Скрипникова Анна при трагических обстоятельствах знакомится с Саджаном Варма, уроженцем Индии. Зная, что родственники не одобрят их брак, молодые люди женятся в тайне и планируют уехать на родину Саджана. Но этим планам не суждено сбыться - в их квартиру врываются неизвестные. Они жестоко избивают Саджана, а Анну похищают...
То, что должно свершиться, неумолимо свершается…
Глава 1
- Помогите! – услышала Аня сзади себя плачущий голос ребёнка и резко обернулась.
Из легковушки, покорёженной после столкновения с грузовиком, выглядывало перепуганное лицо мальчишечки лет трех. Девушка утерла слёзы, непроизвольно катящиеся у неё по щекам, и, оставив на земле бездыханное тело водителя КАМАЗа, кинулась на помощь выжившему ребёнку.
- Сейчас, мой хороший, я вытащу тебя из машины. Только не плачь, - она изо всех сил дёрнула на себя изувеченную дверь, но та не поддалась.
Аня от безысходности стукнула по железу кулачком. Ситуация была ужасной.
Почему-то именно сейчас в голове девушки мелькнула картина происшедшего. Как водитель «Мазды» не справился с управлением, и на всем ходу вылетел на встречную полосу, прямо под колёса груженной фуры. Грузовик, пытаясь уйти от столкновения, взял вправо. Но трагедии было не избежать.
Судорожно вжав в пол педаль тормоза, Аня, будто сквозь сон, видела, как легковушка, скользя, ударилась о решётку радиатора большегруза, и металл маленькой машины смялся, словно бумага, под истошный скрип тормозов и жуткий грохот. Машину Анны занесло от резкого торможения. Не смея поверить в реальность увиденного, девушка, как заворожённая, сидела несколько секунд, гладя впереди себя ничего не видящими глазами. Руки, намертво вцепившиеся в руль, побелели от напряжения. Она с трудом разжала их и распахнула дверь.
Неподвижный воздух был наполнен запахом горелой резины. Самое ужасное было в том, что Аню встретила неестественно оглушающая тишина, не нарушаемая даже гомоном весенних птиц. Казалось, что и ветер не желал быть свидетелем трагического происшествия. «Почему так тихо?» – пронеслось в голове Ани, и ответом ей послужило предчувствие ужасной беды, ведь если никто не зовет на помощь, значит выживших нет…
Анна метнулась к машинам, съехавшим при столкновении в кювет. От «Мазды» мало что осталось – она смялась почти до самого багажника, а кабина КАМАЗа была настолько искорёжена толстым стволом сосны, что было понятно – водитель выжить не смог. От удара об дерево, дверь кабины открылась, и водитель большегруза вывалился на землю, не подавая признаков жизни.
Девушка упала на колени возле распростертого тела. Пощупав пульс, она убедилась, что помочь мужчине ничем не сможет. Её внимание привлек странный звук, похожий на тихий плач. И тут Аня отчетливо услышала голос ребёнка, молящий о помощи.
Оказавшись возле легковушки, Анна встретилась с заплаканными глазами малыша, стучащего ладошками по стеклу. Задняя дверь, за которой плакал ребёнок, не открывалась, а спереди был лишь искорёженный металл.
- Пригнись! – отрывисто велела она мальчугану и, схватив с земли камень, со всего маха ударила в стекло.
Это только в фильмах показывают, что одним ударом можно легко его разбить. На самом деле это оказалось не так-то просто. Несколько ударов не возымели действия, и Аня разрыдалась от своей беспомощности. Она прижала руку к стеклу, вглядываясь в испуганное лицо мальчонки.
И тут девушка чуть было не вскрикнула от неожиданности, когда почувствовала, как чьи-то руки бесцеремонно отстранили её. Она вскинула полные слёз глаза на молодого человека, оказавшегося рядом. Видимо он тоже проезжал мимо и теперь, так же, как и она, хотел спасти выживших.
Резким ударом локтя парень выбил стекло задней двери, припорошив ребёнка мелкими клеточками битого стекла. Малыш испуганно закричал и отпрянул, забившись в противоположный конец машины.
- Иди сюда, - парень протянул к нему руки, но малыш ещё больше вжался спиной в угол.
Не собираясь никого долго уговаривать, парень еле пропихнул в разбитое окно свои широкие плечи, скрывшись по пояс в недрах машины. Буквально через несколько секунд он показался с ребёнком на руках. Зареванный малыш оказался на свободе и теперь, отчаянно рыдая, звал маму. Он тянул ручонки к машине, откуда на землю текла струйка крови. Аня сглотнула застрявший в горле ком. Она подхватила малыша на руки и прижала к себе его дрожащее тельце.
- Не плачь, - уговаривала она его, целуя соленое от слёз личико.
- До города четыре километра, - услышала она голос парня. – Езжайте туда и отвезите ребёнка в больницу. Ему нужна помощь врачей.
Только сейчас девушка заметила, что брюки мальчонки порвались, нога залита кровью и из неё торчит обломок кости. Вскрикнув от неожиданности, она глубоко вздохнула, пытаясь сохранить самообладание. Она боялась одного только вида крови, не говоря уже о такой ужасной ране.
Однако Аня не хотела показывать незнакомцу своё истинное состояние, поэтому она кивнула, давая понять, что сейчас отвезет малыша в больницу. Тем временем к изувеченным машинам бежали ещё люди. Какая-то женщина попыталась забрать у Ани ребёнка, но девушка ещё крепче прижала его к себе. На ватных ногах Аня побрела к своей машине, которая так и стояла поперек дороги с распахнутой настежь водительской дверью.
- В таком состоянии вы не сможете вести машину, - услышала она рядом с собой голос того самого парня, который вытащил ребёнка.
Она думала, что он остался возле искорёженных машин, поэтому его появление стало для неё неожиданностью. Удивлённо уставившись на него, Анна только через пару секунд поняла смысл сказанного. Она вздохнула, соглашаясь с очевидным. Ведь она не то что вести не могла, а даже шла с трудом.
- Давайте ключи, я припаркую вашу машину и отвезу вас и ребёнка в больницу, - тут же предложил он, протягивая ладонь.
- Они в машине, - собственный голос показался девушке чужим.
- Хорошо, - коротко бросил он. – Садитесь в мою машину.
С этими словами он указал на чёрный «Джип», стоящий на обочине. Забрав у Ани её драгоценную ношу, он прошёл вперёд и осторожно уложил малыша на заднее сидение машины. Аня села рядом с ребёнком, положив его голову себе на колени. Через несколько минут подошёл парень, видимо, справившись с парковкой Аниной машины. Усевшись на водительское сидение, он протянул девушке ключи и сумочку.
- Я подумал, что она вам может пригодиться.
- Да, конечно, - поспешно согласилась с ним девушка, с благодарностью принимая сумку. – Здесь и деньги и документы. Спасибо, что принесли.
- Не за что, - ответил он, повернув ключи в замке зажигания.
Мотор отозвался ровным урчанием, и машина тронулась с места.
Аня погладила непослушные волосы мальчишечки, не перестающего плакать.
- Когда приедут полицейские, им, наверное, нужны будут показания свидетелей, - внезапно всполошилась девушка, подумав о том, что она была свидетельницей происшествия.
- Пусть вас это не беспокоит. Я сообщил свои координаты людям, оставшимся там. Так что в случае необходимости, с нами смогут связаться.
Девушка тяжело вздохнула, понимая, что полицейским будет нужна только она, так как являлась единственной очевидицей случившегося.
- Вам, скорее всего, не нужно будет давать показания, - заметила Аня, рассеянно глядя, как за окном мелькают деревья. – Ведь вы приехали уже после того, как все произошло. Поэтому вы можете отвезти меня с ребёнком в больницу, и дальше ехать по своим делам.
- В данной ситуации полиция будет опрашивать всех возможных свидетелей происшествия, - бросил парень через плечо. – Так что не думайте, что вам придётся в одиночку отбиваться от дотошного внимания сотрудников правопорядка.
Понимая его правоту, Аня не стала ничего возражать. Да и вообще, поддерживать сейчас разговор было для неё пыткой. Мысли разбрелись по закоулкам сознания, не желая сложить в голове хоть какую-то мало-мальски четкую картину произошедшего. За свои девятнадцать лет девушка впервые стала свидетелем ужасной драмы. Ей казалось, что её руки до сих пор держат голову мертвого водителя КАМАЗа. Эта мысль заставила её нервно выдохнуть и прикрыть глаза. Она наивно предположила, что эта мера спасет её от воспоминаний. Однако тут же перед внутренним взором появилась струйка крови, стекавшая с переднего сидения легковушки. Аня резко распахнула глаза, не желая больше даже думать об этом. Она нагнулась, чтобы поцеловать малыша в лобик.
- Тебя как зовут? – спросила она, приглаживая дрожащей рукой ребёнка по голове.
- Дима, - ответил он и шмыгнул носом.
- С кем ты ехал?
- С мамой и папой.
О, Господи! Это, значит, ребёнок в одну секунду стал сиротой! Аня дёрнулась всем телом и тоже заплакала, не сумев сдержаться. Она ещё крепче прижала его к себе, ощущая неимоверную любовь к этому малышу.
- А куда вы ехали? – раздался голос с переднего сидения.
- К бабушке в деревню.
«Хорошо, что бабушка у него есть», - подумала Аня. Конечно бабушка никогда не сможет заменить ребёнку мать и отца, но все же родной человек у малыша остался.
- А дяди и тёти у тебя есть? – продолжал свой допрос парень.
- У меня одна тётя и три дяди, - тут же ответил ребёнок, растирая грязным кулачком слёзы. Забавно засопев, он добавил: - Тетя живет с бабушкой. У неё есть сын такой же, как я.
- Видишь, как хорошо, у тебя теперь будет братик, - заметил водитель.
- Так он мне и так братик. Двоюродный, - малыш оказался весьма рассудительным.
- Поверь, теперь он тебе станет родным, - пророчески заметил парень, понимая, что, скорее всего, тетя не оставит осиротевшего ребёнка.
Дима не понял всей глубины данного замечания, так как он ещё не осознал того, что его родителей нет в живых.
Тем временем они въехали в город и, ловко петляя меж попутно двигающихся машин, вскоре добрались до больницы. Не обращая внимания на размещенный у ворот знак, запрещающий въезд, «Джип» заехал на территорию больницы и, заскрежетав тормозами, остановился у хирургического корпуса.
- Наверное, нам сюда, - заметил молодой человек. Он вышел из машины и, открыв заднюю дверь, склонился к мальчонке. – Ну что, пойдём к дяде-доктору?
Дима покорно кивнул головой и уже через секунду оказался на руках у своего спасителя. Аня поспешно кинулась вперёд, чтобы открыть дверь приёмного покоя.
Прохладное светлое помещение, обложенное кафелем, было абсолютно безлюдным.
- Есть здесь кто? – позвала девушка, оглядываясь по сторонам.
Ответом ей послужила тишина, говорившая о том, что привлечь к себе внимание медперсонала придётся путем долгих поисков оного по коридорам здания.
- Положи Диму на кушетку, - Аня ткнула пальцем на стоящий у стены топчан, застеленный белоснежной простынёю. – Я сейчас.
С этими словами она прошла к двери, противоположной той, через которую они вошли. Выглянув за нее, девушка ещё раз убедилась в том, что работники санпропускника явно никого не ждали. Тогда она пошла по коридору, периодически заглядывая в кабинеты, находившиеся на её пути. Никого…
- Да что ж такое, вымерли все, что ли? – в сердцах воскликнула девушка, пхнув очередную дверь, за которой оказалась светлая комната, приютившая в своих недрах тех, кого так искала Аня.
Три пары удивленных глаз смерили её с головы до ног, и недовольный голос медсестры попытался утихомирить нарушительницу спокойствия:
- Ты чего разоралась? У нас тихий час. Чего буянишь? Неужели не ясно, что раз никого нет, то, значит, все заняты.
Сотрудники больницы сидели за столом и пили чай с печеньем. Видимо до того, как их потревожили, они ещё и оживленно болтали, и теперь хотели, как можно скорее спровадить внезапно появившуюся девушку, чтобы вернуться к прежнему занятию.
- Заняты?! – глаза Ани полезли на лоб от подобного хамства. Она изумленным взором обвела собравшихся, прежде чем выпалить: – Мы привезли маленького ребёнка после аварии с открытым переломом ноги, а вы тут, получается, заняты?
Больше она ничего не успела сказать, так как все присутствующие моментально повскакивали с мест и кинулись к дверям. Бесцеремонно отпихнув Аню, мимо неё пробежала тучная женщина в белом халате, на ходу отдавая распоряжения своей подручной:
- Срочно вызови бригаду в операционную. Сегодня кто дежурит их хирургов? Василий Андреевич?
Устремившись за медперсоналом в приёмный покой, Аня удивилась тому проворству, на которое оказались способны эти, на первый взгляд, нерасторопные люди. Они тут же переложили на каталку бледного от потери крови малыша, и увезли, не желая терять ни секунды.
Парень с девушкой, молча, посмотрели вслед удаляющейся процессии. Приёмный покой вновь опустел, и голоса медицинских сотрудников стихли вдали коридора. Аня вздохнула, и устало опустилась на стул, спрятав лицо в ладони. Она почувствовала, как бремя произошедшего тяжелым грузом легло на её плечи. Сказалось нервное потрясение, и девушка разрыдалась. Её плечи судорожно затряслись. Вновь и вновь она видела, как маленькая легковушка сминается о решётку радиатора КАМАЗа, видела тело водителя грузовика и струйку крови, стекающую на молодую траву из покорёженной «Мазды». Эмоциональное напряжение, скопившееся внутри неё, наконец-то нашло выход.
Её спутник проявил верх деликатности и отступил в сторону, исподлобья глядя на рыдающую блондинку, такую хрупкую и ранимую перед лицом обстоятельств. Он прекрасно понимал её, и знал, что ей надо выплакаться.
Дав волю своим волнениям, Аня почувствовала себя немного легче.
- Вы родители ребёнка? – услышала она чей-то голос сквозь собственные всхлипывания и стыдливо замолчала, будто в её переживаниях было что-то позорное. Она поспешно вытерла слёзы, при этом размазав ладошкой грязь по лицу. Судорожно втянув воздух, она глянула на неизвестно как давно появившуюся в приёмном покое медсестру. А медсестра, не дожидаясь ответа, продолжила: – Сколько лет ребёнку? Как он получил данную травму?
При этом она грузно опустилась в кожаное кресло, которое под ней жалобно застонало. Медсестра воззрилась на Аню, нетерпеливо ожидая ответа. Так и не дождавшись вразумительных объяснений, она кашлянула и спросила более громким голосом:
- Так что случилось?
- Произошла автомобильная авария, - ответил Анин спутник на последний вопрос и открыл, было, рот, чтобы внести ясность по поводу предыдущих вопросов, но женщина в белом халате тут же затарахтела, всполошившись из-за аварии.
- А чего вы молчите, что у вас ребёнок после арии? Вот заведут детей по молодости, а воспитывать совсем не хотят. Небось, выпустили малыша погулять, без присмотра, а сами и не заметили, как он на проезжую часть дороги выскочил? Да вам котёнка доверить нельзя, ни то, что ребёнка! Хороши родители, ничего не скажешь!
