Вдох. Сердце Севера.

Север долгое время оставался закрытым. Он был самодостаточен, силён, изолирован от распрей других государств.

Север всегда был жесток. Он не прощал слабостей и оплошностей. И люди это знали. Поэтому люди здесь – другие. Сплочённые, понимающие важность человека рядом: от него порой зависела жизнь. Соблюдающие вековые традиции и установленные правила. Самобытные. Сильные: даже женщин учили азам воинского искусства. Не идеальные, нет, у них тоже были свои недостатки и тайны, но они отличались от людей основного континента как внешне, так и внутренне.

И только шесть лет назад нынешний правитель Севера Сигурд Разумный открыл границы. Год переговоров. Год поиска решений, сомнений, откатов, идей, сопротивления. И через год его дети, наследники Севера, сильные воины и достойные мужи, поехали учиться в Инланию.

Для Севера началась новая эпоха. Хорошая или плохая – покажет время. Он не так быстро впускал в себя изменения. Всё ещё не охотно делился тайнами.

Но что такое год, пять лет, когда территория была закрыта веками?

1.

Аксель не стал заморачиваться с едой и одеждой. Запрыгнул сразу же, как только подъехал экипаж, запряжённый лошадьми, и порадовался предусмотрительности брата: на козлах сидели два кучера.

Дорогу, на которую в обычное время уходила неделя, они преодолели за четыре дня. Остановки только на смену пары лошадей. Ближе к границам, когда снега стало больше и лошади в нём уже вязли, их сменили белоснежные зубры.  Эти громоздкие животные были чуть менее резвыми и не такими шустрыми, но отличались невероятной выносливостью. Аксель рассчитывал только на этой паре доехать до дома, не останавливаясь.

Он толком не спал в дороге. Лишь на несколько минут проваливался в забытие и тут же просыпался с быстро колотящимся сердцем. Девушка в его руках была укрыта толстым одеялом, но всё равно продолжала дрожать, пропуская вдохи. Чёрный рисунок уже полностью обхватил руки, ноги, живот и, медленно разрастаясь, приближался к сердцу. И это не смотря на все силы северянина. Хотя без них Сани не продержалась бы и суток.

Аксель крепко прижимал её к себе, отдавал всё, что есть, и бесконечно целовал холодное лицо и губы. Из неё периодически вырывался стон боли, и Аксель знал, что продолжая поддерживать жизнь в ней, он продолжал и её агонию. Даже представить себе не мог, какая это боль, когда сердце насильно заставляли качать остывающую кровь, полную микрокристалликов льда. И собственное сердце это знание раздирало в клочья. Но просто так отдать её, отказаться, сдаться Аксель не мог. Он потом попросит прощения, тысячу раз попросит, только бы жила. Только бы жила…

Сани мало что помнила их этих четырёх дней. Всё смешалось в комок скручивающей тело боли, тьмы и невыдерживаемого холода. Иногда она выныривала из него, но картинка перед глазами расплывалась и только на лице чувствовались обжигающие прикосновения чего-то.

Наверное, она попала в Чистилище. Место, которое Всевидящий огибает своим взглядом, чтобы не видеть все творящиеся в нём ужасы. Где беспредел воротят демоны и их мелкие пособники. Иначе не могла объяснить, почему боль не уходит. Жаль. Она так и не встретится с Эстель.

Когда всё закончилось, Сани даже не заметила. Просто вдруг поняла, что дышать стало легче, что голова стала яснее, что очень хотела кушать и пить. Открыла глаза, наткнулась на темноту и тихонько позвала:

- Эй!

Голос охрип. Никто не откликнулся.

Вдруг нестерпимо захотелось в туалет, и она осторожно спустила ноги на пол, утопив их в высоком мягком ворсе ковра. Но стоило вылезти из-под одеяла, как на неё заново обрушился холод. Мелко подрагивая и еле передвигая из-за этого ногами, прошла до одной из двух замеченных ранее дверей. Непослушной рукой открыла её и судорожно выдохнула. Угадала. Оказиться прямо на ковёр уж очень не хотелось.

Комната оказалась просторной. Стены и пол были выложены тёмным с золотыми крупными прожилками камнем, слева тёмная большая ванна и из цельного камня раковина напротив входа. Взгляд зацепился за душ, и мысль о горячей воде воодушевила. Так она точно могла согреться.

Мелко подрагивающими руками еле-еле стянула необычную одежду. На ней было что-то вроде свободной светлой туники и таких же штанов. Вообще, судя по этой уборной, это была очень хорошая лечебница. Наверняка постарался Рэм.

И только когда Сани включила воду, уже стоя двумя ногами в ванной, раздетая и подрагивающая, она поняла всю степень своей ошибки.

Вода обжигала.

Каждая капля, попадающая на кожу, была словно из раскалённого стекла. Сания была уверена, что её кожа окажется испещрённой следами ожогов. Сделать шаг назад и перешагнуть через борт ванны, чтобы сбежать, не представлялось возможным: тело, почувствовавшее тёплый пар, скрутило судорогой. От безысходности хотелось плакать. Где персонал этой треклятой лечебки?!

Дверь комнаты резко распахнулась, и в нагревающееся помещение ворвался холодный воздух. От этой разницы её скрутило до боли в ногах. Сани еле развернулась и с удивлением обнаружила не лекарку или её помощницу, а Акселя.

- Как-ков-ва а чёрта прова-валивай, - возмутилась, как могла.

Только вместо того, чтобы смущённо выйти, Аксель вошёл и закрыл за собой дверь. Он выглядел осунувшимся, усталым и мрачным, как будто похудел, под глазами - тени. Быстро скинул с себя такую же, как у неё, просторную тунику и шагнул в ванную.

- Ты ш-што твориш-шь?!

Руки от тела не отлипались, да и ноги не особо слушались, поэтому сейчас она могла только убивать взглядом.

Что выразительно ему демонстрировала.

Аксель пробежался глазами по её телу. Одной рукой девушка прикрывала грудь, другой – междуножье. Отметил выпирающие рёбра, впалый живот, худые ноги. Проклятье не прошло даром: Сани сильно сдала за эти дни. Даже её волосы не весело торчали в стороны. Но она стояла перед ним, на своих двоих, и прожигала его взглядом.

Что ж.

Неплохое начало.

Прижав к себе девушку, которая начала на это активно пыхтеть и пытаться высвободиться, убедился, что вода адекватной температуры.

- Ты только не бойся, - предупредил напоследок и сделал шаг вперёд.

Сани охнула и сложилась бы пополам от оглушающей боли, если бы не упиралась в твёрдую грудь Акселя. В попытке убежать от обжигающей воды прижалась к нему сильнее.

- Бооооольноооо…

- Скоро пройдёт, - пообещал мужчина, крепко обнял её и встал под бьющую сверху воду полностью.

Постепенно Сания согревалась. Перестала дрожать, срывая дыхание, вода перестала быть обжигающей, став приятной тёпло-горячей температуры. Она только вздрогнула, когда по спине заскользили руки Акселя, разнося тонкое цветочное благоухание.

Отлепилась от груди и посмотрела прямо на него. Ясная голубизна глаз мужчины резко потемнела, вызывая в ответ тяжёлый жар внизу живота, и продолжение могло бы быть совсем другим, но… Сания испугалась.

- Дальше я сама.

Аксель проморгался и даже тряхнул головой, словно смахнул наваждение. Кивнул, вышел и задёрнул шторку.

Девушка развернулась и посмотрела на уголок с различными светлыми баночками. Взяла ту, что была открыта, и понюхала – да, тот самый цветочный аромат. Вот только надписи на нём были на незнакомом ей языке.

Им же решила вымыть волосы.

О, это было блаженство. Она даже начала мурлыкать нехитрую мелодию. Аромат цветов заполнил небольшое пространство ванной, и можно было закрыть глаза и представить себя на цветочном лугу. Это было одно из ярких воспоминаний в жизни. В доме ещё было не так много малышей и она, Сэм, Вал и ребятишки вышли за город летом. Сани тогда была сильно младше, и вместе с Сэмом они бегали по этому разнотравью, счастливо падая в цветы. За небольшую работу в деревне им удалось выменять по стакану молока на каждого и свежеиспеченный хлеб. Мммм…Тогда они были самыми счастливыми детьми на свете.

Сания довольно выдохнула. Ощущение чистоты воодушевляло и смелым движением она раскрыла шторку, чтобы через несколько секунд снова сжаться. Потому что, во-первых, там её ждал Аксель. И, во-вторых, снова стало резко холодно.

- Ты почему ещё здесь? – возмутилась девушка, мелко подрагивая.

Вместо ответа Аксель раскрыл большое белое полотенце, которое держал в руках. Он переоделся в сухое и ждал её, видимо, уже давно.

Подошёл и, обнимая, укутал, а потом и вовсе легко приподнял, чтобы вынести из ванной.

 - Почему до сих пор холодно? – спросила, сжавшись в его руках.

 - Это скоро пройдёт.

Они вошли в комнату, где уже горел свет, но были задёрнуты все шторы. На столе стоял закрытый большой округлой крышкой поднос, и как только Сани его увидела, её желудок громко обрадовался, словно не сомневался в аппетитном содержимом. Аксель усмехнулся и присел на стул, усаживая девушку к себе на колени.

И поднял крышку.

Сани подумала, что упадёт в обморок, настолько аппетитные и манящие запахи ворвались в нос, требуя съесть их немедленно. Там стояли две глубокие тарелки с наваристым бульоном, блюдо с запечёнными овощами, зелень, какие-то сухофрукты, два огромных куска пирога и чайничек. Даже как будто перестала дрожать и потянулась к пирогу, чтобы съесть его вприкуску с бульоном, как тарелка от неё убежала.

- Нельзя, - нахмуренный Аксель переложил её на широкий подоконник, придирчиво осматривая всё остальное.

В итоге на столе остались только тарелки с бульоном и половина от овощей.

- Э-эй, - разочарованно протянула Сани, с тоской глядя на уставленное окно.

- Ты слишком долго не ела. Сразу столько будет вредно.

- Сэм подлечит, - парировала девушка, все ещё косясь на дымящиеся блюда.

- Са-ани, - вздохнул Аксель, - когда можно попробовать обходиться своими силами, нужно пробовать.

Девушка метнула на него колкий взгляд, демонстративно встала и села на соседний стул.

- Приятного аппетита.

Улыбнулся уголками губ Аксель, и они вдвоем принялись есть в тишине.

Хоть Сание голод казался всеобъемлющим и составляющим её суть, уже на половине тарелки она почувствовала сытость и сонливость.

- Идём спать, - предложил мужчина.

Девушка вяло кивнула, чувствуя, что вот-вот уснёт, и не смогла сопротивляться тому, что Аксель поднял её на руки и уложил в кровать, укутывая в одеяло. Не смогла сопротивляться и тому, что он лёг рядом, положил руку сверху одеяла и крепко прижал к себе. И уж совсем не могла сопротивляться тому, что сквозь туманное забытие почувствовала поцелуй в висок. А может это ей показалось.

Аксель впервые за неделю спал спокойным, глубоким сном. После того, как с Сани поработали местные целители, он никого к ней не подпускал. Даже с отцом виделся лишь раз, пока наматывал круги рядом с лекарской. Всё остальное время – рядом. Давать пить настои по каплям, поддерживать целительское облако, обтирать прохладной водой, когда поднимался жар. Ему ужасно не нравилось это состояние безделья, где он не мог уже ничего сделать и нужно было только ждать, пока организм девушки восстановится.

Но сейчас он расслабленно лежал рядом, тихо радуясь её колючкам. Живая. Великие Боги, живая. Это, наверное, была самая ужасная неделя в его жизни, которую он запомнит навсегда.

