...
Спасибо, автор в курсе, что такое диализ в нашем мире. В другом это может быть не так, особенно в древневампирском языке. А еще автор называл персонажа второго плана в третьей части цикла не рассчитывая, что у него будет своя история. И если что ударение правильно ставить ДиалИз, как в похожем имени ДионИс:)
Выйди мне навстречу, я прошу
Я совсем не вижу в темноте
Или же я зря тебя ищу
В этой бесконечной суете?
Я не знаю тебя совсем
Но никак не могу забыть.
Сложно будет так
Мне тебя любить
Выйди мне навстречу, я прошу
Сделай шаг из темноты на свет
Если я не зря тебя ищу,
Протяни же руку мне в ответ.
Я не знаю тебя совсем
Но никак не могу забыть.
Можешь ли меня
Тоже полюбить?
***
Я была обречена с самого рождения. Да что там с рождения, задолго до него. Строго говоря, все старшие дочери нашего рода были обречены. Родовое проклятие. По крайней мере, мне так все говорят.
Почему и как так вышло, никто уже не знал. Казалось, что так было испокон веков. Знали только, что в день совершеннолетия старшей дочери старшего наследника или наследницы, ровно в полдень на пороге нашего дома появлялся человек, с ног до головы закутанный в плащ. Его встречали как дорогого гостя и провожали за стол, где он весь праздник сидел как изваяние и наводил ужас на всех своим присутствием. Плащ он не снимал, лица не показывал и по окончании обеда, когда все завершали пить чай, молча поднимался и уходил, забирая с собой старшую дочь. Навсегда. Так было написано в старом-престаром дневнике моей явно сумасшедшей прабабки в незнамо каком колене, младшей сестры последней отданной в жертву девушки. С тех пор в нашей семье женщины не рождались. Или может быть рождались и… Надеюсь, их прятали, а не убивали!
И я бы сказала, что все это выдумки, если бы не фамильное древо, ведущееся в нашей семье со стародавних времен. В нем действительно ни у одной старшей дочери нет ни мужа, ни детей, и даже дата смерти отсутствует. Будто в один прекрасный день они неожиданно просто исчезли из поля зрения семьи. Или их исчезли…
И вот я, старшая дочь потомка родоначальника того самого семейного древа, и мое совершеннолетие завтра. А сегодня я собираюсь сбежать.
Сказочку эту про проклятие я знала с самого детства, однако никто никогда не воспринимал ее всерьез. Шутка ли – больше двухсот лет прошло с тех пор, как умерла эта сумасшедшая прабабка! Мало ли какие страсти тут были в домировые века. Мы сейчас живем в современности, чтобы верить каким-то проклятиям и отдавать своих детей неизвестно кому. Ну по крайней мере я так думала до вчерашнего дня! Но после получения странной почты родители неожиданно изменились. Они безоговорочно поверили всем этим старым сказкам и принялись готовиться к завтрашним гостям. Хотелось бы мне знать, что было в этой почте, что свело родителей с ума! Но времени у меня совсем не было. Проругавшись весь вчерашний день и доведя мать до слез, а отца до белого каления, я поняла, что так ничего не добьюсь. Кажется, родители безвозвратно лишились рассудка, и спасать свою шкуру нужно мне самой.
Поэтому сейчас я сижу с собранной сумкой в своей комнате, запертая отцом на ключ, дубликат которого нервно тереблю в руках уже полчаса. Нужно дождаться, когда все уснут, еще часа полтора – и свобода!
Билет на ночной поезд уже ждет меня у подруги, мне необходимо только тихонько улизнуть и поспешить на вокзал. А уж в столице меня не найдут ни родители, ни проклятие! Но минутная стрелка ползет очень медленно, будто в насмешку. Мне кажется, я гипнотизирую ее уже не меньше часа, а она упорно показывает, что лишь двадцать минут. Это какое-то издевательство! Не выдержав, подкрадываюсь к двери и прислушиваюсь. Тишина… Еще бы сердце не колотилось заполошно. Вставив ключ, медленно его поворачиваю, боясь даже дышать. Щелчок оглушителен в тишине, однако из коридора по-прежнему не доносится ни звука. Фух… Тихонько открываю дверь, (слава богу, она не скрипит!) и выглядываю наружу. В коридоре приглушенно слышатся голоса родителей:
- Мы должны ей все объяснить, иначе она может натворить глупостей завтра! – мамин голос, полный тревоги, раздается первым.
- Незачем ее пугать! – нетерпящий пререкания голос отца слышится следом. – Шок плохо сказывается на детской психике.
- Она не ребенок! Ей завтра восемнадцать. И шок ее все равно ждет!
- Она еще маленькая! Никто не заберет мою девочку! Это мое проклятие. Она не будет страдать из-за него!
У меня даже на душе потеплело. Несмотря на все те слова, что я сегодня наговорила, папа хочет меня защитить. На секунду даже закрадывается малодушная мысль повернуть назад, но мамина тирада быстро отрезвляет меня:
- Байос, это не проклятие, это гербовая бумага. Очнись! Они заберут ее силой, если не отдадим по-хорошему. – послышались душераздирающие мамины рыдания. – Мы должны хотя бы предупредить ее…
- В этом нет нужды. Я этого не допущу. С ней все будет хорошо! – отец был непоколебим.
«И в этом я тебе помогу, пап, – добавляю мысленно я и направляюсь к входной двери. – Меня не нужно будет спасать, если я не попаду в беду. Кто бы там за мной ни явился…»
Тихонько крадусь к входной двери. За рыданиями и спором они меня вряд ли услышат, но все равно нервно оглядываюсь. Родители все еще препираются, когда дверь за моей спиной закрывается.
Прохладный вечерний воздух приятно освежил мою перетруженную за день голову. Постояв для приведения мыслей в порядок буквально пару секунд, я целеустремленно двинулась к ближайшему таксофону. Нужно позвонить Кэри и предупредить, что буду у ее дома через минут двадцать. На автобусе бы я, конечно, за десять добралась, но они уже не ходили. Так что пришлось закинуть довольно увесистый рюкзак за плечо и идти на своих двоих. Впрочем, мысль о свободе окрыляла и мотивировала пошевеливаться, так что я добралась даже чуть быстрее.
- Анелла, а ты чего так поздно? – удивился отец Кэри, открывший мне дверь.
- Здравствуйте, дядя Канд! Конспектами поменяться, – выдала я заготовленную ложь. – Послезавтра уже предварительный экзамен!
- Экзамены это важно, – как и предсказывала Кэри, услышав об учебе, ее отец тут же потерял всякую бдительность и, ничего не подозревая, позвал дочь: – Кэри, к тебе пришли!
- Ани… – в прихожую выпорхнула обеспокоенная Кэри, бросая на меня тревожные взгляды. – Ты уверена?
Я написала ей еще утром, как только поняла, что оставаться дома не имеет смысла. Еще днем я подробно ей все объяснила, и Кэри, знавшая о семейном проклятии уже давно, без лишних вопросов согласилась помочь. Она купила мне билет, так как сама я сегодня выйти из дома возможности уже не имела.
- Да, – коротко подтвердила я.
- Может, есть другой вариант? Это же… ты же… – Кэри нервничала куда больше меня.
Беспокоиться у меня не было времени. И так два дня пробеспокоилась! А теперь решение принято, и следовало думать о его воплощении в жизнь.
- Какой?
- Не знаю…
- Вот и я не знаю. Значит, его нет!
- Но ведь тебя же будут искать…
- В проклятии четко указывался день совершеннолетия. Мне нужно-то всего на день-другой потеряться. Отмечу как следует совершеннолетние в столице, а потом вернусь, и все будет как раньше, – повторила я ей то, что мы уже обсуждали.
- Ани… Я за тебя волнуюсь.
- Учиться надо, а не волноваться! – донесся голос отца Кэри из гостиной.
- Всю ночь как раз буду этим заниматься! – громко ответила я ему, выпучив глаза. Кэри смотрела на меня не менее испуганным взглядом. К счастью, остального дядя Канд не услышал.
Подруга, спохватившись, засуетилась и быстро сунула мне конспект, внутри которого был спрятан билет на поезд.
- Позвони мне, как доберешься! – попросила она и, покосившись на дверь в гостиную, с некоторой паузой добавила: – До дома!
- Напишу, – заверила я, прекрасно зная, что позвонить из дома будет невозможно.
На улице меня снова встретил прохладный ветер. Снег давно сошел, но тепла все еще не чувствовалось. Впрочем, и морозов не было, чему стоило порадоваться. Весенний день рождения имеет свои плюсы.
Вокзал находился недалеко от дома Кэри, и через пятнадцать минут я уже вошла в здание. Вокзал был почти пуст – ночь, как-никак. Мне предстояло бороться со скукой больше часа: я вышла из дома раньше, а билет специально купила с запасом, чтобы гарантированно успеть. Так что я поудобнее устроилась на жесткой лавке в практически пустом помещении ночного вокзала и приготовилась ждать. Я опасалась, что могу задремать из-за вчерашней полубессонной ночи, однако рой бесконечно перетекающих в голове мыслей и опасений не давал мне расслабиться ни на минуту. Я то принималась заново прокручивать свой план в голове, то искала в нем недочеты, то опасалась, что родители раскроют мой старый как мир обман с уложенными под одеяло подушками и отправятся на мои поиски прямо сейчас, пока я еще не уехала, то снова припоминала бредни выжившей из ума старухи, дневник которой рассказывал о древнем проклятии нашей семьи.
Странно! Папа всегда говорил о проклятии как о полной чуши, которая тем не менее дорога ему как память предков. На семейных застольях он любил подшучивать над нашей «особенностью» и, казалось, не воспринимал эту историю всерьез. А тут вдруг в одночасье полностью уверовал в его существование! Более того, решил, что меня нужно защищать. Что могло так резко переменить его мнение? Гербовая бумага? Но что там такое могли написать?!
«Уважаемый господин Иванесси, магия существует. Ваше проклятие реально. Завтра ваша дочь будет принесена в жертву в процессе черномагического ритуала».
Ну бред же! Это просто глупые домировые сказки, когда еще наука только начинала объяснять странные эффекты и явления, вампиры еще вовсю охотились на людей, а нежить лютовала повсеместно! В такое время можно было любую дичь выдать за правду, и никто бы не усомнился в том невообразимом хаосе, что творился в мире. Нет ни одного разумного объяснения, доказывающего существование этого проклятия! Его просто не может быть!
К счастью, мои бесполезные размышления прервало прибытие проходящего поезда до столицы. Я облегченно вздохнула, предъявила билет и заняла свое место. Как только поезд тронулся, в груди стало легче. Теперь меня никто не поймает! Завтра к обеду я приеду на центральный вокзал, возьму обратный билет, куплю себе самый большой старб с ветчиной и сыром в честь совершеннолетия и пойду кататься на вампирских горках! Такие мысли убаюкали меня, и под мерный стук колес я крепко уснула после пары бессонных ночей.
Я даже представить не могла, что никакие крутые виражи вампирских горок и рядом не стояли с теми переменами, что ожидали меня завтра.
***
- Ты женишься на ней через неделю, – как гром среди ясного неба прозвучали слова отца, сказанные спокойным будничным тоном.
На стол перед Ди опустилась фотокарточка. Сам же отец уже снова стоял спиной к нему, вглядываясь в ночную даль пейзажа за окном.
- Что? – вампир был шокирован неожиданным переходом от дел клана к его личной жизни. – С какой стати?!
- Это мой приказ.
Глаза молодого вампира еще больше округлились, ошарашенно вперившись в спину отца. Подобная внезапность и бескомпромиссность не были для Ди в новинку, но раньше они касались исключительно дел клана: обучения, подготовки, решений ради общего блага. Никогда – его личной жизни. Взгляд вампира сам собой скользнул на фотокарточку. С нее улыбалась молодая девушка с длинными русыми волосами и серо-зелеными глазами. Симпатичная, с милыми ямочками на щеках. Но это ведь не повод жениться!
- Она человек, – произнес он, выхватив главное из снимка. – Вампиры не могут жениться на людях.
Отец, казалось, не обратил внимания на его возражение. От легкого движения руки на столе появилась тонкая папка с документами.
- Прошение от твоего имени уже подано и одобрено. Ты назначен этой человечке. Документ вступит в силу через неделю, – снова совершенно обыденно, будто о назначении какой-то деловой встречи, сообщил ему отец.
«Анелла Иванесси» – прочитал Ди, открыв папку.
- Что значит «от моего имени»? – растерянно переспросил он, пробегая глазами по абсолютно настоящим документам. Понимание происходящего начинало медленно оседать в его сознании тяжелым бременем. – А мое согласие для этого не потребовалось?!
Тишина.
- Отец! Это же не учитель фехтования! От этого зависит жизнь!
- С каких пор мне требуется твое одобрение для обеспечения благополучия нашего клана?! – старший вампир стремительно обернулся и резко уперся руками в стол, нависнув над сыном и сердито сведя брови к переносице.
Ди чуть оторопел от неожиданного гнева отца. Он был полностью уверен в праведности своего возмущения отцовским произволом, но судя по реакции, он, наоборот, сказал полную чушь.
- Какое еще благополучие клана? Супруга – это мое личное дело! – уже далеко не так уверенно, но все еще твердо возразил Ди, глядя в недовольное лицо отца.
- Теперь нет, – внезапный гнев отца исчез, уступив место холодной твердости, знакомой Ди с детства. Перед ним вновь стоял жесткий и непреклонный глава клана Нилан, Анадор Кауш Валахо. – Ты знаешь о кровной клятве, которую принес наш род.
О клятве Диализ действительно знал и даже помнил, что его единокровный старший брат – результат этой клятвы. А еще он знал, что уже больше двухсот лет о клятве никто не вспоминал. Так почему же сейчас? Почему он?!
- Почему вы так неожиданно о ней вспомнили? – наконец спросил он, чувствуя, как внутри нарастает тревога.
- Потому что у Кидарос, ныне Иванесси родилась дочь, и через неделю она достигнет совершеннолетия, – ответил Анадор.
- Но клятва утратила силу! У последней девушки не оказалось братьев!
Ди понимал, что цепляется за соломинку. Отец с его отношением к людям ни за что бы не пошел на это, если бы был хоть малейший способ избежать такого брака. Но принять все вот так? Без борьбы? Это было… Да как вообще такое можно было принять?! Это же настоящая катастрофа!
Анадор резко закатал правый рукав и поднял руку, показывая черную округлую метку клятвы. Диализ помнил ее размытым, почти невидимым символом, словно тенью прошлого, а сейчас он, казалось, даже мог прочитать адиар по периметру.
«Жизнь за жизнь» – таков был смысл договора между предком Диализа и старостой соседнего поселения людей, заключенного сотни лет назад. Вампиры обязались не убивать и не похищать людей в деревне, за что староста и его прямые потомки должны были отдавать вампирам старшую дочь раз в поколение. Сделано это было к взаимной выгоде сторон. Люди не имели никакой возможности защититься от одолевших их кровососов, кроме этой клятвы, а вампиры…
Тогдашний род Валахо, еще ни разу не глава клана, а лишь небольшой общины, имел специфические проблемы с размножением. У них не хватало женщин. Ситуацию также осложняла общая удаленность и разрозненность вампирских поселений. Самым простым решением был отлов человеческих женщин. Вот только похищенные женщины были настолько против, что быстро умирали в неволе, и весь гениальный план по выпиванию двух жертв одним укусом – чтобы и еда была всегда в доступе, и новых вампиров рожала, – полетел в тартарары. До обращения же человеческих женщин в вампирш унижаться ни глава рода никогда бы не стал, ни другим бы не позволил. Весь клан Нилан, когда уже был полностью сформирован под твердой рукой Валахо, отличался особым пренебрежением и даже брезгливостью по отношению к людям, что стало меняться лишь после заключения Великого Мира.
Так и пришлось предку Ди пойти на договор с «недостойными людишками» и обменять их неприкосновенность на женщин и даже обеспечить тем сносное существование, дабы они не отправились к праотцам, не только не принеся никакой пользы, но еще и забрав с собой всю общину за нарушение клятвы. Правда, в процессе «эксплуатации» выяснилась одна неприятная, но не критичная особенность человеческих женщин. Человеческих детей они могли рожать много, а вот вампира – лишь одного, после чего умирали. Так что жертвы, иногда успевая родить парочку человеческих детей (которых подкидывали обратно в людскую деревню), так или иначе быстро оканчивали свою жизнь, произведя на свет вампира. Но учитывая примерно двадцатилетнюю сменяемость поколений, вампиров устраивал и такой вариант. Со временем они даже научились с высокой вероятностью получать вампира первым же ребенком и окончательно успокоились. Люди процветали, размножались и кормили вампиров в одной стороне, а вампиры медленно развивали свое поселение на небольшом отдалении, сами того не подозревая, воссоздав прототип Великого Мира еще задолго до первых предпосылок к нему.
- Я так полагал, пока несколько лет назад не обнаружил, что метка активизировалась, – голос отца прозвучал уверенно, разрушая надежды Диализа. – Тогда я навел справки и изучил генеалогию Кидарос. Младшая сестра моей первой супруги вышла замуж за Иванесси, передав клятву этой семье, однако с тех пор в их роду не появлялись девочки. Вот почему метка не проявлялась. Но недавно все изменилось, и теперь клятва требует исполнения. Ты мой преемник и наследник, должен принять на себя ответственность. В противном случае, ты знаешь, что ожидает клан…
Диализ знал. Он вообще очень прилежно учился всему, что считал нужным отец, а история семьи была одним из важнейших, по мнению отца, аспектов. В важности с ней могли поспорить разве что этикет и субординация, с детства вбиваемые в голову Ди. Что же касалось клятвы, то ее неисполнение каралось смертью. Причем не только самого уклониста, но и всех его родственников и, что самое главное, подчиненных. Всех, кто признает его власть! В стародавние времена это была вся деревня, что подчинялась старосте, и все объединение семей, что признали Валахо своим лидером, а сейчас… Судя по информации из папки, которую Ди бегло пробежал взглядом, Иванесси был небольшим руководителем рабочей группы, а вот за Валахо стояли тысячи вампиров. И жертвовать их жизнями он не имел никакого права. Вот только что теперь будет с его собственной жизнью?
- Почему я… – глухо пробормотал он, осознавая неотвратимость происходящего.
- Потому что ты не женат, – сухо ответил Анадор, произнося фразу как приговор.
Диализ и так знал это, как и то, что в приоритете у клятвы всегда были члены семьи Валахо, и лишь в случае отсутствия подходящего кандидата в силу родства, женатости или несовершеннолетия всех ее членов мужского пола, ее исполнение могло перейти на ближайших соратников главы. Когда-то это было привилегией Валахо, благодаря чему его род не пресекся, а теперь Диализ с радостью спихнул бы эту «честь» кому угодно. Но, увы, подходил по всем параметрам.
Он не состоял в родстве, поскольку являлся сыном второй жены отца, чистокровной вампирши. Да и сам отец не был результатом выполнения этой клятвы, если это вообще имело значение спустя больше полутысячи лет с момента его рождения. В воинское совершеннолетие Ди вступил пару лет назад, хотя было бы достаточно даже первого совершеннолетия. И, конечно же, он не был женат. Кто вообще женится, едва вступив в полные права?
В памяти сразу возник образ Легады, у которого не было даже тех двух лет, которые прошли у Диализа с момента его столетия. Но у того был совершенно другой случай. Нэлю несказанно повезло встретить свою единственную в столь юном возрасте. Впрочем, если бы Рива была вампиршей и не нужно было бы спешить, чтобы получить основание для ее обращения, то они поженились бы еще лет через сто или даже двести. Впрочем, они явно ни о чем не жалели, а Диализ даже завидовал той невероятной гармонии, в которой они жили. В совершенно другой, но тоже гармонии жил и его наставник, лорд Ватеро, со своей женой. А вот родители самого Ди не были «истинными парами» друг друга. Их брак был политическим соглашением. Хотя он любил мать и уважал отца, сам бы он не хотел такого союза. Он хорошо видел, как разительно отличается истинная любовь вампира к своему партнеру от вынужденных браков, построенных на политике и расчете.
- А что будет, если я встречу свою истинную среди людей? – Ди, пожалуй, впервые за весь диалог задал действительно серьезный вопрос, а не очевидные глупости, ответы на которые прекрасно знал или мог догадаться и сам. Это был не просто вопрос о чувствах, а о куда более материальных вещах, таких как жизнь и смерть.
