Вань, я не Яга! История попаданки

Я стояла в лесной чаще и, хлопая глазами, пялилась на неказистую бревенчатую избушку. Васька, не дожидаясь приглашения, проскользнул в приоткрытую дверь. Солнце клонилось к закату. Делать было нечего, пятизвездочных отелей поблизости не наблюдалось.
 «Буду радоваться крыше над головой!»  – оптимистично решила я. Но даже шага сделать не успела, как за моей спиной треснула сухая ветка под чьей-то ногой. Я сразу представила серую когтистую лапу, к ней еще прилагалась зубастая пасть с высунутым слюнявым языком. Бррр…
 – Кхм… – послышалось сзади.
 «Человек…» – выдохнула я, но расслабляться не спешила. Мало ли преступников бродит по ночам в лесной глуши… Оборачивалась я очень медленно. А когда разглядела гостя, то забыла, как дышать. Передо мной стоял самый красивый мужчина на земле. Во всех фильмах в это время должна петь Селин Дион, мягкий лунный свет освещать сказочно прекрасные черты незнакомца, а легкий ветерок развевать его прекрасные пшеничного цвета волосы, мягкими локонами спускающиеся до плеч.
 В жизни был штиль и полумрак, но менее эффектным парень не становился. Наоборот, в вечерних сумерках казался просто-таки сказочным принцем. На вид ему можно было дать лет двадцать пять. Ростом и разворотом плеч он не уступал богатырям. В расстегнутой рубахе я разглядела мускулистую грудь с редкими светлыми волосками.
 «Ах…» – мысленно простонала я. Руки так и потянулись к этой визуальной силе, пришлось спрятать их за спину.
 Лицом незнакомец тоже был хорош. Густые брови, высокий лоб, решительный подбородок, чувственные губы… Признаюсь, на них я засмотрелась, тут же представив, какие они теплые и вкусные.
 «Уля, держи себя в руках!» – одернула себя. И добралась, наконец, до глаз. Они были серыми. Просто серыми.
 – Добрый вечер, – заговорил парень, так и не дождавшись от меня никакой реакции, – Пусти на ночлег, бабусь!
 – Что?! – обалдела я.
 – Да ладно, Яга, не вредничай! У меня и деньжата есть, – по-доброму улыбнулся парень и достал из кармана широких штанов, заправленных в черные кожаные сапоги, увесистый мешочек.
 – Вас как зовут? – ледяным тоном поинтересовалась я. Такой красивый и такой хам. Я его ровесница, а он меня бабусей обзывает! Будет спать в чаще, хотя бы у волков сегодня будет ужин!
 – Иван…
 – Вань, я не Яга! Иди, куда шел…
 Гордо вскинув голову, я зашла в избушку и плотно закрыла дверь перед курносым носом парня.
 «И вовсе он не красивый! Деревенщина!» – возмутилась я. И осмотрелась.
 Помещение оказалось крохотным. Всего одна комната. И был в ней БАРДАК! Именно большими буквами. Порадовала только печка, которую уже растапливал рыжий кот.
 Что? Стоп! Я мотнула головой в надежде, что в полумраке мне показалось. Но нет, не показалось. Кот стоял на задних лапах и ловко подкладывал поленья в открытую дверцу печи. Там весело потрескивал огонь, освещая теплым рыжим светом и без того рыжего разбойника.
 Я на всякий случай протерла глаза. Кот, печь остались в том же положении.
 – Не может быть… – прошептала я.
 – Сама не могу поверить… – проворчал кот.
 Тут мои ноги и вовсе отказались держать тело, увенчанное глупой головой. Я добралась до ближайшей лавочки и с огромным облегчением плюхнула на нее свою пятую точку. Мой растерянный взгляд метался по стенам, увешанным полками с какими-то склянками, и наткнулся на старое зеркало в растрескавшейся деревянной раме. Разглядев свое отражение, я окончательно убедилась в том, что спятила, потому что из зеркала на меня смотрела живая всамделишная Баба-яга!  Седые волосы паклями торчали из-под грязной косынки, на морщинистом лице гордо выступал вперед мясистый крючковатый нос, шеи почти не было видно, потому что голова была втянута в плечи, за которыми угадывались очертания горба.
 «Ни дать ни взять – красотка!» – мелькнула ехидная мысль.
 Раздался страшный шум. Кажется, это я грохнулась в обморок.
*******
Приветствую вас в моей сказке. Здесь вас ждут только юмор и котик удачи, и никаких драм! Отдыхайте и заряжайтесь позитивом. 
Наш моб "" богат и другими веселыми историями.

 Днем ранее…

Вокруг были пушистые белые облака. Ветерок ласково обдувал мое лицо и развевал светлые блестящие на солнце волосы. Я прижималась к чешуйчатой спине любимого дракона и…

– Вась! Ну что ты творишь! – заверещала я, хватая и поднимая свой ноутбук, чтобы спасти его от наступления горячей лужи, которую создал собственнолапно мой новый сосед – рыжий кот Васька. Мы встретились с ним случайно вчера у магазина, куда я пошла за угощениями для праздничного стола.  Я тогда еще не знала, что никто не придет.

