Вампиры тоже плачут

Эта история началась давным-давно.

«Предчувствие не обмануло Селену.
Как всегда.
Она посмотрела в зеркало, и сразу увидела его.
Высокий, широкоплечий.
Глаза зелёные, волосы цвета темного льна.
Друид. Высший.

Его глаза манили, и Селена подошла к зеркалу вплотную.
Протянула руку - и та прошла свободно.
Он протянул руку навстречу.
Их пальцы переплелись.
И Селена сделала шаг туда.
В новый мир.

В тот, который ей являлся в снах с самого детства.»

– Тьфу. И напишут же всякую чушь, – сказала, потянувшись, Соня, –
Друиды, другой мир. Предчувствия.
Не верю.
Ерунда все это, – и девушка, повернувшись на другой бок, закрыла глаза.

Нет, фэнтези, все-таки, чудесное чтение. Как раз то, что нужно, чтобы заснуть крепко и без сновидений.

Книжка не подвела и на этот раз. Даже несмотря на то, что в комнате, вот прямо над ее кудрявой рыжеволосой головой, раздался зычный, прямо вот командный, голос:

– Подъём! – заорал кто-то трубным басом.
Соня спала. Ноль реакции.
– Странно, – сказал этот кто-то.
– Это ведь Софья Васильевна Белоярова?—удивленно произнес голос. – Так, – голос сверился с книгой, – Глаза зелёные. Вполне возможно, пока не вижу. Не открывает девушка глаза, вот что странно. Но волосы рыжие, вьются. Это есть.
Рост. Ну, рост, похоже средний.
А вовсе не сто семьдесят пять сантиметров, как написано.
Неувязочка...
Пометим. Ага.—на последней фразе голос замолчал.

Тут, шелестя страницами, книга решила показать, кто в доме хозяин и, вырвавшись,
поплыла, медленно двигаясь вперед. Зависнув в итоге прямо над Соней. Через мгновение ровно из середины переплёта появился луч света.
Изумрудного.
Невесомый, он коснулся точки между бровями.

Соня только почмокала губами во сне.
– Мда, – сказал голос, – Это не она. Седьмая чакра запечатана.
– Верон! Это она. Смотри. Луч не меняет цвет до сих пор, – ответствовал ему, чуть грассируя, другой голос, значительно более мягкий.

– А ведь верно, Флок! – ответил тот, кого назвали Вероном.
– Нужно ждать, – в унисон сказали оба голоса, которых, как мы уже знаем, звали Флок и Верон.

Но кто они? Как выглядят?

Об этом, друзья, чуть позже.

Наконец, когда луч стал меркнуть, Соня открыла глаза и завопила дурным голосом:
– Проспала! Опя-ать…Нет, шеф меня точно выгонит…

Девушка метнулась в ванную, быстро плеснула холодной водой в лицо, тут уж не до душа. Схватила зубную щетку и, побив все рекорды по скорости чистки зубов, взялась за щетку для волос.

Да тут же и бросила, сделав пару взмахов. Волосы повиноваться отказывались.

Не мудрено, такая вьющаяся копна, которая требовала времени и внимания.

Времени не было.

Соня схватила щетку, сунула ее в сумочку, подумав:

– На работе. Все на работе.

Что и говорить, знакомая ситуация, верно?
И девушка, запрыгнув в джинсы, схватила ноут и сумочку, и бегом вперед, да так, что только дверь хлопнула.
- Ключи! – мелькнула мысль, и она на ходу шлепнула рукой по наружному кармашку на молнии. Кармашек тихо звякнул в ответ.

– Ага, взяла, – выдохнула Соня облегченно, и прибавила ходу.

Старенькая Мазда встретила хозяйку доброжелательно, и завелась мгновенно.
– Спасибо, старушка! – сказала Соня, стараясь не хлопать дверью в благодарность машинке за беспорочную службу.
И понеслась, практически не застревая на светофорах, которые милостиво дарили ей зеленую волну.