Если он встретит свою истинную любовь, и та окажется человеком, то он уже не сможет подать прошение о назначении. Эту возможность использовал за него отец. И тогда он, будучи женатым, мало того что не сможет претендовать на внимание девушки, так еще и не сможет ее обратить, а значит, она умрет через лет пятьдесят, а следом за ней – и сам Ди. И отец должен был прекрасно это понимать, принимая за него такие важные решения! В конце концов он сам некоторое время назад сообщил всему клану, что его преемником отныне будет он, Диализ, а не его единокровный брат Виркас. А значит, скоропостижная смерть наследника вслед за истинной не должна входить в планы отца. В конце концов, Ди не так давно понял, что своим появлением на свет обязан тому самому нежеланию отца передавать главенство в клане «отпрыску человека», так что мог быть полностью уверен в заинтересованности отца в своем выживании.
- Ну, годик подождешь. А там, глядишь, я похлопочу, чтобы тебе второй шанс дали, если вдруг такая неприятность приключится, – снисходительно ответил отец.
Год?! Диализ резко вскочил, не в силах сдержать возмущение. Это было верхом неприличия, но он не мог больше сдерживаться. Ровно год, по свидетельствам очевидцев, прожила мать Виркаса в родовом замке Валахо.
- Я не буду ее убивать! – почти вскричал Диализ.
- Тогда придется ждать как минимум в пятьдесят раз дольше, – совершенно не обратив внимания на вспышку сына, пожал плечами Анадор. – Ну а если вдруг все сложится неудачно, то в моем распоряжении найдется свободный вампир, который выпишет для тебя эту условную человечку. Женишься на ней позднее или лучше возьмешь в любовницы. Никуда она от тебя не денется.
Ди едва сдержался, чтобы не высказаться еще грубее. Предлагать ему сделать любовницей ту, которую он собирался любить больше жизни?! Такое мог сказать только отец, который так и не нашел за всю свою долгую жизнь своей настоящей любви.
- Есть еще вопросы? – ничего не замечая, поинтересовался Анадор.
- Нет, – выдавил из себя Ди.
- Поскольку ты все понял, не вижу причин тебя более здесь задерживать. Жду через неделю с человечкой.
Диализ рублено поклонился и вышел. Приказ отдан. После выполнения – отчет. Все как на службе. Только вот это задание не было воинским. Ему предстояло пойти и насильно привести в замок женой девушку, которую он не то что не любит. Он ее знать не знает!
В мгновение ока пролетев ползамка, Диализ практически швырнул прихваченную с собой папку с документами на стол в гостиной своих покоев и заметался по комнате. В голове творился полный хаос, в сердце – настоящий Армагеддон. Он помнил каждое слово отца и умом понимал всю неотвратимость происходящего, но в душе его бушевала буря.
«Жениться?! Это уж слишком! Я готов учиться и работать для клана, но какого черта моя личная жизнь должна быть регламентирована приказами?! Я не собираюсь связываться с кем попало! Пропадите вы все пропадом! – все внутри него бушевало и отрицало даже малейший намек на принуждение к свадьбе, но с самого раннего детства он знал, что есть вещи более первостепенные, чем его желания или нежелания. – И пропадут… Разом. Весь клан», – на языке вертелись только нецензурные слова.
Вся его жизнь всегда была подчинена интересам отца и клана. Как недавно он выяснил, он был буквально рожден для этого. И, в принципе, он воспринимал это спокойно, как объективную реальность. Кому-то суждено было родиться в бедной семье и сводить концы с концами, кому-то – стать сиротой, кому-то – бороться с болезнью, а вот ему выпало возглавить клан. И ради этого нужно очень много трудиться. Диализ был готов трудиться. Бесконечно учиться, служить в армии, выполнять поручения отца, осваивать дипломатию и экономику, разбираться в тонкостях внутренней политики, тратить все свои силы на благо клана. Что он не был готов делать – это рушить чьи-то жизни. А сейчас на кону стояли тысячи жизней его соклановцев! Что такое его собственная жизнь и жизнь какой-то девушки по сравнению с целым кланом? Выбор был очевиден, но насколько же он ужасен для самого Ди…
Диализ замер на пару минут, чувствуя, как буря накрывает с новой силой, а затем сорвался с места и вылетел из гостиной. Уже через несколько мгновений он входил в покои своей матери.
- Доброй ночи, матушка, – склонился он в учтивом поклоне, прежде чем подойти к величественной вампирше, восседавшей в кресле.
- Доброй, мой дорогой Ди, – она ласково улыбнулась, встретив его взгляд. – Рада тебя видеть. Присланный тобой букет заполнил мои покои дивным ароматом!
- Я надеялся, что он порадует тебя, – чуть склонил голову Ди. – Ты уже знаешь о клятве? – он не мог больше придерживаться формальностей, да и мать никогда не требовала этого.
- Знаю, – печально вздохнула она. – Твой отец рассказал мне почти сразу как узнал, но приказал не сообщать тебе.
«Кто бы сомневался», – разозлился про себя вампир.
- Он сам сообщил, вместе с приказом жениться.
- Мне жаль… – ее голос стал еще мягче, но в нем звучала горечь.
Диализ стоял перед ней, глядя в ее печальные глаза, и сам не знал, зачем пришел. Она не могла ему помочь, никто не мог, но просто смириться с подобным переломом в его жизни было выше его сил. Да, он привык к кульбитам отца, к его авторитарным решениям, приказам, не терпящим возражений. Его жизнь всегда подчинялась зачастую непредсказуемой воле главы клана. Но это… Это было уже слишком! Пусть даже в этот раз не отец стал причиной этой ситуации, но черт побери! Он должен был хотя бы сам принять решения о своей судьбе, а не получить приказ жениться без права не то что на отказ, а… Нет, он прекрасно понимал, что такого варианта не существует! Но даже узнать об этом заранее и самому спланировать свои действия!
- Что мне делать, мама? – в отчаянии спросил Ди.
- Делай что должен, – чуть приподняв одну бровь, ответила она. – К сожалению, тебе придется пройти путь твоего отца. Это неприятно… Я тебе сочувствую, и твой отец тоже, хотя по нему и не скажешь, – горькая усмешка прервала слова матери. – Но он как никто другой не хотел бы для тебя такой участи, как брак с человечкой. Он пытался найти решение проблемы, чтобы не впутывать тебя. Но, к сожалению, его не существует, – женщина беспомощно развела руками. – Тебе придется немного потерпеть. Нам всем придется. Ради клана…
Диализ слышал искреннее сочувствие в ее голосе, но также ощущал, что она совсем не понимала, что именно его терзает. Он не хотел жениться по принуждению, не хотел жениться на ком попало. Свадьба для него всегда существовала только как союз со своей истинной парой, которую, он верил: рано или поздно найдет и окружит заботой и вниманием, достойными ее. А что ему предстояло вместо этого? Сломать жизнь совершенно незнакомой и ни в чем не повинной человеческой девушке? Сделать несчастной и ее, и себя? И навсегда лишиться возможности найти свою любовь, если последовать правилам и обратить ее…
Убивать бедную девушку он ни за что бы не стал! Тем более таким ужасным способом. Да и как бы он потом смотрел в глаза этому ребенку, чью мать осознанно обрек на смерть? Как бы он сам себе смог заглянуть в глаза после такого?! Однако оставался высокий шанс, что она не захочет становиться вампиршей, а Диализ твердо решил предоставить ей этот выбор. И тогда, как и сказал отец, придется ждать свободы чуть дольше. Но что такое пятьдесят лет для вампира? Сущие пустяки. А вот она проживет всю свою жизнь в золотой клетке, без права на счастье, а сам Диализ, по сути, выйдет сухим из воды. И это глодало его совесть. С другой стороны, а что он мог поделать? Так или иначе от него зависели жизни тысяч вампиров! И как от исполнителя клятвы, и как от будущего главы клана. Имел ли он право в таких условиях вообще заикаться о своих желания?
.
- Ди? – сбоку неожиданно вынырнуло обеспокоенное женское лицо в огненных всполохах волос. – Ты здесь?
Диализ встрепенулся, очнувшись.
- Рива? – он так глубоко ушел в свои невеселые думы, что не заметил, как подруга вошла в гостиную, куда он вернулся от матери. – Ты уже закончила?
- Да, – кивнула рыжеволосая вампирша. – Пока да. Нужно кое-что проверить. Возможно, потом у меня снова появятся вопросы. Спасибо тебе за уникальную возможность порыться в вашей домашней библиотеке!
- Пустяки, – отмахнулся Диализ, не желая озвучивать, чего ему стоило убедить отца пустить постороннего, к тому же обращенного вампира в их домашнюю библиотеку. – Нашла что-то полезное?
- Да! Некоторые экземпляры не снились даже архивам, – эмоционально всплеснула руками Рива, присаживаясь на соседний стул. – Но, кажется, все намного сложнее, чем мне представлялось в самом начале… Вампирское зрение поистине уникально! Черт бы его побрал…
Диализ не смог сдержать улыбку, несмотря на свои смутные мысли. Еще несколько минут назад он злился, но эта девушка, Эденрива Легада, с самого первого момента их знакомства, когда она еще была человеком, вызывала в нем только теплые чувства. Со временем он понял, что, несмотря на серьезность, Рива на удивление легка в общении как с вампирами, так и с людьми, не делая между ними различий. А еще она была очень увлеченной натурой. Ее страсть к науке не смогло остудить даже обращение и переход в вампирский статус. Нэлю все так же приходится отвоевывать ее у науки, как и до того. Правда, по словам самой Ривы, вампиром, несмотря на все физиологические привилегии, заниматься научной деятельностью намного сложнее. И виной тому то самое «уникальное вампирское зрение», которому совершенно не подходят экраны мониторов, да и любые другие основанные на свечении визуализаторы информации, что абсолютно неприемлемо в век цифровизации. Так что, промучившись какое-то время с инвертирующими очками, Рива всерьез занялась изучением этой области для улучшения визуального опыта вампиров. А погрузившись в вопрос, поняла, что концепция очков в целом мало удобна, и взялась за попытку разработки линз. Причем таких, чтобы они одновременно инвертировали свет и не искажали тьму. То есть, чтобы их можно было носить постоянно, а не надевать-снимать через каждые пять минут, при переводе взгляда, как это приходилось делать с очками. Но вампирское зрение, похоже, давалось ей не так просто, как взрывные смеси. Впрочем, Ди не сомневался в успехе. Раз уж подруга взялась за дело, она доведет его до конца.
- Ты с ним разберешься, – выразил он свою уверенность.
- Да уж… Благо времени у меня вагон! Без нормального взаимодействия с мониторами все равно работать невозможно, – проворчала она. – Сейчас все больше новых научных статей появляются сначала в сети, а потом уже публикуются в журналах. В будущем наверняка и вовсе откажутся от бумажных носителей. Читать в этих инвертирующих очках сплошное мучение! Уж не говоря о том, что в них, кроме монитора, ничего не видно…
- Распечатай?
- Ради того, чтобы один раз прочесть? – выразила сомнение Рива. – Мне так личный завод по переработке макулатуры потребуется. Да и я не только статьи читаю. Много информации обновляется практически в режиме реального времени. Всю инфосеть не распечатаешь. Я уж молчу про сверку компьютерных расчетов с экспериментами… Нет! Без очков, а лучше – линз, в которых мне будет видно и экран, и собственные руки, как раньше, я ничего не сделаю!
- Понимаю, – кивнул Диализ.
- А у тебя как дела? – встречно поинтересовалась Рива. – Ты говорил, что отец вызывает тебя по какому-то срочному делу. Это мысли о нем так поглотили тебя, что ты не заметил, как я вошла?
Отступившая на пару минут действительность с новой силой обрушилась на Диализа.
- Да, об этом, – он шумно выдохнул.
- Что-то серьезное? – обеспокоилась Рива, легко почувствовав эмоции собеседника.
- Ну как сказать… – не сразу нашелся с ответом Ди. – Для отца дело небольшое…
В горле будто ком встал.
- А для тебя? – еще сильнее обеспокоилась девушка, не дождавшись продолжения. – Ди, ты в порядке?
Видимо, что-то довольно ясно отразилось на его лице, раз она об этом спросила, но сил держать маску спокойствия у него уже не было. По крайней мере, точно не перед подругой, с которой всегда общался искренне и непринужденно.
- Нет, – с болезненной честностью выдохнул он и буквально упал на лежащие на столе руки, пряча лицо.
- Что это за дело? Что случилось?
В вопросах Ривы слышалась нескрываемая тревога, но он не мог ей сейчас ничего ответить. Голос банально не слушался. Нужно было некоторое время, чтобы взять себя в руки. Сначала он почувствовал прикосновение к своему локтю, а потом ладонь прошлась по его волосам, гладя. Душащий его тяжелый камень безысходности резко полегчал настолько, что он наконец смог вдохнуть полной грудью. Еще несколько ласковых поглаживаний позволили ему проглотить ком в горле и снова вернуть подобающее вертикальное положение.
Рива с беспокойством ждала ответа. Ди пододвинул ей папку с документами, выгадывая себе еще пару минут для окончательной ликвидации последствий внезапного приступа малодушия. Девушка немедленно углубилась в чтение предоставленной ей информации. Впрочем, какого-то особо длинного текста там не было, так что справилась она быстро.
- Ты полюбил эту девушку? – вскинула она на него удивленный взгляд. – Кто она? Когда ты с ней познакомился? Где?
- Я ее не знаю, – на пробу ответил Диализ и уверился, что голос снова подвластен ему.
- Что? – не поняла Рива. – Но… Это же приказ о назначении. Зачем тогда?..
Ди кратко пересказал ей историю с клятвой и ее перипетиями во времени.
- И твой отец вот просто взял и подал за тебя документы на назначение?! Вообще не спрашивая тебя и даже не ставя в известность?! – возмущению Ривы не было предела.
Несмотря на то, что он сам был крайне недоволен этим фактом, Ди не хотел, чтобы Рива плохо думала о его отце и главе клана по совместительству.
- А что ему оставалось?
- Поговорить с тобой! – воскликнула она. – Объяснить ситуацию! Да хотя бы просто показать эту чертову метку. Ты бы и так все понял! Поискали бы вместе решение. Причем в идеале вместе с семьей девушки. Это и их проблема тоже! А вместо этого он просто все решил за вас и даже документы подделал.
- Он не подделывал, – оспорил последнее Диализ. Остальное было даже слишком верным…
- Подделал! Ты же не писал это прошение!
- Он может это сделать. Есть особое… В общем, это особенности глав кланов, – не стал вдаваться в подробности Ди.
- Особенность главы клана - это вместо того, чтобы искать решение проблемы, просто приказать своему сыну жениться на неизвестной женщине? – все равно негодовала Рива.
И в общем-то правильно негодовала. Ди был совершеннолетним дееспособным мужчиной, а поступок отца ставил под сомнение его самостоятельность и разумность. Ведь иного выхода из ситуации действительно не существовало, и если бы отец просто рассказал ему раньше, он бы сам написал это чертово прошение, по собственной воле. Элементарно не смог бы не написать! Потому что жизни тысяч важнее одной его! А теперь… Как он может в будущем возглавить клан, если отец сомневается в том, что он бы добровольно принял решение в интересах клана?
- Поверь, он искал решение всеми доступными и недоступными способами. Если он допустил мою свадьбу с человечкой, значит других вариантов в самом деле не существует, – тем не менее постарался защитить отца Диализ, хоть и считал упреки справедливыми.
- Ну женись тогда, раз все в порядке! – взмахнув рукой, саркастично заявила она. – В чем проблема?
- Я не хочу… – сглотнув, ответил Ди. Голос предательски дрогнул, и он замолчал на мгновение, прежде чем продолжить. – Одному Создателю ведомо, КАК я не хочу! Но я не могу отказаться! Иначе погибнут тысячи вампиров, присягнувших Валахо на верность. И ты в том числе! – голос его окреп, а взгляд вспыхнул решимостью. – Ты тоже Нилан…
Рива кратко и емко выразила то, что Диализу не позволяло сделать воспитание. Он потер виски, прикрывая глаза.
- И что ты теперь собираешься делать? – спросила она.
- А у меня богатый выбор? – глухо отозвался он. – Исполнить приказ отца.
Рива покачала головой.
- Я бы с такими заявками послала о-очень далеко любого, – произнесла она с тихим негодованием. – Ты не обязан рушить свою жизнь из-за стародревнего договора. Но и соклановцы ни в чем не виноваты…
- О чем и речь… – вздохнул Диализ.
- Да… Нэль в свое время ошарашил меня этим назначением и всем, что с ним связано. Но твоя ситуация – это вообще нечто!
На это Ди нечего было ответить. Он сам был подавлен этим неожиданным поворотом.
- На самом деле, я понятия не имею, что делать, – признался он после паузы. – Даже представить не могу, как все это сделать. Что сказать. Как объяснить.
- Ну мне же объяснил, и ей так же скажешь, – пожала плечами Рива.
- Ты – это ты. Мы давно с тобой знакомы, ты многое знаешь о вампирах, и ты готова меня выслушать. А условия нашего с ней знакомства, – Диализ кивнул на фотографию, – вряд ли будут располагать к обстоятельным разговорам.
- А куда ей деваться? У нее тоже выбора мало. Вряд ли она посчитает смерть лучшей альтернативой браку, даже с вампиром, – заметила Рива. – Особенно если учесть, что смерть грозит не только ей, но еще ее родителям, братьям-сестрам, а возможно, и кому-то еще.
Ди задумался. Он был настолько погружен в свои проблемы, что впервые осознал, как ситуация выглядит с точки зрения его будущей жены. А ее позиция явно была не лучше, учитывая, что ей и вовсе просто пришел приказ о назначении. На то, что ее семья могла помнить заключенный с вампирами договор, Ди даже не надеялся. Для людей это был слишком большой срок, особенно учитывая, что документов в те времена еще практически не существовало.
- Да… пойти мне навстречу в ее интересах, – пробормотал он, прикидывая возможные сценарии разговора.
- Только не забывай, что она будет напугана одним твоим присутствием рядом, – напомнила Рива.
- Как мне не напугать ее еще больше?
Рива приподняла брови, задумалась, а потом прицокнула языком.
- Мне, конечно, уже сложно вспомнить это ощущение в точности, – призналась она. – Но постарайся не делать резких и неожиданных движений, не подходи слишком близко. Не трогай.
- А если она попытается убежать?
- Любое твое агрессивное движение или то, которое покажется ей таковым, отодвинут момент, когда она сможет тебя услышать, – пояснила она. – Поэтому старайся избегать этого. Тебе следует приложить усилия, чтобы все твои действия были максимально предсказуемыми. Не стесняйся напрямую говорить ей, что именно ты планируешь сделать и почему. Будет здорово, если ты ей озвучишь планы на ее ближайшее будущее.
- Планы? – горько усмехнулся Диализ. – Хотел бы я сам знать их…
- Ты не понимаешь… – вздохнула Рива. – Для тебя ситуация аховая, но предсказуемая. У тебя есть представление о дальнейшей жизни. Банально: что ты будешь есть, где ты будешь спать. А у нее не будет вообще ничего. Ее резко вырвет из родительского дома, из привычной обстановки, из повседневной рутины и вгонит в удушающую страхом неизвестность! И единственным ее гарантом стабильности в этом новом мире будешь ты.
- Я… не подумал… – ошарашенно произнес Ди. – Но ведь не настолько огромная разница!
- Во-первых, она этого не знает. Во-вторых, разница огромная, – опровергла его предложение Рива. – Это я тебе как обращенный вампир, прошедший через это, говорю. И это еще при том, что я давно знала вампира, назначенного мне, имела несколько других друзей-знакомых вампиров, не испытывала страха и в целом была более-менее осведомлена о том, что меня ожидает. Аристократическое вампирское общество совершенно не такое, как человеческое или смешанное. По крайней мере, точно не такое, к какому привыкла обычная человеческая девушка из обычной семьи.
- Понял, – все еще находясь в некоторой прострации от неожиданно открывшейся новой стороны ситуации, произнес Диализ и грустно усмехнулся. – Я был уверен, что кардинально отличаюсь от отца, а сам буквально повторяю его путь, судя всех по себе…
- Ты не можешь изменить уже случившееся. Тебе придется пойти по стопам отца, – серьезно глядя на него, сказала Рива. – Но это не значит, что ты должен повторять его ошибки.
- Я постараюсь, – куда увереннее пообещал наследник главы клана Нилан.
- Ты назад в ДНИ поедешь? Или тут будешь ждать церемонию? – уточнила его намерения Рива.