У меня сегодня был день рождения, но разделить радость было не с кем. Папа ушел из семьи, когда мне только-только исполнилось четыре года.  Мама всю жизнь посвятила мне, но пару лет назад, я как раз институт закончила, она вышла замуж и теперь была счастлива. Новый муж увез ее куда-то в отпуск, поэтому она не смогла быть с дочерью в ее праздник. Подруги, как назло, все заболели, а парня у меня не было. Потому что я странная. Это мне сказал последний, когда бросал.

И ничего я не странная, просто пишу романы. Пытаюсь. А тут мешают некоторые рыжие и хвостатые. И ведь казался безобидным на улице. Смотрел на людей голодными испуганными глазами.

«Взрослый уже, но такой беззащитный, будто котенок», – подумала я и дала ему кусочек колбаски. Пошла домой, волоча тяжелые пакеты. У парадной, пока искала ключи, увидела, что кот все это время шел за мной. Попробовала прогнать бедолагу, но он не уходил. Я едва успела закрыть перед его розовым носиком дверь.

Вечером пошла выносить мусор и обнаружила Ваську, сидящего возле моего дома на лавочке. Он снова пристроился за мной, еще и мяукал так жалобно. Не устояла. Взяла его домой. И началось. Спать он лег со мной в кровать. Ел исключительно со стола, сидя на стуле, будто человек. И вот теперь, стоило мне сесть за роман про драконов, Васька принялся всячески мне мешать. Орал, царапал ноги, не помогло привлечь мое внимание. Тогда он опрокинул чашку. Я сама видела, как он лапой ее пихнул.

«Не удивительно, что при своей красоте этот разбойник оказался на улице!» – подумала я и принялась ловить четвероногого хулигана, чтобы выставить за дверь. С меня хватит капризов!

С моего рабочего стола он соскочил, и мои черновики разлетелись в разные стороны, но я не спешила их собирать, потому что увлеклась охотой за рыжим нахалом. Он забился под диван, я пошла за шваброй. Тычки палкой Ваське не понравились, с диким воплем он выскочил из укрытия и со скоростью ракеты устремился от меня вверх по занавескам. Карниз не был рассчитан на такую нагрузку и рухнул в аккурат мне на голову, когда я к нему подошла. Кот фыркнул и помчался дальше по моей квартире, попутно переворачивая коврики и стулья. Возле телевизора, который обычно работал у меня в фоновом режиме на музыкальном канале, кот притормозил и несколько секунд пялился в экран, где как раз шла реклама полетов на воздушном шаре. Зрителям обещали захватывающие ощущения и романтику, какой больше нигде не найти.

Я тоже зависла, любуясь видами лесов и полей с высоты птичьего полета.

– Красиво… – согласилась я с Васькой. Он посмотрел на меня странно, а потом как бросится к телевизору. Я схватилась за сердце, думая, что он его сейчас опрокинет, но кот аккуратно тыкнул в экран, показывая мне на воздушный шар.

«Он на что-то намекает? – удивилась я, – Да не может быть. Просто поиграть захотел с цветным пятнышком…»

Но в одном кот был прав, если я описываю полеты, то должна их испытать.

– Думаешь, стоит? – спросила у кота. Дожила, поговорить больше не с кем…

Кот кивнул. Клянусь, натурально кивнул!

Я икнула и пошла звонить. В конце концов, у меня сегодня день рождения. Сделаю себе подарок. И плевать, что я высоты боюсь. В жизни нужно попробовать все!

 Мне ответит приятный мужской голос:

– Компания «Полеты во сне и наяву». Слушаю вас.

– Добрый день. Я бы хотела полетать, – радостно сообщила я собеседнику.

– Когда? – почему-то настороженно откликнулся мужчина. Видимо, я перестаралась с радостью.

– А можно сегодня? У меня сегодня день рождения! – сообщила я совершенно постороннему человеку. Повисла пауза.

– Знаете, видимо, в честь дня рождения вам сказочно везет. У нас как раз отменили заказ на вечер. Сможете приехать к шести?

– Конечно! – тут же согласилась я, мгновенно поверив в судьбу.

Я не знала, как нужно готовиться к полетам, поэтому просто оделась и пошла. Подойдя к двери, обнаружила возле нее кота. Васька сидел в такой изящной позе, будто балерина, даже лапки поставил в третью позицию. Смотрел он на меня выжидательно и немного требовательно. Я, не задумываясь, схватила рюкзак и заявила:

– Все правильно. Это была твоя идея, так что пойдешь со мной!

Запихнув недовольно ворчащего кота в рюкзак, я выскочила из дома.