Ух ты! Аня аж онемела от услышанного. Мало того, что её только что назначили на роль мамы этого ребёнка, присовокупив ей в мужья молодого человека, имя которого она даже не знала, так ещё и обвинили в произошедшей трагедии! Напрягшись, как сжатая пружина, девушка только и смогла, что пару раз моргнуть, прежде чем услышала спокойный голос парня:
- Простите, уважаемая, но вы спешите с выводами. Мы стали свидетелями аварии, в которой погибли родители этого ребёнка. Если бы мы ждали приезда машины «скорой помощи», то ребёнок мог бы не выжить, поэтому привезли его в больницу сами.
Медработница от неожиданности изменилась в лице. При этом она засопела, раздувая ноздри. Чтобы как-то скрыть смущение, она встала, задев животом стол, и подошла к шкафу с документами. Достала оттуда какой-то формуляр и вернулась к столу.
- Извините, пожалуйста, - медсестра неловко замялась, затоптавшись на месте, как нашкодивший школьник, и, плюхнувшись в многострадальное кресло, чудом не развалившееся под её весом, сосредоточилась на каких-то записях. При этом она очень быстро водила ручкой по листу журнала и шёпотом диктовала себе. – Мне нужно записать кто привёз ребёнка, - сказала она.
- Саджан Варма, - сообщил ей парень, а затем выжидающе уставился на Аню. Но девушка так и не успела назвать себя, так как медсестра вновь подала голос:
- Не русский, что ли?
- Уроженец Индии, - уточнил он, бросив на женщину короткий взгляд из-под густых чёрных ресниц.
- То-то я смотрю, что ты какой-то тёмненький, - оживилась женщина, смерив приезжего оценивающим взглядом.
Парень оставил без ответа её замечание по поводу смуглого цвета своей кожи, поражаясь её бестактному поведению.
Тут дверь, ведущая в недра больницы, открылась, пропустив сухонькую седовласую женщину интеллигентной наружности. Одёрнув белый халат, она поверх узких очков-половинок бросила быстрый взгляд на присутствующих и любезно сообщила:
- С вашим сыном всё будет в порядке. Самый лучший хирург больницы проведет операцию. Так что не переживайте. В операционную вам, конечно же, нельзя, но как только ребёнка привезут в палату, вы сможете пройти к нему.
Аня тяжело вздохнула, устав от внезапно свалившегося на неё материнства.
- Она ему не мать, - тут же внесла ясность медсестра, писавшая в журнале.
Седовласая женщина пытливо посмотрела на зареванную Аню и поджала губы. Тем временем брови женщины вопросительно поползли вверх, в желании узнать, кем же приходятся ребёнку эти молодые люди.
- Я его тётя, - услышала Аня свой собственный голос, доносившийся, как будто издалека. – Скрипникова Анна Антоновна, - отчетливо произнесла она, давая медсестре возможность записать её данные.
- Ну, раз вы родственница, то вам можно будет находиться рядом с ним, - улыбнулась только что вошедшая женщина и добавила: - Можете надеть халат и пройти в отделение хирургии. Вашего племянника привезут туда.
С этими словами женщина ушла, оставив молодых людей на растерзание своей коллеги.
- Анна Антоновна, если вам надо, то вы можете умыться вон там, - произнесла медсестра.
Проследив за её взглядом, Аня направилась к двери, ведущей в комнату с кушеткой и умывальником. Мельком взглянув на себя в зеркало, Аня увидела поцарапанную щеку, несущую на себе следы грязи. Золотистые длинные волосы мечтали о встрече с расческой, а серо-голубые глаза покраснели от слёз. Девушка включила воду. Сполоснула руки, а затем она набрала в ладоши побольше воды и окунула в неё лицо. Живительная прохлада приятно освежила, приводя мысли в порядок. События последнего часа настолько сильно потрясли девушку, что она едва ли понимала, что происходит.
Сквозь шум воды Аня услышала сзади себя какое-то движение. Зеркало засвидетельствовало присутствие Саджана, и Аня резко обернулась, облившись водой.
- Эта женщина кого угодно сведет с ума, - комментировал он своё внезапное появление. - Пришлось спасаться от неё бегством.
Аня понимающе кивнула и изобразила некое подобие улыбки.
- Тебе тоже не мешает умыться, - заметила она, коснувшись его запачканной щеки.
Его невообразимо большие темно-карие глаза с любопытством уставились на девушку. Таких огромных и выразительных глаз Аня ещё никогда не видела, а на его узком смуглом лице они выделялись особенно отчетливо, придавая Саджану необычайно привлекательный вид. Длинные густые ресницы и удлиненный разрез глаз делали своего обладателя невероятно симпатичным. Аккуратные, словно нарисованные губы скрывали за собой идеально ровные зубы, отчего его улыбка попадала под разряд «голливудских». Чёрные брови и густые иссиня-чёрные волосы дополняли образ парня, пристально смотревшего на Аню. Видимо от него не скрылось внимание, с которым девушка рассматривала его, и губы парня слегка дрогнули, пытаясь сдержать улыбку. Девушка поспешно отдёрнула руку, так неосмотрительно задержавшуюся на щеке незнакомца. Она потупила взгляд, чувствуя неловкость, отчего на её щеках вспыхнул яркий румянец стеснения.
- Ты зачем назвалась Диминой тетей? – поинтересовался Саджан, видимо сожалея о том, что рука девушки столь быстро ускользнула от него.
Она вскинула на него глаза, в которых он безошибочно угадал отчаяние.
- Я испугалась, что если я скажу, что не знаю его, то мне не разрешат побыть с ним после того, как закончится операция, - призналась девушка. Она нервно сплела пальцы и костяшки побелели от напряжения.
Саджан понимающе кивнул, смывая грязь с рук и лица.
- Интересно, как скоро появятся его родственники? – задался он вопросом, ответа на который и не ожидал.
- Пока их нет, надо поддержать малыша, - вздохнула Аня, печально покачав головой. Ей страшно было думать о том, какую боль потери испытает малыш, когда поймет, что мама к нему не придет. Никогда не придет…
Увидев запекшуюся Димкину кровь на ухе Саджана, девушка достала носовой платок, и, смочив его, осторожно вытерла её.
- Спасибо, - поблагодарил он, пристально посмотрев на новую знакомую.
Взгляд его был невероятно долгим и пронзительным, при этом не лишенным сострадания.
- Почему ты всегда так смотришь, будто глазами готов проникнуть в душу? – спросила девушка и невольно отвернулась, будучи не в состоянии выдержать этот взгляд.
- Извини, - коротко бросил он. – Не хотел тебя смутить.
В дверном проеме возникло тучное тело медсестры. Она держала в руках два белых халата.
- Надевайте и идите прямо по коридору до лифта. Подниметесь на третий этаж, а там увидите хирургическое отделение травматологии. Я уже позвонила дежурной, сказала, что вы придете.
Не желая больше находиться в обществе неприятной докучливой женщины, молодые люди поспешно накинули халаты и ретировались, чтобы избежать других вопросов, готовых сорваться с губ любопытной медсестры.
- Уф, кажется, мы от неё избавились, - заметила Аня, нажимая кнопку вызова лифта.
За дверями в шахте грузоподъемника послышался щелчок, сменившийся мерным гудением приближающейся кабины лифта.
- Вроде ничего плохого она нам и не сделала, но у меня возникло такое ощущение, будто она считает нас виновными во всех бедах человечества, - ухмыльнувшись, заметил Саджан.
- Ага, - согласилась Аня. Девушка кивнула и нетерпеливо глянула на табло движения лифта. – По крайней мере, она уверена в том, что мы и являемся причиной происшедшей аварии.
- Это точно. Я слышал, как она в полицию звонила. Так что надо ждать гостей.
- Их ещё не хватает, - недовольно поморщилась девушка, отчего её и без того озорной носик потешно дёрнулся, вызвав улыбку спутника.
Доехав до третьего этажа, молодые люди без труда нашли нужное отделение и, стараясь не шуметь, вошли внутрь.
Молоденькая медсестра, немногим старше Ани, широко улыбнулась посетителям, и, указав на диван у окна, скрылась в процедурном кабинете.
Аня устроилась на мягком сидении и посмотрела на Саджана, примостившегося на подоконнике. На вид ему было не больше двадцати трёх лет. Открытое улыбчивое лицо внушало доверие. Широкие атлетические плечи узкие бедра говорили о том, что их обладатель немало времени проводил в спортивном зале. Среднего роста в джинсах и голубой футболке, облегающей его рельефный торс, он был невероятно хорош собой.
Что-то неуловимо-притягательное было в Саджане – то ли его мужественность, то ли добродушный взгляд, то ли покровительственная манера поведения. Аня и сама не знала, что именно так привлекало в нём и создавало впечатление, будто рядом с Саджаном никакие беды этого мира не смогут добраться до нее. В нём было нечто такое, что заставляло Аню чувствовать исходящие от него волны спокойствия.
Видимо парень почувствовал её взгляд и с интересом глянул на девушку. Она смутилась, и чтобы как-то скрыть своё любопытство, ей не оставалось ничего другого, как изобразить полное безразличие, граничащее с пренебрежением.
Звук мобильного телефона Саджана избавил Аню от необходимости притворяться, что она разглядывает занавеску, висящую за спиной парня.
- Слушаю, - сказал он в трубку, и, выслушав невидимого собеседника, ответил: – Да, моя подруга была на месте происшествия. – Аня задохнулась от услышанного слова «подруга», но продолжение разговора оказалось куда более интересным, чем могло показаться вначале, заставив девушку напрячь слух. – Сейчас она находится рядом, но говорить с вами не может. Сегодня мы заберем машину с места аварии, а завтра мы вместе придем к вам. Нет, раньше мы не сможем подойти. Я считаю нужным оградить её сегодня от общения с вами. Простите, но она слишком многое пережила за последнюю пару часов, чтобы дать ответы на ваши вопросы. До свидания. – С этими словами Саджан отключил телефон и тут же ответил на немой вопрос Ани: - Даже не помышляй общаться сегодня с полицией. Тебе надо отдохнуть.
- Но ты даже не спросил меня, чего я хочу, а чего нет! – возмутилась девушка, сверля собеседника недовольным взглядом.
- А зачем спрашивать, когда ты не в том состоянии, чтобы отдавать себе отчет, и сама не знаешь, что тебе нужно. А я знаю лишь то, что тебе сейчас необходим отдых, и уж точно ни о каких разговорах с полицией и речи не может быть. К тому же не забывай, что у тебя теперь есть дела поважнее – забота о малыше. Так что перестань переживать из-за всякой ерунды. Дай мне ключи от машины, и пока ты будешь с ребёнком, я пригоню твою машину, а завтра, надеюсь, уже появятся Димины родственники, и мы сможем пойти в полицию для дачи показаний.
С такими доводами не поспоришь, и Аня благоразумно промолчала. Порывшись в сумочке, она извлекла оттуда ключи и протянула парню. Он тем временем вызвал такси, чтобы добраться до места аварии.
- Дай мне свой номер мобильного, - попросила Аня, внезапно осознав, что кроме имени нового знакомого, она ничего о нём не знает, вплоть до номера телефона.
Молодые люди обменялись телефонами, и Саджан ушёл, пожелав девушке удачи.
Уже через полчаса Диму перевели в палату интенсивной терапии и Ане, на правах его тёти, позволили находиться с ним рядом. Ребёнок плохо отходил от наркоза. Он все время плакал и пытался вскочить с кровати. Аня всячески успокаивала его и не давала встать, а он постоянно тянул к ней ручонки и обвивал её шею, называя мамой, отчего сердце девушки обливалось кровью. Через пару часов Дима, всхлипывая, впал в тревожный сон. Проснувшись в очередной раз, он удивлённо посмотрел на Аню и спросил тоненьким голоском:
- А где мама?
Девушка на секунду замерла, ощущая, как мурашки пробежались по спине. Отчаяние холодной колючей рукой сжало её сердце, заставив всё внутри оледенеть.
- Мама сейчас не сможет к тебе прийти, – сдавленным голосом произнесла она, даже боясь посмотреть в глаза осиротившему Димке.
- А ты будешь рядом? Ты же никуда не уйдешь? – продолжал допытываться малыш.
- Нет, я не уйду, - Аня уткнулась в густые волосы ребёнка, чтобы скрыть набежавшие слёзы.
Ночью Дима почти не спал и метался в постели. Первые лучи солнца позолотили спящий город, когда дверь в палату открылась и на пороге возникла заплаканная женщина средних лет. Окинув растерянным взглядом палату, она ринулась вперёд.
- Димочка, внучок!
«А вот и бабушка», - подумала Аня, так как догадаться было не сложно.
Девушка поспешно встала, освобождая место у кровати. Обезумевшая от горя женщина даже не заметила её. Она обняла внука, обильно поливая его слезами.
Аня вздохнула и пошла к выходу, понимая, что её участие в жизни Димы окончено. Поймав на себе прощальный взгляд ребёнка, она улыбнулась ему, постаравшись сделать улыбку веселой и непринуждённой.
В коридоре она наткнулась на двух нежданных посетителей в виде полицейских, вызванных чрезмерно докучливой медсестрой из приемного покоя. Это были мужчина лет сорока и молоденькая девушка-стажёр. Судя по их лицам, они не были рады тому, что им пришлось в такую рань заниматься должностными обязанностями, но их мнения, скорее всего, никто не спросил. Их визита Аня ждала ещё вчера, однако, согласно российской традиции, полиция реагировала на заявления граждан не слишком расторопно. И коль уж они оказались здесь, то начали задавать сухие, далеко не приятные вопросы. Аня в двух словах обрисовала им ситуацию, происшедшую на дороге, но этого им оказалось мало. Они предложили ей пройти в отделение, так сказать, для выяснения обстоятельств.
- Вы не имеете права находиться с пострадавшим, - бездушным голосом заявил мужчина-полицейский, не обращая внимания на возмущение девушки. – У него есть родственники, которые в состоянии побеспокоиться о его будущем. А вы должны дать показания по поводу случившегося. Рассказать кто был виновником происшествия и каково ваше участие в аварии.
- Моё участие? – оторопело переспросила Аня, отчего её брови удивлённо взлетели на лоб. – Что вы имеете ввиду?
- Уж не по вашей ли вине произошло столкновение? – бесцеремонно ляпнула девушка-стажёр, ввергнув Аню в замешательство.
Непонимающе захлопав длинными ресницами, Аня на секунду онемела, но, приведя мысли в порядок, настороженно уточнила, растягивая слова:
- То есть вы хотите сказать, что это из-за меня погибли люди?
Девушка-полицейский замялась, осознав, что сказала то, чего не должна была говорить, но отступать было поздно, и она продолжила беспристрастным голосом, не подразумевающим и грамма человечности:
- Просто вы слишком поспешно скрылись с места происшествия, - пояснила железная леди.
Глаза Ани буквально полезли на лоб от услышанного. Она чуть не задохнулась от невероятных намеков собеседницы.
- Я повезла ребёнка в больницу, - с вызовом бросила Аня, и сверкнула от злости глазами. – Ему требовалась срочная медицинская помощь!