- Поеду, – ответил он. – Я же уехал на пару дней, думал, как обычно: какая-то рядовая задача. А теперь мне нужно за неделю доделать все свои дела: и служебные, и клановые, подать рапорт об увольнении, чтобы освободить время для адаптации будущей жены.
- Не увольняйся, возьми отпуск, – неожиданно предложила Рива.
- Отпуск? – удивился Диализ. – Я уже вряд ли смогу вернуться на службу.
- Жаль…
- Почему?
- Где ты собираешься ее поселить? Здесь? В замке? Где кругом темень, чуждые ей порядки и вампиры, не жалующие людей? Как думаешь, как скоро она заинтересуется выходом в окно? – засыпала его вопросами Рива, так что он только и смог, что пару раз открыть и закрыть рот. – Лучше увези ее на базу под предлогом службы. Там, конечно, тоже не курорт: нежить, военные порядки и климат не сахар, но явно лучше, чем тут. Там по крайней мере есть люди и нет вампирского этикета. На мой взгляд, это идеальное место для адаптации.
Ди склонил голову, запустив руки в волосы, шумно выдохнул:
- Почему ты все это видишь, а я осознаю только спустя пару секунд, как ты об этом говоришь?
- Потому что мне легко поставить себя на ее место и представить, что меня ждет, – пожала плечами Рива. – А потом предположить, что бы я в такой ситуации предпочла. Но опять же, это я. Она другой человек, и что нравится ей, тебе нужно будет узнать самому.
- Как только это сделать… – обреченно произнес Ди.
- Говори с ней! – воскликнула Рива, будто сообщая самую очевидную вещь. – Какой еще может быть способ?
- Я… постараюсь, – во второй раз пообещал Диализ, начиная понимать, что его, похоже, ожидает задача еще более трудная, чем та, которая изначально заставила его почувствовать себя беспомощным. Но, благодаря Риве, он по крайней мере мог представить примерный путь ее решения. Хотя бы в части налаживания контакта с будущей женой.
На базу они вернулись вместе, где Диализ последовал ее совету и подал заявление на отпуск. Для начала на месяц, а там как пойдет, благо начальник базы и по совместительству его наставник легко вошел в его непростое положение, как, впрочем, и всегда делал. Гаутенгаль прекрасно знал и тяжелый нрав главы клана, и то, что Диализ являлся его наследником. Потом вынужденному жениху потребовалось посетить курируемую им стройку новой Канэли. Количество вампиров медленно, но неуклонно росло, и география их проживания и ведения дел постепенно увеличивалась, требуя возведения административных зданий в новых населенных пунктах, за чем Диализ, как первый помощник главы клана, и следил. После визита на стройку он вернулся в родовой замок, чтобы завершить приготовления к свадьбе, убедиться, что девушка на месте, и отправиться на церемонию передачи. Благо та, которой он был назначен, жила в ближайшем городе.
За неделю Диализ более-менее уложил у себя в голове мысль, что вот-вот его жизнь кардинально изменится, а также придумал сравнительно сносную, по его мнению, стратегию своего поведения при встрече с девушкой и ее семьей. Причем он решил не дожидаться полудня, как завещала традиция, а отправиться не самым ранним, но все же утром. Дабы дать себе больше времени для разговоров и убеждений, а не насильно тащить девушку заключать брак, лишь бы успеть вовремя. Вот только любые, даже самые продуманные планы имеют свойство срываться, что и произошло, несмотря на всю тщательную подготовку. Из всех возможных сценариев развития знакомства, которые на пару с Ривой он только смог вообразить, реальность не выбрала ни один. Ди был готов и к крикам, и к слезам с истерикой, и к молчанию и страху, даже к тому, что его попытаются не пустить. Но точно не к тому, что девушки просто не окажется дома!
Его невеста… сбежала. Об этом ему с ужасом сообщили трясущиеся не то от страха перед вампиром, не то за дочь родители девушки, когда он появился на пороге их дома утром. Но как, черт подери, это могло произойти?!
- Но как же так… Я же ее самолично запер… – в полной растерянности глядя на жену, причитал отец девушки, когда они три раза обошли квартиру и лишь убедились, что дочери в ней нет.
- Я говорила, что нужно было ей все объяснить! Говорила! – едва ли не рыдала ее мать. – Где она теперь?
- Куда она могла пойти? Ночью… – ужаснулся мужчина.
- Может она у Кэри? – с надеждой спросила женщина и бросилась к телефону.
Судя по короткому разговору, ее надежды не оправдались, лишь такой же переполох начался по ту сторону трубки.
- Нужно звонить в имперхран! Заявить о пропаже! – в ужасе шаря взглядом по квартире, мужчина следующим схватился за телефон. – Да! Алло! У нас пропала дочь!
Диализ ошарашенно наблюдал за паникой родителей, пытаясь собрать собственные мысли в кучу. Он был готов прийти и самым подробнейшим образом объяснить все и родителям, и самой девушке. Но побег? От назначения? За все время существования закона он не слышал ни об одном подобном случае. Никто в здравом уме не убегает от вампира! Это бессмысленно. Но его невеста пропала, а ему теперь предстояло найти ее и успеть сделать это сегодня.
- Байос! Байос! – неожиданно раздался истеричный вопль женщины из комнаты в глубине квартиры. – Тут ее переписка!
Мужчина, едва закончивший телефонный разговор, тут же бросился на зов жены, Диализ, плюнув на нормы приличий, отправился следом без приглашения. Ему, вероятно, даже больше, чем родителям нужно было найти девушку. Ведь если он не успеет заключить брак до полуночи…
- Смотри! Я открыла в ее аккаунте последнюю переписку с Кэри! Она просила ее купить билет на поезд! – женщина тыкала пальцем в экран.
Диализ резко отвел взгляд и заморгал, как никогда остро понимая все затруднения Ривы в работе с этими адскими девайсами.
- На какой? – тут же спросил мужчина.
- На ночной, – совершенно бесполезно ответила ему женщина. – Какой конкретно непонятно. Но Кэри же только что сказала, что не знает, где Ани…
Родители девушки недоуменно переглянулись.
- Кто такая Кэри? – сдержанно спросил Диализ. Его терпение таяло, а время было на вес золота. Поезд мог увезти девушку куда угодно.
Люди резко обернулись, их взгляды выражали смесь страха и растерянности.
- Подруга… Ани… – с трудом выговорила мать девушки.
- Пойдемте к ней. Лучше поговорить с глазу на глаз, – предложил Диализ, намеренно сохраняя спокойный и ровный тон, несмотря на внутреннее напряжение. – Нужно найти Анеллу, пока она не попала в неприятности из-за нарушения закона.
Повисло напряженное молчание.
- Поверьте, я так же, как и вы, заинтересован в том, чтобы с ней все было в порядке, – добавил он, стараясь смягчить их настороженность.
- Да-да! Поехали! Поехали… – первым оживился мужчина и засуетился в поисках ключей.
Через пять минут Диализ уже сидел в машине с родителями своей невесты, слушая их беспокойные разговоры.
- Ух она у меня получит! – бормотал мужчина, взбегая по лестнице в дом подруги девушки. – Обе получат!
- Надо сначала узнать, куда уехала Ани, – осаживала его жена, поднимаясь следом, – а потом найти ее!
- Вот уж найду и… – бушевал отец.
Дверь открыли сразу. Суета, сбивчивые объяснения, осознание, шок и слезы, истерика и заикающиеся попытки говорить. Диализ хоть и понимал, что во многом сам провоцирует такую гиперреакцию у подруги его невесты одним своим присутствием, но не мог позволить себе отойти. Он должен был найти девушку любой ценой. Но подруга Анеллы буквально не могла выговорить ни слова, а время шло. Скрепя сердце Ди все-таки собрался отойти на приличное расстояние, чтобы не подавлять ее своей аурой, но прежде решил попробовать поговорить, раз уж все плохо.
- Кэри, – негромко, но уверенно позвал он, подойдя чуть ближе, но оставляя между собой и девушкой достаточное расстояние. В комнате разом воцарилась тишина. – Не надо меня бояться, я не причиню вреда ни тебе, ни Анелле. Но мне очень нужно ее найти и как можно скорее. Пока она не попала в беду из-за своего побега.
О том, что девушка просто умрет, причем вместе со своими родителями, если он не успеет, он договаривать не стал, рассудив, что такие подробности скорее вообще лишат юную деву дара речи, чем разомкнут ее уста.
- В столице, – неожиданно более-менее членораздельно пискнула подруга его невесты. – Я купила ей билет в столицу… На ночной проходящий поезд, – более внятно выговорила она, тяжело дыша. – Там что-то около полуночи было время посадки…
Ди с трудом сдержал шумный выдох облегчения и сохранил полную неподвижность.
- Спасибо, – сказал он, коротко кланяясь, и направился к выходу.
Родители его невесты поторопились следом.
- Поехали… – серьезно сказал ее отец, спеша спуститься по лестнице.
Где находится вокзал, Ди знал и сам, но отказываться тем не менее не стал. Выигрыш по времени был незначительный, а вот пренебрегать оказанным ему если не доверием, то по крайней мере адекватным отношением родителей невесты было глупо. К тому же выяснять у работников вокзала расписание поездов также лучше было людям. Меньше мороки, выше эффективность.
- Вчера, в 23:49, был проходящий поезд до столицы. Это единственный ночной рейс, она точно села на него, – отец девушки вынырнул из-за стойки с информацией после непродолжительного разговора с работником вокзала. – Слава богам, маршрут не прямой! Через пятнадцать минут отходит скорый поезд туда же! Нужно сесть на него и догнать ее! – с этими словами он бросился к кассам.
Очередей в утренний час практически не было, да и немногочисленные пассажиры предпочитали переждать появление вампира. Однако когда отец Анеллы подошел к окошку, на лице кассирши не дрогнул ни один мускул.
- Что значит «мест нет»?! – взревел мужчина, услышав отказ в продаже билета. – У меня дочь пропала! Мне нужно срочно ехать за ней!
- Мне очень жаль, все человеческие билеты распроданы, – абсолютно равнодушно повторила женщина за стеклом.
Диализ, было начавший прикидывать, как максимально быстро добраться до столицы без поезда, резко вскинул голову.
- Так давайте вампирский! – вскричал отец девушки.
- У вас есть документы, разрешающие интеграцию с вампирами? – спокойно уточнила кассирша.
- Чего? – даже не понял мужчина. – Просто продайте мне билет! Мне все равно, с кем ехать!
- Не положено, – с ледяным спокойствием отрезала женщина.
Прежде чем мужчина успел выкрикнуть что-то еще, Диализ шагнул вперед, решительно прерывая его тираду.
- Мне один билет, – вампир положил деньги на стойку.
Кассирша, так же равнодушно, как отказывала отцу Анеллы, быстро оформила билет и протянула его Диализу.
- Следующий! – сухо бросила она.
- Да что вы… – начал было яриться отец невесты – Байос, как припомнил его имя Ди, – но вдруг резко побледнел и схватился за грудь.
- Байос! – в ужасе бросилась к нему жена.
Мужчина пошатнулся и Ди, не успев толком обдумать ситуацию, поспешил его поддержать, хотя напоминал себе, что не должен касаться людей. Однако ни сам Байос, ни его жена не выразили недовольства. Диализ помог ему добраться до скамьи, куда тот опустился, тяжело дыша. Оставив людей, Ди отошел к недалеко установленным таксофонам. Поймать невесту ему нужно было гарантированно и быстро, но привлекать к этому делу официальные власти было чревато последствиями для нарушившей закон девушки. Разбираться потом еще и с этим времени у него не было. К счастью, годы службы не прошли для Диализа даром, и пара звонков обеспечила его эффективной, но неофициальной помощью в столице, на случай… совсем уж непредвиденных обстоятельств.
Вернувшись к людям, Диализ увидел, как мать девушки с тревогой склонилась над мужем.
- Байос! Ты меня слышишь? Дыши ровно!
- Слышу, – мрачно буркнул мужчина. Цвет его лица медленно возвращался к нормальному. – Нормально все… Эти законы и бюрократия до инфаркта доведут, – он зло скривился. – Лучше бы в ночных переулках с таким усердием порядок наводили, как здесь!
Он снова схватился за грудь, и женщина в панике вскрикнула:
- Байос! Нужно вызвать скорую!
- Не надо! – свирепо запротестовал мужчина. – Я должен…
- Не беспокойтесь, я найду ее, – пообещал Диализ. Он видел, что отец девушки искренне переживает за нее, и хоть и не был уверен, что его слова помогут успокоить мужчину, все же хотел попытаться. – Найду и верну.
Родители синхронно обратили на него свой взгляд, и Ди затруднился сказать, чего в нем было больше: страха или надежды.
- Ты же должен забрать ее навсегда, – сдвинув брови к переносице, произнес мужчина.
- Да, ей действительно придется уйти со мной, – кивнул Диализ. – Но я не собираюсь ее похищать или причинять ей вред.
Родители молча буравили его взглядом. Следующий вопрос был очень неожиданным для него:
- Это же из-за проклятия, да? – сипло уточнил Байос.
- Проклятия? – удивленно переспросил Диализ, прежде чем понял, что люди так назвали договор.
- Вы забираете наших старших дочерей с незапамятных времен.
Ди даже удивился, что люди пусть и искаженно, но все-таки имели представление о давней традиции, порожденной договором.
- Это не проклятие, это взаимная клятва, которую принесли друг другу наши с вами предки, обменивая женщин на защиту, – объяснил Диализ. – Сейчас в ней нет никакой необходимости, но вампирскую клятву на крови не отменить.
- Это я проклят, – настаивал на своей интерпретации Байос. – Я должен отвечать, а не моя дочь! Забери меня вместо нее!
- К сожалению, так это не работает, – с горечью покачал головой Диализ. – У договора есть четкие условия, и клятва заставляет соблюдать их и вампиров, и людей. Поэтому я должен жениться на вашей дочери до полуночи. Если этого не случится, мы оба умрем.
- А-а-ах! – с громким возгласом втянула воздух мать девушки, прикрывая рот ладонью.
Про то, что они не единственные, кто поплатятся жизнью, Ди решил все-таки не упоминать, видя, что нервы людей и так на пределе.
- Она же не знает, ничего не знает! – неожиданно запричитала женщина, из ее глаз покатились слезы. – Она думает, что это все бабкины сказки. Она даже не знает о том, что ей назначили вампира!
«Так вот почему она сбежала, – понял наконец Диализ. – Она думала, что убегает от проклятия, а не от приказа о назначении. Она даже не знает, кто будет ее искать…»
- Это я виноват, – мрачно сказал Байос. – Я считал, что раз проклятие мое, то я от него и пострадаю… Что смогу защитить мою девочку…
- Ее не нужно защищать от меня, – мягко, но уверенно произнес Ди. – Я не причиню ей вреда. И сделаю все, чтобы она была в безопасности. Я вам это обещаю.
Люди снова воззрились на него со смесью страха и надежды.
- Уважаемые пассажиры! Начинается посадка на… – на весь вокзал разнеслось объявление того самого скоростного поезда.
Диализ поднялся и почти уже начал произносить слова прощания, когда женщина вдруг снова заговорила:
- У нее красный рюкзак и бирюзовая короткая куртка. Еще у ботинок очень толстая подошва, но вряд ли в толпе их видно…
- Благодарю, – Диализ по достоинству оценил то, насколько женщина упростила ему поиск на забитом столичном вокзале.
- Только привези ее домой… – едва слышно прошептала мать девушки. – Обнять в последний раз…
- Обязательно, – заверил Диализ и поспешил на посадку.
Вскоре он уже на всей доступной в Империи скорости мчался на перехват своей сбежавшей судьбы, радуясь, что решил прийти пораньше, а не во второй половине дня.
В голове Диализа крутилась куча разных мыслей, на упорядочение которых в запасе были четыре часа. Единственное, чего он опасался, это еще один побег. Нет, в том, что он успеет в столицу и сумеет найти невесту, у Ди сомнений не было, но вот, что вытворит непредсказуемая девушка, неосведомленная о назначении, он не представлял. А ну как бросится наутек прямо на людной платформе поезда?! Конечно, поймать человеческую девушку ни одному вампиру не составит труда. И даже если она поднимет крик, у Ди были все документы на руках для доказательства законности своих притязаний. Но видит Создатель, как он не хотел, чтобы до этого дошло! Он не хотел показаться деспотом, не хотел насильно тащить ее к Канэль, не хотел даже просто хватать ее за руку, не давая уйти, но понимал, что ничто не может ему это гарантировать. Девушка уже сбежала. Что она способна выкинуть дальше, одним богам известно.
«Поздравляю, надежда и опора Нилан, будущий глава клана и завидный жених всея Империи. От тебя сбежала невеста! – с кривой усмешкой сам над собой мысленно издевался Диализ. – А ты думал, что все предусмотрел, ко всему подготовился, все учел. Вот чего стоят все твои усилия! – он вздохнул. – А собственно, чему удивляться? Она же представления не имеет, какие последствия повлечет ее опрометчивый поступок. Счастливая! А я разрушу весь ее мир…»
З.Ы. Рассмотреть картинки в большем разрешении можно в вк.
Если история вам нравится, подарите ей немного внимания в виде сердечек и комментариев) Ваши отклики - авторское вдоховение!
***
Проспав почти до обеда, я кое-как умылась в санузле вагона и вернулась на свое место. До столицы оставалось еще пара часов. Круговая дорога поезда, заезжающего во все попадающиеся по пути города и села, была намного дольше прямого рейса. Да и поезд был обычный, а не скоростной, на котором я не раз ездила в столицу с родителями и одноклассниками, так что я, признаться, уже подустала ехать. Перекусив парочкой прихваченных с собой зерновых батончиков, я принялась наводить марафет перед высадкой, мечтая, как сейчас вкусно отмечу свой день рождения.
«Что ж, Ани! С днем рождения! Ты теперь совершеннолетняя, – за неимением вокруг других людей, которые были бы в курсе такой знаменательной даты, я сама поздравила себя в карманном зеркальце, рисуя стрелки на веках. – Оставайся такой же решительной и смелой и дальше! Не позволяй всяким проклятиям управлять твоей жизнью! Ты сама себе хозяйка», – пожелала я и подмигнула отражению.
Я была уверена, что родители уже обнаружили мою пропажу, но также и не сомневалась: они одобрили такое решение проблемы. Какой бы нахал завтра ни заявился к ним, меня уже не будет дома. Нет, и все тут!
«Пусть побегает, поищет!» – я коварно ухмыльнулась, закончив подкрашивать ресницы.
За окном замелькали одноэтажные дома пригорода. Поезд вот-вот должен был наконец добраться до конечной точки своего маршрута. Беззаботно закинув рюкзак за спину, я вышла на перрон и вдохнула прохладный весенний воздух.
- Анелла Иванесси? – совершенно неожиданный, немыслимый окрик посреди разнородной толпы на центральном вокзале столицы раздался буквально через пару минут, как я сошла с поезда.
Мое тело рефлекторно обернулось на оклик, прежде чем я осознала происходящее. Передо мной стоял высокий мужчина, закутанный в черный плащ.
«Только не это!» – ужас сковал меня. Воспоминания о бабушкиных рассказах о фигуре в плаще вспыхнули в голове.
- Нет! – выпалила я и резко развернулась, чтобы уйти.
«Это не проклятие, это скорее всего просто вампир. Самый обычный вампир…» – я пыталась себя успокоить, но мысли путались. Этот незнакомец знал мое имя.
Ужас снова пронзил все мое существо от вторичного осознания, что описание в старом дневнике всегда было похоже на вампира! Просто мне никогда даже отдаленная мысль о связи родового проклятия с вампирами не приходила в голову…
- Анелла, подожди, – мужчина не собирался отставать.
От его обманчиво спокойного голоса мне хотелось броситься бежать. Я уже почти сделала это, но следующая фраза буквально приморозила меня к перрону.
- Я назначенный тебе вампир.
«Гербовая бумага! Гербовая бумага, что пришла родителям! Это назначение! Назначение мне вампира!!!» – я безнадежно поздно смогла сложить все разрозненные факты воедино.
- Что?.. – дрожащим голосом переспросила я, медленно оборачиваясь.
Вампир, а теперь не могло быть ни малейших сомнений в этом, стоял на прежнем месте и не спешил подходить ближе, будто и не звал меня по имени до того. В его руках как по волшебству появился лист бумаги, который он протянул мне. Я трясущимися пальцами за самый краешек взяла документ и взглянула на него.