Это же надо быть такой… странной. Бояться высоты и в свой день рождения отправиться летать! А еще я с котом разговаривала. Хорошо, что никто этого не слышал…

– Поздравляю с днем рождения! Вы впервые полетите? – демонстрируя тридцать три белоснежных зуба, поприветствовал меня мой сопровождающий. Если бы я дышала нормально, а не через раз, и сердце не дергалось как секундная стрелка на часах, да руки не потели, и ноги не тряслись, то я бы обязательно оценила красоту этого мужчины. Высокий брюнет с глубокими темно-карими глазами с поволокой и спортивным телосложением даже через туман ужаса произвел на меня впечатление, но мне было не до брачных игр, я была сосредоточена на том, чтобы быть в сознании.

– Если вы будете следовать моим инструкциям, то ничего страшного с нами не произойдет, и вы получите от путешествия удовольствие и пожизненные восторженные воспоминания, – пошутил красавчик.

Я попыталась улыбнуться, кажется, у меня даже получилось приподнять левый уголок губ, но судя по тому, как брюнет отшатнулся, получилось не очень.

– Запомните три простые правила… – уже более деловым тоном заговорил мужчина.

«А почему это кот притих? – пронеслось у меня в голове, всю дорогу он пытался вылезти из рюкзака, ворочался и ворчал. Сейчас, когда мне особенно нужна его поддержка, притих… Я испугалась за кота больше, чем за себя,  – А вдруг он сдох? Там же наверно нет воздуха…»

– Вы все поняли? – заглядывая мне в глаза, поинтересовался инструктор. Я ничего не поняла и даже не пыталась. Все мои желания сосредоточились на стремлении заглянуть в рюкзак и проверить Ваську. Но сначала нужно было подняться в воздух. Ведь не зря же я сюда тащилась через весь город. Чтобы уже поскорее перейти к делу я кивнула, и меня тут же под ручку повели к корзине.

Сам шар оказался огромным. По телевизору он виделся меньшего размера, а еще он был ярко салатовым.

– Красивый, – вырвалось у меня. Мужчина улыбнулся мне по-доброму, сразу видно, человек любит свое дело. Бесстрашный!

В корзине могли бы поместиться все мои подруги и мама с отчимом, так что в следующем году отомщу им, устрою сюрприз – днюху на воздушном шаре. Эта мысль придала мне сил. Я храбро взялась за край корзины и осмотрелась. Тут мы начали подниматься, и вся моя отвага сдулась. Чем выше мы поднимались, тем больше внизу становилось машинок, людей и домиков. Они раздваивались на глазах. Землю будто туман укутал.

– Вы очень бледная. Вам плохо? – с беспокойством поинтересовался мой гид-воздухоплаватель.

Сердце почти не билось, и что-то холодило в груди, а так…

– Все нормально, – откликнулась я, едва размыкая побелевшие губы. Вспомнила про кота, открыла рюкзак и отшатнулась, на меня смотрели злющие неоновые глаза.

«А можно подцепить бешенство в рюкзаке?» – мелькнула у меня мысль.

Стоило Ваське почувствовать свободу, он еще и зашипел, выгнул спину и как подпрыгнет. Я не знала, что коты так умеют. Просто взял и с места вверх на полтора метра подлетел. Как мячик. Скок!

– Вы что, принесли сюда кота? Это же запрещено! – закричал на меня инструктор.

– Мяу! – с угрозой сказал Васька и начал готовиться к новому прыжку, переставил задние лапы в поисках опоры и явно нацелился на меня. Я отшатнулась к бортику, а эта рыжая бестия прыгнул мне прямо в грудь. Координация у меня и так-то не блестящая, а тут еще паника, головокружение. Я потеряла равновесие и опрокинулась за борт, но и кота за ногу ухватить успела.

«Мы вместе сюда пришли, и погибать тоже будем вместе», – разозлилась я.

С бешеной скоростью мы летели вниз. Что я там писала в своем романе про легкий ветерок, ласково обдувающий лицо? Потоки воздуха размазывали кожу по моему черепу, а стоило открыть рот, чтобы проораться, холодный ветер проник внутрь и принялся надувать меня как шарик. Щеки чуть не лопнули! Пришлось рот закрыть и ужасаться приближающейся земле молча. И волосы мои не развевались, они за одну секунду превратились в колтун, который теперь ни одна расческа не возьмет, только если состричь. Впрочем, это малое из тех бед, что ждали меня впереди.

Рядом умудрялся верещать кот. В какой-то момент он извернулся и вцепился своими острыми когтями мне в спину, намертво закрепившись на ней. Я даже внимания на это не обратила, куда больше меня волновало, сколько времени я еще буду падать. Масса моего тела примерно шестьдесят килограмм, на меня воздействует сила тяжести… Чему у нас на Земле равна «джи»? Почему я прогуливала физику? Зачем я вообще послушала кота? Правы те, кто утверждают, что перед смертью жизнь проносится перед глазами. Я вспомнила все. А земля все еще была далеко.

Неожиданно мы оказались в облаке, нас укутал туман, и сразу стало как-то спокойнее. Когда не видишь, что летишь вниз, кажется, что ты просто паришь в небе. Я прикрыла глаза для пущего эффекта и представила, что за моей спиной не кот, а парашют, и все будет хорошо!

Только на моем лице появилась сумасшедшая улыбка, как я впечаталась им во что-то теплое, чешуйчатое и пружинящее, будто желе. Распахнув глаза, обнаружила себя на шипастой спине гигантской ящерицы. Между шипами я и застряла. Порадовало, что у ящерицы есть крылья. Правда, они были очень маленькими для такой огромной пузатой тушки. Но махала она ими старательно.

Я выдохнула с облегчением, еще не совсем понимая, что происходит. Попыталась усесться поудобнее. На меня обернулась маленькая красноватая морда, больше похожая на козлиную, и, грозно нахмурив брови, спросила:

– Яга, ты совсем офонарела?

Я икнула, но тут на меня уставилась еще одна, точно такая же морда и весело поинтересовалась:

– Где ступу потеряла?

Только я решила, что уже умерла, а эти кошмары посланы мне в наказание, как перед моим носом появилась третья голова и внимательно меня осмотрела:

– Я тебе давно говорил, старая, ты совсем не заботишься о своем инвентаре, вот он на ходу и разваливается!

– Эй, а кто следит за дорогой?! – возмутилась первая, самая сердитая морда.

Все три головы вмиг куда-то делись. Меня тряхнуло, и это как будто немного прояснило для меня странную реальность. Я поморгала, вытянула шею, всматриваясь в прекрасное далеко, и тихо застонала:

– Настоящий Змей Горыныч…

Кот со спины переполз мне на ручки и вжался в меня так, будто хотел оказаться в моем теле.

– Что говоришь? – обернулась ко мне веселая голова.

– Ты настоящий друг, говорю, отвези меня вниз, пожалуйста, – сообразила я.

– А зелье для роста крыльев дашь? А то нам через неделю на Первый конгресс летающих существ за тридевять земель отправляться, драконы засмеют!

– Дам, – брякнула я. Мне бы на землю, а там… разберемся.

Горыныч тут же спикировал вниз и уже через десять минут стряхнул меня в чаще леса.

– Завтра утром прилетим за зельем. Не подведи, Ягуся, – крикнул крылатый гад и был таков. А я осталась в сумерках в какой-то глуши совершенно одна. Кот не в счет, он уже соскочил с моих рук и куда-то ломанулся. Надеюсь, я его больше никогда не увижу. Пакостника рыжего!

Кот скрылся в кустах, и я тут же поспешила за ним. Все-таки у него острые когти и зубы. Я даже силой похвастаться не могла. Идя за рыжим хвостом, я оказалась на маленькой полянке у подозрительного домишки. Домик производил впечатление заброшенного и непригодного для жизни.

Я стояла в лесной чаще и, хлопая глазами, пялилась на неказистую бревенчатую избушку. Васька, не дожидаясь приглашения, проскользнул в приоткрытую дверь. Солнце клонилось к закату. Делать было нечего, пятизвездочных отелей поблизости не наблюдалось.
 «Буду радоваться крыше над головой!»  – оптимистично решила я. Но даже шага сделать не успела, как за моей спиной треснула сухая ветка под чьей-то ногой. Я сразу представила серую когтистую лапу, к ней еще прилагалась зубастая пасть с высунутым слюнявым языком. Бррр…

 – Кхм… – послышалось сзади.

 «Человек…» – выдохнула я, но расслабляться не спешила. Мало ли преступников бродит по ночам в лесной глуши… Оборачивалась я очень медленно. А когда разглядела гостя, то забыла, как дышать. Передо мной стоял самый красивый мужчина на земле. Во всех фильмах в это время должна петь Селин Дион, мягкий лунный свет освещать сказочно прекрасные черты незнакомца, а легкий ветерок развевать его пшеничного цвета волосы, мягкими локонами спускающиеся до плеч.

 В жизни был штиль и полумрак, но менее эффектным парень не становился. Наоборот, в вечерних сумерках казался просто-таки сказочным принцем. На вид ему можно было дать лет двадцать пять. Ростом и разворотом плеч он не уступал богатырям. В расстегнутой рубахе я разглядела мускулистую грудь с редкими светлыми волосками.

 «Ах…» – мысленно простонала я. Руки так и потянулись к этой визуальной силе, пришлось спрятать их за спину.

 Лицом незнакомец тоже был хорош. Густые брови, высокий лоб, решительный подбородок, чувственный губы… Признаюсь, на них я засмотрелась, тут же представив, какие они теплые и вкусные.

 «Уля, держи себя в руках!» – одернула себя. И добралась, наконец, до глаз. Они были серыми. Просто серыми.

 – Добрый вечер, – заговорил парень, так и не дождавшись от меня никакой реакции, – Пусти на ночлег, бабусь!

 – Что?! – обалдела я.

 – Да ладно, Яга, не вредничай! У меня и деньжата есть, – по-доброму улыбнулся парень и достал из кармана широких штанов, заправленных в черные кожаные сапоги, увесистый мешочек.

 – Вас как зовут? – ледяным тоном поинтересовалась я. Такой красивый и такой хам. Я его ровесница, а он меня бабусей обзывает! Будет спать в чаще, хотя бы у волков сегодня будет ужин!

 – Иван…

 – Вань, я не Яга! Иди, куда шел…

 Гордо вскинув голову, я зашла в избушку и плотно закрыла дверь перед курносым носом парня.

 «И вовсе он не красивый! Деревенщина!» – возмутилась я. И осмотрелась.

 Помещение оказалось крохотным. Всего одна комната. И был в ней БАРДАК! Именно большими буквами. Порадовала только печка, которую уже растапливал рыжий кот.

 Что? Стоп! Я мотнула головой в надежде, что в полумраке мне показалось. Но нет, не показалось. Кот стоял на задних лапах и ловко подкладывал поленья в открытую дверцу печи. Там весело потрескивал огонь, освещая теплым рыжим светом и без того рыжего разбойника.

 Я на всякий случай протерла глаза. Кот, печь остались в том же положении.

 – Не может быть… – прошептала я.

 – Сама не могу поверить… – проворчал кот.

 Тут мои ноги и вовсе отказались держать тело, увенчанное глупой головой. Я добралась до ближайшей лавочки и с огромным облегчением плюхнула на нее свою пятую точку. Мой растерянный взгляд метался по стенам, увешанным полками с какими-то склянками, и наткнулся на старое зеркало в растрескавшейся деревянной раме. Разглядев свое отражение, я окончательно убедилась в том, что спятила, потому что из зеркала на меня смотрела живая всамделишная Баба-яга!  Седые волосы паклями торчали из-под грязной косынки, на морщинистом лице гордо выступал вперед мясистый крючковатый нос, шеи почти не было видно, потому что голова была втянута в плечи, за которыми угадывались очертания горба.

 «Ни дать ни взять – красотка!» – мелькнула ехидная мысль.

 Раздался страшный шум. Кажется, это я грохнулась в обморок.

Пришла я в себя из-за удивительного аромата, настойчиво проникающего в мой нос. Открыла глаза. За грязным окном явно светило солнце. Я лежала на широкой лавке, укрытая лоскутным одеялом. На лавке был постелен полосатый коврик, который никак не добавлял мягкости ложу. Спине явно не понравилась эта кровать, она ныла и отказывалась шевелиться.

Однако желудок настоял, что пора двигаться в сторону еды. Я села и не поверила глазам. Рядом с печкой стоял полуголый вчерашний Ваня и что-то варил в котелке. Парень был в одних штанах, на обнаженном мускулистом торсе был накинут лишь фартук сомнительной чистоты. Но не одежда волновала меня, а ее отсутствие. На коже груди поблескивали капельки пота, смотрелись они так маняще, что я сглотнула. Руки опять зачесались, так им хотелось потрогать эти потрясающие трицепсы, бицепсы и прочие анатомические идеалы. Я как завороженная сделала шаг к парню своей мечты. Тело прострелила боль и я, кряхтя, остановилась.

– Доброе утро, бабуся! Я тут решил похозяйничать, кашу сварить, – радостно поприветствовал меня Ваня и тут же кинулся с расспросами, – А ты, случайно, в лесу не видела рыженькой девушки с большими зелеными глазами?

«Стоп. Это же он про меня?» – удивилась, мгновенно вспомнив, что теперь я Баба-яга!

«Откуда он про меня знает?» – был второй вопрос, пришедший мне в голову. И только я собралась деликатно расспросить красавчика, как вмешался Васька:

– Никакие рыжие девицы у нас тут по лесам не бродят. Только коты! – категорично заявил коварный рыжий бандит, все это время внимательно наблюдавший за нашим гостем, заняв стратегически правильную позицию: на столе. Судя по голодному взгляду, Вася кашей делиться ни с кем не собирался.

Ваня отпрыгнул от дивного зверя и, выставив перед собой страшную тряпку, которую он использовал вместо прихватки, вымолвил дрожащим голосом:

– Почему ты разговариваешь? Кто ты?

– Я кот Баюн. Слышал про такого? – нагло соврал котяра.

Ваня кивнул, бледнея на глазах, снял фартук, схватил с табуретки свою рубаху и попятился к выходу.

– Куда же ты, Ваня? А как же завтрак? – жалобно спросила я. Парень был единственной радостью в этом странном мире.

– Вы лопайте, а мне того… идти надобно.

– А что за девушку ты ищешь? – успела крикнуть ему в спину.

– Да так… приснилась мне, видимо…

Он скрипнул дверью и был таков. Я обиженно посмотрела на кота:

– Вась, ты зачем его прогнал?

– Да какая я тебе Вась? – сердито сверкнув глазами, прошипел кот, – Я Баба-яга!

От удивления я села на ближайшую табуретку, но не рассчитала силу тяжести, массу моего нового тела и коэффициент полезного воздействия, говорю же, с физикой у меня беда. В общем, винтажная мебель не выдержала моего напора и развалилась, а я полетела на пол. Кот тут же прыгнул мне на грудь и, рассматривая свою лапу с выпущенными острыми когтями, задал мне прямой вопрос:

– Ты зачем мое тело украла?

Я наверно должна была испугаться, но мне это дело надоело, поэтому, спихнув с себя кота, села и заревела, громко, навзрыд, пытаясь при этом рассказать свою грустную историю:

– Нужно мне твое тело. У меня свое было молодое и красивое. Подумаешь волосы рыжие и лицо в веснушках, зато глаза зеленые и грудь третьего размера… А этот кот сам за мной увязался и меня практически вынудил отправиться на воздушном шаре кататься, и меня же с него столкнул. А потом я в тебе оказалась. А ты вообще, что в небе делала, бабуся?

– Зови меня Ягиня Берендеевна, – наказал мне рыжий кот и добавил, – Горыныч прав. Летала на ступе, а она прямо в воздухе развалилась…

– Неудивительно. Как ты жила в такой разрухе? – брезгливо оглядываясь, заметала я.

– Хорошо жила! И дальше бы хотела. Нужно вернуть мне мое тело! – фыркнула Ягуся.

– А меня куда денешь? – испугалась я.

– Да хоть в кота засуну, – усмехнулась бабуся и начала вылизывать свои лапки.

– Не хочу в кота! – возмутилась я.

– А кто тебя спрашивать будет! – отмахнулась от меня вредная старушка и повела носом, – Эй, там, кажись, каша подгорает. Не хочешь снять с печки?

– Я не хочу быть котом! И помогать тебе не буду, если не пообещаешь вернуть мне мое тело!

– Да как я тебе его верну? Оно же в другом мире в лепешку превратилось.

– Ну, да, я же с воздушного шара свалилась… А почему кот не превратился в лепешку? – задала глупый вопрос я.

– Потому что коты даже в самых немагических мирах обладают волшебной силой. Вот он и переместился вслед за твоей душой сюда. Ну, а я заняла его тело, потому что посильнее животного буду, чай уже сто лет как уму разуму набираюсь… Не болтаться же мне беспомощной стрекозой по миру, – проворчала Ягиня и добавила примирительно, – Давай поедим и будем решать проблемы постепенно. Для начала нужно сделать зелье для Горыныча, а то он избушку спалит.

Тут пол пришел в движение, его буквально затрясло.

– Да не бойся, курица, не дам я тебя в обиду, – проговорила Яга, и все стихло.

– Она что, живая? – шепотом спросила я, тыча пальцем в стены.

Кот посмотрел на меня так, что мне сразу стали понятны все смыслы бытия. Я подскочила, насколько мне позволяли больная нога и горб, сняла с печки котелок, разложила содержимое по плошкам, села на последнюю уцелевшую табуретку и начала молча есть. Кот тоже залез мордой в кашу и уминал ее за обе щеки.

Поев, я хотела помыть посуду, да вообще здесь помыть нужно было все, от потолка до пола.

– А где воду можно взять? – осматриваясь, спросила я.

– Зачем тебе? – фыркнула Яга.

– Порядок здесь навести хочу.

– Еще чаго! В своем доме порядок наводить будешь. А пока в гостях сиди тихо и не отсвечивай! – возмутилась бабуся.

– А зелье для Горыныча ты сама варить собралась?

Кот осмотрел свои лапы, на рыжей морде появилось выражение вселенской скорби, и он скомандовал:

– Будешь делать только то, что я тебе скажу. Поняла? Не приведи бешеная росомаха, ты мне избушку по глупости взорвешь.

Домик снова задрожал, и я поспешила заверить:

– Все будет сделано в лучшем виде, только обещай, Ягиня Берендеевна, что-нибудь придумать с моим телом.

Яга посмотрела на меня внимательно, будто проверяла степень моей наивности. Видимо, степень оказалась годной, потому что она искренне ответила:

– Обещаю.

И я, успокоенная, пошла к полочкам с кучей скляночек, размышляя про себя:

«Главное, и правда, домик не взорвать!»

Баба-яга оказалась строже моей училки по химии. Когда на тебя не просто рычит пожилая женщина, а еще и кошачьи когти выпускает – это страшно вдвойне.

– Куда схватила лунную пыль. Я же тебе сказала, солнечную нужно брать. Ты слепая! Хочешь, чтобы Горыныч в воздухе растворился вместо того, чтобы крылья отрастить? Я ему все расскажу, как ты его извести хотела… – ворчала Ягуся, шлепая меня по руке мохнатой лапой.

Склянки у нее все были подписаны, даже удивительно, учитывая, какой бардак творился в избушке. Но вот разобрать каракули Яги у меня не получалось.

– Молодец! К солнечной пыли кидай корень солодки и семечко молодильного яблока. Между прочим, ценнейший ингредиент. У меня теперь всего два останется!

Я трясущимися от волнения руками кинула в котелок к пыли и корню маленькое семечко, размером с кунжутное.

«Это же какие яблоки размером? На один зубок, не иначе» – подумала я.

– Теперь добавь три слезы младенца, трудно собираемый, между прочим, элемент… – ворчала Ягуся, – Разорюся я с этим Горынычем…

– Он нам жизнь спас, – напомнила я, помешивая деревянной лопаткой густое грязно-зеленое варево. А какой аромат от него шел. Мухи на лету дохли.

Стараясь дышать через раз, я спросила:

– Это все? Когда снимать?

Рыжий кот втянул воздух в себя, от удовольствия даже глаза зажмурил и важно проинструктировал:

– Досчитай до восьми, добавь каплю крови и тут же снимай!

– Что добавить? – побледнела я.

– Каплю моей крови. Уже до пяти считать…

– Как я добуду ее? – продолжала лепетать я.

Кот сверкнул глазами, прыгнул на мою руку и разодрал до крови морщинистую кожу.

– Добавляй, – проорал он.

Я и добавила, потом поспешно сняла с печки котелок, аккуратно поставила на стол и со спокойной совестью грохнулась в обморок.

Очнулась от того, что избушку кто-то тряс. Снаружи раздавался злющий громогласный вопль:

– Вылезай старая! А то сейчас спалю тебя вместе с твоей курицей!

– Ты нам обещала! Врунья, – обиженно вторила веселая голова Змея.

– Все равно мы до тебя доберемся. Так что лучше сама выходи. Есть шанс, что ты сможешь нас задобрить, – давала совет умная морда.

Где-то под потолком шипел кот:

– Ну чо за невезуха. Тело потеряла. Сейчас еще избушке конец. Как жить дальше бедной бабусе?!

Я торопливо встала. Схватила котелок с остывшим зельем и кинулась на крыльцо.

– И чагой-то ты такой нетерпеливый? У меня процесс важный, ритуал, его нарушать низя. А ты тут домик мой трясешь, варить мне мешаешь! – поругала я Змея Горыныча, со страху переняв говор Ягуси. Тот вмиг присмирел, сел на попу, хвостом задние лапки прикрыл, все три морды понуро опустил и глянул на меня такими виноватыми глазенками… Только одна морда смотрела с приветливой хитринкой, вторая – с пониманием, третья – хмуря брови. У меня в голове сразу имена для них придумались: Весельчак, Ворчун и Знайка. Да, не оригинально, зато точно!

– На вот, ешь, – вытянула я вперед руки с зельем.

Весельчак первым сунул морду в котелок и тут же отскочил, морща нос:

– Фу, как это можно есть. Оно же воняет…

– А ты нос заткни и ешь! – посоветовал мой кот-яга. Пока я тут Горыныча отчитывала, Ягуся успела спуститься и выйти к дорогим гостям, – Только по чуть-чуть пробуй, а то отрастишь себе крылья на весь лес!

Ворчун растолкал другие головы и засунул свою пасть в котелок. Послышалось чавканье, а когда гордая собой морда вылезла из старой утвари, за рядом длинных шей раздался треск. Комар пискнуть не успел, а два маленьких крылышка Горыныча взметнулись к самому небу, накрыв округу загадочной тенью.

– Красота! Драконы обзавидуются! – радостно вертя башкой, воскликнул Весельчак.

 – А мы в полете с ними справимся? – недовольно поинтересовался Ворчун.

– Сам и будешь справляться. Нечего было столько жрать! – отчитал соседа по туловищу Знайка.

– Только вы это… имейте ввиду: эффект временный. Максимум на неделю, – прячась за мной, сообщил кот-яга.

Все три головы вновь уставились на меня.

– Я же всего лишь поколдовываю. Мне далеко до всемогущества, – развела я руки в стороны. Горыныч вздохнул и Знайка вынес вердикт:

– И на том спасибо, Ягуся. Полетели мы…

Горыныч взмыл в небо, снеся своими новыми крыльями пять верхушек соседних елей. Я посмотрела на почти не тронутое зелье и спросила:

– А с этим чяго делать?

«Почему я так разговариваю?» – простонала про себя.

– Выкини остатки в печку, а котелок вымой на болоте, – посоветовала мне Ягиня Берендеевна.

– Жалко же, столько ценных ингредиентов… Может, оно нам пригодится? – спросила я, засунув палец в вонючее варево.

– Башка твоя пустая, что ты творишь? – заверещала Яга, но было поздно, палец я облизала.

Третий раз за сутки терять сознание – это я вам скажу совсем нерадостно. Но пришлось возвращаться в новую реальность, потому что по моему животу и груди скакал кот приговаривая:

– И откуда такая бестолочь на мою голову свалилась. В рот тянет все подряд, от вида крови в обморок падает. Припадочная дубина, чесслово!

В ушах гудело в такт кошачьим воплям. Я с трудом разомкнула веки и закрыла их обратно.

«Не может быть», – простонала я.

– Что? Не хочешь смотреть на дело рук своих? Чтобы ты на ежей всю жизнь садилась! Чтоб у тебя на голове боярышник вместо волос рос! Чтоб за тобой хвостом полк жаб скакал, – сыпал проклятьями кот-яга.

– Перестань, накаркаешь, – перебила я взбешенную Ягусю и снова приоткрыла глаза.

Нет, не показалось. На моем и без того крупном носу, на месте милой бородавки, подумаешь пара-тройка волосков из нее торчала, теперь красовался настоящий мухомор! С ярко-красной шляпой. Он изрядно мешал обзору. Я рассердилась на саму себя и сломала ядовитый гриб. Но он тут же выскочил обратно как черт из табакерки. Я застонала.

– Дура! – буркнула Ягуся и ушла в избушку.

Я поплелась следом.

– Ягиня Берендеевна, давайте сварим зелье, чтобы вернуть нас обратно в наши тела, – со слезами в голосе попросила я бабусю.

Кот гордо махнул хвостом и злобно прошипел:

– Что? Мое тело испортила, можно в свое возвращаться?

– Я случайно. Простите! Это же временно, на неделю максимум…

Яга вздохнула и согласилась:

– Хорошо. Давай попробуем поменять нас местами.

– Я не хочу быть котом, – заартачилась я.

– Я тебе потом другое тело найду. Обещаю. Но старое не вернуть! Его здесь нет.

– А если меня в тот мир отправить?

– Нельзя. Ты смотри, к чему это привело. Круговерть душ образовалась! Там твоего тела нет. Ты можешь случайно чужое занять. И чья-то душа опять неприкаянная останется.

– Так и здесь безхозных тел не водится, я полагаю. Значит, я обречена быть призраком, – заревела я.

– Мы что-нибудь придумаем. Не реви. Звать-то тебя как?

– Ульяна…

– Хорошее имя. Уля, давай меняться телами. Как только я снова стану собой, сделаю все, чтобы тебе помочь.  Клянусь!

Выбора у меня особо не было. И я послушно стала варить новое зелье.

Мухомор мешал. Яга орала. От слез в глазах все расплывалось. Но я старалась все сделать правильно.

– Две щепотки когтей крыс. Так. Десять капель дождевой воды. Я сказала десять! – шипел кот-яга, – Что в твоей голове, Уля, паутина да пауки? Мозгов там точно нет!

Подумаешь, я одной капли дождевой воды недосчиталась. Но Ягиня Берендеевна внимательно следила за каждым моим взмахом ресниц, не то что за ингредиентами.

В этот раз мы колдовали над котелком полдня, не меньше! Делали паузы, доводили до кипения, снимали, снова ставили на печку. Я вся упарилась. Когда в избушку заглянули первые розовые закатные лучи, я услышала долгожданное:

– Готово!

Выдохнув с облегчением, я спросила:

– И кто из нас это должен выпить?

– Оба! – категорично заявила Ягуся.

Я разлила золотистое зелье в две миски. И мы одновременно с котом принялись пить. Вернее, я пила горячее варево маленькими глоточками, а кот лакал. Когда обе плошки опустели, мы посмотрели друг другу в глаза. Мир мгновенно закрутился, завертелся, и я в бессилии упала на пол, кот как ни странно тоже.

Я лежала и смотрела в грязный закопченный потолок и ждала, когда исчезнет мухомор перед моими глазами, но ничего не происходило.

– Кажется, не сработало… – сообщила я Ягине Берендеевне.

– Без тебя вижу. Не слепая, – зло откликнулась бабуся.

Слезы снова полились из глаз, как нескончаемый поток дурацких событий в моей жизни. Мной завладело отчаяние. Я вскочила, выбежала прочь из домика и понеслась куда глаза глядят.

Понеслась - это я громко сказала. С горбом и больной ногой на лань я была похожа так же, как медведь на бабочку, но до лесного озера я добралась и встала очарованная его красотой. В зеркальной поверхности воды отражались темные ряды деревьев, пестрый ковер береговых трав и цветов да розово-сиреневое небо. Здесь пели птички, стрекотали кузнечики, и царил покой, такой же вечный, как все миры и пространства. Стащив с себя грязные, провонявшие зельями лохмотья Бабы-яги я зашла в озеро. Вода была теплой, ласковой. Она обволокла уставшие мышцы, разгладила морщинки на старческой коже, даря ощущение свободы. Я нырнула с головой, а когда вынырнула, перед моим носом уже не было мухомора, зато появилась накаченная мужская грудь с золотистыми волосками.

– Ваня? – удивилась я, оторвав взор от стальных мышц и переместив его на лицо парня, чудесным образом оказавшегося рядом.

– Я нашел тебя! – поделился радостью Ваня, прижал меня сильными руками к себе и накрыл мои губы горячим поцелуем.