Девушка-полицейский смерила её холодным взглядом, чтобы нанести очередной удар.
- Насколько нам известно, ваша машина осталась на месте аварии, а в больницу вас привез некий гражданин Варма, резидент Индии, которому вы поручили забрать машину с места происшествия, чтобы самой не показываться там.
Продолжая удивляться фантазии полицейских, Аня достала из сумочки телефон, чтобы набрать номер Саджана, и обнаружила восемь пропущенных звонков. Все они были от него. Тут она вспомнила, что поставила телефон на беззвучный режим. Аня мысленно ругнула себя за беспечность, и, выбрав номер парня, нажала кнопку вызова.
- Наконец-то ты объявилась, - услышала она в трубке знакомый голос, который сейчас показался ей невероятно родным. – Могла бы и раньше позвонить.
- Прости, - попросила девушка и тут же решила оправдаться, - я забыла, что телефон на беззвучном режиме. Я не слышала, что ты звонишь.
- Понятно. Как там наш подопечный?
- Операцию перенес хорошо, ночь была для него беспокойной, а несколько минут назад к нему пришла бабушка.
- Это хорошо. А ты сама как?
Аня почувствовала, как у неё загорелись щеки, и она поспешно приложила холодную ладонь к лицу.
- Ночь просидела с Димой, а сейчас меня донимают двое полицейских. Хотят забрать в отделение полиции для дачи показаний. – Голос девушки дрогнул, выдавая волнение. Произнеся это, она почувствовала неимоверную тревогу, и морозное дыхание смятения наполнило её сердце. Чувствуя, как сдают нервы, она слабым голосом выдохнула в трубку: - Из-за того, что мы уехали с места происшествия, они думают, что это я виновата в аварии.
Недолгое молчание, повисшее в трубке, показало, что парень удивился не меньше самой Ани.
- Ну, что ж, не все люди способны здраво мыслить, - его голос прозвучал пренебрежительно, высмеивая не в меру бездушных полицейских. Но при этом в его тоне было столько позитива, что Аня поняла: все придирки полицейских – ерунда, и ни о чем тревожиться не стоит. После небольшой паузы Саджан вновь заговорил: – Когда я вчера приехал, меня уже не впустили в больницу – было слишком поздно, поэтому я просидел всю ночь в машине и сейчас я подойду к хирургическому корпусу. Так что спускайся вниз и жди меня.
Словно камень свалился с души Ани. Она почувствовала поддержку Саджана, такую необходимую ей сейчас, отчего неприятности показались менее назойливыми. Девушка нажала кнопку завершения звонка и повернулась к полицейским.
- Мой друг будет ждать нас возле больницы. Я поеду в участок только вместе с ним, - заявила Скрипникова, ощущая себя намного увереннее. Что ни говори, а Саджан не только источал невероятное спокойствие, но и был олицетворением незыблемой победы над всеми проблемами.
- Это ваше право, - апатично пожал плечами мужчина-полицейский и кивком головы предложил пройти к лифту.
Утренний воздух был наполнен шумом проезжающих машин, к которому примешивались стуки вёдер и кастрюль – сотрудники больничной столовой, находившейся неподалеку, спешили с завтраком.
Засунув руки в карманы, Саджан, как и обещал, уже стоял у входа в хирургический корпус, ожидая подругу. Увидев её, он широко улыбнулся и подошёл.
- Тебя нельзя оставлять ни на минуту, - шутливым тоном заметил он, попутно разглядывая двух стражей порядка, сопровождавших девушку. – Обязательно найдешь какие-нибудь неприятности.
Аня в ответ улыбнулась и поймала себя на мысли, что безумно рада видеть Саджана. У неё возникло ощущение, будто она знала его сто лет, и что он был её старым добрым другом. Пока девушка пыталась разобраться в своих чувствах, Саджан заботливо набросил на хрупкие плечи девушки свитер, защитив от утренней апрельской прохлады. Он взял Аню за руку и твердым шагом проследовал за полицейскими к их машине. Вежливо открыв перед спутницей дверь, он подал ей руку, помогая сесть на заднее сидение. Затем захлопнул дверцу, и, обойдя машину, сел рядом. Он тут же по-хозяйски завладел рукой девушки, давая ей понять, что она находится под его защитой.
Вообще-то, Аня всегда была весьма самостоятельным человеком. В свои девятнадцать лет она уже год жила одна, так как родители уехали в Англию, к Аниной бабушке по отцовской линии. Вначале предполагалось, что поездка будет кратковременной, но внезапная болезнь бабушки смешала все их планы, и родители были вынуждены остаться с ней. Один месяц сменялся другим, и вскоре Аня поняла, что родители уже не вернутся на родину. Мало этого, они уже запланировали переезд в Англию своих детей – Анны и её старшего брата Юрия.
Аня переживала по поводу отъезда, потому что училась на втором курсе института иностранных языков и планировала после его окончания работать переводчиком или экскурсоводом, но, видимо, если по этой специальности ей и пришлось бы работать, то уже не в России.
Её брат отличался безграничным оптимизмом, связывая переезд с грандиозными переменами. Он весьма спокойно и философски относился к решению родителей о смене места жительства, видя радужные перспективы, открывающиеся ему в другой стране. А ещё он подумывал о женитьбе, но пока не решался сделать ответственный шаг, оставляя свои мысли о собственной семье в рамках эфемерных планов на ближайшее будущее.
В преддверье всех этих переездов и грядущих перемен, случившиеся нервотрепки с полицией, были как нельзя более некстати. Хоть Аня и привыкла всегда самостоятельно решать все свои проблемы, но в свете последних событий девушка не отказалась бы от поддержки близких. Однако Юра вот уже полгода обитал в Москве. Он хотел попробовать свои силы в собственном бизнесе, а заодно оформлял выездные документы в Англию. Из-за этого Анна осталась совсем одна в родном городе, находящемся намного южнее столицы. Хорошо, что Саджан неожиданно вызвался на роль её ангела-хранителя, потому что именно сейчас девушка ощущала необъяснимую тревогу и одиночество.
В полицейском участке Саджан ни на шаг не отходил от Ани. Он сразу дал понять стражам порядка, что ни он, ни его спутница, не собираются задерживаться тут надолго, и что все вопросы, связанные с аварией, они собираются завершить сегодня, чтобы как можно скорее забыть о страшной трагедии, свидетелями которой им довелось стать. Благодаря такому поведению парня, их визит в участок оказался непродолжительным. Анне пришлось рассказать тучному полицейскому с сединой в рыжих волосах о том, как произошла авария, подписала протокол и с радостью покинула полицейский участок.
- Пойдём, поедим в кафе, а затем я провожу тебя домой, - предложил Саджан, поглядывая на часы. Оказалось, что служители закона забрали у них не так много времени.
- Хорошо, - отозвалась Аня, понимая, что со вчерашнего дня она так ничего и не ела.
Уже сидя напротив Саджана за маленьким столиком в кафе, Аня решила узнать хоть что-то о своём новом знакомом.
- То, что ты – индиец, я уже поняла, только мне интересно как ты оказался в России.
Саджан вскинул насмешливо бровь, и после минутной паузы заговорил:
- После окончания школы родители отправили меня в Москву, где я поступил в институт дипломатических отношений и права.
- И что же заставило тебя переехать из Москвы в наш город? – удивилась Аня, не понимая, как можно было променять столичную жизнь на обитание в областном центре. – Там ты мог найти работу при Индийском посольстве, а у нас таких возможностей нет.
- Но здесь есть иные перспективы, - небрежно подёрнул он плечами.
- И какие же? – тут же уточнила она, недоверчиво прищурив глаза, полагая, что Саджан чего-то недоговаривает.
- Они связаны с воплощением намерений моего отца достичь финансового контроля над акциями крупного автомобильного концерна, филиал которого сформирован в этом городе.
Аня выдержала паузу, пытаясь уложить в голове столь витиеватую фразу, а затем рассмеялась.
- Что-то твои объяснения настолько размыты и нечетки, что я так и не поняла, чем же ты занимаешься. Работаешь, или учишься, и с чем связан твой бизнес. Кроме слова «автомобильного», всё остальное ускользнуло от моего понимания.
Улыбнувшись, Саджан пояснил.
- Нам с братом принадлежит контрольный пакет акций корпорации известной автомобильной марки, и отец настоял, чтобы я организовал и возглавил филиал, на территории России. В этом городе проще организовать бизнес – нет коммуникационной загруженности и есть куда расти. И я уже второй год стою во главе директората российской компании.
- Аааа… - протянула Аня, сделав вид, что теперь ей стало все намного понятнее. – Значит, получается, ты – бизнесмен?
- Ну, что-то вроде того, - усмехнулся он. – Помимо основного бизнеса у нашей семьи есть несколько мелких фирм, деятельность которых не связана с автомобильным концерном. Они занимаются распространением товаров посредством услуг Почты, и есть несколько предприятий, связанных с туристическим бизнесом.
Аня слегка опешила, пытаясь понять, можно ли верить собеседнику. Больно вымышленным казался его рассказ о многочисленных фирмах, якобы принадлежавших его семье. Уже в следующую секунду девушка подумала, что Саджан не захотел признаваться ей в том, что на самом деле он обычный студент и поэтому выдумал красивую сказку о семейном бизнесе. Ну что ж, если ему хочется выглядеть перед Аней крутым владельцем нескольких фирм, то девушка сделала вид, что безоговорочно поверила ему. Впрочем, какая ей разница кто он на самом деле? Самое главное, что он был хорошим человеком, готовым выручить из любой беды, и именно это делало его невероятно привлекательным в глазах Скрипниковой.
Не желая больше заставлять Саджана выдумывать новые небылицы о несуществующих фирмах, Аня решила сменить тему.
- Скучаешь, наверное, по Индии? – она скосила на собеседника глаза, вспоминая, что вскоре ей самой предстоит разлука с родиной. Именно туманные берега Англии должны были дать ей приют, но сердце девушки навеки принадлежало России.
- Конечно, скучаю, - простодушно ответил он. – Я часто езжу домой. Там мои родители, брат, друзья. Да о чем говорить, ведь там вся моя жизнь! Если бы не настойчивость отца, то я ни за что не уехал бы за границу. Но отец – очень строгий и деловой человек, поэтому перечить ему не имеет смысла, он все равно не поймет меня.
Говоря про отца, Саджан почему-то помрачнел. Аня почувствовала, как горечь невысказанных обид и недопониманий скопились в душе парня, мешая ему почувствовать в отце родственную душу.
- У меня складывается ощущение, что ты не чувствуешь к отцу теплой сыновней любви. Мне кажется, что он для тебя в первую очередь – руководитель проекта, суровый и требовательный человек.
Произнеся это, Аня почему-то потупила взор, будто сама лично была виновата в таких взаимоотношениях между отцом и сыном.
- Наверное, ты права, - нехотя согласился он, задумчиво ковыряя рыбное филе вилкой. По его лицу пробежала тень печали. – Порой мне очень хочется, чтобы у нас были теплые дружеские отношения, завязанные на любви, но, боюсь, об этом остается только мечтать. По-настоящему отец, наверное, любит только моего старшего брата, и видит в нём продолжателя своего бизнеса и рода. Даже не знаю, почему у нас с ним сложились такие отношения. Сколько себя помню, он всегда любил своего старшего сына, даже не задумываясь над тем, что младшему очень сложно доказывать своё право на его любовь. Может, благодаря тому, что мне приходилось быть ничем не хуже брата, я с отличием окончил школу, институт и теперь занимаюсь бизнесом. Наверное, именно желание доказать, что я что-то стою в этой жизни, и сделало из меня человека!
И без того темные глаза Саджана почернели.
- Да, сложно жить с постоянным желанием быть лучше брата, - с сожалением заметила Аня, пытаясь для себя понять, чем была вызвана эта исповедь. Неужели этому сильному духом парню тоже сейчас тяжело на душе и именно в ней – случайной знакомой – он нашёл того человека, которому смог открыть душу. Если так, что девушка была польщена. – Ты, наверное, из-за постоянного соперничества не особенно привязан к брату? – предположила Аня, но тут же поняла, что ошиблась.
Губы Саджана разъехались в улыбке, обнажив ряд жемчужных зубов. Он отрицательно покачал головой, всем своим видом демонстрируя несогласие.
- Как раз-таки наоборот! Я его настолько сильно люблю, что, не задумываясь, отдам за него жизнь! Его счастье и успех – самое важное в моей жизни. Если бы для счастья моего брата мне потребовалось пожертвовать собой, то я ни секунды бы не размышлял! У нас с ним очень теплые отношения. Более дружных братьев ты не найдешь на всем белом свете!
- Я так поняла, что ты брата очень любишь. А он тебя? – возник у Ани закономерный вопрос.
- Тоже любит! – заверил любопытную собеседницу Саджан. – Он во мне души не чает! Впрочем, как и мама. Она нас обоих обожает. Хотя последние два года она чрезмерно опекает брата, так как после того, как его невеста погибла при крушении поезда, он ушёл в себя. Жизнь потеряла для него смысл. Он стал тенью своей тени. Мама даже боялась, что он покончит с собой.
- Даже так? – несказанно удивилась Аня, и не заметила, что механически потянула в рот пустую вилку. – Неужели всё так серьезно? Что-то раньше мне казалось, что мужчины более стойкие, и не подвержены эмоциональным всплескам, ведущим к самоуничтожению.
- Хм… - Саджан поставил локти на стол, сплел пальцы и положил подбородок на это незамысловатое сооружение, с любопытством наблюдая за девушкой. – Индия – совсем друга страна, совсем не похожая на Россию, так что все, что здесь тебе кажется непонятным и даже странным, вполне приемлемо и объяснимо традициями и устоями моей страны. У нас мужчины не скрывают своих слёз, если им плохо. Если любят, то всем сердцем, а если печалятся, то готовы умереть от горя. В Индии слово родителей – закон для детей и не зависимо от того, согласны ли дети с решением своих родителей, они поступят только лишь так, как им велят отец и мать. Родственные связи – это святое. А ещё наши женщины не курят, не пьют и не ругаются.
- Ну у нас тоже не все женщины делают это, - заступилась Аня за своих соотечественниц и тут же добавила: - Я, например, не ругаюсь и ни разу в жизни даже не пробовала ни курить, ни пить. Так что не надо всех ровнять под одну гребёнку.
- Я не хотел тебя обидеть, - улыбнулся он одними глазами, и от их вида у девушки приятно защемило в груди.
Поймав себя на мысли, что слишком зачарованно смотрит в загадочно-огромные глаза друга, девушка спохватилась и тут же сказала:
- А я и не обиделась. Кстати, откуда ты так хорошо знаешь русский язык? Свободно им владеешь и говоришь совершенно без акцента.
- Годы учебы в институте не прошли даром, - заверил её Саджан, кивнув для убедительности. – Тем более что я был лучшим учеником нашей группы. Знаешь, я заметил очень интересную вещь – Вы – русские – привыкли засорять свою речь словами-паразитами и даже не замечаете, насколько вы уродуете свой родной язык.