И вот она голая на одной с ним кровати. Чёрт побери, голая! Доводы разума о том, что только очнулась, что чудом осталась жива, что ей ещё восстанавливаться и восстанавливаться, разбивались о твёрдую реакцию его организма. И одеяло здесь было не только для тепла…

И оставались ещё два больших вопроса, решения которых он ждал с напряжением. Как сказать Сание, где она и кто она здесь?

Утром Сание было жарко и душно. В полудрёме скинула с себя всё, что могла, повернулась на другой бок и, блаженно растекаясь по кровати, уснула обратно.

Проснулась, когда снова стало жарко, а спать - неудобно. Ещё с закрытыми глазами поняла - она лежит голая и не укрытая. А ещё её кто-то обнимает. И чья-то большая горячая рука почти полностью накрывает её попу!

Со смесью паники и удивления распахнула ресницы и уткнулась взглядом в голую мужскую грудь. Подняла глаза и… и…

- Аксель! – завизжала, отпихивая руками от себя ещё не проснувшегося мужчину, первой реакцией которого было прижать её к себе сильнее.

Естественно, за ягодицы, да.

- Аксель! – завизжала громче, продолжая упираться в его грудь.

Но застыла, когда мужчина открыл глаза.

Они были синие-синие, ей даже не с чем было сравнить этот цвет, таким насыщенным и ярким он казался. А ещё Аксель смотрел на неё крайне спокойно. Но если раньше это было спокойствие-выдержка, контроль и терпение, то сейчас это спокойствие было уютным. Когда всё хорошо, все близкие рядом и никому ничего не угрожает.

Аксель продолжал смотреть на неё не моргая, делая спокойные вдохи и выдохи, так что эта минутная истерика показалась ей какой-то детской выходкой.

Но в целом, положение вещей не поменялось.

- Убери. Свою. Руку, - попросила его аккуратно, стараясь не краснеть.

Да почему она вообще собралась перед ним краснеть?!

Всё ещё сонный Аксель перевёл взгляд в сторону. Руке, кстати, было очень удобно, и он не сразу понял причину возмущения. А когда понял, еле сдержал улыбку, вздохнул, переместил ладонь на спину и притянул девушку к себе, вдыхая запах волос.

- Такой сон испортила, - хрипло опечалился, на что девушка возмущенно задвигала плечами и руками, пытаясь высвободиться.

Аксель улыбнулся этим милым попыткам и принялся щекотать её, впитывая в себя женский смех. Сания в долгу не оставалась и тоже доставала его. Он, конечно же, поддавался. Ловил запястья и легко сжимал, чтобы она без усилий смогла их высвободить. Позволял себя завалить, но тут же ронял её рядом. Мимолетно нависал сверху, прижимал к себе, обвивал ногами. Это было детское ребячество с витавшим в воздухе желанием. Аксель незаметно оглаживал её грудь, округлое бедро, тонкую талию, наслаждаясь иголками в пальцах от прикосновения к коже. Как она оказалась сверху во всей этой кутерьме, не вспомнил бы никто.

- Ты такая красивая, - не сдержался и выдохнул, с неприкрытым восхищением оглядывая высившуюся перед ним Санию и придерживая её за бёдра.

По её расширившимся зрачкам понял, что она пришла в себя. По порозовевшим щекам, что почувствовала его вздыбившееся достоинство, на котором сидела. Девушка быстро стянула покрывало и сползла, кутаясь в него.

- Мне нужна моя одежда! – выкрикнула, подходя к ванной, - не всё же время в полотенцах ходить!

- Было бы неплохо, - тихонько усмехнулся Аксель и заложил руки за голову.

Прикрыл глаза, чтобы не отвлекаться и сохранить этот момент некоего уюта и лёгкости между ними. Конечно, она, как обычно, сбежала от него, но у него впереди достаточно времени, чтобы с этим поработать.

Когда смущённая, но пытавшаяся казаться уверенной, Сания вышла, Акселя в комнате не было. Облегчённо выдохнула. Как она могла допустить такое? Конечно, замечала все знаки внимания со стороны мужчины, его заботу и внимание. Но он ни разу за всё время общения не сделал попыток к сближению. Почему? Хотя возможностей была куча. Что тогда после нападения на Рэма, что потом, когда она сбежала после встречи с Каучем. Чего ждал? Добровольного согласия? Когда полезет первой?

На кровати лежала одежда в глубоких серых тонах. Опять туника и штаны, в этот раз расшитые золотыми нитями у ворота, по подолу и по краю штанов. Ещё был белый топ и мягкие невысокие сапожки. Сания оделась, распахнула окно и озадаченно туда уставилась.

Там был снег.

Белый и притоптанный.

А ещё прямо напротив стояло серое здание из грубого, крупного, тёмного камня, каких точно не было в городе.

Как раз в этот момент вошёл Аксель.

- Где я? 

Под её нахмуренным взглядом протянул руки назад и закрыл дверь на замок.

Сани нахмурилась сильнее. Она пленница?

- Ты на севере.

- На севере рынок. Ещё дальше ворота, ещё дальше деревня, и там нет таких домов, - ответила после минутного размышления.

- Ты не на севере города. Ты на Севере.

- На каком ещё севере? – начала вскипать, а потом её настигло озарение, - на снежном Севере? На Севере, который твой дом?!

Аксель медленно кивнул.

- Да какого хрена, Аксель?! На Севере! Обалдеть! На Се-е-евере! – протянула она и от осознания масштабов расширила глаза. Это ж сколько до дома добираться! – Я не хочу здесь оставаться!

Подошла вплотную к мужчине, который все ещё загораживал собой дверь.

- Отойди, - процедила сквозь зубы, и, заколебавшись на мгновение, Аксель сделал шаг в сторону.

Сани прикрыла глаза и выпустила из пальцев тонкий пучок силы прямо в замочную скважину. Пара манипуляций и раздался щелчок открывшегося замка. Не обращая внимания на удивлённо приподнявшего бровь Акселя, вышла в коридор.

По обе стороны он заканчивался поворотами. Был сделан из того же крупного серого камня, что она видела на стене напротив окна. Под потолком висели осветительные шары, разгонявшие темноту. Никаких опознавательных знаков, которые могли бы сориентировать, где выход.

Снова выпустила из пальцев тонкие ниточки, которые поползли по полу и завернули за углы. С одной стороны нить упёрлась во что-то твёрдое, с другой – свободно прошла дальше на лестницу вниз. Отлично.

Поисковые нити, как называла их Сани, были и полезным, и опасным навыком, который тренировали в себе беспризорники. Полезный, потому что помогал ориентироваться в чужом доме. Опасный, потому что нити были заметными, и по ним могли выследить самого беспризорника.

Пошла направо, где была лестница.

- Сани, - позвал её Аксель.

- Нет! Я! Хочу! Домой! – Сани упрямо топала вперёд, - я не люблю Север! Как ты вообще мог додуматься меня сюда привезти! Север! – она зарычала и затопала ногами на месте от переполнявшей её злости, - я ненавижу холод! Я терпеть не могу снег!

Так и шли по коридору – бушующая девушка спереди и спокойный мужчина сзади. На шум стали открываться некоторые двери, откуда с любопытством выглядывали лица. Сания в них не вглядывалась и просто проносилась мимо. Она здесь не останется. Нет и ещё раз нет.

Всю дорогу до поворота продолжала громко возмущаться. Завернула за угол и вдруг качнулась в сторону: перед глазами резко потемнело и закружилось.

- Сани! – к ней подбежал Аксель и придержал со спины.

Удивлённо повернула к нему лицо. Весь запал схлынул, и она чувствовала себя растерянной и беспомощной.

- Са-ани, - сочувственно протянул мужчина, подхватывая её на руки, - ты ещё слишком слаба и не восстановилась.

Аксель пошёл обратно. Вокруг них появилась молочная дымка со множеством мерцающих вкраплений, и, в бессильном ужасе понимая, что пытку чужим целительским облаком она не выдержит, упёрлась в его грудь рукой и вскрикнула: «Нет!». Но…боли не было.

- Твоё тело уже знает мою силу, - пояснил мужчина, видя ещё большую её растерянность, - то, что сделал с тобой тот велиор, называется проклятьем Севера, - он шёл, попутно кивая вышедшим из комнат людям, которые застывали при виде него в поклоне, - обычно это нужно для того, чтобы сохранять плоть жертвы свежей подольше, и очень редко когда можно излечиться от него. Целители, которые могли тебе помочь, есть только здесь, и я не мог оставить тебя в Инлании. Пока ты была без сознания, я постоянно тебя поддерживал и всё было в порядке.

Он аккуратно посадил её на кровать, облокотил на спинку и присел рядом.

- И сколько я была без сознания? - облизала вдруг пересохшие губы.

- Четыре дня дороги и три дня после исцеления.

- Ты доехал за четыре дня? – потрясённо спросила Сания, не представляя, как это возможно.

- Я должен был, - пожал плечами Аксель, - проголодалась?

Девушка мотнула головой, переваривая полученную информацию.

- А что остальные? – спросила, следя за мужчиной, который расставлял тарелки, ложки, кружки. На две персоны.

Потом открыл крышку подноса и хитро глянул на Санию. Ароматы дошли не сразу, но когда она их почувствовала, то уставилась на него, выражая этим своё: «Я сказала нет, значит нет».

Её выдал предательски заурчавший желудок. Аксель хохотнул.

- Идём, сегодня можно не только бульон.

Борьба гордости и голода была недолгой.  Сания спрыгнула с кровати, но не рассчитала силы и снова качнулась. Не упала только благодаря Акселю.

- И долго нужно восстанавливаться? – пролепетала, чувствуя себя неловко в его объятиях.

- Я не знаю. Неделя, месяц.

- Что? – вскинула голову вверх.

Неделя? Месяц?

- Я, правда, не знаю, - посмотрел на неё сверху вниз, улыбнулся и пальцем коснулся кончика носа, - но знаю, что, когда нормально ешь и много отдыхаешь, всё пройдёт быстрее.

Помог сесть на стул и сам сел напротив.

- Ешь.

Завтрак прошёл так же в тишине, в этот раз задумчивой.

- Остальные в курсе и каждый день интересуются по несколько раз в день о твоём состоянии, - ответил Аксель на раннее заданный вопрос, когда они взялись за кружки с чаем.

- Мне можно будет с ними поговорить?

- Конечно, Сани, - мужчина поставил кружку, - ты не пленница здесь, а гостья. Гостья, за которой надо следить, иначе она сама себя угрохает, - улыбнулся ей.

- Спасибо, - смущённо поблагодарила, - за всё.

Аксель кивнул. Он делал всё не ради благодарности или признания. Просто не видел для себя другого варианта.

Потом, валяясь на кровати, Сани очень эмоционально разговаривала с Вал и Сэмом, которые очень за неё переживали.

- Кондрашкин конь! Сани! Вал! Вал! Тут Сани звонит! Тащи свою задницу сюда! – кричал, чуть ли не подпрыгивая, широко улыбающийся парень, а Аксель вышел, чтобы не мешать.

От них Сани узнала, что дома всё в порядке и у них никто не пострадал. Зато погибло пятеро людей Огненного, не смотря на все усилия Рэма, а потом и Сэма. Эта новость одним броском спустила её на землю, и вся эйфория от разговора с друзьями растаяла.

- Сан, не кисни. Если бы не ты, могло погибнуть гораздо больше, - пытался подбодрить её Сэм.

- Я понимаю, Сэм, - она вымученно улыбнулась в полупрозрачный экран, - а могло бы и нет. Если бы я вообще туда не бежала.