– А ведь есть своя прелесть в опозданиях. Есть. Да еще какая! – с удовлетворением думала девушка, – пробочки-то подрассосались.
Соня лихо подкатила к незаметному особнячку, коих сохранилось в центре вполне порядочное количество. Вбежала по ступенькам, и вот он, родной стол.

Было тихо.
– Похоже, шефа нет? Повезло! – в душе возликовав, девушка скинула кроссовки, и всунула ножки в тапки с помпонами, которые в свое время принесла из дома.
– То-то красота-а...—минута блаженства, и она уткнулась в монитор.
Через час Белоярова почувствовала странную усталость.
Закружилась голова.
Непонятный жар в спине.
Дыхание стало частым, потом резко замедлилось.
Соня уронила голову на руки, и ее глаза закатились.
– Флок! Сейчас, скорее, – и Верон подкинул его вверх.
Флок приземлился на стол.
Осторожно, одной лапкой коснулся Сони.
В области точки между бровями.
– Вот ведь старость не радость, – простонала та. И села, с трудом открыв глаза.
Перед ними все плыло.
Какие то линии, зигзаги, фигуры, пятна…
– Ну вот, Белоярова, и добегалась ты до инсульта. Везде пишут - помолодел. А мне уже 34 стукнуло, – в расстройстве подумала девушка.
Она потерла глаза.
Открыла-закрыла.
И посмотрела на стол.
На столе сидел кот.
Нет. Котище.
- Вот и глюки пошли. Кровь циркулирует неравномерно. Застой венозный. Точно, – сказала Белоярова вслух.

Глюк смотрел на неё внимательно.
Глаза его были такими же зелёными, как у Сони.
Густая шерсть, между прочим, рыжая, блестела на свету.
Соня протянула руку.
Уж больно реальный глюк.
Глюк улыбнулся, и сказал:
– Наконец-то, Королева!

Соня была девушкой крепкой. И смутить ее было нелегко.
Однако открытие седьмой чакры дело совсем непростое, и очень даже
энергозатратное.
Поэтому, увидев и услышав котищу, она позорно потеряла сознание.
Первый раз в жизни.
Очнулась, правда, девушка довольно быстро, и открыла глаза
А лучше бы и не открывала. Котище-то никуда не делся.
Сидел и смотрел, да так умильно.
Мало того, рядом с ним сидела птица.
Да какая!
Гладкие чёрные крылья. Мощные лапы. Гордая голова с умнейшими глазами.
– Ворон, птица вещая, – подумала Соня, и еще
ещё раз потерла глаза.

Девушка очень надеялась, что странные существа исчезнут как сон поутру.
Однако скоро поняла, что хоть три, хоть не три, а занятие это бесполезное.
И котище, и ворон были на месте. В полном, так сказать комплекте, да еще и на ее рабочем столе.
Белоярова работала аудитором. Отличалась здравым смыслом и дотошностью.
И вот полностью, целиком и полностью была далека от романтики и всякой потусторонщины.
Да что там!
Отличница физмата МГУ. Красный диплом.
И здравый смысл ей отказать не мог.
Соня знала, что она видела то, что видела.

- Гмм…Вы кто? И что там про Королеву?—в конце концов разомкнула девушка уста.
Флок и Верон – а это были, конечно, они - радостно переглянулись.
- Она нас видит! – и оба существа расплылись в радостной улыбке. Вы можете себе представить улыбающегося кота? Ну, кота еще можно. Но ворона? У него же клюв, и вообще…

Улыбающаяся птица это глюк глючный. Однако этот ворон именно улыбался, и перепутать его улыбку с чем-то другим было сложновато.

Волшебные существа, что тут скажешь!

– Попрошу в моем присутствии ко мне в третьем лице не обращаться! – тут же ответила Белоярова, которая терпеть не могла, когда о человеке, который тут же присутствует, говорят «он» или «она». Бесило это ее страшно.