Аня в сомнении вскинула бровь, но тут же поняла насколько прав Саджан. Действительно, речь среднестатистического жителя России была очень далека от литературной. В беседе то здесь, то там вечно вылезали какие-то слова-паразиты, свойственные разговорной речи. Да и сленг вносил свою лепту в искажение языка. Ну что сказать, если слова приезжего парня справедливы? Аня пожала плечами, давая понять, что спорить не будет.
Не желая больше мучить парня расспросами, Аня поведала ему о своей семье. Она долго рассказывала о родителях, о любимом брате, и о том, как они жили до того, как родители уехали в Англию. В какой-то момент она поняла, что доверилась Саджану, как самому лучшему другу. Такое поведение ей обычно было несвойственно, и девушка слегка стушевалась. Она постаралась закруглиться с разговорами, напоследок огорчив Саджана своим скорым отъездом в Англию.
Домой она попала не скоро – после кафе они пошли в парк и долго гуляли по аллеям, болтая обо всем на свете. Саджан оказался интересным собеседником, способным поддержать любую тему разговора. Он был озорной, с отличным чувством юмора. С ним было очень легко, и когда вечером Аня оказалась одна в своей квартире, она упала на кровать, улыбаясь при воспоминании о Саджане. Он занимал её мысли намного больше, чем того требовали правила первого свидания. Ей казалось, что теперь её существование без него попросту невозможно. Умный, веселый, надежный, красивый, сильный – все эти качества немыслимым образом переплелись, создавая образ Саджана. Аня судорожно вздохнула, пытаясь унять участившееся сердцебиение.
Саджан позвонил ей утром и глухо выдохнул в трубку:
- Я хочу тебя видеть.
Его голос прозвучал как-то напряженно.
- Что-то случилось? – заволновалась Аня.
- Нет, - интонация молодого человека тут же выдала улыбку. – Просто соскучился по тебе.
Аня благоразумно промолчала в ответ, чтобы не сказать, что даже глаз не смогла сомкнуть и всю ночь думала о нём. Уж что-что, а Саджану об этом вовсе не нужно знать!
- Мы могли бы сегодня увидеться? - его голос вызвал улыбку на лице собеседницы.
- Сегодня? – переспросила девушка, чтобы дать себе возможность привести свои мысли в порядок. – Ну… - она вновь выдержала паузу, чтобы показать ему, что она, якобы, серьезно думает над его предложением. А то он почувствует, что Аня только и ждала его звонка, так ещё чего доброго подумает, что она легкодоступная и ветряная. И вдобавок надо было попытаться унять дрожь в голосе, которая могла вероломно выдать её волнение. Наконец-то совладав с собой, девушка произнесла: – Да, пожалуй, у меня может получиться увидеться с тобой сегодня…
Она хотела ещё добавить, что долго гулять не сможет, но голос в трубке не дал ей закончить начатую фразу.
- Через час на центральной площади, возле вечного огня - назначил он место и время свидания.
Ох! Да как же через час-то? Надо себя в порядок привести, а в состоянии нервной дрожи, которая сотрясала тело девушки, было бы сложно справиться за это время.
Молчание, повисшее в трубке, Саджан расценил как согласие, но для большей конкретики решил уточнить.
- Ну так что, ты придешь?
- Хорошо, - бросила в ответ Аня, справедливо полагая, что за час она постарается всё успеть.
- Буду ждать тебя, - услышала она в ответ его приятный голос, от которого мурашки пробежали по её телу.
Вот уж, воистину, любовь делает людей безумными. Вроде уже не юная барышня четырнадцати лет, а такое ощущение, будто сегодня – её первое свидание в жизни! Хотя, о чем можно было говорить, если всего два года назад она только окончила школу, и, если честно, то самой жизни ещё и не видела.
Благодаря своей привлекательной внешности, девушка порой очень уставала от назойливого внимания противоположного пола. Приглашения на свидания сыпались на Аню в огромном количестве, но ей было не до романтических вздохов под луной, так как приоритет девушка отдавала учебе. Она не могла себе позволить уйти с головой в отношения с парнями и забросить учёбу. Это было не для неё.
А вот теперь, не успел этот смуглокожий красавец предложить ей встретиться, как она затрепетала от охватившего её волнения и начала второпях прихорашиваться. Как же так получилось, что эти огромные глаза с лисьим разрезом заставили девушку потерять покой? Но Аня пока не желала думать об этом. Ведь в состоянии влюблённости самоанализ мог быть не объективен.
Осознав, что всего за час ей надо не только успеть привести себя в порядок, но ещё и дойти до площади, Анна захотела предложить, чтобы Саджан заехал за ней и забрал возле дома, но вовремя опомнилась, представив заинтересованно-любопытные лица соседей, от взгляда которых не могло укрыться ничего, происходящее в их дворе.
Накраситься дрожащими от волнения руками оказалось весьма нелегкой задачей. Контур для глаз разъезжался, и пришлось несколько раз стереть и нанести его заново. С губами тоже было не все так легко, как хотелось бы, но девушка сумела совладать с нанесением макияжа и теперь, гордая за свой молчаливый подвиг, придирчиво рассматривала волосы. Просто расчесаться, или попробовать сделать некое подобие прически? Глянув на часы, Аня поняла, что на прическу уйдет много времени, а ей ещё надо накрасить ногти и одеться. А ведь уже через десять минут надо было выходить из дома, чтобы не опоздать! Прической пришлось пожертвовать, и светлые длинные волосы аккуратно легли под зубцами расчески, превратившись в пышное золотое руно, заструившееся по спине девушки красивыми локонами.
Оставшись довольной своей внешностью, Аня распахнула шкаф. Она окинула пытливым взглядом содержимое гардероба, а затем вытащила короткое голубое платье с глубоким декольте. Надев его, она закрутилась перед зеркалом, игриво изгибая стран. При этом она кокетливо завертела бедрами, придав своему образу неповторимый соблазнительный шарм. Девушка прекрасно знала, что голубой цвет ей к лицу и отражение подсказало ей, что она не ошиблась с выбором наряда. Изящная хрупкая фигурка, обтянутая струящейся прохладой шелка, была прекрасна. Платье сидело строго по фигуре, облегая все аппетитные выпуклости. Улыбнувшись своему двойнику в зеркале, Аня напрочь забыла о том, что хотела побаловать свои ногти лаком ярко-красного цвета. Она уже спешила. Девушка схватила белую сумочку, и, сунув ступни в белые туфельки на высоком каблуке, выскользнула за дверь.
Пекло дохнуло ей в лицо знойно-обжигающим предвкушением грозы. Все говорило о том, что через несколько часов солнце сменится на дождь, избавив город от невыносимой духоты. Апрель в этом году выдался невероятно теплым, дабы не сказать жарким. Южный город изнывал от пекла.
Цокая по тротуарной плитке, девушка направилась к площади. За десять минут она должна была добраться до места назначения.
Саджана она заметила издали. Стройный, подтянутый, в чёрных джинсах и сине-серой клетчатой рубашке он показался ей эталоном мужественности и красоты. Он с улыбкой наблюдал за тем, как двое малышей с победными криками гоняют голубей. Его глаза горели огоньком задора, и казалось, что таким одухотворенным взглядом человек может смотреть только лишь на своих родных детей. Глядя на него, Аня поняла, что этот парень безумно любит детей. Следом пришло осознание, что из него выйдет превосходный отец. Эта мысль была для Ани неожиданной и непонятной – и почему в этот момент она подумала об этом?
Её пристальный взор не остался незамеченным. Увидев Аню, Саджан не смог скрыть восхищения, вспыхнувшего в его взгляде, и девушка поняла, что выглядит она сногсшибательно. Неторопливой походкой тигра он пошёл к ней навстречу, не смея ни на секунду оторвать глаз от того прелестного создания, которое заставило его потерять душевный покой.
- Ты прекрасна, как фея, - произнёс он, галантно коснувшись губами её руки.
Аня поборола приступ головокружения, и смущенно пролепетала в ответ:
- Спасибо.
Они так и остались стоять – рука в руке, глаза в глаза, и весь город затаился в понимании того, что именно здесь и сейчас соединились не только руки, но и сердца двух человек, которые растворились без остатка в водовороте немыслимых страстей.
Огонь их взглядов привлек к себе внимание самых юных зрителей, которые забыли о своих попытках поймать голубей и теперь внимательно смотрели на двух взрослых, застывших в дерзкой близости друг от друга. Перешептываясь, малыши подошли немного ближе. Их приближение вернуло молодых людей на землю, и Аня поспешно отдёрнула руку, нарушив момент очарования.
- Анна, я рад, что ты пришла, - произнёс Саджан. Хотя, что он ещё мог сказать? И так было видно, что он на десятом небе от радости при виде Ани.
- Анна? – переспросила девушка, стараясь при этом нахмурить брови, но все её попытки изобразить серьезность растаяли в лучезарной улыбке. – К чему такой официоз? Анной меня зовут только учителя в институте, и в случае, если к имени добавляют отчество. Так что называй меня просто Аней.
Саджан отрицательно качнул головой.
- Хоть я не твой учитель, и не собираюсь называть тебя по отчеству, но надеюсь, что мне будет дозволено называть тебя Анной, - с чувством произнёс он, улыбнувшись одними глазами.
Когда он так делал, девушка готова была растаять под этим взглядом! Но она не хотела подавать вида, насколько очарована им и поэтому пожала плечами, давая знать, что она не возражает, коль ему так приятно.
Находясь на площади, можно было и не задумываться куда пойти погулять, так как метрах в ста от неё начинался большой тенистый парк, разделенный пополам небольшой речушкой с озером. Жестом указав в сторону парка, Саджан пошёл рядом с Аней, исподтишка поглядывая на её точеный профиль.
«Что ни говори, а русские девушки, и, правда, самые красивые на земле», - подумалось ему.
Увлекшись созерцанием прелестницы, он и не подозревал, что его взгляды были замечены девушкой. Она шла рядом и тщательно скрывала своё волнение, ощущая на себе его внимание.
Городской парк начинался чуть ли не от самой площади и тянулся вдоль кленовых аллей до самой реки. Величавые высокие деревья свесили свои густые кроны над очень необычной парой влюблённых. Она – златокудрая красавица со светлой фарфоровой кожей, он же – смуглый брюнет, казавшийся рядом с Аней ещё более темным, чем был на самом деле.
- Интересно, как там наш вчерашний подопечный? – нарушил молчание Саджан.
Аня слегка вздрогнула при упоминании о Диме, так как всё её существо тянулось к этому малышу. Однако навещать его она не решилась, чтобы лишний раз не напоминать ему о происшедшей с ним трагедии.
- Я хотела взять номер телефона его бабушки, но потом не осмелилась, - призналась она, подавляя накатившие слёзы. – Им и так сейчас тяжело справиться со своей бедой, а тут ещё я буду надоедать со звонками. – Девушка пристально посмотрела вдаль и прищурилась, вспоминая происшествия предыдущих двух дней. На душе стало пусто и больно.
Юноша почувствовал, что его спутнице трудно говорить на эту тему, и он тут же увлек её в другой мир, где не было места горю, слезам и воспоминаниям о смерти.
- Мне много приходилось путешествовать по миру и более удивительной страны, чем Россия, я не встречал, - признался он, задумчиво глядя на струи фонтана, игриво переливающиеся на солнце.
- Да? – Аня вскинула на него глаза, полные удивления, не до конца веря в то, что это правда. Как Россия может быть удивительной? Здесь же всё такое обычное! И тут же решила выяснить, в чем же кроется такое заявление. – Ты хочешь сказать, что другие страны менее интересны? Ни за что не поверю!
Саджан перевёл взгляд на свою очаровательную спутницу.
- Я не сказал, что другие страны скучны и некрасивы, - рассмеялся он, восхищаясь девичьей непосредственностью, с которой она распахнула свои серо-голубые глаза. – Каждая страна интересна по-своему, но только в России можно бесконечно удивляться умению ваших мужчин употреблять неимоверное количество спиртного, и при этом видеть, как русские женщины почему-то терпят такое поведение мужчин.
- О! – с упрёком воскликнула девушка, почувствовав укол обиды. – Ты опять видишь только плохие стороны России! То ты считаешь, что мы искажаем собственный язык, то думаешь, что наши полицейские выполняют свою работу не так, как им следует. Наверное, ты ещё думаешь, что летом у нас может идти снег! Почему ты не замечаешь, что у нас много хорошего?!
- Не сомневаюсь, что хорошего много, - Саджан кивнул, подтверждая собственные слова. – Уже одно то, что в этой стране живет такая чудесная девушка, как ты, делает её неимоверно прекрасной.
Аня зарделась от комплиментов, и попыталась скрыть это под маской любознательности.
- Расскажи мне об Индии, - попросила она.
Саджан помедлил, прищурившись, глядя вдаль.
- Полагаю, что ты не удивишься, услышав от меня фразу, что Индия – моё самое любимое место на земле!
- О, как неожиданно! – рассмеялась она и окинула своего спутника лучистым взором. При этом она разбрызгала вокруг себя переливающиеся искорки озорного веселья.
Парень внимательно посмотрел на собеседницу и рассмеялся в ответ. Аня восхищала его своей непринуждённостью. Её веселье было искренним и заразительным, отчего девушка казалась неугасимым лучиком вселенского счастья.
Заметив изучающий взгляд Саджана, она внезапно посерьезнела.
- Полагаю, что это не всё, что ты можешь рассказать мне об Индии, - деловым тоном отметила она, явно ожидая более развернутую версию повествования.
Саджан добродушно ухмыльнулся и решил поведать о своей родине.
- Боюсь, что я не скажу тебе ничего нового, сообщив, что по численности населения Индия занимает второе место в мире после Китая, и уже начинает претендовать на первое.
Торжествующий взгляд Ани поведал о том, что она осведомлена об этом.
- Да, я знала это, - кивнула она. Саджану совсем необязательно было знать, что девушка ещё вчера решила поинтересоваться Индией и несколько часов просидела в Интернете, черпая оттуда информацию. Зато это позволило ей блеснуть эрудицией. – Я думаю, что не ошибусь, если добавлю, что у вас в стране проживает больше миллиарда человек. А дабы быть точной – более одного миллиарда двухсот миллионов и численность населения продолжает стремительно расти. Кстати, таким образом, количество жителей Индии составляет одну шестую от общей доли населения всего Земного шара. Неплохие показатели!
Ага! Это был хороший ход с её стороны! Парень внимательно посмотрел на неё и склонил голову в знак согласия. Аня восторжествовала, стараясь не выдать лукавую улыбку.
- Да, ты права, Индия является одной из самых густонаселенных стран.
- А общегосударственными языками являются хинди и английский!
Он снова кивнул, заинтересованно глядя на спутницу.
Длинные тенистые аллеи вели молодых людей вдоль фонтанов и клумб, но, ни Саджан, ни Аня, не замечали этих красот, полностью увлеченные разговором.
- Но ты, наверное, даже не догадываешься, что Индия – единственное место на Земле, где живут рядом тигр и лев, - сообщил он, справедливо полагая, что девушка вряд ли знала об этом. – А обезьяны настолько многочисленны, что бесстыдно появляются в городах и безобразничают. Но так как они считаются священными животными, то людям приходится потесниться!