- Ты! Коза драная! – рявкнула Вал, - думаешь, было бы лучше, если бы они тебя одну тихо-мирно укокошили? – прищурив свои карие глаза приторно-сладко спросила она.

- Ну не тихо-мирно. Я б посопротивлялась.

- Посопротивлялась она. Вон, насопротивлялась уже, кожа да кости!!!

- Ва-ал…

- Аксель! А-аксель! Где там его носит? Грокк! Передай своему брату, чтобы тот хорошенько надрал задницу этой бедовой девчонке, а то вон чего думает!

- Хорошо-о, дорогая, - раздалось насмешливое со стороны.

Они прощались долго, то и дело вспоминая какие-то мелочи. Было так странно видеть и разговаривать с ними не вживую, а быть по ту сторону экрана. И от этого становилось грустно.

Потом решилась и позвонила Рэму.

- Аксель? Как там Сани? Я немного занят, - не поднимая головы от стола проговорил мужчина в развернувшийся экран.

- Сани грустит и хочет домой, а злой Аксель её не отпускает, - тоненьким голосом ответила девушка.

- Сани? – сразу среагировал Рэм, - ты как?

Приблизился к экрану, внимательно вглядываясь в её лицо.

- Рэм, - хохотнула Сания, - ты так меня пугаешь, отодвинься.

- Ты как? – мужчина отложил руку немного подальше.

- Нормально. Сплю, ем. Опрометчиво решила сбежать, но уже через несколько шагов чуть не грохнулась в обморок.

- Сания! – закатил глаза ректор, - ты чуть за грань не ушла, ну куда бежать?

- Я терпеть не могу холод, - пожаловалась девушка.

- Ну так сиди в комнате и не выходи.

- Серьёзно? – тоном, будто ей сейчас сказали что-то очень глупое, ответила Сани.

Рэм вздернул бровь.

Ну вот. Ощущение, словно её мир разделился на две половины, где на одной стороне была она, а на другой – все остальные, усилилось.

Сания выдохнула.

- Что известно про этих велиоров?

- С ними не так легко поговорить, - мрачно ответил Рэм, - тот, который мог, был убит. Удалось лишь выяснить, что этот главарь очень хотел заполучить Альбу себе. А когда узнал, что её схватили - пришёл мстить.

- Альба и велиор? – с широко удивлёнными глазами спросила девушка, - но… как? – совершенно не представляя, как такая маленькая Альба и такой огромный велиор могут быть вместе. Даже если она превратится в ехидну…тут вообще всё оказалось ещё сложнее.

- Са-ания, - улыбнулся Рэм и покачал головой, - избавь меня от этих фантазий.

Девушка прыснула.

- Остаётся надеяться, что кто-то не был влюблён в велиора.

- Всевидящий, - мужчина откинул голову назад.

Они поболтали ещё немного, и, когда Сания начала зевать, Рэм отправил её спать, пообещав, что позвонит ещё.

Девушка легла и укрылась одеялом с головой, оставив открытым только лицо. Радость от разговора медленно сходила на нет, оставляя после себя чёрную бездну одиночества. Ещё никогда так не было, чтобы она не могла увидеть лица друзей в любой момент времени. Раньше и просто молча посидеть с ними было нормально. Сейчас же нужно придумывать, что спросить, о чём говорить, и это отнимало очень много сил. Она вздохнула и закрыла глаза, чувствуя всю тяжесть мира на плечах.

Проспала до темноты. Передатчика под рукой не оказалось, видимо, Аксель забрал, и время определить стало невозможно. На столике стоял остывший обед или ужин. Чувствовала голод, но не чувствовала настроения есть. Не включая свет, раскрыла тяжёлую штору.

На улице мир мягко обнял снегопад. Из тёплой комнаты за сонным полётом белых мух было наблюдать приятно, и Сания устроилась на широком подоконнике, положив голову на согнутые колени. В движениях снежинок не было ритма, но в голове уже звучала музыка, которую она однажды слышала на площади, куда приезжали артисты. Снег падал так медленно, что казалось, сам воздух сейчас застынет и всё замрёт. Всё медленнее и медленнее, практически замирая на лету. Завораживал, успокаивал, обещал спокойствие и тишину. Вдруг резко подул ветер и взорвал уже было упорядоченный хаос. От неожиданности сердце подпрыгнуло, а в голове грянула другая мелодия: громкая, боевая, призывающая встать на защиту. Но вот ветер утих и постепенно снежинки возвращались к своему неспешному падению.

Интересно, в жизни тоже оно так? Живёт себе человек тихо-мирно, почти никого не трогает, занимается своими мелкими делами. Потом вдруг появляется ветер, который уносит далеко-далеко в незнакомые края, который переворачивает всё с ног на голову не только в жизни, но и внутри. А что делать дальше, когда ветер стихнет? У снежинок выбор небольшой: их либо впечатает в стену, либо занесёт в открытое окно тёплой комнаты, либо они упадут на дорожку, где их притопчет сотня ног. А какой выбор у человека? Что делать ей в сложившейся ситуации?

Сани не знала, сколько часов так она просидела. Снизу прошло несколько караулов, которые помимо прочего осматривали стены и с удивлением останавливали взгляд на окне, в котором виднелась хрупкая фигурка девушки с пышными курчавыми волосами. Таких не было ни у кого в Вайтарии. Кроме того, девушка приветственно махала им рукой. Некоторые воины неуверенно махали в ответ и совершенно сбитые с толку шли дальше. Потом, в тепле караулки узнавали слухи, что, возможно, эта необычная девушка – невеста вара Акселя, которую тот привёз сюда после проклятья Севера. Такая тоненькая, да ещё и девушка, да ещё и выжила после проклятья? Интерес воинов разгорался.

×××

Аксель зашёл в комнату после тяжёлого разговора с отцом и совсем не ожидал увидеть Сани на подоконнике.

- Сани? – усталость вся слетела, уступая место тревожности.

- Мхм.

Он встал рядом, облокотившись о противоположный конец оконного проёма. Тусклый свет с улицы освещал лицо девушки, углубляя тени, делая глаза больше, а кожу бледнее. Сердце защемило от того, что ей пришлось пережить.

- Почему не спишь?

- Я и так целый день проспала. Выспалась, - не поворачиваясь к нему, ответила девушка, и Аксель уловил новые, ровные, какие-то безнадёжные нотки.

Сания подняла руку и помахала кому-то внизу. Аксель посмотрел туда и увидел троих из караула, которые пялились в окно. Но стоило им заметить одного из своих командиров, как они испуганно подобрались, отдали честь ударом в область сердца и поспешно ретировались.

- И много тут таких прошли?

- Эти четвёртые.

Значит Сани проснулась почти два часа назад.

- Голодная?

Аксель подошёл к столику и приоткрыл крышку уже давно остывшего обеда. Даже обеда, не ужина. Видимо пришло время для того, чтобы серьёзно заняться дисциплиной.

- Нет.

Мужчина подхватил поднос, вышел и минут через двадцать вернулся с горячей ароматной похлёбкой, хлебом с маслом и сыром, и травяным чаем.

Аромат приправ расползся по комнате, забился в нос и вызывал требовательный позыв у желудка поесть даже у него, но… Сани не повернула головы.

Аксель обеспокоенно просканировал девушку, ища какие-то незамеченные раннее осложнения, но ничего страшного не нашёл.

- Сани? – он подошёл и развернул её полностью к себе, - что случилось?

- Почему ты решил, что что-то случилось? – она всё равно не поднимала на него глаза и это беспокоило ещё сильнее.

Аксель сел на подоконник и пересадил девушку к себе. Поглаживал кончики волос и спину, а Сани сидела и не шевелилась.

- Я хочу домой, - наконец выдавила она из себя.

Мужчина вздохнул и крепко её обнял.

- Ты сейчас не выдержишь дороги, - проговорил над её головой.

- Почему? Я буду лежать, спать, кушать, а телега пусть едет себе потихоньку.

- Проклятье это не только про слабость тела, Сани. Повредились все энергетические каналы, поэтому любое твоё колдовство отнимает массу сил. Как думаешь, почему ты сейчас так много спала?

- Из-за нитей? – она немного отстранилась и удивлённо посмотрела на Акселя.

Мужчина кивнул и снова прижал её голову к своей груди. Невыносимо больно было видеть её такой раздавленной.

- А если нападут? А нападут в любом случае. Пусть будет лучшая охрана, но ты сможешь быть в стороне? Я сомневаюсь. И не почувствуешь, как дойдёшь до истощения.

Девушка вздохнула.

Они ещё посидели некоторое время молча.

- Грокк передал, что Вал велела надрать тебе задницу. Что ты успела натворить?

- Вот ослица. Ничего. Как я могу что-то натворить, если всё время сижу в комнате?

Аксель улыбнулся. Если б она знала, что весь двор из-за неё стоит на ушах.

- Пойдём поедим.

Ели в тишине. И хоть похлёбка была очень вкусная, больше пары ложек Сания съесть не смогла. Поболтала ложкой в тарелке, в конце концов отложила и с коротким: «Наелась», пошла в кровать.

- Что происходит? – развернулся на стуле в её сторону Аксель.

- Я хочу спать. Ты сказал мне нужно отдыхать, вот я и иду отдыхать, - укрываясь, ответила Сани.

- Ещё я сказал, что нужно есть.

- Не будь занудой. Я наелась, - отвернулась от него в другую сторону и укрылась с головой.

Аксель сглотнул ком в горле. На что он надеялся? Он был готов к бою с Сани-колючкей, был готов брать её крепость терпением, временем, заботой и любовью, но вот такое состояние обречённости выбивало из колеи. И если после того случая, когда они с Вал и Сэмом нашли её на кладбище, он слова подобрал, то сейчас на ум ничего не шло.

Прилёг рядом и закрыл глаза. Самым грустным было ещё и то, что не у кого было спросить совета. Традиции Севера отличались от традиций основных земель, и то, что работало здесь, было неприемлемым для Сани. Вдруг понял, что тишину в комнате нарушает злобное сопение, не похожее на дыхание спящего человека. Открыл глаза и наткнулся на зелень, полную праведного гнева.

- Что?

- Вот именно! Что? Что ты здесь делаешь? Иди в свою комнату!

- Это моя комната, - не моргнув, ответил ей.

- С розовыми шторами? – скептически уточнила Сани.

- Ты что-то имеешь против? – невозмутимо спросил он.

- Имею! На этой кровати я хочу спать одна! Я пинаюсь и кусаюсь во сне, а ещё храплю.

- Не было такого.

- Я болела! А теперь полна сил и будь уверен, проявлю себя во всей красе. Иди, иди.

Девушка рукой помахала в сторону двери. Аксель не смог сдержать улыбки. Что он там только что думал про состояние обречённости?

- Ты чего лыбишься? – спросила Сани, прищурив глаза.

- Мне приятно видеть тебя полной сил, - наслаждался её смятением, которое она всеми силами пыталась скрыть за гордо вздёрнутым носиком, - и после пережитого, это твоё «во всей красе» меня не напугает. Иди сюда.

Потянулся и сграбастал девушку к себе на грудь.

- Эй! – попыталась она возмутиться и высвободиться.

- Сани, пожалуйста, - устало вздохнул Аксель, - у меня был тяжёлый день. Обещаю, что уйду, как только ты уснёшь.

Девушка затихла, а через некоторое время устроилась удобней.

- Что-то случилось? – спросила тихонько.

- Тебе не о чем переживать, - взлохматил её волосы на макушке, наслаждаясь ощущением упругих кудряшек в руках, - спи.