– Она нас слышит! – Верон сиял, как ясно солнышко, выглянувшее из-за тучки в пасмурный денек.
– А я говорил, – чуть не урча от удовольствия, сказал Флок.

И оба существа завопили: – Ура!! Чакра открылась, успели!

Кот и ворон, такие внешне похожие на обычных, только размером значительно больше принялись чуть ли не прыгать от радости.

Что выглядело на редкость потешно, но Соню какими-то там прыжками не возьмешь.

И она, немного отойдя от шока, привычным голосом строго спросила:
–Так, ещё раз, кто вы такие? И что здесь происходит, объяснит мне наконец кто-нибудь?!
– Говори ты! – сказал Верон, и сверкнул черным глазом.
– Почему я? Ты говори! – ответил Флок, и даже попытался скрыться за его спиной. Но безуспешно. Все-таки котяра был в хорошем таком теле.

– Так! - Соня, как особа решительная, ткнула пальцем в котищу, –
Говори ты!
И Флок начал говорить.

Когда он закончил, Соня закрыла рот.
Она даже не заметила, что на протяжении всего рассказа сидела с открытым.
Ее мозг активно обрабатывал полученную инфу.
Глаза Сони, до этого распахнутые в пол-лица, вернулись к норме.
Однако ступор не проходил.
– Да, нужно время...– сказал Верон.– Я понимаю.
– Мы понимаем, – сказал Флок и успокаивающе мурлыкнул.
– Чаю? - предложил он.
– Что? – переспросила Соня, голова которой шла кругом.

– Так вот чаю вам хотел предложить, – еще раз муркнул Флок.
– Кофе лучше… – медленно сказала девушка, которая понемногу приходила в себя.
Она поверила рассказу Флока сразу.
Голова лучшего аналитика потока включилась.
Мысли быстро выстроились в нужный порядок:

– Итак, что мы имеем.
Я - прапрапра и так далее,–правнучка некой Морриган.
Непростая была тетенька.
Ведьма что ли. Но и Королева.
Они говорят, я на неё похожа.
И я им нужна.
Как Королева.

Соня сразу вспомнила Булгакова. Она никогда не любила подобной литературы. Но, как девушка интеллигентная, читала.
– Ммм.. Надеюсь, мне не придётся летать на метле в голом виде?
Как это она там говорила? Невидима и свободна? – в ужасе прошептала девушка.

– Кто это говорил? - с удивлением спросил Верон, поглядывая на Флока.
– А, неважно…– отмахнулась девушка, – А ведь есть в этом какая-то прелесть..
Подобная мысль удивила Белоярову донельзя. И она потянулась рукой за чашкой, желая сделать глоток кофе, который ее и успокаивал и заряжал энергией.

Однако рука схватила пустоту.

– А где же кофе-то? Вроде тут стояла чашка. Или глюки продолжаются? – сказала девушка, удивившись.
– Ах я растяпа, – пристыжено пробормотал Флок и щелкнул когтями.

Повинуясь этому малоприятному звуку, на столе тот час же оказалась чашка.
Кофе был хорош. Такой, как она любила.
Пенка вкусная.
И чашка почему-то домашняя.
–Странно, – подумала Соня.
Хотя чего уж тут. Если коты и вороны говорящие, и я сама, пардон,
королева.

На самом деле, эта мысль её не сильно удивила.
Было что-то, о чем Соня догадывалась замученной физматом интуицией.
Знаете, как оно бывает.
Одно слово, сказанное кем-то, в определённой ситуации - и пазл сложился.
Или вдруг услышишь музыку.
Может быть, запахнет чем-то давно знакомым и забытым. Ландышами, например.
Образ...
Ну, мы-то с вами понимаем, что это последствия открытия седьмой чакры.