«Постановление. Одобрить прошения вампира Диализа Касталиция Валахо из клана Нилан о назначении его человеку Анелле Иванесси с последующим переходом человека в вампирскую юрисдикцию. Приказ о назначении вступает в силу…»
Я будто загипнотизированная смотрела на сегодняшнюю дату, а перед глазами у меня были другие строки:
«Ровно в полдень совершеннолетия старшей дочери на пороге ее дома появляется закутанная в черный плащ фигура и навсегда забирает девушку».
«Так это была правда! Правда!!! Только это был не человек… Это вампиры забирают женщин из нашей семьи! Потому они и не возвращаются. И следующая – я…» – я почувствовала, как холодок медленно поднимается по моему позвоночнику.
Осознание невероятной глупости своих надежд и попыток скрыться накрывало волной отчаяния. От проклятия убежать можно было попытаться, от назначения – нет. Вампиры найдут, где бы ты ни находился. Найдут и заберут то, что по закону принадлежит им. Ни разу за все время действия закона никому не удавалось избежать назначения. Это было даже неотвратимее смерти, особенно учитывая, что люди после церемонии превращались в вампиров и больше уже не старились. И теперь я должна была пополнить ряды обращенных людей…
- Приказ о назначении у твоих родителей, – посчитал нужным уточнить вампир, назначенный мне, хотя я прекрасно догадалась об этом сама.
Я медленно подняла на него взгляд, чувствуя, что мир слегка подернулся какой-то дымкой, а потом и вовсе покачнулся. Ужас сковал меня по рукам и ногам. Вампир резко оказался очень-очень близко, а точнее даже прикоснулся к моему локтю, придерживая:
- Ты в порядке?
В его голосе слышалась… тревога? Страх, охвативший меня от одного его движения, не позволял мне понять совершенно ничего. В голове пойманной в клетку птицей билась только одна мысль:
«Он меня сейчас укусит! Он меня сейчас укусит! Он меня сейчас укусит!»
Однако секунды, отбиваемые моим вырывающимся из груди сердцем, шли, а я все еще не чувствовала могильный холод клыков на шее. Наоборот, вампир через непродолжительное время отпустил мою руку и снова сделал шаг назад. Документ, который я, похоже, выпустила из ослабевших пальцев, оказался у него, и тот быстро убрал его в папку.
- Ты меня теперь укусишь? – с трудом вымолвила я, не в силах больше выдерживать напряжение.
- Нет, – так желанно и так невероятно ответил вампир, и добавил странную фразу: – Если ты не захочешь.
- Нет! – воскликнула я. – Я никогда не захочу!
- Хорошо, – покладисто согласился он.
Слишком покладисто. Это было совершенно бессмысленно!
- Зачем я тебе тогда? – подозрительно спросила я, ни разу не успокоенная его быстрым согласием.
- Давай поговорим в более спокойном месте, – предложил он, указывая на вокзальную сутолоку вокруг нас. – Мне нужно многое тебе объяснить.
Нужно ли уточнять, что я не доверяла ему ни на йоту? Но он был назначен мне законом! А я сбежала… От одной мысли становилось дурно. Хотя он ни единым словом не упрекнул меня в этом. Подозрительно…
«Еще и объяснить что-то хочет», – озадачилась я, но все-таки кивнула.
- Я пойду рядом с тобой, – зачем-то предупредил вампир, хотя это было и так очевидно, хоть и неприятно.
Меньше всего я сейчас хотела с ним разговаривать и тем более куда-то идти. Бежать! Бежать без оглядки. Бежать как никогда в жизни не бегала с подгоняющим страхом наперегонки. Но от вампира не убежишь, и на помощь звать нет смысла. Все документы в его папке.
«Надо было разорвать бумажку! – шальную мысль, стрельнувшую в голову, тут же сменила другая:. – Глупость! Это же не единственный экземпляр, да и их вообще можно накопировать хоть десять штук, раз он получил разрешение. Но зачем он подал прошения на меня? Мы ведь даже не знакомы?! И кусать, он сказал, что не будет».
Я уже почти открыла рот, чтобы спросить его об этом, но он меня опередил:
- Но сначала позвони родителям. Они очень волновались, когда ты исчезла.
Я вскинула на него ошарашенный взгляд. За всеми этими потрясениями я совсем забыла о родителях, от которых тоже сбежала. Малодушное желание отложить звонок с нагоняем на потом разбилось о суровую реальность. О нагоняе ли теперь переживать, когда мне назначили вампира? Припомнив, где на вокзале были таксофоны, я развернулась к ним. Вампир остановился не далеко и не близко и повернулся ко мне спиной, будто давая пространство. Я уныло отмела очередную мысль о побеге. Даже несмотря на то, что глаз на затылке у вампиров не было, это обстоятельство задержало бы мою поимку на долю секунды, не более того. Так что, вытерев вспотевшие ладони о штанины, я сняла трубку таксофона, закинула монетку и дрожащей рукой набрала код города, а затем номер.
- Алло! Мам? Это я, – только и смогла выдохнуть я в трубку.
- Ани! Ани! Дочка! Где ты? С тобой все в порядке?! – вскричала мама.
- Я на вокзале в столице. Со мной все нормально, – попыталась я успокоить ее.
- Байос! Байос! Это Ани! – донесся из трубки чуть приглушенный голос матери.
- Ани!!! – раздался какой-то слишком хриплый голос отца. – С тобой все хорошо? Он тебе ничего не сделал?!
Кто «он», спрашивать не имело смысла. Очевидно, родители знали о вампире. Но почему не предупредили?..
- Все хорошо, я в полном порядке, – снова повторила я, чувствуя непередаваемое переплетение страха, стыда и безнадеги.
- Слава богам! Слава богам… – в трубке послышалось шумное дыхание отца.
- Ани, дочка! Ты нас так напугала! Так напугала! – снова раздался голос матери.
- У нас ограничено время, – неожиданно вмешался вампир, стоящий неподалеку. Его спокойствие звучало пугающе. – Ты сможешь поговорить с ними позже, когда мы вернемся в Шевлон.
- А мы вернемся? – вырвалось у окрыленной надеждой меня.
- Ненадолго, – немедленно спустил меня с небес на землю вампир.
- Дочка, делай, как он говорит, – в трубке снова раздался обеспокоенный голос отца, но смысл фразы доходил до меня с трудом. – Это очень важно!
- Хорошо, папа, – ошарашенно ответила я.
- Поспеши, – еще более жутко сказал он.
- Увидимся… – тихо пробормотала я и повесила трубку.
Что все это значило?
«Мне нужно многое тебе объяснить, – припомнила я и загадочные слова вампира, удостоверившегося, что я окончила разговор, и направившегося к кассам. – Что, черт подери, тут на самом деле происходит?!» – в ужасе думала я, следуя за вампиром как овца на закланье.
Я чувствовала, что все плохо и дальше будет только хуже, но ничегошеньки не могла с этим поделать. Любые мои действия были абсолютно бесполезны. К тому же от меня явно что-то скрывали…
- Два вампирских билета на скоростной поезд до Шевлона на завтра, – услышала я голос вампира.
«Вампирских?! – выпучила я глаза. – Мне придется ехать в вампирском вагоне?! Только не это!»
- Пойдем, – спрятав билеты, тем временем позвал меня вампир.
На ватных ногах я поплелась за ним. Все происходящее казалось нереальным, словно дурной сон, из которого я никак не могла очнуться. Вампир вывел нас на площадку такси и быстро арендовал одно. Он даже галантно открыл мне дверь, предлагая сесть первой.
- Куда мы едем? – чуть подрагивающим голосом все-таки спросила я, хоть и понимала, что даже если в глухой лес, я ничего не смогу изменить.
- В Канэль, – лаконично ответил вампир, захлопывая за мной дверь.
Я припомнила, что Канэль являлась чем-то наподобие вампирской администрации, создаваемых для внутреннего самоуправления их сообщества, дабы лучше обеспечивать закон о разделении. То есть мы ехали, грубо говоря, в самое сердце вампирской общины.
Я сглотнула. Именно в Канэль мне надлежало явиться на церемонию передачи, а теперь меня туда лично вез назначенный мне вампир, а я… А что я могла? Отупело смотреть в окно на проносящиеся мимо дома? Никогда в жизни я не представляла себе такого. Да, я знала закон о назначении, но вампиры забирали людей редко, очень редко, и других, незнакомых мне. Не меня. Разумеется, мне этот закон всегда казался жестоким, но по крайней мере он не позволял вампирам хватать и кусать людей прямо посреди улицы. А то, что все эти назначения нужны для обращения, подтверждалось многими случаями, когда человека, которому был назначен вампир, позже видели уже вампиром. Причем каких-то ужасных ужасов они не описывали. Правда, теперь, когда на переднем сиденье машины сидел назначенный лично мне вампир, все эти рассказы нисколько меня не успокаивали. Было страшно… страшно и непонятно!
«Но он сказал, что не будет кусать. Соврал? Да и вообще, что за законы такие?! Захотел вампир, и ему тут же раз – и одобрили прошение. Я что, вещь?! Почему я не могу отказаться?!» – внутри себя возмущалась я.
Впрочем, нетрудно догадаться, что тогда бы отказывались все. Ну кто в здравом уме захочет быть укушенным, превратиться в полутруп, начать пить кровь и бояться солнца? А у расы вампиров, как нам преподавали в школе, были проблемы с самовоспроизведением. То есть без вливания обращенных в вампиров людей они постепенно бы вымерли, а так – держатся на плаву.
«Странно тогда, что они так мало людей забирают, – пришла я к совершенно противоположному выводу. – Впрочем, если вампиров будет слишком много, то государство их тупо не прокормит. И так всей Империей сдаем кровь раз в три месяца! Но все-таки почему он сказал, что не будет кусать?..»
Обещание не кусать, если не захочу, звучало совершенно восхитительно во всех отношениях. Это была, по сути, единственная хорошая новость за сегодня! Вот только никакой логике не поддавалась…
«Может, он тогда меня дома оставит? Как раз билеты же купил до Шевлона. Зачем я ему не укушенная? – рассуждала я. – Но ради чего тогда вообще было подавать прошение? – впрочем, я вспомнила, что он сказал, что в Шевлоне мы задержимся ненадолго, и приуныла. – Все-таки заберет, но куда и, главное, зачем?»
В голове наперегонки начали рождаться мысли одна другой мрачнее о человеческих фермах, кровавых жертвах и прочих страстях. Брр… Я поспешно отогнала их, понимая, что меня сейчас буквально трясти начнет, если не остановлюсь. Следовало сосредоточиться на мысли, что закон запрещает вампирам убивать или причинять вред людям, и назначение не отменяет этого закона! И раз Мир с вампирами все еще действует, значит, они соблюдают договоренности. Очередную паническую мысль, что вот этот конкретный вампир, может, как раз и решил нарушить правила, я усилием воли подавила, напомнив, что Канэль не лучшее место для совершения преступлений. Может быть, там даже, наоборот, безопаснее. Если мой вампир окажется каким-то двинутым, то другие его остановят.
- Анелла? – вырвал меня из кошмарных мыслей, ходящих по кругу, голос того самого «двинутого» вампира.
Оказавшись в реальности, я поняла, что мы уже прибыли, а я так и не вылезла из машины. Вампир открыл дверь и позвал меня.
«Но зачем он руку протягивает?!» – я вжалась в кресло.
- Пойдем, – повторил он, убирая руку.
«Что? Он хотел помочь мне выйти из машины?! – запоздало сообразила я, что могла значить эта рука. – Точно двинутый!»
Я выскользнула из машины и напряженно уставилась на него, ожидая, что он еще вытворит. Но он просто развернулся и пошел к зданию. Я запоздало вскинула голову. Канэль, как и все вампирские строения, была темной, удивительно изящной и устремленной в небеса. Высокие башни и шпили Канэлей украшали собой городские пейзажи по всей Империи. Внутри мне быть никогда не доводилось, и я бы преотлично прожила всю жизнь и не переступая порог этого хоть и красивого, но зловещего строения, но меня терпеливо ждали у входа. Внутри Канэль оказалась еще более мрачной и пугающей, чем снаружи. В основном, конечно, из-за почти полного отсутствия освещения, что не позволяло толком рассмотреть обстановку.
«Это теперь вся моя жизнь будет в темноте?!» – дошло до меня еще одно неудобство моего будущего существования.
- Сюда, – раздался голос вампира.
«Боже, куда? Я ни черта не вижу!» – очень хотелось закричать мне, но жуть вдруг навалилась такая, что я и пикнуть не могла.
Что-то коснулось моей руки и куда-то потянуло. Я машинально начала переставлять ноги.
- Подожди здесь, – снова его голос, и прикосновение пропало.
«Он меня просто довел куда-то?» – едва переводя дыхание, поняла я и на несколько мгновений прикрыла глаза, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.
Вампира не было буквально пару минут, за которые мое зрение худо-бедно адаптировалось к полутьме, и я смогла различить очертания предметов вокруг, в том числе приближающийся черный силуэт.
- Пока идет подготовка к церемонии, пойдем в переговорную, – сообщил он.
- Куда? – удивилась я.
- Сюда, – он снова попытался взять мой локоть.
- Я могу идти сама! – резким возгласом остановила я его.
- Хорошо, – немедленно сделал шаг назад мой несостоявшийся поводырь и направился куда-то в сторону.
Вскоре открылась дверь, за которой была уже полная темнота.
- Проходи, – поторопил он замешкавшуюся у входа меня.
Впереди неожиданно вспыхнул тусклый свет. Это оказалась настольная лампа. Она не давала слишком много света, но позволяла разглядеть дорогую обстановку небольшого помещения со столом и стульями.
- Переговорная… – пробормотала я, поняв, о чем шла речь.
- Комната для проведения встреч, совещаний, переговоров, – пояснили мне. – Присаживайся, – мой персональный экскурсовод выдвинул мне стул, а сам отошел чуть в сторону.
Учитывая, что дверь за моей спиной должна была захлопнуться, оставив меня наедине с этим подозрительно обходительным ночным кошмаром, переступать порог не хотелось. Так что пришлось снова напомнить себе, что Канэль не самое подходящее место для совершения преступлений, и перебороть страх. Выдвинув соседний стул, я положила на него рюкзак, потом задумалась и добавила куртку. На улице-то было уже тепло, а в помещении и подавно. Мой переговорщик к этому моменту тоже снял плащ и подошел ближе. Любопытство одолело страх, и я рискнула посмотреть, кого же злодейка судьба подарила мне на совершеннолетние.
Вампир, назначенный мне, оказался на удивление красив. Не то чтобы я являлась большим экспертом в этой расе, особенно учитывая их специфическую внешность, но, на мой взгляд, он был очень даже ничего. Высокие скулы, четкая линия подбородка, прямой нос. И даже красный отблеск в глазах скорее подходил к бледной коже и длинным черным волосам, блестящими прядями спускавшимся до самого пояса. Еще бы он не был вампиром, и я бы с ним сама с удовольствием познакомилась.
- Диализ? – вспомнила я его имя, которое прочла в постановлении.
- Прошу прощения. Диализ Касталиций Валахо из клана Нилан, – полностью представился назначенный мне вампир и поклонился по обычаю своей расы.
- Анелла Иванесси…
Он явно знал, как меня зовут, а я даже имела наглость отрицать это в первый раз, но что-то же сказать надо было.
- Присаживайся, Анелла, – вампир указал на стул.
Что ж, раз это так обязательно… Вампир присел напротив, а мне тут же захотелось встать, а еще лучше – убежать, хоть и не было ни малейшей возможности. С вампирской аурой страха я, как и любой житель Империи, сталкивалась в своей жизни если не постоянно, то настолько часто, что она не вызывала удивления. Но оказалось, что где-то там проходящий мимо вампир – это совсем не то же самое, что сидящий прямо напротив. Особенно если он пристально смотрит на тебя своими красными глазами. Мурашки по коже!
- Ты знаешь о клятве? Или, как твой отец сказал, о проклятии вашей семьи? – задал вопрос Диализ.
- То есть проклятие все-таки существует?! – похолодела я. – Его наложили вампиры на мой род? Но почему?!
- Нет, это не проклятие, – жестом остановил мой поток вопросов вампир. – Это клятва. Более семисот лет назад люди с вампирами заключили договор: вампиры не нападают, люди отдают взамен женщин.
- А тебе сколько лет? – подозрительно спросила я. Уж не он ли этот договор заключал?
- Сто два, – несколько озадаченно ответил Диализ.
Мои брови непроизвольно взметнулись вверх. Он не то что не заключал договор, он вообще родился уже после заключения Великого Мира. Но почему тогда он здесь? И при чем тут назначение? И вообще…
- Вампиры сейчас и так обязаны не нападать, но меня ты все равно хочешь забрать?! – возмутилась я. – С какой стати?
Я даже позволила себе выразить недовольство. Мне иррационально стало спокойнее, когда я услышала его возраст. Сто лет по сравнению с моими восемнадцатью, конечно, все равно являлись значительным числом, но все-таки это не двести-триста, и тем более не пятьсот! Можно сказать, для своих сородичей он так же молод, как и я по людским меркам.
- Вампирские клятвы на крови не отменяются, – спокойно ответил Диализ. – Очевидно, стороны, когда ее принимали, не думали о том, что когда-нибудь люди и вампиры заключат Мир и что условия договора потеряют смысл и для вампиров, и для людей.
- Что за идиоты… – процедила я сквозь зубы. – Ну а просто забыть о ней, как было в предыдущие две сотни лет, нельзя?
- Неисполнение карается смертью, – огорошил меня вампир, так что я на некоторое время даже забыла, как дышать. – Да и о клятве никто не забывал. Просто последние двести лет в вашей семьи не рождались женщины.
Никогда еще я так остро не жалела, что родилась девочкой…
- И что, вообще ничего нельзя сделать? – я просто отказывалась верить в настолько ничтожную причину катастрофы в моей жизни. – Это же бред! Из-за какой-то прадедовской клятвы принуждать людей становиться вампирами. Причем это уже никому не нужно!
- Тебе не обязательно становиться вампиром, – напомнил мне Диализ.
- Зачем тогда это назначение? – задала я мучающий меня вопрос.
- Потому что клятва не учитывает закон о разделении. Нет другого способа для законного взаимодействия вампира и человека, – пояснил он. – Поэтому через полчаса ты станешь моей женой.
- ЧТО?! – вскричала я, вскакивая и опрокидывая стул. – Какой еще женой?! Я еще…
«Черт, я же совершеннолетняя!» – с ужасом осознала я, не договорив последнюю фразу.
- Я не выйду замуж за вампира!!!
«Боже, да я ни за кого не выйду! Мне только сегодня исполнилось восемнадцать! Какое замужество?! Что за дичь?» – в груди клокотала ярость.
Послышался очень тихий вздох вампира.
- Анелла, пожалуйста, успокойся и обдумай ситуацию еще раз, – раздражающе невозмутимо ответил он. – Неисполнение клятвы карается смертью, да и назначение – строгий закон.
- Но при чем тут брак?! – все еще негодующе, но значительно сбавив обороты, вопросила я.
- Назначение – это брак между человеком и вампиром, – пояснил Диализ. – На каком иначе основании человек может вступить в семью вампиров?
- В законе ничего подобного не сказано! – самоуверенно ответила я.
- Прямым текстом нет, но, если читать внимательно, становится очевидно.
- Но… – начала было я и замолчала.
Добуквенно закон я не помнила, но, когда пару лет назад мы его проходили на уроке, мне запомнились довольно странные формулировки определения взаимоотношений вампирской и человеческой сторон.
- Присядь, – Диализ мягко напомнил мне про отброшенный стул.
С большим удовольствием я бы сейчас грохнула этим стулом обо что-нибудь, в идеале об голову этого непрошибаемо спокойного вампира, но пришлось его все-таки поднять и с тяжелым вздохом сесть на прежнее место. Все бесило до невозможного! Идиотизм предков, заключивших такой дебильный договор, хитросделанность вампиров, придумавших современные законы, и этот конкретный вампир на транквилизаторах. Ну иначе почему он такой уравновешенный? Может, он мне вообще все врет? Оттого и спокойный такой? С чего бы мне ему верить?
- А может, это все фигня? – на пробу сказала я. – Двести лет же ничего не было. Может, уже и не работает ничего, после такого перерыва? Отключилось за ненадобностью.