Лежать вот так с ней и чувствовать, как под боком бьётся её сердце…, было не то счастье, от которого хотелось прыгать до потолка. Это было то уютное и тихое счастье-воспоминание, словно они лежали так уже тысячи раз и вели откровенные разговоры. Или тысячу раз молчали, смотря, как догорает камин. Тысячу раз отдыхали после жаркой ночи. Ему однозначно нравилось это состояние воспоминания, и он собирался сделать всё, чтобы Сани осталась рядом.

Король Сигурд был жёстким и строгим правителем Севера: по-другому на этих землях было нельзя. Он был справедлив к подданным и очень требователен к своим детям.

- Нет! – гремел так, что было слышно из открытых окон, - твоя женитьба с Кэритой давно обговорена! И ты сам был не против до этого момента.

- Сейчас против. Вся договорённость только на словах, а значит не имеет силы, - спокойно, насколько мог во всей этой ситуации, отвечал Аксель.

Сигурд был большим, словно белый медведь, а густая белая борода только добавляла сходства. То, как он ходил из стороны в сторону широким, тяжёлым шагом, выдавало его бешенство. Такого Сигурда боялись до трясучки.

- Щенок! – взревел король и от него во все стороны полетели короткие искры, - эта твоя девчонка вскружила тебе голову! Да она тощая, как спичка, как детей здоровых тебе родит?! Да она же слабая, как новорождённый пингвин…

- Отец, хватит, - прорычал Аксель, - Сания выжила после нападения велиора. Ты много таких знаешь?

- Она выжила только благодаря силе Севера, глупец, - прошипел мужчина, - нет. Она здесь чужачка.

- Как и Лилия, - парировал Аксель.

- Не смей, - Сигурд сделал несколько быстрых шагов в сторону сына, угрожающе тыча в него пальцем, - не смей трогать её.

- Как и ты не смей трогать меня и мою женщину, - с той же угрозой и силой ответил ему Аксель.

В реальном бою сын проиграл бы отцу. Не было ещё того опыта, силы и размаха. Пожалуй, Сигурду мог противостоять только Грокк, и то бы тот проиграл в знак уважения. Но сейчас король столкнулся не с сыном, всю жизнь которого пестовал, воспитывал и направлял, а с мужчиной, который до последней капли крови был готов биться за свою женщину.

Правитель сидел за столом, опрокидывал в себя крепкий эль и не чувствовал вкуса.

Сигурда самого женили без согласия на красавице Адэле. Да и у неё его вряд ли спрашивали. Тем не менее они прожили долгую жизнь вместе, родили четверых детей. Но в той жизни не было страсти, не было огня, который сейчас горел в его среднем сыне. Они были хорошими правителями, научились слышать и уважать друг друга, но спали в разных комнатах. Когда Адэла умерла в родах с их четвёртым ребенком Доратой, он испытал горе. Но Сигурд скорее оплакивал привычку, чем любимую женщину.

Лилия была служанкой в одном из приграничных дворов, где после похода отдыхал Сигурд со своими воинами. Гордая, дерзкая, острая на язычок, она так воспламенила его, что они переспали в первую же ночь. Такой ночи в жизни мужчины ещё не было. Раскрепощённая, умело управляющая своим телом, Лилия дарила удовольствие раз за разом и ему, и себе. Видеть, как женщина не просто принимает тебя в силу супружеского долга, а получает от этого громкое удовольствие, было… Сигурд не сомневаясь увёз её в свой дом, где они и поженились. Лилия не была коренной северянкой, но прожила здесь достаточно долго, чтобы знать правила и традиции, поэтому освоилась быстро. Сейчас жена ходила беременной, но всё равно ждала его каждую ночь. Предвкушающе улыбаясь, Сигурд отставил бокал и встал.

Сын.

Что ж, раз та тощая девочка смогла из него так быстро вырастить мужчину, пусть так и будет.
***

Сания проснулась, когда бледный диск солнца стоял уже высоко. Под рукой не было часов, и она отправилась в душ, предполагая, что рано или поздно к ней зайдёт Аксель. От вчерашнего унылого настроения не осталось и следа. Чувствовала себя бодрой, здоровой и жутко голодной.

Вышла и обнаружила на кровати новый комплект одежды – те же самые туника и штаны, только в глубоком зелёном цвете и расшитые золотыми нитями. Стало интересно, кто всё это приносит и подбирает? Решила спросить при первой же возможности.

Переодевшись, уселась на подоконник дожидаться Акселя. Внизу как раз проходил очередной караул и Сания, широко улыбнувшись, махнула им рукой. Вот только у мужчин ни один мускул не дёрнулся: они проскользили взглядом мимо и пошли дальше. Сания нахмурилась и упрямо поджала губы.

Задумалась и привычным движением подняла руку, чтобы посмотреть на время. Тихо зарычала, вспоминания, что у неё нет часов.

Повернулась дверная ручка, и девушка спрыгнула с подоконника.

- Аксель!

Мужчина застыл на входе, поправляя передатчик на руке. Сания шла на поправку и это было заметно: уходила бледность, щёки розовели, глаза блестели. И волосы топорщились в стороны. Невероятно красивая.

Сания же удивлённо смотрела на двух девушек, которые вошли вслед за Акселем и несли, по всей видимости, завтрак. Одетые в светло-серые туники со штанами, со светлыми волосами, собранными в низкий хвост и убранными под чепец, они украдкой кидали на хозяйку комнаты любопытные взгляды и тут же опускали глаза. Быстро расставили тарелки с приборами и с лёгким поклоном удалились, прикрывая за собой дверь.

- Мне нужен передатчик, иначе невозможно определить время! – продолжила с того момента, на котором остановилась.

- У нас здесь не пользуются передатчиком, Сани. У меня он есть, потому что нужен для связи с внешним миром.

- Но я тоже хочу связь с внешним миром!

- У тебя будут часы. Если захочешь позвонить – возьмёшь мой. Другого здесь нет.

- Хорошо, - удовлетворённо кивнув, согласилась девушка и первой пошла за стол. - Отлично, кстати, выглядишь, - между делом оценила его внешний вид.

Это было правдой. Аксель был красивым мужчиной с правильными чертами лица. Синие глаза практически светились на лице, а волосы, как всегда, были собраны в причудливые косички. Ему невероятно шла местная одежда. Широкая подпоясанная туника подчеркивала развитые грудные мышцы и плечи, а свободные штаны – сильные ноги. Всё было в глубоких синих тонах и только по краю ворота шёл светлый квадратный орнамент, тогда как у неё он был плавным и закруглённым.

Аксель поперхнулся.

- Спасибо. А ты красивая. Как всегда.

Сания состроила мину, выражающее её сомнение на этот счёт, но вслух спорить не стала.

- Хорошо себя чувствуешь? – улыбнулся, когда девушка доела свою порцию и подцепила кусочек из его.

- Да. Мне надоело здесь сидеть. Может, если ты мне всё покажешь, что можно, и я не буду пользоваться силой, я не грохнусь в обморок?

- Может. Только чуть позже, мне ещё нужно кое-что уладить.

- Да. А мне разобраться с волосами, - она преподнесла прядки к глазам, - а где все мои бусинки и резинки?

- Я занесу их сейчас. Марна и Эир тебе помогут.

- Марна и Эир? Помогут? В чём? – не поняла Сани.

- Не нужно?

- Да вроде нет, - пожала плечами, - всегда сама собирала.

- Ну хорошо. Я сейчас.

Аксель вышел, а Сани осталась за столиком, доедая кусок сладкого пирога. Когда-то, словно в прошлой жизни, Аксель говорил, что на Севере без мяса никак. Похоже, он не врал, потому что оно было здесь даже на завтрак!

Через несколько минут он вернулся с резной деревянной шкатулкой в руках и поставил её перед девушкой.

Ничего не подозревающая Сания открыла крышку и замерла.

— Это не моё, - она подняла на мужчину глаза.

— Это тебе, - Аксель пододвинул шкатулочку ближе, - мастера сделали по примеру тех, что остались целы.

- Остались целы?

- Большинство из твоих почернели и потеряли форму, когда в тебя ударил велиор.

Сания вновь посмотрела на содержимое шкатулки. Там были резинки, с виду простые, но с вплетёнными в них блестящими золотыми или серебряными нитями. Там были бусинки-пружинки, и каждая бусинка была кропотливо украшена замысловатым рисунком и маленьким блестящим камнем. Там были заколки в форме снежинки и солнца с длинными лучами, тоже украшенные бесчётным количеством мелких камней, отчего сверкали и переливались от малейшего лучика света.

- Очень красиво, - задумчиво произнесла Сания и погладила всё великолепие пальцами, - большое спасибо! – вскочила, прижала к себе шкатулку и, счастливо улыбаясь, умчалась в ванную.

Аксель выдохнул и расслабился как раз в тот момент, когда вошли перешептывающиеся и хихикающие Марна и Эир. Девушки сразу же остановились, замолкли и склонили головы, как только увидели сына правителя. Кстати, о них. Широким шагом Аксель вышел из комнаты и направился в крыло жены отца.

Если Сигурд, как правитель, выстраивал внешние отношения, то Лилия занималась домом. К её чести, справлялась со всем хорошо, строго следила за порядком и даже справедливо наказывала. Прислуга её боялась, но уважала, потому что она старалась всех выслушать и помочь.

Сейчас Лилия была на шестом месяце беременности, и округлившийся живот уже выделялся из-под одежды.

- Лилия, - приветствовал её Аксель, приложив руку к груди и склонив голову, когда перед ним открыли двери.

- Аксель, дорогой! Проходи.

Вся комната была заполнена рулонами, отрезами и маленькими квадратными кусками разнообразной ткани. Лилия сидела на кровати, а помогающие женщины раскрывали перед ней полотна. На что-то она кивала и его откладывали, на что-то отрицательно качала и этот кусок тут же убирали.

- Как твоё самочувствие?

- О, замечательно, спасибо, - улыбнулась женщина и положила руку на живот, - как дела у твоей невесты?

- Я как раз об этом и хотел поговорить, - он взглядом обвёл сразу же притихших помощниц.

Лилия два раза хлопнула в ладоши и те поспешно принялись всё складывать и выходить после полупоклона.

- Они стали слишком любопытны, - ответив кивком головы на поклон последний женщины и подождав, когда закроется дверь, сказал Аксель.

- Ох, - рассмеялась Лилия, - я не могу их в этом винить. Нам всем любопытно посмотреть на твою избранницу, - ответила, склонив голову, - ты бы знал, как буйствовал твой отец после вашего с ним разговора.

Аксель еле сдержался, чтобы не поморщится. Слишком хорошо понимал, что скрывается под словом «буйствовал».

Лилия была почти в два раза младше Сигурда, и из-за этого её отношения с братьями и Доратой изначально не сложились. Но жизнь шла, отец здравствовал и расцветал, бросал жаркие взгляды на молодую жену, двор стоял и даже развивался, деньги в казну шли. Даже идея открыть границы и сделать первый шаг в сторону большой земли была её. Со временем стало понятно, что Лилия не угроза их дому, и постепенно отношения из отчужденных стали нейтрально-уважительными.

- Вы познакомитесь с ней обязательно. Сания уже гораздо лучше себя чувствует. А пока поговори с Марной и Эир. Пожалуйста.

- Хорошо, Аксель. Я тебя услышала. До меня ту дошли слухи, что ты уже поговорил утром со стражниками? – снова улыбнулась женщина, - девочки жалуются, что те даже улыбаться им перестали.

Аксель не стал это никак комментировать. Попрощался и вышел из комнаты. 

- Сани! – позвал девушку, когда вернулся.

- Я сейчас! – раздалось громкое из ванны, и он присел на кровать, ожидая, когда девушка закончит.