Девушка, отпив глоток, закрыла глаза и как наяву увидела себя.
В простом открытом платье из струящегося синего шёлка.
Ее вечно растрепанные волосы убраны в высокую прическу.
Лишь пара локонов спускается по нежной шее, на которой висит кулон в виде капли. Прозрачный как лёд в реке.

Она босая. На левой ступне тоненький серебряный браслет.Руки подняты в стороны, как будто Соня того и гляди взлетит.Воздух неподвижен.
Все замерло.

Белоярова вздрогнула и открыла глаза. Окинула потемневшим взглядом комнату.Время в ней как будто остановилось.
Не слышно и не видно коллег, которых было целых двое, но шуму, по крайней мере, от одного, всегда хватало. А тут полнейшая тишина. И только кот и ворон рядом.

У Сони будто открылись глаза. Девушка сразу, казалось, стала выше ростом. Она потрясенно улыбнулась и сказала::

– Ну, привет Флок!
– Привет, Верон!
– Где вас носило так долго?!

– Мы всегда были рядом, госпожа, – ответил Верон, незаметно вытирая кончиком крыла слезу.
Даже в Безвременьи. Просто ты не всегда могла нас видеть.
Но ведь чувствовала?
– Пожалуй, да – согласилась Соня, – Или я уже не совсем Соня?—вдруг подумала девушка.
Собственное имя стало казаться ей каким-то чужим.
И вспомнилось другое.
Селена.
Где-то, совсем недавно, она его слышала.
Или видела?
Да! Читала же книжку на ночь.

– Скажите, как же меня зовут на самом деле? – спросила Соня, и сердце ее забилось.
– Мне кажется, ты уже вспомнила, – ответил Флок, и умилительно посмотрел ей в глаза.
– Селена, верно? – с замиранием сердца сказала девушка.
– Ну, это имя тебе больше подходит, – мяукнул Флок, и отвел глаза в сторону.

Соня допила кофе. И поняла, что ей требуется перезагрузка. Что-то происходило.
Уходило старое.Рождалось новое.Правда, в ее случае, скорее, наоборот.

Флок и Верон были рядом. Все также на столе.И все также было тихо. Ни коллег, ни шефа.
Но её это не заботило и не удивляло.

Спать. Спать. Спать.
Повеял лёгкий ветерок.Высокая причёска чуть растрепалась.Она лежала на тёплой траве.
И улыбалась.

***
Кап. Кап кап…
Где-то капала вода.
Пить. Как же хочется пить
Воды-ы…
Соне было холодно. Раскалывалась голова и все тело ломило.
– Где я? – простонала она – Это ж надо так выпить кофейку-у..
Или что там я пила? Ничего не помню.

Она с трудом села, и обнаружила под головой любимые тапки с помпонами.
Стало приятно.
Соня закрыла глаза, и попыталась дышать животом.
Как её учили на йоге.
Привела мысли в относительный порядок, они перестали крутиться, зато помчались аллюром. Но вот совершенно не желали покидать голову несчастной девушки, которой и без того было плохо.

На самом же деле, мало кто в ее положении сохранил бы стойкость и определённое здравомыслие.
Ведь так?
Представьте, сидите вы на работе, пьете кофеек, пусть даже в такой необычной компании, и вдруг просыпаетесь в совершенно неизвестном месте.
И ровным счетом не понимаете, где это, что это, и как вы туда попали.

Вдруг послышался тонкий, вибрирующий звук. Соня насторожилась. Перед ней появился расширяющийся конус света, в котором кто-то стоял.
Девушка, определённо.
И кого-то она ей очень сильно напоминала
Высокого роста, рыжие волосы и зелёные глаза.

– Да это ж я! – обомлела Белоярова.
Двойник?!
– Ещё чего! Я - это только я. И только я. Всегда! – не замедлила с ответом новоприбывшая красотка.
– Батюшки, да она ж мысли читает…! – ахнула Соня. Тут ее ноги подкосились, и девушка тихо сползла по стеночке.

Однако природная стойкость взяла свое.
Девушка таки поднялась, и подошла поближе к пришелице.
– А вы, простите, кто?! – хриплым голосом, совершенно для нее не характерным, проскрипела Соня.
– Не мучайся, дитя. Я - королева Морриган.
Прапрапрабабушка твоя, – гордо промолвила пришелица, и даже подмигнула Соне, которая от такого известия не просто открыла рот, а и чуть-чуть пошатнулась.

- Прапрапрабабушка?! Эээ…Приятно познакомиться,– ляпнула Соня первое, что пришло в голову.
Приятно ей не было от слова совсем.
– А где же Флок и Верон?—задала она вполне закономерный вопрос.

– Флок и Верон! – тут дама даже затряслась от злости, – А вот им сюда хода нет.
Изменники!
Глаза её гневно сверкнули, пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Волосы встали дыбом.
– Прям медуза-горгона. А-ля натурель, – мелькнула у Сони мысль.
Новоявленная родственница однако быстро утишилась. Несколько замялась, и сказала:

– Прости, дорогая, пришлось тебя переместить сюда.
Не очень успешно..Хм-м… Подрастеряла хватку за шесть столетий.

Однако Соня не дала сбить себя с толку, и спросила:

– Изменники? Так, с этого момента поподробнее.
И вообще, куда это сюда?
– В Холмы, конечно. Самайн на носу, – благоговейно произнесла Морриган.
– А ничего, что я ни сном, ни духом? И Королева вроде бы я, – не сдавалась Соня.

– Не смеши меня, дитя, – язвительно сказала Морриган и снисходительно улыбнулась.
– Бабуля! Давай подробности, – уперлась Соня.
Бабуля скривилась. Никто ее еще так не называл.
И сразу стал заметен возраст Морриган.
Конечно, шестьсот лет ей никто бы не дал, но…
– Ага, не понравилось! – подумала Соня, и на душе сразу полегчало.

Делать нечего, пришлось бабуле начать свой рассказ:

– Я, королева Морриган.
Правлю этими землями с самого начала. Много столетий прошло с тех времен. Да только плата за власть, за молодость высока. Приходится умирать и возрождаться.
Тут бабуля несколько скисла, помолчала, и только собиралась продолжить свое повествование, как неожиданно послышался скрип.
Мерзкий такой, бьющий по нервам.
А нервы у обеих таки были.

– Давай! Прямо сейчас! – Соня услышала знакомый голос.
– Да это ж Верон! – только успела она подумать, как на шее, откуда не возьмись, появился кулон.
Тот самый, прозрачный, каплевидный.
И ещё она услышала визг.
Бабуля.
Её голос становился все выше и тише, и наконец, замолк.
Кулон на Сониной шее слегка завибрировал, качнулся раз-другой, и, явно став пусть немного, но тяжелее, успокоился.
Белоярова посмотрела на кулон, подняла глаза и увидела стоящую у противоположной стены вездесущую парочку.

Флок с довольным выражением на рыжем усатой морде и Верон с его мудрыми черными глазами, бодро косящими в ее сторону. Клюв его приоткрылся в добродушной улыбке.

Соня так устала от всех необычностей, что сказала прямо:
– Мне все это надоело. А где бабуля?—только сейчас до нее дошло, что пожилой родственницы рядом нет.

Как, впрочем, и вокруг.

– Госпожа, ты нам доверяешь? – серьезно спросил Флок. Хотя эта серьезность так не шла к его плутовской мордахе.
И Соня, прислушавшись к себе, поняла как-то сразу, что - да... Доверяет.
Бабуле вот интуитивно нет, а этой странной парочке интуитивно - да.

Она кивнула головой, и тяжелые спутанные рыжие волосы упали на плечи, делая ее похожей прямо на классическую ведьму.

Флок довольно прищурился, так, что его зеленые глазищи превратились в щелочки, и сказал:
– Тогда дважды сожми кулон левой рукой.
И ничего не бойся. Мы рядом.

Соня посмотрела на кулон, который, казалось, стал куда более прозрачным, чем в том ее сне, вздохнула и решительно сжала его в руке.
Небольшое головокружение, и вот Соня уже на большой поляне, куда она приземлилась со всяческим комфортом, мягко став прямо на ноги.

Правда, ноги были совершенно босыми.
– Портал, стало быть…,– подумала девушка. Вот хоть и не особо она жаловала фэнтези, как мы помним, в основном в качестве снотворного на ночь, но про порталы какой же современный человек не слыхал?

Девушка с любопытством глядела по сторонам. Приличного такого размера поляна окружена каменной стеной, невысокой, где-то до пояса. По стене той вьются и ветвятся вьюнки и олеандры, придавая ей нарядный и одновременно загадочный вид.

На поляне народу полно. И все одеты ярко, красочно, кое-кто так прямо вычурно.
Женщины с высокими прическами, кто-то с косами, а кто-то в таких маленьких шапочках, украшенных серебряным шитьем.
Восседает народ на шкурах, м-да…

При виде Сони, все дамы и кавалеры встали и склонили головы.
– Госпожа, прошу вас, – услышала она глубокий, властный голос мужчины, шедшего навстречу.

Он был одет вычурно и дорого. Лицо его было грубо, будто вытесано из камня.

Флок, который ни на минуту не отходил от девушки, прошептал:

– Король.

Соня поняла, что ждали только ее, и величественно двинулась навстречу местному королю.
Идти было непривычно.
На ней вместо любимых джинсов оказалось платье из шёлка и атласа.
Цвета звездного неба, с широкими рукавами, забранными в резинку у запястья.
Шнуровка на груди делала её фигуру более женственной.

Она подошла к Королю, и, будто только это и делала, будто знала, что нужно сказать именно эти слова, произнесла громко и уверенно:
- Да будет пир Самайна!
И Пир начался.
На шкурах, как на столах, лежали большие куски говядины.
Рядом на вертелах жарилась свинина, от запаха которой текли слюнки не только у Флока.
Хлеб в виде лепешек и больших караваев брали руками и отламывали.
Соня увидела недалеко от себя в глиняных тарелках яблоки.
И ещё орехи.
Ага, и сыр.

Сыр был со слезой, и пах, как положено сыру. Свеженький.В больших котлах исходили пряностями овощи.Кубки из серебра и меди наполнялись сами собой.
Соня попробовала - нечто среднее между элем и абсентом.
А вот и красное вино. Ммм.. Вкусненько, хоть чуть с кислинкой.
Дамы и местные господа пили, ели, веселились.Появились музыканты. Заиграли на чем - то типа лютни. Кавалеры подскочили, и схватили по ближайшей даме.
Соня и не заметила, как сама уже плясала, даже забыв, что босиком.

В конце концов танцы, которые длились чуть ли не до упаду, перешли в хоровод.

Неожиданно кто-то громко, перекрывая шумное веселье, возгласил:

–Время света!

Девушка остановилась вместе со всеми, и посмотрела на говорившего.

Это был мужчина, весьма странно выглядевший.

Круглый глаз Луны смотрел на пирующих, которые застыли в полной тишине, свысока.
И в этой невообразимой тишине раздался звук гонга.
Соня увидела в руках у мужчины огонь. Мужчина шел, держа в руках факел, сосредоточенно глядя перед собой.
– Мама миа! Какой красавец, – чуть не простонала Соня, когда огонь поравнялся с ней, и девушка увидела его носителя.
– Да ведь это друид. Как есть друид, – сразу поняла Соня.– Вот, в книжке точно такого изображали.
Высокий, худощавый.
Одет в балахон, подпоясанный простой веревкой.
Но волосы! Волосы как лен. Длинные, густые.
Глаза зелёные.
Как у Сони.
Он посмотрел на неё, и улыбнулся, слегка поклонившись.
Пламя вспыхнуло рядом с ней, потом вдали и вокруг.
– Костры, – догадалась Белоярова.
На душе было странно.
Почему-то грустно.
Ночь кончалась.
Ночь волшебства, в которое она никогда не верила.
Соня сидела на шкуре. Рядом стоял недопитый кубок.
– А почему я одна? Где все? – вдруг тихо сказала девушка, смотря на далекие огни.
– Тонкая ночь Безвременья, госпожа.
В это время каждый, кто был на пиру, в одиночестве.
Только так душа может понять, кто она.
Вспомнить предыдущее воплощения или понять, что ей нужно сделать в этом.
– Это ведь ты, Верон?
– Конечно, Селена.

Соня оглянулась.

Сзади, справа от неё, стоял молодой мужчина. Чёрные прямы волосы до плеч, чёрные же миндалевидные глаза.
Простое аристократичное лицо.
Линия губ твердая. Гордый римский нос. Одет мужчина в легкий плащ с застежкой у горла.
Брюки широкого кроя заправлены в высокие сапоги.

Соня задохнулась от удивления и узнавания, и сказала:
– Верон! Это ведь ты, верно? И ты человек?!
Мужчина чуть развел руками, и ответил:

– Не совсем, госпожа. Я твой фамильяр.

Бамс.
Слева от Сони раздался глухой звук. Что-то там хорошо так приложилось о землю.
– Не что-то, а кто-то!
– Фло-ок! – девушка сказала с радостным удивлением.

Это был он. Парень-увалень с рыжей гривой волос и конопушками.
Глазки жёлтые, смотрит с некой обидой и обожанием.
– И ты ведь не человек, верно? – с непонятной грустью спросила девушка, уже догадываясь об ответе.
Парень смущенно пожал могучими плечами и ответил:

– Ну-у…Это как посмотреть. Я твой фамильяр, и этим все сказано.

- Какая я богатая девушка! – улыбнулась Соня, глядя на молодых мужчин и испытывая необычное, теплое чувство. – Целых два фамильяра.
– И что же мне с вами делать?—решила уточнить девушка, поскольку до сих пор не было у нее никаких фамильяров. Да и, насколько она помнила, они вроде ведьмам полагались, нет?
– Что-что. А вот просто сними кулончик и отдай мне, – мягко и вкрадчиво сказал Флок.
–Нам! – поправил напарника Верон, недовольно на того посмотрев.

Соня, которой тот кулон вот был совсем ни к чему, потому что не любила она подвески всяческие, тем не менее спросила:

– Но ведь в нем моя бабуля, или я не так поняла?
Верон, который, в свою очередь мягко улыбнулся, ответил:

– Ее там давно нет. Она далеко. Там, где и должна быть. Ведь ее время прошло.И наступает твоё.
Соня задумалась. Верон её назвал Селеной. Имя отозвалось в памяти болью.
И пониманием.
Да, она была ею. Когда-то.
Но сейчас?
Вспомнился родной ноут. Незавершенный экселевский файл, над которым еще работать и работать. И у нее даже руки зачесались, так бы и приступила.
Волшебство это здорово, конечно.

И Белоярова твёрдо сказала:

– Верните меня назад!
–Ты не хочешь быть Королевой?! – в голос, не доверяя своим ушам вскричали оба фамильяра.
– Нет. Вот пусть бабуля правит. Она к этому делу привычная, и у нее точно лучше получится.

После этих слов у Сони стало так легко на душе.

– Да шло оно все! – подумала девушка, улыбаясь ошарашенным фамильярам, – Таки аудит - это моё. Да и джинсы тут не носят.

– Но вот кулон, – сказала Соня решительно, – оставлю-ка я себе. На всякий случай.

Глава 1

Дача - это наше все!

 –Хорошо-то как…, – прошептала Соня, мечтательно глядя на чистое, без единого облачка небо.

Солнце склоняется к закату. Ветерок охлаждает и приятно освежает нагретую за день травку.

–Да, дача это вещь… А ведь как я противилась, как отказывалась от этой поездки. Грядки да прополка, поливка и прочие прелести. А вот и нет. На этой даче все иначе. Только трава и кое-где цветы. Никаких тебе грядок, – подумала девушка.

И продолжила наслаждаться тишиной и воздухом, который уносил из ее памяти всякий мусор и ненужные волнения. Странные, тревожащие воспоминания.

Королева, друид, фамильяры..

Это действительно было с ней? Куда легче и удобнее считать происшедшее сном. Да, именно так. Сон и все тут. Никаких кошмаров, и с довольно милыми героями. Ах, да бог с ним, с этим сном. Мало ли что приснится девушке тридцати пяти лет, замученной любимой работой?

Слава создателю, наступили майские праздники. Соня обычно улетала шопится в Милан или до города Парижу, благо получала на своем посту аудитора достаточно. И не сказать, чтоб была она большой любительницей – модницей, но вот качество одежды ценила.

Да и прогуляться по улочкам Европы любила. А тут позвонила Ленка, подружка еще со школы. Едем, говорит, ко мне на дачу на пару деньков. Чего ты в той Европе не видела? То ли дело наше раздолье.

Дача оказалась недалеко от их родного Воронежа, в сосновом бору. Домик небольшой, из двух этажей с парой балкончиков. Он стоял совсем рядом с лесом, на краю дачного поселка. На пригорке, с которого открывались виды, что на озеро вдалеке, что на соседские красные крыши.

По ранней дачной поре тут и там виднелись спины трудящихся на своей ниве дачников. Соня с чувством глубокого удовлетворения смотрела на них с высоты, и радовалась своей свободе.

Ленка оказалась девушкой предприимчивой, и все, что ей нужно было для вкусной жизни, закупала у соседей. А те рады были пристроить свой урожай в ее надежные руки. Потому что земля здесь была плодородная до неприличной для средней полосы степени. Не успевали обрабатывать, а Ленка всегда скупала излишки.

Соня бросила прощальный взор на темнеющее небо, и, потягиваясь, пошла к дому.

 Ленка уже хлопотала у стола, на котором красовалась бутылка вина «Кинзмараули», и лично сваренный ею компот из вишни. Тут же радовали глаз блестящие маленькие помидорки, зелень, огурцы и нарезанный тонко сыр трех сортов. Хлеба девушки не потребляли, посему подавался зеленый салат. Да, и оливки были.

- Ну, что, начнем наш пир горой? – сказала Ленка. И они начали. Задушевно так, под винцо закусили, чем бог послал. Подружка достала вторую припасенную бутылочку. Уже любимое крымское. Когда и вторая бутылка порадовала душу до дна, девушки вдруг пригорюнились.

И, подперши головы, завели грустную песню:

– Вот кто-то с горочки спустился. Наверно, милый мой идет… На нем защи-и-тна гимнастерка. Она с ума-а-а меня сведет…

Песне той было лет сто, слышана от Сониной бабушки. А прижилась, припелась.

С милыми у девушек было сложно. Попадались какие-то хлипкие, неработящие. Норовившие тихо сесть на их узкие женские плечи, аккуратно свесив ножки. Да девушки попались умненькие, и с адекватной самооценкой. Посему долго милые не сидели, а бывали с тех плеч сброшены и поставлены на собственные ноги.

Которые быстро уносили их к другим одиноким девушкам, у которых с самооценкой было похуже.

- Ладно, Ленка. Пора спать. Сколько можно петь да вспоминать… – сказала Соня.

- Сонь, права ты, подруга. Пора. Ну их всех, – и, Ленка, тихо всплакнув, стала убирать со стола.

- Э, а компот! Компот я возьму с собой, – сказала Соня, зацепившись взглядом за увесистый графин. Девушка взяла стакан, и потащила добычу в свою комнату.