительные тренировки, совместные опасные вылазки. Ну а станете ли вы одним из Арма, покажет время и ваше упорство, мисс. Наставник может лишь дать вам все, что способен дать, и отпустить вас в свободное плавание, являясь прекрасным трамплином для вашего будущего. А остальное решает только мироздание. Никто из нас на этот процесс повлиять не может.

Сиринити одобрительно хмыкнула, и в ее взгляде появился какой-то новый заинтересованный огонек.

А я спохватился, что так и не представился.

- Меня зовут Ильфорте, и я...

- Первый Арма, я знаю, - улыбнулась Сиринити. - Я всё про всех фортеминов знаю, отец очень много мне рассказывал. Подготавливал к коллективу, в который мне рано или поздно необходимо было вливаться.

- Так уж и всё? - усмехнулся я скептично.

- Больше, чем ты думаешь, - весело подмигнула мне Сиринити, как-то резко перейдя на "ты".

Я улыбнулся.

- Я так понимаю, что нежная леди еще толком не знакома с замком? Рассказы рассказами, но лучше всё видеть своими глазами. Могу показать, как тут всё устроено, раз уж я все равно прервал и, кажется, закончил свою утреннюю тренировку.

- А может я не нежная, - усмехнулась Сиринити.

- Что ж, я рискну проверить.

Ну а что? Она привлекла мое внимание, и я хотел пообщаться с ней побольше. Мне интересно было изучить этот нежный цветочек, распустившийся на моем пути. Узнать, чем она увлекается, чем живет и дышит. Попробовать сорвать с ее уст поцелуй. Почему нет? Во мне пробудился инстинкт охотника, эдакого пушистого лиса, увидевшего аппетитного "кролика", которого крайне любопытно попытаться поймать и...

В общем, я строил уже далеко идущие планы, когда эта нежная и скромная девушка вдруг ни с того ни с сего шагнула ко мне вплотную, обхватила мое лицо руками и без всяких предупреждений коснулась моих губ нежным поцелуем.

Я так опешил, что сначала ответил на поцелуй и только потом задумался над тем, что и зачем я делаю. Но когда задумался, мои руки уже жили собственной жизнью и обхватили Сиринити за талию, притягивая к себе ближе, поглаживая спину и зарываясь пальцами в длинные мягкие волосы.

От нее вкусно пахло цветочным парфюмом с ароматом лилий. А нежный поцелуй очень быстро перерос в страстные объятья, которые я прервал только тогда, когда почувствовал, что еще немного - и одними лишь поцелуями дело не обойдётся.

Я не мог объяснить это свое моментальное помешательство. Это было странно, дико, но в то же время - правильно.

Наверное, взгляд у меня был тогда сумасшедший. Я смотрел на Сиринити с дикой смесью эмоций, глядя в ее шальные глаза и гадая, что это сейчас было вообще?

- Просто очень захотелось тебя поцеловать, - пожала плечами Сиринити, отвечая на мой немой вопрос. - Хочу и целую тебя. Была уверена, что ты не будешь против. Увидимся позже, котик.

Она очаровательно улыбнулась мне, развернулась на каблуках и летящей походкой последовала в сторону замка, напевая себе под нос незатейлевую мелодию. Было в ее движениях что-то такое... грациозное, кошачье, я бы сказал. Не хватало только хвоста, самодовольно подергивающегося из стороны в сторону, ей-богу.

А я так и остался стоять под кронами клименды, тяжело дыша, как после забега на большую дистанцию. Пытаясь привести мысли в порядок. Глядя вслед Сиринити - с восторгом, недоумением, шоком, восхищением, вожделением, возмущением.

И это кто котик? Это я котик, что ли?! Я - и котик?!.. Да как она смеет так обращаться ко мне, Первому Арма?! Да какой из меня, к драным дилмонам, котик?!!!..

Возмущению моему не было предела. Мысли путались, в голове был полный хаос.

Уже в тот момент я был пойман на крючок. Хотя еще думал, что получится побултыхаться. Но на самом деле я уже был тем самым кроликом, которого поймала в капкан одна зеленоглазая охотница с кошачьей грацией.

В тот день мы с Сиринити больше не сталкивались. Вернее, я ее видел, конечно - теперь я ее видел и чувствовал везде, постоянно, ар-р-р!.. - но лично с ней не контактировал.

Видел, как она уселась за стол с нашими девчонками, после того, как Рилэй за завтраком сухо представил Сиринити как нашу новую коллегу. И подтвердив заодно, что да, она его дочь. Вопросов в глазах всех солдат равновесия было ну очень много, но никто не рискнул задавать их вслух - бесполезно. Если Рилэй хотел о чем-то рассказать, он рассказывал. Если умалчивал, значит делиться не желал. В конце концов, это его личное дело - что он так долго и тщательно скрывал от нас наличие у него дочери. С учетом его непростой истории и трагедии с погибшей женой - это можно было понять.

Видел, как Сиринити тепло обнимает Заэль, и они хохочут над какой-то его удачной шуткой, пока идут в сторону тренировочного зала. Видел, как виртуозно они сражались на мечах. Я тогда откровенно залюбовался грацией Сиринити, с виду хрупкой и нежной девушкой, но оказывается - очень даже сильной и ловкой.

Видел, как Сиринити в течение дня знакомится более плотно с другими фортеминами, как легко она находит со всеми общий язык. Сиринити всегда умела легко и быстро найти ключик к каждому, у нее в этом был прям талант.

На самом деле, это правда так: тогда я еще не знал, а позже мне стало известно, что у Сиринити был такой врождённый магический дар. Она... Как бы так сказать... Умеет сразу же заглядывать в сердце. У нее есть абсолютное точное понимание о человеке, когда она его впервые видит. Вот глянет на него разок - и сразу все о нем понимает, всё чувствует. Понимает, будет ли этот человек ей другом или врагом. Понимает, какие вольности с ним можно позволить, а за какую черту нельзя заходить. Понимает, какой индивидуальный подход необходимо подобрать, чтобы научить этого человека чему-либо в магии. Нужно ли ему вбивать в голову теорию или вообще всему обучать на практике.

Кстати, именно это ее умение впоследствии сделало Сиринити моей правой рукой в Армариллисе и отличным преподавателем. Она выстроила более гибкую систему обучения юных воинов, подбирая к каждому его личный ключик, - ей всегда удавалось и удаётся по сей день подбирать такой ключик максимально быстро и максимально верно. Сиринити сейчас играет большую роль в академии Армариллис, на ней держится учебная система.

И могу с уверенностью сказать, что ее система имеет большой плюс, потому что все наши юные солдаты равновесия стали раскрывать свои магические способности сильно раньше, даже в очень юном возрасте. Тогда как мне, например, понадобились долгие годы для раскрытия моих способностей, потому что мной занимались не так, как следовало бы. А нынче особо талантливые солдаты равновесия, вроде Эрика, уже в пятнадцать лет способны сражаться на уровне взрослого мага. Круто, правда? Опыта не хватает в таком возрасте, конечно, но это нарабатываемо. Важен сам факт, важно, что сами магические дары раскрываются в разы быстрее. Это, в самом деле, целиком и полностью заслуга Сиринити. Ну и моя, конечно, но я прислушался к своему прекрасному Стражу и стал делать так, как предлагала она. Вместе мы и выстроили новую систему обучения, которая дает отличные плоды.

Нет, Сиринити никогда не обладала пророческим даром и не умела смотреть в будущее. Но она всегда была отличным своего рода "сканером", который хорошо понимал, кто перед ним стоит, и какую роль этот человек сыграет в ее жизни. И сыграет ли вообще.

Поэтому на самом деле Сиринити потянуло ко мне не просто так. Она сразу почуяла, что мы с ней подходим друг к другу, и не смогла удержаться от желания прикоснуться ко мне и попробовать, а каково это - целоваться со мной? А каково это - смотреть в мои удивленные глаза? А каково это - обнимать меня и гладить по щекам?

Но об этом всем я узнал позже, когда мы с Сиринити уже были вместе и шагали по дороге магического развития, по тропинке нашего будущего рука об руку. А на тот момент я только диву давался тому, как шустро Сиринити сдружилась со всеми. Она нравилась всем, она с каждым умела общаться именно на ту тему, о которой хотел поговорить ее собеседник. Она всегда умела очаровывать и с первых же минут знакомства располагать к себе.

Был только один фортемин, которого Сиринити мгновенно невзлюбила и сходу разговаривала с ним очень жёстко, - Киорра. Был у нас такой коллега, усиленно пробивающий себе дорожку на более серьезные уровни магии. Он работал в лаборатории академии Армариллис, весьма преуспевал на своем поприще, умел очень многое. Талантливый такой, активный, везде совал свой нос и старался быть в каждой бочке затычкой. В общем, наш местный активист.

Так вот, Киорра был единственным, кому Сиринити даже не улыбнулась. Она еще и нахамила в ответ на его приветствие! В тот момент Сиринити не могла объяснить этот свой хамский порыв, но уже тогда она четко для себя понимала, что от Киорры надо держаться подальше, и вообще, ему не место в Армариллисе, - она вот так прямо Наставнику потом говорила, я слышал. Рилэй лишь усмехнулся словам своей дочери и сказал, что в Армариллисе есть место каждому, кто рожден фортемином. Больше эта тема не поднималась, Сиринити была не из тех, кто говорит дважды. Сказала и сказала. Услышал сразу, принял к сведению? Вот и умничка. Проигнорировал? Ну, сам дурак.

На самом деле на враждебность Сиринити к этому фортемину тогда стоило уделить пристальное внимание... Но никто из нас не уделил. У меня-то тогда опыта и мозгов не хватало, а вот почему Наставник не предпринял вовремя нужные меры? Не знаю. Я не знаю, почему Рилэй не придавал этому особого значения. Возможно, он считал, что дар Сиринити раскроется, только когда она станет Арма, и это будет какой-нибудь новый необыкновенный дар, который будет прям крутой-крутецкий!.. Подозреваю, что он не считал умение Сиринити хорошо чувствовать людей каким-то хорошим даром, который был бы достоин уважения. Подозреваю, что Рилэй вообще не считал это за серьезный дар, он не видел в этом развития так, как впоследствии увидел его я. Подозреваю, что он считал, что его дочери только предстоит найти свой магический дар, наверняка он ожидал чего-нибудь такого же эпичного, как у Заэля. Ну или как у других наших Арма, как на подбор всех - с эффектными волшебным умениями, про которые сразу же можно сказать "Вот это мощь!!".

Но проблема в том, что далеко не всегда о магическом умении можно сразу сказать "Вот это мощь!". Иногда эту самую "мощь" нужно уметь разглядеть. Заметить, подкинуть дровишек в огонь разгорающейся магической Искры, помочь развить дар порой до немыслимых высот.

Но Рилэй всего этого в Сиринити не видел. Я тоже не сразу увидел, но у меня и не было опыта Наставника, мне простительно. Но почему Рилэй не видел?.. Полагаю, что ему как раз сильно мешала эта его холодность и безэмоциональность.

Что ж... Мне остается только гадать. Но, в любом случае... В дальнейшем все мы впоследствии круто поплатились за это пренебрежительное отношение к "так себе" дару Сиринити.

В общем, второй раз мы встретились с Сиринити в трапезной на следующий день, во время завтрака. Я в тот день устроился, как обычно, за небольшим деревянным столиком у окошка. Здесь было уютно и спокойно, и я любил полядывать в окошко через разноцветные витражные окна, когда ем. Меня это как-то, ну, умиротворяло, что ли. Тихо, спокойно, красиво. Все, как я люблю.

Я вообще раньше всегда любил есть в одиночестве, потому выбирал местечко, отдаленное от коллег. Не потому что терпеть их ненавидел, а потому что трапеза в одиночестве была для меня своего рода временем восполнения потраченных сил. Только я, тишина и чашка горячего какао. Идеальный тройничок.

Трапезная у нас представляет из себя огромное помещение. Колоссальное! Одно из самых больших в Армариллисе. С высоким потолком и высокими узкими окнами, сплошь с разноцветными витражами. Но в основном у нас заняты только столики в центре зала, ребята чаще кучкуются дружной толпой.

Я почему так подробно описываю трапезную: чтобы вы понимали мое недоумение, когда за мой дальний столик в почти пустом зале уселась Сиринити.

Она подсела ко мне, спросив разрешения, и, получив утвердительный кивок, уселась напротив, заведя непринужденную беседу. Я вежливо отвечал, старался говорить легко и непринужденно, но внутренне весь сжался в ожидании какого-то подвоха. Я не знал, чего можно было ожидать от этой зеленоглазой красотки, после той-то ее выходки в саду. В конце концов, она же подсела именно ко мне за столик, целенаправленно.

Нет-нет, не потому что все другие столики были заняты. У нас в трапезной академии в принципе не бывает таких ситуаций, когда яблоку негде упасть. Во-первых, далеко не все воины постоянно проживают в Армариллисе. Довольно многие живут в разных мирах и в Армариллисе бывают лишь по делу, задерживаются иногда, но не днюют и ночуют здесь. Кому как удобно, у кого какие задачи, у кого как жизнь сложилась. Ведь кому-то понравилось жить где-нибудь на берегу моря, например, или наоборот - в заснеженных горах. Это никогда не запрещалось, даже наоборот - поощрялось. Фортемин живет там на постоянной основе, вдохновляется, получает заряд бодрости, переключается, при этом постоянно мотается куда-то по делам Армариллиса - такой образ жизни предпочитают довольно многие. В конце концов, нам все равно, где находится воин, наши специальные связные браслеты помогают связываться с каждым в любой точке Вселенной.

Во-вторых, наш трапезный зал просто огромный, и при необходимости может быть быстро переоборудован в огромное лекарское крыло, если вдруг многие наши воины окажутся ранены, и коек в лекарском крыле будет не хватать. Собственно, именно с этой целью трапезная и была такой большой и использовалась как резервный зал. В случае кровопролитных войн сюда относили всех раненых, а обеденные столы заменялись на койки. К счастью, в истории Армариллиса такое случалось крайне редко. Но все же случалось. На моей памяти - несколько раз. Когда действительно яблоку негде было упасть и приходилось лавировать между многочисленными койками, на которых лежали поверженные и сильно пострадавшие воины. А раз такое теоретически возможно, то академия всегда должна быть готова к любому развитию событий. Всегда. Хочешь мира - готовься к войне, да-да.

В общем, я был абсолютно уверен в том, что Сиринити подсела именно ко мне. Зачем?

Я размышлял обо всем этом, слушая мурлыкающий голос зеленоглазой девушки, и неспешно поглощая десерт со сливками и ягодным муссом.

- Ты хочешь меня о чем-то спросить, - внезапно произнесла Сиринити утвердительным тоном, прервав саму себя на полуслове.

Не спросила, а именно утвердительно так произнесла.

- Хм? О чем ты?..

- Я чувствую, что ты хочешь о чем-то меня спросить. О чем? Твоя аура аж зудит от невысказанного вопроса.

Я удивленно хмыкнул.

Аура у меня зудит, ишь.

- Да вот сижу, думаю, с какой истинной целью ты решила составить мне компанию за завтраком?

- Не об этом, - уверенно мотнула головой Сиринити. - Ты так громко думаешь, так хочешь меня о чем-то спросить, что я и подсела к тебе, чтобы ты мог задать беспокоящий тебя вопрос. Решила облегчить тебе задачу. Но ты как-то не торопишься меня спрашивать. Боишься? Или что? Ты показался мне довольно храбрым человеком. Но, возможно, я ошибалась?..

Я чуть десертом не подавился. Но всё-таки сдержался, только отложил в сторону ложечку с креманкой недоеденного ягодного мусса.

Так, значит, да? Прямолинейные мы? Что ж... Ладно...

- Не могу перестать думать о... о том, что произошло вчера между нами, - осторожно начал я, скрестив перед собой пальцы и с прищуром поглядывая на Сиринити. - Меня... Очень удивило твое поведение.

- И? Что с ним не так?

Кхм, всё?

- Твое поведение... Было для меня очень неожиданным. Пытаюсь понять... Как мне следует дальше вести себя по отношению к тебе. Что именно ты хотела мне этим всем сказать? Что я тебе интересен, или что это всё - просто твои какие-то игры?

- Интересные игры, одно другому не мешает.

Я скрипнул зубами.

- Ты после... вчерашнего... демонстративно со мной не общалась и даже не смотрела в мою сторону.

- А что, с интересующего человека нельзя глаз сводить, что ли?

- Нет, но... - я запнулся и тяжело вздохнул. - И часто ты так... Хм... Знакомишься с парнями?..

- Нет, ты был первый, - ответила Сиринити.

- Первый, с кем ты решила так своеобразно познакомиться?

- Первый, чьих губ вообще решила коснуться, - спокойно ответила она.

Я опешил.

- В смысле?..

- В прямом, - пожала плечами Сиринити, отпивая маленькими глоточками чай из большой белой кружки. - Я ни разу ни с кем не целовалась, да и отношений ни с кем не завязывала. А когда? Я же тебе сказала, что отец чуть ли не взаперти меня держал. Нет, мы с ним много где бывали, конечно, не то чтобы я в спальне своей всю жизнь провела. Но я везде была под жестким контролем отца. Не до отношений при таких обстоятельствах, как ты понимаешь.

Я завис. Надолго. Смотрел на эту с вида такую нежную девушку, чувствовал, что она говорит правду.

Черт, она не врала. Она действительно не врала, и вчера она целовалась первый раз в своей жизни. Со мной. Сделав это так, что я опешил от ее напора и уверенности в себе, в ее действиях. Как так?

А сейчас она сидела передо мной и спокойно ела фрукты с таким выражением лица, будто речь шла, ну... О прогулке по парку, например. Но точно не о первом поцелуе с фактически незнакомым мужчиной.

- Ага, - медленно протянул я, чувствуя, что моя голова сейчас взорвется в попытке переварить информацию. - И ты вчера решила... Что ты решила? Почему именно я оказался твоим... Э-э-э... Первым экспериментом? Или кем? Почему ты вчера поступила именно... так?

- Ну, может, я тебя всю жизнь ждала, - неопределенно повела плечом Сиринити, не изменившись в лице. - Захотела и поцеловала. Имею на это право.

Я снова впал в ступор.

Черт, эта девушка рушила все известные мне схемы. Что она от меня ожидает теперь? Как с такой общаться-то?.. Кто-нибудь, выдайте мне инструкцию!..

Сиринити насмешливо наблюдала за моим ошалелым выражением лица.

- А ты... рисковая девушка, однако.

- Оу, а для тебя простой поцелуй - это уже обалдеть какой риск, да? - ехидно спросила Сиринити.

- Нет, но на месте невинной девушки я бы не рискнул в первый раз в жизни целовать того, с кем у меня нет никаких отношений, и с кем даже не общался толком.

- Ну, славно, что не ты на моем месте.

- Да ты издеваешься, что ли?! - внезапно вспылил я.

- А что такое? Нервы сдают?

- Оставь этот несчастный банан в покое!!

Речь шла о банане, который уже какое-то время ела Сиринити.

Ну как - ела. Она скорее водила кончиком банана по своим губам, пребывая в глубокой задумчивости. Глаза и губы у нее при этом поблёскивали так, что я не мог избавиться от желания заменить этот банан собой, черт побери.

- Разве я делаю что-то не так? - невинно улыбнулась Сиринити. - Я просто...

- Дай-ка угадаю, - нервно усмехнулся я. - Ты "просто хочешь есть" и имеешь право есть этот банан так, как тебе хочется. Верно? Ты меня за идиота не держи, хорошо? Знаю я все эти ваши женские штучки, - от внутреннего напряжения я не придумал ничего умнее, чем перейти в атаку, да. - Повидал на своем веку достаточно, все это ужасно скучно и предсказуемо. Так вот, чтобы ты знала: это меня не соблазняет, а наоборот, вызывает во мне смертную скуку, поэтому даже не пытайся... Что ты делаешь?

Пока говорил, активно жестикулировал и указательным пальцем возмущенно тыкал в сторону Сиринити. Этот самый палец Сиринити вдруг перехватила своей аккуратной ладошкой и принялась ложечкой выкладывать на него ягодный мусс из моей креманки. Я ничего не понял и тупо хлопал глазками, наблюдая за тем, как Сиринити "украшает" сверху этот ягодный мусс выловленными ягодками. Что она делает? Зачем? Совсем чокнулась, что ли?

- Что ты?..

А потом я задохнулся от шока и удивления, когда Сиринити плотно обхватила мой палец губами и с видимым удовольствием слизала с меня этот самый мусс вместе с ягодками.

Она облизывала мой палец с таким видом, будто это был совсем не палец. Еще и нарочно причмокивала, не сводя с меня глаз. Хорошо, что никто из наших в этот момент не видел моего охреневшего выражения лица.

Надо ли говорить о том, что я весь превратился в натянутую струну? Во всех смыслах... И во всех местах, да.

- А это мог бы быть не твой палец, - подмигнула Сиринити. - Но ты же "не такой", и вообще, тебе скучно. А знаешь, мне тоже скучно. Хорошего дня, котик. Я пошла.

- К-куда? - от неожиданности я аж заикаться начал, возможно, в первый раз в своей жизни.

- На тренировку. Дел полно. Что за глупый вопрос.

- А я?..

- А что - ты? Сиди тут. Скучай. Ой, я хотела сказать - развлекайся, конечно же.

- У тебя манера такая? Натворить что-то - и бежать? - нервно усмехнулся я. - А что мне теперь делать с тем, как я тебя сейчас хочу?..

- Хоти дальше, - подернула плечиком Сиринити с совершенно непроницаемым выражением лица, смерив меня пренебрежительным взглядом. - Я не запрещаю тебе хотеть. Я и действовать не запрещаю, но ты пока слабак.

- Эм, в смысле?..

- В прямом. Раз ты не действуешь, а спрашиваешь, значит, хочешь недостаточно. Или тебе слабо действовать, а значит, ты - неуверенный в себе слабак.

- Да я...

- Что - ты? Ты даже не можешь назвать вещи своими именами, Иль, - обратилась она ко мне так неформально, как, пожалуй, никто до нее ко мне и не обращался.

Она оперлась руками о стол напротив, уставилась на меня своими огромными зелеными глазами.- "Не могу перестать думать о том, что вчера произошло между нами", - передразнила она меня. - А что между нами произошло, Иль? Поцелуй. Простой такой поцелуй. Но у тебя даже язык не поворачивается назвать "это" тем, чем оно является. Тебе стыдно за свою минутную слабость, как ты наверняка "про это" думаешь. Стыдно за то, что ты позволил себе какие-то эмоции, которые Наставник не разрешал, да? Ай-яй, плохой мальчик. Стыдно за то, что не ты первый проявил инициативу и типа оказался "подо мной", да? Ты, наверное, и в постели такой же, да? Действуешь только ночью, с выключенным светом, под одеялом и в одной позе, - безжалостно продолжала Сиринити, насмешливо глядя мне прямо в глаза и выбешивая каждым своим словом. - И упаси боже, если что-то выйдет из-под контроля. Слабак ты, Иль. Твое желание все контролировать сделает из тебя когда-нибудь пустую безвкусную оболочку с зияющей пустотой внутри, попомни мои слова. Когда ты так мыслишь и думаешь, в тебе нет настоящей жизни. Нет вкуса жизни. Нет любви к ней. И ты тормозишь сам себя, пытаешься каждое действие тщательно продумывать на много шагов вперед. Впадаешь в панику, когда хоть что-то идет не так, как ты задумал. Тщательное продумывание - это похвальное качество в нашей опасной работе, но не в случае с чувствами, Иль. Надо уметь разграничивать эмоции, а ты тормозишь их, тормозишь свои чувства и тормозишь тем самым всего себя. Когда перестанешь тормозить и тупить, ты знаешь, где меня найти.

Она ушла, звонко цокая каблуками с гордо поднятой головой, а я так и остался сидеть за столом. Изрядно контуженный этой непредсказуемой девушкой. Раздраженный на самого себя. С ненавистью глядящий на Заэля, который столкнулся с Сиринити в дверях зала, и они вдвоем потопали куда-то, о чем-то весело переговариваясь.

Неуверенным слабаком меня еще никто не называл. И вообще... И вообще!! Почему сразу - ночью, с выключенным светом и под одеялом в одной позе?! Я могу и днем! И со светом! И без одеяла! И вообще!..

Ар-р-р, вот это меня задело прям сильнее всего, да. По моему самолюбию не просто потоптались, а как следует вытерли ноги, перетряхнув черепную коробку.

Следующие несколько дней мы с Сиринити не общались и вообще не виделись, потому что в тот же день после завтрака я отправился по заданию Наставника в одно злачное местечко с целью зачищения территории от разбушевавшейся нечисти. Надо сказать, что на почве неудовлетворенности и бесконечного раздражения после разговора с Сиринити я сражался с нечистью с колоссальным удовольствием, вымещая на ней свое негодование. Знатная охота на демонов тогда вышла, пар я выпустил хорошенько. Но всё то время, пока скакал за демонами, из моей головы не выходила одна зеленоглазая красотка. Ничего не мог с собой поделать.

В третий раз я столкнулся вплотную с Сиринити в долине водопадов, куда направился после возвращения в Армариллис. Я тогда отчитался перед наставником об успешно завершенной миссии и ушел отдыхать, так как на тот день был свободен. Обычно отдыхал я просто в своих покоях, уткнувшись в книги. Или вообще телепортировался куда-нибудь в Форланд и искал там себе компанию для игры в шахматы, это меня бесконечно развлекало.

Но в тот день я почему-то решил нарушить свою традицию и захотел посидеть у водопадов, послушать журчание воды, помедитировать на природе... Тогда я еще не понял, что уже был ведомый Зовом своего Стража. Зов - штука такая, хитрая... в первый раз легко спутать со своими внезапными желаниями.

В общем, отойдя очень далеко от академии, я шел по тропинке вдоль озера по безлюдным долинам Армариллиса, вдыхал полной грудью ароматы пряных трав и душистых цветов. И в глубокой задумчивости дошел до самых водопадов. Высоких таких и шумных, вода в водоемах под ними так и бурлила. И в этой самой бурлящей воде я неожиданно увидел Сиринити.

Она плавала в озере, и вроде бы ничего такого в этом не было - почему бы не поплавать в чистом водоеме в свободное время, да? - кроме одного маленького "но": она купалась без одежды и вообще без какого-либо подобия купальника.

И вроде бы в этом тоже ничего такого не было - ну, почему бы ей не покупаться тут в полном одиночестве, да? - но, увидев Сиринити с обнаженной спиной, по пояс стоящую в воде, я впал в ступор, и зрачки мои наверняка расширились, заполнив всю радужку.

Боги, кто бы знал, как сильно мне хотелось прикоснуться к этой спине...

Мне бы быстро уйти, оставить Сиринити в покое, но я завис, залюбовавшись красивым силуэтом всей такой нежной и хрупкой с виду девушки, которая не выходила из моей головы с самого момента нашего знакомства. Такая красивая и манящая...

Сиринити заметила меня на берегу, но не стала ни визжать, ни возмущаться, что я столь откровенно ею любуюсь. Она лишь улыбнулась и поинтересовалась:

- Соскучился, котик?

Два слова - а во мне сразу вскипела целая буря эмоций. Не знаю, как это так всегда получалось у Сиринити, но она всегда умела по щелчку пальцев как спровоцировать меня на нужные ей эмоции, так и заглушить во мне любую нужную ей эмоциональную волну.

Что сказать... Истинный Страж, как он есть. Страж вообще обычно имеет большое влияние на своего Бойца, в том числе эмоциональное, особенно когда умеет это контролировать. А Сиринити даже учиться этому не надо было - у нее это получалось само собой, так же легко и просто, как дышать. Тогда я еще даже не догадывался о том, что я ее Боец, в отличие от Сиринити, которая всё поняла и осознала намного раньше меня.

В общем, в тот момент я как раз внутренне "психанул" с этого ее "Соскучился, котик?". Да что она привязалась к этому обращению "котик", боже?! Ну какой из меня "котик"?!!

- Прошу прощения, если помешал, - сухо произнес я, отвернувшись, недовольный тем, что меня "застукали" за разглядыванием изгибов тела, чувствуя все нарастающее раздражение. - Не видел, что ты тут плаваешь, и не хотел беспокоить.

- Составишь компанию? - неожиданно спросила Сиринити.

Она подплыла к берегу, облокотилась на большой камень, вопросительно и вызывающе глядя на меня. В ее глазах так и читалось "слабо, да?".

Это меня взбесило еще больше.

- Не буду тебя смущать. И нет, я отказываюсь не потому, что я слабак! - резковато добавил я. - А потому что уважаю твои личные границы и не буду вести себя, как похотливое животное.

Сиринити звонко рассмеялась, и смех ее звучал для меня, как весенний ручеек.

- А ты забавный. Такой горячий внутри, бесишься сейчас с каждого моего слова, а изображаешь неприступную крепость.

- Фортемин обязан уметь держать под контролем все свои эмоции, - холодно отозвался я. - Смею заверить тебя, что с силой воли у меня всё в порядке. Поэтому...

Я осекся, потому что Сиринити вышла из воды и направилась прямиком ко мне. Она даже не думала прикрываться одеждой, прятаться, стесняться. Прямо так и шагала, в чем мать родила. Еще и нарочно откинула назад длинные мокрые волосы, чтобы они не мешали любоваться мне стройным обнажённым телом.

От нее исходила абсолютная уверенность в себе, в своей красоте, в своих действиях. От нее исходил тот самый магнетизм, который и сводит с ума в мгновение ока.

Знаете, мужчины очень хорошо чувствуют, когда женщина ощущает себя шикарной. И нет, тут, кстати, речь не сколько о физической красоте, а именно о внутреннем ощущении бесконечного наслаждения собой. Когда женщина принимает себя, свое тело, какое оно есть, когда она не пытается казаться кем-то, а просто кайфует от самой себя и всячески транслирует это в мир. О-о-о, это работает круче любого приворотного зелья, честное слово.

Так вот, Сиринити ощущала себя именно шикарной, каковой, собственно, и являлась. Она точно знала себе цену и не стеснялась заявлять об этом прямо. В моем случае - прямо в таком вот виде, да.

Я пытался смотреть ей только в глаза. Честно пытался. Аж целых три секунды. Или даже четыре. Зацените мой героизм!!

Но взгляд сам по себе сполз ниже да там и застрял, как примагниченный. Полагаю, видок у меня в тот момент был тот еще жаждующий, разве что слюна не капала, хотя я был весьма близок к тому. Ни слова не мог вымолвить, мог только жадно разглядывать эту шикарную девушку, которую я страстно желал заключить в свои объятья и больше из них не выпускать.

- Ну? - сладким бархатным голосом произнесла Сиринити. - Ты меня возьмешь или так и будешь просто смотреть? Контролировать себя, хм? Сила воли, и всё такое...

В общем, я не знаю, как можно устоять перед такой девушкой. Я и не устоял.

***

- Что, даже без одеяла? - картинно ахнул Заэль. - И при дневном свете?.. А Сиринити тебе после этого медальку дала? За героизм, и всё такое...

Остаток фразы потонул в хохоте собравшихся за столом и в возмущенном ворчании Заэля, который растянулся на траве, так как кресло под ним волшебным образом исчезло. Ильфорте с ехидной улыбкой старательно делал вид, что ни капельки не причастен к этому досадному недоразумению.

Нам было хорошо с Сиринити. В моей жизни тогда образовалась чудесная белая полоса, наполненная бесконечной лаской, любовью, страстью, нежностью. Я был счастлив... Мы оба - были бесконечно счастливы. И буквально растворялись друг в друге.

Мы много времени проводили вместе. Вернее, правильнее будет даже сказать, что мы проводили вместе всё свободное время и большую часть рабочего, и нисколечко не уставали друг от друга. Мне все время было мало Сиринити, я никак не мог ей насытиться... Во всех смыслах.

Я был влюблен, и я сдался с потрохами этим эмоциям, в кои-то веки забив на все слова Наставника про необходимость соблюдать холодность разума.

Какая, к черту, холодность, когда я внутри пылал огнем? Тогда я сполна понял всю глупость такой "необходимости". Я просто не любил раньше - вот так вот, по-настоящему - поэтому думал, что такие эмоции легко сдерживать. Поэтому никогда не понимал раннее, почему люди дуреют от чувств, как они теряют голову от любви. Не знал, что за огонь горит в их сердцах, что они ни спать, ни есть не могут, полностью поглощенные чувствами. Я влюблялся, да, было дело, но все это были такие поверхностные эмоции на самом деле... Они просто никогда не достигали моего сердца, лишь слегка кружили голову.

А Сиринити вот пробралась сразу туда. В сердце. И у меня не было ни малейшего желания ее оттуда "выгонять".

Теперь и я понял, что меня изначально тянуло к Сиринити не просто как к девушке, но и как к своему Стражу. Как к своей истинной боевой паре, с которой меня отныне связывало нечто большее, чем просто сумасшедший роман.Знаете... Очень сложно описать весь тот широкий спектр эмоций, который связывает Бойца и Стража, если они являются еще и возлюбленными. Те эмоции, когда ты только-только осознаешь вашу связь, всю ее глубину. Это такое нереальное чувство абсолютного счастья, легкости, невесомости, наполненности. Нужности, в конце концов. Когда ты начинаешь тонко чувствовать человека на всех энергетических уровнях, когда хочешь дарить больше, еще больше любви и ласки, и от всего этого получаешь еще больше взамен. Искришь счастьем во все стороны, боишься захлебнуться, но все равно искришь, потому что не можешь этого не делать.

У меня даже взгляд тогда поменялся. Он всегда был у меня такой холодный, металлический, что ли... А тогда он впервые начал "теплеть". Я сам замечал это, глядя на себя в зеркало. Глаза мои светились счастьем, восторгом. Представляю, какая большая разница в моем поведении была для всех остальных, если даже я сам себя порой не узнавал.

Я начал чаще улыбаться. Постоянно. Не мог не улыбаться, когда рядом была любимая девушка, с которой мы так легко и просто находили общий язык. У нас с ней во многом совпадали интересы и взгляды на жизнь, но притом нам никогда не было скучно друг с другом, нам всегда было о чем поговорить, и этот интерес не угасал, а только рос и развивался.

Я нашел в Сиринити и друга, и возлюбленную, и боевого товарища в одном лице. Это огромное счастье - найти в жизни такого человека.

Даже обычные тренировки стали вдруг в тысячу раз увлекательнее и продуктивнее, когда я был в паре со своим Стражем. У нас у обоих на запястьях в ту пору красовались золотистые единицы - номер Первых Арма, какими мы были на тот момент. И все это вызывало во мне какой-то дичайший восторг.

Я настолько сильно был поглощен нашим романом, нашими стремительно развивающимися отношениями, что на некоторое время даже забыл про бесючего Заэля, этого ангела недобитого...

***

- А я тебе в ту пору люто завидовал, между прочим, - тяжело вздохнул Заэль, придвигая к себе блюдце со вторым куском торта. - Я хорохорился и всячески старался показать, как мне классно и весело одному живется, и что я весь такой крутой и самостоятельный, и никто мне не нужен... а на самом деле я подыхал от невыносимой тоски и зависти.

- А ты-то чему завидовал? - усмехнулся Фьюри.

- Ну как - чему? У меня-то Стража не было, - пожал плечами Заэль. - И любимого человека рядом не было: моя демоническая возлюбленная была потеряна для меня на долгие годы после неправильно завершенного колдовского ритуала, когда нас прервали в тот момент, когда я заключал с ней сделку* как с высшим демоном и продал ей душу. Я пытался пробовать переключиться, но это были смешные бесполезные попытки... Все-таки убедился, что я однолюб, как полюбил однажды свою демоницу, так больше ни на кого уже никогда не смотрел как на гипотетическую спутницу по жизни. А тогда волею судьбы я был разделен с возлюбленной, и места себе не находил...

[*этот эпизод подробно описан в отдельной истории про Заэля "Грани прошлого", Глава 28. Грани отчаяния]

- В общем, на самом деле в ту пору я был глубоко одинок. И бесконечными тренировками, бесконечными физическими нагрузками просто истязал себя. Усиленной работой над самим собой я пытался чем-то заткнуть ту зияющую дыру, которая была на месте моего сердца, моей души. Такая бесконечная пустота в груди... Жуть. И она была со мной все время, куда бы я ни шел, что бы я ни делал.

- Я становился сильнее с каждым днем, - продолжал Заэль. - было очевидно, что это вопрос времени - когда на мне проявиться метка какого-нибудь Арма, это ощущение прям висело в воздухе. Магия во мне искрила какими-то совершенно сумасшедшими всплесками, фактически я был уже в шаге от того, чтобы называться верховным... А толку? Я смотрел на счастливого Ильфорте, на то, как он обнимается с Сиринити и буквально сгорал от зависти.

- И ревности? - поинтересовалась Флора.

- Не, - качнул головой Заэль. - Это Ильфорте думал, что я интересовался Сиринити как девушкой. Но я к ней так никогда не относился, и она об этом прекрасно знала. Она всегда это чувствовала. Она была мне как сестра, понимаете? Я же фактически переживал свое второе рождение в Армариллисе, и почти с самого знакомства с Рилэйем познакомился с Сиринити. Фактически я "рос" вместе с ней, тренировался с ней и воспринимал как сестру, так ее и называл. А она всегда называла меня братом и по-своему заботилась обо мне, видя, как мне тяжело морально. Сиринити всегда была очень чуткой и умела видеть корень проблемы в человеке. А весь мой "корень" тогда был связан с тем, что на самом деле я был глубоко одиноким человеком, который места себе не находил в жизни. И тут этот весь такой позитивный Ильфорте - с улыбкой до ушей, с горящими от любви глазами, излучающий счастье на много километров вокруг себя. Мне кажется, эту ходячую "лампочку" в ту пору можно было просто молча ставить посреди демонических пустошей и ждать, когда демоны сами по себе передохнут, не справившись с ослепительно ярким счастьем одного блондинистого счастливчика... Ну чего ты ржешь? - улыбнулся Заэль, глядя на смеющегося друга. - Я правда тогда так думал! Жу-у-утко завидовал, что у тебя есть всё, а у меня - ничего, кроме магических умений... Пустоту в душе эти умения никак не могли заполнить. Вот ты завидовал моей силе, а я на самом деле готов был отдать любую силу ради тихого спокойного счастья.

- А на самом деле так очень часто бывает, - хмыкнул Ильфорте. - Мы наблюдаем за чьей-то жизнью и завидуем этому человеку, но мы не видим всей картинки. Мы видим только то, что нам показывают, а эта "трансляция" может сильно отличаться от реального положения вещей. Вот многие люди так завидуют разным семейным парам, которые все такие милые и приветливые на людях, но никто не знает, какие эти супруги, когда остаются наедине друг с другом. Часто за внешним лоском могут прятаться различные проблемы, вплоть до насилия в семье, которое просто не выходит за рамки их дома. А потом столько удивления со стороны окружающих, мол, как это, они больше не живут вместе?! Ведь такая красивая пара!.. А пара, оказывается, только с виду красивая, но за красивой оберткой таился лютый ужас. Или люди порой завидуют чужому успеху на карьерном поприще, думают, что всё человеку так легко и играючи дается, но со стороны нельзя увидеть, сколько трудов на самом деле стоит за достижениями человека. Сколько нервных клеток потрачено, сколько бессонных ночей проведено, через какую боль он прошел, чтобы прийти к своему успеху. Сколько работы он над собой провел, сколько усилий приложил. Какую цену он заплатил, чтобы стать именно таким, каким стал?

- Я в ту пору так много тренировался, что почти не спал, - тяжело вздохнул Заэль. - Не то чтобы тут есть чем гордиться, и я плохой пример для подражания, если честно. Просто во время тренировок получалось максимально отключить мозг и перестать думать над своей жизнью. Просто выполнять понятные задачи, чем сложнее, тем лучше. Просто работать. Много, целыми сутками напролет. Ложиться в кровать, только когда я уже падал без сил и мгновенно отключался. Доводил себя до истощения... Поэтому на самом деле нет ничего удивительно в том, что у меня тогда произошел колоссальный скачок в магическом развитии. Просто я за один только год работал над собой так много, сколько даже самые активные наши воины вкладывают в себя на протяжении десятка лет. Но я хотел хоть в чем-то чувствовать себя на высоте, хотя бы в силе. Решил начать с великолепной физической формы, над которой мне действительно пришлось потрудиться.

- Всегда и за всё в мире приходится платить, хочешь ты того или нет, - кивнул Ильфорте. - Нет, я не говорю, что для этого обязательно нужно чем-то жертвовать и от всего отказываться ради какой-то там великой цели. Нет, но просто есть банальные истины, вроде как: хочешь иметь отличную спортивную форму - придется вложить кучу времени и сил в многочасовые и даже многолетние тренировки, а не надеяться, что шикарный пресс появиться после одной часовой тренировки. Да, это требует немалых усилий и вынужденных ограничений - часы своего отдыха и безделья явно придется сократить, а еще придется уставать так, что порой руки будут дрожать от напряжения. Хочешь быть здоровым - нужно следить за своим питанием, физическими нагрузками, а не жрать одни конфеты, лежать на диване и при этом возмущаться, что иммунитет какой-то слабоватый. Следить постоянно, это должно стать образом жизни. И это подразумевает отказ от многих вредных продуктов.

- О, наш Эрик как истинный вегетарианец до мозга костей может прочитать большую лекцию по этому поводу, не правда ли? - ехидно произнес Заэль, с улыбкой поглядывая на сына. - Я иногда задаюсь вопросом, в кого ты у нас такой пошел? Мы ведь с Эльзой те еще мясоеды.

Эрик только возвел глаза к небу.

- Ну ты же знаешь, что такой тип питания идеально подходит именно мне, согласно моей ауре, моей магии. Такой тип питания помогает, подпитывает меня правильной энергетикой. И это, кстати, тоже в тему "цены", которую я плачу за стабильность своей ауры: я отказался от большого количества продуктов в угоду своим магическим способностям. На магию каждого волшебника влияет его определенный пищевой рацион. Так, например, всем магам, работающим со стихией огня и со стихией некромантии, мясо идет только на пользу. А в моем случае - как раз ровно наоборот. Это, кстати, нюанс, на который мне когда-то четко указала Сиринити, посоветовав полностью сменить пищевой рацион. Я попробовал и остался доволен результатом. Заодно и подтвердил ее теорию.

Ильфорте усмехнулся и продолжил:

- Так и есть, а раньше, когда академией руководил Рилэй, питанию не уделяли настолько пристальное внимание, как сейчас. Думаю, мне в ту пору тоже было бы чрезвычайно полезно перейти на одну условную "траву", но мне такое даже в голову не приходило... Да не фыркай ты так, Эрик, ешь ты свою драгоценную траву, никто ее у тебя не отбирает!.. В общем, чтобы овладеть любым навыком, надо приложить к этому усилия. Это касается всего, не только навыков вроде рукопашного боя и магических сражений, но и простых навыков общения. Чтобы работать в коллективе, чтобы жить вместе с любимым человеком, надо учиться слышать и слушать друг друга, уметь договариваться, говорить прямо и открыто о своих чувствах. Это всё навыки - мы с ними не рождаемся, мы их приобретаем по жизни. И каждый для себя должен решить сам, какой набор таких навыков важен ему в целом по жизни и в моменте здесь и сейчас. Каждый сам для себя решает, какую цену он готов заплатить за тот или иной навык. И готов ли?..

Рилэй... Отнесся к нашему с Сиринити единению достаточно прохладно. Внешне он хоть и выразил восторг по поводу того, что мы отныне стали боевой парой, но меня не обманешь. Я читал в его холодных глазах разочарование. Не этого Рилэй ожидал от своей дочери, совсем не этого. Он-то ждал от нее пробуждения какого-то "невероятного", с его точки зрения, дара. А вместо этого выяснилось, что дар-то у нее уже есть, и теперь его следует развивать в паре со мной. И это не то, что хотел Рилэй. Да и не со мной в паре он видел свою дочь, ох не со мной...

Сиринити тоже прекрасно все это видела и чувствовала. Я переживал, что она будет расстроена по этому поводу, но... Но она только отмахнулась.

- Да какая разница, что там думает отец, если мы с тобой счастливы?.. - говорила она, обвивая мою шею руками и вовлекая в чувственный нежный поцелуй.

Я уже говорил, что мне с ней очень повезло, да? И я скажу это еще раз: мне очень повезло с Сиринити!..

Такая спокойная и уравновешенная... Всегда ровно реагирующая на любой негатив, с которым сталкивалась по жизни. Не в том плане, что была бесчувственной, как робот, а просто Сиринити всегда умела правильно расставить приоритеты и четко решить для себя, о чем ей следует переживать. В общем-то, она по-настоящему волновалась, только когда мне приходилось отправляться на опасные вылазки по делам Армариллиса в одиночку. Все-таки я был сильно опытнее своего Стража на тот момент. И на некоторые вылазки не стоило брать с собой Сиринити, поэтому я отправлялся сам, ну и всегда успешно справлялся с поставленными задачами и с нетерпением возвращался к своему Стражу. Вот тогда да, тогда Сиринити действительно нервничала. И я видел счастье и облегчение в ее глазах каждый раз, когда я вновь появлялся около академии. У Сиринити при этом было безошибочное чутье: она каждый раз выходила мне навстречу ровно в тот момент, как я телепортировался в измерение Армариллиса. Поразительное чутье. Такое, знаете, нечеловеческое... кошачье какое-то.

Я вообще всегда поражался, как она умудрилась вырасти такой спокойной и уравновешенной в условиях того, что она рано осталась без матери, а строгий отец Рилэй держал свою дочь под жестким контролем. Не то чтобы в ежовых рукавицах и вообще никуда не выпускал, но надзор был неслабый. Я всегда думал, что в таких условиях человек вырастает либо сильно зажатым и не умеющим налаживать отношения с окружающими, либо, наоборот, бунтарем, который агрессивно идет против всех и вся.

Но Сиринити была другая. Очень понимающая, очень чуткая. Умеющая искренне радоваться тому, что имеет. Она никогда не злилась на отца за то, что он жестко ограничивал перемещения своей дочери. Она прекрасно понимала, что это вынужденная мера, и что отец так заботится о ее сохранности. Она хорошо понимала, что ему тоже тяжело морально после смерти любимой жены, и что ему приходится разрываться, проводя много времени в Армариллисе, и в то же время надо было уделять много времени и дочери. Сиринити ценила все те моменты, когда отец был рядом с ней. Она обожала совместные вылазки куда-то, пусть даже строго под присмотром отца.

Но, кстати, я заметил, что Рилэй сильно потеплел, когда продолжительное время понаблюдал за нашей работой в паре и увидел, как я забочусь о Сиринити. Увидел, как его дочь расцвела от открывшихся со мной возможностей. Наставник-то не мог раннее уделять дочери слишком много времени, а я как раз почти все время посвящал теперь Сиринити. И мы с ней очень много путешествовали между мирами, я знакомил ее с самыми дальними уголками Вселенной. Сиринити относилась к этому с искренним восторгом, она вообще всегда умела радоваться любой мелочи. А тут для нее открылся целый мир, целая Вселенная разных миров, по которым мы с ней теперь скакали рука об руку.

Да, я замечал, что когда мы с Сиринити вдвоем куда-то выдвигались, то на нее нечисть летела, как пчелы на мед. Активность нечисти в такие наши совместные вылазки всегда была повышена, на дочь Наставника академии Армариллис постоянно велась охота. Но для меня это никогда не было проблемой. Я был одним из лучших воинов Армариллиса и легко справлялся с любой активной нечистью, поэтому мой Страж всегда был под моей чуткой защитой, я никуда не отпускал Сиринити одну.

Рилэй никогда не говорил мне прямо "спасибо" за то, что я был отличным Бойцом для Сиринити, и со мной ее магия очень быстро развилась до очень высоких уровней. Он не говорил, но в какой-то момент я начал чувствовать это в каждом его взгляде и каждой улыбке.

"Спасибо, что бережешь ее даже лучше меня", - вот что я читал в его глазах.

Знаете, некоторые вещи не нужно озвучивать, они и так чувствуются, сами по себе. Вот и я тогда чувствовал, всей своей сущностью.

***

В один день я проснулся от зудящей боли в руке и обнаружил, что моя метка Первого Арма с цифрой "1" сменилась на цифру "2".

Догадаться, кто сместил меня с первого места было несложно. Чертов Заэль все-таки превзошел меня, даже несмотря на то, что я стал сильнее, обретя своего истинного Стража... Значительно сильнее. Но даже при таком раскладе, даже в одиночку, он все равно перепрыгнул меня.

Я замер тогда на пороге столовой, глядя на счастливого и чрезвычайно довольного собой Заэля, которого окружала толпа наших коллег. Все они что-то бурно обсуждали и то и дело поглядывали на руку Заэля, на запястье которого красовалась золотистая единица. Ну, то есть мне с порога столовой это не видно было, но и так ясно.

Этот крылатый почувствовал мое пристальное внимание, потому что обернулся и ухмыльнулся этой своей фирменной самодовольной улыбочкой. В его взгляде так и читалось "А я что тебе говорил?".

Его поздравляли с новым статусом, ободряюще хлопали по плечу... Отвратное зрелище. Я развернулся и отправился в тренировочный зал, где собирался как следует выместить свое раздражение.

Завтракать в тот день в столовой я не стал. Мне бы кусок в горло не полез во всей этой обстановочке.

Заэль был счастлив, Рилэй так и вовсе светился радостной лампочкой, гордый тем, что его "золотой самородок" полностью оправдал его ожидания. Рилэйю, по-хорошему, надо было провести со мной "воспитательную беседу", успокоить, напомнить о важности каждого воина. Угомонить зарвавшегося Заэля, еще раз проговорить с каждым о его возможностях и обязанностях... Но он этого не сделал. Он в целом так никогда не делал - не умел или не хотел, я не знаю. Возможно, что и то и другое.

А я... Сказать, что я был в шоке, - значит, замогильно промолчать.

Я был в ярости. Меня разрывало от ярости, зависти, ненависти. О да, тогда я не умел бороться со своими внутренними демонами, и меня буквально разрывало на части от испытываемых негативных эмоций.

Ну какого хрена, а? Я несколько лет трудился, работал над собой, совершенствовал свои способности, из кожи вон лез, чтобы стать лучше всех - и все ради чего? Ради того, чтобы взойти на долгожданную первую ступеньку, потоптаться на ней немножко и уступить место новому любимчику Наставника?

О да, тут, еще, конечно, взыграла чистой воды ревность. Ранее Рилэй много времени уделял именно мне. Мы очень много времени проводили на совместных тренировках, он постоянно выражал свое восхищение мною, ставил меня всем в пример.

А с появлением Заэля всё это разом изменилось. Теперь Заэль был на моем месте, а я был хмурым наблюдателем и бесился со всех восхищений этим падшим ангелом, чтоб его.

Это сейчас я понимаю, как глупо себя вел. Понимаю, что на тот момент Заэль действительно был намного лучше меня. Он быстро улавливал все новое - в разы быстрее, чем я, хотя не могу назвать себя черепахой, я и сам тоже быстро всё усваиваю. Но дело в том, что Заэль был еще быстрее. Он действительно от природы наделён очень мощной магической Искрой, которая великолепно раскачивается и способна на великие свершения - как хорошие, так и плохие, смотря какие свои черты развивать.

Всё это я сейчас хорошо понимаю. Понимаю, что Заэль был и остается на своем месте. Но тогда...  Тогда я был молод, горяч, и мысли мои были темны.

А еще тогда слишком много внимания уделялось статусу фортемина. Сейчас, например, у нас ситуация иная. И психологически - намного более спокойная и уравновешенная. Сейчас у нас каждый воин знает, что чисто теоретически его статус может смениться в любой момент, но это не говорит о том, что он стал хуже, что он упал на ступеньку ниже. Вовсе нет! Это всего лишь говорит о том, что функция воина сменилась, не более того.

Понимаете, наши лучшие десять боевых пар, называющихся Арма, выполняют определенные функции, у каждого номера она строго своя. И если у фортемина меняется или вовсе исчезает цифра, это значит, что ему эту функцию больше выполнять не надо, этим займется кто-то другой.

По каким причинам так случается? Ну, тут может быть много факторов. Возможно, воин "отработал" свое, и ему просто пора больше расслабиться, уделить время каким-то другим вещам. Пожить просто для себя, в конце концов. Возможно, после многочисленных ранений аура воина пострадала, сделав воина более уязвимым. И мироздание таким образом как бы защищает "уставшего" воина, забирая у него эту боевую функцию и передавая ее другому. Но забирает не в плане "хэй, ты теперь слабый, смирись с этим", а в плане "хэй, ты нам всем очень дорог, побереги себя, подумай о себе, отдохни".

Колоссальная разница, правда? Вроде бы итог тот же, но психологически ситуация видится уже под совсем другим углом. И "ушедший" воин не чувствует себя ущемленным, ущербным. Он понимает, что просто настало время сместить свой фокус внимания на что-то другое. И это не плохо. Просто так есть. Более того - можно наконец-то расслабиться и скинуть с себя привычный груз ответственности!..

Ведь на самом деле наши Арма, наши лучшие десять боевых пар постоянно пребывают в состоянии повышенной опасности. Именно они уходят на разведку в самые злачные уголки Вселенной. Именно они "командуют парадом", когда возникает сверхопасная чрезвычайная ситуация, и нужно уметь думать и действовать очень быстро. Голова должна работать, как часики, моментально анализируя обстановку и просчитывая ходы наперед. Именно на их плечах лежит ответственность за других солдат равновесия, с которыми они отправляются в атаку в общей группе.

Это всё очень сложно, это большой груз ответственности, который далеко не каждый может выдержать долгое время. И магическая Искра притом порой подолгу работает на износ, и с этим тоже не каждый легко справляется. Это Заэль вот какой-то вообще непрошибаемый на пару с Эльзой, да и Эрик вместе с Несси пока ни разу не выдыхались надолго... Ну на то они и лучшие две боевые пары сейчас, да. А другие на их месте после некоторых эпичных битв могли бы на недели и даже месяцы остаться с пустым магическим резервом. Это ведь не шутки, у нас были случаи, когда фортемины на целый год теряли возможность колдовать напрочь - когда их магическая Искра иссякала в особо ожесточённых схватках с темными силами.

Поэтому на самом деле даже правильно, когда номера Арма периодически меняются, не давая друг другу выдохнуться, а как бы вовремя сходя с дистанции. Чтобы не довести себя до того состояния, когда потом несколько месяцев обычный энергетический шар создать не можешь.

Сейчас мы этот психологический момент с фортеминами проработали настолько глубоко, что проблем с каким-то непонятками и обидками по этому поводу в Армариллисе больше нет. Фьюри вот, когда вошел в свою полную силу и стал Восьмым Арма, очень переживал, как отнесется к этому тот наш воин, кого Фьюри сместил, который в то время был Восьмым. Знаете, как он к этому отнесся? Он обрадовался! Серьезно, он так искренне обрадовался со словами "Боги, ну наконец-то можно передохнуть!", что даже я удивился. А он обрадовался, искренне поздравил Фьюри и умотал вместе со своей боевой парой на заслуженный отдых, весело пригрозив нам скорой расправой, если кто-нибудь из нас потревожит их в ближайший месяц.

И нет, это у него было не истеричное веселье, я-то все искренние эмоции легко и моментально считываю, так что уверен в настоящей радости уже бывшего нашего Восьмого. И такая вот его реакция - это исключительно наша с Сиринити работа над здоровой психологической обстановкой в коллективе, во всей академии.

Ну вот, а в те времена понимание иерархии у нас было иное. И такое вот смещение на ступеньку ниже воспринималось скорее как неудача, провал на профессиональном поприще. И другие наши коллеги меня скорее... жалели даже, да. Все они молчали об этом, но я читал эту жалость в их глазах и бесился с этого неимоверно.

В общем, Заэль стал Первым Арма, и до сих пор твердо занимает эту позицию, без единых намеков на подвижки, и я вообще думаю, что он останется Первым воином еще очень и очень долгое время. Я не вижу, не чувствую пока никаких энергетических колебаний от гипотетической "замены". Так что Заэлю и Эльзе еще долго носить статус Первых, у них уровень магии зашкаливающий, и этому, конечно, способствует их ангельская и демоническая кровь.

Когда у Заэля проявилась метка Первого Арма, его потенциальный уровень магии подскочил до невероятных высот... Двухсотый уровень... Немыслимо! Ни у кого из нас и близко такого не было! На фоне такого невероятного энергетического скачка я мог, как говорится, пойти покурить в сторонке. Но такой вредной привычки за мной никогда не водилось, так что я скорее заливал горе сладким какао с шоколадными печеньками. Ну чего вы хихикаете? Да, я люблю какао с печеньками!.. Вкусно же, м-м-м.

Это сейчас я даже перешагнул двухсотый уровень и по факту являюсь магом, куда более сильным, чем даже Заэль. Как Наставник, я превосхожу по силе всех своих воспитанников. Кто бы знал, что я к этому приду, да?

Но на тот момент такой уровень магии казался мне нереальной, недостижимой высотой. Тогда я еще не знал, что когда-то сам стану Наставником академии Амариллис. Даже не догадывался об этом. Хоть я и обладал Даром предвидения, но судьба скрыла от меня этот факт... Видимо, для того, чтобы я прошел через определённое трудности, лишения, радости и печали и стал именно тем, кем являюсь сейчас. Все к лучшему, в общем. Наставником Армариллиса просто не может стать обычный сильный маг, у которого по жизни все было ровно и предсказуемо.

Помню, как я в тот день в бешенстве летел в сторону тренировочного зала и раздумывал над тем, что надо выпросить у Рилэйя какое-нибудь задание посложнее, чтобы я мог как следует помутузить кого-то. Очень сильно хотелось помутузить Заэля, но я понимал, что это очень глупо, так что держал себя в руках. Ну... Относительно, ага.

До тренировочного зала я не дошел, потому что меня на полпути перехватила Сиринити. На ее запястье, разумеется, тоже сменилась цифра, так что она догадывалась, в каком душевном раздрае я пребывал.

- Ты бесишься из-за сущей ерунды, - качала она головой, взяв меня за руку и заглядывая в глаза.

- Ерунды?! - меня аж колотило от праведного гнева.

- Ерунды. Абсолютной, полной фигни, которая ровным счетом ничего не значит.

- Много ли ты понимаешь в этом, - раздраженно буркнул я.

- Да уж явно побольше тебя, - холодно отозвалась Сиринити.

Пожалуй, тогда я в первый и последний раз почувствовал на себе ее очевидный гнев, от которого мне стало сильно не по себе. Прям ощутил на себе всю давящую ауру своего Стража. И резко заткнулся, притих в ожидании, э-э-э, процедуры "избиения младенца" в лице меня.

- Посмотри на себя, Иль, - Сиринити подвела меня к зеркалу, висящему на стене в аудитории, куда мы с ней зашли поговорить без лишних свидетелей. - Кого ты видишь?

- Себя? - фыркнул я, скрестив руки на груди.

- А если посмотреть глубже?

- Я не понимаю, к чему ты кло...

- Я вижу человека, который выжигает себя бессмысленными эмоциями, - не стала слушать меня Сиринити. - Который является крутым верховным магом, для которого нет ничего невозможного, но который совершенно не умеет правильно проживать свои эмоции. Который зациклился на негативных установках, на зависти и тупой ревности. Тебе нравится таким быть? Посмотри на себя, Иль. На кого ты стал похож? Ты похож на счастливого человека, который точно знает себе цену? Который точно знает, чего хочет от жизни, ставит перед собой цели и достигает их?

- Целью моей много лет было стать лучшим воином в Армариллисе, я мечтал об этом и делал для этого все возможное. И я им стал, но...

- А чья это была цель, Иль? - негромко спросила Сиринити. - Чья это была мечта? Твоя ли она? Загляни внутри себя, в свое сердце. И ответь честно.

- Ну как же, я ведь всегда хотел быть лучшим, быть Первым...

- Ты ли этого хотел? Или этого хотел Рилэй? - усмехнулась Сиринити.

Она сделала выразительную паузу, давая мне время обдумать ее слова, и продолжила:

- Знаешь, искреннюю мечту, искреннюю цель, искреннее желание на самом деле очень легко определить...

- Как?

- Представь, что твое желание, твоя цель совершенно любой сложности может сбыться прямо сейчас - но лишь при жёстком условии, что больше никто об исполнении этого твоего желания не узнает. Вообще никто и никогда, нельзя никому об этом говорить, иначе сбывшееся желание как-то само по себе отменится, тоже навсегда. Подумай об этом. Примерь на себя. Ты хотел стать лучшим воином для себя или для того, чтобы тобой восхищались? Ты был бы рад, если бы был таким воином, но никто никогда на свете не знал бы об этом?

- Нет, - честно выдохнул я после короткой паузы. - Мне важно было признание коллег... Одобрение окружающих... Наставника... Чтобы он мной гордился...

- Для чего важно? Чтобы что?

- Чтобы было, - буркнул я, недовольный тем, какие неприятные эмоции во мне вызывал этот диалог.

- А теперь для сравнения подумай о том, что мы с тобой можем быть вместе только тайно, что никто на свете не должен знать о наших отношениях. И можно либо встречаться всю жизнь со мной тайно, либо громогласно объявить всем о наших отношениях, но при этом навсегда потерять меня. Насколько тебе важно будет при этом одобрение окружающих?

- Да вообще не важно, - моментально ответил я, даже не задумываясь. - Какая разница, кто и что знает и думает о нас, если наши отношения - это только наши отношения. Я бы никогда не променял нашу любовь на чье-то признание.

- Во-о-от. Понимаешь, о чем я?

- Понимаю... - тихо проговорил я.

Вернее, начал понимать.

Я так долго гнался за своим высоким статусом, сверхценность которого была навязана мне извне, что совсем перестал различать эти навязанные желания от своих собственных.

Ведь на самом деле: а зачем мне этот статус Первого Арма? Что он мне дал? Да, в общем-то, ничего, если быть честным с самим собой. В моей жизни мало что поменялось от этой золотистой единицы на запястье. Разве что ответственности сильно прибавилось.

А еще мне просто было приятно, что я достиг своего высокого статуса - до меня несколько сотен лет подряд место Первого Арма пустовало, никто не дотягивал до столь высоких уровней магии. Мне было приятно стать таким крутым исключением.

А еще тут вот какой любопытный момент был: у каждого номера Арма ведь есть своя специфика магического Дара, например как Второй Арма в истории Армариллиса всегда умел видеть будущее. И я в том числе умел прогнозировать некоторые вещи, плохо тогда еще это контролировал, скорее стихийно видел пророческие видения, но все же такое умение у меня было, тут важен сам факт.

А вот какое умение, какой особый магический Дар должен быть у Первого Арма - этого никто не знал. Не сохранилась у нас нигде информация о прошлых таких воинах, а новых на этом месте не было несколько сотен лет.

И я надеялся, что когда взойду на это место... Кхм, звучит как «надеялся взойти на престол», да? Ну, в общем, важность этого статуса была для меня тогда сродни императорскому престолу, да. Ну и не только для меня, будем честны. Заэль вон тоже с «короной» на голове ходил.

В общем, я надеялся, что когда я стану Первым Арма, то как раз наконец и узнаю на себе, какое особое умение, какую магию должен нести в себе Первый. А еще я надеялся сам внести в это свой вклад и войти в историю, так сказать. Я ждал, что, став лучшим из лучших, я обрету какой-нибудь новый дополнительный магический дар, но... но ничего такого не происходило.

Обычно при смене статуса фортемина, при его переходе из одного статуса в другой солдат равновесия теряет свой прежний дар и обретает новый. Ну вот как сейчас я, став Наставником, обрел дар Наставника академии Армариллис, обрел умение находить новых фортеминов, чувствовать едва зародившуюся магическую Искру фортемина в любой точке Вселенной. Но при этом я потерял умение видеть будущее. Наставник не имеет права быть самым главным в академии и при этом уметь видеть будущее и влиять на ход времени, на ход истории. Нельзя сосредотачивать всю силу в руках одного мага, способности должны быть грамотно распределены, и фортемины должны уметь качественно работать в команде.

Но я, став Первым Арма, свой прежний дар провидения не потерял. И новый не приобрел. Думал, что это временно, и позже ситуация изменится, но... но вместо этого меня откатило назад, да. И на мое место встал Заэль, который сейчас имеет весьма специфичный дар - умение влиять на чужие эмоции, умение считывать чужие эмоции и заставлять других испытывать определенные эмоции. Тогда Заэль этим своим даром еще очень плохо управлял, впоследствии развил его на полную катушку. Такой вот необычный магический дар принадлежит Первому Арма, оказывается. Довольно опасный дар в плохих руках, потому что такой маг может натворить массу бед, если будет темным магом с темными помыслами.

Вдумайтесь только, как легко повелевать толпой и вести за собой целую армию, если ты можешь каждому внушить чувство доверия и обожания своей персоной? И как легко заставлять людей гневаться друг на друга, когда ты можешь заставить их испытывать ярость и ненависть. Воистину, таким магическим даром должен владеть только лучший из лучших, кто точно знает, когда действительно стоит воспользоваться своими умениями, а когда это не нужно. Кто точно знает меру, у кого светлая душа. Неудивительно на самом деле, что до Заэля в Армариллисе сотни лет не было никого, кто был бы достоин нести звание Первого Арма.

Но опять же, это я сейчас всё понимаю. А тогда я просто бесился от всей ситуации в целом и возмущался:

- Но зачем тогда я вообще стал Первым Арма, даже на время, если мне это ничего не дало? Для чего-то же мироздание назначило меня Первым!..

- А вот хороший вопрос, Иль, - улыбнулась Сиринити. - Зачем ты на время стал Первым? Подумай как следует. Что тебе это дало?

Я устало потер руками гудящие виски и сел на скамью в пустой аудитории. Сиринити уселась рядом, положив руку мне на колено.

Я помолчал некоторое время, потом выдохнул:

- Ничего, кроме повышенной ответственности, мне это не дало. Рилэй меня стал еще больше загружать, у меня стало меньше свободного времени на себя.

- То есть у Наставника вырос уровень доверия к тебе?

- Ну, можно и так сказать, наверное.

- А еще? С чем тебе пришлось впервые столкнуться?

- Рилэй был так занят обучением Заэля, что назначил меня своего рода заместителем... Мне пришлось глубже изучить структуру академии, я начал вносить изменения в систему обучения воинов, потому что обнаружил много изъянов...

- То есть ты изучил академию лучше изнутри. Ты много лет учился в этой академии, работал с коллегами, но не до конца понимал всю сложность ее структуры, и только став Первым Арма, оценил весь масштаб бедствия. Весь масштаб ответственности Наставника.

- Ну... да... можно и так сказать...

- И у тебя не появилось никакого нового магического дара. Ты не потерял свой прежний дар, но и ничего нового не приобрел.

- Да в том и дело!..

- Отлично. Так может, в этом и есть смысл того, зачем ты на время стал Первым Арма? - с улыбкой спросила Сиринити. - Ты теперь знаешь структуру академии Армариллис если не на уровне ее Наставника, то очень близко к нему. Ты знаешь слабые места и знаешь, чего требовать от преподавателей. Знаешь, какой большой груз ответственности лежит на плечах Наставника. Знаешь, что просто смена цифры на твоем запястье, по сути, не дает ничего. И ничего не значит. Знаешь на себе, на своей шкуре, что вся эта тупая гонка за статусом не приводит ни к чему. Ну, разве что к выгоранию и полной потере собственных ориентиров. И сейчас ты, наконец, можешь сравнить, понять и осознать, что не в этом счастье. Счастье - оно не в твоем статусе, не в одобрении окружающих. Всё это - мишура. А настоящее счастье намного ближе и кроется на самом деле в простых вещах, - сказал она, приятно проведя ладонью по моей щеке. - Так может во всем этом и был смысл, Иль? Может, именно поэтому мироздание дало тебе возможность немного потоптаться на месте Первого Арма и понять то, что ты никак не мог осознать на своем прежнем месте? Чтобы ты понял, что на самом деле у тебя уже всё есть. И возможно, все эти умения тебе когда-нибудь понадобятся в будущем? Ты не можешь знать сейчас точно, как сложится твоя жизнь. Сейчас ты можешь думать, что во всем этом нет смысла, а когда-нибудь потом, много лет спустя может оказаться, что это был именно тот необходимый опыт, который был нужен тебе.

- С такой точки зрения я на всю эту ситуацию не смотрел, - пробормотал я рассеянно.

Ощущал себя в тот момент очень странно, будто бы глаза открылись на многое. Сиринити говорила вроде бы такие простые, банальные вещи, но я почему-то не задумывался об этом своем опыте как о необходимом опыте для... чего-то. Чего-то такого, что может ждать меня впереди. И да, потом-то стало очевидно, что всё это подготавливало меня к тому, что однажды я сам займу место Рилэйя. И не буду при этом испытывать никакой радости и гордости. Не буду самодовольно ухмыляться и хвастаться перед всеми, мол, смотрите, какой я молодец, вот чего я смог добиться!..

Я даже близко не испытывал никаких таких эмоций, когда потом, много лет спустя обнаружил на себе нулевую метку Наставника академии Армариллис. Я испытал тогда только абсолютный шок, растерянность... и осознание того, что на мои плечи легла колоссальная ответственность за каждое мое слово, каждое принятое решение, каждый отданный приказ. Осознание того, какая огромная работа стоит передо мной.

Но - никакой радости и самолюбования, даже близко нет. Скорее уж я даже испытывал страх перед неизвестностью и поначалу думал, что я не справлюсь со стоящими задачами.

- Так кого ты видишь перед собой, Иль? - вновь повторила свой вопрос Сиринити. - Посмотри на свое отражение и ответь мне - кто ты?

- Не знаю, - устало вздохнул я, растеряев весь свой боевой запал. - Тогда я, наверное, не знаю, кто я...

- А я знаю, кто ты. Ты очень чуткий человек с большим сердцем и невероятным будущим. А еще ты - моя судьба. И ты - мой Боец. А Имя тебе - Ведающий.

С этими ее словами на наших руках вспыхнули ярким золотым светом цифры «два» и рядом на запястье мелькнула золотая надпись «Ведающий». Мелькнула и погасла, но я так и продолжал смотреть на запястье, чувствуя, как светлая улыбка расползается по лицу. Ощущая, как меня переполняет невероятная сила, и энергия начинает бить ключом. Чувствуя непередаваемую легкость во всем теле, возможно, что вообще впервые в жизни мне вдруг стало так легко и свободно.

Когда Страж дает своему Бойцу Имя, это самое Имя отражается на запястьях обоих фортеминов, и боевая пара считается окончательно подтвержденной, вошедшей в свою полную силу. Такой приятный, волнительный и такой важный момент в жизни каждой боевой пары. Это для меня значило очень многое, да и ощущение правильности происходящего в такой момент невозможно сравнить ни с чем другим. Я с улыбкой переплёл наши с Сиринити пальцы, гладил ее по ладошке и бесконечно радовался тому, что рядом со мной была такая неповторимая девушка.

Сиринити впитала в себя всю мудрость матери и все знания отца. И несмотря на свой юный возраст, была мудрее меня в сотню раз. И с эмоциями своими справлялась на отлично - всегда. У нее никогда не было резких скачков настроения. Всегда ровная, стабильная, излучающая тепло и уверенность в себе. По сравнению с ней моя психика была расшатана, я раньше просто не обращал на это внимание.

Позже я узнал, что Сиринити неспроста такая умудренная опытом юная девушка, но на тот момент я просто радовался, что она есть, и она рядом со мной.

- Цени то, что имеешь, Иль, - мягко произнесла Сиринити. - Без оглядки на других. Не пытаясь подстраиваться под кого-то, не пытаясь соответствовать выдуманным тобою и кем-то другим стандартам. Твоя задача - просто каждый день становиться лучшей версией себя вчерашнего. Цени то, что имеешь. Чтобы не кусать локти потом, когда судьба отнимет что-то, ценность чего ты поймешь только после потери.

- Я дурак, а ты чертовски права, - тяжело вздохнул я. - Но теперь я прозрел и готов исправляться. Предлагаю отпраздновать окончание моей тупизны. Могу я пригласить тебя выпить со мной вина?

- Я не пью алкоголь, ты же знаешь, - улыбнулась Сиринити.

- Можем попить какао, - тут же предложил я с самым серьезным выражением лица. - Он у меня просто отличный получается!..

- М-м-м, прям предложение, от которого невозможно отказаться. Пить какао мне еще никто не предлагал.

Я усмехнулся, беря под руку Сиринити и неспешно повёл ее в свои покои.

- Еще приложу к сладкому напитку самые вкусные десерты на свете!.. Обещаю, тебе понравится...

А несколько минут спустя в моей спальне, тишина которой нарушалась тихими вздохами и полустонами, Сиринити обратилась ко мне:

- Иль...

- М-м-м?..

- Тебе не кажется, что у тебя немного странное... Ох... Понятие о вкусных десертах?..

- Я не уточнял, что именно имею в виду под десертами. Тебе не нравится? Мне выйти из тебя?

- Не смей!! Покусаю!!

- М-м-м, звучит соблазнительно... А вдруг мне понравится?..

- Тогда не покусаю!! И никогда кусать не буду, если ты сейчас остановишься!!

- Аргумент, однако. Умеешь убеждать.

Благодаря Сиринити я действительно быстро абстрагировался от всех этих цифр на запястьях. Я даже вполне спокойно смог поздравить Заэля с обретением нового статуса фортемина.

- И всё? - недоверчиво спросил Заэль, с опаской поглядывая на меня, когда мы с ним пересеклись в тренировочном зале. - Даже в глаз мне не дашь?

- И всё, - усмехнулся я. - Не дам. Обойдешься.

Заэль смерил меня хмурым взглядом, который меня бесконечно забавлял.

- В чем подвох?..

- Ни в чем, Заэль. Ни в чем...

Просто всё это резко стало для меня мелко и неинтересно.

Я смотрел на Заэля и спрашивал себя: ну и чего я так бесился раньше? Разве оно того стоило?..

Не стоило, конечно. Только нервы зря потратил. Хотя, наверное, не зря, ведь все-таки это раскачало мои эмоции, вывело из многолетнего анабиоза. И за это стоило вполне искренне поблагодарить. Что я и сделал, чем, кажется, ввел Заэля в полнейший ступор.

Он еще долго поглядывал на меня с опаской, ожидая все-таки какой-то вспышки гнева от меня... Но ее не последовало. И в какой-то момент наши бесконечные стычки даже сошли на нет, приобретя лишь чисто стебный характер. Я просто вычеркнул из списка важных для меня вещей всю эту погоню за статусами и переключился на действительно важные для меня вещи.

***

В ту пору мы с Сиринити не были официально женаты. Среди наших не было принято прям обязательно обмениваться обручальными кольцами и соблюдать прочие формальности, вот мы и не соблюдали. Ну, точнее, я тогда не придавал этому значения, мне это было неважно, мне просто было хорошо с Сиринити. А ей было хорошо со мной.

Так, в довольно ровном счастье прошло несколько лет, которые напоминали затишье перед бурей. Собственно, буря потом и случилась... когда весь Армариллис сотряс Киорра.

Этот фортемин работал у нас в лаборантской, очень способный воин был, но отдавал предпочтение именно экспериментам, а не сражениям с демонами. Он вместе с нашими специалистами разрабатывал различные заклинания, зелья и сыворотки, которые так или иначе могли как-то помогать нам в сражениях с нечистью... Киорра сделал много полезного для Армариллиса в свое время, это правда. А еще он, в отличие от меня, был в полном восторге от Заэля и старательно набивался ему в дружки, игнорируя то, что Заэлю никакие друзья были не нужны.

Этого Киорру вообще никто не воспринимал всерьез. В том плане, что он был просто полезным, но все же - рядовым воином, который в тот промежуток времени ничем особым не выделялся.

Ну и... никто из нас не подозревал, как этот Киорра «выделится» позже.

На самом деле Киорра когда-то был Вторым Арма. Недолго, правда, потом я его сместил, и Киорру как-то вообще очень далеко по силе откатило... Подозрительный откат был на самом деле, стоило обратить на него внимание и задаться вопросом: почему мироздание дало воину шанс на возвышение, а потом так быстро и резко все отобрало?..

В один день Армариллис сотрясся от внезапной новости: Киорра стал Стражем Первого Арма, Стражем Заэля. Вот только связь эта была не настоящей, а, ну... Искусственной, в общем.

Я до сих пор не знаю до конца, как именно Киорра всё это провернул. Он опоил Заэля какой-то сывороткой собственной разработки, подлил ее в обычный напиток... Одурманил и утащил в демонические чертоги, где продолжил свои адские эксперименты.

Заэль ничего и не заподозрил, когда тусил в тот вечер с Киоррой. Сложно заподозрить врага в человеке, который является твоим коллегой в особой закрытой академии, который проявлял себя позитивно в работе, который всячески изображал отличного друга долгое время, который неприкрыто тобой восхищался и чуть ли не в рот тебе заглядывал... Вообще сложно заподозрить врага в фортемине. Я уж насколько Заэля недолюбливал, а все равно всегда понимал, что он горой будет стоять за интересы Армариллиса и всегда будет выступать против нечисти.

Думали ли мы, что кто-нибудь из наших способен переметнуться на сторону тьмы и выступать не против нечисти, а на ее стороне? Нет. Не было у нас даже мыслей таких. До того момента для меня вообще слова "фортемин" и "предатель" были как будто бы из разных Вселенных. Абсолютно невозможные вещи. Но вот же... Оказалось, что очень даже возможные.

Киорра примкнул к Ароне - эта темная волшебница в ту пору активно набирала обороты, собирала вокруг себя армию нечисти, темных магов, затевала что-то масштабное. И, в общем-то, она являлась на тот момент главным врагом всего Армариллиса, да и всей инквизиции Генерального Штаба в Форланде.

Я не знаю, как Киорра поддерживал связь с Ароной. Наверное, он использовал какие-то свои хитрые методы, скорее всего связные артефакты, которые сам же и изобрел... Догадываюсь, что Арона могла завербовать его в какой-то момент, почувствовав в нем слабину, увидев в нем тягу к тьме во время какого-нибудь выполнения задания Киоррой. Арона была хоть и очень темной, но очень умной волшебницей, которой было что предложить алчному волшебнику.

В общем, этот предатель утащил в демонические чертоги Заэля, над которым продолжал доводить до конца процесс формирования искусственной связки Боец-Страж. К этому делу Киорра явно готовился очень много времени, несколько лет, делал все очень тщательно. Он разработал специальные составы и ряд заклинаний, которые, по его теории, могли из любого верховного мага сделать Арма... если при этом полностью выкачивать силы из какого-то действующего Арма, использовать его как сосуд.

Заэль... Жестко ему досталось тогда, конечно. Его накачали отборной дрянью, а на руке вырезали фальшивое Имя. Вырезали - в прямом смысле того слова, ритуальным кинжалом. Киорра дал ему Имя "Эфемерный". Мимолетный, непрочный... Есть в этом какая-то особая ирония. Вырезали Имя прямо на запястье и закрепляли особыми заклинаниями, воздействуя на магическую Искру Заэля, на его мозг. Могу только догадываться, какую боль ему пришлось пережить...

Киорра пытался заставить его совершать приказы... Но Заэль оказался на редкость упертым бараном, который отказывался наотрез телепортироваться в Армариллис и тихо-мирно покрошить своих же коллег - а именно это и приказывал Киорра, как мы позже выяснили. Но Заэль сумел дать этому ментальный отпор. Потрясающая сила воли, достойная восхищения. Не уверен, что я на его месте смог бы так же.

Боец не может ослушаться приказа своего Стража. Как выяснилось - даже если Страж такой вот, искусственный. Если Боец нарушает отданный ему приказ, он стремительно теряет силы, и впоследствии это быстро приводит к смертельному исходу. Заэль это понимал, но был к этому морально готов и продолжал твердо стоять на своем.

Кто знает, может, затея Киорры и увенчалась бы успехом, если бы он ставил свои опыты, например, на Десятом Арма, не таком приметном... Но Киорра замахнулся сразу на Заэля. Это нас одновременно и спасло, и, в то же время, нанесло большой урон по нашим рядам.

Киорра с Ароной преследовали каждый свои цели. Киорра просто жаждал покорить Первого Арма, и он жаждал сам стать Первым, он хотел доказать всем, какой он крутой, что додумался до таких сложных заклинаний. Он чувствовал себя гением. Он хотел всеобщего признания, славы. Арона же хотела в первую очередь убрать самого сильного и опасного своего противника в лице Заэля. Ей всеобщее признание было ни к чему, а вот затоптать в грязь самого сильного фортемина было ей ох как по душе.

Наставник забил всеобщую тревогу, когда Заэль не появлялся в академии и не выходил на связь несколько дней, а потом, наконец, на его связном браслете сработал маячок, говорящий о странном местоположении Заэля - как выяснилось, в самом эпицентре одного тайного прибежища Ароны, о котором мы на тот момент не знали. Это Заэль сквозь дурманящее марево ядовитой дряни и бесконечной боли всё-таки сумел подать знак о том, где он находится.

Если бы вместо Заэля был кто-то другой, то, возможно, тот день закончился бы иначе... Возможно, Рилэй отправил бы парочку человек на поиски, да и всё на этом...

Но это был Заэль. Первый Арма, лучший воин в академии, который действительно выдавал потрясающие результаты, и который на голову был выше всех в магических способностях. Он был особенно ценным воином, и Рилэй был убежден, что именно с его помощью можно будет победить Арону и навсегда искоренить всю ту тьму, которую темная волшебница усиленно плодила вокруг.

Арона ведь чем еще была особенно опасна? Помимо своих талантов в чёрной магии, своей природной хитрости, она еще активно занималась обучением юных дарований чёрной магией. Она прям выискивала каких-то талантливых детей, организовывала некое подобие своих приютов, в которых взращивала достойную опору себе. В общем, она делала все то же самое, что и Рилэй, только наоборот, с темными магами. Она планировала создать нечто вроде противоположности Армариллису. Вот нам только этого для полного счастья не хватало - чтобы где-то в мире существовала элитная школа черной магии, где юных магов будут натаскивать на борьбу с нами, фортеминами!..

Нельзя было допустить такое развитие событий, поэтому мы усиленно работали над тем, чтобы вычищать такие "приюты" на корню, хотя найти их было сложно. Арона, зараза такая, всегда умела хорошо прятаться, в этом она была профессионалом. Но, в общем, искоренение таких мест было для нас очень важной задачей. Страшно было представить, во что может вылиться такое вот продуманное взращивание темных магов, заточенных не на сражение с нечистью, а на убийство светлых магов. На убийство своих же.

В итоге нам удалось прервать процесс покорения Заэля, мы нашли и забрали его раньше, чем процесс был бы уже необратим. Но... Его спасение далось нам слишком высокой ценой.

Мы ринулись на помощь Заэлю большой командой и потом еще вызвали подкрепление, когда стал понятен весь масштаб бедствия. Мы оказались на территории одного из таких "приютов" Ароны, в эдакой темной клоаке. И сражаться нам пришлось в том числе с юными магами, которым уже хорошенько промыли мозги. Которые готовы были внимать каждому слову Ароны, и которые охотно ринулись на наших воинов со смертельными шарами наперевес.

Многие из наших тогда погибли... Около двадцати воинов за день канули в бездну, а для нас это огромные цифры и большие потери, с учетом того, что фортеминов в целом немного в мире. И каждый воин - на вес золота.

Мы с Сиринити тоже принимали участие в той облаве и дрались так, как, наверное, не дрались никогда в жизни. Это была очень ожесточённая схватка, наполненная бесконечной озлобленной нечистью, их предсмертными хрипами, запахом их зловонной крови. Ну и нашими матами, что уж там. Матерился я от души на Арону с ее безумными планами по покорению мира, и на Киорру с его не менее безумными идеями возвыситься, и на Заэля, который так некстати не мог принимать участие в этой битве. Он-то один выкосил бы треть тех жутких тварей, с которыми мы тогда сражались целой толпой.

Мы с Сиринити прекрасно работали в паре, активно выкашивая всех, кто пытался нас оттеснить. Мы с Сиринити были первыми, кто прорвался внутрь убежища Ароны, и первыми, кто добрался до Заэля и потом под прикрытием уводил его прочь. Ослабший, истекающий кровью... Заэлю было хреново, колдовать он не мог, на руке его "красовались" кровавые раны фальшивого Имени, которое ему "подарил" Киорра. Выглядело это жутко. Но даже в таком состоянии он пытался нам помогать, завернув в лабораторный отсек, набрав там склянок с ядами и всякими взрывоопасными веществами и помогая нам расчищать дорогу назад, туда, где мы снова могли бы воспользоваться порталом в Армариллис, так как на самой территории приюта Ароны стояли какие-то защитные блоки. И вот с этой самой территории мы пробирались с трудом, с огромным трудом.

Нечисти было много, очень много. А помимо темных тварей, были и просто темные маги. И сам Киорра, который от души давал нам отпор, понимая, что либо он от нас сейчас отбивается, либо мы грохнем его сами. Наш коллега, наш же соратник давал нам отпор! Причём такой агрессивный, будто он всю жизнь мечтал надрать зад лично мне. Впрочем... Не удивлюсь, если так оно и было. Мотивы Киорры мне до конца не были понятны, но жгучая зависть наверняка сыграла с ним злую шутку.

Знаете, я в тот момент, сражаясь с Киоррой, глядя в его бешеные глаза, поймал себя на мысли, что будто бы смотрю на вариант гнилого себя. Наверное, как-то так мог бы выглядеть я сам, если бы продолжил топить себя в зависти к Заэлю или любому другому солдату равновесия. Именно до такого агрессивного отчаяния я мог бы себя довести, если бы продолжил катиться ко дну. Дурновато мне тогда стало при мыслях об этом, честно скажу. Весьма... отрезвляюще.

Киорра мне всю душу вытряс в том сражении, победить его оказалось не так просто, как я рассчитывал. Он явно провел эксперименты еще и над собой, потому что его аура изменилась, и сражался он какими-то интересными техниками, от которых мне приходилось уклоняться, потому что некоторых заклинаний я не знал и не понимал, как от них защищаться.

Мы с Сиринити были отличной боевой парой, и поначалу шли тараном на Киорру вместе. Поэтому нас разделяли... Вмешивалась нечисть, другие маги... Нас нарочно разделяли. Специально разводили в стороны максимально далеко друг от друга, бросали на нас все силы. Я такого потока нечисти и темных магов на одном квадратном метре ни разу до этого не видел. На нас кидались с таким остервенением, что я только и успевал обороняться, уже не особо глядя по сторонам и надеясь, что Заэль там сам как-нибудь за моей спиной до наших коллег доберется, потому что у меня больше не было возможности защищать еще и его.

А в один момент у меня кровь застыла в жилах, когда я увидел, что против нас решила выступить сама Арона. Красивая женщина с длинными темными волосами и очень злым выражением лица, она резко контрастировала со светлым образом Сиринити.

Я думал, что Арона кинется уничтожать меня... Но я просчитался. Я вообще ее не интересовал.

Ей нужна была только Сиринити.

Когда против тебя выступает сама Арона, то пиши пропало. У Ароны магический уровень был гораздо выше, чем у меня и у Сиринити. Ароне мог бы только Заэль противостоять, он тогда был на ее уровне. Возможно, Заэль с Рилэйем могли бы ее вдвоем добить... Но обессиленный Заэль, как я уловил краем глаза, был в отключке и сам нуждался в срочной помощи лекарей, помочь он уже ничем не мог.

Я пытался пробиться к Сиринити... Изо всех сил пытался. Но мне нарочно мешали, и у меня ничего не получалось. Не получалось идти на таран, против меня выставили в сражении очень сильных демонов и магов. Киорру я серьезно ранил - очень надеялся, что смертельно, но убедиться в том, увы, лично мне не удалось. Но радоваться и отдыхать мне было некогда, потому что я потерял Сиринити из виду, и мои нервы звенели от напряжения. Я лишь чувствовал, что они где-то там, в стороне, кружатся в смертельной схватке, но... Как к ним пробиться, черт возьми? Я перерубил столько нечисти, но ей конца и края не было видно.

- Отступаем! - услышал я позади себя голоса других фортеминов.

И вслед за ними услышал громогласное "Отступаем! Это приказ!" уже от Рилэйя.

Наставник редко покидал пределы Армариллиса, но в этом сражении ему тоже пришлось принять участие, потому что ситуация вышла из-под контроля. Армия Ароны просто давила нас своей численностью, которая действительно поражала. Когда ж она успела столько нечисти подчинить?..

Трудности еще составляла сама местность. Видимо, и тут рука Киорры была приложена, потому что вся территория приюта Ароны была обложена какими-то незнакомыми мне чарами, о которых я даже не слышал. Чары эти постоянно потягивали светлую магию, потихоньку, но я чувствовал, что на этой чужой территории не могу сражаться в полную силу. Здесь мы все заведомо были в проигрышной ситуации.

- Отступаем! - еще раз крикнул Рилэй за моей спиной.

Он старательно удерживал для нас портал в Армариллис, куда один за другим прыгали фортемины, но я не торопился к ним присоединиться.

Какое, нахрен, отступаем? У меня там Сиринити с Ароной сражается, и силы не равны, им надо немедленно помочь!

Я как раз повернулся к Рилэйю, чтобы сказать ему об этом, чтобы попросить о помощи... Но в тот момент пошатнулся от дикой боли.

Холод... Дикий лютый холод пронзил сердце, подобно ледяным иглам. Нет, это было не ранение мечом, не ледяное заклинание, пущенное в меня демонами. Это было хуже, много хуже... Наставник рассказывал, что так ощущается резко оборванная связь со своим Стражем.

- Уходим, - коротко скомандовал Рилэй, подскочив ко мне и буквально утаскивая меня за собой, в сторону портала.

Я судорожно втянул носом воздух, пытаясь справиться с дикой болью и леденящими душу иглами, которые, казалось, пронзали все мое тело насквозь.

- Холод... В груди... - пробормотал я, держась за сердце. - Так больно...

- Ты знаешь, что это значит, - холодно произнес Рилэй. - Сиринити с нами больше нет.

Слова его не сразу дошли до моего сознания.

Как так - нет? В смысле - нет? Вот так просто: была и нет?..

Я обернулся и увидел вдалеке, как окровавленную Сиринити буквально волочат в здание приюта Ароны, а сама Арона хохочет, будто ей было чрезвычайно весело, этой чокнутой дамочке.

Волочат, но Сиринити была еще жива. Смертельно ранена, связь между нами оборвалась, но она была жива... пока что.

Я попытался остановиться, вырваться, повернуть обратно...

- Уходим, Ильфорте, это приказ! - рявкнул Наставник, тряхнув меня как следует. - Если задержимся, то уже никто никому не поможет.

- Но Сиринити... Моя Сиринити...

- Уходим.

- Но она еще жива! - в отчаянии воскликнул я. - Наставник, услышьте! Ее же будут пытать! Ее ведь хотят не просто убить, а как следует поиздеваться над ней напоследок! Нельзя этого допустить! Это же ваша дочь, черт возьми!! - уже орал я.

- Считай, что ее больше нет, - холодно повторил Рилэй, буквально с силой вталкивая меня в портал и шагая за мной следом. - Мы уже не можем ей помочь. Наши силы слишком не равны. Останемся - погибнем все, и Армариллису сегодня придет конец. Иногда приходиться выбирать не в свою пользу. Как сейчас. Как бы ни хотелось самому при этом сдохнуть от душевной муки. Так что заткнись и исполняй приказ Наставника.

И столько металла было в его голосе, столько боли, что я заткнулся, ощущая, как теряю связь с реальностью, а боль в груди разрастается, стремительно поглощая всю мою сущность.

Мы чуть ли не кубарем вывалились из воронки телепортации, Рилэй толкал меня вперед, торопясь закрыть за собой портал до того, как вслед за нами нырнут демоны и прочая нечисть.

Демоны... Нечисть... Кто бы знал, как в тот момент мне было глубоко плевать на каких-то демонов и какую-то нечисть.
Мне на всё было плевать. Кроме той душевной боли, которая разрасталась во мне с каждой секундой.

До меня не сразу дошел смысл всего происходящего. Армариллис стоял на ушах, пострадали очень многие солдаты равновесия, больше сотни - это колоссальный урон для наших рядов. Мы не обычные маги, которых легко ранить, и столь массовые тяжелые ранения для нас - нонсенс. В тот день мы потеряли несколько храбрых воинов... Но меня волновал только один воин. Точнее - воительница, которой с нами больше не было.

Сиринити...

Я знал, что ей сейчас очень плохо. Я знал, что ее пытают. Я чувствовал это какой-то частичкой себя.

Нет, нас больше не связывала магия боевой пары - она отчетливо прервалась. Но я чувствовал Сиринити иначе - как свою истинную пару. Ранее я по дурости не придавал значения истинности нашей связи, а в тот день я стоял и ощущал в полной мере, насколько велика была все это время связь между нами. И как я ее не ценил. И как мне было хреново от осознания того, что я ничем, абсолютно ничем не мог помочь.

Я бы немедленно телепортироваться в логово Ароны обратно, но Рилэй быстро запечатал все порталы в Армариллисе - а Наставник может делать это очень быстро - и у меня не было никакой возможности рвануть на помощь своему Стражу. Даже ценой своей жизни. Мне искренне тогда было плевать на свою жизнь.

Я пытался сопротивляться Наставнику, но огреб от него такой мощный ментальный удар, что застыл на месте, скованный ужасом, парализованный на короткое время.

- Возьми себя в руки, Второй, - рявкнул на меня Рилэй. - Ты не можешь изменить произошедшее, и один ты ничего не сделаешь. Просто погибнешь, и это будет глупая смерть. Если мы сейчас все поддадимся эмоциям, то Армариллис просто падет, и заткнуть Арону и ее прихвостней будет некому. Подумай об этом.

- Но Сиринити, - прошептал я еле слышно. - Моя Сиринити...

Рилэй отчетливо скрипнул зубами. Он старался не показывать эмоций, но на несколько секунд его лицо искривилось мукой. Дикой такой мукой человека, сердце которого разрывается от боли.

Наставнику не было плевать на свою дочь. Но сейчас он был вынужден действовать как Наставник и думать не только об одном человеке, а обо всем Армариллисе. На его плечах висела ответственность за всю академию, за каждого ее воспитанника. И если бы он сейчас дал себе слабину и позволил эмоциям взять верх над разумом, то от академии Армариллис в этот день действительно ничего не осталось бы. Ну или выжила бы жалкая горстка воинов, которой нечего было противопоставить темным силам Ароны. На самом деле Рилэю пришлось сделать весьма жуткий выбор - и выбор не в пользу своего ребенка. Не хотелось бы мне оказаться на его месте... Не представляю даже, каково это - выбирать между собственным горячо любимым ребенком и всем Армариллисом, а значит - целым благополучием мира... Так себе выбор, прямо скажем. Очень жестокий и жуткий. И силе воли Наставника тогда стоило только позавидовать.

Умом я всё это понимал. Но сердце... сердце мое разрывалось на части.

- Но моя Сиринити... - вновь прошептал я, как заведённый, повторяя одно и то же имя.

- Это не только твоя боль, - только и сказал мне Рилэй жестким голосом.

Глаза его были... глазами живого мертвеца, я бы так это назвал. Такая жуткая в них была пустота и холод, что мне не нашлось что возразить. В этих мертвых глазах я увидел отражение своей же боли.

Рилэй оставил меня, стремительным шагом направляясь к замку Армариллис, на ходу раздавая приказы другим фортеминам. Вокруг было много, очень много раненых, кто-то сам шел в сторону лазарета, кого-то несли на носилках, кто-то сам себе оказывал первую помощь, усевшись прямо у широких стволов клименды.

Я попытался отвлечься... Честно, попытался... Даже помог отнести кого-то на носилках до трапезной, куда сейчас переносили всех раненых... Вот там-то меня и «накрыло».

Едва я помог с переносом одного тяжело раненого солдата, истекающего кровью, как меня скрутило такой жуткой болью, которую очень сложно описать словами, но которую я запомнил на всю жизнь... Каждую чертову секунду этой боли запомнил. То, как скрутило желудок, будто кто-то всадил туда ядовитый клинок. То, как кровь стыла в жилах от охватившего ужаса. То, как сердце сбилось с ритма и на миг остановилось - в тот же самый момент, когда остановилось сердце Сиринити, я знал это точно. А потом резко стало холодно и пусто. Так холодно и пусто, будто у меня никогда не было ни Стража, ни истинной пары. Вот просто была - и нет.

Ее больше нет. Мысль об этом жуткой стрелой проносилась в голове, но никак не желала там умещаться.

Как это - ее больше нет?..

Почему она, черт возьми? Почему не этот самовлюбленный болван Заэль?!

Я стоял тогда в темном углу нашей трапезной, которая на несколько дней превратилась в филиал лазарета, и не понимал... Не понимал, где я, что я, что происходит и зачем всё это нужно... Мир резко потерял для меня краски, звуки, вкус. Всё разом стало таким блеклым и бессмысленным, что я не понимал, как я вообще сам не умер там же, просто от душевной боли.

Нет, я тогда не плакал. Я был отличным учеником Рилэйя, и я умел сдерживать в себе все "лишние" эмоции.

Слезы, тоска - все это было "лишнее", да. И я мастерски умел это отключать. Всё как меня учили. Рилэй мог бы мной гордиться, ага. Не знаю, кстати, гордился ли. Вероятно, ему и самому было не до того, он сам был занят тем же - сдерживанием своих рвущих душу эмоций...

Но, в общем, я не плакал тогда. Не бился в истерике. Не орал во всю мощь своих легких, хотя орать от отчаяния хотелось больше всего на свете. Я вообще внешне почти не изменился и не пролил ни одной слезинки.

Я просто в тот момент морально умер. Вместе с Сиринити.

Знаете, это как будто из тебя вырвали кусок плоти. Вырвали твое заледеневшее от ужаса сердце, разбили на части, положили перед тобой. И ты вот сидишь, смотришь на этот жуткий кровавый пазл и понимаешь, что тебе его никогда не собрать. А даже если соберешь - понимаешь, что в этом нет смысла. Вообще больше ни в чем нет смысла. Ни в жизни, ни в чем.

Какая вообще может быть жизнь, если в ней больше нет Сиринити?

Вот я никакой жизни больше и не видел. Только существование. Пустое и безвкусное, как картон. Жевали когда-нибудь картон? Так себе удовольствие. Вот это вот безвкусное ощущение "так себе удовольствия" стало в ту пору моим девизом по жизни.

Я проклинал себя за то, что не смог уберечь своего Стража. Я должен был... должен был! Как Боец я должен был защитить своего Стража и лучше уж умереть за него! Но я не смог... не смог...

Мысли об этом отравляли мой разум, заставляя в полной мере прочувствовать, какое же я мелкое ничтожество на самом деле.

- Ты не виноват в том, что случилось, - услышал я в какой-то момент голос Рилэйя и почувствовал его тяжелую руку на своем плече. - Сиринити погибла не из-за твоего недосмотра, а из-за того, что на нее давно охотились, Ильфорте. Враги не дремлют, и они хотели ударить так по мне, старались сделать мне максимально больно. Что ж... У них это получилось.

Пожалуй, эта фраза была единственным проявлением негативных эмоций Наставника. Больше никаких слабостей он себе не позволял и на людях всегда был очень спокойный и сдержанный, как обычно. Я, конечно, не знаю, как он страдал наедине с самим собой... Но свое горе он не стремился демонстрировать.

Впрочем, от его слов мне было не легче.

«Ты не виноват в том, что случилось» - а кто тогда виноват, черт возьми?!

Плохо мне было аж до тошноты. До этого момента я даже не догадывался, что от одной только душевной боли может так сильно скручивать.

Я любил Сиринити. Любил всем сердцем. И я не знал, как и зачем без нее жить дальше.

Я вышел тогда из здания академии и брел куда глаза глядят, дошел до самых дальних водопадов, которые очень любит... любила Сиринити. Остановился на берегу, глядя на воду, в которой однажды увидел купающуюся зеленоглазую красотку, перед которой не смог устоять. Смотрел и пытался осознать страшную мысль о том, что больше ничего этого не будет. Вообще ничего. Ни совместных купаний в водопаде, ни объятий, ни поцелуев, ни жарких ночей... Ничего. Какое, оказывается, это страшное слово - ничего... И - никогда.

В тот день я не плакал, потому что, кажется, попросту не умел это делать. Кажется, в последний раз слезы из меня лились когда-то в детстве... Настолько давно, что я совершенно не помнил этого момента. Я же солдат, а солдаты не плачут. Верно?..

Я не кричал, потому что в горле застал ком, и я не мог из себя выдавить ни звука. Я же солдат, а солдаты не орут от раздирающей душу боли. Верно?..

Но я скорбел всем своим существом.

Я потерял не просто своего Стража - я потерял своего лучшего друга в лице Сиринити, потерял свою любимую женщину. Я потерял всё.

Да, именно так я тогда думал - я потерял всё. Удивительно, как один человек может стать "всем", да?

***

Дни мои потекли в каком-то жестоком формате бесконечного "дня сурка". Я каждую ночь видел во сне Сиринити, я каждый день просыпался и засыпал с мыслями о ней, раздираемый невыносимой тоской. Я регулярно отправлялся на зачистку нечисти на разных территориях и выискивал Арону, которая притаилась, затихла, залегла на дно.

Помните, я говорил, что Бойцы по своей натуре - чертовски живучие маги, которых очень, очень сложно, невероятно сложно убить? Ну вот, тогда я познал это на себе в полной мере. Потому что я нарывался на самые опасные задания Армариллиса, лез куда можно и нельзя, ни в чем себя не сдерживал, сражался на пределе всех своих возможностей, но... но все равно оставался живым.

Любой рядовой фортемин уже давно сдох бы от всех аналогичных полученных ранений, от магического истощения, от регулярной сильной потери крови в жесточайших схватках с нечистью (порой - натурально врукопашную). Но я был Вторым Арма, и я был Бойцом, одним из самых лучших. А самых лучших Бойцов очень и очень сложно уничтожить. Мы умудряемся выживать, будучи на волосок от смерти, такая уж у нас специфичная магическая природа. Вот я и выживал... Хотя бесстрашно совался в самое пекло без цели выжить и выбраться наружу. Но все равно выживал и выбирался. Меня постоянно вытаскивали из западни, и мне отчаянно везло в сражениях. Я был бесстрашной машиной для убийства, которую не останавливало никто и ничто. Порой прихвостни Ароны сами по себе разбегались в стороны, едва завидев меня.

Мне нужно было найти виноватого. Это было просто жизненно необходимо для меня, чтобы окончательно не поехать крышей. Мне просто нужен был такой "козел отпущения", на которого я мог бы направить свою злость.

И я его нашел - Заэль.

Это ведь из-за Заэля мы сунулись в ту демоническую дыру. Из-за попытки спасти Заэля Великолепного мы вляпались во все это дерьмо. Из-за его драгоценной, мать его, персоны нам пришлось задержаться, сражаться до последней капли крови и "пожертвовать" моей Сиринити.

И плевать, что Заэль на самом деле не был виноват во всей сложившейся ситуации. Он же не мог предвидеть нападения Киорры. Не мог знать, сколько сил Арона бросит на бой с фортеминами. Не мог знать, что сама Арона покажется на свет, хотя до этого она долгое время пряталась. Не мог знать, что весь этот бой как раз и был нацелен на уничтожение Сиринити в первую очередь.

Но мне тогда просто нужно было на ком-то срываться. Что я и делал.

Я тогда ненавидел Заэля всей душой. Всю свою невыносимую тоску, всю душевную боль я направил на ненависть к этому живучему гаду. Который продолжал жить и дышать, пока моя Сиринити... Пока она... Ну, в общем...

Мы часто с Заэлем в ту пору конфликтовали, и эти конфликты нередко перерастали в ожесточенные сражения. Порой - прямо посреди коридоров Армариллиса, после чего нас радостно отправляли в карцер.
Рилэй был в ярости от наших регулярных стычек.

- Позорище. Два лучших воина Армариллиса, а ведете себя, как плешивые инквизиторы. В карцер, обоих, - сухо командовал Рилэй чуть ли не каждую неделю.

О да, в карцере мы тогда с Заэлем сидели часто. По несколько часов, а иногда - по несколько дней. В зависимости от того, насколько сильно разнесли коридоры Армариллиса в процессе очередной нашей стычки.

Карцер - это своего рода тюрьма в академии Армариллис, но не обычная, со своей спецификой. Одиночные камеры карцера представляют собой закрытые помещения с аномальными зонами, в которых совершенно невозможно колдовать. Пространство, полностью лишенное магии и жадно выкачивающее магию из тебя самого. Эдакий вечно голодный хищник.

Жутко неприятное место для любого фортемина. Но весьма отрезвляющее. Невозможность колдовать, ощущение выкачивания магии нехило прочищает мозги и здорово бодрит. Поэтому после нескольких часов или даже дней пребывания в этом неприятном помещении в полной тишине, в полном одиночестве я выходил наружу, жадно вдыхая свежий воздух ртом, и на несколько дней затихал, не сталкиваясь особо с Заэлем и стараясь даже не разговаривать с ним. Благо в ту пору я больше не являлся его куратором, так как Заэль в курировании более не нуждался. Хотя, реже мы от этого видеться не стали, потому что являлись двумя лучшими Бойцами Армариллиса и были вынуждены взаимодействовать друг с другом, как бы нам этого ни хотелось.

Впрочем... Знаете, в ту пору я в какой-то степени даже любил эти отсидки в карцере. Почему? Да просто в это время невозможно было тосковать по Сиринити. Мне физически было так нехорошо в карцере, так ломило все тело от неприятных ощущений, что я был полностью сосредоточен на этой боли, и больше ни о чем не мог думать. В какой-то степени это было для меня своего рода спасением... Может, поэтому я порой неосознанно нарывался на стычки с Заэлем, чтобы меня заперли в карцере, и я хоть пару часов мог не думать ни о чем, кроме боли во всем теле?.. Так себе оправдание для мазохизма, но уж как есть.

Но на самом деле наши стычки были больше просто ради выплеска эмоций, агрессии. Потому что, если бы я очень сильно захотел, я бы, пожалуй, Заэля всё-таки грохнул, у меня было много возможностей сделать это тихо и бесследно. Но я ими не воспользовался, потому что знал: именно благодаря Заэлю будет свержена Арона.

Мне в ту пору как раз пришло несколько видений. Невнятных, туманных и ещё очень далеких по времени, но совершенно точно дающих мне ответ на вопрос, кто победит Арону. Я тогда не понимал, каким именно способом будет побеждена эта живучая темная тварь, но видения дали мне четкий ответ: это будет возможно только благодаря Заэлю. В одиночестве ли он это сделает когда-то или с кем-то - я тогда еще не смог этого увидеть, слишком далекая точка будущего была на тот момент. Но ради этого я готов был смириться с тем, что этот белокрылик с косой до пояса какое-то время еще будет жить, что мне трепать его можно, а вот убивать - нельзя. Потому что больше всего на свете я мечтал уничтожить Арону. Желательно - своими руками, но... Но видения четко дали мне понять, что моя роль во всей этой истории будет совсем другой. Что ж... мирозданию виднее, с ним спорить бесполезно. Но раз от Заэля действительно будет напрямую зависеть свержения Ароны, то я обязан был сделать всё, чтобы Первый остался в живых и дотянул до того знакового момента.

Мною двигала лютая жажда мести. Наверное, в ту пору я и жил-то только мыслями о мести и планами жесткой расправы над той, кто посмела лишить меня моего Стража. Я был буквально ослеплён жаждой мести, и это было единственное, что заставляло меня двигаться дальше.

***

Пару раз я надирал зад Заэлю, когда он пытался ускользнуть в одиночку в сторону логова Ароны. Сделать это он пытался тайно, но я за ним следил и успевал вовремя остановить.

- На кой ты туда лезешь, мать твою?! - орал я на него во второй такой раз, когда буквально за руку поймал Заэля перед порталом, вовремя почуяв, куда он может вести, и заперся с Заэлем в пустой аудитории, чтобы поорать на него от души.

Тот не сопротивлялся, лишь волком глянул на меня исподлобья.

- Хочу найти душу Сиринити и попробовать вернуть ее к жизни, - ответил он негромко, не сводя с меня тяжелого взгляда.

Сердце мое сбилось с ритма.

Я уже слышал ранее эту чушь и дико злился с этой темы. Болезненной темы, что уж там. Крайне болезненной.

Столько времени прошло с момента гибели Сиринити, а мои душевные раны всё ещё были свежи...

- Опять?! Ты что, издеваешься надо мной?! - рычал я на Заэля. - Хочешь повторения той ситуации? Хочешь, чтобы еще половина академии подохла ради твоих капризов? Ты совсем отмороженный, что ли?!

- Ты не понимаешь... Сиринити...

- Она мертва! - крикнул я в лицо Заэлю. - Ее больше нет, врубаешься? Нет, и не будет!

- Да, но кое в чем ты ошибаешься. Я точно знаю, что ее душу не сожрали демоны, - твердо произнес Заэль. - Они лишь отделили ее душу и куда-то поместили... В какой-то артефакт, в некий сосуд или куда там - я не знаю, но точно знаю, что ее душу не уничтожили, и хранится она где-то в лаборантских закромах Ароны...

- Да с чего ты взял это, боже?!

- Я же уже говорил, - вздохнул Заэль. - Я устроил слежку за некоторыми последователями Ароны. Кое-кого поймал... Кого-то разговорил...

Я скептично усмехнулся.

- Разговорил? Красивая вариация слова "пытал".

Заэль лишь безразлично пожал плечами.

- Мне нужна была информация. И доставать ее я был готов любыми методами. Я не меньше твоего хотел бы как-то вернуть Сиринити, Ильфорте. И я узнал, что если прибегнуть к некоторым способам некромантии, то...

- Оставь ее в покое! - уже кричал я. - Оставь попытки ее вернуть! Ее не вернуть, ты врубаешься? Я все перепробовал, что в моих силах, или ты думаешь, что я не пытался найти информацию, можно ли ее как-то воскресить? Пытался! Бесполезно всё это! Для такого воскрешения нужен некромант столь высокого уровня, каких не существует сейчас в мире. Не существует вообще! Врубаешься?

- Это если говорить о полноценном воскрешении в человеческом теле. Но если попробовать...

- Заткнись, слушай, а? - очень зло прошипел я, тряхнув Заэля как следует. - Больше ничего не хочу слышать от тебя на эту тему. Забудь об этом, не лезь в лаборатории Ароны, и вообще, соблюдай предельную осторожность, потому что...

- Осторо-о-ожность, - издевательским тоном протянул Заэль. - Кто бы говорил об осторожности, а? Если кто из нас отмороженный, так это ты, бросающийся на всех темных тварей так, будто ты бессмертный. Из осторожности, да?

- Мне моя жизнь сейчас не то чтобы дорога́, - сухо произнес я.

Заэль как-то странно посмотрел на меня, произнёс очень тихо:

- Сиринити хотела бы, чтобы ты жил. Чтобы ты продолжал жить и радоваться жизни, несмотря ни на что.

- Да как же мне без нее жить-то?! - в отчаянии закричал я. - И зачем? И чему радоваться? Чему, я тебя спрашиваю?!!

И меня прорвало.

Я слишком долго ходил с каменным лицом и сдерживал в себе эмоции. Делал вид, что справляюсь с горем, что все у меня под контролем. Даже сам почти верил в это. С переменным успехом.

Но тогда меня прорвало. Я плюнул на попытки казаться всем таким правильным и идеальным, просто сел на пол пустой аудитории и заплакал. Вернее - зарыдал. Горько так, взахлеб, как будто больше ничего в мире не имело значения. Впрочем, для меня на тот момент всё именно так и было. Слезы сами собой градом катились по щекам.

Я оплакивал Сиринити. Нашу с ней счастливую совместную жизнь. Наше с ней, бесспорно, счастливое совместное будущее. Нашу несбывшуюся семью. Нашу любовь.

Мне было так хреново, что уже было все равно, кто и как меня увидит. Заэль на меня смотрит? Да и плевать, пусть хоть ржет в голосину, если ему так хочется. Хуже он мне сделать уже не может. Потому что хуже просто некуда. Невозможно сделать хуже тому, кто и так ходит с дырой в сердце.

Поэтому я просто сидел и плакал. Достал из нагрудного кармана фотографию Сиринити, которую всегда носил с собой, и буквально заливал слезами фото, больше не в силах сдерживаться и не обращая внимание на все вокруг.

Мужчины не плачут? Фортемины не плачут? Идите в задницу, вот что я вам скажу.

Плачут все, когда по-настоящему плохо. А хуже, чем тогда, мне больше никогда в жизни не было.

Не знаю, сколько я так рыдал, но в какой-то момент почувствовал, что Заэль сел рядом и неожиданно приобнял меня за плечи. Он не упрекал меня в излишней эмоциональности, не ржал, не ехидничал, как я ожидал. Не принижал, не стебался. Он вообще ничего не говорил. И даже не пытался заглушить мой негатив своим магическим даром, не влиял на меня эмоционально. Просто был рядом в какой-то молчаливой поддержке, что ли...

А когда я немного успокоился (ну как - успокоился... Скорее - когда просто закончилась партия слез) и искоса глянул на Заэля, то увидел, что его лицо тоже "украшают" две мокрые дорожки на щеках. Он не пытался их лихорадочно стереть, увидев, что я смотрю на него. Не скрывал своих эмоций. И как-то в тот момент это поразило меня больше всего.

Арма ведь не плачут. Мы ж типа роботы, нам нельзя чувствовать, убиваться, страдать.

Но Заэль страдал. Он тоже оплакивал Сиринити. Не так надрывно, как я, но и ему было горько. И он этого в тот момент не скрывал.

- Мне тоже ее не хватает, - негромко произнес он.

- Ты ее любил? - спросил я прямо.

Этот вопрос часто не давал мне раньше покоя, что уж там. И сорвался с языка быстрее, чем я подумал.

- Только как сестру, - покачал Заэль головой, взяв из моих рук фотографию Сиринити и с горькой улыбкой проведя по ней пальцами. - Как близкого родственника, с которым обучался азам магии фортеминов. Который поддерживал меня и понимал все мои эмоции. Это очень ценно - когда в твоем окружении есть такой человек, который тебя понимает и принимает вместе со всеми твоими косяками. Который не пытается тебя переделать, но ненавязчиво подталкивает в нужную сторону. С которым можно поговорить на любую тему. Который многому научит, и с которым можно отдохнуть душой, играя в настольные игры, когда вымотаешься физически на тренировках. Так что да, я ее любил. И сейчас люблю. Как родного человека. Как очень близкого человека, которого жестоко убили по моей вине.

- Не по твоей, - глухо возразил я. - Ее убили, потому что она была дочерью Наставника. Ударили по самому больному. Мало того, что он жену свою однажды потерял, так теперь еще и дочери лишили. Отняли всех близких людей. Жестоко.

- Да...

Какое-то время мы так и сидели молча, каждый думая о своем. Молчание удивительным образом не тяготило меня, с Заэлем оказалось приятно вот так вот просто... помолчать. Я был в некотором отупении после выплеска эмоций... нервно выстукивал рваный ритм, барабаня костяшками пальцев по паркету. Звук этот глухо разносился по пустой аудитории.

- Я думал, тебе не присущи страдания по кому-то, - произнёс я некоторое время спустя.

Заэль криво улыбнулся.

- Я живу в попытке найти свою утерянную возлюбленную, Иль. Которой я когда-то продал душу взамен на наше счастливое будущее*. У меня дыра в душе похлеще твоей будет.

[*напомню, что этот эпизод подробно описывается в книге "Грани прошлого", в Главе 28. Грани отчаяния]

- Получается, мы два неудачника-одиночки, - резюмировал я.

- Типа того, - усмехнулся Заэль. - Ситуации разные, но одинаково страшные. И я очень хорошо понимаю твою боль, Иль. Лучше, чем ты можешь думать. Не надо ее сдерживать, эту боль... Когда сдерживаешь, только хуже становится. Ты как бы консервируешь себя в этой боли и потом уже не можешь выплыть наружу. Знаешь, вот Сиринити мне как раз и помогала выплывать из этого дерьма... Теперь помогать некому. И справляться надо самому.

- А зачем вообще выплывать? Для чего? Ради чего?

- Ради Сиринити, Иль, - тихо произнес Заэль. - Она бы хотела, чтобы ты жил дальше и продолжал радоваться жизни.

- Хрень всё это. Ее рядом больше нет. И не будет. И я больше не вижу смысла в жизни. Его у меня больше нет.

- Значит, надо найти новый, - пожал плечами Заэль. - Ты столько раз нарывался на неприятности, лез в самое пекло к демонам, а все равно оставался в живых, даже если приползал полудохлый. Значит, этому миру еще нужно, чтобы ты жил.

- Бойцы - слишком живучие создания, - скривился я. - Хрен нас грохнешь, вылезем из могилы. Особенно такие сильные Бойцы, как мы с тобой.

Заэль невесело рассмеялся.

- Да уж... Но тут такое дело: мирозданию виднее, Иль. Если бы ты был не нужен этому миру, ты бы уже ушел. Подумай об этом.

- Не хочу я об этом думать. Не хочу быть кому-то нужным. Я просто хочу к своей Сиринити...

Заэль тяжело вздохнул. Сказать ему на это явно было нечего. Ну или было чего, но он предпочёл промолчать. И вместо ненужных слов он вдруг прищёлкнул пальцами, и в его руках материализовалась гитара, с которой я видел иногда Заэля, любящего поперебирать струны. Он любил музыку и довольно неплохо играл на нескольких музыкальных инструментах. Не то чтобы у него было очень много свободного времени для этого, но любую свободную минуту Заэль старался музицировать.

А вот что он еще и петь умеет - этого мне слышать ранее не доводилось. Поэтому я прям рот распахнул от удивления, когда Заэль запел - красиво так, чувственно, с надрывом. Песня его напоминала мне эдакую мрачную молитву человека, который отчаянно взывает к небесам с просьбой о светлой участи*.

[*примечание автора: для лучшего погружения в атмосферу очень рекомендую послушать вам песню HYDE "JESUS CHRIST", в моем воображении именно такую песню мог бы петь Заэль. И в целом, именно с голосом этого вокалиста у меня жестко ассоциируется голос Заэля, я таким "слышу" этого персонажа]

Заэль всё пел и пел, мелодия лилась и лилась, как лились слезы по моим щекам, никак я не мог остановить этот поток эмоций... Но чем дольше слушал Заэля, тем мне становилось легче. Уж не знаю, казалось мне так, или сильный вокал меня так пронял, или музыка пробрала до костей, или еще что... Но в тот момент пустота в моей душе показалась не убийственно болезненной.

Я не сразу заметил, что начал выстукивать костяшками пальцев по полу ритм звучащей мелодии. Или это Заэль изначально стал играть, подстраиваясь под мои "выстукивания"?.. Ай, черт его разберёт...

- Научи меня играть на гитаре, - неожиданно для самого себя попросил я, когда Заэль допел.

Сам не понял, почему попросил. Просто вдруг почувствовал - надо. Хочу. Черт побери, я впервые за несколько месяцев захотел что-то, кроме головы Ароны на серебряном подносе.

Заэль не стал насмехаться, кривляться, отговаривать или еще что-то. Не стал он и задавать лишних вопросов, ехидничать на тему "ну и на кой тебе оно нужно, великий менестрель?" Он просто молча кивнул, прищелкнул пальцами, призывая к себе волшебством другую свою гитару, передал ее мне и тут же начал меня учить, не откладывая на потом.

Получилось у меня далеко не сразу, но я настолько ушел с головой в попытки освоить долбанную гитару, которая мне не желала поддаваться, что уже к вечеру смог вполне чисто сыграть небольшую незатейливую мелодию. На этом я не остановился и продолжал с упоением обучаться неожиданно сложному для меня навыку игры на музыкальном инструменте. Даже о демонах временно позабыл и перестал рваться в самую гущу событий, потому что у меня появился некий новый смысл жизни - победить эту чёртову гитару, будь она неладна!!

Никогда раньше ни на чем не играл и не думал, что это будет сложно. Не придавал этому значения. Кто-то легко обучается, кто-то схватывает на лету, а я по-настоящему сильно напрягался в попытке освоить навыки игры на гитаре, для меня это оказалось невероятно сложным процессом. Сложным, но умиротворяющим. Я даже понял, почему Заэль после гибели Сиринити стал чаще музицировать - это действительно отвлекало. Не то чтобы успокаивало, но мозги однозначно переключало, заставляя сосредоточиться на другом - на выведении красивого музыкального узора.

С тех пор мы оба ударились в музыку. Ушли в нее с головой. Провалились в этот омут, вдруг найдя для себя какой-то маленький смысл жизни - в музыке. В создании новых музыкальных узоров, которые было так же сложно и увлекательно создавать, как отрабатывать сложные заклинания. В написании текстов песен, в пении...

Точнее, тексты всегда писал Заэль, а я больше любил сочинять музыку. И настолько с головой уходил в отрабатывание навыков игры на гитаре, что в итоге стал играть на ней воистину виртуозно, круче Заэля. Хоть в чем-то я его смог превзойти, аплодисменты мне, не слышу аплодисментов!..

***

- Сто-о-оп, погодите, - произнёс Морис, с удивлением глядя на Ильфорте и одновременно протягивая расчувствовавшейся от всех рассказов Флоре очередной носовой платок. - Наставник у нас, значит, умеет играть на гитаре круче Заэля? А почему я ни разу не слышал вашей игры?

- Ну-у-у, - уклончиво протянул Ильфорте со слегка смущенной улыбкой. - Наставнику академии Армариллис не особо положено играть на гитаре, скажем так. Я музицирую с Заэлем иногда, мы это дело любим. Сейчас к нам порой Фьюри присоединяется, он классно играет на скрипке. Но воспитанников академии не отвлекаю своими музыкальными предпочтениями. Мне надо чтобы они меня именно как Наставника воспринимали и не бегали вокруг в попытке выклянчить из меня песенки вместо очередной изнурительной тренировки.

- А сейчас поклянчить можно? - с улыбкой спросил Морис. - Хэй, ну я тоже хочу послушать, как вы играете!

- И как поете! - добавила Флора, шмыгая носом и кидая себе на колени скомканный бумажный платок, коих у нее там образовалась уже целая горка.

- Да-да! А то Фьюри, вон, слышал много раз, получается, а мимо нас это как-то боком прошло...

- Песни - это к Заэлю, - сказал Ильфорте. - А вот сыграть могу... Почему бы и нет.

- Не, давай уж дуэтом, подпоешь, - твердо сказал Заэль и обратился к Фьюри:

- Подыграешь?

- Да запросто, - заулыбался Фьюри. - Что именно играть будем?

- А давай ту, что мы с тобой в прошлые выходные отрабатывали, - сказал Заэль. - Она сейчас хорошо зайдет.

Пару минут спустя волшебники устроились с музыкальными инструментами, и над лужайкой зазвучала мелодия*, которая сначала была совсем тихой и медленной.

[*примечание автора: категорично рекомендую послушать вам песню HYDE feat. GACKT "Orange no taiyou", такую песню я "слышу" в этом эпизоде. Песня длинная, я рекомендую послушать ее именно полностью, от и до]

Заэль играл на акустической гитаре цвета слоновой кости, он прикрыл глаза и с улыбкой перебирал струны. Вид у него был мечтательный, задумчивый, а длинные волосы, заплетенные в тугую косу, свисали до самой травы. Он негромко начал напевать, поглядывая на друга, мол, ну что, подхватишь?

На соседнем кресле с похожей гитарой устроился Ильфорте, который играл длинное вступление, потихоньку усложняя музыкальный узор и тоже подпевая. Мелодия набирала обороты, голоса волшебников становились все тверже и громче, а потом музыка в один момент буквально взорвалась скрипкой, на которой играл Фьюри, стоящий за спинами волшебников. Он играл, закрыв глаза и улыбаясь каким-то своим мыслям, его пронзительная скрипка так и рвала душу, вторя усилившимся голосам Заэля и Ильфорте.

Песня была волнообразной, со спокойными куплетами и взрывными припевами, она то затихала, то вновь взрывалась музыкой и голосами. Мелодия лилась и лилась, а потом медленно стала сходить на нет, и под конец песни Заэль уже чуть ли не шептал, доигрывая последние аккорды.

Когда волшебники доиграли, на лужайке воцарилась приятная такая тишина, нарушаемая только стрекотанием кузнечиков, журчанием воды, звонким смехом детей в отдалении на заднем дворике, хохотом Тео, развлекающего ребятню... В общем, да - много чем нарушаемым, но за самим праздничным столом на некоторое время воцарилась тишина. Не угнетающая, а уютная такая, душевная... домашняя, можно сказать. Говорить не хотелось, потому что слова казались лишними. Потому что исполненная пронзительная песня передала настроение двух теперь уже закадычных друзей намного лучше, чем это могли бы сделать любые слова.

- Хорошо-то как, - выдохнул Морис, озвучив всеобщее настроение.

Действительно - было просто хорошо, и умиротворяющее настроение, казалось, пропитало весь воздух вокруг. Хотелось просто немного помолчать, сохраняя послевкусие момента.

Не могу сказать, что мы с Заэлем сразу после этого стали друзьями. Вовсе нет. Пусть он и учил меня играть на гитаре, и я много сил стал тратить на освоение этого навыка, но при этом продолжал точить на Заэля зуб. Правда теперь делал это тихо, молча, сам с собой. И стычек между нами больше не было.

Скажем так... Между нами воцарился худой мир. Пожалуй, можно сказать, что это был затянувшийся переходный период между стадией "ненавистные враги" и "лучшие друзья". Но надо понимать, что из стадии "враги" дружбу моментально не выстроить, нужно время. Иногда - длительное время. Как в нашем случае.

А в один день Заэль выбесил меня до чертиков просто... Потому что он всё-таки прокрался в одиночку в лаборатории Ароны в попытке найти и забрать "душу Сиринити", вернее некий артефакт, куда ее душа спрятана - так говорил Заэль. В общем, он таки пробрался в эту некую лабораторию.

И ожидаемо попал в плен.

Я был в бешенстве, когда стало понятно, что Заэль попался Ароне, и та уверенно держит его где-то в своих подвалах. Как, опять? Этого безмозглого падшего ангела жизнь вообще ничему не учит, что ли?!

Вдвойне в бешенстве я был от того, что твердо знал: жизнь Заэлю надо сохранить любой ценой. Только благодаря ему когда-то в будущем будет свержена Арона, но этот день еще не наступил. Поэтому пришлось вновь приходить на выручку Первому Арма, хотя я ругался, как вшивый гхарман и мечтал собственноручно придушить Заэля, когда мы его найдем. И, кажется, Рилэй всерьез опасался, что я в самом деле так сделаю. Наверное, физиономия у меня тогда была озверевшая.

Осада на ту лабораторию была стремительная и жестокая. На этот раз мы были подготовлены лучше, так как за прошедшее время успели многое узнать о темной армии и научились лучше с ними бороться. К тому же, меня вел вперед лютый гнев и жажда мести. Помноженное на абсолютное безразличие к своей жизни такое настроение дало убойный эффект, и всех прихвостней Ароны я раскидывал с таким остервенением, что Рилэй потом даже отдельно отметил мою чистую и четкую работу, с особым таким восхищением. Впрочем, плевать мне было на его восхищение. Такие вещи меня более не интересовали в принципе.

В тот раз никто из наших не погиб. Да, многие получили серьезные ранения, и несколько фортеминов потом восстанавливали аж в течение года, но всё-таки жизни они сохранили - а это самое главное.

Как сейчас помню тот момент, когда увидел Заэля, подвешенного на цепях в одном из подвалов. С первого взгляда можно было подумать, что с ним все в порядке - никаких физических увечий на нем не было. Однако выяснилось, что пытали его не внешне, а изнутри. Позже, когда мы доставили Заэля в лечебницу Армариллис, я был в шоке, осознав, насколько много различных зелий, ядов и сывороток вкололи в Заэля за то время, пока он был в плену у Ароны. Он был буквально нашпигован всевозможными сыворотками, над ним проводили бесчеловечные эксперименты, проверяя воздействие той или иной дряни на организм фортемина. И даже думать не хочу о том, каково Заэлю было всё это пережить.

Впрочем, я тогда не жалел Заэля. Я на него дико злился за то, что он ни черта не делает выводов и вновь полез туда, где его с распростертыми объятиями ждала Арона.

Когда я тащил на себе еле живого Заэля в лечебницу Армариллиса, он пытался мне что-то объяснить, но я никак не мог разобрать, что он говорит.

- Я... нашел, - бормотал он еле слышно. - Забрал...

- Что ты там бормочешь? - зло спросил я, чуть ли не швыряя Заэля на больничную койку.

Тот со стоном прикрыл глаза, любое движение, любое усилие ему тогда давалось с дикой болью. Но даже через боль он все равно пытался что-то говорить:

- Спрятал... Нашел...

- Лучше бы ты мозги свои нашел, - процедил я сквозь зубы.

И пулей вылетел из лечебницы, опасаясь прибить все-таки Первого Арма, если задержусь около него еще хоть на минуту.

Тогда я не придал значения этим разговорам и словам Заэля про то, что он что-то там нашел и спрятал. Тогда я просто рвал и метал и умчался прочь, чтобы не натворить дел, о которых потом пожалею.

Заэль... он был очень плох, в плену Ароны ему досталось так, как не доставалось никому и никогда из наших, пожалуй. Наши лекари трудились изо всех сил, а наши лекари - это мощь, скажу я вам, очень серьезные маги.  Во всем Форланде таких не сыскать.

Но даже лучшие лекари разводили руками, столкнувшись с некоторыми необратимыми изменениями в организме Заэля, на которого критично повлияли некоторые разработки сывороток лаборантов Ароны.

В том числе у Заэля изменился состав всех, хм, жидкостей в организме. Первую неделю у него даже слюна была ядовитой, мы обнаружили это случайно и чудом избежали жертв.

Особенно изменилась, хм... Его мужская секреция. После всех этих расчудесных манипуляций Ароны над Заэлем его организм приобрёл весьма пикантную особенность, в связи с которой, если говорить кратко, он стал зависим физически от близости с женщинами*.

[*примечание автора: об этом подробнее рассказывается в отдельной истории про Заэля «Грани будущего», Глава 7. Грани ненависти]

Знаете, вот как вампиры вынуждены кровь пить для своего существования, так Заэль отныне был вынужден «пить» эмоции женщин во время интимной близости, назовем это так. Произошло это в связи с конфликтом его магического дара - умения управлять некоторыми чужими эмоциями - с введенными в него многочисленными препаратами. Полагаю, что Арона пыталась сделать как-то этот магический дар Заэля управляемым извне, но процесс не был доведен до конца, поэтому получилось что получилось... При этом Заэль мог находиться с одной женщиной только одну ночь - одну ночь любая женщина могла выдержать, скажем так, неминуемую «токсичность» Заэля, эту токсичность не могло сдержать ничто, никакие контрацептивы не работали, ничего. Но вот вторую ночь не могла пережить ни одна девушка - уровень токсикации был мгновенно зашкаливающий... и быстро вел к летальному исходу.

Этот нюанс мы тоже обнаружили случайно... Но, увы, на этот раз без жертв не обошлось. И одна наша коллега из числа лекарей попала под бесконтрольные чары Заэля... дважды.

Мэри была начинающей, но подающей большие надежды целительницей, всегда была на хорошем счету в Армариллисе. Ее привлекал Заэль... Да он много кого привлекал, что уж там. Ему не составляло никакого труда соблазнить любую девушку, с которой он хотел бы развлечься. Ну вот он и соблазнил... Свои эмоции он при этом контролировать не мог, потому что просто логично следовал своим потребностям... Просто делал то, что было необходимо для его выживания. Ну и о возможном летальном исходе он знать тогда не знал и был глубоко потрясен обернувшейся трагедией.

После второй ночи с Заэлем Мэри умерла очень быстро, и десяти минут не прошло. Никакие имеющиеся противоядия не помогли, да и не изобрели мы в итоге никакого антидота. Мы перепробовали потом тысячи вариантов противоядий, но все без толку... Ничего не работает.

Уж не знаю, нарочно Арона проводила подобный эксперимент по изменению состава крови и секреции Заэля, или нет, но факт остается фактом. Довольно жестокая издевка судьбы: вынужденно постоянно искать себе новые пассии, но не иметь возможности просто быть с каким-то одним человеком. Притом Заэль никогда не переставал работать над поисками своей демонической второй половинки, которой он некогда продал душу... Так себе положение вещей.

Фактически для Заэля это означало табу на любовь, ведь он не мог себе позволить быть с каким-то одним милым сердцу человеком, а был вынужден отныне постоянно менять девушек... В связи с этим мною также была разработана сыворотка, которая при надобности заглушала в Заэле все романтичные порывы. Разработанный состав просто на корню убивал всю проклюнувшуюся романтику в Заэле, купировал вообще все эмоции. Просто чтобы... Ну, чтобы он не мучился, да. Чтобы он не испытывал эмоций, от которых ему будет тошно, плохо. Ведь он оставался Первым Арма, сильнейшим воином в академии Армариллис. Воином, на которого Рилэй - да и я тоже - делал очень большие ставки в войне с Ароной. Воином, который должен всегда быть в строю. Ходячей машиной для убийства, которая не имела права на слабости. Эдаким послушным бесчувственным роботом, да...

Новость о погибшей Мэри потрясла Армариллис, и Заэля на время заперли в карцере, где он провел в итоге аж несколько недель. Наверное, на памяти Армариллиса это был единственный такой случай, когда фортемина запирали там столь надолго... Там вышедшие из-под контроля чары Заэля не распространялись за пределы карцера и не могли никому навредить. Ну, хотя бы вне карцера навредить не могли. А что касается самого карцера и лечения Заэля... ох, тут все оказалось очень сложно.

После этого случая с погибшей Мэри все наши лекари разом отказались работать с Заэлем.

- Что хотите со мной делайте, Наставник, а я к нему в палату больше не зайду, - категорично сказала Элеонора, главная наша целительница, у которой Мэри была подопечной.

Ее можно было понять. Она, как и остальные, очень боялась случайно повторить судьбу погибшей коллеги. Еще и, как назло, у нас в ту пору среди главных лекарей были сплошь женщины...

Впрочем, проблема с Заэлем обострялась еще и тем, что его чары влияли даже на мужчин. Не то чтобы это было нужно самому Заэлю, просто он это реально контролировать не мог: чары влечения работали на всех подряд в определенном радиусе. Так что наши мужчины-лекари, как вы понимаете, бежали от Заэля сверкая пятками, когда эта проблема стала очевидна. Бежали еще и дальше, чем наши женщины-лекари.

Увидев всю эту вакханалию в лекарском чертоге и усталого Наставника, который был в полном раздрае и совершенно не понимал, что теперь делать, как лечить Первого Арма, я психанул, пнул от души стул, швырнув его в противоположную стену, и отправился в сторону карцера, где запертый Заэль ожидал своего «приговора».

- Ты куда? - спросил меня Мэлтон, один наш лекарь.

- Лечить Заэля, - процедил я сквозь зубы.

- Но ты же не лекарь!

- Значит - стану им.

Мне, черт побери, нужен был живой Заэль, чтобы однажды он помог раз и навсегда свергнуть Арону. Для меня это было делом принципа. Делом всей жизни, если можно так сказать. И я был намерен любой ценой добиться успеха.

- Стой! Не ходи к нему! - Мэлтон был в ужасе и дергал меня за руку, пытаясь отговорить от безумного поступка. - Его чары на всех действуют, и на тебя подействуют! Ты ничего не сможешь сделать, Ильфорте! Этим чарам пока ничего не противопоставить, нам сначала нужно придумать какой-то антидот, и только тогда...

- Да хрена с два я этим чарам поддамся.

- Но им никто не может противостоять!!

- Значит, я буду первым, - зло бормотал я, вырываясь из цепкой хватки Мэлтона.

Коллеги провожали меня взглядами, полными сочувствия и ужаса. Кажется, они со мной попрощались в тот момент, когда я с ноги открыл дверь в карцер Заэля и закрыл за собой дверь.

Заэль сидел посреди пустой камеры карцера, прикованный к креслу. Руки и ноги его оплетали такие особые магические цепи, которые беспрерывно тянули из него магию, не давая возможности колдовать. Но даже с учетом таких антимагических цепей бесконтрольная магия Заэля все равно прорывалась наружу - настолько она была сильна.

Когда я вошел в карцер, Заэль то ли спал, то ли дремал, откинувшись на высокую спинку кресла. Кожа бледная, вид изможденный... Но едва почувствовав мое присутствие, он приоткрыл глаза. Хмуро глянул на меня исподлобья, удивленно вскинул одну бровь, мол, ну, чего ты приперся?

- Тебе лучше уйти, - тяжко вздохнул он, отвернувшись и невидящим взглядом уставившись в потолок. - Если ты на меня начнёшь кидаться, как Мэлтон, я этого не переживу.

Да я как бы тоже в восторге не буду, мать твою.

Влияние чар Заэля я почувствовал моментально. Давление на эмоциональный фон было сильным, очень сильным. Сознание мгновенно пыталось уплыть, фокусируясь не на деле, а, например, на чувственных и наверняка очень мягких губах Заэля, которые...

На этом месте я натурально дал себе по физиономии. Три раза, чтобы мало не казалось.

Я был зол. У-у-у, я был очень, очень зол. И эта злость оказалась мне на руку. Я был настолько сильно зол на Заэля, так желал его придушить голыми руками, что эта злость вытеснила остальные эмоции.

Ну как - вытеснила... Не полностью. Осматривая Заэля, я продолжал ловить себя на дебильных мыслях о том, какие у него манящие губы и приятная бархатистая кожа, но мысленно постоянно давал себе затрещину и нарочно подпитывал себя злостью, которая служила мне отличным защитным блоком от эмоционального давления разбушевавшейся магии Заэля.

- А ты кремень, - произнес он негромко четверть часа спустя, когда я продолжал сканировать ауру Заэля и делать себе заметки в блокноте рваным неразборчивым почерком, совсем не присущим мне.

В его голосе слышалось неприкрытое удивление и... уважение, что ли?

- Молчи лучше, а то заткну магией, - процедил я сквозь зубы.

Потому что голос Заэля мой мозг улавливал исключительно как нежный и ласковый, который хочется слушать, слушать и слушать, а не заниматься ерундой, ой, то есть - делом, черт возьми.

Хватило меня еще на полчаса, потом я почувствовал, что сознание стало совсем уплывать, и вышел из карцера на несколько минут, чтобы перевести дух. Прислонился затылком к тяжелой металлической двери камеры и жадно вдохнул носом воздух, наслаждаясь приятной пустотой в голове и полному отсутствию каких-либо навязанных извне мыслей и эмоций.

Потом открыл глаза и понял, что в коридоре столпились многие наши коллеги, включая всех целителей и Наставника. Все, как один, замерли в ожидании то ли чуда, то ли окончательного конца света, то ли еще черт знает чего. Надо сказать, что смотрели они на меня, как на героя, не иначе.

- Ну? Чего уставились? - резким тоном произнёс я, кидая лекарям блокнот с длинным списком. - Тащите мне вот эти ингредиенты. Будем работать...

Так я и работал дальше: заходил в камеру Заэля на час или чуть меньше, потом выходил минут на пятнадцать, потом снова в карцер... И так - целый день, целыми днями. Лекари выполняли все мои указания, к самому Заэлю очень долгое время не подходил вообще никто, кроме меня.

Я усиленно пытался закрываться от Заэля эмоциональными блоками, но мне помогала исключительно моя злость и мое исступлённое желание вылечить этого падшего ангела, не отдать его в лапы смерти. Да хрена с два он так просто сдохнет, я не дам!! Во всяком случае - не дам раньше того срока, пока он не поможет мне отомстить Ароне и уничтожить всё, что она создала. А потом самолично прикопаю его где-нибудь, ага.

В ту пору я надолго отошел от других дел Армариллиса. Меня не дергали, зазывая на зачистку разных территорий от нечисти, даже на серьезные стычки с темными магами Ароны не требовали явиться. Потому что передо мной поставили только одну, но очень важную задачу - поставить на ноги Заэля, любыми способами. Я стал своего рода его персональным лекарем. Только я отваживался к нему подойти, только я умудрялся противостоять его чарам, причем с каждым днем это получалось у меня всё легче и легче. В конце концов я даже пришел к тому, что мог часов пять подряд находиться рядом с Заэлем и оставаться вполне адекватным. Злым, очень злым, но главное - адекватным. Я поставил перед собой цель игнорировать магию Заэля - и я ее усиленно достигал.

Я проводил с Заэлем много, очень много времени... Постоянно колдовал над ним, пробовал разные магические ритуалы, зелья, сканировал его ауру после каждого вмешательства в ее магическую структуру и подробно записывал малейшие изменения. Я много работал, очень уставал... Вдвойне уставал от того, что мне приходилось ежесекундно противостоять разбушевавшимся чарам Первого Арма.

Правда кое-какие наши коллеги думали, что на самом деле я им не противостоял, а очень даже охотно на них вёлся... Некоторые из этих коллег потом не досчитались зубов, н-да.

И не надо так ржать, Морис!! Это вам со стороны слушать смешно, да и я сейчас вспоминаю с улыбкой... А на тот момент всё это было адовой проблемой.

Я днями и ночами занимался лекарскими разработками... Прихвостни Ароны смогли - а я что, хуже, что ли? Нет, ну-у-у, да, хуже, конечно, потому что дара целителя у меня нет и никогда не было. Зато у меня были мозги, твердое желание справиться с поставленной задачей и целый штат наших целителей, которые плясали под мою дудку и исполняли все мои поручения, любые капризы.

Я многого не понимал в целительстве, но пришлось начать разбираться в различных нюансах в ускоренном режиме, благо в моем распоряжении была вся богатая библиотека Армариллиса и верховные целители, которые передавали мне свои знания. Я многого не умел, но пришлось научиться, оттачивая целительские навыки в кратчайшие сроки, - я справился и с этой задачей. Я вообще тогда понял, что могу справиться с абсолютно любой задачей, если действительно хочу ее достичь. Я очень упертый и упоротый, да.

Под моим руководством... можно сказать - под моим наставничеством наши лекари в итоге разработали несколько сывороток специально для Заэля. Ни для кого больше эти снадобья не подходили и не могли никого ни от чего вылечить, но самого Заэля действительно подняли на ноги - факт. Такой вот индивидуальный подход получился. Магию Заэля, наконец, смогли взять под контроль, и я еще своеобразным способом зациклил ее на специальном перстне-артефакте, который самолично изготовил для Заэля. Перстень этот, с большим таким полупрозрачным камнем, менял свой цвет в зависимости от состояния Заэля. Сейчас этого перстня больше нет за его ненадобностью, а раньше он много лет служил своеобразным индикатором состояния Заэля и помогал регулировать это магию, сдерживать его магический дар в определенных рамках. Так что несколько недель спустя Заэль вернулся в наш строй. Еще не бодрым воином, но уже вполне себе в адекватном работоспособном состоянии.

В общем, я сделал все для того, чтобы Заэль оставался в строю Армариллиса. Буквально выходил его, даже с ложечки кормил какое-то время. Ну чего вы ржете? Я уже тогда практиковался в кормлении "детей", хаха!..

Ладно, а если серьезно, то да, какое-то время я полностью обеспечивал жизнедеятельность Заэля. Временно отошел вообще от всех дел Армариллиса, потому что у меня на тот момент было только одно дело - поставить Заэля на ноги. Кроме меня этого никто сделать не мог.

По идее, я должен был быть счастливым, когда понял, в насколько плачевном состоянии находился Заэль, и как он зависит от успеха моих действий. Он был на грани жизни и смерти, и ему было по-настоящему хреново.

Но счастлив я почему-то не был. И ни злорадства, ни облегчения, ни отомщения не испытывал.

Вместо ожидаемого злорадства я испытывал только злость - на Заэля. За то, что он бездумно полез в это гребаное логово, где попался в ловушку Ароны. За то, что мне снова пришлось вместе с другими фортеминами вытаскивать его из этого адского пекла. За то что я вынужден был возиться с ним сейчас. За то что... Ай, список я мог продолжать очень долго.

- Зачем ты помогаешь мне? - однажды ни с того ни с сего спросил меня Заэль, когда я вырисовывал на нем определённые магические руны для стабилизации магических потоков. - Ты ведь меня ненавидишь...

- А может, я хочу, чтобы ты всю жизнь мучился, - криво усмехнулся я, вкалывая в него очередную экспериментальную сыворотку. - Твоя жизнь больше никогда не будет прежней. Твоя кровь, твоя секреция отравлена так, что восстановить ее полностью не представляется возможным, это невозвратный процесс. Ты больше никогда не сможешь быть с какой-то девушкой по любви. Максимум что тебе светит до конца твоей бесконечно долгой жизни - таскать разных девок в койку, причем ни с одной из них тебе нельзя проводить больше одной ночи. Но я тебя подниму на ноги, скоро ты выйдешь из карцера. Так что ты будешь жить. Долго, но несчастливо. С каждым днем, с каждым годом все больше погружаясь в свое одиночество. Ты будешь медленно гореть изнутри. Весь такой нужный всем как первоклассный воин, но никому не нужный как человек. О такой славе ты мечтал, а, Первый Арма? Наслаждайся своей жизнью. И постарайся подыхать от одиночества как можно дольше. Я буду наслаждаться твоими мучениями в первых рядах.

Я нарочно разжигал в себе злость, которая была для меня единственным защитным блоком от агрессивной эмоциональной атаки Заэля.

А еще я был долбанным Пророком, который не просто от балды наговорил гадостей - я ведь точно знал, что все так и будет, как я описал. Знал, что пройдет время, и Заэль будет подыхать от одиночества, и в этом я действительно оказался абсолютно прав.

Вот только я ошибся в том, что я буду этим наслаждаться. Душевные муки Заэля не приносили мне никакой радости... Ни малейшего удовольствия и даже намека на нее. Более того: в его пустых глазах я видел свое отражение - такое же пустое и безликое. Такое же потерянное в жизни и не видящее смысла в этой самой жизни.

Видел я перед собой только задачи: уничтожать демонов, пытаться вычислить координаты того пространства, где прячется злобная волшебница Арона, которая в ту пору продолжала набирать обороты и собрала вокруг себя уже целую армию демонических тварей.

Я... Я был самым настоящим роботом в ту пору.

Мы оба - были роботами. Пустыми оболочками, которые просто послушно выполняли свои функции. Идеальные солдаты, черт побери.

***

- Так вот откуда среди некоторых наших коллег пошли шуточки про то, какая вы с Заэлем сладкая парочка, - хохотнул Фьюри, дожевывая третий кусок вишнёвого пирога. - А я-то всё думал, откуда ноги идут...

- Отсюда и еще из одного эпизода, - вздохнул Ильфорте.

- Это какого же? - живо заинтересовался Морис.

- Ну-у-у...

***

Однажды Заэль от души хлебнул приворотного 
зелья. Нет, оно предназначалось не ему, это одна наша не очень умная юная коллега хотела подшутить над своим приятелем по группе, но так вышло, что тот приятель перепутал стаканы с Заэлем, и всё действие зелья досталось ему.

Всё бы ничего - ерундовое зелье по факту, антидот от него есть, действует быстро и безотказно... Со всеми людьми, кроме Заэля.

У него обнаружилась индивидуальная непереносимость к такого рода зельям. Оказалось, что даже глоток такого выпитого зелья многократно усиливал его магический дар управления чужими эмоциями, что автоматом делало Заэля маниакально опасным для окружающих, так как он переставал контролировать свою магию.

Я лишь слегка смог ослабить антидотом его состояние, а потом на скорую руку соорудил сдерживающий артефакт вроде того перстня, который уже был на Заэле. Нацепил на него другой ограничивающий магию перстень и строго-настрого запретил к кому-то прикасаться до конца дня.

- Следи за этим, иначе малейшее прикосновение приведёт к тому, что всё твое скопленное за день либидо выльется на несчастную жертву, - сказал я. - А я пока разберусь с персональным антидотом для тебя.

Я ушел в лабораторию, где весь день на пару с другими лекарями работал над усовершенствованным составом антидота индивидуально для Заэля. В итоге добился нужного результата, о чем тут же побежал сообщать самому Заэлю.

Тот, как послушный мальчик, действительно никого не касался в течение дня и никого к себе не подпускал на расстояние пары метров. Сидел себе мирно в зале общей работы, где я его и нашел, обложенного книгами со всех сторон. Он читал исторические справки по тёмной магии, обрадовался, увидев меня, махнул приветственно рукой. Я объяснил Заэлю, что мы нашли нужное противоядие, позвал в лечебницу - ну, чтобы не при всех коллегах вкалывать ему очередную порцию бесконечных зелий, Заэль очень не любил это, всегда просил избегать всеобщего внимания в этом плане по возможности. Оно и понятно - за его спиной и так постоянно шушукались.

Мы отправились спокойно в сторону лечебницы, но я не учел активную молодежь, которая периодически могла пробегать мимо... Вот и в тот раз мимо нас прошмыгнул один мальчуган, бегущий в поисках кого-то из наших по запросу Наставника. Я едва успел отскочить в сторону, пропуская мимо этот несущийся "метеор". Отскочить-то отскочил... вот только отскочил в сторону Заэля. И слегка - на секунду буквально - коснулся его руки.

Эх... Знали бы вы, как я красиво тогда мысленно матерился, вспоминая собственные же слова о том, что "иначе малейшее прикосновение приведёт к тому, что всё твое скопленное за день либидо выльется на несчастную жертву".

Мгновенно почувствовав на себе липкие щупальца пробирающихся ко мне тут же разблокированных чар Заэля, я в ужасе уставился на его подозрительно расширяющиеся зрачки и дурную улыбку на устах. Оба мы поняли, что максимум через минуту навязанные разбушевавшейся магией эмоции у нас возьмут верх над разумом.

Твою ж мать.

Я развернулся на пятках и что есть сил дал дёру из зала общей работы. А за мной, не отставая, бежал Заэль.

В общем, "не привлекли внимание" мы по полной программе, когда пронеслись безумным вихрем по Армариллису, пока пытались успеть добежать до лечебницы до того, как нас обоих накроет полным помутнением рассудка.

Добежать успели. Точнее, я первый добрался до лечебницы, захлопнул за собой дверь, добрался до подготовленного шприца и буквально за секунду до полной потери контроля над своими эмоциями успел ввести в себя нужную сыворотку. Почти сразу же почувствовал облегчение и судорожно выдохнул, потрясая головой.

- Мистер Брандт, что вы натворили! - охнула верховная целительница, подскочив ко мне. - Эта сыворотка предназначалась Первому Арма!!

Да я что, мог знать, что ли, что мне этот антидот тоже понадобится?!

- Так а вторая порция где? - раздражённо спросил я, быстро моргая и прогоняя долбаный романтический морок перед глазами. - Я просил подготовить на всякий случай две порции!

Вот как знал что две сразу понадобятся, ага.

- Так мы, это... Не успели еще...

- Так успевайте быстрее!! Немедленно! Сколько вам еще времени надо?

- Ну, пару минут осталась...

- Какие, к черту, пару минут?! - восклицал я. - У меня нет пары минут!!

- Мистер Брандт, я не понимаю, чем вызвано ваше возмущение?..

"Чем вызвано" в лице Заэля в этот момент пробило дверь в лечебницу и кинулось на меня с распростертыми объятиями.

- Нет-нет, не лезь ко мне, не смей!! - орал я, уворачиваясь от него и сшибая с ног ничего не понимающих лекарей.

Так и играл в "догонялки" пару минут, лихорадочно прикрываясь защитными чарами, которые Заэль сметал с поразительной легкостью. Защищался от него уже даже шваброй, размахивая ей на манер меча и тыча щеткой в грудь Заэлю, который с безумными глазами пытался зажать меня в углу... К счастью, именно в этот момент лекари наконец-то разобрались с сывороткой и вкололи в него антидот. Оу, надо было видеть при этом лицо Заэля, с которого стремительно стал сходить морок, и которого аж перекосило всего от осознания всей сложившейся ситуации.

Он выдернул швабру из моих рук, легко сломал ее пополам и от души швырнул обломки в стену, разбив попутно пару колб с зельями в лаборатории. Он тяжело дышал, и теперь уже не я, а Заэль был таким злым - непонятно на кого, скорее на всех и всё сразу, - что я даже не рисковал подать голос. Так и стоял в уголочке, держа оставшуюся в руках щетку от швабры.

- Если услышу от кого за своей спиной шуточки на всю эту тему от очевидцев - убью, - коротко пророкотал Заэль в воцарившейся тишине и покинул лечебницу, с грохотом закрыв за собой дверь.

Ну... Что я могу сказать... Убить - не убил, но несколько носов потом болтунам сломал. И зубов. А, нет, с зубами - это я тогда помог некоторым "очевидцам" с языками без костей... Морис, да хватит уже ржать! Кто-нибудь, дайте нашему местному "котику" Морису валерьянки, а то он никак успокоиться не может...

- О чем думаешь? - спросил я однажды Заэля, увидев, в какой глубокой задумчивости он смотрит на звёздное небо.

Мы тогда с ним тренировались до самой ночи, отрабатывали удары на мечах. Я объявил перерыв, но Заэль всё время отдыха так и простоял, глядя в черное небо со сверкающими звездными точками. Мы вообще с Заэлем в ту пору стали иначе общаться... И былой злости и ненависти между нами больше не было. Было заметно, как Заэль проникся тем, что я смог его восстановить, невзирая на все трудности. Да он и прямым текстом горячо благодарил меня и выражал свое восхищение моей выдержкой перед его неконтролируемой магией. Он не прикидывался, он правда был в восторге от моей силы воли, которая позволила мне научиться выставлять против него мощные эмоциональные блоки. И так как многие недели и даже месяцы я был единственным собеседником Заэля, общение наше волей-неволей стало другим. И тренировки наши стали не ожесточенные, нам просто действительно было интересно тренироваться именно с равным себе - а мы были именно равными. Ну, почти... Во всяком случае, именно со мной Заэль мог отрабатывать действительно сложные удары.

В общем, за несколько месяцев я стал для Заэля кем-то большим, чем просто коллегой. Да и разговоры наши в какой-то момент перестали носить враждебно-язвительный характер. Я, если честно, сам не понял, когда это произошло... Просто в один момент осознал, что не привычно цапаюсь с Заэлем, а с интересом обсуждаю последние новости и делюсь своими наработками.

- Так о чем ты там думаешь?

Я спросил, наверное, просто так, просто чтобы не молчать. Но Заэль ответил:

- Думаю о том, как много людей уже пострадало из-за меня. И сколько пострадает еще.

Он замолчал на секунду, потом проговорил негромко:

- Я продал душу демону однажды... Я планировал, что всё произойдет иначе... Если бы нас не прервали, если бы мы завершили ритуал как следует и остались вместе, то проклятие на меня не легло бы, потому что я бы оставался рядом со своей демоницей. А так... Продавший душу - навеки проклят. И вынужден по жизни страдать. И все приближенные к нему люди страдают. Сиринити вот тоже пострадала... И ты страдаешь... Постоянно...

Он замолк ненадолго, а я тоже молчал, потому что не знал, что на это сказать.

- Иногда я мечтаю просто перестать существовать, - бесцветным голосом произнёс Заэль. - Но я еще нужен этому миру, да? Иначе бы уже давно погиб. Я много раз был на грани жизни и смерти, я не боюсь уйти за грань жизни. Но жизнь меня не отпускает. Значит, еще рано, да? Еще не время... И тебе я тоже нужен. Иначе ты бы меня не выхаживал. Что ж... Я обязательно избавлю этот мир от Ароны, если такова моя миссия в этом мире. Не знаю, для чего я в этот мир пришел... Может, только лишь для этого, и ничего хорошего меня в жизни не ждет, и зря я надеюсь увидеть какой-нибудь лучик света в конце туннеля. Но хочется, понимаешь? Хочется жить... полноценно. А получается... Ну, пока как получается...

Он снова умолк, закусив губу и задумчиво глядя вдаль. А я снова не знал, что сказать... И вместо пустых слов просто посмотрел на него таким особым - пророческим - взором, заставляя свой магический дар работать в определенном направлении, вгрызаясь в ауру Заэля в попытке приоткрыть завесу его будущего.

Тогда мне очень хотелось увидеть что-нибудь хорошее в его жизни. Хоть что-то, что подарит ему какой-то лучик света в тёмном царстве, что ли...

Глаза мои привычно остекленели, а перед внутренним взором вспыхнула картинка целующейся где-то около камина парочки. Парочка буквально утопала друг в друге, дорвавшись до желанного поцелуя, - такое стойкое ощущение вызывало мелькнувшее видение. Заэля я узнал сразу, а вот лицо девушки разглядеть не мог, увидел только ее красивые золотистые волосы. Но чутье пророка говорило мне однозначно - это та самая демоница, которую Заэль ищет.

Эту увиденную картинку я Заэлю и описал.

- Ты обязательно найдешь свою демоницу, - добавил я. - Я пока не вижу ее лица и не могу назвать никаких сроков, но - найдешь. Обязательно.

Заэль улыбнулся в ответ, глядя на меня.

Я тогда подумал, что впервые за долгое время увидел его по-настоящему искреннюю улыбку. Светлую такую, счастливую, полную надежды.

- Спасибо, дружище, - сказал он, хлопнув меня по плечу. - Ну что, отбой? Думаю, на сегодня достаточно тренировок...

Он ушел к себе в спальню, а я какое-то время еще стоял так на месте и провожал Заэля задумчивым взглядом. Это был первый раз, когда он назвал меня "дружище". А меня не перекосило от такого обращения, и на губах застыла улыбка. Тоже - вполне искренняя.

***

Знаете, у меня никогда не было ранее друзей. Ну вот именно таких друзей, которых чётко хотелось назвать другом. А Заэль... в итоге именно таким и стал. И мы стали так круто работать вместе на заданиях Армариллиса, что нас начали отсылать в самое пекло именно вдвоем, и мы всегда показывали первоклассные результаты. Про нас в ту пору и стали говорить, что если бы мы оба не были Бойцами, то мы точно были бы самой крепкой боевой парой Страж-Боец в Армариллисе. Мы действительно были страшно сокрушительной силой, очень тонко чувствуя друг друга в битвах, буквально подхватывая движения каждого.

А однажды Заэль вошел ко мне в комнату с черной кошкой в руках. Молча, без стука, просто ворвался в мои покои и перевернул тогда мой мир с ног на голову.

Мне хватило одного лишь только взгляда на эту черную кошку, чтобы понять: это не простая кошка. Ее зелёные глаза были мне до боли знакомы. Это был не взгляд обычной кошки, а очень осмысленный взгляд... человеческий, что ли.

И аура... Самое главное - это аура. Аура была человеческой и настолько до боли знакомой, что в первую секунду появления Заэля с этой кошкой на руках я подумал, что у меня просто окончательно поехала крыша.

Секунда ступора - и я понял, что крыша поехала не у меня, а у Заэля, который, черт побери, всё-таки осуществил свою безумную затею. Надо было быть совсем сумасшедшим, чтобы суметь провернуть всё это, честное слово. Упёртым таким сумасшедшим. Упёртым и упоротым.

Вспомнились его слова про "нашел, спрятал". Вспомнилось, что после полного магического восстановления Заэль по утрам стал пахнуть специфичными колдовскими зельями, будто он не спал ночами, а экспериментировал с чем-то, пока никто не видит.

Мне не нужно было ничего объяснять. Я понял всё сразу же. Понял, охренел от этого понимания и потерял дар речи.

- Сиринити...

Только и смог выдохнуть ее имя и упасть на колени перед кошкой, которая спрыгнула на пол с рук Заэля и неуверенно засеменила ко мне. Огромные зелёные глаза, хвост трубой. Кошки не умеют улыбаться, но эта кошка совершенно точно улыбалась глазами.

Она сначала подошла ко мне вплотную, осторожно тронула лапкой, заглядывая мне в глаза. Ткнулась носом в подставленную ладонь, а потом запрыгнула ко мне на руки. Свернулась клубочком, мурлыкая и согревая своим теплом.

- Мне удалось вселить ее душу только в тело кошки, - тихим извиняющимся тоном произнес Заэль. - Я не верховный некромант, чтобы вернуть первородное тело. Это не полноценный человек, конечно, но... наверное, это лучше, чем ничего?

- Неважно, - мотнул я головой. - Я ее чувствую душой. Моя Сиринити. Моя.

Прижал ее к себе крепко-крепко, прикрыв глаза и ощущая непрошенные слезы.

Мне не хватало слов, чтобы передать всё то, что я ощущал в тот момент. Мне не хватало слов, чтобы отблагодарить Заэля, простое "спасибо" казалось мне сухим и безэмоциональным. Некромантия - совсем недоступный мне вид магии, я бы не смог сделать то, что удалось провернуть Заэлю. Я бы сам никогда такое не провернул.

Впрочем, он от меня ничего и не требовал. Он лишь улыбнулся и закрыл за собой дверь, оставив нас с Сиринити вдвоем.

Сказать, что я был счастлив, - значит, не сказать ничего. Пусть Сиринити не была полноценным человеком, и вообще была не человеком... Но душа... Я чувствовал ее душу, понимаете? Чувствовал, что она рядом. И этого уже было достаточно, чтобы впервые за большой промежуток времени подумать о том, что в жизни есть смысл, и в жизни есть счастье.

***

На следующий день я ворвался в столовую академии с такой ослепительной улыбкой, что абсолютно все коллеги замерли, в ужасе уставившись на меня, как на бомбу замедленного действия.

Да, я снова улыбался и снова сиял счастьем, как лампочка. Чтобы вы понимали: до этого всё время я всегда ходил хмурый. Я ни разу при ком-то не улыбался после смерти Сиринити... Ни разу. Нечему мне было улыбаться. А тут я прям сиял от счастья... Да-а-а, впору было начать беспокоиться, согласен.

На шее моей мирно дремала зеленоглазая черная кошка, которая, разумеется, сразу же привлекла к себе внимание.

- Ого, что это с тобой, Брандт? - осторожно спросил коллега по имени Майло. - Ты сегодня в ударе, да? А что это за красавица кошечка? Откуда она?

- А ты ауру ее просканируй, - весело отозвался я. - И сразу всё поймешь.

Майло так и сделал, и улыбка мигом слетела с его лица. Он лишь ахнул и в шоке разинул рот, поняв, что это далеко не обычная кошка.

Судя по всеобщему вздоху и шепоткам со всех сторон, ауру Сиринити просканировали все. Просканировали и выпали в осадок, не понимая, что происходит. Один лишь Заэль улыбался до ушей и выглядел по-настоящему счастливым. Уставшим - он явно не спал несколько ночей, пока колдовал над душой Сиринити - но счастливым.

- Не может быть... - услышал я недоверчивый вздох за спиной.

Обернулся и столкнулся с Наставником, который потрясенно взирал на кошку. А та лишь открыла один глаз и коротко мяукнула, мол, вижу, слышу, не мешай - сплю.

О да-а-а, Рилэй был в таком шоке, что потом долго приходил в себя. Он тоже не ожидал от Заэля такой прыти в этом некромантском деле и был потрясен до глубины души. И он тоже был счастлив прикоснуться к Сиринити - хотя бы в таком облике...

Сиринити, надо сказать, на отца зла никогда не держала. Она понимала, что он не виноват в ее гибели, понимала, что он не мог ее спасти в той ситуации...

***

- Слушай, а ты в кого вообще такая мудрая? - прервала Эльза, обратившись к Сиринити. - Просто, ну... Ты ведь была такой молодой и так жестоко пострадала от рук Ароны... Незавидная судьба, прямо скажем, и вся эта ситуация с твоим отцом... Ты действительно никогда не держала зла на Рилэйя, или просто делала вид, что не держишь? Я, если честно не понимаю, как в столь юном возрасте - а тебе тогда было всего ничего - ты умудрялась быть такой мудрой и понимающей. Откуда в тебе это?

- О, тут есть один секрет, - расплылась в улыбке Сиринити. - Дело в том, что мой магический дар так же заключается в том, что я помню все свои предыдущие жизни.

- Это как? - опешила Эльза.

Да и остальные присутствующие почти все рты открыли, что уж там.

- Ну вот так, - развела руками Сиринити. - Я храню в памяти опыт всех своих прожитых жизни. Я много кем была в прошлом, и этот богатый жизненный опыт остается со мной. Сложно держать на кого-то зло, обиду, когда ты помнишь все свои непростые жизни и понимаешь, что пути-дорожки мироздания порой невероятно причудливы...

- Ого, - покачала головой Эльза. - Как-то я никогда не задумывалась над этим... Помнить несколько жизней - это очень богатый жизненный опыт, мягко так говоря... Слушай, а сколько именно своих прошлых жизней ты помнишь?

- Восемь, если считать короткую жизнь меня по молодости и мое дальнейшее перерождение благодаря твоим навыкам высшего некроманта. Сейчас я проживаю девятую жизнь... Последнюю. Я знаю, что перерождение в человеческом облике мне больше не светит. После этой жизни будет что-то другое... Я не могу знать, что именно. Но наверняка тоже что-то весьма увлекательное, - бодрым таким голосом произнесла Сиринити.

Ильфорте при этих словах нервно заерзал на кресле, что не ускользнуло от внимания Сиринити.

- Не люблю все эти разговоры, касаемые количества твоих жизни и твоей безопасности в целом, - буркнул Ильфорте в ответ на вопросительный взгляд Сиринити. - Когда ты так спокойно рассуждаешь о прожитых жизнях и как бы между прочим говоришь, что другой такой больше не будет, во мне просыпается паникёр, который хочет запереть тебя в какой-нибудь сверхбезопасной темнице и не выпускать оттуда до конца своих дней. В этой темнице буду только я и ты - моя единственная наложница...

Сиринити звонко рассмеялась.

- Не то чтобы я против быть твоей наложницей, но давай всё-таки обойдемся без темницы, ага? Кстати, ничего в мире сверхбезопасного не существует. И любая безопасная коробочка может когда-нибудь вполне опасно сложиться. Невозможно оградить близких нам людей вообще от всех опасностей. А в попытке оградить мы можем их убить своей заботой... Из лучших побуждений, конечно же.

- Знаю, - вздохнул Ильфорте. - Благими намерениями так можно собственноручно выложить дорожку в Ад, знаю. Но нервно дергать глазом это знание мне не мешает.

- Выдохни, Иль, - произнес Эрик, закидывая в рот очередную клубничину. - Вас ждет долгая и счастливая совместная жизнь. Впрочем, как и всех нас. Так что выдохни. Всё будет хорошо.

- Ого, - Ильфорте удивленно вскинул брови. - Сам господин Пророк изволит пророчить нам светлое будущее? Хм, это дорогого стоит. Ты такими словами просто так не разбрасываешься.

- Вот именно, - весомо произнес Эрик, слегка улыбаясь уголками губ.

- Кстати, а почему именно кошка? - спросил Фьюри. - Почему Сиринити обратили именно в кошку? В этом был какой-то особый смысл, или это просто случайный выбор?

- Черная кошка - это тотемное животное Сиринити, - пояснил Заэль. - Когда я перебирал варианты, в какое бы животное перенести дух Сиринити, когда изучал эту тему вплотную, выяснилось, что выбрать любое животное нельзя, можно лишь наладить связь духа с телом тотема. У каждого человека есть свой  незримый охранный тотем, и в случае с Сиринити это оказалась именно черная кошка.

- Да, - кивнул Ильфорте. - Так и есть, черная кошка - тотемное животное моей миссис Брандт, хех.

- По твоим рассказам я правильно поняла, что Сиринити поначалу не владела человеческой речью? - поинтересовалась Эльза.

- Верно, этому ей пришлось учиться фактически заново. Сиринити постепенно обучалась человеческой речи в своем новом обличии - это оказалось непросто, но вполне достижимо, за несколько месяцев справилась. А я в течение полугода научился превращаться в кота. Белого, ангорского кота - это мое тотемное животное. Мне было очень трудно, но мною руководило отчаянное желание быть как можно ближе к Сиринити. Быть, ну... на ее уровне, что ли. Анимагия - не мой конек, превращаться в животное обычному волшебнику, не метаморфу, крайне затруднительно. Но мной двигало такое сильное желание, я просто шел тараном к своей цели... Ну и дошёл, ага.

- М-м-м... Наставник... А можно, м-м-м, задать один нескромный вопрос? - неуверенно протянул Морис с хитрой улыбкой на лице.

Ильфорте подозрительно прищурился.

- М-м-м?

- А вы, когда были котом... Вы, ну... Хм... Впрочем... неважно, забудьте...

- У тебя смущенный румянец на щеках, что ли? - фыркнул Ильфорте. - Морис, душечка, ты ли это?

- Да он просто стесняется спросить прямо, вел ли ты интимную жизнь в облике кота, - хохотнул Заэль, игнорируя возмущенный взгляд Мориса.

Ильфорте аж подавился какао, которое сейчас как раз щедро отхлебнул. Под всеобщий смех он откашлялся и возмущенно так произнес:

- Морис, чтоб тебя! Извращенец у нас ты, а не я!

- Я не извращенец, а ценитель некоторых прекрасных вещей, которые можно приобрести в специализированных магазинах для взрослых, - белозубо улыбнулся Морис.

Ильфорте лишь мученически возвел глаза к небу.

- У меня не было вообще никакой интимной жизни, любопытный ты наш, - проворчал он. - С тех пор, как Сиринити погибла и до момента ее полного перерождения благодаря Эльзе.

- Э-э-э... Серьезно? - вскинул брови Морис. - Всё это время? Столько... Столько лет?

Ильфорте пожал плечами.

- Ну да.

- Мне всегда было интересно, как у тебя там ничего не взорвалось от столь многолетнего воздержания, - задумчиво произнес Эрик с самым серьезным выражением лица, правда его смеющиеся глаза выдавали задорное настроение.

Ильфорте картинно всплеснул руками.

- Господа Кларксоны!!.

- И Родингеры, - в один голос произнесли Фьюри с Салливаном.

- И Родингеры, - Ильфорте возмущенно зыркнул на них. - В отличие от вас, у меня никогда не было проблем с самоконтролем в этой области!..

- Зато он потом чуть ли не месяц не выходил из спальни под благовидным предлогом, что им с Сиринити нужно налаживать утерянную связь, и всё такое, - ехидно произнес Заэль. - Так краси-и-иво заливал, соловушка!..

- А ты мог бы не утрировать и не палить меня перед моими же подопечными, - проворчал Ильфорте.

- Ой, да ладно, - лениво отмахнулся Заэль, довольно жмурясь и потягивая молочный коктейль из трубочки. - Собравшиеся тут люди - больше, чем просто твои подопечные, ты сам это знаешь.

- Знаю, - тепло улыбнулся Ильфорте.

Итак, Сиринити вновь была со мной - в образе кошки, но была. Жизнь вновь заиграла для меня яркими красками, в ту пору я думал, что лучше уже не будет.

Но я ошибся. Я тогда не знал, что много лет спустя столкнусь с Эльзой, которая сможет вернуть Сиринити к полноценной жизни... И когда она сделала это прямо на моих глазах*, у меня был такой глубокий шок, который я доселе, пожалуй, никогда не испытывал. Мне кажется, я был на грани обморока, не иначе.

[*напомню, что этот эпизод подробно описан в книге "Грани настоящего", Глава 13. Грани невозможного]

Это было в ту пору, когда я совсем недавно стал Наставником академии Армариллис, я тогда еще не вошел в свою полную силу, она только набирала обороты.

Все мы тогда только набирали свою силу в своих новых статусах... Заэль с Эльзой тогда лишь недавно стали полноценной боевой парой, и Эльза только училась контролировать свою демоническую сущность. Ей это удавалось с трудом, но некромантские навыки уже тогда были в ней чрезвычайно развиты.

И именно в ту пору нам довелось столкнуться со страшным прорывом демонов в измерение Армариллиса. Так уж мне "повезло": едва стал Наставником, как столкнулся с такими проблемами, с которыми опытный Рилэй никогда не сталкивался, что уж обо мне говорить...

Битва была жуткая, но, к счастью, тогда обошлось без потерь с нашей стороны.
И в первую очередь мы в тот день спаслись благодаря Эльзе, которая провела сложнейший некромантский обряд по полному восстановлению сущности Сиринити вместе с ее телом, магией.

Я никогда ни до, ни после такого не видел... Невероятное зрелище! Пространство подземелья, где Эльза тогда при мне проводила обряд, звенело от высоких уровней магии, я даже всерьез опасался, что могу не выдержать нахождения рядом с таким мощным эпицентром силы. Стоять около Эльзы тогда было очень сложно и больно, как будто меня воздух пытался раздавить, расплющить со всех сторон одновременно... Так себе ощущения, мягко говоря.

Но я почти не обращал на это внимание, потому что был заворожен открывшейся передо мной картинкой. Эльза ведь не объясняла мне, что именно будет делать, и я в полнейшем шоке наблюдал за ее манипуляциями и за тем, как прямо на моих глазах черная кошка, моя дорогая Сиринити приобретает человеческий облик.

Это очень, очень сложная магия. Эльза тогда прыгнула выше своей головы и сделала то, что пока больше ни один некромант в мире сделать не может. Потому что одно дело - вновь магическую Искру волшебника разжечь и заставить его сердце биться вновь, хотя это тоже невероятно сложная магия. И совсем другое - заново, из магии, нарастить плоть, полностью восстановить прежний облик человека и вдохнуть новую жизнь в магическую Искру... Для меня это находится где-то за пределом понимания тонких материй магии, если честно.  

Помню, как стоял, прислонившись к каменной стене, глядя на обнажённую спину Сиринити. Моей Сиринити, полноценному человеку, который был не игрой воображения, а чудом, самым настоящим чудом!..

Потрясение мое было столь велико, что я временно не дышал и не был способен выдавить из себя ни звука. Как сейчас помню, как в каком-то коматозном состоянии коснулся плеча Сиринити, впервые за много лет ощущая бархат ее кожи. Я на всю жизнь запомню тот миг, когда она обернулась ко мне, посмотрела на меня своими невероятными зелеными глазами. Всё та же улыбка, те же длинные русые волосы... Сколько в ее глазах было эмоций - это невозможно передать никакими словами.

Нам не нужны были слова, чтобы обменяться всеми мыслями и эмоциями. Мы ощущали друг друга так ясно и тонко, что нам с Сиринити в принципе по жизни слова не нужны - достаточно взглядов.

Я тогда просто обнял ее... Заключил в крепкие объятья, всей своей сущностью ощущая восторг от возвращения Стража, с которым у нас мгновенно стала восстанавливаться магическая связь, стоило мне обнять Сиринити. Мне хотелось одновременно кричать от восторга, смеяться и плакать... Не помню, что именно и в какой последовательности делал, я на некоторое время потерял связь с реальностью от нахлынувших на меня эмоций. Просто обнимал... Просто наслаждался ее теплом... Просто любил и чувствовал ее любовь.

Вернувшаяся к человеческому облику Сиринити могла вновь колдовать, могла быть моим полноценным Стражем, и тогда именно вместе мы смогли преломить ход сражения с демонами.

Воодушевление мое в тот момент было столь велико, что я был готов горы свернуть. Я, собственно, и свернул, потому что Армариллис мы тогда спасли только чудом каким-то, и наше с Сиринити невероятное воодушевление от воссоединения друг с другом тут сыграло немалую роль.

Нет, это правда имеет большое значение, я не для красного словца говорю. От настроения Наставника и от его взаимоотношений со своей боевой парой действительно зависит очень многое в Армариллисе. В целом вся атмосфера пропитывается от меня настроением, и оно невольно передается на всех моих подопечных. Поэтому Наставнику чертовски важно быть счастливым и уметь держать себя в руках. В противном случае можно все скатить в утиль, как это сделал Рилэй...

***

- А в той битве за Армариллис ведь Тео Левинтон участие принимал, да? - уточнила Элли. - Причём он тогда был в другой шкуре и выступал на стороне врага... Я правильно помню?

- Верно, - кивнул Ильфорте. - В прошлой жизни Тео был той еще тварюшкой*, но ему повезло - или не повезло, тут смотря с какой стороны посмотреть, хех, - упасть в бездну измерения Армариллис. У нас там есть в одном месте такие гигантские водопады, падающие в пропасть, и вот что на дне этой пропасти - никто не знает... Эти водопады находятся на стыке реальностей, и где-то там, далеко внизу реальность Армариллиса обрывается. А что находится за этой гранью?.. Среди фортеминов всегда ходила байка о том, что, пролетев через это пространство, можно оказаться в другом теле, проснуться новой личностью. Но нас, фортеминов, и так мало, а желающих рисковать и проверять теорию без острой необходимости как-то не было. Ну вот, Тео на себе эту теорию проверил. И переродился он ее абы кем, а фортемином, - усмехнулся Ильфорте. - Та еще ирония судьбы вышла, конечно.

[*напомню, что об этом подробно рассказывается в последних главах отдельной истории "Грани настоящего". Для понимания контекста достаточно знать, что Тео действительно переродился однажды, упав в эту бездну]

- Тео был первым твоим подопечным, в котором ты обнаружил магию фортемина, да? - с улыбкой спросила Элли.

Ильфорте кивнул, задумчиво глядя в сторону Тео, который развлекал ребятню на заднем дворике.

- Как раз на нем мой дар Наставника академии проявил себя в полную силу, и Тео оказался первым человеком, еще младенцем, в ком я почувствовал зародившуюся магию фортемина. Этот Зов Наставника ни с чем не перепутать. Он ощущается мощным работающим магнитом, сильным внутренним зудом, просто невозможно думать о чем-то другом, пока не найдёшь этого новоиспеченного фортемина и за ручку не отведешь его в Армариллис. Ну, в случае с Тео, я отнес его на ручках, потому что нашел и забрал его в день перерождения.

- А не было опасений, что Тео вновь вырастет темным магом, который пойдет против своих же? - поинтересовалась Элли.

- О-о-о, еще какие опасения были... Вплоть до мыслей избавиться от младенца, пока он еще младенец*.

[*напомню, что об этом подробно рассказывается в последней главе истории "Грани настоящего"]

- Но в последний момент моя рука дрогнула, я не смог... И внутреннее чутье, что всё будет с Тео хорошо, всё-таки взяло верх. И не зря - отличный из него маг вырос. Хорошо, что я дал ему шанс.

- Наверное, тяжело было с ним в юности управляться...

- Ой, нет. С Тео было очень просто. В отличие от товарищей Кларксонов и Родингеров это был даже спокойный ребёнок.

- А Тео знает подробности своей прошлой жизни? - спросила Флора. - И то, какую роль он сыграл в свое время?

- Знает, - кивнул Ильфорте. - Я не стал от него ничего скрывать, и еще в детстве честно ему всё рассказал, когда почувствовал, что он готов услышать правду. Как почувствовал? Не спрашивайте, это тоже какое-то внутреннее чутье Наставника. Просто в один день ощутил внутренний толчок с желанием всё разложить ему по полочкам. И чутье не подвело, юный Тео действительно с достоинством воспринял непростую правду о себе. Но он отличный парень, и сразу сделал правильные выводы. Так что наш разговор хоть и был очень долгим и тяжелым, но закончился на позитивной ноте. Впрочем, чутье Наставника в отношении фортеминов никогда не подводит. Это действительно такой особый дар, который у меня очень хорошо развит, и который во мне предельно точен. Я всегда бываю вовремя, всегда. Иного не дано.

- Неужели с Тео вообще не было сложностей в его перевоспитании?

- Нет, вообще никаких, - покачал головой Ильфорте. - Сложности у меня были только с Заэлем, который орал на меня как полоумный, когда узнал, что это перерожденная душа Тео Левинтона, того самого, который Заэлю с Эльзой массу бед принес.

- Ну а какой еще реакции ты от меня ожидал? - фыркнул Заэль. - Я был в шоке, когда узнал правду!

- Понимаю, - улыбнулся Ильфорте. - Поэтому твоей реакции я удивлен не был. Я лишь опасался, что ты всё-таки пойдешь наперекор мне и тихонько грохнешь Тео еще ребенком, втихаря от меня.

- А я так и хотел сделать, - честно сказал Заэль. - Несколько раз порывался. Но в последний момент рука не поднималась, потому что в каждый такой раз малыш Тео замечал меня и смотрел на меня с такой широкой улыбкой и кристально честными глазами, что у меня срабатывал некий внутренний стопор. В конце концов, я счел это за знак и оставил свои попытки избавиться от Левинтона, решил довериться тебе и твоему чутью.

- Ну и как? - хмыкнул Ильфорте. - Не зря?

- Не зря, - улыбнулся Заэль. - Отличный он вырос.

- Я помню, как ты бесился, заметив, что Тео по юности долго пытался ухлестывать за Агнессой, - Эрик с легкой полуулыбкой посмотрел на свою сестру. - Он часто вокруг нее крутился какое-то время.

- Н-да? - Несси задумчиво посмотрела в сторону Тео и почесала в затылке. - Что-то я как-то не помню такого... Или внимания не обращала...

Эрик хохотнул.

- Да, ты тогда игнорила его по полной программе и, кажется, правда не понимала попыток его ухаживаний, отчего он только больше бесился. Особенно когда я это подмечал и просил оставить тебя в покое.

- Вот и правильно делал! - горячо закивал Салливан, приобнимая супругу. - Моя Несси. Никому не отдам.

Эрик понимающе хмыкнул.

- Драконы... Что с вас взять. Свое сокровище прячете в своем логове и не выпускаете из загребущих лапок.

- Ой, да ладно тебе, ты будто не такой, - весело произнёс Салливан. - Ты же готов выкалывать глаза всем, кто слишком жадно смотрит на твою Элли!

- А я тоже в душе дракон, - произнёс Эрик с невозмутимым выражением лица. - Понабрался от тебя драконьих замашек. С кем поведешься...

Салливан рассмеялся, остальные собравшиеся за столом тоже не сдержали смеха.

- Тео повезло, что он попал в руки такого Наставника, как вы, - произнесла Флора. - Вы из него вырастили очень хорошего человека, мистер Брандт. Ну и отличного мага, насколько мне известно. Он очень тепло о вас отзывался, когда мы с ним общались как-то на тему его детства и вашего наставничества. Я вообще заметила, что вас очень любят дети, мне, вон, один только Морис все уши прожужжал про то, какой вы крутой Наставник. И Фьюри о вас тепло отзывался и говорил, что в Армариллисе постоянно вокруг вас дети вьются. Да и вы сами любите детей, не так ли?

- Очень люблю, - тепло улыбнулся Ильфорте. - И ко всем своим подопечным отношусь как к родным. Я б и парой тройкой своих детей обзавёлся, но об этом мне пока даже думать нельзя.

- Нельзя? В каком смысле?

- Мне нельзя обзаводиться собственными детьми, Флора. Ну... Во всяком случае, прямо сейчас - нельзя.

- Но почему, мистер Брандт? - хмуро спросила Флора.

- Судьба такая. У меня очень темная наследственность на самом деле, я понятия не имею, как умудрился родиться светлым магом. Видимо, в качестве ошибки природы, - усмехнулся Ильфорте. - Ну точнее просто мироздание посчитало нужным сделать меня таким вот... светлым, "белым". Когда я занимался изучением своего рода, то обнаружил, что у меня там вплоть до восьмого поколения в роду ни одного светлого мага не было. Некроманты были, тёмные эльфы были... Даже вампиры были... Морис, не стоит так давиться пирогом, я пью кровь исключительно в фигуральном смысле этого слова. В общем, наследственность такая, что любой тёмный властелин обзавидовался бы. И тут такой вот сбой в матрице в лице светленького меня. Собственно, именно зная свою темную наследственность, зная прошлое своих предков, я и пошел изучать активно свое будущее, потому что задался вопросом: а кого при таком раскладе могу наплодить я? И, увы, ответ мне не понравился.

Ильфорте помолчал немного, собираясь с мыслями, потом продолжил:

- Став Наставником академии Армариллис, я вскоре обратился к сновидцам, к сумрачным странникам, чтобы они показали дорожки моего будущего. С помощью специальных магических практик меня погрузили в особые рабочие сновидения, в которых я увидел сотню вариантов дорожек будущего, связанного с теоретической возможностью появления у меня детей.

- И в каждом варианте вы видели, что у вас рождается очень темный маг, да? - негромко спросила Флора.

Ильфорте кивнул.

- В девяноста девяти вариантах из ста. В девяноста девяти вариантах вероятного развития своего будущего я видел, что у меня рождается ребенок с очень темным магическим даром, опасным даром. Почти во всех вариантах я видел своего сына... Чертовски похожего на меня. Но такого темного по своей сути, что аж волосы дыбом вставали.

- Но про Тео вы тоже думали, что он темным магом вырастет. А он вырос отличным светлым.

- Это другое, - покачал головой Ильфорте. - В случае Тео была лишь вероятность того, что он пойдет по темной дорожке, его тьму можно было из него выкорчевать. А вот в случае моего гипотетического наследника там нечего выкорчёвывать будет, потому что это будет волшебник, который впитает в себя всю темную наследственность, которая прошла мимо меня. И впитает так хорошо и активно, что вырастет очень сильным темным магом, который при надобности легко пойдет по головам ради достижения своих целей... И я точно знаю, что сейчас в мире нет мага, который мог бы укротить такую тьму. А еще я знаю, что при таком раскладе событий мне придется в один момент убить собственного же ребенка.

- Как так? - ахнула Флора.

- Ну вот так, - вновь вздохнул Ильфорте. - Я просто вынужден буду это сделать, если встану перед выбором оставить наследника в живых или уничтожить его как прямую угрозу для равновесия мира. А мне, мягко говоря, совсем не хочется это делать - совершать такой выбор... Лишь на одной дорожке будущего я видел один светлый вариант развития событий, когда тьму в моем сыне можно было взять под контроль... Какова вероятность того, что мне выпадет именно этот вариант развития событий? Чрезвычайно мала, всего один шанс из ста. Я не могу себе позволить так рисковать. Я являюсь Наставником академии Армариллис, и на мне висит большая ответственность. Я не могу себе позволить идти на поводу своих желаний. Потому мной было принято решение отказаться от возможности иметь детей.

- Что, навсегда отказаться? - ужаснулась Флора, прикрыв рот ладошкой. - Неужели с этим совсем ничего нельзя сделать?..

- Можно, - кивнул Ильфорте. - Проблема в том, что от меня это по факту вообще не зависит. Эрик заглядывал в мое будущее... И сказал, что на светлый путь мой гипотетический сын может встать только благодаря одному человеку, который способен будет искоренить тьму моего наследника. Но этот человек пока не появился на свет. Так что я, это, как бы так сказать... Жду отмашки от нашего господина пророка, когда он разрешит мне иметь детей, - едким голосом закончил Ильфорте, насмешливо глядя на Эрика.

- И когда же ему можно будет выкинуть всю свою защиту? - с усмешкой спросил Заэль. - А, Эрик? Колись!

- Об этом узнает только сам Ильфорте, - произнес Эрик бесцветным голосом, под ехидные смешки Мориса. - Это не та информация, которую я имею право распространять. Меня мироздание за это по головке не погладит. Я и имя этого человека, способного уравновесить тьму, не назову Ильфорте. Это имя буду знать только я.

- Да ладно, мы ж в любом случае рано или поздно догадаемся сами, - фыркнул Морис.

- Что догадаетесь сами - это ладно. А вот именно знать заранее - это вам ни к чему, - произнес Эрик. - Иначе вы повлияете на ход событий в негативном ключе.

- Слушай, я тут сейчас вспомнил... Когда мы сражались в подземной лаборатории в Салахе*, - задумчиво протянул Фьюри. - Против неосэйров... Помнишь, Иль? Ты тогда надолго завис, когда нас окружили эти твари.

[*примечание автора: Фьюри вспоминает эпизод из книги "Не драконьтесь, Ваше Высочество! или Игра на выживание", сражению с неосэйрами там посвящены Главы 69-71]

- Да... Было дело, - невесело усмехнулся Ильфорте.

- Неосэйры - это существа, темные воины, навевающие страх и ужас на всех вокруг. И они способны были принимать облик любого человека... Чтобы с ними тяжелее бороться было. Причём каждый, кто смотрел на этих тварей, видел какой-то свой облик, для каждого неосэйры выглядели по-разному. Я когда с этими тварями сражался, то они поочередно принимали облик то Беллы, то моей сестры. Очень тяжело было морально... А ты, Иль? - тихо спросил Фьюри. - Для тебя неосэйры оборачивались твоим гипотетическим ребенком, которого ты видел в пророческих снах, да?

Ильфорте тяжело вздохнул, молчал, наверное, с минуту.

- Да...

***

Мы тогда резво прорвались в подземные лаборатории в Салахе, нам нужно было уничтожить часы и хранившийся в них артефакт, который излучал опасную магию. Вот только к часам подобраться было непросто, нас встретила целая армия неосэйров. И я был, разумеется, готов к тому, что они выйдут нам навстречу, и что их будет так много...

Вот только я не был готов к тому, что все они, как один, начнут принимать облик моего гипотетического сына, которого я много раз убивал в тех пророческих видениях, которые мне показывали сумрачные странники.

Это оказалось для меня сильным потрясением, такой подставы я не ожидал. Только представьте, какой силы шок я испытал, когда к нам стали оборачиваться неосэйры и один за другим принимать один и тот же облик. Я видел облик очаровательного юноши, который являлся чуть ли не абсолютной копией меня по молодости. Те же длинные белые волосы, те же серые глаза, очень схожие с моими черты лица. Вот разве что ухмылка, не очень похожая на мою, да серьги в ушах.

И вот теперь - убивать его, да? Убивать тварей в его обличии? Из раза в раз? Прям как в тех моих провидческих снах, да? В тех снах, в которых я каждый раз самолично убивал своего сына, когда он перешагивал ту черту, после которой от него необходимо было избавиться?

Охренеть какое тонкое психологическое издевательство.

Я в тот момент онемел от шока так, что был близок к полному своему профессиональному провалу. Потому что совершенно недопустимо было зависать вот так вот и в ступоре смотреть в эти серые глаза, будто от одного моего взгляда неосэйры могли отступить. Напротив, они как раз подошли очень близко, пока мы все впали в ступор. А подпускать близко их было категорично нельзя, потому что одним только прикосновением они могли полностью забрать чужую магию.

А, ну - почти все впали в ступор. Кроме одного из нас.

Когда-то я ненавидел Заэля, помните, да? А в тот момент в лаборатории я уже в который раз подумал: боже, благослови Заэля!! Потому что мы вырвались из этой паршивой переделки только благодаря ему.

Заэль умеет влиять на чужие эмоции, и в тот момент он легко отразил страх и ужас, которые пытались наслать на нас темные твари. Более того - он вообще не поддался магии страха неосэйров. Их магия на него просто не подействовала. Ну, вернее, он сказал потом, что ощутил их магию как неприятную щекотку, но и все на этом.

Неприятную щекотку... В то время, пока у нас с Эриком и Морисом сердце сжималось от страха и ужаса, эту длинноволосую заразу беспокоила просто неприятная щекотка. Представляете? Я до сих пор с трудом представляю.

Заэль бесстрашно кинулся навстречу тварям, ловко орудуя мечом и второй рукой пуская в ход боевые чары. Заэль оказался единственным из нас, на кого не подействовала жуткая магия неосэйров, видимо как раз в силу его природных магических способностей и умению легко управлять эмоциями.

За Заэлем мы были, как за надежным щитом. За мощным таким эмоциональным щитом, через который до нас доносились лишь отголоски жуткой магии неосэйров. Ну, отголоски - это по сравнению с тем, какой волной магии страха нас накрыло, едва мы вступили в лабораторию. Нас хотя бы перестало сковывать на месте ужасом, и мы смогли взять себя в руки и тоже пуститься в бой. В конце концов, от наших действий в тот день зависело слишком многое... Необходимо было собраться и действовать очень быстро, счет шел уже даже не на часы, а на минуты.

Так что я тоже стиснул зубы и рванул вместе с остальными вглубь лаборатории. Вынужден признать, что я пришел в себя позже всех остальных - настолько меня шокировали твари сплошь в обличии человека, которого я меньше всего ожидал увидеть здесь и сейчас. Неприятно признавать свои слабые стороны, но увы... именно слабой стороной и является для меня вся эта тема с моим гипотетическим сыном в будущем. Что ж, с другой стороны, признание таких фактов, их принятие является как минимум отправной точкой в решении своих проблем, в закрытии своих слабых мест.

Сражение было стремительным, безжалостным, мы успешно прорубали себе путь к главным контролирующим часам в глубине лаборатории, ради выключения которых, собственно, и прибыли в это жуткое место.

В какой-то момент я заметил, что Эрик сражался с закрытыми глазами, ориентируясь исключительно на свои ощущения, на магические колебания. Высший пилотаж - сражаться вот так вот, даже не глядя на противника и при этом не снижая эффективности своих ударов. Я тоже так умею, но в тот момент от всей этой жутковатой магии неосэйров, от их неожиданного облика я забыл об этом своем прекрасном умении. Спасибо Эрику, что напомнил, да. Так что дальнейшее сражение я тоже провел с закрытыми глазами, чем существенно облегчил свои мучения, так как мне больше не нужно было смотреть на то, как мой меч вонзается в моего гипотетического сына. Так себе удовольствие, честное слово. Я уже насмотрелся на это в своих провидческих снах и не то чтобы был в восторге от такого повторения. Издевательство какое-то со стороны мироздания...

Когда мы прорвались через всех неосэйров и сломали часы, только тогда появилась возможность перевести дух. Руки мои слегка тряслись от напряжения и мерзкого послевкусия после сражения с неосэйрами.

А нам теперь нужно было разделиться: кому-то следовало остаться около часов, чтобы охранять их на случай еще одной волны нападения, а кому-то следовало отправиться дальше и громить другие часы, это нужно было делать одновременно.

- Я останусь тут, - говорил я, тяжело дыша, прислонившись к стене. - Эрик, Фьюри, к другим часам отправитесь вы.

Нет, ну честно, я тогда был не способен встречать новую волну неосэйров в обличии моего гипотетического сына. И дело не в том, что мне это всё было неприятно, и я малодушно пытался избежать еще одной порции неприятности. А дело в том, что в таком состоянии мне следовало честно признать себе, что я в плохой боевой форме, и если отправлюсь в другой конец Салаха на сражение с другими неосэйрами, то подвергну всех опасности - если я дам слабину, пропущу удар, и меня эти твари коснутся, то моя магия радостно перекочует к тварям, и это будет очень и очень плохо.

- Ты как? - тихонько спросил меня Эрик, пока мы переводили дух после сражения.

- Нормально, - ответил я глухим голосом.

Сам свой голос не узнал - настолько он был странный. Знатно меня перекосило, что уж там...

Эрик, конечно, не мог это не заметить. Уверен, что он прекрасно сразу понял, в каком облике красовались передо мной неосэйры. У меня, наверное, на лице всё написано было.

- Ну что ты на меня так смотришь? - буркнул я, глядя на Эрика исподлобья. - Да, мне было сложно!

- Мне тоже, - мрачно отозвался Эрик. - Сражаться против тварей, принявших облик моей беременной жены - так себе удовольствие. Думаю, ближайшую неделю я буду засыпать исключительно со специальными снотворными, иначе буду видеть этот кошмар во сне из раза в раз.

- Я тоже, - ворчал Морис, с перекошенным выражением лица глядя на поверженных неосэйров. - Вернусь домой - вцеплюсь в Флору, и никто меня от нее клещами не оттащит.

- Для тебя неосэйры тоже облик твоей жены приняли? - криво улыбнулся Эрик.

- Угу...

- Слабаки-и-и, - зевнул тогда Заэль.

Вот уж кто чувствовал себя спокойно и легко... Счастливчик.

***

- А ты какой облик неосэйров видел? - спросил Морис Заэля.

- Да никакой, - пожал тот плечами. - Я видел их истинный облик - механические машины, в которых жуткой темной магией вдохнули жизнь. Зрелище так себе, но вполне терпимое. Поэтому мне было проще всего, конечно.

- Да уж, тебе в этом плане повезло по полной программе, - усмехнулся Ильфорте. - Думаю, дело тут в твоей природной магии и умении влиять на чужие эмоции и легко отражать любые ментальные атаки: неосэйры просто не смогли в твою голову пробраться.

- Возможно, дело еще в том, что я ничего не боюсь по-настоящему, и неосэйры просто не могли принять какой-то облик, чтобы напугать меня им, - пожал плечами Заэль.

- Прям вообще ничего-ничего не боишься? - недоверчиво спросил Морис.

- По-настоящему? Нет. Эльза рядом со мной, и я уверен, что скорее она в могилу любых темных тварей сведет, чем ей кто-то навредит...

- Хэй! - возмущённо воскликнула Эльза, гневно сверкнув глазами. - Ну что ты за человек, а? Все наши коллеги своих возлюбленных видели в неосэйрах, а ты-ы-ы? Совсем не боишься меня потерять, да-а-а?

Ильфорте кашлянул.

- Мне кажется, неосэйры скукожились и сдохли бы сами по себе, если бы посмели принять твой облик. Ну, я бы на их месте тебя боялся.

- Да я сам иногда ее боюсь, - буркнул Заэль. - Во-о-о! Точно! Вот чего я боюсь - своей жены в гневе! Но пока неосэйры думали, как бы принять облик этой великолепной гневной фурии, я их всех перебил, - с довольной улыбкой добавил Заэль под дружный хохот друзей и самодовольную улыбку Эльзы. 

- А расскажи что-нибудь про Эрика, - попросил Салливан.

Ильфорте расплылся в широкой улыбке.

- Эрик... О-о-о, Эрик - это моя гордость. Нет, вы не подумайте, я вас тут всех нежно люблю и обожаю, и вообще, каждый мой воспитанник - это прекрасная отдельно взятая личность, заслуживающая внимания и уважения. Но к Эрику я испытываю особо тёплые чувства, и обучать его приходилось тоже специфично. Когда-нибудь он станет Наставником Армариллиса и займет мое место, а воспитание своего преемника на такой специфичной должности требует особого подхода... Ты живой? - заботливо спросил Ильфорте похлопывая по спине Эрика, который подавился куском торта и теперь громко откашливался. - Не стоит так давиться, от судьбы все равно не убежишь. Но не переживай, это случится ох как нескоро, и к тому времени ты будешь готов принять это.

- Эрик с Несси задавали жару нам, пока были мелкие, - произнес Заэль, снисходительно поглядывая на подавившегося Эрика. - У них рано проявились магические способности, сил было много, а вот умений сдерживать эту силу не было.

- О да, - кивнул Ильфорте. - И если хоть немного подросших деток можно было хоть чему-то обучить, то чему можно научить годовалого ребенка? Намучились с ними жутко.

- Когда Эрику и Несси исполнился годик, в них ярким факелом вспыхнула магическая Искра, у обоих проявились яркие способности к перемещению во времени, да и телепортироваться они научились раньше, чем говорить, - вздохнул Заэль. - То еще веселье было.

- Их первый День рождения мы с вами навсегда запомним, - хохотнул Ильфорте. - Когда у них впервые проявились эти неконтролируемые способности, и оба малыша взяли да исчезли на наших глазах, непонятно куда и в "когда" телепортировавшись. А среди нас в ту пору не было ни одного мага, кто мог бы перемещаться во времени, и кто умел бы ходить по таким следам телепортации...

- Как же вы тогда нашли детей? - ахнула Флора. - Или они сами вернулись?

- Да если бы, - усмехнулась Эльза. - Ильфорте в срочном порядке откопал где-то артефакты, позволяющие перемещаться во времени, и мы втроем смогли пройти по нужному следу, вернули детей обратно. Но потом этот их финт ушами повторялся еще много-много раз... Не знаю даже, как я не поседела от нервов.

- Да просто мы с Заэлем поседели вместо тебя, - хохотнул Ильфорте. - Но по нашим от природы белым волосам это незаметно.

Флора рассмеялась вместе со всеми, а, отсмеявшись, спросила:

- Эрик с Агнессой ведь являются боевой парой Боец-Страж, верно? Они аж Вторые. А когда в них эта сила проявилась?

- О-о-о-о-о, это была та еще картина маслом... - с чувством произнес Ильфорте.

***

Как сейчас помню наш разговор с Эриком, когда им с Несси было по десять лет. После очередной общей тренировки он подошел ко мне и спросил:

- Наставник, а как нужно давать Имя своей боевой паре?

Любознательный Эрик всегда интересовался разными аспектами магии и всегда задавал много вопросов, на которые я охотно отвечал. Вот и тогда я охотно пустился в объяснения, хотя эту тему затрагиваю в обучении обычно сильно позже, когда фортемины постарше становятся. Детям-то нет смысла этим голову забивать.

Но Эрик был нестандартным ребенком, всегда очень вдумчивым и серьезным, поэтому ему можно было рассказать раньше и быть уверенным, что он не забудет все через пять минут.

- ...так что если у тебя когда-нибудь в будущем появится боевая пара - а у тебя она наверняка появится - то скрипт действий будет такой, - закончил я свои объяснения. - Понял? Есть вопросы?

Эрик с минуту, наверное, молчал, обдумывая полученную информацию. Потом важно кивнул:

- Понял. Вопросов нет.

Он тут же повернулся к подошедшей Несси и твердым, уверенным таким голосом произнес:

- Имя нам - Видящие.

В ту же секунду на запястьях обоих вспыхнули золотистым свечением цифры "два", слово "Видящая" - на запястье Несси и "Видящий" - на запястье Эрика.

Вот так вот просто. Я ему только объяснил с прицелом на то, что через несколько лет Эрик, возможно, сможет услышать Имя своей гипотетической боевой пары, а он тут же взял и "услышал".

Я так и сел, где стоял, натурально - на пол.

У меня был абсолютный шок. Никогда не встречал подобного. Это было самое скоростное образование боевой связки Боец-Страж, которое я когда-либо наблюдал в своей жизни. А наблюдал я много, так что вы можете представить себе степень моего офонарения.

- М-м-м, Эрик... Как ты это сделал? - осторожно уточнил я.

Эрик глянул на меня, удивленно вскинув брови.

- В смысле? Ну, вы же только что объяснили, что делать. Я и сделал. Всё, как вы сказали. Что-то не так?

- М-м-м, нет, всё так, мальчик мой... Всё так...

Удивительный человек, а. Всегда таким был и таким остается.

***

- А у вас ведь с Эриком была крупная стычка однажды, да? - с улыбкой спросила Белла, обращаясь к Ильфорте. - Фьюри рассказывал мне, что ввиду ваших сложных тактических маневров вы однажды нарочно провоцировали Эрика на буйные эмоции, манипулируя его чувствами к Элизабет*. И на почве этого серьезно подрались прямо в Генеральном Штабе. Это правда?

[*напомню, что об этом эпизоде подробнее рассказывается в отдельной истории про Эрика «, начиная с Глава 36. Под колпаком]

- Да, - тяжело вздохнул Ильфорте. - Круто мне тогда от Эрика досталось. Процесс восстановления был очень долгий и болезненный.

- Эрик, между прочим, довольно долго скрывал от меня правду, - сказала Элизабет, укоризненно глянув на супруга. - На все мои вопросы отвечал красивыми витиеватыми и пустыми фразами, заговаривая мне зубы, так что я быстро забывала, о чем вообще спрашивала. А узнала правду уже только начав работать в Генеральном Штабе. О-о-о, сколько всего я узнала тогда о своем будущем муже!.. Но честно говоря, в какой-то момент поняла, что вокруг той эпичной сценки слишком много ходит слухов и домысливаний. А как на самом-то деле всё было? Расскажи, Иль!

- Ну-у-у, дело было так...

***

Я действительно тогда жестко спровоцировал Эрика на определенные эмоции, заставив его очень сильно понервничать, переживая за Элизабет. И когда все было позади, и мы передали спасенную Элизабет в руки лекарей Генерального Штаба, мы стояли с Эриком в коридоре лекарского крыла, молчаливые и напряженные. Я всей своей сущностью ощущал в тот момент желание Эрика пожать мне горло. Ну или хотя бы просто врезать по физиономии от души. Я прекрасно чувствовал нетерпение Эрика. Внешне он оставался спокойным, а внутри он кипел от бешенства и сохранял внешнее спокойствие просто до тех пор, пока Элизабет не скроется с инквизиторами за дверью.

- А может всё-таки?.. - протянул я в дохлой надежде, что мы как-нибудь уладим всё на словах.

- Не может, - отрезал Эрик.

Я тяжело вздохнул.

Понятно, мирным путем расходиться не хотим. Что ж, драка так драка.

От лекарского крыла мы шли чинно и спокойно, с такими благородными лицами, будто ничего особенно не происходило. И вообще, мы так, просто на прогулку вышли, и у нас отличные взаимоотношения, да. И никто никого не хочет прикончить.

Я со вздохом набрал на связном браслете сообщение Заэлю. Я обещал позвать его в зрительский ряд, когда меня будут бить. А сейчас меня, по ходу, будут не просто бить, а избивать на полную катушку. Иллюзий на этот счет я не питал, знал, что мне достанется от Эрика по полной программе. В конце концов, я же собственноручно раскачал его магическую Искру так, что в нем рванула наружу демоническая ледяная магия. Ну вот, что посеял, то и пожинаю, ага.

- Прошу всех инквизиторов немедленно покинуть атриум, - громко произнёс я, когда мы спустились на нужный этаж.

Инквизиторы недоуменно глянули на нас, кто-то даже попробовал что-то вякнуть, мол, с чего бы нам уходить, мы тут делом заняты, чего вы тут командуете!..

Ох уж эти инквизиторы!! Да, Морис, в ту пору тебя в Штабе не было, и должного порядка в инквизиции не было. И слушать по первому же приказу тогда еще далеко не все умели. Это сейчас благодаря Морису в Штабе произошла большая чистка рядов, и дисциплина уже совсем на другом уровне. Есть еще над чем работать, конечно, но в таком многочисленном Штабе невозможно создать прям идеальный порядок. Но за прошедшие годы мы, определенно, добились больших успехов.

[примечание автора: о том, как Морис наводил порядок в Генеральном Штабе можно почитать в моей отдельной истории про Мориса "Я случайно, господин инквизитор!.."]

Эрик не стал дожидаться, пока все разойдутся. Он ударил сразу и без предупреждений - мощной морозной волной, которую я лишь благодаря автопилоту успел остановить стеной огня. За морозной волной последовал вторая, третья... Мощь, которая исходила от Эрика, поражала. Впрочем, поражало вообще всё, потому что на самом деле я сейчас был свидетелем удивительного феномена: проявления демонической ледяной магии в теле человека, не являющегося демоном.

Я не знал ранее, что такая демоническая магия может передаваться по наследству. Незнание мое вполне естественное: за всю историю магии таких известных случаев попросту не было. А если и были, то о них нет даже малейших упоминаний. Я точно знаю, так как перелопатил массу литературы на эту тему и общался с очень многими древними волшебниками, но никто о таком не слышал.
Эрик у нас все-таки непростой маг, а ребенок падшего ангела и высшего демона. Вообще ангелы и уж тем более высшие демоны не рожают детей, высшие демоны не заводят семьи. Высшие демоны рождены тьмой, служат только тьме и не живут долго, потому что такие, как мы, как раз и появляются в мире для того, чтобы уничтожать высших демонов и прочую нечисть, которая норовит поглотить свет.

Но наша милая Эльза - особенная. Высший демон, стоящий на защите света. Высший демон, который не только обзавелся своей боевой парой и любовью всей жизни, но и родил уже аж целых шестерых детей. Уникальных детей. Фортеминов с совершенно разными необычными магическими способностями. Кто бы знал, что смешение ангельской и демонической крови может дать такой крутой эффект, верно? Кто бы знал, как многое теряет мир без таких смешений. Тысячелетиями ангелы и демоны враждуют, не допуская даже мыслей о каких-то любовных взаимоотношениях. Представляете, сколько удивительных волшебников появилось бы на свет, если бы вражда между ангелами и демонами поутихла, и появились бы новые смешанные пары?..

Я вот представляю. И благодарю всех богов Поднебесья за то, что Эльза у нас одна такая особенная!!

Оставайся такой уникальной и дальше, моя милая Эльза. Надеюсь, я на своем жизненном пути больше не увижу плодов любви ангела и демона, кроме ваших детей.

Ну да я отвлекся. Вернемся в тот день, когда я танцевал под градом ледяных проклятий Эрика, искренне восхищаясь той мощи, которая от него исходила.

Знаете, я видел Эрика в разных ситуациях, все-таки он рос на моих глазах и тренировался под моим чутким руководством. Он никогда ранее не выдавал заклинаний подобных тем, которые исходили от него в тот день в Генеральном Штабе. Ледяная магия так и искрилась, бомбила во все стороны, и оставшиеся зеваки-инквизиторы с визгами разбежались, опасаясь попасть под обстрел ледяными иглами.

А еще Эрика бомбило эмоциями. Такими яркими живыми эмоциями, которые он никогда ранее себе не позволял ощущать. Вот что гнев животворящий с магом делает!..
Вернее - гнев, выросший на зернах отчаяния. Отчаяние - вообще чрезвычайно сильная эмоция. Подпитываемая гневом, она способна пробудить в человеке те потенциалы, которые спали в нем крепким сном, а в стрессовой ситуации были вынуждены выплеснуться наружу. Это далеко не всегда хорошо для обычного человека, зато это может быть крутым двигателем для мага. Отчаявшийся маг способен пробить свой магический потолок и раскрыть в себе такие сферы магии, о которых он даже не подозревал. О которых даже я не подозревал и лишь догадывался, что в Эрике кроется что-то особенное.

А Эрик был в отчаянии, когда я запер его в карцере и сделал вид, что устраиваю из его возлюбленной Элизабет обычную приманку для выведения врага на поверхность. На самом деле всё было гораздо сложнее и тоньше, но Эрик на тот момент об этом не знал. Он не знал, что я самолично контролирую Элизабет и готов в любую секунду прийти ей на помощь. Но я давал шанс - и ей, и самому Эрику. Шанс на то, чтобы они были вместе. Шанс на их счастливое будущее. Ну и заодно это был великолепный и единственный шанс раскрыть в Эрике его спящий потенциал и вывести его на новый уровень.

Думаю, Эрик в тот момент искренне меня ненавидел. Он швырял в меня заклинания с таким остервенением, что можно было только позавидовать его эмоциональности.

Он желал отомстить. За тот риск, которому я подверг Элизабет. За мои методы эмоциональной раскачки.

Он уже прекрасно сам понял, что я подстроил всё так специально, но это не уменьшало его злости.

Он желал выплеснуть пар. Тот накопившийся комок нервов, который он не мог выплакать, как какая-нибудь девушка. Девушкам вообще в этом плане проще: поплакали и успокоились, выплеснув негатив. Тихо или надрывно, с истерикой. И правильно, чего улыбаться зазря, если внутри тебя разрывает на части?

Но мы, мужчины, часто идиотничаем в этом смысле. Мы же сильные, смелые, мы мужики, мы не плачем!..

Глупости всё это, конечно. Когда больно, надо плакать. Не надо сдерживать в себе слезы. Легче от сдерживания точно не станет, только наоборот внутренняя боль усиливается. Человек, улыбающийся всем вокруг и долго сдерживающий свои эмоции, похож на прекрасную розу, которая растит шипы внутрь самого себя.

Но все равно мужчинам вечно что-то мешает нормально выплеснуть эмоции, и это выливается в тяжелый комок нервов, который потом может бомбануть в любой момент. И не всегда знаешь, когда бомбанет.

Мне в этом смысле "повезло": я догадывался, чем закончится весь этот мой сложный план с Эриком и Элизабет, поэтому заранее морально готовился к тому, что мне попадет по полной программе. Поэтому я заранее попросил лекарей подготовить нам с Эриком койки в лекарском крыле Генерального Штаба. Не сомневался в том, что лично мне придется пролежать минимум недельку после этой схватки.

За всё в жизни приходится платить. И это - лично мой бумеранг.

Эрик жахнул каким-то неизвестным мне заклинанием, от которого я еле успел увернуться. Выставил вокруг себя щит, краем глаза заметил, что колонна за моей спиной, в которую попало заклинание Эрика, пошла морозными трещинами и прямо на глазах начала крошиться, распадаясь на ледяные крошки.

Потрясающе просто. Нет, правда потрясающе!
Я был в диком восторге от мощи своего подопечного, пробившего собственный магический потолок. Это было не просто заклинание обычной заморозки. Это было чистейшее заклинание так называемого "Ледяного поцелуя", которым могли владеть только высшие демоны.

Но одновременно с этим я был в диком ужасе, представляя, что будет, если это чудесное заклинание доберется до меня самого.

- Это все, на что ты способен? - подначивал я, ударяя в ответ .

Да-да, я немного сумасшедший и сам нарывался на "продолжение банкета".

Всегда холодный и сдержанный Эрик пылал, и пламя в его душе разгоралось все сильнее. Но его еще не до конца прорвало. Я видел, я знал, что он может сильнее, больше. И если уж пробивать потолок, то громить его к чертям.

А я... ну ничего. Выживу как-нибудь. Надеюсь...

"Помощь нужна?" - услышал я ментальный посыл прибывшего Заэля.

Увидел его лишь краем глаза, когда уворачивался от очередной замораживающей волны. Стена за моей спиной покрылась толстым слоем льда с длинными ледяными шипами.

"Это только наша с ним битва, это глубоко личное. Не лезь. Лучше подумай пока, как ты потом будешь уговаривать Эльзу воскрешать меня или собирать по кусочкам, когда Эрик меня все-таки грохнет".

Смех очень сложно передать ментальной связью, но Заэлю это удалось. Потому что он всей своей сущностью хохотал от души. Впрочем, смех этот был немного нервный. Как и моя кривая улыбка.

Не знаю, сколько мы так кружили по атриуму, но разбомбили мы его полностью. А учитывая, что заклинания Эрик щедро швырял направо и налево, и они улетали в другие коридоры, то Генеральному Штабу после этого нашего чудесного ледяного танца предстоял капитальный ремонт.

Эрик бил с колоссальной силой, но мои защитные блоки пробить так и не мог. Они у меня сильные, да, мои блоки - это моя гордость. Но я был намерен выбесить Эрика так, чтобы он пробил и этот "потолок".

- Тебе никогда меня не победить! - громко крикнул я, перекрикивая гул от вибрирующих заклинаний и похрустывая ногами по снегу, который Эрик своими заклинаниями раскидал уже повсюду. - Ты можешь сколько угодно так кружить вьюгой по атриуму, но тебе все равно меня не победить. Так же, как тебе никогда не защитить от меня твою Элизабет!..

Нарывался, знаю. Засранец, знаю. Прости, Элли, что нагло воспользовался этим в тот момент, но эффект того стоил.

А эффект был такой, что Эрик зарычал от злости, глаза его сверкнули голубым светом и он обрушился на меня со всей своей возможной силой.

У меня не получилось быстро отбить заклинание, потому что оно было не разовым, это был целый непрекращающийся льющийся на меня поток ледяной энергии. И я мог только продолжать удерживать защитный купол, вливая в это все свои силы.

Попробовал одной рукой направить ответное заклинание, но не смог: чтобы удерживать защитный купол, мне нужны были обе руки, иначе я не справлялся с потоком магии.

Я! Не справлялся! Я был одновременно в восторге и в ужасе от этого факта, да.

Мои волосы трепали вихри магии, моя магическая Искра работала на максимуме.
Я продолжал удерживать защитный купол, думая, ну должен же Эрик когда-нибудь устать и сделать хотя бы паузу в бесконечном ледяном потоке?

Но мой защитный купол дал трещину быстрее, чем устал Эрик.

Всего одна трещина - но купол мгновенно разбился вдребезги, хотя должен был еще долго стоять, покрытый трещинами.

Но не смог. Не выдержал напора Эрика. Напора его злости, яростного могущества. Купол разбился, и меня накрыло ледяным омутом, который мгновенно пробрался, кажется, в самое сердце.

Я протяжно выдохнул, и из моего рта вырвалось морозное облачко пара. Голова закружилась, и я пошатнулся, едва устояв на ногах.

Песец как холодно. Нет, ну просто песец как холодно!!

Впрочем, на ногах я устоял лишь благодаря тому, что они уже приморозились к полу, и я просто не мог сойти с места. Потому что весь я стремительно леденел внутри и снаружи, и сердце замедляло свой ход.

- Ну наконец-то! - довольно выдохнул я слабым голосом. - Я всё ждал, когда же ты перепрыгнешь себя через голову, сможешь ли. Перепрыгнул. Смог. Знаешь, я тобой горжусь. Как, пожалуй, самым лучшим своим учеником.

Эрик, который, тоже покачиваясь и тяжело дыша, стоял напротив меня, нахмурился.

- Ты что... Нарочно всё это делал? Просто чтобы я... смог?

Я криво улыбнулся.

- Дошло, наконец? Отличная работа, Эрик. Ты большой молодец. Надеюсь, еще увидимся, - успел я сказать перед тем, как ледяная корка добралась и до моей головы.

Угасающим от заморозки сознанием успел заметить, что Эрик покачнулся и завалился на бок. Всё-таки он себя за этот день выжал на триста процентов, и был не в состоянии даже аккуратно опуститься на землю, а не падать плашмя.

Перед тем как мой разум оказался полностью заморожен, я услышал только жидкие аплодисменты Заэля, эхом раздавшиеся в полностью разгромленном атриуме, и его протяжное:

- Мда-а-а... Ну вы даете...

***

Я несколько дней провалялся так без сознания в лечебнице Генерального Штаба. Знаю, что инквизиторы все это время пытались меня восстановить, но у них ничего не получалось, потому что ледяные чары Эрика ни у кого не получалось разрушить. Сам Эрик вообще пока не умел это контролировать, ему тогда только предстояло начать обучение этому.

Помочь мне могла только Эльза, которая обладала нужными навыками и могла меня разморозить. Но проблема состояла в том, что делать она этого не хотела, потому что была в бешенстве от моей выходки. Она категорично не одобряла моего плана по использованию Элизабет в качестве своеобразной "наживки", она была в бешенстве от того, что я провоцировал на яркие эмоции ее сына. Я это предвидел, поэтому накануне всей этой ситуации я нарочно отослал Эльзу с заданием по делам академии Армариллис как можно дальше от Форланда: чтобы Эльза не могла вмешаться в мои планы.

Она и не вмешалась. Но, вернувшись и узнав о прошедших событиях, впала в ярость и долго отказывалась оттуда "выпадать".

Эльза такая, да. Вспыльчивая, легко воспламеняющаяся. Буйная дамочка.

Насколько знаю, Заэль убил массу времени на то, чтобы уговорить Эльзу. Кстати, в сотый раз тебе спасибо за это, дружище!

Да, я знаю, что решающим аргументом в итоге оказалась фраза "зато у тебя появится шанс потом собственноручно еще раз грохнуть Ильфорте!!". Ну... Хоть что-то. Впрочем, пока что Эльза меня так и не грохнула. Наверное, выжидает удобный момент.

Первое, что я увидел после пробуждения: это злющую Эльзу. Не знаю, как она мне глаза не выцарапала... Она явно очень хотела это сделать.

Боль во всем теле была такая, что не передать никакими словами... Вы когда-нибудь замерзали зимой на улице так сильно, что потом, по возвращении в теплое помещение, чувствовали, как у вас болят пальцы на руках и ногах? Ну вот, я испытывал нечто подобное, только во всем теле и гораздо в более усиленном варианте. Боль была адская и упрощать мне процесс разморозки обезболивающими чарами Эльза явно не торопилась. Она могла, я точно знаю... Но не захотела. Мстительная она у нас, да. И за своих детей порвет любого.

Процесс разморозки осложнялся еще и тем, что Эльза, хм, в общем, не стала размораживать меня сразу всего целиком... А оставила замороженной одну чисто мужскую часть тела, что придавало моим мучениям просто невыносимо ярких красок боли и страданий.

- Да чего вам не нравится?! Не буду я эту скотину размораживать, ему этот орган ни к чему!.. - орала Эльза на весь лечебный корпус, когда лекари вежливо пытались ее уговорить закончить разморозку.

Понимаете весь масштаб ее мстительности, да? Шикарная женщина, не устаю это повторять. Спасибо Заэлю, который все-таки уломал потом Эльзу привести меня в порядок. Заэль вообще - единственный человек, который может от Эльзы добиться того, что она делать не хочет. Тут даже я бессилен.

***

Как же мне было хреново... Я восстанавливался очень долго. Да, я предвидел это, но от этого не легче было, честное слово.

Эрик тоже несколько дней провалялся в лечебнице, так как был выжат в ноль, и процесс восстановления был непростым.

Некоторое время спустя мы с ним столкнулись в столовой. Я туда прорвался с боем, лекари отпускать меня не хотели. Но я жутко засиделся в четырёх стенах, не люблю целительское крыло в Главном Штабе, оно навевает на меня тоску. Я, знаете ли, слишком много времени провел в лечебницах за свою жизнь, балансируя на грани жизни и смерти, а также вытаскивая своих друзей с того света, и мне это состояние порядком надоело. И атмосфера лечебниц - тоже. Так что у меня выработалась стойкая аллергия на все лекарское, потому я при первой же возможности слинял в столовую. Ну, хоть немного размяться и съесть какую-нибудь гадость, которую мне не принесут на подносике в палату. Ведь всем известно, что любая любимая "гадость", съеденная с превеликим удовольствием, неизменно улучшает самочувствие. Известно же, да?..

В общем, я бодро спустился в столовую...

Хм. Это я себе польстил. Будет правильнее сказать - бодро доковылял. Ну а что вы ржете? Ни разу даже не грохнулся по дороге. И даже не кряхтел, как старый дед. И не держался за стеночку, передвигаясь на полусогнутых. Шел неспешно, делая вид, что это я так наслаждаюсь прогулкой до столовой. Что это я так неторопливо плыву с пафосным видом, а не еле переставляю ноги, да. Тут главное что? Лицо кирпичом и взгляд поувереннее. А если взгляд уверенным не сделать, то можно за солнечными очками спрятать. Но морду - кирпичом.

В общем, я с гордо поднятой головой доковылял до столовой и обнаружил, что единственное свободное место в этот обеденный час было только рядом с Эриком.

К нему я и подсел, молча. Он заметно напрягся, но ничего не сказал, даже не глянул в мою сторону.

Никто из нас не поздоровался, атмосфера за столом была напряженная. Я бы и не прочь был разрядить атмосферу и как-то поговорить по-человечески с Эриком, да только не знал, с чего начать.

- Погода сегодня солнечная, - сдержанно произнёс я какое-то время спустя.

Дожил, о погоде говорю. Впрочем, надо начать хоть с чего-то, верно?

- Но холодная, - сухо заметил Эрик, сидящий напротив.

- Н-да? Не знаю, пока не был на улице. Но полагаю, что холод мне больше не будет страшен. Я ж тут закалился по полной программе.

Эрик молчал. Он усиленно резал ножом бифштекс. Так усиленно, что разрезал вместе с тарелкой, и она с грустным хрустом треснула пополам. Как? Не спрашивайте. Верховный маг в порыве эмоций много чухни натворить может.

Но Эрик не подал виду, что что-то пошло не так. Он отправил в рот отрезанный кусочек мяса и отложил в сторону столовые приборы по бокам от расколотой надвое тарелки.

- Как твое самочувствие?

- Лучше всех!

Руки меня еще плохо слушались, размороженные пальцы сгибались неохотно, поэтому вилка в руках чуть подрагивала, и у меня никак не получалось наколоть на нее последний маринованный грибочек. Он был очень маленький, и я никак не мог попасть в него вилкой. Так и гонял по тарелке какое-то время с отсутствующим выражением лица, пока не психанул и не грохнул вилкой по тарелке так, что моя тарелка тоже раскололась надвое. Ну зато грибочек наконец накололся на вилку.

Я не подал виду, что что-то пошло не так, и с серьезным выражением лица отправил несчастный грибочек в рот.

Эрик... Мне показалось, что его губы подрагивали в улыбке, но он еще сдерживался.

- А как твое... твой... хм...

Эрик тактично умолк, не зная, как аккуратно спросить, разморозила ли мне Эльза ту самую спорную часть тела, из-за которой она орала на всё лекарское крыло.

- В порядке, - с непроницаемым выражением лица произнес я. - По состоянию боевой готовности пока что вялый солдат, конечно, но при нежном обращении и должной тренировке я ещё смогу порадовать жену боевой стойкой.

Тут Эрик не выдержал и заржал. Он ржал в голосину, не скрывая своих эмоций. На моей памяти это был первый раз, когда он вообще так открыто смеялся в сознательном возрасте на людях. Он всегда был очень сдержанным.

Но сейчас он ржал. Не хихикал, не смеялся, а именно ржал. И так заразительно, что я не мог не присоединиться к нему, поэтому вскоре на всю столовую ржали мы оба. В полнейшей тишине, потому что остальные инквизиторы умолкли разом, уставившись на нас дикими глазами.

Мне кажется, многие сотрудники инквизиции в тот день поседели от ужаса, думая, что Эрик сошел с ума, или наступил конец света.

Ну а для нас с Эриком это была точка отсчета наших взаимоотношений уже не в статусе Наставник-подопечный, а в статусе хороших друзей.

- А что насчет Мориса? - с улыбкой спросила Флора. - Каким он был в детстве?

- О-о-о, Морис - это отдельная песня, - усмехнулся Ильфорте. - Потрясающий метаморф, который выносил мозг всем, начиная с годовалого возраста. Я на всю жизнь запомню тот день*, когда у Мориса проснулась магическая Искра, и в нем впервые пробудилась сила метаморфа...

- Я тоже, - мрачно произнес Эрик. - Такое не забывается.

[*примечание автора: этот эпизод подробно описан в эпилоге к истории про Эрика ]

- Что, с Морисом было настолько сложно? - поинтересовалась Белла.

- Не то слово, - хмыкнул Ильфорте. - Пожалуй, я смело могу сказать, что Морис был самым проблемным моим подопечным на тот промежуток времени. Тут он, как говорится, «дал прикурить» даже самому Эрику, который в детстве бесконтрольно прыгал во времени, пока не научился держать свою магию в узде. Я думал, что хуже Эрика с Агнессой никого не будет. Но как же я жестоко ошибался...

- А расскажете подробнее? - Белла сложила перед собой руки в молитвенном жесте. - Ну пожа-а-алуйста!..

- Ну, тут дело было как...

***

Когда Морис был совсем маленький, он постоянно терял контроль над своей магией. Это нормально: когда сильный с рождения маг растет и быстро развивается, то магия часто бежит впереди самого мага и пытается завоевать свое место под солнцем, особенно когда обстановка вокруг располагает к такому развитию.

Что уж говорить, окружение Мориса способствовало очень быстрому раскачиванию его и без того яркой магической Искры. Так что он постоянно имел проблемы со своей магией, а мы имели проблемы с самим Морисом.

Честно скажу, что сохранить его жизнь в первые пять лет после рождения было очень тяжело. Я вот не преувеличиваю сейчас совершенно. Он ведь метаморф, умеющий превращаться в абсолютно любое живое существо. Звучит круто, да? Ровно до тех пор, пока не понимаешь, что этим самым живым существом является не только милая собачка и кошечка, с которой можно договориться, а в том числе какой-нибудь кровожадный дракон. Или, что на самом деле еще хуже, - какой-нибудь мелкий жук, букашка, ползающая по дереву или летящая в неведомые дали на ветру... Как вам перспектива искать, ловить и оберегать такого метаморфа-ребенка, а?

По молодости Морис особенно часто случайно обращался в дракона. Огромного такого, черного и очень красивого... И безумно опасного. Ну а уж с учетом того, что Морис тогда был совсем мелким ребенком, который не понимал опасности, и ему было просто очень весело... представьте себе масштаб бедствия, м-да.

Я тридцать два раза восстанавливал обрушенные залы в академии Армариллис после очередного бесконтрольного обращения Мориса в какого-нибудь дракона и его развеселого полета по коридорам. Тридцать. Два. Долбанных. Раза!! Да, я их считал, чего вы удивляетесь?

Однажды он превратился в дождевого червя, и его смыло в канализацию во время проливного дождя. Представляете? Я даже глазом моргнуть не успел как быстро это произошло...

Ну, что поделать? Мы с Эриком ныряли в канализацию и искали этого червяка-переростка. Грязные и вонючие, нашли в итоге Мориса, превратившегося уже в лягушку и пытающуюся ускакать вслед за крысой. Ребенок развлекался и изучал активно мир, не думая о последствиях, ага. Заэль ржал конем, когда увидел нас с Эриком, вылезающих из зловонной канализации. Ему было весело. Нам вот - как-то не очень...

Я много раз всерьез думал запереть Мориса в карцере на годик-другой, но меня каждый раз отговаривала Сиринити. Она у меня слишком разумная и жаждет видеть во мне проблески такой же разумности. Иногда у нее это даже получается.

Но какие нахрен проблески могут быть, когда ты, как полнейший идиот, пытаешься найти среди плавающих в море рыбок-клоунов Мориса, который в одну такую рыбку превратился?..

Было это в тот прекрасный день, когда мы отправились на морское побережье. Мы - это я с Эриком, Элизабет и Морисом, за которым, собственно, я и должен был помочь следить по просьбе Эрика. Он очень переживал, что их первая семейная вылазка на море может закончиться как-то не так. Опасался неконтролируемых вспышек магии у своего сына.

Ну что я могу сказать? Не зря опасался.

На море у нашего юного дарования в лице Мориса магическую Искру бомбануло так, что за маленьким ребенком, за этим карапузом не смог уследить даже я. У мальчишки были полные штаны восторга - ну ладно, не штаны, чего ты на меня так злобно смотришь, Морис? - полные плавки восторга! В общем, малыш дорвался до песка, ракушек. Он был в совершенном восторге от моря - ох, вы бы видели эти восторженные детские глаза!..

Особенно Морису понравились цветные рыбки, которые плавали вокруг коралловых рифов. Я тогда держал Мориса на руках, зашел с ним в море поближе к кораллам, показывал ему рыбок. Образовывал помаленьку, так сказать, пока его родители заслуженно отдыхали на берегу, вкушая редкий совместный отдых. Особенно дикий восторг у Мориса вызвали рыбки-клоуны: их яркая бело-оранжевая окраска привлекла внимание и буквально загипнотизировала малыша.

- Ры-ы-ыбки! - восхищенно выдохнул Морис с широченной улыбкой. - Хочу так же! Хочу рыбкой!

Сказал - сделал. И в следующий миг обратился в такую же рыбку и плюхнулся в воду, в мгновение ока выскользнув из моих рук.

Как сейчас помню тот дикий ужас, который охватил меня при осознании масштаба бедствия.

Как быстро и далеко может уплыть рыба в огромном море - знаете? А я вот знал. И от воображаемой картинки уплывшего хрен знает куда Мориса мне становилось дурно.

Как найти рыбку-Мориса среди сотен таких же рыбок? К тому времени я уже поднаторел в деле опознания этого треклятого метаморфа среди какой-либо похожей живности, для этого мне надо было сосредоточиться на магической ауре Мориса. Но в воде это был сделать очень сложно, да еще рыбы под ногами плавали туда-сюда, не давая сосредоточиться...

Я чувствовал себя полным идиотом, пока перебирал разных рыбок, то и дело ошибаясь и схватывая за хвост не того "клоуна". Этим самым клоуном при этом чувствовал себя я сам.

- Все в порядке? - крикнул Эрик с берега, явно почуяв неладное.

- Да, все супер! - отозвался я, напряженно всматриваясь в воду и быстро-быстро сканируя плавающих рыбок в поисках нужной ауры мага.

И похолодел, когда увидел целую стайку чаек, которая метила поймать одну рыбку, то и дело выпрыгивающую из воды... Угадайте, кто был этой рыбкой?

Вы когда-нибудь дрались с чайкой? А я вот дрался. Вместе с Эриком, который все-таки пришел на помощь, поняв, что дело пахнет гарью. Вместе мы сначала пытались поймать чайку, которая успела проглотить рыбку-Мориса, а потом вместе же пытались Мориса из нее выудить и при этом оставить чайку в живых по возможности.

- Милый, у вас там все в порядке? - кричала нам с берега Элизабет.

- Да, все супер! - крикнул в ответ Эрик. - Нам тут просто очень... весело!

Как раз в этот момент чайка сама выплюнула Мориса, потому что тот начал оборачиваться в человека прямо в ее желудке. Чайка в ужасе глянула на плюхнувшегося в воду мальчика и улетела от нас с такой скоростью, что, мне кажется, эта бедная птица стала потом закоренелым веганом.

А Морис заливисто смеялся и радостно хлопал в ладоши, весьма довольный таким увлекательным аттракционом. Счастливый ребенок, который не понимал, какой стресс сейчас пережили мы с Эриком... Наш господин Пророк после того случая еще очень долго отказывался ехать на море.

В кого только Морис не превращался... Когда он подрос, он особенно сильно любил ускакать куда-то в виде кузнечика. Быстрый и ловкий, кузнечик-Морис задавал нам жару и был непрекращающейся головной болью. В ту пору я приставлял к Морису сразу по пять кураторов, в надежде, что хоть кто-то успеет превращение Мориса вовремя заметить и проследить за ним. И то они не всегда справлялись, и все равно мы с Эриком ползали в высокой траве на карачках, выискивая нужное насекомое.

- Поймал!! Это он? Это он или не он? Как ты думаешь? - истерично обратился ко мне Эрик, держа в руках большого кузнечика.

Насекомое испуганно дрыгало в воздухе лапками, и по его ауре было понятно, что это самое обычное насекомое. 

Это мы ползали в саду их особняка, куда Морис ускользнул.

- По-моему, у тебя слегка сдают нервы, - вздохнул я, выуживая из травы нужного кузнечика-Мориса, которого нашел по нужной ауре.

- Слегка?! - истерично воскликнул Эрик, с диким выражением лица вытаращившись на меня.

Взгляд у него был слегка отсутствующий и сильно нервный. Но - очень живой, да. От обычной безэмоциональной маски вечно холодного и спокойного мага не осталось и следа.

- Долбаный, долбаный кузнечик, - в сердцах произнес Эрик, кинув обычное насекомое обратно в траву и с тоской глядя на обернувшегося в ребенка Мориса в моих руках. - Какого черта мне достался в сыновья метаморф?! Почему именно метаморф? Почему именно мне?! Почему не дракон какой-нибудь ледяной, который не меняет свою телесность, когда ему вздумается?!

- Ты, кажется, говорил, что нам очень повезло, что наш сын "всего лишь метаморф", - подошедшая Элли ехидно процитировала слова мужа.

- Забудь. Я был не в себе, - буркнул Эрик, спрятав лицо в ладони.

Мы прошли на кухню, где я налил целый стакан огненного эля и молча протянул его вконец заколебавшемуся Эрику. Он осушил стакан залпом, даже не поморщившись. Хотя Эрик у нас вообще - товарищ непьющий, ага.

Взгляд у него был пустой, отсутствующий. В конце тяжелого дня, в течение которого приходилось ловить Мориса в виде дельфина, орла и кузнечика, Эрик уже ни на что не реагировал.

- Знаешь, о чем я подумал? - вздохнул я.

- М-м-м?

- Хорошо, что у нас с тобой волосы сами по себе такого белого цвета с легким пепельным оттенком. Седину не будет видно.

***

Подросший Морис продолжал задавать жару.
Особенно веселье началось, когда им с Фьюри было лет по тринадцать-пятнадцать. Эти двое были похожи на ходячую бомбу замедленного действия. Вокруг них все постоянно искрило, взрывалось, рушилось, грохотало. Я только и успевал восстанавливать в очередной раз подорванный коридор какого-нибудь восточного крыла замка.

Фьюри ведь - ледяной дракон, и иногда они на пару с Морисом оборачивались в драконов и начинали играть в догонялки... прямо в академии и вокруг нее, да. При этом они плевались огнем и льдом, и коридоры академии становились похожи на поле боя.

- В карцер. Оба, - рычал я от злости, когда эти двое умудрились залететь в лабораторию и разгромить там один зал.

Карцер немножечко прочищал им мозги. Долго я их там не держал - пару часов обычно - но эффект всегда был виден. Все-таки там такое особое пространство, лишенное всякой магии, действует очень давяще на волшебника. Нет, Флора, ты не подумай, я не пытал твоего благоверного в юном возрасте!.. В карцере находиться неприятно, но иногда необходимо. Особенно когда магия нестабильна, и ее бомбит во все стороны. А этих двоих бомбило постоянно. Два брата-акробата, которые отрывались по полной, когда взрослые хотя бы на минуту спускали с них взгляд. Эту парочку кузенов приходилось нагружать физически больше, чем всех других адептов, потому что после адской физической усталости у них тупо не было сил оборачиваться в драконов.

Фьюри с Морисом часто разыгрывали меня дублями, когда Морис принимал облик Фьюри, и эта парочка братцев начинала пудрить мозги мне и другим фортеминам. Кстати, с девушками они тоже такие финты постоянно проворачивали! Клеили их поочередно в обличии Фьюри, а потом водили за нос, и, судя по их взъерошенному виду, развлекались отменно и «соображали на троих», как говорится...

Что, ребятня, краснеете нынче перед своими женами? То-то же. Не все ж мне одному краснеть, когда вы начинаете ржать над моими закидонами из прошлого!..

Но самый эпик был, когда мы не уследили за этими двумя товарищами в лакорском дворце во время приема одной иностранной делегации. Морис тогда по стечению обстоятельств гостил у Фьюри, и они никому не мешали, так как общались в своей комнате тихо-мирно. Но потом настало время представления Родингера-младшего, и он вошел в зал в точно назначенное время...

Ну, точнее, должен был войти Фьюри. Но вошел Морис - в обличии Фьюри. Это братцы так решили развлечься, ага.

Помню побелевшее лицо Салливана, когда он понял, что в зале на самом деле находится не его сын. Я тоже тогда сидел в зале и, думаю, по моей физиономии Морис понял, что он получит потом трендюлей по полной программе.

Думаете, это его смутило? Да как бы не так!.. Он всячески изображал Его Высочество Родингера-младшего и, кажется, веселился от души. Изображал качественно, надо сказать. Немного кривлялся, но в рамках приличия. Это он так захотел побывать в шкуре своего кузена на настоящем политическом приеме, а Фьюри взял да и согласился, зараза такая авантюрная... А выставить его из зала сразу после появления было бы так себе затеей.

Впрочем, всё шло гладко, и я даже передумал запирать в карцер этих двоих после ухода иностранной делегации. Да и внимание мое было сосредоточено на одном иностранном после, который решил показать характер в самом дурном смысле того слова. Он всячески выпендривался, а потом вообще начал хамить новоиспеченному на тот момент императору Салливану. Отказался продлевать с ним важный для Лакора контракт на поставку продукции из Салаха и покинул приемный зал, громко хлопнув дверью. Мы были немного растеряны, если честно, но... Но посол влетел обратно в зал буквально через минуту. Насмерть перепуганный, он таращился на Мориса в обличии Фьюри, а потом бухнулся перед ним на пол в глубоком поклоне и принялся бормотать извинения и просить пощады.

Как оказалось, Морис все это время сидел в приемном зале со связным браслетом-артефактом, который непрерывно работал на громкой связи с кузеном, и настоящий Фьюри все слышал. Слышал в том числе хамство иностранного посла, его громкий уход из зала, и решил поставить посла на место: вышел ему навстречу в коридоре и вежливо попросил вернуться в зал, «подумать как следует и принять правильное решение». Посол был в шоке от того, что наследник лакорской империи только что сидел в зале, а сейчас преградил ему дорогу в коридоре. Спросил, как он это сделал? На что настоящий Фьюри с непроницаемым выражением лица заявил, что он телепортировался, несмотря на полный запрет на телепортацию во всем дворце. Мол, для Родингеров это не представляется серьезной преградой, подумаешь - какие-то там мощные блокирующие чары... И вообще, они, ледяные драконы, еще и не на такое колдовство способны, это вообще - мелочи, так что с лакорцами лучше не шутить. 

Иностранный посол так сильно испугался «невероятной мощи архана Родингера-младшего», что мгновенно взял все свои слова обратно, принес извинения Салливану и согласился подписать важный контракт и вообще - признать нового императора как достойного. По Лакору и далеко за его пределы потом быстро разнесся слух о невероятно могущественной чете Родингеров, от которых лучше держаться подальше и не перечить им. Потому что если уж младший Родингер способен на такую сложную магию, то что из себя представляет его отец-император?!..

В общем, мы в итоге даже похвалили этих двоих за смекалку и в дальнейшем даже прибегали к такому приему двойника намеренно. Шикарные ребята, когда включают мозги и действуют сообща во благо. Но когда они изволят веселиться - тушите свет, кидайте петарду и прячьтесь на другом конце Вселенной, пока не поздно!..

Было уже совсем поздно, когда гости начали расходиться. Эльза ушла укладывать спать уставших малышей, Белла с Фьюри помогали убрать со стола, а Эрик с Ильфорте стояли в сторонке, негромко переговариваясь. Ильфорте с восторгом оглядывал расходящихся гостей и светло улыбался чему-то своему.

- Как же я вас всех люблю, - с нежностью в голосе произнес он. - Ты не представляешь даже.

- Догадываюсь, - хмыкнул Эрик. - И думаю, что лично ко мне ты сейчас воспылаешь особой страстью.

- Хм-м-м?..

- Я тут понял, что не подарил тебе подарок.

- В смысле? - удивился Ильфорте. - Ты ведь уже вручил его еще в начале вечера!

- Это был не главный подарок, - произнес Эрик. - Главный - вот этот.

С этими словами он протянул небольшой белый конверт.

- Что там? - спросил Ильфорте, беря его в руки. - Деньги, что ли?..

Эрик возмущенно фыркнул.

- Ты не тот человек, кто нуждается в деньгах.

- А что же тогда?..

Но Ильфорте сам осекся и недоуменно уставился на содержимое конверта - маленькую бумажку с четырьмя цифрами.

- Это?..

- Год, в который родится тот единственный человек, который сможет укротить тьму в твоем гипотетическом ребенке, - произнес Эрик, внимательно глядя на взволнованного Ильфорте. - Рекомендую не затягивать и вплотную заняться этим вопросом в ближайшее время, потому что вашему с Сиринити ребенку стоит быть хотя бы на пару лет постарше этого, хм-м-м, условного нашего «укротителя»*.

[*примечание автора: о сыне Ильфорте и его «укрощении» есть отдельная история ]

- А почему нужно быть постарше?..

- Так надо. Просто - надо.

- Подробности не расскажешь?..

- Э, нет, Иль, - покачал головой Эрик. - Это не твоя игра. Это только моя шахматная партия. И я ее веду.

Ильфорте рассеяно провел рукой по волосам, убирая белоснежные пряди за ухо. Взгляд у него был задумчивый, а длинные пальцы стискивали маленький клочок бумаги с заветными цифрами с такой силой, будто бы Ильфорте боялся, что листочек сейчас разлетится пылью, и все это окажется лишь издевательским сном.

- А мне что делать?..

- Жить, - усмехнулся Эрик, положив руку на плечо Ильфорте. - Просто жить, Иль. Долго и счастливо. А я... Настала пора моей самой длинной и самой сложной многоходовки. И я в игре.

КОНЕЦ

_______

Послесловие автора: драгоценные мои! На этом мемуары Ильфорте считаю завершенными. И так я вышла сильно далеко за рамки изначально задуманного «рассказика на 20 страничек»))) я осветила основные вехи из жизни Ильфорте, мы узнали больше о Сиринити, посмотрели под другим углом на некоторые важные события из других моих книг. Если у меня возникнет желание еще что-то написать про Ильфорте, или если у вас возникнут вопросы, на которые я захочу развернуто ответить, то я напишу какие-нибудь отдельные эпизоды в мой сборник рассказов «У нас проблемы!» (смотри его на моей странице).
Спасибо, что прошли путь написания этой книги со мной! Надеюсь, вам понравились эти страницы воспоминаний такого непростого, многогранного персонажа, который красной нитью проходит через всю серию моих книг. Буду очень рада вашим откликам)) расскажите, что вам запомнилось и понравилось более всего? ;))