- Ты должна знать, что неисполнение клятвы карается смертью не только участников, но и всей семьи, на которой лежит обязательство, а также всех их подчиненных, – сообщил мне еще одну важную деталь о клятве Диализ. – И если своей жизнью я бы, может, рискнул в попытке проверить, как ты выразилась «отключения за ненадобностью», то ставить под удар жизни тысяч вампиров недопустимо, какая бы гениальная мысль по обходу клятвы кому в голову ни пришла.
- Вся семья? – в ужасе переспросила я. Мне казалось, хуже уже быть не могло, но этот вампир доказывал мне обратное с упорством маньяка. – Каких еще тысяч вампиров? – дошел до меня смысл второй части его тирады.
«Они там что, все настолько родственники?» – ошарашенно предположила я.
- Я сын главы клана Нилан. И все вампиры, присягнувшие отцу на верность, подпадут под клятву, если я не женюсь на тебе сегодня до полуночи, – четко и внятно пояснил Диализ.
«Глава клана!» – я вытаращила на него глаза, а потом с громким стоном упала на свои руки, лежащие на столе.
- Господи, хватит! – простонала я. – Что ни спрошу, все хуже и хуже! Хотя уже некуда! За что мне все это? В чем я провинилась?! Мне только восемнадцать…
- Ты ни в чем не виновата, – в голосе вампира слышалось сочувствие. – Такова жизнь. Я могу лишь пообещать, что постараюсь обеспечить тебя всем необходимым.
Я медленно подняла голову, чувствуя опустошение.
- Скажи сразу, если там есть еще какое-то дерьмо, которое я должна знать, – попросила я, подпирая голову рукой. Даже держать ее сил не было. Хотелось лечь, свернуться калачиком и плакать. Оплакивать свою судьбу… – Спать с тобой, я надеюсь, клятва или назначение меня не обязывает?
- Нет, – чересчур поспешно ответил мой будущий муж. – Это не регламентировано.
- А чего так? – мрачно усмехнулась я. – Могли бы уж и это прописать где-нибудь между строк. И так узаконенное принуждение к браку…
- Законы не просто так такими созданы, – отметил Диализ.
- Пф… – мне, честно говоря, сейчас были до лампочки все их возможные причины и следствия.
- После того как ты попрощаешься с родителями, мы отправимся в родовой замок. Ты будешь представлена моей семье и приглашенным вампирам на малом торжественном приеме в честь нашей свадьбы, – стал рассказывать Диализ, отвечая на изначально заданный мной вопрос. У меня вырвался нецензурный комментарий, заставивший его запнуться. – После того как ты привыкнешь, освоишь вампирский этикет и изучишь некоторую важную информацию о клане, мы должны будем дать большой торжественный прием в столице для всей вампирской аристократии.
Это, по идее, было еще жутче, но я уже не ощущала каких-то особых эмоций. Все мои мысли охватило удушающее безразличие.
- Через месяц окончится мой отпуск на службе, – продолжил тем временем Диализ, не дождавшись моей реакции.
- Где ты служишь? – скорее на автомате спросила я, нежели правда интересуясь.
- На Дастарской базе.
Такое сообщение смогло-таки пронять меня. О Дастарской базе ходила куча диких слухов, но даже проверенной информации хватало, чтобы поежиться от ее упоминания. Одного того, что изредка оттуда приходили сообщения о гибели вампиров (про человеческие я уж молчу, их и вне базы хватало) было достаточно, чтобы опасаться этого места. Да, впрочем, какая разница: что родовой вампирский замок, что Дастар, что рога самого черта! Все едино…
- Окей, – равнодушно пожала я плечами.
В этот момент раздался стук в дверь.
- Все готово, господин, – с поклоном сообщил вошедший в переговорную вампир.
Оперативно работают, полчаса еще явно не прошло. Диализ поднялся со своего места и начал обходить стол.
- Пойдем? – остановившись на небольшом отдалении, спросил он, будто у меня и в самом деле была возможность отказаться.
Я тяжело поднялась со стула. Какой еще у меня был выбор? Заупрямиться, объявить, что не верю во всю эту чушь? Назначение уже в любом случае было сделано. Даже если клятва не сработает, за исполнением закона проследят. Так есть ли смысл рисковать своей жизнью и жизнью родителей, проверяя клятву на прочность? Все внутри меня буквально кричало, что это несправедливо! Но ни одно мое действие не имело смысла. Я даже сомневалась, имею ли смысл я сама…
- Присаживайтесь. Ваши документы, – обратился к нам вампир, в кабинет к которому мы с Диализом зашли.
Я села на один из двух предложенных стульев перед столом и несколько заторможено достала паспорт. Служащий Канэли придирчиво изучил наши документы, после чего передо мной появился плотный лист с кучей текста и местом для подписи внизу. Строчки разъезжались и расплывались перед моими глазами, и виной тому был явно не только тусклый свет. Впрочем, я все-таки смогла убедиться в наличии слова «брак» в документе. Назначение действительно было свадьбой, Диализ не лгал. Вздохнув, я поставила подпись. Для закона о назначении мое добровольное согласие было необязательным, но так я по крайней мере считалась полноправным членом договора, а не вампирским трофеем. Забрав у нас подписанные бланки, взамен перед нами поставили тускло поблескивающее и явно антикварное… ну, наверное, блюдце с обручальными кольцами. Эта свадебная традиция напрочь вылетела у меня из головы за всеми переживаниями, и теперь эти парные массивные перстни заставили меня содрогнуться. Мрачные, темнометаллические с черными одинаково поблескивающими камнями, они скорее пугали, чем восхищали. Остро захотелось спрятать руки за спину.
«Ну же, Анелла, не веди себя как ребенок. Снимаешь потом, – приказала я себе и не без удовольствия добавила: – И выкинешь в окно».
Рука вампира неожиданно оказалась теплой и совершенно обычной на ощупь. Да и перстень с крупным черным камнем смотрелся на ней намного гармоничнее, нежели на моей с разноцветным маникюром. Служащий в это время торжественно провозгласил:
- Властью данной мне Империей и на основании закона о назначении объявляю вас мужем и женой. Ты принята в клан, Анелла Валахо из клана Нилан, отныне и до скончания времен. Поздравляю, – закончил он речь и вернул нам паспорта.
Я с болью смотрела на выведенную идеальным почерком запись о своем замужестве в паспорте. В глазах защипало, так что пришлось несколько раз моргнуть, чтобы прогнать чувство.
- Что бы ты хотела… – начал говорить Диализ, когда мы уже выходили из Канэли, но мой урчащий живот перебил его на полуслове. – Поужинаем?
Я неопределенно пожала плечами, щурясь на солнце после темной Канэли. Честно говоря, я совершенно не хотела есть, хотя и толком не ела почти весь день. И с одной стороны, я понимала, что надо бы поесть, а с другой… Зачем?
- Спасибо, – неожиданно и непонятно за что поблагодарил вампир, когда мы уже сидели в каком-то жутко дорогом ресторане, куда он меня привел.
- За что? – совершенно не поняла я.
Издевался ли он или был серьезен? Выражение лица мужчины в полутьме было трудно понять.
- За то, что оказала мне честь и прошла все необходимые процедуры, – пояснил Диализ.
- Можно подумать, у меня был выбор, – поджав губы, пробормотала я.
- Ты могла бы очень сильно затруднить и затянуть процесс, но не стала этого делать. За это я благодарен, – подробнее расшифровал он.
Лучше б засунул себе эти благодарности в…
- Я что, малолетняя дура, по-твоему? – огрызнулась я.
- Нет, я так не думаю… – качнул он головой.
- Мне, конечно, всего восемнадцать, но это не значит, что я буду вести себя как ребенок! – разозлилась я. – Ты прекрасно продемонстрировал мне, что у меня нет выбора. Сдохнуть я всегда успею, не таща за собой родителей.
Я снова с трудом отогнала наворачивающиеся слезы. Еще чего не хватало!
- Никто не желает тебе смерти! – голос Диализа звучал обеспокоенно. – Не говори так, пожалуйста!
- Хотя бы этот вопрос я могу решить самостоятельно? Или он тоже регламентирован?! – едко поинтересовалась я.
- Можешь, – мрачно разрешил мой вампир. – Но я тебя прошу, прежде чем совершать шаги с необратимыми последствиями, сообщи мне о неразрешимой проблеме. Возможно, я смогу помочь с ее решением.
- Или усугубить, – фыркнула я.
- Я не желаю тебе зла.
- Пф…
Сладкоголосые пустые речи меня не впечатляли. Он являлся сыном главы клана, политиком, и я уже убедилась, что говорить складно он умел. К счастью, в этот момент подали еду и отвечать мне не пришлось. К своему удивлению, я увидела, что Диализу тоже принесли тарелку.
- Что-то не так? – заметив мой скептический взгляд, с которым я следила за вилкой в его руках, спросил Диализ.
- Ты будешь есть человеческую еду? – все-таки задала я вопрос, хотя только что решила с ним вовсе не разговаривать.
- Почему нет? – Диализ на моих глазах действительно что-то наколол на вилку и отправил это в рот.
Я посмотрела на него с еще большим удивлением:
- Вампиры вообще могут есть человеческую еду?
- Могут, и некоторую даже находят вкусной, – подтвердил он. – Но это не совсем человеческая еда. У нас есть своя кухня, и она значительно расширилась после заключения Мира.
Теперь я посмотрела в его тарелку с ужасом и поспешила уткнуться в свою. Зачем я спросила? Какая мне вообще разница?!
- Поезд завтра утром. Хочешь куда-то еще сходить? У тебя ведь сегодня день рождения… – совершенно неожиданно спросил Диализ, когда мы вышли из ресторана.
Я уставилась на него с недоумением. Пойти? День рождения? Меня скрутил неконтролируемый приступ смеха. Я стояла, смеялась на всю улицу и не могла прекратить.
- Серьезно?! День… день рождения! А-ха-ха-ха! Ты думаешь… А-ха-ха! – я не могла выговорить мысль.
- В чем дело? – явно не понимал вампир.
- И-хо… – сделала я долгий выдох. – Ты думаешь, после всего этого, – я взмахнула рукой, – для меня еще имеет значение какой-то день рождения?!
- Может быть, ты чего-то хочешь… – в голосе вампира слышалась неловкость.
- Проснуться два дня назад в своей постели дома, и чтобы не было никакого проклятья, никакого назначения, и тебя никогда не встречать! – высказала я самое сильное желание и отвернулась.
Хотелось плакать, но не в присутствии вампира. К счастью, он правильно расценил мой непраздничный настрой, и вскоре мы оказались в каком-то шикарном многокомнатном номере столичного отеля, где я поспешила скрыться в отведенной мне спальне и закрыть дверь на замок. Скинув обувь и верхнюю одежду, я рухнула на кровать и разрыдалась.
Прорвавшаяся наконец плотина эмоций, выплеснула их столько, что, показалось, затопит меня саму. Ни разу в жизни я так не плакала: ни когда меня бросил парень, ни когда сломала руку, ни даже когда умерла моя любимая бабушка. Рыдания буквально душили, не давая дышать, и облегчение все никак не приходило. Страх, боль, безысходность снова и снова набрасывались на меня, заставляя болезненно сжиматься и стонать, не видя никакого просвета. Это конец…
***
Диализ стоял с занесенной рукой перед закрытой дверью и не двигался уже более четверти часа. Ни постучать, ни отойти… Он знал, что правда огорчит девушку, знал, что ей будет тяжело и страшно, знал, что ее реакция будет однозначно негативной, но все равно оказался не готов к такому душераздирающему плачу. Он несколько раз порывался войти, не в силах оставаться безучастным, когда ей так плохо, но каждый раз останавливался. Ему нечем было ее утешить, нечего было сказать, а любые действия бы только усугубили ситуацию, ведь именно он был причиной ее слез.
Ди все-таки развернулся и ушел в гостиную номера. Здесь рыдания доносились глуше, и игнорировать их было проще, если бы он, конечно, мог. Он долго мерил просторную комнату шагами, потом выдвинул стул, сел и уставился на сложенные перед собой руки. Он не хотел быть вестником беды, принуждающим тираном, не хотел выглядеть монстром в ее глазах, но все равно стал им. Монстром, разрушившим ее жизнь. Да, не по злому умыслу и вовсе не по своей воле, но желал он того или нет, именно он являлся причиной ее боли и ничего не мог с этим поделать.
– Проклятье! – прорычал он, снова вскакивая.
Облегчение от того, что Анелла оказалась адекватной и слышащей, накатившее на него в первые минуты знакомства со своей теперь уже женой, растворилось еще в Канэли, когда после его объяснений он увидел, как потух ее взгляд. Диализ иррационально хотел вернуть в него огонь, хотя понимал, что ему это не удастся. Но все равно пытался, а она лишь больше и больше замыкалась в себе, а потом сказала, что самое ее сильное желание – никогда его не встречать. Создатель! Лучше бы она убегала, кричала, сопротивлялась и устроила истерику хоть прямо посреди улицы! Только не эти слезы в глазах, не это отчаяние во взгляде, не этот нескончаемый мучительный плач…
Диализ не знал, сколько времени прошло, прежде чем измученная Анелла заснула. Он отдернул глухие шторы на окнах и всмотрелся в светящуюся ночными огнями столицу Империи. Это был тяжелый день, и теперь, глядя на размеренную жизнь города, Диализ наконец смог очистить разум, хотя бы на несколько минут, и просто не думать ни о чем. Теоретически ему следовало бы лечь спать – завтра предстоял не менее тяжелый день, но ни малейшего желания Ди в себе не наблюдал. Он не спал больше суток, но, несмотря на усталость, его тело не могло расслабиться. Мысли о завтрашнем дне все равно настойчиво лезли в голову. Он не хотел больше ничего планировать, да и вовсе перестал видеть в этом смысл, учитывая, как легко все его планы летели нежити под хвост. Он понятия не имел, как отреагируют родители Анеллы на свою убитую горем дочь, не представлял, как сама Анелла поведет себя в замке, как поведут себя его родители, и повлиять ни на что он не мог. Однако мысли продолжали настырно сверлить голову, так что Диализ сдался и, вытащив чистые листы, сел за стол, чтобы поработать.
В его голове крутилось много разных идей улучшения жизни клана, но текущие дела и служба не давали времени даже продумать их более детально. И вот теперь, специально завершив или отложив рабочие дела и взяв отпуск, у него наконец появилось время, чтобы по крайней мере изложить свои мысли на бумаге.
Ему давно пришла и прочно обосновалась в голове идея, что вузы следует объединить. Собственно, спонсором этой мысли была Рива, от которой он узнавал много принципиально новой информации как о людях, так и об их науке. А ей в свою очередь рассказывал немало совершенно обыденных для вампиров вещей, о которых она не имела ни малейшего представления. Любой бы на его месте пришел в логичному выводу, что сегрегация в обучении, по крайней мере при получении высшего образования, была явно тормозящим науку процессом. Даже тот же Дастарский Нежитеологический Институт, на территории которого не действовал закон о разделении (так как он располагался внутри вампирской Дастарской Военной Базы и, по сути, был под ее защитой), не мог похвастаться сколь-нибудь заметным количеством вампиров-преподавателей или научных сотрудников, а уж вампиров-студентов там не было вовсе, только военные. Казалось бы, почему? Ведь закон о разделении не действует там уже очень много лет, особенно по человеческим меркам. А значит, простой отмены закона оказалось недостаточно, необходимы какие-то дополнительные меры. Вот разработкой этих мер Диализ и занялся, а также обоснованием целесообразности проведения такой политики. Из потока его вырвал неожиданный гневный возглас:
– Почему это чертово кольцо не снимается?!
Оторвав взгляд от бумаги и повернувшись на звук, Диализ увидел перед собой разъяренную лохматую Анеллу в банном халате, экспрессивно размахивающую правой рукой. Диализу потребовалось несколько секунд на осмысление ситуации и вопроса.
– Это вампирское обручальное кольцо, – наконец собравшись с мыслями, ответил он. – Его нельзя снять навсегда, только…
– Ненавижу, – еле слышно прошипела она, сжимая руку в кулак. – Во сколько поезд?
Диализ бросил взгляд на часы и с удивлением понял, что уже утро.
– Через два часа, – ответил он. – Через час подадут завтрак.
– Ясно, – бросила Анелла и, развернувшись, исчезла в коридоре.
Диализ какое-то время так и смотрел немигающим взглядом ей вслед, а потом встрепенулся и поднялся. За увлекательным делом он и не заметил, что минула ночь – рассвет уже пробивался сквозь окна. Ди собрал исписанные листы, свернул и убрал их, после чего задернул шторы и отправился в ванную освежиться. Новый день все же наступил, и, к его удивлению, девушка была достаточно энергичной. Жена… Следовало привыкать к ее, да и своему новому статусу. И вот искреннее недовольство жены придавало Диализу уверенности. По крайней мере, это точно было лучше, чем беспросветное отчаяние в ее непрекращающихся рыданиях, от которого Диализу до сих пор было не по себе. А еще Ди с любопытством отметил, что, кажется, Анелла перестала его бояться. Ну или как минимум точно стала бояться намного меньше с момента их знакомства, когда она буквально шарахалась от него. Это было хорошим знаком.
Через час хмурая и полностью готовая в отбытию девушка появилась из отведенной ей комнаты. Завтрак проходил в молчании, прерываемом лишь ничего не значащими фразами. Диализ осторожно наблюдал за женой. Ее угрюмый вид, конечно, не являлся ничем хорошим, но по крайней мере она не выглядела пустой оболочкой, а уж недовольство он как-нибудь переживет. Уже по дороге на вокзал вампир заметил ее нервозность и нетерпение. За все оставшееся время до посадки она даже не присела, так и ходила взад-вперед. Нетрудно было догадаться, что Анелла хотела поскорее вернуться к Шевлон и увидеться с родителями. Но туда еще предстояла дорога, и уже в вагоне Ди понял, почему она еще и нервничала.
– Почему нельзя было купить человеческий билет, – тихо проворчала Анелла, обхватывая себя руками и с явным дискомфортом озираясь вокруг.
Пассажиров-вампиров, помимо них, в вагоне было немного. Несмотря на специально отведенные для них зоны, вампиры часто избегали совместного с людьми пространства. Виной тому были: и веками культивируемое отношение к людям, как к низшей расе, которое было признано неверным не так давно; и все еще мощный страх и шарахание людей, несмотря на долгие годы Мира; и замкнутость вампирского общества, проживающего вроде бы в Империи, и в то же время будто в какой-то параллельной реальности. Это все Диализ понял за годы, проведенные на Дастарской базе да в разъездах по стране по делам клана, сделавших его из не знающего, как найти Канэль, молодого вампирчика уверенного пользователя всеми благами цивилизации обеих рас. Причем, по его наблюдениям, как ни парадоксально, на контакт не шли не люди, от которых было бы логично этого ожидать, а вампиры, которым вроде бы ничего со стороны людей не угрожало, по крайней мере после принятия закона о назначении. Однако долголетие, закрытость общества и общая консервативная настроенность вампирского населения усложняла использование большинства возможностей, которые давало им сотрудничество с людьми. И это казалось Диализу нерациональным.
– Пойдем, – позвал Диализ Анеллу за собой.
Вагон был больше чем наполовину пуст, и соблюдение указанных в билетах мест не требовалось, так что Диализ намеренно отвел ее в пустой конец и указал на дальнее место у окна. Таким образом по крайней мере за ее спиной не было вампиров, чье присутствие явно доставляло ей дискомфорт.
– Проще было взять нормальный билет, – упрямо пробормотала Анелла, все-таки усаживаясь на предложенное место и щелкая маленьким выключателем над сиденьем. Тусклый огонек едва-едва разогнал тьму плотно зашторенных окон.
– Юридически ты теперь вампир, – возразил ей Диализ.
– И что, кто-то заподозрит во мне вампира, чтобы проверить документы? – закатила глаза она.
– В поезде – вполне, – проинформировал ее Диализ. – Я могу сесть здесь? – он указал на кресло через одно от занятого Анеллой.
Она повернула голову к нему, в ее взгляде сквозила растерянность:
– Ты спрашиваешь у меня?
– Хочу знать, насколько тебе дискомфортно от моего присутствия, – Ди говорил спокойно и честно.
Отметив некоторое улучшение со вчерашнего дня, он хотел и дальше продолжать приручать ее по крайней мере к себе, потому что в ближайшем будущем ей придется проводить все свое время среди вампиров и с ним в частности. Анелла же озадачилась от его слов еще сильнее.
– Тебя я боюсь меньше… – наконец сказала она.
Ди воспринял ее слова как разрешение и удовлетворенно сел рядом.
– Интересно почему? – тихо пробормотала она, сосредоточенно уставившись в одну точку, будто заглядывая внутрь себя.
– Адаптация к вампирской ауре страха проходит неравномерно, этот процесс индивидуален у людей, – счел возможным ответить ей Ди.
– Тебе откуда знать? – недоверчиво повернулась к нему Анелла.
– На Дастарскую базу каждый год прибывают первокурсники, и все они с разной скоростью приспосабливаются к отсутствию закона о разделении, – ответил он.
– На базе не действует закон? – удивилась Анелла.
– Нет, – ответил он. – Иначе как бы вампиры могли охранять научных сотрудников, преподавателей и студентов?
– И что, вот прямо вампиры и люди живут вместе? – не поверила ему она.
– Ну не настолько, – качнул головой Диализ, – но взаимная интеграция намного выше, чем в городах, и там не действуют ограничения на общение.
– Бедные студенты… – ужаснулась Анелла.
– Пара недель на привыкание максимум, и все становятся нечувствительными к ауре, – заверил ее Диализ.
– Прямо совсем нечувствительными? Даже чуть-чуть? – недоверчиво переспросила она.
– Рива утверждала, что совсем. Никакой разницы, с кем говорить: с человеком или с вампиром.
– Хорошо бы… А то жить в постоянном страхе, так и рехнуться можно, – пробормотала Анелла. – А кто такая Рива?
– Эденрива, моя давняя подруга. Я познакомился с ней, когда только отправился служить, – охотно ответил Диализ. Его радовало, что девушка сама задавала вопросы и вообще чем-то интересовалась.
– Она человек? – продолжила расспрашивать Анелла.
– Была когда-то, – сразу обозначил ее обращение Ди. – Она научная сотрудница и преподавательница ДНИ, полевой нежитеолог, талантливый химик-изобретатель.
– Ничего себе, – впечатлилась Анелла.
– Да, ее увлеченность наукой не знает границ. С ней очень интересно общаться, – подтвердил Ди. – Ты, кстати, сможешь с ней сегодня познакомиться. Она будет на приеме.
– Страшно представить, что будет на том приеме, если мне здесь не по себе… – вместо ожидаемого энтузиазма и новых расспросов расстроилась Анелла. И Диализ снова не смог ее ни упрекнуть, ни успокоить. Прием состоится вне зависимости от их желаний, и ей там точно будет тяжело.
Поезд тронулся. Анелла тем временем чуть-чуть отодвинула шторку у окна и устремила взгляд в образовавшуюся щель. Пальцы ее непрестанно теребили лямку рюкзака, лежащего на ее коленях. Скрутила-раскрутила, скрутила-раскрутила. Диализу до зуда в ладонях захотелось накрыть ее руки своей, чтобы прекратить и успокоить, но он понимал, что эффект будет обратным. Она добровольно позволила ему сесть рядом, и рассчитывать на большее было рано и глупо. Пока он мог лишь говорить с ней. Возможно, через день-другой, если он продолжит находиться рядом с ней, она достаточно привыкнет и позволит ему подойти еще ближе.
– Тебе здесь нечего бояться, – Диализ все-таки не выдержал и произнес те самые бесполезные слова, что крутились на языке.
– Ну конечно! – насмешливо возразила она. – Ты можешь ручаться за себя, но откуда ты знаешь, что у них в головах? – Анелла кивнула на остальных пассажиров, понизив голос. – Мало ли, позавтракать забыл, а тут я… – едва слышно добавила она.
Диализ с трудом сдержал смех, позволив себе лишь улыбнуться, не размыкая губ.
– Даже если кто-то из них не позавтракал, – так же понизив голос, ответил он ей. – То это не повод для него нарушать закон. Голодные люди же не забегают в продуктовые магазины и не грабят их?
Анелла бросила на него хмурый взгляд.
– К тому же вампиры могут не пить кровь неделю без особых проблем и до месяца – с прогрессирующими… особенностями, – продолжил Ди. – Но даже в таких условиях безумными и кидающимися на людей мы не станем, особенно учитывая, что кровь доступна в изобилии в тех же продуктовых магазинах.
– Поэтому до сих пор в новостях сообщают о случаях нападения вампиров, – невозможно было не заметить скепсис в ее голосе.
– Люди, кидающиеся с осиновыми колами на вампиров, тоже встречаются в новостях с некоторой регулярностью, – в ответ заметил Диализ. – Есть неадекватные и люди, и вампиры, и с этим ничего не поделать.
– Ну и кто готов поручиться, что среди них нет такого неадеквата? – закономерно снова кивнула она на остальной вагон. – Люди-то вампирам ничего не сделают, даже самые сумасшедшие, а вот вампиры…
– Я гарантирую, что никто тебе не причинит вреда, пока я рядом, – изложил другими словами свою первую фразу Диализ.
– Пф… – фыркнула Анелла, снова отворачиваясь к окну. – Супермен нашелся…
– Дело не в суперсиле, – разумеется услышал ее бормотание Ди, – а в происхождении.
Девушка снова отвернулась от окна и посмотрела на мужчину с любопытством. Диализ на мгновение задумался, но все-таки решил объяснить, в надежде, что это в какой-то мере действительно поможет успокоить ее, хотя поезд и не был самым удобным местом для таких разговоров.
– Я все-таки сын главы клана, – произнес он, понижая голос, чтобы не привлекать лишнего внимания.
Он не любил делать акцент на этом факте. В официальных кругах, на торжественных мероприятиях, где все знали его статус, это было одно, а другое – повседневная обстановка, где простых вампиров этот факт смущал и заставлял чувствовать себя обязанными, усложняя общение и привлекая ненужное внимание.
– И что? – ничего не поняла Анелла.
– Вам не преподавали принципы формирования вампирских кланов? – уточнил Диализ, чтобы сориентироваться, насколько нужно углубиться в историю.
– Э… Ну, вампиры разбились на семь частей и выбрали себе лидеров, которым присягнули на верность, – в целом правильно ответила девушка, но дьявол, как всегда, крылся в деталях.
– Так вот дело как раз в присяге, – подхватил он. – Это не просто словесное обещание подчиняться. Это классическая вампирская клятва на крови, а такие клятвы, как ты знаешь, умеют заставлять себя соблюдать.
– Да уж, знаю, – поморщилась Анелла.
– Так что власть глав кланов над присягнувшими им собратьями вовсе не формальная.
– Да то когда было!
– Клятвы приносятся от рода роду и передаются из поколения в поколение. Собственно, потому что я принадлежу этому самому роду, – Ди снова понизил голос, – несмотря на то, что я еще только будущий глава, я также имею некоторую власть, которая тем не менее позволит мне защитить тебя от любого.
– А с чего ты взял, что они все из твоего клана? – подозрительно спросила девушка.
– Это неважно. На другие кланы это тоже действует, хоть и слабее. Все вампиры так или иначе клялись подчиняться, – пояснил и этот момент Диализ.
– М-м-м… – задумчиво протянула Анелла, оставив наконец лямку рюкзака, и погрузилась в какие-то свои размышления. – А это какая-то секретная информация?
– Почему? – не понял Диализ.
– Ну ты так тихо говоришь…
– Нет, это не секрет. Я просто не люблю афишировать свой статус, когда в этом нет необходимости, – со вздохом пояснил Ди свое поведение.
– М-м-м… – снова протянула Анелла, задумавшись. – Интересная структура общества у вампиров. У людей есть один правитель – Император, а дальше парламент и правительство, и они сообща управляют всей страной. А у вампиров, по сути, нет центральной власти, но зато клановая власть строится на намного более самодержавных принципах.
– Вампиры долго шли к такому устройству общества, – на пробу осторожно ответил Диализ, но, не заметив скуки и неприятия во взгляде Анеллы, решился на небольшую лекцию. – Ранние вампиры были одиночками, постепенно по мере развития предки начали жить и охотиться семьями, позже эти семьи смогли объединиться в общины из нескольких родов. Но конкуренция за ресурсы и внутренняя борьба за лидерство не позволили таким объединениям существовать долго. При этом жизненные условия были тяжелыми, вампирские общины – малочисленными и сильно разрозненными по огромной территории всего севера, что продолжило толкать их к объединению. Тогда для сдерживания конфликтов и более рационального распределения дефицитных ресурсов появился прототип ныне действующей присяги. Она показала себя сверхэффективной даже в том недоразвитом виде, в каком была. Общины начали стабильнее выживать, их численность росла. И вот тогда появилась обратная проблема. Абсолютная, ничем не ограниченная власть крайне пагубно сказывалась на обществе. Произвол начал откатывать достижения, которых смогли добиться сообща, и приводить к расколу. Это все происходило веками, причем началось еще тогда, когда людей не было, – напомнил временные рамки Диализ.
– Современные исследования говорят, что люди появились примерно в то же время, что и вампиры, – заметила Анелла, – просто на южном континенте, Акидаре. И им потребовалось много времени, прежде чем они добрались до этого материка и расселились до тех широт, где охотились вампиры.
– Это справедливая теория, – кивнул Диализ. – Вампиры понятия не имеют, что творилось вне нашей территории в те далекие времена. Люди вполне могли жить хоть в южных широтах нашего Ильдидара и никогда не сталкиваться с вампирами. Южное солнце, как известно, крайне недружелюбно к нам.
Анелла даже чуть усмехнулась.
– Так, а как вы тогда пришли к клановой системе? – напомнила она, на чем остановился Диализ.
Тот, умышленно прервавший свой исторический экскурс для проверки заинтересованности собеседницы, порадовался вопросу.
– Какое-то время вампиры балансировали между анархией и слишком сильной централизацией власти, а потом плавно пришли к клановой системе, – продолжил он. – Это оказалось наиболее выгодной стратегией самоорганизации. Вампирам требовалась жесткая единая рука, чтобы поддерживать заведенный порядок, и в то же время – конкуренция и необходимость договариваться с другими такими же коалициями. Это сильно уменьшало градус произвола. Клановая система, на самом деле, довольно молода и прогрессивна относительно всей истории вампиров. Например, договор между нашими семьями был заключен до ее утверждения, – припомнил забавный факт вампир. – Но, правда, опередил совсем ненадолго.
– Боже, как же это давно было, – ужаснулась Анелла. – А почему кланов именно семь?
– Хм… Так сложилось, – развел руками Диализ, несколько удивленный вопросом. – Никто специально какое-то число не выбирал. Изначально их было больше, но вампиры были бы не вампирами, если бы не проверяли друг друга на прочность. Так что какие-то ранние кланы просто вырезали, какие-то поглотили, – с грустью сообщил он, – и так и осталось семь современных уравновешивающих друг друга кланов.
– Получается, и мирная жизнь относительно всей истории для вампиров не характерна? – сделала Анелла собственный вывод из исторической лекции.
– Если рассматривать с такой точки зрения, то да. Подавляющая часть вампирской истории кровавая, и не столько из-за способа питания, – подтвердил ее мысли Ди. – Амбиции, власть, агрессия – это все характерные черты вампирского общества.
– Так, когда людям ждать вампирского восстания? – Анелла спрашивала серьезно, однако Диализ не видел страха в ее глазах, скорее ему даже показалось, что это скрытая шутка.
– Никогда? – с задумчивой вопросительной интонацией произнес он. – Как насчет никогда? Это подходит? – в целом совершенно серьезно, но в шутливой манере ответил он.
– Вот прямо никогда? А как же амбиции, власть и агрессия? – одарила его скептическим взглядом Анелла.
– Если взглянуть на развитие и вампирского, и, к слову, человеческого общества, с точки зрения прогресса, а не исторических реалий, то становится очевидна тенденция к стабильности и процветанию, – пояснил Диализ свою мысль. – Согласись, сложно представить, что люди сейчас все бросят и снова вернутся к средневековому образу жизни, начнут ездить на лошадях и пахать землю, забросив заводы и научные институты и откатив весь прогресс.
– Зачем бы нам это делать? – поразилась Анелла.
– Ну вот и вампирам откатываться до клановых войн незачем. Думаю, вампирское общество уже переросло этот этап, и дальше будет новый, нам пока неведомый, – с убежденностью сказал Диализ.
– Но ведь амбиции никуда не денутся, – напомнила она.
– У человечества тоже есть свои амбиции.
– Пф… Ну очевидно же, кому проще будет одолеть противника, – фыркнула Анелла.
– Никому, – опроверг ее уверенные слова Диализ. – Вампиры уже не могут существовать вне Империи.
– Ну вот восстановите свою численность, и будут вам все законы по боку, – Анелла даже несколько удивила мужчину своим знанием вампирских проблем.
– А в процессе восстановления еще сильнее интегрируемся в общество. Буквально прорастем корнями, полностью завязавшись на совместный социум с людьми, – продолжил ее мысль Диализ. – Нет, все далеко не так просто. Я бы даже сказал, наоборот, очень сложно. Люди со временем становятся все более и более зависимыми от вампиров, но и вампиры не отстают по этим показателям. И я сейчас даже не про кровь в бутылках. Хотя поколение вампиров, никогда не рассматривавших людей как пищу и не пивших кровь непосредственно из них, а то и ранее являвшихся людьми – это тоже немаловажный фактор. Инфраструктура, социальное устройство, транспорт, рынок труда, управленческая и судебная системы. Не говоря уж о том, что без людей вампиры снова начнут вымирать.
– Да ну, конечно, лавочки в парке удержат вампиров в Империи, – с насмешкой отмахнулась Анелла.
– Я говорю о том, что жизнь вампиров, даже несмотря на закон о разделении, очень сильно связана с Империей людей. Бросить и остаться ни с чем – ради чего? – объяснил он.
– Ну что, вампиры сами дороги строить не умеют? Глупости! – не соглашалась Анелла.
– Люди тоже могут снова создать армию, разработать новое оружие и защищаться и от соседей, и от нежити, могут сами тушить пожары и работать спасателями, сами добывать руды в труднодоступных местах и заниматься их литьем и ковкой, и так далее. Но это неэффективно, – заметил Диализ. – А союз людей и вампиров эффективен и, я уверен, будет эффективен в будущем. Так что амбиции нам всем придется реализовывать как-то так, чтобы не разрушать его, а договариваясь между собой.
– Звучит хорошо…
– Я рад, что ты одобряешь наше сотрудничество, – чуть улыбнулся Диализ.
– Нужно быть совсем глупым, чтобы не понимать, что люди проиграют в столкновении с вампирами, – пожала плечами Анелла.
– Вампиры тоже проиграют, просто чуть позже, – сказал Ди.
Анелла бросила на него долгий изучающий взгляд.
– Если это так, и ты это понимаешь, то, пожалуй, хорошо, что в будущем именно ты станешь… – неожиданно заговорила она. Ди, поняв, к чему она клонит, поспешно приложил палец к губам, – тем, кем станешь, – изменила она формулировку.
В этот раз Диализ улыбнулся по-настоящему, без попыток скрыть клыки. Мгновенное осознание заставило его сжать губы, но негативной реакции не последовало.
– Я приложу все усилия, чтобы быть хорошим тем, кем стану, – с легким поклоном ответил он.
И – о чудо! – на лице Анеллы тоже появилось пусть слабое, но подобие улыбки.
Остаток пути прошел спокойно. Анелла, конечно, большую часть времени молчала и печально смотрела в окно, обдумывая свои, очевидно, невеселые мысли, однако иногда разговор возобновлялся и, к радости Диализа, какого-то серьезного напряжения в нем не ощущалось.
Шевлон встретил их моросящим дождиком. Анелла оживилась, торопясь поскорее оказаться дома. Диализ же предположил, что встреча с родными может всколыхнуть ее только-только нормализовавшееся душевное равновесие, и заранее опасался повторения ночных рыданий. Впрочем, умение предугадывать события, похоже, решило надолго выйти из-под контроля Ди, так как и в этот раз ожидание не сбылось. Анелла была невероятно счастлива от встречи с родителями и, в отличие от матери, не проронила ни слезинки. Она просила прощения за свой побег и заверяла, что у нее все хорошо и прекрасно и было бы, конечно, лучше без всех этих событий, но функция отмены, к сожалению, не предусмотрена.
Сам Диализ также дождался своей «минуты славы» и благодарностей, после того как родители Анеллы убедились, что их дочь действительно в полном порядке. Ну а потом ему пришлось поторопить Анеллу, отправившуюся собирать вещи и там и застрявшую, напомнив о приеме. Так же уже перед самым выходом он был вынужден напоминать и о сменившемся юридическом статусе Анеллы, из-за которого она не сможет навещать родителей, по крайней мере, слишком часто, чтобы не привлекать внимание имперхрана.
Крепко обняв обоих вышедших провожать ее на улицу родителей по очереди, Анелла сообщила им, что все будет хорошо, и все-таки села в давно ожидающую их машину, присланную из замка. Диализ понимал всю значимость момента для девушки, но он также помнил и о других не менее важных делах, которые их ждали, и их время неумолимо приближалось, и потому торопился. Машина мягко тронулась, Анелла с улыбкой махала родителям, пока те не скрылись за поворотом, после чего ее лицо резко изменилось.
– Дебильные законы… – со злостью сказала она, опуская руку и сжимая ее в кулак.
Диализ не был с ней согласен, однако признавал, что что-то в них все-таки нужно было менять. Ну просто потому, что запрещать близким родственникам общаться друг с другом из-за обращения было варварством. Да, некоторые действительно боялись вампиров настолько сильно, что не могли больше поддерживать связь, но таких со временем становилось все меньше. Ну или ему хотелось, чтобы так было, и он позволял себе заблуждаться. В любом случае, Диализ считал, что у людей должен быть выбор в этом вопросе. А необходимость нарушать закон в случае, когда страх недостаточно силен, работала вообще против концепции заключенного Мира.
Анелла вдруг снова подняла руку, и Ди понял, что она стирает слезы. Диализ, решивший, что буря миновала еще у нее дома, был вынужден признать: он снова ошибся с прогнозами. Однако ему, как и прежде, было нечего ей сказать, так как их ситуация не изменилась ни на йоту. И он все еще был пусть и невольной, но причиной этих слез.
***
Машина увозила меня все дальше и дальше от родного дома в сторону ужасного вампирского замка. Почему ужасного? Так один вампир вызывал страх, а в замке их должно было жить множество! И пусть этот замок находился всего в нескольких десятках километров от моего города, это ничуть не утешало. По закону я не могла больше навещать родителей. Дебильные законы! Диализ, конечно, заверял, что не собирается меня обращать, но в данном случае дело было не в нем. Родители захотели бы видеть меня, даже если бы я стала вампиром. А вот закон считал иначе.
Я сама не заметила, как из глаз потекли слезы. Дома я твердо решила держаться и снова и снова повторяла почти как заклинание, что все хорошо. Родители и так изводились от переживаний, и я не хотела добавлять им еще беспокойства. Что толку? Мы все равно ничего не можем изменить. Если бы они узнали, как мне плохо, это лишь сделало бы ситуацию еще невыносимее. Вполне вероятно, что попытки что-то предпринять привлекли бы внимание имперхрана, и тогда даже редкие встречи стали бы невозможны. Диализ пока держит слово – он обещает мне нормальную жизнь, и, по крайней мере, пока все действительно так. Конечно, нормальная жизнь в замке вампиров звучит как оксюморон, но скоро мне придется убедиться в этом на собственном опыте.
Я стерла слезы и бросила короткий взгляд на мужчину, сидящего рядом со мной и тоже сосредоточенно что-то высматривающего в затемненном окне. Диализ Валахо, вампир, назначенный мне, мой муж. Это все еще звучало дико для меня, но уже не настолько чужеродно. За время, что я провела с ним, образ «абстрактного ночного ужаса» начал стираться. Передо мной был вполне определенный мужчина – с мыслями, желаниями, привычками. Да, он заворачивался в черный плащ и питался совсем иной едой, но в остальном я, к своему удивлению, не видела между ним и обычными людьми огромной пропасти. Да, у него были другие привычки, другое образование, другой взгляд на жизнь, но это все могло быть и у человека, скажем, с Акидара. Это не какие-то особенности чисто вампирской расы! Разве что аура страха… Но, как ни странно, я действительно к ней потихоньку привыкала. Вспоминая нашу первую встречу, я понимала, насколько сильно изменились мои ощущения. Тогда я едва сдерживалась, чтобы не убежать, а теперь спокойно сидела рядом с ним. И даже вампир-водитель не заставлял меня напрягаться так сильно, как должен бы. Или это убеждение Диализа, что рядом с ним мне нечего бояться, так действовало? В любом случае, я была рада, что мой страх отступал. Лучше один раз умереть от вампирских клыков, чем всю жизнь бояться. А именно столько мне теперь жить среди них. Нужно было как-то приспосабливаться…
– Почти приехали, – голос Диализа вырвал меня из размышлений.
Я с подобием интереса всмотрелась в пейзаж. За высокими соснами показались шпили, а по мере приближения – и все строение. Это и в самом деле был замок! Огромный, величественный и, как ему и положено, мрачный. Дух захватывало от его вида. Он будто сошел со страниц страшных детских сказок про вампиров, которые сейчас маленьким детям уже, конечно, не читали, но как культурное достояние их проходили в школе. И в сказках в этом красивом сумрачном замке жил злой-презлой вампир, который веками третировал людей. А мне теперь предстояло войти в этот замок, и вовсе даже не для того, чтобы убить или обмануть этого злого злодея. Этот замок станет моим домом…
Из машины мы вышли на подъездной дорожке. Вокруг не было ни заборов, ни охраны, ни вообще кого бы то ни было. Да, собственно, и логично. Кто в здравом уме сунется в вампирские владения?
– Держи, – неожиданно сказал Диализ, подойдя ко мне.
Я с удивлением посмотрела на него, а затем на предмет, который он протянул. Это был фонарь. Не очень большой, зато богато украшенный ковкой и чеканкой. Взяв это произведение искусства за ручку, я поняла, что он, несмотря на ажурность, был довольно тяжелым.
– В замке не везде проведено электричество, да и тебе будет проще самой освещать себе путь, чем искать выключатели, – пояснил свой «подарок» Диализ. – Заряжать его будешь у себя покоях.
«Покоях, – царапнуло меня непривычное слово. – Да, Ани, привыкай, теперь у тебя не комната, а целые покои…»
– Спасибо… – растерянно поблагодарила я, чувствуя, как во мне медленно нарастает паника.
Храбриться дома было легко. Храбриться, стоя на пороге вампирского замка не получалось вовсе. Замок пугал, точнее, пугало то, что находилось за его дверями – неизвестность, точно заполненная вампирами.
– Не бойся, – мягко не то попросил, не то напомнил один из этих вампиров, стоящий рядом со мной.
– Легко сказать…
И вот широкая лестница осталась позади, а за спиной захлопнулась дверь, отрезая меня от света и от привычного мира. Я щелкнула выключателем, освещая свой новый мир.
– Роадан Диализ, – глубокий голос раздался из темноты, заставив меня вздрогнуть. Из теней выступил высокий вампир, низко поклонившийся моему спутнику. Затем он обратился ко мне: – Госпожа.
Сердце подскочило к горлу, словно пытаясь пробиться наружу.
– Это управляющий замком, – представил напугавшего меня до чертиков вампира Диализ. К счастью, моего ответа не требовалось. – Бенефор, исполнены ли мои распоряжения?
– Все готово, – с новым поклоном ответил тот.
– Отнесите вещи моей жены в ее покои, – отдал распоряжение мой вдруг ставший совсем другим вампир. – Отец у себя?
– Так точно, роадан, – новый поклон.
Диализ зашагал вперед, и я поспешила следом, стараясь не отставать. Оставаться одной в этой тьме мне не хотелось.
«Вот тебе и «начала привыкать», вот тебе и «морально подготовилась», – с трудом успокаивая сердце, про себя ужасалась я. – Один вампир из-за угла выпрыгнул, и все! Так и до сердечного приступа недалеко…»
– Это главный коридор, – голос Диализа вернул меня в реальность. Он снял капюшон, и мягкий свет фонаря на мгновение осветил его лицо. – Дальше – большой зал для приемов. Сегодняшний прием будет проходить там. Мы направляемся в малую приемную главы клана, чтобы поприветствовать моего отца.
Я более-менее хорошо видела только темный ковер под ногами. Стены довольно просторного коридора уже едва проглядывали во мраке, не говоря уж о том, чтобы охватить взглядом все помещение.
– Заблудиться и не жить… – пробормотала я, замечая черные провалы по бокам этого главного коридора. Куда они вели? Одним вампирам, здесь проживающим, было ведомо…
– Со временем ты изучишь замок, – попытался приободрить меня Диализ.
– Боюсь, мне для этого понадобится прожектор, – честно ответила я.
Изучать замок с этим фонариком я смысла не видела. Он был красивым, но тусклым, а его вес и вовсе не располагал к долгим и вдумчивым прогулкам по кромешной тьме вампирского жилища, где из каждого темного угла мог выпрыгнуть местный житель.
Мы свернули в очередной коридор и снова зашагали, будто замок был бесконечным. Зато я отметила, что страх стал постепенно угасать. Похоже, вампиров, кроме Диализа, вокруг не было. Что ж, был и плюс в огромности этих хором! Обитателей тут было явно меньше, чем позволяла площадь, а значит, не везде меня будет преследовать их аура.
– Что такое «роадан»? – припомнив, спросила я.
– Титул наследника главы клана, – ответил Диализ. – Роавэн – глава клана.
– Мм…
Сколько нового мне еще предстоит узнать?
Темный коридор наконец остался позади, и мы остановились перед высокими двустворчатыми деревянными дверьми, украшенными резьбой. Диализ коротко постучал, дождался чего-то ведомого одному ему и потянул за ручку.
Из доступных моему взору предметов я отметила, что ковер поменялся и стены раздвинулись, перестав даже иногда попадать в отсветы фонаря. По резко усилившемуся давлению страха я поняла, что больше мы с Диализом не одни. Через несколько шагов свет фонаря выхватил спинку антикварного кресла, рядом с которой я и остановилась вслед за Диализом.
– Приветствую, отец, – громко сказал Диализ и отвесил темноте впереди поклон.
Я бросила испуганный взгляд в ту сторону, куда он смотрел, решая, должна ли я тоже поклониться или мне нужно как-то иначе приветствовать главу клана, которого я даже не вижу.
– Прискорбно, – раздался тягучий мужской голос из темноты. – Манерам, я вижу, людей совсем не обучают.
Леденящий ужас пробежал вдоль позвоночника. Этот голос из темноты, мягкий и густой, был похож на голос Диализа и не похож одновременно. Вместо успокоения он внушал пронзающую жуть. Спешно, насколько позволяли дрожащие ноги, я попыталась повторить поклон, который только что видела. Сказать что-то я не смогла бы при всем желании.
– Прошу прощения, это моя ошибка. Я не успел разъяснить основы этикета, – тем временем ответил мой вампир.
В повисшей тишине послышался звук отодвигаемого стула и мягкий шорох ткани. Глава клана, очевидно, решил приблизиться. Я тихо перевела дух, готовясь сама не зная к чему, но ничего особенного не произошло. В ореол света фонаря сначала скользнула длинная пола костюма главного вампира, а потом и вся остальная его фигура.
Отец Диализа и внешне оказался удивительно похож на сына, ну или точнее сын очень походил на отца. Правда, по главе клана сразу было видно, что ему точно не сто лет и даже не двести. Нет, вампиры, конечно, не старятся таким же образом, как люди, но возраст все же накладывал отпечаток на их лица. А еще очевидная привычка этого конкретного вампира хмуриться оставила заметный залом между бровей.
– Позволь представить вам мою супругу Анеллу Валахо, – продолжил Диализ, пока я пялилась на его отца.
«Должна ли я снова поклониться?!» – в панике подумала я.
Под взглядом этого вечно хмурого вампира я совершенно не знала, что делать.
– А тебе моего отца, Анадора Кауш Валахо, главу клана Нилан, – это уже Диализ обратился ко мне.
Я все-таки поклонилась на всякий случай. Отец Диализа снисходительно кивнул и неожиданно скривился то ли на свет в моих руках, то ли на меня саму.
– Что ж, могло быть и хуже, – изрек он и исчез из поля моего зрения. – До приема объясни ей элементарные правила приличия, проследи, чтобы она была подобающе одета, а не вот это, – он сделал многозначительную паузу. – И во время приема контролируй ее поведение.
– Да, отец, – Диализ снова поклонился.
– Не смею задерживать.
Я оторопела… Он говорил так, будто меня здесь не было, будто я была совершенно неразумной и необучаемой зверушкой, за которой Диализ должен присматривать. Это было настолько неожиданно и так унизительно, что даже страх отошел на второй, а то и на третий план. Я, будучи предупрежденной Диализом, что его родители крайне консервативные вампиры, не ожидала теплого приема, но я и помыслить не могла, что все будет настолько отвратительно.
– Пойдем, – тихо позвал меня Диализ.
Я отмерла и поспешила за ним. Прочь из этого мерзкого места!
– Извини, – сказал Диализ, когда мы отошли достаточно далеко от дверей. Его голос звучал мрачно. – Глава не очень жалует людей…
– Не очень?! – воскликнула я.
– Тише, – попросил Диализ. – Я не думал, что он… – замялся он.
– Могло быть и хуже? – я сбавила громкость голоса, но возмущение в нем никуда не делось. – Да я что, по собственной воле пришла сюда? Сама замуж напрашивалась? Тебе в невесты всеми правдами и неправдами набивалась?!
– Извини, – повторил он.
Дальше по бесконечным черным коридорам и лестницам мы шли молча. Я злилась в первую очередь на отца Диализа, но отчасти и на него самого, не понимая его поступка. Диализ тоже считал такое поведение неприемлемым, но никак не отреагировал!
Резко распахнувшаяся передо мной дверь заставила прищуриться. Яркий дневной свет после всех этих переполненных темнотой коридоров ослеплял.
– Твои покои, – сообщил Диализ, накидывая капюшон.
Проморгавшись, я с большим рвением переступила порог комнаты, опуская и отключая наконец ненужный тут фонарь. Как оказалось, это была еще не спальня, а что-то вроде внутреннего тамбура с затемненными стеклами в двери, очевидно предназначенный для вампиров, чтобы они не попадали сразу же на солнце, если забыли о том, что следующее помещение освещено. А вот за дверью уже находилась, судя по всему, гостиная выделенных мне покоев. Свет, к моему удивлению, оказался солнечным и лился из широких окон, хотя на потолке также имелась грандиозная люстра. Обилие мягкой антикварной мебели, тяжелых драпировок, низкие столики и множество вычурных украшений, оформлявших пространство, недвусмысленно указывали на предназначение помещения. Все выдержано в темных красно-коричневых тонах, стильно и явно невероятно дорого. Центром интерьерной композиции был огромный камин, занимавший половину стены. Собственно, ожидать от вампирского замка иного отопления было бы глупо. Спасибо, что электричество провели!
– Добрый день, роадан, госпожа, – раздался голос сбоку.
Я чуть вздрогнула. Из тени неожиданно вынырнула женщина, закутанная в черный плащ, и присела в реверансе.
– Это твоя горничная, Эзаила, – представил вампиршу Диализ.
Два повода для изумления соперничали во мне, не желая уступать друг другу. У меня теперь есть горничная?! И я не почувствовала страха, хотя она была здесь все это время?!
– Добрый день, – рассеянно ответила я, глядя на свою… горничную…
– Можешь пока быть свободна, – коротко сказал Диализ.
– Да, роадан, – закутанная в черное Эзаила поклонилась и проскользнула к двери.
– Осмотрись пока сама, может быть, захочешь освежиться с дороги, – это Диализ обратился уже ко мне. – Я вернусь через пять минут и покажу тебе все.
И я осталась одна в этой грандиозной комнате, где мне прикасаться-то к чему-то было страшно. А они тут в таких условиях живут всю жизнь…
«И ты теперь тут будешь жить… до конца своих дней!» – сразу же сообщило мое внутреннее я, впечатленное всем происходящим вокруг.
Я тряхнула головой, отгоняя дурацкие мысли, и все-таки решила пройти по гостиной, раз уж это мои… покои. Мебель действительно поражала воображение. Я такую только в исторических фильмах и в музеях видела! В музеях она, правда, была в самом деле старинной, а тут явно новой, но специально сделанной в таком стиле.
Обойдя половину периметра комнаты, я увидела ее – дверь на балкон! С трудом сдвинув щеколду, я распахнула створки и вдохнула прохладный лесной воздух. Шаг, и я оказалась на небольшом балкончике с каменными перилами, с которого открывался вид на бор. Величественные вековые сосны окружали вампирскую резиденцию. В отличие от лиственных деревьев, которые еще стояли голыми, сосны были вечнозелеными и создавали мрачноватую, но освежающую картину.
– Любуешься видами? – раздался голос справа от меня.
Я с удивлением увидела рядом с собой Диализа. Как я умудрилась пропустить его появление?
– Проверяю, можно ли тут выйти в окно, – съязвила я, еще кипя от недавних унижений. – Низковато… – впрочем раскритиковала я.
У балкона была всего высота этажа максимум третьего.
– Это тебе нужно подняться в восточную башню. Она самая высокая, – поделился знанием планировки Диализ, явно без труда понявший мой сарказм.
– Покажи мне ее как-нибудь, – заинтересовалась я.
Оттуда наверняка будет открываться шикарный вид на лес!
– Хорошо, – согласился он. – А пока, если ты прямо сейчас прыгать не собираешься, пойдем внутрь?
Я пожала плечами и вернулась в помещение.
– Это большая гостиная. Для официальных визитов и приема гостей, – начали мне экскурсию по моему будущему «дому».
«Каких еще гостей? Кто ко мне может прийти?» – недоумевала я про себя, но тем не менее кивнула.
– Это малая гостиная. Для отдыха и общения с узким кругом, – провели меня в следующее помещение.
Эта комната мне понравилась больше. Она в самом деле выглядела поменьше и была обставлена не с такой грандиозностью, хоть и тоже в сдержанно вампирских тонах.
– Это кабинет. Я подобрал для тебя книги из библиотеки, которые считаю наиболее полезным, чтобы ты могла быстрее понять жизнь среди вампиров и привыкнуть к ней. Это спальня, думаю, тут ничем от человеческих не отличается.
Спальня тоже отличалась. Нет, конечно, постелей в гробу тут устроено не было, но такими кроватями я не то что никогда не пользовалась, но даже близко не видела! Санузел за дверью в спальне тоже не демонстрировал мне какие-то странные вампирские особенности: та же ванна, тот же унитаз, только антикварнее. Разве что вот в этом помещении я бы предпочла обойтись без окон, по крайней мере, без таких огромных. Хотя кому тут в глухом лесу ко мне заглядывать? Диализ показал, как и где включается свет, как настроить его яркость, где заряжать своего незаменимого спутника в темном царстве – фонарь, продемонстрировал, как вызывать свою горничную, а также указал, с какими книгами в первую очередь стоит ознакомиться. Одной из которых, конечно же, стал вампирский этикет.
– А сегодня, на приеме, что мне делать? – нехотя напомнила я о словах, брошенных отцом Диализа.
Собственно, я бы с большим удовольствием, да еще и после такого «теплого» приветствия вообще ни на какой прием не пошла. Однако я чувствовала себя в некоторой мере обязанной Диализу за то, что он без каких-то упреков нашел сбежавшую меня, объяснил ситуацию и вернул родителям, чтобы я могла нормально попрощаться и собрать вещи. Даже учитывая, что он сам был заинтересован в немедленной свадьбе, все остальное он точно делать был не обязан.
– Ничего. Повторяй за мной. Если не знаешь, что делать, молчи, – выдал мне максимально простые инструкции Диализ. – За пару часов ты все равно ничего толком не запомнишь, а время до приема лучше потратить с большей пользой.
– А потом кое-кто прямо на приеме сообщит, какая я невоспитанная… – досадливо пробормотала я, в общем-то признавая его правоту.
– Не думал, что когда-то скажу это, но не обращай на него внимания, – вздохнул Диализ. – Никто не ожидает от тебя, что ты по щелчку пальцев освоишь все тонкости вампирского этикета, который сами вампиры изучают годами. Сегодня достаточно твоего присутствия. Причем не обязательно долгого, поэтому как устанешь – скажи.
Он помолчал, потом добавил:
– Единственное, запомни. Ты жена наследника клана. Ты никому не обязана кланяться в пояс, даже моему отцу, достаточно лишь вежливого поклона.
Я хотела было спросить, в чем отличие, но сама вспомнила, как кланялись слуги и как он сам поклонился отцу. Разница была очевидной.
– Хорошо, – только и ответила я.
Диализ почему-то застыл. Он ничего не говорил, но и не уходил. Я видела лишь нижнюю половину его лица и напряженно сжатые губы на ней.
– И ничего не бойся, – видимо закончив обдумывать, произнес он. – Я понимаю, что это как безногому сказать беги, но все-таки… В замке все знают о клятве, а главное – о ее последствиях. Тебе абсолютно ничего не угрожает. Слуги будут заботиться о твоем комфорте и исполнять поручения, а с отцом и матерью ты не будешь пересекаться.
– А больше здесь никто не живет? – удивилась я.
Такой огромный замок и такой пустой?
– Постоянно – нет. Но, как глава клана, отец часто принимает здесь гостей по делам, – ответил Диализ.
– Вот им ближний свет мотаться сюда из Шевлона или вообще из столицы, – поразилась я «рациональности».
– У всех кланов есть представительство в столице, но отец не любит человеческие города, предпочитая тишину родового замка.
«Вот самодур», – про себя обалдела я.
Пожалуй, мне действительно следовало проигнорировать грубость главы. Если уж он своих же подчиненных ни во что не ставит и нещадно гоняет туда-сюда из-за собственного эгоизма, то люди в его вселенной вообще где-то на уровне насекомых должны болтаться.
– Если у тебя нет вопросов, вызови Эзаилу и начинай готовиться к приему. Я зайду за тобой через три часа. Мы должны будем прибыть вовремя и приветствовать гостей. Это самая важная часть. На ней твое присутствие обязательно. Дальше – как пожелаешь.
Что ж, собираться так собираться! Я, правда, себе не очень хорошо представляла, что мне там собирать. Принять душ, высушить волосы, накраситься и выбрать из чемодана что-нибудь, что не помялось – на все про все максимум час. Выглядеть, правда, «прилично» по меркам главы вампиров я вряд ли буду, но придется ему довольствоваться тем, что есть. Другой одежды у меня нет. Если не устраивает, пусть сам покупает!
Как же сильно я заблуждалась… Три часа оказались необходимым минимумом для подготовки «юной вампирской леди». К тому же приличных платьев у меня, оказывается, был полный шкаф, и все – моего размера! А еще обувь, дорогущая косметика и даже украшения!
– Эзаила, а откуда все это? – подозрительно спросила я, удивленно перебирая разнообразные и явно недешевые платья, сшитые по вампирской моде.
– Вироа лично занималась подбором вашего гардероба по просьбе роадана, – ответила горничная.
Эзаила оказалась очень тихой и скромной вампиршей, которая меня совершенно не пугала. Ее безмерное уважение к семье главы клана ощущалось в каждой фразе и, как ни странно, распространялось на меня, хоть я и была человеком. Это вселяло надежду, что не все в замке такие же… неприветливые, как глава. Правда, из-за этого ее сверхъестественного пиетета с ней невозможно было нормально поговорить, молчу уж про какие-то околоприятельские отношения. Ну да по крайней мере она исправно отвечала на мои вопросы, которых у меня было и явно еще будет много.
– Вироа? Кто это? – уточнила я, поняв, что услышала еще одно название кого-то на вампирском.
– Супруга главы клана, первая госпожа клана, вироа Гринбера, – и в этот раз дала мне исчерпывающий ответ Эзаила.
– Мать Диализа? – уточнила я.
– Да, госпожа.
– А как обращаются к главе клана? – задалась я насущным вопросом.
– Роавэн Анадор Кауш Валахо.
– Прям целиком это нужно говорить? – вообще, я совершенно бы этому и не удивилась, после его замашек, но все-таки спросила на всякий случай.
– Это официальный титул. При личном обращении можно использовать сокращенный вариант: роавэн, – просветила меня Эзаила.
Это была полезная информация.
– Какое из платьев нужно надеть на прием? – перешла я к более насущным вопросам.
– Для приема вироа распорядилась подать вот этот наряд, – указала мне куда-то за спину горничная.
С мыслью «ага, за меня уже все решили и это, пожалуй, к лучшему» я обернулась и даже удивилась, как сразу не заметила разряженный портновский манекен, стоящий с другой стороны от входа в гардеробную. Видимо, я так сильно впечатлилась сообщением, что у меня полный шкаф платьев, что решила: это какой-то очередной помпезный декор, а не реальный костюм.
Красный будто светящийся шелк, покрытый тончайшими черными кружевами, богато украшенный лиф, невероятно широкие и длинные рукава, декольте и юбка до пола. Я не знала, какое чувство из одолевших меня при виде этого платья было сильнее: ужас или восхищение. Восхищение потрясающей работой дизайнера и портного, которые сотворили это без сомнения великолепное платье. И ужас от перспективы надеть его на себя. Разумеется, я таких платьев никогда не носила и даже вблизи не видела. Да и с чего бы мне одеваться по вампирской моде, даже если бы я могла себе это позволить? Но я должна была надеть это прямо сейчас!
«И будешь под стать своей большой гостиной. Такая же псевдовампирша, как и она – псевдоантиквариат», – немедленно поздравила я себя, представив, как это будет смотреться.
От одной мысли, насколько глупо я буду выглядеть, стало дурно. В отличие от этого, те платья, что висели в шкафу, скорее вызывали во мне интерес. Наверное, многие девочки хотя бы раз в жизни представляли себя принцессой или какой-нибудь знатной дамой и в своих мечтах пафосно расхаживали в расшитом платье. А тут у меня появилась возможность примерить такие мечты наяву. Вампирские платья, конечно, отличались от человеческих, но по удобству сильно выигрывали у исторических прототипов хотя бы тем, что не содержали в себе никаких слишком жестких или пышных элементов. Так что замена была очень даже годной. Но ЭТО платье с манекена было совершенно другого масштаба! И образ блистательной державной дамы, приковывающей к себе всеобщее внимание, я на себя примерять не хотела. Да что там! Меня одна мысль об этом повергала в ужас!
– Я точно должна это надеть?!
– Вам не нравится? – обеспокоилась Эзаила.
– Дело не в этом. Я просто не смогу его надеть! – всплеснула я руками.
– Я помогу вам, – неправильно поняла мои слова Эзаила.
– Да нет! Оно слишком… слишком… Слишком для меня! – не смогла толком выразить я свою мысль.
Слишком роскошное? Слишком вызывающее? Слишком несоответствующее моему самоощущению!
– Это прием в честь вашей свадьбы с роаданом. Вы не можете выглядеть на нем «слишком», – мягко, но твердо возразила Эзаила.
«Собственно, платье и не должно соответствовать мне. Оно должно соответствовать моему новому статусу и поводу его надеть», – сама себе ответила я, но все равно нахмурилась еще сильнее.
Впрочем, смотреть на платье без содрогания все одно не получалось. Оно очень красноречиво свидетельствовало о том, что меня ждет.
«Ну же, Ани! То ты вампиров боишься, теперь и платье тебя пугает. Скоро так своей тени бояться начнешь», – попыталась урезонить я себя.
Через два часа я, облаченная в платье, идеально причесанная и накрашенная, смотрела на себя в зеркало и пыталась найти признаки нелепости своего обличья. Пыталась и, к своему немалому удивлению, не находила. Отражение, конечно, было совершенно не таким, к какому я привыкла, но в остальном… Платье в большом зеркале в толстой раме выглядело уместным, прическа, украшенная нитями с переливающимися красными безусловно драгоценными камнями, и темный макияж с ним гармонировали. И даже мое растерянное выражение лица смотрелось скорее, как некая отстраненность, вполне подходящая для людей, облаченных в настолько помпезное одеяние. Одно только мое внутреннее самоощущение абсолютно не стыковалось ни с какой частью этого чуждого мне образа.
– Госпожа Анелла, роадан ожидает вас в гостиной, – раздался голос Эзаилы.
Я встрепенулась, выныривая из пучины безрадостных мыслей, и направилась к выходу из гардеробной. Это невероятное платье оказалось не настолько неудобным, насколько выглядело. Длина до пола и тяжесть ткани были непривычными, но вполне терпимыми, особенно благодаря удобной обуви, прилагавшейся к образу. Так что я довольно бодро прошагала короткий коридор и вышла в гостиную, где меня должны были ожидать. Правда, кто?
Честно говоря, в первый момент мне показалось, что за мной по поручению Диализа пришел кто-то посторонний. Лишь спустя одно оторопелое мгновение я поняла, что это он сам, просто он тоже нарядился к приему.
Раньше национальный мужской вампирский костюм я видела только в учебниках истории да в музее, и внимание мое он совершенно не привлек. Какое-то нагромождение тряпок разной длины, так что даже непонятно, что это вообще такое: платье или все-таки брюки с плащом. Современный вампирский национальный костюм, да еще и на живом мужчине, выглядел совершенно иначе. Черная запашная рубашка с вычурной отделкой горловины была заправлена под широкий кожаный пояс с поблескивающими золотом украшениями. Снизу была длинная двухслойная… э-э… ну… юбка. Верхний слой – полупрозрачный черный, внутренний – темно-красный, похожий на оттенок моего платья. Или этот подол, шедший от пояса, являлся продолжением рубашки? В любом случае сверху на это «платье» была наброшена богато украшенная золотой вышивкой черная длинная накидка с широкими рукавами почти до пола, а на груди красовался какой-то огромный не то амулет, не то орден.
Когда Диализ двинулся ко мне навстречу, я поняла, что «юбка» эта не цельная, а состоит из больших лоскутов, идущих внахлест, и под ней все-таки есть брюки, которые мелькали в разрезах при движении. И, честно говоря, выглядело это не менее фантастично, чем мое собственное отражение в зеркале…
– Прекрасно выглядишь, Анелла, – обратился ко мне Диализ.
Я же все еще пялилась на него, пытаясь собрать его прежний образ и нынешний воедино. Точнее, я попыталась вспомнить, во что он был одет до того, и не смогла. Но это точно была какая-то совершенно обычная, похожая на человеческую одежда, иначе бы я запомнила. И волосы он тогда от лица убирал, скручивая пряди назад, а сейчас они свободно струились и накрывали скулы.
– Что-то не так? – обеспокоился Диализ, не дождавшись моей реакции.
– Офигеваю от вампирской моды, – честно ответила я, прекращая рассматривать его одежду и поднимая взгляд к лицу.
– Эшаон – национальный вампирский костюм, – назвал мне это не то платье, не то юбку с плащом носитель этой самой вампирской культуры.
Я снова окинула его взглядом и чуть качнула головой, отгоняя всякие неуместные сравнения и эпитеты. Мне предстояло сейчас выйти в высшее вампирское общество, и мысли о всего лишь тряпках явно были ни к чему.
– Что? – снова спросил Диализ, чуть усмехаясь.
– Максимально непривычно.
– Сейчас больше половины приглашенных будут одеты так же, – заметил он.
– Ну, значит примелькается, – рассудила я.
– Рано или поздно, – согласился Диализ и чуть сдвинул брови. – Сможешь взять меня под руку?
Я честно посмотрела на его руку, потом снова в глаза, пытаясь понять, что в этом может быть сложного. Из-за совершенно непрактичного кроя наших рукавов? Вряд ли это настолько помешает просто идти рядом. И только спустя пару мгновений до меня дошло, что еще буквально вчера я даже стоять так близко к нему не могла, а сейчас… Сейчас я в самом деле была готова добровольно идти с ним под руку. Кажется, эта его подруга Рива оказалась права. Привыкнуть к вампирам можно. Ну или, по крайней мере, к одному конкретному вампиру (муж он все-таки или кто?), с которым я благополучно дошла до двери, выглянула в коридор и вспомнила:
– Фонарь! – я поспешно вернулась за своим «сокровищем».
Вот уж не самый удобный аксессуар к платью, но, по крайней мере, будет чем руки занять, если что.
Снова в тусклом свете мимо проплывали коридоры и лестницы, а я буквально кожей ощущала, что мы приближаемся к тому самом залу для приемов. Привыкла к вампирам? Черта с два! Когда их такое зашкаливающее количество, беспричинная жуть будто наползала из темных углов.
Я вдруг почувствовала, как мою ладонь сверху накрыла рука Диализа.
– Не бойся, – он приостановился, чуть поворачиваясь ко мне.
В его глазах красноватыми отблесками светилась забота. Я поняла, что неосознанно вцепилась в его руку, а он тем временем накрыл мою ладонь другой рукой. Что ж, пусть он и вынужденный, но все же муж!
– Слишком много, – прошептала я, покачав головой. Сердце уже билось где-то в горле
А ведь я еще даже не вошла в зал! Это было очень плохо. Я прикрыла глаза и постаралась успокоить пульс.
«Это лишь реакция тела. Особенность вампиров. Они это не нарочно, просто не могут отключить. Никто не хочет на самом деле сделать мне ничего плохого. Они не будут убивать вместе со мной весь свой клан», – напомнила я себе, медленно выдыхая и усилием воли расслабляя мышцы.
– Пойдем, – поторопила я Диализа, не уверенная, насколько хватит этого моего самовнушения.
Двери в мой персональный ад на сегодняшний вечер открывались слишком медленно. Гомон голосов, окативший меня в первое мгновение, тут же затих. Или, может, у меня уши заложило от ужаса? Да нет, шорох одежды я слышала, как и раньше. Мы перешагнули порог, и я уловила, как перед нами стали расступаться невидимые мне гости, и впервые порадовалась, что толком ничего не вижу в этом небольшой пятне света, который давал фонарь. С одной стороны, тьма вокруг пугала, с другой – я представления не имела, что бы со мной случилось, если бы я увидела толпу вампиров. Тьма милосердно скрывала от меня истинные размеры моего страха.
Мы чинно прошли вглубь зала и остановились у ступеней, ведущих наверх. Куда? К трону главы? По крайней мере, муж степенно поклонился темноте, а я поспешила повторить за ним. Уже знакомый голос раздался с возвышения:
– Милостивые гости, рад приветствовать вас! В нашем клане произошло знаменательное событие. Мой младший сын и наследник вступил в законный брак!
«Младший? У Диализа есть старший брат? Почему тогда не он наследует?» – стрельнула непрошенная мысль и пропала. Не до нее.
Диализ аккуратно потянул меня за собой. Мы чуть сместились и развернулись, судя по всему, лицом к гостям.
– По роковому стечению обстоятельств наши ряды снова пополнились смертной, – тем временем вещал дальше глава клана.
«Снова? У них кто-то еще при таком главе решился связать себя узами брака с человеком?» – в общем-то и не скрываемое сожаление по этому поводу слышалось даже в пренебрежительном назывании людей смертными, хотя именно вампиры, в отличие от людей, боролись с вымиранием.
– Однако клан Нилан свято чтит традиции и нерушим в своих клятвах, – произнес он с величественным пафосом.
«Ага, чтит. Чтобы не вымереть окончательно», – мысленно сарказмировала я. Это помогало отвлечься от удушающего ощущения страха.
С одной стороны, слушать, как глава клана во всеуслышание называет мое присутствие здесь практически вселенской ошибкой, было, мягко говоря, неприятно. С другой, он так же всем прозрачно намекал на последствия нарушения клятвы. И этот аргумент действовал лучше, чем логика: если кто-то попытается напасть, весь клан погибнет вместе с ним. Даже этот надменный глава, хоть сто раз не любящий людей, не мог допустить подобного. Я даже позлорадствовала (пока он пафосно на все лады расхваливал собственный клан), осознав, каким я была бельмом на его глазу, с которым он при всей своей власти ничего не мог поделать.
– Благодарю всех собравшихся за визит! – неожиданно завершил свою довольно короткую для такого повода речь вампир.
– Долгие лета, роавэн! – грянуло со всех сторон, так что я вздрогнула, чуть не выронив фонарь.
Переведя дыхание, я заметила, что Диализ снова кланяется, только теперь залу, и повторила за ним, все еще находясь в некоторой растерянности. Я все ждала, что меня хотя бы представят, что ли, ну или как-то иначе обозначат. Все-таки это был прием по поводу свадьбы наследника столь славного и доблестного клана не с воздухом! Но, кроме пресловутой «смертной», ни единого намека на себя во всей речи я так и не услышала. Полный игнор, будто меня не существовало, будто я была частью тех роковых обстоятельств, временным препятствием, а не живой девушкой. И да, по сути, так оно и было…
– Пойдем, – тихо произнес Диализ.
Рассерженная, я даже не заметила, что он снова тянет меня за собой. Первым порывом было вырвать руку и гордо уйти. Но темнота вокруг быстро остудила мой пыл. Я банально понятия не имела, где дверь. Да к тому же уж кто-кто, а Диализ единственный из присутствующих тут, кто относился ко мне по крайней мере нормально. Так что я последовала за ним, и мы оказались возле стола.
– Можешь поставить фонарь, – Диализ сделал мне предложение, от которого я не смогла отказаться.
Фонарь оказался действительно тяжелым – держать его долго было утомительно, особенно на весу. Я с облегчением поставила его.
– Роадан, госпожа Валахо, – из темноты вынырнула пара вампиров в национальной одежде. – Позвольте выразить вам наше почтение.
Диализ благосклонно кивнул подошедшим, я повторила.
– Позволь представить тебе лорда Ватеро, командира Дастарской базы, и леди Ватеро, завкафедрой университета, – обратился ко мне муж. И, кажется, он искренне был рад видеть чету. – Моя жена Анелла, – это он уже сказал им.
– Рады познакомиться, – произнесла леди Ватеро.
Только теперь я рассмотрела в тусклом свете, что уложенные в сложную прическу волосы женщины были слишком светлыми. У чистокровных вампиров таких оттенков не встречается, а значит, она была обращенной.
«Не о ней ли говорил глава клана, подчеркнув, что я не первая… заноза в его филейной части? – задумалась я. – Или это та самая подруга Диализа, о которой он упоминал?»
Спрашивать было неудобно. Вампиры тем временем перекинулись парой ничего не значащих фраз, и на смену первой паре пришла с поклоном другая:
– Роадан, леди Валахо. Позвольте поздравить вас!
– Господин Валахо – мой старший брат, и его супруга.
Я с куда большим интересом всмотрелась в подошедших после их представления. Странно, но старший брат был мало похож на Диализа и его отца. Его супруга в роскошном вампирском платье явно чувствовала себя не в своей тарелке и, как и я, молчала, пока мужчины обменивались любезностями.
– Роадан, госпожа Валахо…
Вторая пара тоже быстро сменилась, и я поняла, что настоящий ад у меня еще впереди! А страх успешно притупила злость на главу клана…
– Роадан, леди Валахо…
«Ну а как им еще тебя называть? – успокаивала я себя, раз за разом слыша эту фразу. – Не помехой же предосаднейшей? Недостаточно изысканно для аристократии».
На втором десятке подошедших выразить нам свое почтение, поздравить и представиться вампиров я перестала даже пытаться запоминать, на третьем – вообще потеряла всякий интерес к происходящему. Просто кивала, когда требовалось, и удерживала на лице подобие улыбки, помня, что Диализ назвал приветствие гостей самой важной частью приема, после которой можно было считать мой долг перед ним выполненным.
– Позволь представить тебе господина Легаду, моего сослуживца, и госпожу Легада, преподавателя Дастарского университета, – послышалось очередное представление.
«Как у него еще язык не отвалился, одно и то же по сто раз повторять», – посетовала я про себя и наткнулась на удивительно искреннюю и теплую улыбку вампирши, стоящей передо мной. Ее рыжие волосы почти сияли в свете моего фонаря.
«Она тоже обращенная и тоже с Дастара», – мелькнула мысль.
– Позвольте преподнести вам подарок, – сказала она то, что никто до нее за весь вечер не говорил, и протянула мне продолговатую коробку.
Я удивленно посмотрела на нее, потом перевела взгляд на Диализа. Я понятия не имела, насколько было уместно дарить подарки и тем более брать их. Ни один другой гость ничего не преподносил ни мне, ни моему мужу. Диализ едва заметно кивнул, и шероховатая коробка оказалась в моих руках.
– Благодарю, – впервые за весь вечер произнесла я.
Коробка была легкой и, судя по всему, практически пустой, а еще очень напоминала футляр…
– Это очки ночного видения, – пояснила со светящейся улыбкой рыжая вампирша. – Лучший из моих опытных образцов. Думаю, они вам могут пригодиться. Если возникнут сложности с настройкой – обращайтесь!
– Непременно, – ответил за растерявшуюся меня Диализ.
Я же новыми глазами посмотрела на коробочку в моих руках, а потом на вампиршу. То, что это и была та самая давняя подруга Рива, не оставалось ни малейших сомнений. Поздравляющие снова сменились. Все оставшееся время приветствий (к счастью, их уже оставалось немного), мои мысли крутились вокруг футляра. Боже, если в этом мире что-то и могло мне сейчас помочь, то это возможность видеть что-нибудь, кроме темноты вокруг! Происходящее напоминало мне никак не прекращающийся кошмарный сон, где еле разгоняемый тусклым светом мрак был наполнен множеством зловещих звуков, а ватные ноги, приросшие к полу, не давали убежать. Ощущение полной беспомощности убивало. Однако после окончания конвейера из поздравлений, от которого у меня в самом деле уже голова шла кругом, выяснилось, что уйти прямо сейчас я могу, но не молча. Следовало выразить свое уважение главе клана и только после этого удалиться. Нужно ли говорить, что выражать мне было абсолютно нечего?
Да, не все из промелькнувших в свете моего фонаря вампиров были высокомерны, некоторые даже в самом деле излучали доброжелательность, а не только говорили о ней. Но отец Диализа вызывал у меня исключительно раздражение. Ладно он не жаловал людей, я тоже не фанатка вампиров! Но я же не рассказываю во всеуслышание, как меня раздражают их традиции, измотала аура страха и как до чертиков достала темнота? А он спокойно называет меня ошибкой природы на глазах у кучи своих соотечественников! Кому-то здесь действительно катастрофически не хватало воспитанности, и это была точно не я…
– Это недолго. Просто постой рядом, – без труда разобрав мой тяжелый вздох, пообещал Диализ.
Я взялась за фонарь, уговаривая себя, что осталось немного. Очередной поклон. Теперь, к сожалению, я отчетливо видела, кому, так как глава клана спустился со своего пьедестала, и свет фонаря доставал до него. Рядом с ним неожиданно оказалась величественная и очень помпезно разодетая вампирша. Без труда я догадалась, что это была та самая вироа Гринбера – мать Диализа, которую следовало поблагодарить за подбор моего гардероба. Сил волноваться, рассматривать или как-то иначе бурно реагировать у меня уже не было.
– Отец, матушка, – обратился Диализ. Вампирша с явной любовью смотрела на сына, в отличие от вечно недовольного отца. – Позвольте выразить вам признательность за этот прием и сопроводить мою супругу отдыхать.
– Не стоит благодарности, дорогой мой Диализ. Хлопоты для тебя мне в радость, – ласково ответила ему Гринбера. Сразу стало понятно, кто организовал не только мой гардероб, но и весь прием. – Мы понимаем, что человеку, конечно, сложно за один день приспособиться к новым реалиям, – она мазнула по мне взглядом со снисходительным интересом и снова вернула его на сына.
– Люди! – неожиданно произнес отец Диализа. – Слабость – их врожденное свойство. Поэтому не будем искушать судьбу! – он провозгласил это как отменную шутку.
– Конечно, дорогой супруг, – едва обозначив улыбку, ответила ему вироа.
Я крепче сжала ручку фонаря и напомнила себе, что вот-вот покину этот театр одного актера. Однако молча уйти я все-таки не могла себе позволить. Уж не знаю, как мать Диализа ко мне относилась, но она много сделала для этого приема и для меня лично, максимально упростив мою задачу «выглядеть прилично». И это совершенно точно было достойно моей благодарности.
– Я искренне благодарна за понимание и бесценную помощь в подготовке к этому мероприятию, – постаралась как можно ровнее и спокойнее сказать я, глядя только на вироа Гринберу.
На сей раз ее взгляд задержался на мне чуть дольше, и я удостоилась отдельного кивка, чего мне, собственно, и было достаточно. И я уже предвкушала свободу за дверьми этого зала, если бы не одно но…
– Неожиданно, – наигранно удивился глава. – Люди умеют быть благодарными!
– А еще воспитанными и вежливыми и уважать не только себя, – вырвалось у меня быстрее, чем я успела себя остановить. Впрочем, я не почувствовала сожаления или страха, одну лишь злость. – Буду скучать по этим особенностям.
– Уверена, став частью Нилан, ты не испытаешь недостатка в таких базовых вещах, – ответила мне мать Диализа, и, к своему удивлению, я не заметила в ее взгляде ни крупицы осуждения, в отличие от сверкнувших недовольством глаз главы клана.
Не придумав ничего лучше, я сделала то, чем только и занималась весь вечер – поклонилась. В этот раз настала очередь Диализа кланяться следом. И вот мы уже наконец шли к выходу из этого пыточного зала.
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги