Василиса и серый волк

На меня ошалело в упор смотрел волк. Я с таким же недоумением — на него. Настоящий дикий хищник прямо посреди города! Удивление в его желтых глазах читалось так явно, будто еще секунду назад он находился в лесной чаще, а теперь оказался в этой узкой подворотне. Эх, говорила мне мама не ходить одной так поздно! Из зоопарка сбежал, что ли? А, может, он бешеный? Здоровый волк вряд ли вышел бы к людям. Да и леса рядом нет! Не то что леса, даже захудалого парка в округе вспомнить не могла. Высматривая в звере признаки опасного заболевания, я начала медленно отступать.

Из окна над головой раздался крик. Готова поспорить, что это был гусь! В деревне у прабабушки они так же кричали в моем детстве. Дернула голову в сторону звука, на миг прервав зрительный контакт с животным, но никого не увидела, а когда снова посмотрела на зверя, его там не было! Куда он мог подеваться?! Чертовщина какая-то. Еще и гусь. Какой сумасшедший держит в городе гуся?! Звук явно доносился из окна квартиры.

Около минуты я просто стояла и переводила дыхание. Руки тряслись и подкашивались ноги. Я еще могла подумать, что встречу маньяка, но волка?..

До парковки было рукой подать, к тому же начинался дождь, и я, превозмогая страх, что зверь прячется где-то в темноте за мусорными баками, быстрым шагом пошла через подворотню, почти перейдя на бег, но в этот момент ближайшее ко мне окно на втором этаже с треском взорвалось. Я не успела даже пискнуть, отскочить или прикрыться руками: в водопаде мелких осколков и белых перьев мне на голову выпал какой-то большой предмет, ослепляющей вспышкой боли раскроив череп. По крайней мере, ощущения были именно такие.

Из окна донеслось рычание и несколько нестройных птичьих криков. Не разбирая дороги, я кинулась к своей старенькой машине, которую припарковала неподалеку, только чтобы убраться из странного места подобру-поздорову.

Добежала до автомобиля, разблокировала двери и только когда с грацией мешка картошки плюхнулась внутрь, с удивлением обнаружила, что так и держу в руках старую деревянную кадку. Она-то и саданула меня по лбу так, что перед глазами летали разноцветные искорки. Времени выбрасывать ее не было, кинула на сиденье рядом и со всей скоростью, на которую способна, вставила ключ в замок зажигания, тут же нажав на педаль газа.

Ливень лупанул не на шутку, сплошной стеной он заливал лобовое стекло, но я даже не подумала останавливаться, пока не поймала кого-то на капот. Раздался глухой звук удара, и на меня через стекло снова уставились два желтых глаза, как два прожектора. Заорала на полную мощь легких и выдавила газ в пол, одновременно немного дернув руль влево. Волк слетел с капота, а я, молясь вслух всем известным божествам сразу, выехала из двора, в котором творилась какая-то дичь.

Я все еще не отошла от встречи в злополучном дворе и не успела проехать даже полкилометра, когда меня остановил инспектор ДПС. Сердце, не успев восстановить нормальный ритм, снова сбилось. Вот блин! Терпеть не могу, когда меня останавливают. Когда нервничаю, я начинаю себя странно вести: не знаю, куда девать руки, как говорить, улыбаться ли и поэтому выгляжу не особо презентабельно. А сейчас и подавно!

За те несколько секунд, пока инспектор шел ко мне, я успела осмотреть себя в зеркале заднего вида. Да уж, видок тот еще: глаза по пять копеек (интересно, придут ли они когда-то в норму после такого-то?), темно-русые волосы растрепались и торчат в разные стороны, а вишенкой на торте на лбу расцвела огромная красная шишка. Будь неладно это ведро и тот козел, который его на меня выкинул!

Схватила с заднего сидения кепку, которую несколько недель назад забыл одногруппник, когда я его подвозила. Она так и валялась в машине, все забывала отдать ему. Быстро натянула ее, попутно приглаживая волосы, в тот же миг в окно постучали. Я опустила стекло, впустив в салон разбушевавшийся не на шутку ливень, и растянула губы в такой широкой улыбке, что мне позавидовали бы все звезды Голливуда вместе взятые.

Инспектор представился и попросил документы. И что ему в такую погоду в машине не сидится? И охота мокнуть?.. Чуть подрагивающими пальцами я открыла бардачок и вытащила документы.

— Почему без света едем? — поинтересовался молодой мужчина в форме и непромокаемом плаще. Имени я не расслышала из-за шума проезжающих мимо машин по мокрой дороге. — Еще и не пристегнулись. — Он с осуждением покачал головой.

Я бросила испуганный взгляд на приборную панель. И правда: о такой «мелочи», как фары, я и забыла. Хорошо хоть сама ноги унесла! А ремень… да некогда было!

«На меня напали волк, гуси и ведро», — чуть не ляпнула я, но в последний момент прикусила язык. Вовсе не нужно, чтобы он вызвал бригаду и меня увезли в дурдом прямо отсюда. Даже если это правда, кто мне поверит?

— Извините, инспектор, я такая рассеянная, только из двора выехала, еще не успела включить фары и пристегнуться. — Быстрым движением я крутанула включатель ближнего света и снова растянула губы в дурацкой улыбке, мысленно молясь, чтобы он поверил.

— Как вы себя чувствуете, Василиса Петровна? — еще раз посмотрев в водительское удостоверение, спросил доблестный служитель закона.

— Эм-м… — Не совсем поняла, что он от меня хочет. — Спасибо за заботу, все хорошо.

— А куда направляетесь?

— Домой. — Я пожала плечами. — Время-то позднее.

— Выйдите из машины, пожалуйста. — Отставать от меня он, очевидно, не собирался.

— Зачем? — насторожилась я. Волк мог находиться еще где-то поблизости. Конечно, рядом с вооруженным ДПС-ником не так страшно, но все же выходить крайне не хотелось.

— Попрошу вас пройтись немного.

Только после этих слов медленно соображающий после пережитого стресса мозг понял, что инспектор подозревает меня в нетрезвости.

— А-а-а, ну ладно, — обреченно сказала я и вышла, оставив дверь приоткрытой.

Через пару минут я уже снова сидела за рулем. Страж дорожного порядка удостоверился, что я трезвая как стеклышко и, вернув документы, ограничился лишь предупреждением. Я клятвенно пообещала, что такого больше не повторится и, пристегнувшись, медленно поехала домой, принюхиваясь.

В салоне стоял странный запах, но я не сразу поняла, что он мне напоминает. Как будто… мокрая псина?.. Показалось, что вонь идет от кепки, которая намокла, пока я вышагивала для ДПС-ника. С отвращением стянула ее и не глядя бросила на заднее сидение. Нужно завтра непременно отдать ее, а мне срочно требовался душ. Показалось, что даже волосы пропитались этим амбре. Или у меня уже галлюцинации? Надо бы завтра врачу показаться, вдруг из-за этого ведра у меня сотрясение?

Я запарковалась около подъезда и посмотрела на кадку, которая так и валялась на сиденье рядом. И куда мне ее девать? К мусорным бакам идти не хотелось, ливень не терял силы. Решив, что выброшу ее утром по дороге на учебу, я взяла ее с собой. О том, что можно было просто оставить ведро в машине, я подумала только когда вошла внутрь, и уже не стала возвращаться. Может, оставить как «трофей» на память о странной ночи?

Ключ, как обычно, застрял в стареньком замке. Такое иногда происходило, поэтому у меня на такой случай наготове лежали плоскогубцы. Бросила ведро в коридоре и, стянув мокрые кеды, пошла на кухню за инструментом, через минуту благополучно вызволив связку из дверного плена. Давно уже нужно поменять замок, да все времени на это нет и лишних денег. Бедной студентке, живущей на стипендию и вечерние подработки, этого добра всегда не хватает. Старенький автомобиль достался мне от дедушки, а квартира — от бабушки. Они умерли пару лет назад, и теперь я совсем одна.

Когда вошла домой, все произошедшее часом ранее уже казалось чем-то фантастическим. Уж не почудилось ли мне?.. Бросила взгляд на кадку, сиротливо валяющуюся на полу. Нет, все-таки не показалось. А вот вонь мокрой псины так меня и преследовала. Я скривилась и поспешила в ванную, где скинула с себя всю одежду, тут же отправив ее в корзину для грязных вещей, и включила обжигающе горячую воду. Нужно скорее смыть с себя все сегодняшние приключения и заодно этот странный запах.

После горячей воды почувствовала себя гораздо лучше. Пошла на кухню, обмотавшись толстым махровым полотенцем. Бабушка много лет прятала его в антресолях даже не распакованным. Все откладывала на какой-то особый случай. А в итоге этот особый случай так не наступил. После ее и дедушкиной смерти я поклялась сама себе, что буду пользоваться всеми доступными благами здесь и сейчас, ведь завтра может не наступить. Не то чтобы я пессимист по жизни, вовсе нет. Мой стакан всегда наполовину полон, но все же лучше буду пользоваться самыми красивыми полотенцами, пить подаренный дорогой чай и есть конфеты, а не прятать их, пока они не потеряют срок годности, и пользоваться «парадным» сервизом, вместо того чтобы тот пылился за стеклом в шкафу. Здесь и сейчас — все что у нас есть. И я руководствовалась этим правилом уже несколько лет, почувствовав себя гораздо счастливее, когда разрешила себе многие вещи, которые раньше были «под запретом».

Поставила чайник, включила газ и уже хотела идти переодеваться в пижаму, когда услышала из коридора какой-то звук. Внутри вся похолодела. У меня нет даже кота, на проказы которого можно было бы подумать. Мамочки, в моей квартире кто-то есть! Почему-то сразу вспомнилась сегодняшняя встреча с волком. Бред, конечно, он в многоквартирный дом никак не попал бы. Но вот грабитель — вполне. Самый предпочтительный вариант, если бы это оказался какой-то полтергейст, но в призраков я не верила, поэтому вооружилась толстой длинной скалкой, советской, добротной, которая осталась мне от бабушки, и медленно пошла в темный коридор. До выключателя нужно было еще добраться. Звук повторился. Сперва это были какие-то шорохи, теперь как будто кто-то шагал по старому рассохшемуся паркету.

— Кто здесь?! — воинственно произнесла я, стараясь скрыть дрожь в голосе, но все равно конец фразы пропела петухом: — А ну выходите! Я вооружена!

Звуки стихли. Я застыла, боясь идти дальше. Эх, телефон где-то кинула, так бы заперлась на кухне и просто позвонила бы в полицию. Собралась с силами и с боевым кличем подлетела к выключателю, резко щелкнув по нему. Узкий коридор наполнился ярким светом. На злополучной кадке, встреча с которой оставила у меня на лбу малиновую шишку, сидел голубь! Да чтоб вас всех! Я сегодня Белоснежка какая-то: то волк, то гуси, то вот, пожалуйста: голубь. Получите, распишитесь. Вспомнила, что не закрыла перед уходом окно в спальне. Видимо, залетел случайно.

Пока я играла в гляделки с птицей и восстанавливала дыхание после очередного пережитого за сегодня стресса, чайник противным свистом возвестил о том, что вода закипела. Опустила скалку и побежала его выключать, а потом, косясь на наглую птицу, бочком, чтобы не всполошить ее раньше времени, протиснулась по коридору и пошла в спальню, где шире распахнула окно.

Как мне теперь выгонять-то пернатого гостя? Пока думала, все же решила переодеться в пижаму. Обычно я ходила дома в шортах и футболке, но во время ливня продрогла, поэтому надела костюм потеплее: мягкие флисовые штаны, спортивный топ и рубаху с длинными рукавами. Когда вернулась, птица уже расхаживала по кухне с таким видом, как будто она тут хозяйка. Я схватила веник — первый предмет, который попался на глаза.

— А ну! Кыш отсюда! — Я замахнулась на голубя. Тот в панике заметался по кухне, уронив несколько перьев. — Давай, глупая птица, лети! — Я пыталась направить его веником к окну в спальне, потому что на кухне была лишь маленькая форточка, к тому же закрытая антимоскитной сеткой, но незваный гость так перепугался, что лишь беспорядочно сносил все на своем пути, совершенно не желая лететь туда, куда я хотела. В неравной борьбе пала начатая пачка с мукой, запорошив пол и табуретки белым.

— Ах ты ж, зараза! — раздраженно воскликнула я, уже подумывая, чем бы оглушить птицу. Она словно почувствовала это и заметалась еще активнее, снеся чашку и два стакана. Чашка «выжила», а вот стаканы с треском разлетелись по всему помещению.

— Я тебя сейчас в суп пущу! — закричала на пернатого, но, конечно же, совсем не улучшила ситуацию. Голубь сел на распахнутую дверцу шкафчика и нагадил прямо на чистую тарелку, которая стояла внизу. Причем сделал это с таким ехидным видом, что я почти была уверена: он это нарочно!

Думай, Вася, думай. Голубь ведь дневная птица, значит, в темноте плохо видит. Стараясь не наступить на осколки, я вышла из разрушенной кухни, поражаясь, как одна маленькая птичка может устроить такой кавардак всего за две минуты, и выключила свет на кухне и в коридоре, а в спальне, наоборот, включила. А потом вернулась и снова всполошила возмутителя спокойствия веником. Расчет оказался верен: птица взлетела и двинулась к свету, вылетев прямиком в широко распахнутое окно. Я устало вздохнула и быстро прикрыла его от греха подальше. А то вдруг наглецу у меня понравилось, и он решит вернуться. Нет, сегодня со мной происходят какие-то аномалии. Магнитные бури, что ли?

Надев тапочки, чтобы не пораниться осколками, я поплелась на кухню, намереваясь убрать весь тот бардак, который остался после голубя. Уже в который раз за вечер щелкнула выключателем и застыла, в ужасе глядя на пол. На тонком слое муки, которая расстилалась по всему полу, четко выделялись отметины чьих-то лап. Они походили на собачьи, только были очень большие.

Я тихо заскулила. Кажется, поехала моя крыша. Прощай, милая, ты была дорога мне! Пора собирать вещички и отправляться в дурдом. Следы шли кругом: как будто обладатель огромных лап пробежался по кухне и убежал обратно в коридор. Как только я это поняла, сзади снова раздался шорох. Прямо за моей спиной. Я застыла, боясь даже сделать вдох.

Время как будто остановилось, несмотря на то, что я четко слышала, как в комнате за стеной громко тикают часы. Они были гораздо старше меня, и без этого тиканья я уже не могла спокойно заснуть. Но сейчас о спокойствии вообще можно забыть. У меня как будто перед глазами стоял желтый волчий взгляд. А о ком я еще могла подумать, увидев огромные следы в муке?! Как он сюда проник? Господи боже мой, ну ка-а-ак?!

Стараясь двигаться очень медленно и плавно, я аккуратно протянула руку и взяла табуретку, а в следующий миг резко развернулась. В полутемном коридоре, куда проникал свет из кухни, кто-то склонился над ведром. Силуэт был явно человеческий, но замах уже было не остановить: табуретка полетела в незнакомца, угодив тому ровно по затылку и рассыпавшись на несколько частей. Человек как стоял, так и рухнул на пол с глухим грохотом. Пусть бы соседи вызвали полицию на этот шум! Пожалуйста, ну пожалуйста! Щелкнув выключателем и озарив коридор теплым желтым светом энергосберегающей лампочки, я подлетела к лежащему на полу мужчине и с беспорядочно колотящимся сердцем уставилась на него. Он лежал на боку абсолютно голый, а самое интересное место прикрывал… пушистый серый хвост! Даже не стала проверять, откуда этот хвост берет начало. Мало того что ко мне домой проник эксгибиционист, так еще и явно с извращенными наклонностями. Я могла лишь предположить, каким образом этот хвост крепится.

Первым желанием было бежать к соседям и стучаться во все двери, прося о помощи, но полночь уже давно миновала, и я решила, что, раз уж он без сознания, можно обойтись и своими силами, никого не беспокоя. Сбегала в спальню и принесла несколько ремней и поясов от халатов, принявшись крепко связывать руки и ноги незнакомца.

Когда осталась довольна результатом, кинулась за телефоном, но в сумке его не обнаружила, как и в карманах одежды. Черт! Он мог выпасть в той подворотне, когда я убегала от волка, или остаться в машине. Уже хотела спускаться, когда извращенец застонал и пошевелился. У меня кровь отлила от лица. Только не сейчас! Не приходи в себя, нет-нет-нет!

Пока связывала его, даже не взглянула на лицо, а теперь, прижавшись к стене и снова схватив скалку на всякий случай, наблюдала, как парень, явно всего на несколько лет старше меня, морщится и пытается пошевелить руками, которые я надежно связала у него за спиной. Незнакомец был очень волосатый: короткие темные волосы покрывали не только голову, но и грудь, спину и плечи.

Он пришел в себя окончательно и дернулся, сообразив, где находится.

— Не шевелись! — скомандовала я, грозно занеся над своей головой скалку. — Иначе снова вырублю!

Он внимательно уставился на меня серыми глазами и медленно кивнул. Уже хорошо. Может, он не совсем неадекватен?

— Что ты здесь делаешь? Как проник ко мне в квартиру? — устроила я допрос.

— Проход… — просипел незнакомец и закашлялся. — Я только хотел уйти через проход…

— Ага, значит, все-таки сумасшедший, — вздохнула я.

— Дай мне уйти, — неожиданно твердым голосом сказал парень.

— Ага, щаз-з-з. — Я ухмыльнулась. Теперь, когда владела ситуацией, во мне разыгралось любопытство. Было уже не столько страшно, сколько интересно, что он тут вообще забыл.

— Развяжи меня сейчас же! — продолжал настаивать брюнет. — Перенести проход обратно надобно, не успокоятся они иначе. Искать его будут!

И что мне с ним делать? И оставить одного страшно, вдруг развяжется, и полицию со скорой вызвать нужно. Человек явно неадекватен, бред какой-то несет.

— Я серьезно, не шутить лучше с гусями-лебедями!

При упоминании о гусях у меня сердце екнуло. Совпадение ли то, что я слышала их крики пару часов назад? Что-то подсказывало, что и волк, и этот странный извращенец как-то связаны. Вот только как? Что здесь происходит?

— Где хвост?! — вдруг встрепенулась я, поняв, что он исчез. Еще несколько секунд назад был, а теперь моему взору открылось волосатое, но обычное человеческое бедро.

— Хвост трансформируется в последнюю очередь, — как ни в чем не бывало сообщил незнакомец.

— Т-трансформируется?.. — Я совсем растерялась, перестав понимать, что вообще происходит.

— Кащей меня этаким словечкам учит, — с гордостью сообщил эксгибиционист.

— Это кличка такая? — глупо хихикнула я. В глубине груди зарождался нервный смех. Я даже икнула, так старалась его сдержать.

— Почему сразу кличка? Имя родовое. А меня Олегом величать.

Я немного успокоилась и, сделав глубокий вдох, сказала:

— Значит так, Олег, я понятия не имею, о чем ты тут говоришь, но советую не двигаться, пока я схожу к соседям и вызову полицию.

— Хотя бы проход закрой, — застонал парень и недовольно скривившись, покачал головой. — А то через него не ровен час не только птица залетит, но и кто похуже, а мне за то Кащей с Ягой голову открутят.

Я тоже застонала в ответ. Ну за что мне такое?! Что это за расстройство личности у него? Шизофрения, что ли?

В этот миг ведро, которое так и стояло рядом с умалишенным, вдруг двинулось! Я подпрыгнула. Из него, как пар из кружки с горячим чаем, поплыли искры.

— Ручку перекинь на другую сторону! — закричал молодой человек, дернувшись. — Идет сюда кто-то!

Кажется, не только он здесь сумасшедший, но и я. Иначе как объяснить то, что я вижу?!

— Девица, милая, ручка! — снова воскликнул незваный гость. Сама не зная, почему повинуюсь его словам, я подскочила к кадке и перекинула ручку на другую сторону. Ведро вдруг перестало подавать признаки «жизни», разноцветные искорки пропали. Я с опаской заглянула внутрь: обычное дерево.

— Благодарствую, — с облегчением вздохнул сумасшедший.

— Что это было?! — Я переводила взгляд то на ведро, то на ночного гостя.

— Расскажу, коль развяжешь, — устало сказал он.

— Разбежался. — Зыркнула на него. Он-то хоть лежит, а я целый день училась, потом работала, потом от волка убегала и далее по списку…

— Эх, провалил я задание, — запричитал он. — Не хотела Яга меня сюда отправлять, да Кащей поручился! Подвел я его, ох подвел! А бедному волколаку такую службу хорошую где еще найти?..

Я медленно сползла по стене, все еще сжимая в руках скалку. Это уже слишком для одной маленькой меня.

— Волколак… — Мой мозг зацепился за слово, знакомое из легенд. Волк-оборотень? Или я схожу с ума, или все как раз сходится… — Твои следы там, на кухне? — Я кивнула в нужную сторону.

— Мои, — покаянно вздохнул парень. — Коль волком обращаюсь, сил нет с чутьем звериным бороться, обнюхать надобно все.

Я уже сама была готова по-волчьи завыть.

— И хвост… Настоящий? — с обреченностью спросила я.

— А то как же! — гордо сказал мой собеседник. — Девица, а девица, развяжи меня, не причиню тебе зла. Мне бы только в проход войти, и ты меня больше в жизни не увидишь.

Неожиданно для себя я хихикнула. Развязывать его я, конечно, не собиралась, но и негатива этот странный тип больше во мне не вызывал. Или он сумасшедший, или я, или, что вероятнее, мы оба.

— Василиса я, — почему-то решила представиться.

— Мое любимое имя, — улыбнулся он.

— Лесть тебе не поможет, — проворчала я. Решимость вызывать спецслужбы куда-то ускользала. Может, этот молодой человек и не дружит с головой, но он даже довольно милый в своем безумии. Может, и вправду развязать его? Я испугалась, когда эта мысль пришла ко мне в голову. Уж не загипнотизировал ли он меня?

— А что поможет? — Олег приподнял голову от пола и посмотрел на меня. — А то рук уже не чую.

— Поможет, если расскажешь все как есть. Желательно с самого начала.

— А одеяло хотя бы дашь? — он печально посмотрел на меня. — Замерзаю я на полу холодном.

— Не ври, сейчас тепло, — сказала я, однако, устыдившись, оставила скалку на полу, сама поднялась и с кряхтением потащила Олега за ноги в комнату на ковер, а потом накрыла пледом.

— Подушку бы, — робко высказал еще одно пожелание наглец.

— Нет, ну ты меру знай! — воскликнула я, но все же подложила ему под голову декоративную подушку с дивана.

— Благодарствую! — улыбнулся он.

Странно он говорил. Очень.

— Итак? — Я села на диван перед ним и скрестила руки под грудью. — Выкладывай. И не советую врать.

— На задании я важном, секретном, — даже лежа связанным, он умудрился произнести это с гордостью.

— Да-да, сказки про Кащея и Ягу я уже слышала. Теперь попытайся придумать что-то более правдоподобное.

— Почему это сказки? — Допрашиваемый весь встрепенулся. — Все взаправду!

Я цыкнула и закатила глаза.

— Ладно, зайдем с другой стороны. — Сбегала в коридор и вернулась оттуда с ведром. — Что это за штука такая? — Повертела кадку так и сяк, снова заглянув внутрь. Может, здесь какой-то проектор вставлен? Лампочка? Как-то же оттуда вылетали огоньки. Я предположила, что это была какая-то световая проекция, но ничего хотя бы приблизительно напоминающего электронику не нашла. Внутри было старое чуть рассохшееся от времени дерево. В такую кадку даже воды не наберешь — выльется.

— Осторожно! — взвыл незваный гость. — Проход снова откроешь!

Я начинала тихо злиться. Он все твердил о каких-то невероятных вещах, а я толком ничего не узнала. Конечно, нельзя было отметать тот вариант, что он просто сумасшедший, хотя и выглядит вполне нормальным. Но куда в таком случае испарился хвост?!

— Ты сейчас договоришься у меня! — пригрозила я. — А ну…

Олег вдруг весь напрягся и, нахмурив лоб, сказал:

— Тихо!

— Ты мне еще рот затыкать будешь?! — Я разозлилась уже по-настоящему.

— Да тише, говорю!

Я замолчала, только чтобы перевести дух для новой тирады, и в этот момент услышала, как дверная ручка щелкнула. Она всегда так делала, когда на нее нажимаешь. Я испуганно уставилась на пленника. Тот медленно покачал головой и сказал одними губами:

— Молчи.

Это я поняла и так. Раздался звук дверного звонка, я вернулась в коридор, но Олег зашикал на меня:

— Не открывай! Не иди туда, это гуси-лебеди, они опасны!

Я все же на цыпочках подошла к двери и аккуратно заглянула в глазок. Чернота.

— Откройте, полиция! — раздался твердый мужской голос, в дверь тут же заколотили.

Меня кто-то схватил сзади, зажимая рот ладонью. Я не смогла даже пискнуть. Загадочный некто оторвал мои ноги от пола и потащил обратно в комнату. Конечно, это оказался новый знакомый, обернутый в тот самый плед, которым я его накрыла. Только как парень освободился?! Спрашивать об этом времени не было, все происходило стремительно.

Олег отпустил меня на несколько секунд и перекинул ручку ведра на другую сторону. Из того снова поплыли огоньки, они поднимались на полметра и растворялись в воздухе. Незваный гость схватил меня в охапку, а я от неожиданности даже не подумала сопротивляться. Один лишь миг — и он, все еще держась за ручку ведра поставил в него сначала одну, затем другую ногу. Как?! Как ему это удалось? Кадка слишком маленькая, чтобы туда поместились обе мужские ступни! Раздался хлопок, а еще через секунду входная дверь с треском ударилась о стену.

Я успела только закричать:

— Пистолет!

Как будто это что-то могло поменять! На меня уставились двое мужчин в черных плащах, один из которых уже навел ствол в нашу сторону, когда мир закрутился с бешеной скоростью. В глаза бросились огоньки, которые вылетали из ведра. Они были везде! Мне казалось, эти искорки заполонили собой все пространство, я вдыхала их, и от этого кружилась голова. Или от того, что я куда-то падала? Бесконечно. Звездочки не заканчивались, они облепили меня, слились со мной, а полет все не прекращался, пока я не затормозила обо что-то мягкое. Приземление оказалось столь резким, что я вскрикнула и замолчала, прислушиваясь. Здесь было бесшумно, как не бывает в городе даже глухой ночью. Тишина буквально пищала в ушах несколько секунд, за которые я огляделась: я лежала на… Олеге! А он — на сочной траве, густым ковром расстелившейся вокруг нас. Рядом стояло все то же злополучное ведро.

— Эй! — Я слезла с бедолаги, который, кажется, потерял сознание от удара, и легко похлопала его по щеке. Он даже не пошевелился. Я огляделась: мы находились в какой-то роще, вокруг — дубы, березы и ясени. Уже рассвело, но солнце пока не разыгралось в полную силу, оно лишь золотило верхушки самых высоких деревьев. Птицы, встревоженные нашим появлением, постепенно снова начинали подавать голоса. Их трели густо заполнили пространство. — Эй ты! — Второй раз пошлепала Олега по щекам гораздо более ощутимо. Парень резко дернулся и зарычал, не открывая глаз. Я отскочила от него и только потом поняла, что он все еще не пришел в себя. Несколько секунд ему потребовалось на то, чтобы открыть глаза и сориентироваться, где он находится. Я видела, как меняется его выражение лица: от непонимания до испуга. Он подхватился с восклицанием:

— Проход!

Я находилась ближе к ведру, поэтому быстро перекинула ручку на другую сторону. Кадка, которая уже начала покачиваться и резко выбрасывать искры, замерла. Мы с Олегом синхронно вздохнули с облегчением. Конечно, я еще слабо понимала, что здесь творится, но то, что мужик с пистолетом не цветы мне собирался подарить — это к бабке не ходи.

Когда первый шок прошел, я еще раз внимательно осмотрелась, но, кроме деревьев и зелени да поющих на разные голоса птиц где-то в кронах, ничего не обнаружила.

— Что здесь, черт возьми, творится? Где мы?!

Я поднялась на ноги и скрестила руки под грудью. Олег поправил плед, потому что тот почти размотался во время полета, и, оставшись сидеть прямо на земле, с какой-то обреченностью произнес:

— Добро пожаловать в Тридевятое царство. Кащей мне голову свернет, Яга в печь засунет…

— Так, либо я сумасшедшая, либо мы только что пролезли через ведро из моей квартиры прямо в какой-то лес.

— Не сумасшедшая ты, Василиса, — горестно сказал Олег и еще больше понурился. Мне его даже жалко стало. Весь запал и злость куда-то пропали. Наверное, адреналин в крови перестал играть. Я подошла к парню и села рядом.

— Как ты выбрался? — не поняла я. — Я ж тебя так крепко связала.

— Волколаку такие оковы не помеха, — слабо улыбнулся мой невольный собеседник.

Я обняла колени руками и положила на них голову. Было свежо, везде лежала роса.

— Замерзла, поди? — Олег с участием глянул на меня. — Отдам покрывало.

Он уже потянулся его снимать, когда я встрепенулась и замахала руками:

— Н-не надо!

Еще чего не хватало лицезреть все его достоинства. Или недостатки. Сказать об этом ничего не могла, потому что видела только хвост, который прикрыл все остальное.

— Мне не холодно, — соврала я. — Я закаленная.

— Как знаешь. — Волколак пожал плечами. — Я ж как лучше хочу.

— Если хочешь как лучше, верни меня домой, — выпалила я.

Олег удивленно на меня посмотрел.

— Что? — не выдержала я.

— Да вот думаю: глупая ты, девица, или отважная.

Я уже хотела возмутиться, когда услышала скрипучий насмешливый голос:

— А есть ли разница?

Испуганно обернулась, но никого не увидела.

— Кто здесь?! — Я продолжала озираться.

Молодой человек непонимающе на меня посмотрел.

— О чем это ты толкуешь?

— Ты что, не слышал?

— Что не слышал?

Я еще несколько раз повернула голову туда-сюда, но, убедившись, что рядом никого нет, произнесла:

— Неважно, забей.

— К-кого забить? — Олег испуганно посмотрел на меня так, как будто на этот раз он действительно сомневался в моей вменяемости.

— Так просто говорят. Забей значит «не обращай внимания».

— Твердила Яга, не готов я к такому заданию, зря не послушал старую мудрую женщину, ой зря. — Волколак снова тяжело вздохнул.

— Так, хватит себя жалеть! — скомандовала я. — Меня лучше пожалей. Я просто шла домой с подработки, а на меня напало ведро! — Я отвела волосы со лба, явив спутнику шишку, которая не переставала пульсировать. Наверное, у меня сотрясение, вот и мерещится всякое.

— Это все гуси-лебеди, — снова раздался скрипучий голос, который заставил меня подпрыгнуть. Я встала и даже обошла полянку кругом, заглянув под кусты.

— Ты чудная. — Олег не переставал следить за мной взглядом.

— Ты не лучше! — огрызнулась я. — Так ты меня собираешься возвращать или как?

— Или как, — хмыкнул он. — Давно ль ты, Василисушка, бусины из свинца на вкус не пробовала?

— Бог миловал, — ляпнула я, все еще недовольная. — А ты поэт, однако, — проворчала. — Так красиво пули назвать.

— Точно, пули! Забываю все, как это у вас называется. Кащей мне рассказывал, да я, дурак, все в памяти не удержу.

— А у вас тут такого нет?

— Боги миловали, — в тон мне откликнулся Олег. Я посмотрела на него. Он все еще сидел на том же месте в той же позе, но уже не выглядел таким расстроенным, лукаво глядя на меня. — Лук да стрелы, мечи да ножи — наше оружие. А у некоторых, — Олег сверкнул улыбкой, — зубы да когти.

Одним ловким движением он вскочил. Я даже не успела уловить момент перехода: вот он сидел на земле, а вот уже стоит передо мной с ведром в руках.

— Идти надобно, — сказал он. — Одеяния найти для начала бы.

С каждой минутой становилось теплее. Солнце отбрасывало утренние косые лучи на землю, кожа на моих руках уже не покрывалась мурашками, но все же в пижаме посреди леса я чувствовала себя крайне некомфортно. Хорошо хоть в тапочках оказалась!

— А вернуть домой меня точно-точно нельзя?

— Даже если б бандитов в твоем доме не было, без компаса, — Олег смешно сделал ударение на последний слог и растянул гласную, — не выйдет. Рискованно это. Проход своенравный больно, выкинуть может хоть в речку, хоть в болото, хоть посреди моря-океана.

— Так-так. — Я потопала носком ноги по земле. — А что за компас такой, — я передразнила Олега с ударением. — Где его взять?

Парень неспешно пошел вперед. Мне ничего не оставалось, как следовать за ним. Куда мы шли, я не знала, но и оставаться одной в незнакомом лесу тоже не горела желанием.

— Так у гусей-лебедей остался. Проход-то я сумел отбить, а компас у главаря ихнего остался, у Путяты.

Я подавилась смешком.

— Ну и имечко!

Через пару минут до меня дошло.

— Погоди-ка. — Я недоверчиво посмотрела на спутника. — Значит, мы с тобой могли угодить куда-то в океан или даже, к примеру, в жерло вулкана?

— Вулкана? — Олег непонимающе посмотрел и нахмурился. — Это что-то с волками связано?

— Неважно! — Я всплеснула руками, испугав сидевшую на низкой ветке пташку, она с криком поднялась в воздух. — Из-за тебя мы могли погибнуть!

— Могли. — Волколак почесал затылок свободной рукой. — Но Звяга уж точно живьем нас бы не оставил.

— Звяга? — глупо переспросила я.

— Так молодчика того звать, что нас свинцом накормить пытался. Гуси-лебеди они ж что? Хитрецы. В мире вашем основались плотно.

— Те самые гуси-лебеди? — не поверила я.

— Какие — те самые?

— Ну, те, которые брата младшего у девочки похитили. — Я пыталась вспомнить русскую сказку. — Там еще говорящая яблоня была и печь вроде бы…

Олег даже остановился на несколько секунд.

— Да, Василиса, сильно тебе досталось. — Он покосился на мою шишку на лбу. — Гуси-лебеди давно народ стращают, многих братьев похитили, это да. Вижу, слава их и до вас дошла. Да только яблони не разговаривают, равно как и печи.

— В сказке разговаривают, — недовольно возразила я.

— А мы что ж, по-твоему, в сказку попали? — расхохотался волколак.

— Сказка ложь, да в ней намек, — снова проскрипел кто-то. Я решила делать вид, что просто ничего не слышу. Наверняка мне это кажется.

Даже как-то обидно стало. Хотела ответить Олегу что-то колкое, но так и застыла, схватив парня за руку, чтобы остановить. Сердце ушло в пятки. Совсем рядом в тени деревьев на нас смотрели два маленьких злых поросячьих глаза.

Конечно, если бы это были только глаза, я бы так не переживала. Но в комплект к ним шла огромная страшная морда с клыками и мощное тело, покрытое темно-бурой жесткой шерстью. Кабан явно замышлял что-то недоброе. Я прямо видела это и готова была поспорить, что он вот-вот кинется на нас. Городские жители нечасто встречают диких животных, и кабана до этого я видела только в передачах о природе, которые любила смотреть в детстве. Не знала, что делать, куда бежать и нужно ли. Может, лучше притвориться столбом? Может, зверь уйдет? А вдруг у него тут целая семья? При мысли об этом меня прошиб холодный пот, и человек с пистолетом уже не казался таким уж страшным. Если выбирать между тем, чтобы меня растерзали дикие свиньи, и тем, чтобы быть застреленной, я все же предпочту второй вариант. Он как-то гуманнее, что ли.

Олег посмотрел на хряка, но даже не напрягся. Я непонимающе на него покосилась.

— Что делать будем? — не разжимая челюсти, спросила я, еле сдерживаясь, чтобы не убегать с криками в неизвестность. Наверное, я так и поступила бы, но инстинкт самосохранения подсказывал, что так будет только хуже.

— Поздороваемся для начала, — сказал мой невольный спутник и низко склонился перед кабаном.

— Ты в своем уме?! — шепотом наорала на него я.

— Мы пришли с миром в твой лес, не серчай, батька. В беду сами попали, а тебе и природе-матушке зла не желаем, — заливался соловьем Олег. Почему-то вспомнилось библейское выражение «не мечите бисер перед свиньями». Я нервно хихикнула, получилось больше похоже на хрюк. Парень бросил на меня быстрый взгляд, полный укоризны. Я зажала рот обеими руками.

Показалось, что выражение морды кабана стало другим. Да, наверное, я схожу с ума, но свиные глазки будто бы даже подобрели. Хряк несколько раз смешно пошевелил пятаком, будто размышлял о чем-то, а в следующий миг… растворился в тумане, взявшемся просто ниоткуда!

— Что это было?! — с расширенными от шока глазами спросила я. Физически ощущала, как глазные яблоки вылезают из орбит. Пыталась принудительным образом хоть немного сузить веки, но ничего не вышло.

— Леший местный, — спокойно объяснил Олег. — Не кабан это был. Настоящего зверя я б за версту почуял.

— Ага, леший, понятно…

Я медленно пошла вперед, пытаясь переварить информацию. Леший. Леший, блин! Я остановилась как вкопанная, да так резко, что волколак, следовавший по пятам, налетел на меня и чуть не сбил с ног.

— Леший?! — закричала я.

— Да тихо ты! — Олег попытался закрыть мне рот ладонью, но я вывернулась. — Леший, леший. У каждого леса свой хозяин есть. За порядком следит, угодья защищает. Мы так внезапно появились, вот он и вышел поглядеть, что за диковинка такая.

— Леший… — Я зачем-то закрыла лицо руками и начала считать до десяти. Сейчас досчитаю и проснусь у себя дома. Один, два, три, четыре…

— Василиса, все в порядке, он зла нам не сотворит, коль мы первые не начнем.

— Леший! — продолжала истерить я. Пять, шесть, семь…

— Ну, добро пожаловать, путники, — вдруг раздался голос позади меня.

Я пискнула от неожиданности и так резко развернулась, что шею заклинило. Пискнула второй раз, теперь уже от боли, держась за пострадавшее место.

Перед нами стоял невысокий старичок, весь сморщенный, седой, с длинными волосами и огромной бородавкой под носом. Приглядевшись, я поняла, что это не бородавка, а гриб. Одет местный хозяин был в серую бесформенную хламиду. Его белая борода доставала почти до земли, а на голове… росли ромашки! Самое интересное, они так органично вписывались в его образ, что я даже не сразу обратила на них внимание. В руках дедок держал большую клюку, которая значительно превышала его рост.

— З-здрасьте, — проблеяла я.

— Вешняк имя мне, хозяин я тутошний.

— Меня Олегом кличут, а эта девица…

— Василиса, — я улыбнулась и даже сделала нечто подобное книксену. Не знала, как тут принято знакомиться, но решила, что вежливость никогда не будет лишней.

— Что за беда с вами приключилась? — Дед почесал гриб и точно так же, как до этого кабан пятаком, несколько раз смешно дернул носом.

— Гуси-лебеди напали… — вырвалось у меня.

— Гуси-лебеди те еще паскудники. — Леший согласно кивнул.

— Нам бы одежду, батька, — снова поклонился Олег. — Людям стыдно на глаза показаться.

Старик задумчиво погладил бороду, при этом из нее выпрыгнула лягушка и поскакала по тропинке. Я почти этому и не удивилась. Наверное, даже если бы на его голове появилось гнездо с птенцами, уже не придала бы этому особого значения.

— Ступайте за мной, будет вам одежда.

Он развернулся и засеменил прямо в чащу, не глядя, идем ли мы за ним. Мы с Олегом переглянулись и двинулись следом.

Лес как будто расступался перед лешим. Тот шел, а прямо перед его ногами начинала стелиться тропинка, как будто кто-то невидимый ее протаптывал перед каждым его шагом, кусты прятали колючки, и даже деревья словно немного отодвигались, чтобы не мешать. Это было почти незаметно глазу и, если не вглядываться, можно даже не понять, что происходит. Но я внимательно наблюдала! Смотрела и все больше поражалась.

Лес был полон жизни! Я чувствовала ее с каждым вдохом. То ли здешняя природа полна волшебства, то ли я никогда раньше не замечала этого, когда бывала в лесах, парках и скверах. А вот чего здесь не было, так это мусора. Каждый раз, когда я бывала где-то на природе, нет-нет да и видела смятую пластиковую бутылку, окурок или какую-нибудь этикетку, притаившуюся под кустом. Здесь же ничего не говорило о следах человеческой деятельности. Сразу видно: Тридевятое царство — экологически чистое место. Хоть у кого-то с этим проблем нет.

Солнце светило сквозь кроны деревьев, вырисовывая на коже причудливые узоры. Я украдкой поглядывала на Олега. Тот уверенно шел, по виду вовсе не испытывая каких-либо неудобств от того, что он без обуви, хотя нам попадались острые камни и сосновые иголки.

— Тебе не больно? — Я покосилась на его ступни.

Мой спутник непонимающе на меня посмотрел, а потом — под ноги.

— А что, должно?

— Так камушки ж, иголки разные.

— Так и ноги к этому привычные, — улыбнулся он так, что я не сдержала ответную улыбку.

— Ты это что же, всегда без обуви ходишь?

— Летней порой только жарко делается. Коль к Кащею или к Яге на прием пожаловать надобно, тут уж никуда не денешься, без сапог-то или хотя б лаптей нехорошо.

— Я так поняла, ты на них работаешь? — Снова посмотрела на молодого человека.

— Оказали они мне честь великую, — с важным видом согласился он. — Я помогаю за порядком следить Стражам нашим и Хранителям.

— Так ты что же, вроде как волшебный полицейский?

Мой собеседник на миг задумался, продолжая шагать чуть в отдалении от лешего.

— Можно и так сказать. — Он вдруг улыбнулся и стал похож на мальчишку, в тот момент дала бы ему не больше шестнадцати, хотя ему было явно за двадцать.

— Хранителям, говоришь, помогаешь? — Леший обернулся на ходу. — Уважаю. Ядвиге Никитичне от старика Вешняка привет сердечный передавайте. Лет уж сто, поди, с ней не виделись.

Я не была уверена, говорит он буквально или это просто оборот речи. Судя по его внешности и способностям, все могло быть.

— А кто такая эта Ядвига Никитична? — спросила я, а потом сопоставила все, что уже слышала от Олега, и добавила: — Баба Яга, что ль?

— Ты главное ей это в лицо, дочка, не скажи. Ядвига у нас ого-го! С норовом!

Олег рассмеялся. Я посмотрела на него.

— Что верно, то верно, батька, — сказал он. — Но как правнучку свою отыскала да дочь потерянную вновь увидала, добрее стала Хранительница наша.

— А чего они терялись? — поинтересовалась я.

— Долгая история это, как-нибудь на досуге поведаю. — Волколак отмахнулся.

— А что Баба Яга хранит? — не поняла я.

— Проход в мир иной, — откликнулся леший.

Я расширила глаза и, указав пальцем в небо, с благоговением уточнила:

— Туда?

Оборотень и леший синхронно задрали головы, а потом в унисон прыснули. Я непонимающе покосилась сначала на одного, потом на другого. Что я такого смешного сказала?

— В твой мир, Василиса.

— Так Василиса, что ж, выходит, оттуда?

Леший даже остановился и окинул меня внимательным взглядом.

— Да, по одеянию сразу следовало старому догадаться, — буркнул он себе под нос. — Давненько никого из ваших не видел, с тех пор как Яга на избу свою заклятье наложила.

— Ничего не поняла, — честно призналась я.

— Ядвига Никитична живет в избушке, но изба это не простая, а…

— На курьих ножках? — Я вспомнила сказки, которые читала мне на ночь бабушка.

— Верно, Васенька, верно, — подтвердил Вешняк. — Избушка ее больно непроста. Только через нее можно из вашего мира в наш попасть и обратно.

— Как же, как же! — Снова этот скрипучий насмешливый голос.

Я повертела головой туда-сюда, но все так же никого не заметила.

— Слышали?

— Что? — не понял Олег и даже замер, прислушиваясь. — Птицы поют.

— Соловей это, — заулыбался леший. — Любимец мой, — произнес он с нежностью и издал трель в ответ. Ну точь-в-точь как птица! Но я, вообще-то, не то имела в виду. Очевидно, этот голос, кроме меня, никто не слышал. Что ж, может быть, я все-таки сошла с ума, а мои галлюцинации настолько правдоподобные, что я их даже не осознаю. Единственное, что выбивается из цельной картинки, этот странный скрипучий голос. Не скажу, что меня это пугало, скорее, настораживало. Но я решила ничего пока не рассказывать спутникам. Подожду, послушаю.

— Да, красиво, — согласилась я, решив не вдаваться в подробности.

— Так о чем бишь мы? Ах да! — Вешяк хлопнул себя по лбу, а когда отнял руку, на месте удара вырос еще один гриб, который подозрительно походил на мухомор. — Изба! Проход это. Закляла его Ядвига, как дочь ееная сбежала, не войти, не выйти, для безопасности, значит.

— Сняла недавно Ядвига Никитична проклятие, да охрану усилила. Теперь к ней легко так и не пройти. Раньше что? — рассуждал Олег. — Яга да ворон ее Гаврила там жили, а теперь… — он задумался и почесал затылок. — Как же это у вас называется?.. База целая, вот. И я обходы ежечасные делаю, когда на дежурстве.

— А гуси-лебеди, получается, еще один вход в мой мир нашли в обход официального?

— Верно мыслишь! — с уважением воскликнул Олег, чуть приподняв кадку. — Да не просто нашли, а с его помощью темные дела вершат!

— Пришли! — громко сказал леший и ударил клюкой о землю. Я ощутила колебания почвы под ногами, они были настолько сильные, что я пошатнулась, Олег поддержал меня. Еще через несколько мгновений лесная почва разошлась, треснула, и оттуда, словно большой гриб, выросла крыша землянки.

— Одеяния новые сделать небыстро. Пичужки мои уже трудятся, да трудиться будут весь день и всю ночь. А вы, гости дорогие, пока отдохните, откушайте вкусно да в баньке попарьтесь. — При этих словах он снова стукнул клюкой, и через минуту из-под земли выросла еще одна крыша, из трубы на которой поднимался дымок. — Банька у меня… м-м-м, — протянул хозяин леса. — Загляденье!

— Я думала, мы торопимся. — Я вопросительно посмотрела на Олега.

— Нехорошо от гостеприимства отказываться, примета плохая, — очень серьезно откликнулся он. — Потом плохо будет.

— Так и скажи, что боишься меня этой своей Бабе Яге показывать, — пошутила я. — Вот и медлишь.

Парень вдруг покраснел от шеи до самых кончиков ушей и опустил глаза. Я поняла, что попала в яблочко.

— Да ладно-ладно, я шучу. Отдохнуть будет очень кстати, я валюсь с ног. Спасибо, Вешняк! — Я поклонилась ему так же низко, как до того — Олег.

Леший снова два раза дернул носом, кивнул и опять испарился в тумане.

— Хотел бы я так же мочь! — Олег вздохнул. — Пойдем. — Он направился к землянке. — Едой чуешь, как пахнет? Я со вчерашнего утра маковой росинки во рту не держал.

По правде сказать, я ничего не «чуяла», но верила более тонкому обонянию оборотня, а потому поспешила следом, а мой живот протяжным урчанием напомнил о том, что и в нем уже очень давно только дырка от бублика.

Внутри землянка оказалась совсем небольшой: всего одна комнатка, почти все место в которой занимала печь, а оставшееся — широкая деревянная лавка и накрытый стол с расписным заварником и двумя кружками. Два пузатых глиняных горшочка, накрытых крышками, так и манили узнать, что же в них приготовлено.

Мы уселись на лавку. Хотела по привычке перед едой помыть руки, но не нашла ничего, что могло бы мне в этом помочь. Плюнула и открыла крышку горшочка, в нос сразу ударил насыщенный запах тушеного мяса, от которого рот наполнился слюной. Взяла деревянную ложку, которая лежала рядом, и подцепила горячий сочный кусочек мяса, которое было приготовлено вместе с ягодами, похожими на клюкву. Я замычала от удовольствия и отломила небольшой кусок от порезанного на огромные ломти свежего ржаного хлеба. Кажется, ничего вкуснее в жизни я не пробовала!

Только когда разделалась с половиной содержимого горшочка, обратила внимание на то, что на меня с лукавой усмешкой поглядывает Олег.

— Что? — прошамкала я, все еще пытаясь прожевать мясо.

— Ничего, — еще шире улыбнулся он. — На девицу с волчьим аппетитом смотреть всегда приятно.

Из его уст это звучало несколько двусмысленно, я чуть не подавилась таким каламбуром.

— Ты бы не на меня смотрел, а сам ел, — пробурчала я, потому что он меня смутил.

— Так я уже. — Парень повернул ко мне свой горшочек, показав, что внутри уже пусто. Вот это скорость!

Пока я разделывалась с остатками блюда, волколак неторопливо потянулся к блюду с баранками, которые стояли здесь же, и налил себе и мне янтарный напиток из заварника — сразу запахло липовыми цветами и медом. Этот запах уносил в далекое детство, когда бабушка возила меня в деревню к своей маме. Прабабушка любила заваривать нам липовый чай с медом. Она умерла, когда я была совсем маленькой, и я ее плохо помнила, но аромат всколыхнул воспоминания.

Так странно было сидеть здесь, в маленькой комнатке, которую освещали лишь косые солнечные лучи из небольшого оконца, прорубленного под самым потолком. Здесь пахло деревом и совсем немного — дымом. Такой уютный родной запах, что меня почти сразу стало клонить в сон. Но я, борясь с ним, подтянула к себе чашку и, следуя примеру своего спутника, взяла румяную баранку. Она оказалась мягкой внутри, сдоба буквально таяла во рту, а липовый чай дополнял ее приятной сладостью, которая разливалась по языку, оставляя после себя медовое послевкусие.

Говорить не хотелось, но иначе я уснула бы прямо за столом. К тому же я собиралась разузнать больше о месте, в котором оказалась. Наверное, в такой странной ситуации мне положено нервничать, но было такое ощущение, что весь испуг, на который я способна, уже случился накануне ночью, поэтому теперь я ощущала себя вполне в своей тарелке.

На подработке меня особо не ждут, уверена, быстро найдут замену, я и так там устроилась на птичьих правах, а летняя сессия позади. Друзья вряд ли быстро обнаружат пропажу, так что в ближайшие дни я была абсолютно свободна. И все же меня не покидала одна мысль.

— Так как ты меня возвращать собираешь, если ведро без этого вашего компаса, — я сделала ударение на последний слог, как до этого говорил Олег, — использовать опасно.

Покосилась на кадку, которая сиротливо стояла в углу, сейчас абсолютно не походя на волшебный предмет. Вот выкинула бы ее сразу, ничего бы со мной больше произошло.

— К Ядвиге Никитичне пойдем, — с готовностью ответил Олег, запихнув в рот последний кусок очередной баранки. — Она тебя через избу свою проведет.

— А мне казалось, ты ее побаиваешься. — Я улыбнулась, наблюдая за тем, как молодой человек опустил глаза.

— Вид у Яги грозный, да справедливая она. В беде не оставит.

— Уже не боишься гнева ее?

Вдруг словила себя на мысли, что начинаю строить фразы немного по-другому, не так, как привыкла, а так, как говорит Олег. С кем поведешься, как говорят…

— Повинную голову и меч не сечет, — со вздохом сказал Олег. — Что ж теперь: тебе страдать, коль я задание провалил?

Почему-то мне стало его жаль. Он так искренне переживал обо всем, и это совершенно не вязалось с образом страшного серого волка, которого я встретила в подворотне вчера ночью.

— Почему же сразу провалил? Тебе что было велено? Проход найти? Так ты нашел.

— А компас?.. — удрученно заметил парень. — К тому же гуси-лебеди в мире вашем остались, часть их шайки так точно, каких они там дел наворотят?

— Ну… — Я задумалась. — Давай я тебе помогу. Все равно уже здесь оказалась. Не скажем мы твоей Яге о том, что я не из этого мира.

— А то не догадается она! — Олег засмеялся.

— А что, так заметно, что я не отсюда?

Он окинул меня критическим взглядом.

— Коль переодеть тебя да косы заплести, за местную девицу сойдешь.

— Ну вот, — улыбнулась я.

— Пока говорить не начнешь, — «добил» Олег.

— А вот сейчас как-то обидно прозвучало, — недовольно заметила я.

— Нет, Василиса, от Ядвиги Никитичны не утаишь этого. Да и Кащей в мире твоем долгое время прожил, он тебя за версту от местной отличит.

— Правда? В смысле, то, что этот ваш Кащей у нас жил.

— Да. Да и жена его, Ярослава, из ваших. Вернее, бабка ее, дочь Яги, к вам сбежала да и осталась, а Ярослава уже у вас на свет появилась.

Я подперла ладонью подбородок, поставив локоть на стол.

— Как интересно! А расскажи мне!

Кажется, волколак только и ждал этой просьбы. Его глаза загорелись, мне даже показалось, что где-то в глубине сверкнули оранжевым, как будто на миг на меня взглянул волк.

— Ну слушай! — воодушевленно начал собеседник и рассказал мне совершенно невероятную историю, как Баба Яга свою наследницу искала.

Когда он закончил, я сидела открыв рот. Сон как рукой сняло! Забросала его вопросами. Не на все Олег смог ответить, и мне очень захотелось познакомиться с Ярославой и ее мужем, чтобы узнать подробности.

— Баня же! — рассказчик хлопнул себя по лбу. — Иди первая, а я пока тебя посторожу, — сказал он серьезно. — Ни один гусь-лебедь не пройдет!

Почему-то я ему сразу поверила, и, с трудом поднявшись из-за такого сытного стола, пошла в соседнее строение. В сказках путников всегда кормят и парят в бане. Попав сюда, я не собиралась отступать от традиций. Гулять так гулять!