Пришлось ждать ещё минут двадцать, прежде чем дверь ванной открылась. Аксель поднял глаза и замер, забывая, как дышать.

Глубокий цвет одежды оттенял зелёные глаза, от чего те казались бездонными и полными многообещающих тайн. В каштановых волосах то тут, то там при каждом движении головы сверкали разноцветные камни, и это было настолько завораживающе, что хотелось просто сидеть и любоваться. А ещё довольно светилась мордашка и, пожалуй, это было лучше любой благодарности.

- Ещё раз спасибо! Они потрясающие! – Сани широко улыбнулась и тряхнула головой, отчего раздался лёгкий мелодичный перестук.

Аксель встал, подошёл ближе и легко провёл рукой по мягким волосам. Наваждение. Он же вот только недавно её видел. Так откуда это ощущение, что влюбляется сильнее?

- Часы, - он достал из кармана длинную коробочку и открыл её, не глядя бросив крышку назад на кровать.

- Ещё подарки? – рассмеялась Сания.

Аксель хмыкнул и достал длинную полоску браслета.

- А как… - недоуменно начала девушка.

Вместо ответа он поднял её руку за ладонь и приложил часы к запястью, плотно и гибко обвив его вокруг. В середине серебряно-белого браслета был циферблат, а два конца заканчивались прилегающими к коже снежинками. 

- Спасибо, - было видно, что Сания смущена. Он не торопился отпускать её руку, наслаждаясь ощущением от тёплой ладошки, и она вытянула её сама. Подняла глаза, - ты же не ждёшь поцелуя в благодарность или чего-то такого? – спросила, сощурившись. 

- Нет, - коротко хохотнул Аксель, очнувшись, - пойдём.

По пустым коридорам из серого камня они дошли до той злополучной лестницы и спустились по ней. Остановились около высоких стрельчатых дверей, по обе стороны от которых тянулся ряд небольших окон, и Аксель накинул на себя тёплую накидку глубокого синего цвета.

Раскрыл перед Санией вторую: тёмно-зелёную, с капюшоном, отороченным белым пушистым мехом и подбитую таким же мехом изнутри.

Девушка удивлённо округлила глаза и послушно просунула руки. Со странным смешением трепета и покровительства набросил накидку на плечи и развернул лицом к себе. Застегнул несколько крупных пуговиц, присаживаясь на колено в самом низу. И даже в такой позе не чувствовал себя униженным или слабым. Он уже давно сложил перед Сани оружие. Накинул ей капюшон на голову и осторожным движением убрал вылезшие вперёд волосы. Залюбовался.

- Я же так привыкну, - она немного отстранилась, опустила взгляд и сама привела себя в порядок. 

- Ммм…даже не знаю, что буду делать с этим, - протянул Аксель с улыбкой и толкнул двери.

В помещение ворвался морозный свежий воздух, и Сани шагнула вперёд. Вышла на широкое каменное крыльцо перед которым было свободное белое пространство, скорее всего дорога, шириной в двадцать-тридцать шагов, а напротив - одноэтажные каменные дома. Такие однотипные сооружения тянулись налево и направо, а за ними, поодаль, высился каменный забор примерно в три человеческих роста. Сани обернулась оценить габариты дома, в котором жила. Этот был в два высоких этажа и очень длинным.

- Север — это бескрайний снег и холод, и одному здесь выжить нереально. У нас не города, а дворы, и тот, в котором мы сейчас – Вайталия – что-то вроде столицы.

Сания первой спустилась по лестнице, слушая рассказ Акселя. Подняла голову вверх и присмотрелась.

- Дворы защищают не только стражники, но и вот такие купола. Они поддерживаются магией особого камня – мьярин, который каждое утро подзаряжает правитель или глава двора. Купол пропускает снег и ветер, но сдерживает сильную метель и врагов.

- А за что вы тут дерётесь? За снег? 

Она замечала в окнах домов любопытствующие лица, которые тут же скрывались.

- За территорию, здесь ничего нового, - кивком головы Аксель поприветствовал отдавших честь стражников, - внутри дворов всё развито и налажено: земледелие, скотоводство, рыбалка.

- Земледелие? – удивилась Сани, уставившись на плотный снег под ногами.

Аксель рассмеялся. 

- Мы не дикари. У нас есть теплицы.

- Именно дикарями вас все и представляют.

- Ты тоже? – с интересом спросил мужчина. 

- У меня не было особого желания думать над этим. Вы были далеко, а нам нужно было выживать самим, - пожала плечами.

- Но ты знаешь наши традиции.

- Это какие? – не поняла Сания и остановилась, чтобы посмотреть на мужчину. 

- Дората говорила, что ты ей крест землёй на щеке нарисовала. У нас это знак полной победы.

Девушка рассмеялась.

- Брось. У нас каждый ребёнок это знает.

И отвернулась, потому что к ним целенаправленно шла группа мужчин. 

- Аксель! Как ты? 

Начались шумные приветствия, похлопывания, рукопожатия. Сания лениво скользила взглядом по серым домам, отличавшимся друг от друга только цветом занавесок на окнах. И спиной чувствовала, что её пытались рассмотреть. Продолжая своё неторопливое движение глазами, она медленно развернулась к компании и наткнулась взглядом на стоящего самым первым. Мужчина был высоким и широкоплечим, пожалуй, как и все здесь стоящие. Глаза светлее, чем у Акселя, но тоже голубые. Нос прямой, лицо скуластое, половину брови рассекал шрам.

Как только их взгляды встретились, мужчина расширил глаза от удивления и застыл на вдохе.

- Что? – прищурилась Сани, несколько мгновений давая себя рассмотреть, - зенки вывалились от красоты такой?

Мужчина поперхнулся и закашлялся, а его друзья взорвались хохотом. Даже Аксель улыбнулся.

- И не поспоришь, - откашлялся, наконец, мужчина, - варгесса, Дирой, - представился с лёгким полупоклоном и протянул руку ладонью вверх. 

- Не спорьте, - милостиво разрешила Сани и, смотря на руку, сделала шаг назад, ближе к Акселю, - не вы первый, не вы последний.

Подняла на него взгляд и поймала открытое восхищение.

Дирою было чем восхищаться, как и остальным мужчинам, внимательно за ней следившими. Такие зелёные колдовские глаза они видели впервые. Такую золотистую кожу они видели впервые, и пальцы кололо от желания потрогать её. Такую смелость и открытый взгляд перед группой мужчин они видели впервые, и это становилось вызовом для них. Такую стройность и хрупкость тела, которую не скрывал даже плотный плащ, они видели впервые, и в голове непрошено рождались жаркие картинки.

Почувствовав напряжение в воздухе, Аксель сделал шаг вперёд и загородил собой девушку.

- Рад был увидеться, Дирой. Ребята, - кивнул всем, подхватил Санию за талию и потянул её вперёд. 

- Эй, всё самое интересное только начиналось, - прошипела ему, высвобождаясь из хватки.

- Ещё ранишь нежное сердце Дироя, он потом плакаться всем пьяный будет. Нет-нет, увольте, - весело отмахнулся Аксель, и Сани удивлённо на него посмотрела.

- А ты чего веселишься?

- Я? – попытался собрать серьёзное лицо, - я не веселюсь.

Сани остановилась и пристально на него посмотрела, дожидаясь ответа. Мужчина не выдержал и в конце концов громко расхохотался.

- Просто…у нас так не разговаривают с мужчинами. Ты Дироя в тупик поставила, - не переставая посмеиваться, ответил Аксель.

- А как у вас разговаривают? – нахмурилась девушка, - я не поняла, я как-то не так разговариваю, что ли?

- Всё так, Сани, не переживай, - он легонько похлопал по капюшону сверху, - скоро всё сама поймёшь.

Они пошли дальше, и по дороге Аксель показывал вместительные, защищённые больше остальных домов, склады, где хранились семена овощей для следующей посадки, сараи для животных, казарменную, школу, издалека - тренировочный полигон, где, несмотря на холод, мужчины тренировались полураздетые.

- Идём обратно, замёрзнешь. 

Сам Аксель как будто тоже не чувствовал холода: он бодро шагал в накидке нараспашку. У Сании же начинали неметь кончики пальцев рук и нос. Удивительно, но ногам было тепло. Наверное, эти мягкие сапожки какие-то особенные.

- А где все люди? – обернулась вокруг себя на пустой улице. Им попался только ещё один караул и всё.

- Мужчины на полигоне, на стенах, в карауле. Те, кто этого делать не может по какой-то причине – на других работах. Женщин у нас мало, они рождаются реже мальчиков. Поэтому появление девочки в семье считается благословением, - улыбнулся, - мужчины воюют, защищают, делают тяжёлую работу, а женщины для красоты, - и прямо на неё посмотрел.

- Но ведь есть девушки-служанки, - не складывалось в голове. Сделала вид, что взгляда не заметила, хоть сердце и пропустило удар. 

- Есть. Есть они и на ферме, и в теплицах. Но не потому, что это их обязанность или мы их заставляем. А потому, что они сами так хотят. На Севере не так много развлечений.

- Поня-ятно. Звучит романтично. То есть, если девушка захочет сидеть дома и ничем не заниматься, даже кашу мужу не будет готовить, никто ей и слова не скажет?

Они поднялись по крыльцу и Аксель открыл перед ней дверь.

- Ну-у, теоретически да, - рассмеялся мужчина, - но так не бывает.

- Это почему же? – Сани нырнула под руку и вошла в тёплое помещение.

- Потому что их учат.

- Чему учат?

- Всему. Я не знаю, Сани, я не вникал в это, - он снова подхватил её за талию и потащил вперёд, - есть ещё одно место, которое я хотел тебе показать.

Они прошли под лестницей и остановились перед небольшой, кованной, тяжелой на вид дверью. 

- Это место было создано еще моей мамой, когда она была жива.

 Дверь открылась легко и без скрипа, и их сразу окатило влажным тёплым воздухом. Раскрыв рот, Сани вошла в зелёный причудливый лес, где росли высокие, под самый потолок, деревья. Она таких даже на картинках не видела. Потолок, кстати, был прозрачным и располагался где-то на уровне крыши второго этажа. Ещё здесь было множество кустов с резными листьями, причудливые яркие цветы и даже летали маленькие птички с бабочками.

Мгновенно стало жарко, но Сани даже не успела подумать о том, что нужно снять плащ, как Аксель аккуратным движением стянул с неё капюшон. Волосы радостно вырвались на волю, довольно звякнув бусинками. Потом мужчина раздвинул руки, которыми Сания уже собралась расстёгивать пуговицы, и все сделал сам.

- Вообще-то я не настолько беспомощна, - попыталась возразить девушка, вытягивая руки из рукавов.

- Это не про беспомощность, Сани.

- А про что?

- Про заботу.

Бросил взгляд ей за спину и сразу как-то подсобрался. Сани с любопытством и толикой опаски развернулась.

Из-за поворота тропинки к ним выходила группа хихикающих девушек-северянок. На первый взгляд они были удивительно похожи друг на друга. Глаза у всех были голубыми, а волосы светлыми, различались только оттенки. И ещё все они были плотного телосложения, с широкими бёдрами и развитой грудью.

Как только они заметили Акселя, то сразу притихли, опустили глаза в пол и соединили свободно висящие руки перед собой. Сания просто не могла поверить своим глазам. Это что сейчас было??? Серьёзно? Это вот так у них принято?

- Варгессы, - поприветствовал их Аксель, приложив ладонь к сердцу, и среди всех только одна посмела бросить на мужчину мимолетный взгляд.

И только она осталась стоять чуть в стороне, дожидаясь, пока девушки пройдут вперед. Среди остальных ничем особого не выделялась: та же крепкая фигура, те же голубые глаза, те же светлые волосы. Разве что собраны они в более сложную прическу и украшены тонкими поблескивающими нитями. Разве что одежда чуть богаче вышита. Сани перевела взгляд на мужчину и чуть не пошатнулась от неожиданности, потому что встретилась с прямым взглядом Акселя.

Такой серьёзный вид редко сулит что-то хорошее.

- Я прогуляюсь.

- Сани! – доносится в спину, но девушка не оборачиваясь машет ему рукой, оставляя на растерзание этой невинной овечке.

Между ними явно что-то происходило и предметом скандала Сание быть не хотелось.

В какую-то минуту Акселю показалось, что сейчас случится тот самый момент, когда придётся познакомить двух девушек и представить их как положено. Но Сани смоталась быстрее, явно предчувствуя что-то не то и мужчина усмехнулся. Скрывать все дальше становилось слишком опасно.

- Вар Аксель, - присела перед ним девушка, обращая на себя внимание.

- Кэрита.

Что говорить-то? Кэрита никогда не вызывала в нем желания или хоть какого-то интереса. Они росли вместе с младенчества, пока не началась школа и последующее за этим раздельное обучение. Постепенно отдалялись, ведомые традициями и порядком общества. А когда Аксель с братьями уехали на большие земли, так и вовсе перестали видеться. Сейчас перед ним была просто одна из, тогда как сердце убежало в чащу.

- Как вы себя чувствуете? – все так же не поднимая глаз, спросила девушка, - вы давно приехали, но видимся с вами в первый раз.

- Я хорошо, Кэрита, - он снова посмотрел на пустую тропинку, - тебе не нужно оставаться со мной наедине, беги к подругам.

Он заметил, как сошлись брови на переносице девушки, но та быстро взяла себя в руки, снова присела, и, легко задев рукавом туники, вышла.

Аксель же поудобнее перехватил объёмные плащи и поспешил за Санией.

Прошёл половину и не увидел её. Не могла же она выйти без него? Или могла?

- Сани! – от громкого окрика вспорхнули птицы с близрастущих деревьев, но ответа не было. 

Черт. Что опять случилось? В голове рисовались картинки её бездыханного тела где-нибудь на краю тропинки. Проклятье не прошло даром не только для девушки, но и для него. Её смерть на его руках стала самым страшным кошмаром.

- САНИ!!!

- А?!

Аксель не понял, откуда идёт голос, но то, что он был полон сил, радовал. Хоть сердце ещё и билось быстро в контролируемой панике.

- Ты где?!

- Здесь!!!

- Сани! Где здесь?! – игра в прятки, когда он несколько минут назад её хоронил, выбешивала.

Девушка рассмеялась, и, надеясь, что все окажется не так, как ему подумалось, он поднял голову наверх.

Но нет.

Чуда не произошло.

Сания сидела высоко над землёй на ветке дерева, довольно болтая ногами.

- Сания.

- Аксель.

- Слезай.

- Ты злишься? – удивилась Сани.

- Я не злюсь. Слезь, пожалуйста.

- И ругаться не будешь?

- Нет.

Девушка поднялась на ноги прямо на ветке и легко сделала три шага вперёд.

- Са-ани, - с упавшим вниз сердцем предостерёг её Аксель, - не туда.

Девушка на это только улыбнулась.

- Беспризорники с детства умеют лазать по деревьям, Аксель, не переживай. Как и по стенам, но это ты уже видел.

- Сани, ты очень талантлива, признаю. А теперь слезай.

Девушка сначала присела, а потом снова уселась, свесив ноги вниз. На середине ветки. И словно в замедленном показе он с поглощающим сердце ужасом наблюдал, как она падает спиной назад. Дернулся под ветку, чтобы поймать, но…

- Ой.

Туника наползла на глаза и закрыла весь обзор.

- Са-ани-и, - прорычал Аксель, наблюдая, как девушка, вися вниз головой, пытается поправить одежду. Боги, он поседеет с ней раньше времени.

- Да спускаюсь я, спускаюсь.

Раскачалась немного, отцепила ноги и спрыгнула в нескольких шагах от Акселя.

- Злишься? – попыталась определить его настроение.

- Нет, - и сделал шаг навстречу. Сани чуть присела и отступила назад.

- Мне надо бежать? – составила брови домиком.

- Лучше бы ты стояла на месте.

Шаг ближе и девушка сорвалась на бег, направляясь к выходу. Аксель мощным толчком от земли сократил расстояние вдвое и поймал её, когда Сани, хватаясь за перила, собиралась вбежать на лестницу. Поднырнул под руку и сходу взвалил её на плечо.

- Эй!!! – затрепыхалась девушка, - отпусти!!!

Перешагивая через ступеньку мужчина поднимался наверх.

- Аксель! Отпусти! Поставь на землю! – колотила его руками и коленками. Выдохнула, вдохнула. – Помогите!!! Насилуют!!!

Мужчина хохотнул. Такого этот дом еще не слышал. Ногой открыл дверь спальни. Дошёл до кровати, аккуратно, чтоб не ударилась, сбросил Санию и тут же лёг сверху, удерживая вес на руках.

- Насилуют, говоришь?

Перевёл взгляд на влажные губы, на венку, быстро бьющуюся на шее, на скрытую одеждой грудь, которая сейчас часто поднималась и вернулся наверх, к зеленым глазам с расширившимся сейчас зрачком.

Он хотел её до зубовного скрежета.

- Там дверь не закрыта, - пискнула девушка, пригвожденная его тяжёлым взглядом. В ответ внизу живота тоже потяжелело.

Аксель несколько секунд тонул в зелени, пытаясь вернуть себе контроль и не наделать ошибок. Потом выдохнул в плечо девушки и положил голову.

- Больше так не делай. Ты меня до смерти напугала, - голос звучал глухо то ли из-за покрывала, в которое говорил Аксель, то ли из-за чего-то другого.

- Х-хорошо. Вообще-то…

- Сани, - умоляюще протянул мужчина.

- Ладно, ладно.

Они полежали так ещё некоторое время. Аксель возвращал себе спокойствие, ощущая под собой живое тепло девушки. Он старался не налегать всем весом, но Сани все равно чувствовала его тяжесть. Вскоре, успокоившаяся, уставшая после прогулки и разморенная его жаром, почувствовала, как начали слипаться глаза.

- Спать хочу, - поерзала под мужчиной, пытаясь принять удобное положение.

Аксель приподнялся и встал. Сани тут же перевернулась на бок, пробормотала: «Разбуди до обеда», и уже через несколько минут спала.

Мужчина присел рядом на пол, облокотившись спиной о бортик кровати и положив голову на край. И выдохнул, расслабляясь.

В их первые встречи он только и слышал от неё «Не подходи», «не трогай», «чёртова семейка». И свой первый интерес объяснял себе тем, что Сания была категорично не похожа на всех, кого он знал до этого. Она была полной противоположностью девушкам Севера не только внешне, но и по характеру, хотя за 5 лет учёбы и привык к тому, что здесь все более раскрепощенные. Но Сани отличалась и от большинства девушек Университета – она не флиртовала, не пыталась выставить себя в лучшем свете, и вообще…была сама собой. То, что она не обращала на него внимания и так вызывающе себя вела с тем же Брокком, только подзадоривало.

Когда он первый раз её коснулся, там, около учебного корпуса на лестнице, его прошибло током, и не от ее острых слов. Когда она завалила Дорату в столовой, это стало неожиданностью не только для сестры, но и для него с братьями. Они даже среагировать не успели. Тогда ему стало любопытно за ней наблюдать, за её сверкающими праведным гневом зелёными глазами, за блестящими бусинками в волосах, за хрупкой фигуркой. Ну а когда вместо исцеления он причинил ей боль, то неожиданно для себя испугался. Не за то, что больно, а за то, что это ОН ей так сделал.

С того момента все потеряло значение и важной и в центре его вселенной осталась только звезда по имени Сания.

И сейчас она лежала и спала пусть не совсем в его, но все таки в кровати, в его доме, на Севере. Пусть это случилось не совсем так, как планировалось, опасно и если б была возможность отменить произошедшее, он бы отменил и пошёл более длинным путем. Но в любом случае она оказалась бы здесь.

Когда Сания открыла глаза, то первым делом посмотрела на время и со стоном выдохнула. Пять часов! Она проспала пять часов! Обречённо зажмурилась: да когда же это закончится!  Перевернулась, потянулась, ощущая приятную тяжесть в расслабленном теле, и присела на кровати. Из-за зашторенных окон в комнате было темно и душно, поэтому первым делом подошла и раскрыла тяжёлую ткань. На улице шёл тихий снегопад, своей неспешностью и сонливостью успокаивая всё внутри. За эти пару дней Север не стал ближе, она не привыкла к холоду, но вот из тёплой комнаты наблюдать за танцем снежинок ей определённо нравилось.

Когда вышла из ванны, обнаружила в комнате двух девушек, молча расставляющих приборы на столике. Кажется, Марна и Эир.

- Приветики.

Девушки тут же обернулись и чуть присели перед ней.

- Варгесса.

Недоумённо нахмурилась.

- Давайте без этого, я не знаю ваших традиций, - махнула рукой и подошла к столику. Девушки хихикнули и переглянулись друг с дружкой.

- А Аксель? – поинтересовалась Сания, потому что ужин был на одного.

- Вар Аксель предупредил, чтобы вы его не ждали. Он на совете, - невпопад, одна начала, вторая закончила, ответили девушки. Одна присела, другая не стала, они снова переглянулись и прыснули со смеха.

- Ну, пусть советуется, - пробормотала Сани, бросив на смеющихся подружек быстрый взгляд.

 Села и взялась за приборы. Только поднесла ко рту ложку с ароматными, запечёнными в травах и масле овощами, только девушки развернулись, чтобы выйти, как в комнату, степенно постукивая палкой, вошла бабушка.

Но то была не просто базарная бабулька, торгующая картошкой с огорода; и это была даже не та бабулька, что лениво приглядывала за пятью внуками, пока родители были на работе. О нет. Эта бабуля с хитринкой в глазах стоила десяти базарных самых склочных бабушек.

Невысокого роста, сгорбленная, с морщинистым, как кора деревьев, лицом, но при этом с таким ясным взглядом, что в остроте и здоровье её ума сомневаться не приходилось.

- Марна, принеси ещё приборы, - проскрипела старушка, разглядывая Санию.

Сани в долгу не осталась и свой взгляд не отвела. Ещё шаг и занесённая вперёд палка натолкнулась на невидимое препятствие.

- Сильная девочка, не ошибся внук, - обстукивая палкой стену, пробурчала старушка, - убери это, дочка. Колени болят, нужно присесть.

Сания бросила взгляд на оставшуюся Эир, и та едва заметно кивнула. Расслабила ощущение в груди, завеса спала, и бабуля прошла к свободному стулу. Эир тут же оказалась рядом, пододвигая его ближе, чтобы было удобнее сесть.

- Спасибо, дорогая, спасибо.

Закончив удобно располагаться, кряхтеть и бурчать про больные суставы, бабушка подняла на Санию внимательный взгляд.

- Как ты себя, чувствуешь, милая?

- Нормально, - недоверчиво протянула Сани.

- Ах, я не представилась, - вдруг улыбнулась старушка, отчего морщинки на щеках развело в стороны, - я Келда мать Сигурда Разумного и жена почившего Снебьёрна Холодного, - начала она несколько торжественно, - но все зовут меня бабушка Ке.

- Здравствуйте, бабушка Ке.

- И тебе здравствовать Сания невеста Акселя Неотступающего сына Сигурда Разумного, - поприветствовала её, мягко улыбаясь.

- Я не… - слегка опешила, подумав, что ослышалась, - я не невеста.

- О, спасибо, дорогая, - Марна принесла приборы, и они с подругой вышли из комнаты, - не невеста? Уже жена? Когда это вы обряд провели? А почему мне ничего не сказали? – нахмурилась бабуля, накалывая на вилку сухофрукт.

Сердце застучало быстрее.

- Какой обряд?

- М, - задумчиво посмотрела бабушка, - не мог же Аксель провести его, пока ты была без сознания… - размышляла она.

Была без сознания? Обряд? Что за чёртов обряд?! Горло сдавило от подавливаемой вспышки злости. Вдруг вся его забота, нежность и подарки явили собой не просто желание ухаживать, оказались не просто проявлением его симпатии, от которой было неловко. А… Да блин!

- Простите, бабушка Ке, - Сания чуть подалась вперёд, положив пальцы на край стола, - мне всё было любопытно, а спросить неловко, - она старалась казаться очень милой, - а давно Аксель меня своей невестой назвал?

- Так сразу как приехал, - прихлебывая, отпила чай бабуля.

Козёл.

Сания сдержанно встала из-за стола.

- Простите, мне нужно поговорить с вашим внуком.

У входа стояла Марна.

- Где здесь кабинет Акселя? – спросил резко, чем напугала девушку, и та быстро махнула рукой.

- Первая дверь после поворота.

×××

Аксель вёл собрание со своими молодыми командирами, когда дверь кабинета резко распахнулась. На пороге стояла пышущая гневом Сания: ярко горели глаза, щёки покрыл румянец, волосы разметались и стояли чуть ли не торчком. О том, что она откуда-то всё узнала, догадаться было нетрудно.

- Мне нужно с тобой поговорить, - голос звенел от сдерживаемых эмоций, и он услышал тихое восторженное «Вау» от Дироя.

Реакция мужчин на неё раздражала. Все смотрели прямо на Сани, а ему хотелось её спрятать и напомнить остальным, чья она. Вот только прав у него ещё никаких не было. А те, что он хотел предъявить, осыпались прахом.

- Конечно, Сани. Обсудим позже.

Кивнул стоящим перед ним молодым мужчинам. И еле сдерживался, пока они не торопясь выходили с милыми улыбочками.

- Невеста?! – зарычала Сания, как только дверь захлопнулась, - да ты совсем охренел? И когда Я должна была об этом узнать?! Ты МЕНЯ СПРОСИТЬ не забыл?!

Аксель молча смотрел на девушку. Он вроде и не забывал, что она выросла на улице и могла своеобразно себя вести и разговаривать, но почему-то именно сейчас, когда они были в его доме и на его родине, это задевало.

Вдруг глаза Сании расширились в понимании ещё чего-то нового, и он внутренне напрягся.

- Кто ещё знает о том, что я твоя невеста? – спросила обманчиво-спокойным голосом, - Вал, Сэм?

- Знает Грокк, целенаправленно им я не рассказывал.

- Рэм?

Кивнул и несколько долгих секунд молча смотрел на ошарашенно-злую девушку. Потом неспешно обошёл стол, за которым стоял, и шагнул к ней.

- А что я должен был делать, Сани? – начал спокойным, вкрадчивым голосом, - смотреть, как ты будешь медленно умирать в лечебнице на большой земле? Ты знаешь, в чём смысл проклятья?

Подошёл вплотную. Он был выше неё на голову, но она всё равно упрямо вздёрнула носик и не отступила.

- Я не успела обсудить это.

Аксель злился, но чётко себя контролировал.

- Когда велиор насылает на человека или животное проклятье, жертва остаётся жива. Она всё понимает, всё видит, всё чувствует, - но сделать ничего не может. Велиоры едят по чуть-чуть, постепенно отрывая куски плоти, - девушка не шевелилась, но зрачки испуганно расширились, - за счёт заморозки кровь быстро останавливается, и жертва не гибнет от её потери. Погибает, только когда…

- Хватит.

Аксель чуть прищурился.

- Так скажи мне, Сания Беспризорница, девочка, выросшая на Тёмных улицах славной Инлании, но сохранившая чистоту своего сердца, что я должен был делать?

- Я не знаю.

- А я знал, - он сделал движение в её сторону, девушка синхронно отступила назад, - и у меня не было других вариантов, кроме как приехать сюда и назвать своей, - ещё пол шага вперёд и шаг назад от Сании, - и не потому, что иначе не работает родовая магия, которая одна была способна тебя исцелить. А потому что я с ума от тебя схожу.

Положил руку на затылок девушки, удерживая таким образом от бегства. От этого прикосновения в него самого словно ударила молния, сконцентрировавшись в паху.

По бегающим глазам Сани понял, что она искала выходы из сложившейся ситуации. Вот только отпускать он её больше не собирался и накрыл тёплые губы своими. Девушка замерла, даже задержала дыхание, боясь шелохнуться хоть на чуточку.

Аксель медленно раскрыл рот и губы Сании последовали за его, как приклеенные. Дёрнулась и шумно выдохнула, когда его язык коснулся верхней губы, но рука на затылке не дала далеко уйти.

От этого выдоха у него сорвало все стоп-механизмы, и он плотнее прижал её к себе, сильно надавливая рукой на позвоночник и ведя её сверху вниз. Стянул волосы на затылке, запутался в кудряшках, и не слышал позвякивания бусинок. Будто бы изнывающий от жажды путник он дорвался до желанного источника и пил, пил, пил…

Сания царапала его грудь, отбрыкивалась, кусалась, но Аксель лишь порыкивал на неё, усмиряя. Поймал летящую ладошку в нескольких сантиметрах от своей щеки.

- Не бей и не смей мне грубить, Сания, - низким голосом прохрипел, возвращая руку себе на грудь.

Сания моментально взвилась. Он что, хочет, чтобы она была как те – глазки в пол, руки перед собой?

И, не смотря на все запреты и возможные последствия, ударила его силой.

Аксель не отпустил, и они вместе достаточно неловко сделали пару шагов назад в сторону стола и упали. Мужчина смягчил падение собой, чтобы тут же перевернуться и оказаться сверху.

- Я тебя предупреждал, - сжал её запястья одной рукой и удерживал их над головой.

Сани брыкалась и сопротивлялась, воздух вокруг них стал физически ощутимым и густым: Аксель давил не только телом, но и силой. За всё время, что он был с ней милым, она и забыла, что Аксель - сильный воин.

- Успокойся, - прошептал на ухо.

В ответ разожгла в удерживаемой ладошке очередной искрящийся шар. Все энергетические каналы неприятно дёргало, но сдаваться она не собиралась.

- Сания, ты себе только хуже делаешь, - мужчина навис над ней.

- Да пошёл ты, - выплюнула ему в лицо.

- Аксель, дорогой, к тебе можно? – задребезжал за дверью старушачий голос, сопровождаемый постукиванием палки.

- Он сейчас к вам выйдет, бабушка Ке, - крикнула, чтобы её услышали, - слезь с меня, - прошипела уже мужчине.

- Так это ба тебе рассказала? – Аксель не шелохнулся.

- А что тебя в этом не устраивает? – снова взъярилась Сани.

Аксель осторожно встал и протянул руку, чтобы помочь, но та, конечно же, осталась проигнорированной. Не глядя на него, Сания шагнула к двери.

- Бабушка Ке, проходите, - любезничала со старушкой, поддерживая её за руку, - вот ваш внучек, полностью в вашем распоряжении.

- Спасибо, дочка, спасибо.

Как только бабушка оказалась в кабинете, Сани быстрым шагом пошла в сторону комнаты.

- Сани!

Аксель шёл следом и ей пришлось перейти на бег. Захлопнула дверь прямо у него перед носом.

- Открой, Сани! Давай поговорим.

- Да пошёл ты, - замахнулась цветочным горшком с подоконника и со всей дури швырнула в дверь, - К ЧЁРТУ!!!

На удивление, с той стороны всё тут же затихло и Сани заученным движением заблокировала замок.

Бросок, удар и последующая тишина опустошили настолько, что она без сил упала на колени. Самым ужасным во всей этой ситуации оказалось то, что ей некуда было идти, не к кому было обратиться за помощью, и у неё не было передатчика, чтобы позвонить. Ощущение беспомощности, ненужности, предательства со стороны друзей раздавило окончательно, и Сани распласталась на полу, придавленная этим грузом. Было очень тяжело дышать, непролитые слёзы колом стояли в груди и, кажется, даже сердце замедлило свой бег. Потолок над головой начал кружиться, засасывая в свою беспроглядную тьму, и она то ли потеряла сознание, то ли уснула от бессилия.

После удара чем-то тяжёлым с той стороны, Аксель понял, что разговаривать с Сани сейчас бессмысленно. Поставил у двери стражника, который должен был внимательно прислушиваться к происходящему в комнате и докладывать обо всем, и вернулся к бабушке. Он её очень любил, свою бабушку Ке, но сейчас слушал вполуха и отвечал машинально. Так же на автомате проводил её в комнаты и вернулся к себе.

Что не так? Ну вот что не так?! Девушки Севера были бы только рады такому предложению. Кэрита до сих пор тенью ходила за ним, безмолвно о себе напоминая. Да что там девушки Севера, сколько с большой земли их вешалось на него! И вот только Сания сопротивлялась всеми руками и ногами. Аксель усмехнулся.

На Севере бытует мнение, что за каждым великим воином стоит сильная женщина. Что ж, если он всё-таки завоюет Санию, то просто обязан стать величайшим.

Попросил Ярика, стоявшего у входа в кабинет, вернуть своих командующих, и углубился в дела.

Закончил около полуночи и первым делом прошёл к комнате Сании. Молча кивнул на дверь.

- Всё тихо, вар Аксель, - доложил Шорин, - ни звука. Если честно, даже странно.

Аксель нахмурился.

- Почему так думаешь?

- Ну, понимаете, мы когда с моей Торбертой немного ругаемся, она потом долго ещё отходит. Бурчит там, ходит громко. Здесь же слишком тихо.

Аксель посмотрел на взрослого мужчину, и по спине пробежала холодная, колючая волна. Это было слишком странно даже для Сани.

- Сани! Открой! – громко постучал в дверь, - просто скажи, что с тобой всё в порядке, и я уйду!

Даже не скрипнуло ничего в ответ. С нарастающей, как снежная лавина, тревогой, Аксель попробовал дверь на прочность. Добротная. Кто бы сомневался.

- Сани! Если ты там – отойди, я сейчас выбью эту чёртову дверь! – предупредил и сам отошёл на несколько шагов.

Весь засветился холодным голубоватым огнём, разбежался и вышиб деревянное полотно ногой.

Первое, что почувствовал – холод, словно окна были открыты настежь. Под сапогами что-то хрустнуло и заскрипело – скорее всего осколки горшка. Шорин запустил в комнату несколько шаров, чтобы осветить комнату.

- Сани!

- Ох ты ж Белые Боги…

Девушка, свернувшись в комочек на полу, то ли спала, то ли была без сознания, и явственно дрожала. Синие губы, бледная кожа и тёмные синяки под глазами настолько напоминали мертвеца, что, если бы не эта дрожь, Аксель подумал бы именно так. В два резких шага оказался рядом с ней и поднял, прижимая холодное тело к себе.

- Комнату закрыть и вызвать сюда целителей, пусть всё почистят. Меня не тревожить.

И прошёл к себе.

- Сани, - попытался растормошить девушку.

Белое облако уже охватило их полностью, когда он укладывал её на кровать. Быстро стянул с себя одежду, оставаясь в одном нижнем белье. Санию раздел с трудом – она всё время пыталась сжаться и стонала, когда он разгибал руку или ногу. Боясь причинить боль, просто всё разорвал и сбросил на пол. Прижал, насколько это было возможно, к себе, сам заходясь мурашками от её ледяных ладошек. Укрылся всеми одеялами и покрывалами, что нашлись в комнате.

Она балансировала на грани, не делая шага ни в ту, ни в эту сторону. И тогда Аксель начал ей рассказывать об их первой встрече. О том, как постепенно влюблялся в неё. О том, что просто не может её сейчас потерять, когда она так близко. Он просто не сможет жить без неё, не сможет смотреть на других женщин и не будет у него наследника. А для будущего правителя наследник очень важен.

Ещё он просил прощения. За то, что всё так обернулось, что он сам не рассказал сразу. Это, конечно, должен был сделать он, как-нибудь красиво и предупредительно, чтобы новость не была для неё шоком.

Исцеление и тепло постепенно делали своё дело, и Сания дрожала все меньше и меньше. В коридоре слышались шаги, пару раз кто-то подходил к двери, видимо, прислушиваясь, но стучаться не решались. Схлынувшее напряжение оставило после себя усталость, и сам разморённый теплом и собственным бормотанием, обнимая мирно посапывающую любовь, Аксель тоже уснул.

Сания ещё не понимала, где она, лежит она, сидит или стоит, и первым ощущением в этом пробуждении была легко поглаживающая спину рука. Сознание возвращалось медленно, словно поднималось через тьму болота. Реальность, где она висит подвешенная за запястья, с закреплёнными к земле ногами, ворвалась в голову, и Сани задёргалась, пытаясь выбраться.

- Тихо. Тихо-тихо-тихо-тихо.

Но…это не был голос Кауча. Тому голосу, который звучал, она инстинктивно доверяла, хотя не понимала, кому он может принадлежать.

Сани сделала над собой титаническое усилие, распахнула ресницы и утонула в синей бездне. Почему-то, смотря в неё, сразу же расслабилась, хотя глаза напротив и выглядели обеспокоенными. Одна рука этого синеглазого совсем не больно удерживала её запястья, вторая была под спиной. Она чувствовала себя словно в защитном коконе, словно вот и настал тот момент в её жизни, когда рядом появился ангел-хранитель и всё теперь будет в порядке.  Закрыла глаза с благодарностью и уже хотела обратно провалиться в забытие, как яркой вспышкой мозг озарило воспоминание.

Аксель!

Снова распахнула ресницы, переполненная негодованием. Мужчина, нависший над ней, немного расслабился и хмыкнул.

- Ты что здесь делаешь?

Аксель расплылся в улыбке.

- Да так. Соскучился.

И посмотрел так внимательно, словно ждал чего-то. Сания нахмурилась под этим взглядом и медленно начала вспоминать все события вчерашнего дня с каждым разом округляя глаза всё больше и больше. Дошла до чёрного потолка и перевела взгляд на мужчину.

- Что случилось?

- Ты вчера была на грани, Сани. Снова. И всё из-за твоей глупой выходки.

- Это моя-то выходка глупая?

И откуда силы взялись, чтобы так активно вырываться?

- Ну всё-всё, прости, - рассмеялся Аксель, перевернулся на бок и сильнее прижал девушку к себе, - прости меня, моя хорошая, моя замечательная, моя самая лучшая девочка.

Сания замерла и отодвинулась чуть-чуть, просто, чтобы можно было дышать. Он вроде и смеялся, казалось бы, шутил, но в голосе было столько нежности, что щемило сердце.

- Подлизываешься?

- Немного, - не стал отрицать, целуя в макушку и путаясь рукой в волосах.

- Я не хочу быть твоей невестой, - призналась ему и почувствовала, как он напрягся.

- Почему? – спросил тихо.

- Ты хочешь, чтобы я была как они, - начала сбивчиво, неосознанно водя пальчиком по его крепкой груди, - не бей и не груби мне, - передразнила его тон, - а я не смогу так, чтобы глаза в пол и руки перед собой! Потом захочешь откормить до их размеров и вообще…

Грудь мужчины завибрировала, и она услышала смех над головой.

- Эй!

Снова попыталась высвободиться, но Аксель только сильнее её прижал.

- Ты знаешь, - начал объяснять спокойно, - если бы мне нравился кто-то из северянок, я бы и выбрал кого-то из них. Но однажды мне на глаза попалась одна очень красивая и очень строптивая девушка, и я свой выбор сделал уже тогда.

Сания лежала в объятьях этого сильного мужчины, чувствуя, как заходится сердце, и боялась пошевелиться. Ей часто признавались в любви, но она никогда не воспринимала этого всерьёз. Сейчас же всё было даже слишком серьёзно. Ну не может наследник Севера шутить такими вещами.

- Я же только что была самой замечательной.

- Одно другому не мешает, - улыбнулся Аксель, - по поводу «не бей и не груби мне». Сани, это норма отношений. Мне не нужно это твоё «глаза в пол и руки перед собой», но уважения к себе всё-таки прошу.

Такое признание вызвало смятение в душе. А она уже себе надумала тут…

- Ну и по поводу откормить. Тело меняется, Сани. Оно стареет, может заболеть, выздороветь, поправиться или похудеть. Некоторые вещи исправить можно, некоторые – уже нет. Но на теле вся наша история, в каждом шраме и в каждой морщинке. И твою историю я уважаю, - помолчал немного и добавил с лёгкой улыбкой, - к тому же, - шлёпнул рукой по её ягодицам и сжал их, - меня всё устраивает.

- Эй!

Получил за это кулачком в грудь, и Аксель перевернул Санию, нависнув сверху.

Девушка замерла под его потемневшим взглядом, наблюдая борьбу в синих лазах с самим собой. Съёжилась, когда он опустился ниже, и получила простой поцелуй в лоб.

- Завтрак? – спросил Аксель, скатываясь с кровати и натягивая штаны.

- Давай, - Сани укрылась одним из одеял по самую шею. На кровати вообще был большой ком из одеял и покрывал. - Кстати, а кто меня раздевал?

Аксель развернулся у двери с весьма удивлённым выражением лица.

- Ты думаешь, я бы позволил сделать это кому-то ещё? – вопросительно приподнял бровь и вышел.

Сания выдохнула и встала с кровати вместе с покрывалом. Комната Акселя была более сдержанной и строгой. Здесь даже не было шкафа: вместо него огромный сундук с полукруглой крышкой. Тёмно-серые плотные шторы, стол из тёмного дерева, простая широкая кровать без балдахина, который был у неё, кучка покрывал и одеял от чёрного до глубоких синих цветов. Поменялся и вид за окном. Если у неё он упирался в стену, то перед комнатой Акселя была широкая белоснежная дорога с вышагивающим по ней караулом и виднеющимся вдали тренировочным полигоном.

Этот день она так и провела в комнате мужчины. Ела, по большей части спала. Аксель уходил, приходил только на обед и ужин, нервный, мрачный, но на вопросы не отвечал, отмахивался, отшучивался, делая вид, что всё нормально.

- Я могу вернуться в свою комнату? – спросила Сани, когда на улице стало вечереть.

- Зачем?

 Аксель только что вышел из душа как будто специально в одном полотенце на бёдрах. Девушка подзависла на кончиках татуировки, чей рисунок заползал со спины на плечи и бока.

- Э-э-э…Спать.

- Ты спишь здесь.

Кивнул на кровать, прошёл к сундуку и поднял крышку.

Сания перевела взгляд на кровать, потом на полуголого мужчину, достающего свежую одежду. И снова почувствовала, как в груди разжалась бунтующая пружинка.

- Нет.

Уверенно прошла до двери, открыла её и вышла в коридор. За спиной услышала, как выругался Аксель и пошлёпал следом за ней.

- Сани!

Перехватил её за талию, приподнял над полом и взвалил на плечо. Сани успела заметить крайне удивлённый взгляд какого-то молодого стражника, который стоял рядом с дверью в её комнату.

- Ну! Я хочу спать в своей кровати под своим одеялком!

Немного потрепыхалась и повисла тряпочкой.

- Будет тебе и твоя кроватка, и твоё одеялко, - ответил Аксель, занося её обратно в комнату, - но туда нельзя. Там ещё всё чистится.

- Чистится? – он сел на кровать и усадил Санию сверху, - я там так сильно испачкала?

- Видимо, какая-то часть проклятья осталась глубоко в теле и вышла вместе с твоим эмоциональным всплеском, - начал втолковывать ей, как маленькой, - мы пока не решили: хорошо это или плохо.

- Мы – это кто? – она повернула голову боком и скосила на мужчину глаза.

- Целители, - пожал он плечами, - ты первый выживший после проклятья человек за долгое время. Последний известный истории был около трех десятков лет назад.

- Ясно.

Сания попыталась встать. Сидеть вот так на коленях практически голого мужчины было по меньшей мере неловко. Но её тут же схватили и опрокинули на кровать.

- К тому же, - Аксель смотрел на неё сверху вниз, - мне бы не хотелось утром найти в комнате твоё холодное тело. А рядом я могу проконтролировать.

- Значит, ты будешь спать как в прошлый раз – на кресле?

Мужчина обвёл комнату взглядом.

- Тут нет кресла.

- Ты меня соблазняешь? – не дослушав, задала вопрос и почувствовала, как внизу живота стало горячее.

- У нас не спят с женщиной до обряда, - растянул губы в улыбке Аксель.

- А… - удивилась Сани, - совсем?

- Совсем, - не меняя тона и выражения лица, ответил мужчина.

- А как же вы…э-э-э…справляетесь?

- У нас есть свои способы.

Сания многозначительно приподняла бровь.

- И это не то, о чём ты подумала, - быстро поцеловал в лоб и встал с кровати, чтобы, наконец, переодеться.

- А что за обряд? – вспомнила, когда Аксель скрылся в ванной.

- Узнаешь.

- От кого я узнаю, если мне никто не говорит?!

- Не мне тебе об этом рассказывать, - мужчина вышел в одних штанах.

- А…

- Спи, - перебил Аксель и погасил все огоньки.

- Ещё совсем детское время, - пробубнила Сания, укладываясь под одеяло на противоположном конце кровати.

Только устроилась, как мужчина одним движением притянул её к себе. Подоткнул одеяло со всех сторон и лёг рядом, обнимая.

- Завтра на обеде ты познакомишься с главными обитателями дома, - выдохнул он.

- Что? – завертелась Сания, пытаясь освободить хоть руки, но одеяло так плотно её охватывало, что она чувствовала себя гусеничкой. Ещё и придавленная сверху тяжёлой рукой, - ЧТО?! Ты это специально? – завертелась сильнее, но быстро устала.

- Ты о чём? – обнял покрепче, - тебе ещё восстанавливаться да восстанавливаться. Не всё же время будешь сидеть в комнате.

- А может и буду, - упрямо заявила ему.

- Тебе надоест.

- Не надоест.

- Сания, - устало проговорил мужчина, - там нет никого страшного или опасного для тебя. Только родные. Давай спать.

И он действительно закрыл глаза. И действительно уже через несколько минут задышал глубже.

Сания ещё некоторое время посопела недовольно для вида. Но тоже быстро уснула в ощущении тепла и безопасности.

Было ли это знакомство с родителями запланированной частью плана по завоевыванию девушки? Или же на самом деле простая забота о её удобстве и безопасности? Думал ли Аксель, чем всё это закончится? И если бы знал заранее, стал бы идти на такой серьезный шаг? Но в его сонном мире всё было хорошо. Он устал, переживая за неё, устал от навалившихся событий и выборов, споров и решений, и сейчас отдыхал, убаюканный ощущением её тела рядом