Девушка поджала губки, не желая показывать, что этого в Интернете не было. Но зато там много чего было про священную реку Ганг, в которой совершают омовение индуисты и над водами которой развеивают прах усопших. Много чего было написано и про высочайшую горную систему Земли – Гималаи и про горы Каракорум. Именно горы наделяли Индию альпийским рельефом и ледниками на горных вершинах.
Зато об Индийских храмах можно было говорить бесконечно, и воображение девушки было покорено этими величественными древними сооружениями. Она вообще любила все древности, благодаря чему Индия, Египет, Италия и Греция часто являлись предметами её любопытства.
- Расскажи мне о храмах, - попросила она, зная, что никакие сухие и сжатые статьи Интернета не сравнятся с рассказами уроженца Индии.
Саджан задумался, окунувшись в сказочный мир древней цивилизации. Ему предстояло передать тот колорит, которым была наполнена его родина.
- Для того чтобы понять Индию, в ней надо побывать, - бесхитростно ответил он и провел пятерней по волосам, пытаясь подобрать слова, которыми можно было бы воссоздать все буйные краски жизни, насыщающие традиции его страны. Перед Саджаном стояла нелегкая задача – поведать Анне о храмовых комплексах, история которых уходило своими корнями в глубокую древность.
- Ещё задолго до нашей эры в Индии широко развернулось храмовое строительство, связанное с распространением индуизма. Индийские храмы многоступенчаты и в них символически передана идея постепенного восхождения к небу…
Аня зачаровано слушала об индийских магараджах, о несметных сокровищах, величественных храмах и ощущала, как её сердце наполняется любовью к этой прекрасной стране.
Рассказ Саджана был завораживающим. Парень с таким вдохновением рассказывал о своей родине, что у Ани возникло ощущение, что она побывала в этой стране, живущей согласно древним и таинственным традициям. На какой-то миг она даже почувствовала себя индийской принцессой, но потом иные образы захватили её сознание: многолюдные города, огромные чайные плантации, богатство и нищета этой далекой страны. Всё сплелось ажурным кружевом в воображении девушки, навеки покоряя её сердце своей загадочностью. Саджан же, мысленно вернувшись в родные края, даже забыл о том, что между Россией и Индией пролегли тысячи километров. Несмотря на это колоссальное расстояние, он, казалось, уже был там. Жестикулируя, он бурно рассказывал о красотах древних храмов, о традициях и обрядах, позволяя Ане проникнуться любовью к его далекой родине.
- Твоя страна очень красивая, - заметила Аня, мечтательно глядя на пруд, возле которого они оказались.
Ане не терпелось подойти поближе к воде. Она сошла с дорожки, посыпанной гравием, и сняла туфли, ступив на шелковистую траву. Нежная зелёная поросль, касаясь щиколоток девушки, привёла молодых людей под сень плакучей ивы, склонившейся над водой.
- Ты обязательно увидишь Индию, - произнёс Саджан, взяв руку Ани в свои ладони. Он ласково погладил её запястье и, слегка склонившись, тронул губами длинные пальчики своей спутницы.
Робкие первые капли дождя потревожили зеркальную гладь пруда, разбросав по нему множество разбегающихся кругов. Ива пока ещё могла спасти молодых людей от непогоды, но обещать свою защиту надолго она была не состоянии, так как весенняя гроза сулила проливной дождь. Однако влюблённая парочка не замечала начинающегося дождя.
Саджан нежно коснулся щеки девушки, проведя по ней кончиками пальцев. Затем он зарылся пальцами в её густых золотистых волосах и приблизил её лицо к своему, чтобы припасть пламенным поцелуем к губам Анны.
Хоть девушка и понимала, что после того, как руки парня властно привлекли её, последует поцелуй, но всё же она инстинктивно дёрнулась от нахлынувшего на неё невероятно сладостно-щемящего чувства. Она и не думала, что поцелуй может дарить столько блаженства.
Голова Ани закружилась от избытка чувств и она, еле сдержав стон наслаждения, прикрыла глаза, утопая в пьянящей истоме, охватившей всё её существо. Ей казалось, что в мире нет ничего и никого, кроме них двоих под этой раскидистой ивой. И нет ничего, кроме этого поцелуя, который проник в её душу нежным соцветием любви и коснулся сердца обжигающей страстью. Губы Саджана были ласковыми и в то же время настойчивыми, и девушка растворилась в неге неимоверного счастья.
Этот поцелуй позволил влюблённым забыть о времени. Даже настойчивый дождь, стекающий по намокшим листьям ивы, не мог заставить их вернуться к реальности. Когда же они, наконец, разомкнули объятия, то обнаружили, что дождь немилостиво льет, как из ведра, уже давно намочив их.
- Кажется, мы вымокли, - улыбнувшись, заметила Аня, и провела рукой по мокрым волосам Саджана.
- Это хорошая примета, - заверил её парень, не отрываясь глядя на возлюбленную, будто хотел навеки запечатлеть её образ таким, каким он был сейчас – беззаботным, лукавым и романтичным.
- Будем надеяться, - рассмеялась она. – Если бы каждый раз, как я попадала бы под дождь, случалось бы что-то хорошее, то я была бы самой счастливой девушкой на свете!
- Ты будешь такой, - кивнул головой её спутник. – Я тебе это обещаю.
Обычно общительная и веселая Аня стала избегать друзей. Ей были не в радость их совместные посиделки в кафе за чашечкой чая. Ей совсем не хотелось находиться в обществе подруг. И вообще, если раньше Аня обсуждала с ними все свои дела, то теперь она сторонилась всех и не рассказывала никому о том, что некий смазливый индиец похитил её сердце, напрочь лишив покоя и сна. Девушке случалось и ранее влюбляться, но такого сильного чувства, как к Саджану, она не испытывала ни к кому. Вся жизнь, бывшая для неё привычной, отныне стала казаться ей сном.
Не желая зависеть от родителей, Аня ещё в прошлом году смогла устроиться на работу, подразумевавшую не полный рабочий день, что позволяло девушке продолжать учебу в институте и в то же время самостоятельно зарабатывать себе на жизнь. Туристическая фирма неплохо платила ей, как сотруднику консультационного отдела. Работа хоть и была не из легких, но всё же являлась интересной.
Однако если раньше сама работа доставляла девушке удовольствие, то теперь Скрипникова была далека от повседневных будней, мысленно находясь со своим возлюбленным, который с нетерпением ждал окончания её трудового дня, чтобы пойти с ней в парк, кино или кафе.
Узнав о том, что Аня работает, Саджан тут же предложил ей бросить работу. Он заверил девушку, что ей больше не придётся беспокоиться о своём благосостоянии. Аня не сомневалась в том, что Саджан сможет обеспечить ей безбедное будущее, но одна мыль об этом, заставляла девушку подавлять прилив гордой независимости. Самостоятельность нашёптывала девушке в ухо укоризны, дескать, от финансов родителей ты зависеть не хотела, а, встретив небедного парня, которого знаешь без году неделя, уже и о работе забыть пожелала? Как всегда, гордо тряхнув волосами, Аня поняла, что ни за что и никогда не бросит работу, так как ей очень важно было знать, что она может быть свободной от чьих-либо желаний и взглядов на жизнь. Она хотела ощущать себя взрослой. Именно работа и давала ей понимание того, что она уже не та школьница, коей была совсем недавно, а личность, способная позаботиться о себе.
Скорее всего, эта потребность была продиктована чрезмерной опекой родителей, но Аня не желала анализировать свои поступки и задумываться над их предпосылками. Ей хотелось просто жить, любить и быть счастливой.
Но с появлением Саджана её отношение к работе изменилось. И если до этого она с радостью бежала на работу, то отныне Аня нехотя брела туда, с нетерпением ожидая конца рабочего дня. Она не могла дождаться того момента, когда после работы встретится с Саджаном. Этот парень стал для неё смыслом жизни, а он, в свою очередь, проявлял очевидные знаки внимания по отношению к девушке, давая понять, что влюблен.
Единственное, что неимоверно удивляло девушку, так это то, что он никогда не привозил её на работу и не встречал с работы. Иногда девушке становилось обидно, что Саджан даже не знает, в какой организации она работает и где это предприятие находится. В ответах на её вопросы относительно такого поведения, он был лаконичен:
- Я не желаю бросать тень на твою репутацию. Твои друзья могут подумать, что ты ветреная женщина, которая позволяет себе ездить в машине с мужчинами, а я не желаю, чтобы они так считали.
Во время одного из таких разговоров, Аня встала с кресла и прошлась по комнате. Её квартира находилась в центре города и потому вид, открывающийся из окна, изобиловал многочисленными постройками, среди которых терялись зеленые насаждения. Девушка задумчиво выглянула в окно и сощурилась на ярком солнце, больно ударившем по глазам.
Стены комнаты песочного цвета ловили солнечные лучи, усиливая их свет, отчего просторный зал казался неимоверно светлым. Книжные полки, выстроившиеся вдоль одной стены, поднимались до потолка, намекая на то, что хозяева квартиры – большие любители почитать. Светло-зеленого цвета диван, два кресла, журнальный столик и телевизор нехитростно дополняли интерьер. В тон мебели были тюль и шторы, преломляя солнечные лучи изумрудным свечением.
- Не знаю, как у вас в Индии, - произнесла Аня, - но у нас в России нет ничего зазорного в том, чтобы девушка встречалась с парнем.
- Отношения вне брака никогда не стоит афишировать, - нравоучительно ответил парень.
- Странно ты рассуждаешь, - вспылила на этот счёт Аня, не понимая суждений Саджана. – Может, ты меня стесняешься и поэтому не желаешь, чтобы о нас знали окружающие?
Произнеся это, девушка отвернулась от окна, чтобы видеть собеседника. Саджан улыбнулся, и Аня растаяла под его лучистым взглядом, заставившим её потупить взор.
- Эх, какие невероятные глупости могут водиться в этой очаровательно головке. Как я могу стесняться той девушки, которую желаю видеть в качестве своей жены?
Аня замерла, не веря своим ушам. На секунду затаив дыхание, она подняла на него глаза, полные удивления. Но была вынуждена тут же отвернуться, так как почувствовала, как мурашки пронеслись по её спине, поднялись по шее и затерялись где-то в волосах.
Ничего не видящими глазами, она вновь выглянула на улицу. Саджан подошёл сзади, и его руки легли ей на плечи. Он развернул девушку к себе лицом и посмотрел на неё так, что от этого взгляда она замерла. Он погладил Анну по голове, и приблизился настолько, чтобы ощутить пьянящий аромат её волос. С его уст готовы были сорваться слова признания в любви.
Аня уже слишком мало понимала, что происходит. Она пристально посмотрела в эти бездонно-выразительные глаза и задохнулась от нахлынувших чувств.
Его слова «Как я могу стесняться той девушки, которую желаю видеть в качестве своей жены?» пульсировали в её сознании, лишая способности адекватно мыслить.
- Должна ли я расценивать данную фразу, как предложение руки и сердца? – произнесла она как можно более небрежным и насмешливым тоном, чтобы дать понять, будто она думает, что он шутит. И тут же испугалась своего вопроса, предположив, что может услышать в ответ «Тебе показалось…».
Ответом ей послужил его томный взгляд из-под чёрных длинных ресниц, говоривший красноречивее всех слов.
- В эту субботу подадим заявление в ЗАГС, - сказал он так, словно речь шла о покупке билета в кино. Он даже не спрашивал девушку о её согласии стать его женой, будто он решил все за них двоих, и теперь они должны лишь внести ясность в их встречи, ступив на следующую ступень отношений в качестве мужа и жены.
Аня отвернулась, попытавшись скрыть волнение, однако это оказалось не столь просто, как хотелось бы. Его слова проникли к ней душу, отдаваясь сладостной истомой во всех уголках её тела. Сердце прыгало в груди от радости, заставляя что-то внутри неё ёкать, будто она попала на самолёте в воздушную яму.
- А ты не хочешь вначале спросить, согласна ли я стать твоей женой? – игриво осведомилась она, пытаясь сдержать дрожь в голосе.
- Я думаю, что нам обоим известно, что именно свадьба будет следующим логическим шагом, - подёрнул он плечами.
Аня растерянно уставилась на него, с трудом соображая, что на это можно ответить.
- Не так я представляла то, как ты сделаешь предложение, - грустно призналась она.
Уже в следующую секунду она услышала голос возлюбленного:
- Извини, если что не так. Я хотел сделать тебе предложение в более романтичной обстановке, но так получилось, что разговор об этом зашел именно здесь и сейчас. Так что не обессудь. Однако это не меняет моей любви к тебе и не меняет того, что ты тоже любишь меня. Помимо этого, и ты, и я знаем, что ты согласна стать моей женой.
Растерявшись от подобного утверждения, Аня удивлённо вскинула на него изумлённый взгляд, попытавшись что-то возразить, но все противоречия застряли у неё в горле, не смея быть оглашенными. Да и к чему слова? Он абсолютно прав: свадьба с ним – именно то, о чем она мечтала темными длинными ночами, представляя себя рядом с Саджаном. Так к чему сейчас разыгрывать спектакль, пытаясь сказать, что «мне надо подумать»? И вообще, зачем же думать?
- Эта суббота – прекрасное время для подачи заявления в ЗАГС, - согласилась она, обвив руками шею любимого, и, не дав ему ничего ответить, припала к его губам в сладком поцелуе. И о чем тут можно говорить, когда и так всё ясно?
Если бы только сотрудники ЗАГСа знали, как долго тянутся недели ожидания, назначенные до свадьбы, они бы не назначали её через месяц после подачи заявления, а расписывали бы молодожёнов сразу! Ане казалось, что этот месяц никогда не закончится! Саджан, как истинный джентльмен, и не пытался воспользоваться преимуществами, данными ему статусом её будущего мужа. Он вел себя столь корректно, что девушке только и оставалось, как удивляться его самообладанию. За все время он не перешел рамки приличия, и не позволил себе зайти дальше поцелуев. Если даже ему и хотелось большего, то Аня об этом даже не догадывалась, так как Саджан сумел воплотить в себе все качества человека, порядочного до мозга костей, который никогда не может потерять голову и сделать то, чего делать не следовало.
Возможно именно то, что Саджан боялся не сдержаться и натворить глупостей, о которых потом мог бы сожалеть, он через неделю после подачи заявления, изъявил желание съездить домой в Индию.
- Мне надо уладить кое-какие дела в Мумбаи, - шепнул он ей на ухо вечером, когда, не желая оставаться один на один со своими желаниями в уединенной Аниной квартире, он пригласил девушку пройтись с ним по улицам ночного города.
- Как? – отчаянно вскрикнула она и глянула на Саджана обезумевшими от боли глазами. Но сумрак плохо освещенной улицы скрыл выражение его лица.
Её слова потонули в реве двигателя проезжающей машины, и мимо пролетел красный «Хюндай», оставив за собой облако пыли и невысказанность женских обид. Ночной город окутал молодых людей мерцающим светом неоновых фонарей, скрывая влюблённых от всевидящих глаз необъятной вселенной.
- Не отставляй меня, пожалуйста! – чуть ли ни плача попросила она, хотя уже на тот момент поняла, что если Саджан принял решение, то менять его уже не будет. – Неужели ты думаешь, что я смогу спокойно вынести нашу разлуку?
- Я ничего не думаю, - тихо ответил он. В его голосе засквозила печаль, которую он тут же прикрыл горькой улыбкой. – Просто мне надо уехать на неделю. Полагаю, что это наше с тобой первое и последнее расставание. Потом мы всегда будем ездить вместе.
- Если ты того захочешь, - наиграно безразличным тоном парировала девушка, за которым скрывалось отчаяние и крик души. О чем и говорить! Конечно ей было обидно узнать о его желании уехать в канун свадьбы.
- Ты зря сердишься, - заметил он, обняв любимую. Причем Саджан сделал это настолько чувственно, что девушке показалось, будто он не просто обнял её, а слился с ней в одно целое, объединяющее не только два тела, но и две рвущиеся в клочья души, раненные горечью предстоящего расставания. – Тебе, как никому другому известно, как сильно я тебя люблю. Бог благословил нас ещё в момент твоего рождения. Ты – моя, и только моя. Наши чувства посланы нам свыше, и тебе нельзя обижаться на то, что мне необходимо срочно уехать.
Аня промолчала, не желая обсуждать эту тему. Саджан был слишком нежен, пытаясь утешить возлюбленную, и от этого ей было ещё тягостнее вспоминать про его отъезд.
Почему-то сейчас Аня подумала о предстоящей свадьбе. Они с Саджаном решили расписаться втайне от родных и близких. Их решение было основано на том, что ни его, ни её родители не дали бы разрешения на брак. Он – индуист, она – православная христианка и двое влюблённых с ужасом думали о реакции родителей, которые сделали бы все возможное, чтобы не допустить свадьбы. О венчании не могло быть и речи. Православная церковь запрещает подобные браки. И только лишь регистрационная палата ЗАГСа могла бы засвидетельствовать их отношения, сделав их любовь законной.
Мысли девушки вновь вернулись в реальность, напоминая о предстоящей разлуке. Аня, молча, подавила в себе накатившее чувство одиночества и улыбнулась сквозь слёзы, пытаясь показать, что она согласна с решением Саджана съездить в Индию.
- Ты скажешь родным о нашей свадьбе? – спросила она с дрожью в голосе, заранее зная ответ. Ей, конечно, хотелось, чтобы на их свадьбе были его и её родственники, но суровая действительность диктовала свои условия.
- Пока нет, не скажу - прозвучал его ответ, давая знать, что парню не нужны никакие препирательства с роднёй. Однако следующая фраза внесла пояснительные нотки в данное заявление. – Ты же знаешь, что будет слишком много желающих предотвратить нашу свадьбу. А я этого не хочу. У меня нет намерений вступать в бесконечные пререкания с отцом. Это МОЯ жизнь и я проживу её так, как хочу. Я не позволю кому-то решать за меня на ком мне жениться. Наши традиции дают родителям право выбирать для детей мужа или жену. Поэтому я не желаю, чтобы мне пытались запретить связать свою жизнь с тобой. После свадьбы я просто поставлю родных перед фактом, что женился на русской девушке.
Сама не понимая, почему она позволяет ему брать главенство в ещё не созданной семье, Анна промолчала, одобряя мнение будущего мужа. Ему виднее, по той причине, что он мужчина, и что он старше! Она не собиралась перечить Саджану, или пытаться навязывать ему своё мнение, так как его решение было для неё незыблемым каноном поведения. Она полностью полагалась на мнение своего будущего супруга, так как он на каком-то интуитивном уровне давал понять, что именно его мнение будет главным.
Почувствовав на плече его руку, девушка улыбнулась. Самое приятное, что может быть на этом свете, это ощущение того, что он РЯДОМ, что он ЛЮБИТ её. Все остальное – ничего не значащая ерунда. Ей было приятно прислушиваться к его суждениям, не пытаясь противоречить. Если раньше поступаться со своим мнением ей было сложно, то теперь она понимала, что в семье кто-то должен быть главным. Только такие отношения и являются залогом успеха счастливой семейной жизни. Если мужчина умный, то зачем ему перечить? Вполне достаточно положиться на его точку зрения.
- Мои родители от меня такого и не ожидают, - рассмеялась она, справедливо полагая, что они нашли бы тысячу аргументов против подобного брака с иноверцем.
- От меня тоже, - признался он, попытавшись скрыть улыбку, которая всё же озарила его лицо. – Что ни говори, а доводы разума наших родителей слишком далеки от доводов наших сердец.
Молча кивнув, девушка прижалась к груди любимого, получив в награду за безмолвное согласие его нежный поцелуй.
Отъезд Саджана Аня переживала очень тяжело. Он уехал, оставив её одну в ожидании свадьбы.
Она с трудом ходила на работу, хмуро считая дни до приезда возлюбленного. Четыре девушки, работающие с ней в одном кабинете, услужливо состроили лица, предполагающие сочувствие по поводу того, что у Ани плохое настроение. Она не сказала им ничего о предстоящей свадьбе, об отъезде Саджана и о своих душевных терзаниях. Однако, как оказалось, им и не надо было ничего рассказывать. Они и сами поняли, что Аня влюблена и что на данный момент её суженный далеко от неё.
Как назло, в этот день, когда душа Анны плакала и просила утешения, в офис заявилась делегация, состоящая из директора и хозяина компании. Если директор – мужчина лет пятидесяти с упругим пивным животиком, был неизменным гостем консультационного отдела, то хозяина компании девушки, сидящие в одном кабинете, видели впервые. Они, согласно этикету, встали с кресел, приветствуя смуглого молодого брюнета, от которого зависели инвестиции в фирму, и, как следствие, их зарплаты.
- Знакомьтесь, - произнёс директор. – Это Виджай, начальник всех начальников!
В голосе директора неоднозначно прозвучали нотки веселья, говорившие о том, что этот самый Виджай – человек добрый, с чувством юмора, способный оценить его шутку. В подтверждение этому Виджай улыбнулся. Ему было около двадцати пяти лет и природное обаяние искрилось в его темных глазах, отчего подружкам-коллегам показалось, что Виджай – само очарование. Только, к сожалению, четырех обитательниц кабинета, он как-то слишком долго задержал своё внимание на хорошеньком личике пятой сотрудницы – Ани, заставив девушку смутиться.
Судя по внешности, парень был выходцем из стран Ближнего Востока. Смуглый с весьма приятными чертами лица, черноволосый, среднего роста и крепкого атлетического телосложения. В какой-то момент Ане показалось, что в чертах лица Виджая есть что-то неуловимо знакомое и притягательное.
Он осмотрел кабинет и оговорил с сотрудницами консультационного отдела насущные проблемы и планы. Виджай, уже выходя из кабинета, ещё раз бросил испытывающий взгляд на Аню, после чего прищурил чёрные, как смоль глаза, и сказал:
- Вы бы не могли выйти в коридор на минуту?
Директор быстро глянул на Аню и тут же сделал вид, что куда-то торопится. С несвойственной ему поспешностью, он ринулся по направлению к кабинету другого отдела. Аня удивлённо моргнула, но выполнила просьбу хозяина. Как только дверь за её спиной закрылась, и Аня с Виджаем оказалась одни в пустом коридоре, он спросил:
- Вы не возражаете встретиться со мной после работы?
Аня опешила от такого предложения и тут же интенсивно замотала головой, однозначно говоря об отказе. Виджай, видимо, непривыкший к отказам, загадочно улыбнулся, ничего не сказав. Заметив, что он больше не настаивает на её присутствии возле себя, Аня дёрнула на себя дверь и буквально ворвалась в кабинет. Звук удаляющихся шагов дал знать, что Виджай ушёл.
- Чего он от тебя хотел? – напустились на неё с расспросами подружки.
- Предлагал встретиться, а я отказалась, - простодушно поведала Аня, плюхаясь в своё кресло.
- Да ты с ума сошла, - обрушилась на Аню Маша. – Надумала кому отказывать! Ты что, захотела без работы остаться?
Аня бросила на подругу гневный взгляд и тут же парировала, несмотря на то, что даже рассудительная Ира своим молчанием полностью поддерживала Машу.
- Если тебе думается, что я должна соглашаться на встречу с первым же встречным только лишь потому, что он мой начальник, то, хочу заметить, что у нас с тобой разные моральные принципы.
- Да причем здесь мораль? – вспылила Маша, не желая слушать подругу. Она уперла руки в бока, всем своим видом источая уверенность в своём мнении. – Сама должна понимать, что он тебя не в постель позвал, а просто на встречу, которая ни к чему не обязывает. Что, трудно сходить на свиданку, коль такой парень о ней просит? Посмотри, какой красавец! Черноволосый, смуглый, да и богатый, в конце всех концов!
Аня вперила в подругу гневный взгляд и тут же наградила её всем своим негодованием:
- Маш, зная тебя, я бы не удивилась, если бы ты начала свою речь с последнего довода! Для тебя, если богатый – значит достойный внимания. Неужели это единственный критерий, по которому ты способна оценивать людей?
Маша, было, смутилась, но, как выяснилось, ненадолго, так как в следующую секунду она тут же заявила:
- А что плохого в том, что Виджай богатый? Или ты, как последняя дура, готова встречаться только лишь с теми, кто влачит своё жалкое существование на крохи своей зарплаты?
Насмешливый тон не располагал к дальнейшему диалогу, поэтому Аня благоразумно промолчала, не желая вступать в полемику с подругой. Ведь та тоже имела право на свою точку зрения и определённое видение данного вопроса. Аня встала и нетерпеливо подошла к окну, чтобы хоть как-то успокоиться.
- Ань, - вмешалась в разговор Ира, которая была старше подруг на несколько лет, - зря ты отвергаешь внимание этого красавчика. Ты только посмотри, какой он хорошенький! Широкоплечий, мускулистый, чертовски симпатичный! Даром что ли приезжий? У нас таких не водится!
Аня только хмыкнула в ответ. У неё уже есть широкоплечий и мускулистый красавец, который через две недели станет её мужем. Но её подругам знать об этом не обязательно, а то замучают вопросами! Загадочно улыбнувшись, Аня так и не решилась поведать девушкам, что её сердце навеки принадлежит самому прекрасному парню на свете.
- Анька, ты чего, вконец с ума сошла? – вновь взвилась Маша. – Неужели так сложно было согласиться на встречу? Глядишь, и зарплату нашему отделу добавил бы! Тогда ты могла бы самостоятельно заплатить за учебу в институте и не ждать милости от родителей!
Эх! Знала Машка как на больную мозоль надавить! Вот оно! Оплата обучения! Аня замерла, не желая даже воспринимать всерьез слова подруги, однако следующее, что она услышала, это был торжествующий вопль молчавшей до этого Кати:
- Да! Анька-то наша повелась! Как пошла речь о добавлении зарплаты, так сразу и покладистее стала!
Аня поморщилась и метнула из-под ресниц молнии недовольства. Этот взгляд не предвещал Кате ничего хорошего. Ане было обидно, что подруги так приземлено оценивают отношения между людьми. Небольшой кабинет, куда с трудом влезало пять столов, внезапно стал немыслимо тесен для непонимающих друг друга девушек.
- Не хотелось бы ругаться, - сухим тоном отрезала Аня, вновь садясь в своё кресло, - но я желала бы закончить данный разговор.
Маша тоже плюхнулась в своё кресло, не скрывая недовольства, а Ира с Катей переглянулась, и Ира смешливо изогнула бровь:
- Ой, какие мы агрессивные! – девушка зашлась в смехе. – Анька, да ты брось из себя недотрогу-то корчить! А то, того гляди, мы поверим в твою святую невинность! Ты ещё скажи, что за свои девятнадцать лет ни разу ни с одни мужчиной близка не была! Ни за что не поверю!
Не собираясь слушать пошлые намеки коллеги, Аня нахмурилась и кинула в ответ:
- Ты можешь думать то, что тебе угодно, но только лишь мой муж будет тем мужчиной, который прикоснется ко мне в постели!
Ира вперила в подругу немигающий взгляд, не понимая, хотела ли та таким образом просто поссориться, или намекала на то, что ей неприятны подобные умозаключения коллеги. На этом Аня закончила диалог с сослуживицами, уйдя с головой в работу.
Однако уже после того, как рабочий день был окончен, ей пришлось вновь столкнуться с вниманием иноземного красавца-хозяина, который, как оказалось, поджидал её на своей машине возле входа. Аня вначале опешила, увидев его, но Маша, следовавшая сзади, подтолкнула нерешительную подругу со словами, процеженными сквозь зубы:
- Если тебе он не нужен, то подумай хотя бы о подругах. Соглашайся на свидание, но скажи, что с тобой поеду я!
Аня нехотя улыбнулась смуглому парню, и, памятуя о просьбе Маши, подошла к его машине.
- Я был бы рад сопроводить вас к вашему дому, - услышала она бархатистый голос с лёгким акцентом. – Если вы не возражаете, то я мог бы осмелиться пригласить вас на ужин!
Ничего не успев ответить, Аня услышала голос Маши:
- Одна она не пойдёт с вами в кафе. Слишком скромная. Если вы не против, я готова составить вам компанию и сопроводить мою подругу.
Виджай бросил удивлённый взгляд на Машу, но ничего не сказал. Он любезно открыл перед девушками дверцу машины, предлагая сесть. Маша беспардонно подмигнула Ане, говоря этим, что если та и не намерена принимать ухаживания иностранного гостя, то Маша с радостью возьмет на себя это непосильное для Ани бремя.
В подтверждение своих намерений, Маша весь вечер тарахтела без умолка, даже не замечая раздраженного взгляда Виджая. Было очевидно, что парень не жаждет общения с Машей и мечтает об уединении с Аней. Однако ни о каком уединении не могло быть и речи, потому как Маша всячески старалась привлечь внимание Виджая. Она не давала парню даже глянуть на предмет своего обожания. Маша казалась сама себе чрезвычайно остроумной, веселой и обаятельной, когда пыталась вставить везде своё слово. Даже обычно сдержанная во всем Аня, уже старалась всячески унять подругу, жестами и мимикой давая ей понять, что границы приличия и сдержанности ещё никто не отменял. К сожалению, Маша, заворожённая черноволосым красавцем, даже не замечала намеков подруги, продолжая вести себя вызывающе. Кончилось тем, что Виджай проводил Аню до подъезда, а затем был вынужден отвезти до дома не в меру распалившуюся Машу. Аня предложила подруге заночевать у неё, чтобы оградить от необдуманных поступков, но Маша уже не слышала её, находясь под очарованием приезжего парня.
Аня справедливо полагала, что если не дать Виджаю номера телефона, не позволить ему надеяться на встречу и не быть слишком улыбчивой, то такое поведение непременно отпугнет заезжего Дон Жуана. Поэтому она вела себя, как неприступная крепость, будучи холодно-вежливой, держа себя в рамках бизнес-этикета.
План по отчуждению навязчивого господина начальника был крайне беспощаден, но продуктивен, что повлекло за собой скорейший отъезд Виджая, и, как следствие, горькие слёзы влюбившейся в него Маши. Однако Аня не могла разделить с подругой её надежд и печалей, отчего та осталась в гордом одиночестве переживать столь скорый отъезд Виджая.
Саджан настоял на том, чтобы свадебное платье его суженой было не белого, а алого цвета. Аня и не пыталась возразить возлюбленному, ведь доводы, приведенные им при выборе платья, были более чем весомы: в Индии белый цвет – цвет траура, скорби, а красный – цвет радости, обновления. Девушка вначале не хотела соглашаться выходить замуж в красном платье, полагая, что это очень необычное и вызывающее решение. Но аргументы за красный цвет платья были настолько убедительными, что Аня сдалась под их натиском. Зато никто не мог бы обвинить её в заурядности!
А для себя Саджан выбрал темно-серый костюм, подчеркивающий его идеальную фигуру. Казалось, что этот молодой мужчина был эталоном красоты и мужественности. Глядя на него, Анна ощущала, как волна безумного счастья, смешанного с немыслимым восхищением захлестывает всё её существо. Его иссиня-чёрные волосы и огромные глаза, кажущиеся на узком вытянутом лице частичками его невероятно богатой и нежной души, сводили девушку с ума.
Свадьба Саджана и Ани состоялась в начале июля и была тихой и скромной, ведь они не стремились сделать из этого события нечто публичное. Им не хотелось, чтобы на их свадьбе пьяные в стельку знакомые устроили традиционный для русской свадьбы дебош. Родственники жениха и невесты даже и не подозревали, что их драгоценные отпрыски решили обзавестись своей собственной семьей, и именно по этой причине отсутствовала неизменная толпа из счастливых и многочисленных тетушек, дядюшек, троюродных сестер и тому подобной дальней родни, имена которой и припомнить невозможно. Так что кроме Аниной подруги Ковалёвой Натальи и её друга Константина, на торжественной церемонии никого не было.
Другая шумная и большая свадебная процессия, у которых роспись была назначена на полчаса раньше, чем регистрация Ани и Саджана, с веселыми криками проследовала в зал торжеств. Двери за новобрачными и их гостями закрылись и в фойе дворца бракосочетаний остались четверо – Анна, Саджан, Наташа и Костя. Работница ЗАГСа попросила Саджана пройти в кабинет для уточнения некоторых данных, связанных с его гражданством, а Костя отошел к окну, дав подружкам немного посплетничать.
Наташа Ковалёва была стройной блондиночкой, причем назвать её просто «стройной» было преступлением, так как девушка была настолько худенькой, что сдавалось, будто она звенела при ходьбе. Однако это не мешало ей иметь пышную грудь и объемные бедра, что делало её фигуру необыкновенно женственной. Мелкие черты лица в сочетании с короткими завитками волос приближали её образ к утонченной француженке из черно-белых фильмов. В желтом длинном платье, в котором она пришла на свадьбу, она выглядела особенно элегантной, отчего Костя поглядывал на неё с нескрываемым обожанием, чем, казалось, вызывал недовольство девушки.
Наташа была рада за подругу, так как видела, насколько сильно та любит своего избранника. Но всё же девушка высказалась по поводу отсутствия родителей молодожёнов:
- Ань, я, конечно, понимаю, что вы хотите, чтобы свадьба стала только вашим праздником и ничьим больше, но как же без родителей-то? Могла бы и сообщить им, что замуж выходишь. Ну что за свадьба получается? Родителей нет, родственников тоже. Четыре человека – это разве по-человечьи?
Аня рассмеялась над суждениями подруги, и обняла её, звонко чмокнув в щеку. Счастливой невесте вполне было достаточно присутствия одного из САМЫХ близких людей – Наташи. Эх, если бы только Ковалёва знала, как она дорога своей подруге, она бы так не говорила. Ведь Наташа была для Ани больше, чем подруга, и если бы у Скрипниковой была бы сестра, то вряд ли могла быть девушке ближе и роднее, чем Наташа. Несмотря на проявления нежности, в глазах Ковалёвой остался вопрос о нежелании Ани сказать родителям о замужестве.
- Саджан своим тоже ничего не сказал, - ответила Аня, пытаясь не поддаться сожалениям о том, что в такой радостный для неё день, её родители не смогли быть рядом. – Поэтому не хорошо было бы с моей стороны приглашать на свадьбу своих маму с папой.
Постаравшись улыбнуться, Аня поняла, что улыбка получилась не слишком радостной и поэтому она оставила всякие попытки казаться беспечной. Конечно она переживала из-за того, что на её свадьбе нет ни мамы с папой, ни брата Юры, которого девушка просто обожала. Обычно у неё с братом не было секретов, а тут она посмела не рассказать ему о своём замужестве.
- Не понимаю я этих ваших желаний сделать свадьбу тайной для родных, - призналась Наталья, с ужасом думая о том, как опечалится Анина мама, узнав, что дочка даже не свадьбу её не позвала. – Как потом родителям расскажешь, что замуж выскочила?
- Как-нибудь разберусь с этим, - вздохнула юная невеста с подкатившими к горлу слезами. – Папа будет в шоке. Полагаю, что он много чего гневного скажет по поводу того, что я вышла замуж за индийца. Он-то думал, что выберет мне в мужья благородного чопорного англичанина, и что мы с мужем будем жить в Англии и сможем видеться с родителями каждую неделю.
Аня, прикрыла глаза, осознавая, как будет зол папа. Да что там «зол»? Он будет в бешенстве! Его дочка, его ненаглядное сокровище, посмела самостоятельно выбрать мужа, да ещё и иноверца! Услужливая фантазия тут же нарисовала девушке сцены выяснения отношений с родителями, отчего радость текущего момента несколько омрачилась ожиданием неприятностей. Из задумчивости её вывел голос Наташи.
- Кстати, а где вы с Саджаном жить собрались? В России, или Индии?
Аня распахнула серо-голубые глаза, и удивлённо уставилась на подругу, будто та спросила невероятно странную вещь.
- Ну…, - как-то неуверенно протянула она. – Мы пока не обсуждали эту тему, - призналась девушка, впервые задумавшись над этим вопросом.
- В Индии, конечно, - голос Саджана прозвучал за спиной девушек. Подруги обернулись, как по команде. Все предстоящие объяснения с папой напрочь вылетели из головы Ани, и их место вновь заняло счастье при виде возлюбленного. – Мы будем жить в Мумбаи, - уверенным голосом продолжил Саджан, будто они с Аней уже все давно оговорили и именно к такому выводу и пришли. Он встал сзади Ани и, обняв свою невесту за плечи, добавил: – Жена должна жить в доме мужа. Таков закон этой жизни. Мои родители будут рады, что в их дом войдёт такая невестка.
Наташа, привыкшая смотреть на жизнь реалистично, с сомнением покачала головой.
- Саджан, на самом деле ещё неизвестно, как твои родители воспримут новость о том, что ты женился без их согласия, - хмыкнула она в ответ.
Глаза молодого человека подёрнулись мимолетной озабоченностью, но тут же огонек озорства загорелся в его чёрных зрачках.
- Да, благословение родителей у нас очень многое означает. Мне, конечно, жаль, что наша свадьба проходит вдали от моей родины и близких мне людей. Но если бы мой отец узнал о моем решении жениться на русской девушке, то, боюсь, он бы сделал все возможное, чтобы эта свадьба не состоялась, - признался Саджан, не желая обманывать ни Аню, ни самого себя, уверяя, что все его родственники будут счастливы. - А вот мама и брат порадуются. Когда они увидят мою избранницу, то поймут, что ни одна другая девушка на земле не смогла бы сделать меня счастливым.
С этими словами он развернул Анну к себе лицом и целомудренно поцеловал её в лобик, вызвав на губах возлюбленной улыбку счастья.
Двери в зал торжеств распахнулись, говоря о том, что предыдущая свадебная процессия уже удалилась шумно праздновать знаменательное событие, собравшее их всех вместе. Подтянутая женщина средних лет, одетая в строгий костюм со вкусом провинциальной интеллигенции, соответствующий её представлению о торжественности случая, тут же нарушила очарование момента.
- Потом будете миловаться, голубки - её голос прозвучал настолько сердечно, что, казалось, будто в своей незатейливой фразе она собрала всю доброту и тепло, которые существовали в этом мире, и, обратившись к Саджану, добавила: - Веди свою красавицу в зал.
Марш Мендельсона зазвучал в белокурой голове Ани как знамение новой жизни. В принципе, так оно и было – теперь у неё действительно была новая жизнь. И всё в этой жизни было для неё ново и необычно. Уже одно то, что она была в красном платье, намекало, что ничего ординарного ждать от этого брака не приходилось. Впрочем, необычностей в её свадьбе было предостаточно, но девушке это нравилось. Жених – индиец, свадьба – тайная, платье – красное. Да уж, что не говори, а начало было многообещающим.
Аня скосила глаза на Саджана. Его гордый профиль сводил её с ума, и девушка почувствовала неимоверный прилив нежности к своему избраннику. Очень захотелось прямо сейчас обнять его и поцеловать, но пока этого нельзя было делать – надо дождаться конца процесса регистрации брака. Видимо почувствовав на себе взгляд Анны, Саджан тоже скосил на неё взгляд и, встретившись с огоньком серо-голубых глаз, подмигнул.
Сердечко Ани замерло, пропустив удар. Однако её счастье было не столь громадно, как счастье её мужа, но он пытался не выказывать своих чувств, видимо считая это уделом женщин. На самом же деле всё его существо было пропитано лучиками немыслимого блаженства и едва сдерживаемого ликования. За внешним спокойствием крылся вулкан невыраженных эмоций. Самая красивая девушка на земле теперь его жена!
Длинные поздравительные речи церемониймейстеров смешались в сознании влюблённых в однородную массу малопонятных слов. Ведь этим двоим не нужны были все эти напутственные речи. Они уже шагнули в новую жизнь, держась за руки, и теперь не только их сердца звучали в унисон, но и фамилии.
Саджан и Аня расписалась в книге регистраций, Наташа и Константин в свою очередь засвидетельствовали своими подписями серьезные намерения молодых, после чего молодожёнов объявили мужем и женой, пожелав долгого семейного счастья.
Что ни говори, а роль жены для юной Анны Варма была настолько непривычна, что она поначалу стала паниковать. Ей хотелось быть идеальной супругой, которая успевала бы и убрать, и постирать, и приготовить, и на работу сбегать, а с началом учебного года и в институте на лекциях надо было поприсутствовать, а главное – посвятить всю себя любимому мужу. Но, как выяснилось на самом деле, успеть всё и сразу было просто невозможно. В итоге Саджан настоял на том, чтобы Аня рассчиталась с работы. Чтобы облегчить участь жены, он взял на себя походы по магазинам и уборку в квартире, предоставив юной супруге возможность посещения института и приготовления еды.
Если у всех молодожёнов был медовый месяц, то у Ани с Саджаном его не было в общепринятом понимании этого периода жизни новобрачных. Девушка с удовольствием бы провела первый месяц после свадьбы наедине со своим возлюбленным где-то на тропических островах, но жизнь диктовала свои условия. Лето только что закончилось, и Саджану надо было до конца следующего месяца завершить все дела, связанные с бизнесом, чтобы потом увезти Аню в далекую и незнакомую для неё Индию. Она с трепетом, граничащим со страхом, представляла свою первую встречу с родителями Саджана, но парень старался уверить Анну в том, что её сразу же все полюбят и его семья станет для неё такой же родной, как для него самого.
Наташа Ковалёва часто приходила в гости к Ане, и девушки вместе постигали секреты кулинарного искусства, а заодно могли подолгу болтать. В один из таких дней Аня с Наташей воспользовались отсутствием Саджана, чтобы уединиться на кухне. Девушки решили пошептаться за чашечкой кофе. Аня неимоверно переживала по поводу того, что через неделю должны были приехать её родители. Волнения добавлялись ещё и оттого, что завтра приезжал Юрка из Москвы, где он жил последние несколько месяцев. Девушка не знала, как он отнесется к известию об её замужестве.
- Ты так ничего и не сказала родителям? – удивилась Наташа, осуждающе вскинув бровь. – Ты только представь, что тут начнётся, когда они приедут и обнаружат в своей квартире индийского парня, фамилию которого носит их дочь. – На секунду запнувшись, Наташа решила задать вопрос, который не давал ей покоя: - Кстати, а помимо его фамилии, ты, случайно, не носишь его ребёнка?
Аня поперхнулась кофе, и, еле откашлявшись, уставилась на подругу.
- Ну и вопросы ты задаешь! – усмехнулась она, покрываясь ярким румянцем.
- Вполне уместные вопросы, памятуя, что вы уж два месяца, как женаты, - заговорщически хихикнула подружка, многозначительно посмотрев на живот Ани. – Я так полагаю, что по ночам вы не музыку слушаете, а кувыркаетесь.
Аня бросила на Наташу укоризненный взгляд. Но изображать святую невинность она не собиралась и тут же рассмеялась.
- Мы как-то не задумывались о детях, – призналась она. – Если Бог даст, то будем рады прибавлению в семействе.
- Если не предохраняться, то Бог обязательно даст! – заверила её Наташа, утвердительно покачав головой. – Ты, вроде, взрослая, а рассуждаешь, как малолетка. Неужто непонятно, что отношения с мужчиной приводят женщину к материнству?
Смущенно потупив взгляд, Аня отхлебнула из чашки и поставила её на стол. Скрывать эмоции было сложно, поэтому она резко встала и подошла к окну, устремив взор на раскинувшийся пред ней город. Наташа нахмурилась, понимая, что что-то не так. Если дело касалось близкой подруги, то тут у Ковалёвой обострялась интуиция. Она всегда чувствовала, когда Ане плохо и спешила развеять её тревоги. В такие моменты Ане не удавалось скрыть свои неприятности и переживания. Вот и сейчас Наташа тут же оказалась возле Ани, и точно так же, как и та, уставилась на пейзаж за окном.
- Ну и? – спросила она, не желая затягивать с объяснениями. – Скрипникова, колись, что не так?
- С чего ты взяла, что «что-то не так»? – зазвенел слезами голос Ани, выдавая её волнения, и чтобы уйти от объяснений, она тут же добавила: - Ты забыла, что я уже не Скрипникова, а Варма?
Наташа поступила как всегда: оставила лишь нужное из услышанного. В данном случае она пропустила мимо ушей последнее замечание Ани по поводу фамилии и прицепилась к её слезливому настроению.
- Э, подруга, а ну брось пессимизм расплескивать! – тут же взялась за её воспитание Наталья. – Почему глаза на мокром месте? Рассказывай! Что стряслось?
Шмыгнув по-детски носом, Аня еле слышно произнесла:
- Я очень хочу стать мамой.
Наташа, на секунду остолбенев, громко рассмеялась, вызвав непроизвольную улыбку на лице подруги.
- Ну, если хочешь, то обязательно станешь! У тебя непременно появится маленькая копия твоего мужа, которая будет называть тебя мамой. Только я не поняла почему ты плачешь? Саджан не хочет иметь детей?
Анна не ожидала такого предположения со стороны подруги.
- Почему же? Хочет, конечно, - интенсивно закивала головой девушка. – Да только вот после свадьбы уже два месяца прошло, а у нас всё ещё не получается зачать ребёнка.
Удивлённо захлопав глазами, Наташа воззрилась на подругу. Обретя потерянный от сообщения Ани дар речи, Наташа прокашлялась, чтобы обрушить на подругу весь свой гнев непонимания.
- Анька, да ты, ей Богу, сумасшедшая! Тоже мне, нашла из-за чего переживать! Я думала, что ты умная, а получаешься дура-дурой! Это с чего ты взяла, что должна была забеременеть в первые же месяцы после свадьбы? Люди порой годами пытаются стать родителями, а тебе прямо всё с первого же раза подавай!
Недовольно нахмурившись, Аня выслушала подругу, чтобы тут же ощетиниться.
- Легко тебе говорить, - упрекнула она Наташу, - это же не ты так хочешь ребёнка! А я сильно переживаю, из-за того, что ничего не получается!
- Да с чего ты взяла, что ничего не получается? – начала свирепеть обычно спокойная Наташа. – Ты к гинекологу ходила? Тест на беременность покупала? Может, ты уже носишь под сердцем ребёночка, а сама об этом и не подозреваешь!
Аня вздохнула, обхватив себя за плечи и, покачавшись из стороны в сторону, вздохнула.
- У меня недавно месячные закончились.
Довод был более чем убедительный, поэтому Наташа только кивнула головой.
- Ну да… - протянула она. – Только я не понимаю к чему такая паника? У вас с Саджаном ещё вся жизнь впереди, так что успеете кучу детей нарожать. Ещё сама не рада будешь!
- Наверное, ты права, и я напрасно себя накручиваю, - попыталась успокоить саму себя Анна, хотя всё её существо кричало и плакало в предчувствии чего-то нехорошего. После секундного молчания, она решила поделиться с подругой своими тревогами: – Знаешь, мне сны стали плохие сниться.
Наташа тяжело вздохнула, закатив глаза, и тут же принялась развеивать нелепую хандру подруги.
- Нашла из-за чего переживать! Сны плохие! Это всё ерунда!
- А вот и не ерунда, - взвилась Аня, ершисто бросая вызов Наташе – Ты же знаешь, что мои сны всегда сбываются! Тем более что эти сны очень часто повторяются, и они настолько реалистичные, что я порой не понимаю где сон, а где явь.
- И что из этого? – подёрнула плечами та, давая понять, что нечего переживать по поводу такой ерунды, как сон, хотя это не помешало ей настороженно уточнить: - И что же тебе снилось?
Аня на секунду прикрыла глаза. Видимо, ей даже рассказать было страшно о своих сновидениях. Наконец-то решившись, она ответила.
- Мне часто снится, будто у меня ребёнок родился не от Саджана.
Слова Ани прозвучали в стенах кухни, как взрыв. Оглушенная собственным голосом, который на самом деле был довольно тихим, Аня судорожно выдохнула, отгоняя наваждение. Ковалёва несколько раз моргнула, пытаясь осознать услышанное и, совладав с собой, постаралась как можно более беззаботно заявить:
- Это всё потому, что ты очень хочешь стать мамочкой, вот тебе и снятся сны про ребёнка.
Аня резко развернулась к подруге, чтобы пронзить её взглядом.
- Наташа, ты что, не услышала меня? Мне снятся сны про ребёнка, отец которого не Саджан!
Подруга замялась, придумывая логическое объяснение ночным тревогам Анны и, наконец, сказала:
- Я бы растолковала твой сон так: ребёнок – хлопоты, а то, что он не от любимого человека, то, значит, будут какие-то неприятности. Ха! А с учётом того, что завтра приезжает твой брат, а через неделю родители, то неприятности тебе гарантированы!
- Ой, и не напоминай! – всплеснула руками Аня, удрученно покачав головой. При мысли о предстоящем разговоре с родственниками, Аня почувствовала, как у неё похолодело внутри. – Вот ужас-то будет! Ну Юрка-то, надеюсь, адекватно воспримет моё замужество, а вот мама с папой… Ох! Страшно!
Подавив ухмылку, Наташа принялась развивать тему приезда родни, чтобы увести подругу от мысли о снах.
- Что ни говори, а папаня твой устроит тебе огромные разборки! Рекомендую вам с Саджаном временно подыскать другое жилье, чтобы избежать кровопролития. Ты же понимаешь, что скандал будет грандиозный.
- Я-то понимаю, - обреченно вздохнула Аня, - да только как я скажу мужу о том, что из-за того, что приезжают мама с папой, нам надо съехать с квартиры? Я боюсь, что он может не понять таких добросердечных родственных отношений. Ещё подумает, что у меня не родители, а деспоты.
Наташа исподлобья бросила взгляд на подругу и вовремя прикусила язык, с которого готова была сорваться фраза, что Аня недалека от истины. Скрипников-старший был совсем не подарком – властный, бескомпромиссный, а иногда и жестокий, если домочадцы пренебрегали его мнением. Чтобы хоть как-то обнадежить подругу тем, что знакомство её родни с новоиспеченным зятем будет не слишком бурным, Наташа тут же предположила:
- А может ещё и всё обойдется. Завтра приедет Юрка, а там глядишь, он чего и придумает!
- Что же он может такое придумать? – не поняла Аня.
- Ну… - Наташа запнулась. – Может, подготовит папу к новости.
Начало сентября подарило жителям южного города неимоверную жару, от которой, казалось, нет спасения. Знойное марево висело неподвижно и не давало повода задуматься о наступающей осени. Солнце нещадно пекло, из-за чего в воздухе стоял удушливый запах креозота, которым пропитывались шпалы. Перрон железнодорожного вокзала был во власти суеты, потому как диктор только что объявила прибытие поезда, и теперь пассажиры поспешно хватали свои чемоданы, чтобы успеть сесть на проходящий состав. Аня с Саджаном присоединились к бурлящему людскому потоку, ринувшемуся на третий путь второй платформы.
Локомотив медленно тянул за собой состав, подавая его на перрон. Аня с замиранием сердца вглядывалась в окна вагонов, ища знакомое лицо брата. Дождавшись остановки поезда, она потянула Саджана за руку к восемнадцатому вагону.
- Да не беги ты так, - усмехнулся парень. – Успеешь брата встретить.
- Я так по нему соскучилась, - призналась Аня, продолжая поспешно идти. – Ты даже не представляешь себе, как сильно я его люблю. Мы с ним всегда были близки. У нас никогда не было секретов друг от друга. А тут я ему про свадьбу не сказала.
Последнюю фразу девушка произнесла настолько печальным голосом, что даже Саджана тяжело вздохнул.
- Ну, если тебе не хочется огорчать родных всякими тайнами, то давай вначале разведемся, а потом попросим их благословения на наш брак и опять поженимся, - рассмеялся он, лукаво глядя на свою красивую спутницу.
Заслужив шутливо-презрительный взгляд жены, Саджан подавил в себе неудержимое желание обнять девушку. А она тем временем продолжала стремительно двигаться в сторону намеченной цели.
Со ступенек вагона спустился высокий черноволосый парень, завидев которого, Аня бросила руку Саджана, и, взвизгнув от счастья, побежала к брату. Налетев на него, как ураган, девушка повисла на шее Юры, покрывая его щеки поцелуями. Парень в свою очередь сгрёб в охапку хрупкое тельце младшей сестрёнки и закрыл глаза, чтобы она не увидела блеснувшей в них слезинки счастья.
Наблюдая за трепетной встречей, Саджан остановился немного поодаль, поражаясь тому, насколько были непохожи брат с сестрой. В отличие от Ани, Юра был черноволосым, высоким с карими глазами. Для двадцатилетнего парня он был крупноват, хотя, возможно, именно это и делало его немного старше своего возраста. Прямой нос, пухлые губы, а взгляд добродушный, как у теленка.
Через пару минут Саджан был вынужден закончить изучение шурина, так как Аня многозначительно посмотрела на мужа и повела к нему брата.
- Знакомьтесь, - тихо произнесла она. – Саджан, это мой брат Юрий, - и слегка замявшись, она сказала: - Юра, это мой муж Саджан.
Парни пожали друг другу руки, и тут до Юры стал доходить смысл сказанного Аней. Его широкая улыбка сошла на нет, а лицо удивлённо вытянулось, в то время как глаза уставились на сестру в ожидании того, что та сейчас рассмеется, давая понять, что это шутка. Наконец поняв, что шутками тут и не пахнет, Юра вновь посмотрел на смуглого парня, настороженно глядящего на него немигающим взглядом своих огромных чёрных глаз.
- Муж? – на всякий случай переспросил Юра, сомневаясь в правильности услышанного.
Аня кивнула и виновато потупила взор.
- Юр, ты уж прости, что я не сообщила тебе об этом раньше, - еле слышно произнесла она, - просто я боялась, что ты и родители будете против моего брака.
На сей раз удивляться пришлось Юре.
- А почему, собственно, мы должны быть против? – не понял он. – Если ты полюбила и решила выйти замуж, то мы должны радоваться за тебя. Или я чего-то не знаю? – последняя фраза явно имела подтекст, и парень перевёл взгляд на живот сестры, полагая, что подобные поспешность и секретность свадьбы были вызваны необходимостью зарегистрировать отношения до того, как станет видно, что Аня ждет ребёночка. – Значит ли это, что я скоро стану дядей? – добродушно рассмеялся он.
Юра даже не подозревал, что затронул больную для сестры тему. Она отпрянула от него, и, сама не зная почему, торопливо прикрыла живот сумкой.
На выручку, как всегда, пришёл Саджан.
- Дядей ты обязательно станешь, но не так быстро, как тебе думается, - улыбнувшись, заверил он шурина. – Анна не сказала о нашей свадьбе потому, что боялась, что вы будете против наших отношений и не позволите пожениться.
- Это почему ещё? – не понял Юра, удивлённо моргнув.
- Насколько я знаю, ваш папа – консерватор, не желающий видеть любимую дочку замужем за уроженцем Индии.
- Так ты индиец? – почему-то восторженно переспросил Юра. – То-то я смотрю, что внешность у тебя уж больно колоритная. Ну и что, что не русский? Главное, чтобы человек был хороший! – Улыбнувшись во всю ширину тридцати двух зубов, Юра похлопал зятя по плечу и, не ограничившись этим, обнял того, которого так сильно любила его сестра. – Добро пожаловать в нашу семью, Саджан! Если моя сестра счастлива с тобой, то ничего больше мне не нужно в этой жизни! Я рад тому, что эта вредная девчонка наконец-то влюбилась! А то все мои друзья по ней с ума сходили, а она только и знала, что проходила мимо них, гордо поджав губки и вздёрнув нос!
- Ну вот, а ты боялась, - шёпотом произнесла Наташа, стоя на балконе Аниной квартиры через пару дней после приезда Юры. – Ты только посмотри, как они хорошо поладили! Болтают так, будто всю жизнь друг друга знают!
С этими словами Наташа кивнула в сторону балконной двери, ведущей на кухню, где за обеденным столом двое парней оживленно обсуждали что-то.
- Ага, - немногословно согласилась с ней Аня. – Только интересно, о чем это они говорят? Ведь у них практически нет общих тем для разговора.
Наташа покосилась назад, вглядываясь вглубь кухни сквозь оконное стекло. Приглушенный звук мужских голосов не дал ей возможности определить, о чем идёт речь, но одно было понятно – эти двое рады знакомству и с удовольствием обсуждают что-то, наверняка, интересное.
- Как выяснилось Юрка вовсе не против твоего замужества, - заметила Наталья. – Твой бунтарский поступок заставил его посмотреть на тебя другими глазами.
Аня кивнула, вспоминая, как Юра в день приезда настороженно посмотрел на неё и сказал: «Ну, сестрёнка, ты даёшь! Выдаю тебе медаль за мужество! Признаться, не ожидал от тебя, не ожидал. А теперь ещё полжизни отдам без сожаления, чтобы посмотреть на лицо нашего отца, когда он узнает эту новость! Молодец, сестрёнка! Отважный поступок! А главное – правильный!».
- Юра одобрил мой выбор, - подтвердила очевидное Аня. – Говорит, что именно такой муж мне и был нужен. А ещё Юра сказал, что ему самому пора остепениться и жениться.
Наташа прикусила нижнюю губу и исподтишка глянула на подругу.
- И что, правда, твой брат надумал жениться?
- Ну, по крайней мере, он так сказал, - заверила её Аня, собираясь вернуться на кухню, но, почувствовав, как Наташа ухватила её за локоть, она остановилась. – Ты чего? – не поняла девушка.
Ковалёва не стала отпускать руку подруги, чтобы та не улизнула и, немного помявшись, произнесла:
- Юра не говорил, на ком именно собрался жениться? – заговорщически поинтересовалась Наташа, пытаясь замаскировать своё любопытство под безразличие.
Замерев, Аня наклонила голову, изучая подругу так, будто впервые увидела её. Уж больно вид у неё необычный – весь какой-то мечтательно-романтичный, да и вопросы задает весьма специфические.
- Наташка, да неужто мой брат тебе нравится? – ахнула Аня и в изумлении отшатнулась от Наташи, не смея поверить в своё предположение.
- Ну… - замялась та, густо покраснев.
Бросив тревожный взгляд на ничего не подозревающих об их разговоре парней, Наташа вновь припала к балконным перилам. Аня последовала её примеру, собираясь допросить подругу с пристрастием.
- Наташ, я что-то не поняла, ты же, вроде как с Костей встречалась? – приглушенным шёпотом осведомилась Аня, сверля подругу испытывающим взглядом.
Наташа уставилась на Аню, будто та сказала непристойную глупость.
- С чего это ты взяла? – не поняла Ковалёва, удивлённо захлопав ресницами.
- Да с того, что вы везде вместе ходили. Даже на нашу свадьбу вместе пришли.
- Ну, ты не путай разные вещи, - усмехнулась подруга. – На вашей свадьбе мы были вместе только лишь потому, что ты сказала: «Наташ, приглашаю тебя с Константином на нашу свадьбу в качестве свидетелей». И что я должна была тебе сказать, что этот Костик уже в печенках у меня сидит со своей любовью? Прохода мне не дает! Он влюблен в меня, но это не означает, что я отвечаю ему взаимностью!
Аня сердито поджала губы, явно обиженная на Наташу.
- И после этого ты называешься моей лучшей подругой! – в сердцах упрекнула её Аня. – Ты всегда с таким воодушевлением рассказывала о том, как вы с Костей ходили то в кино, то в парк, да и вообще, каждый раз, когда я видела вас вместе, даже и тени сомнения не было в том, что у вас любовь! И вдруг ты мне говоришь, что ничего к Косте не чувствуешь? Могла бы и раньше поделиться!
Ковалёва в ответ только рассмеялась и чмокнула подругу в щечку.
- Ань, я же видала, что тебе кроме твоей любви к Саджану нет ни до чего дела. Вот и не стала лезть с разъяснялками по поводу своих отношений с Костиком. Не видела в этом смысла.
- Да как ты могла? – чуть ли со слезами напала на неё Аня. – Неужели ты подумала, что мне совсем неважно, что происходит в твоей жизни?
- Анька, да брось ты расстраиваться! Нашла из-за чего, тоже мне! – фыркнула в ответ Наталья. – Неужели и так не ясно, что если бы было у меня что серьезное с каким-нибудь парнем, то я обязательно тебе бы рассказала. А так, о чем было рассказывать-то? О том, что Костя добивается моей любви, а я только и жду, чтобы твой Юрка вернулся из Москвы?
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги