Ведьма для беты

Вечер четверга. Как же я люблю этот момент — когда можно, наконец, заварить ароматный чай, устроиться поудобнее и насладиться долгожданной передышкой. Завтра — последний рабочий день недели, а впереди манящие выходные!

Но стоило мне расслабиться, как неприятное чувство закралось в мысли. В последнее время в нашем отделе было какое-то подозрительное затишье. А ведь я знаю — такая тишина перед бурей никогда не бывает добрым знаком. Конечно, не хотелось сглазить, но интуиция у меня всегда работала безотказно. И сейчас она буквально кричала: "Завтра жди неприятностей."

Я тряхнула головой, стараясь отогнать мрачные предчувствия. Всё же, может, стоит настроиться на позитив? В конце концов, кто знает, вдруг перемены окажутся к лучшему? Я почти убедила себя в этом… Почти. Но в голове всё равно упрямо стучало: "Завтра… Завтра всё изменится."

С этим ощущением я и заснула, почему-то предвкушая что-то новое, неизведанное.

А вот утро… Утро началось с хаоса. Проспав третий будильник, я металась по квартире, судорожно пытаясь успеть всё и сразу. Где телефон? Чёрт, где мой телефон?! Волосы? Ай, ладно, соберу на бегу! Завтрак? Сама виновата, что не проснулась вовремя.

Как и следовало ожидать, по дороге я ещё и в пробку угодила. А когда, наконец, добралась до офиса, то почти сразу оказалась в кабинете начальника.

— …Вы понимаете, что пунктуальность — это основа дисциплины? — гремел его голос, а я стояла перед столом, чувствуя себя нашкодившим котёнком.

О да, если кого-то отчитывать — так это он умеет. Вот только странное дело: когда нужно заметить, кто вечно тащит не только свою работу, но и часть его обязанностей, — у нашего шефа внезапно развивается амнезия.

Похоже, я только что успешно прослушала нечто значимое, адресованное мне, потому что в кабинете воцарилась звенящая тишина. А начальник… Ох, он сверлил меня таким хмурым взглядом, что я буквально почувствовала, как уровень моего карьерного благополучия стремительно падает.

Ну вот, опять. В детдоме нас учили важному жизненному правилу: если уж на тебя кричат, надо выслушивать отповедь от начала и до конца. Слушать, но не принимать близко к сердцу. Вот только моя проблема состояла в том, что я и слушать как-то не научилась.

Ладно, как теперь выкручиваться?

И тут в памяти всплыла фраза великого мыслителя прошлого. А именно — указ Петра I: «Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальства».

Прекрасный совет! Вот за что уважаю предков — так это за их способность разруливать кризисы. Пусть этот конкретный предок мне не родственник, но в такие моменты выбирать, кем вдохновляться, не приходится.

Я молниеносно перешла в режим «смирение и покорность», посмотрела на начальника с самой невинной улыбкой и мягко произнесла:

— Вы, как всегда, правы, Василий Петрович. Я постараюсь исправиться и выполнить свою работу идеально. - Не знаю, о чём он там разорялся, но, похоже, я попала в точку.

Шеф посмотрел на меня с подозрением, словно пытаясь понять, действительно ли я прониклась его нравоучением… или просто отшучиваюсь. Видимо, решив, что разбираться в этом слишком энергозатратно, он лишь тяжело вздохнул и махнул рукой, выпроваживая меня из своего «гостеприимного» кабинета:

— Иди уж… Но чтоб больше не опаздывала! - Я послушно кивнула и поспешила на своё рабочее место, мысленно празднуя ещё одно удачное спасение.

Коллеги наблюдали за мной с откровенным злорадством, переговариваясь в маленьких группках и бросая насмешливые взгляды. Наверняка обсуждали моё недавнее «развлечение» в кабинете шефа. Ну и ладно. Я сделала вид, что их мнение меня совершенно не заботит, хотя на душе было, мягко говоря, не слишком приятно.

Вот ведь змеиное гнездо… Террариум какой-то, а не отдел. Здесь каждый готов перегрызть глотку неугодному, да так, что и косточек не оставит. И как, как меня угораздило подписать контракт на целых пять лет? Наверное, тогда я была слишком наивной. Или слишком отчаянной.

Глубоко вздохнув, я попыталась выкинуть неприятные мысли из головы. Переживания потихоньку улеглись, уступая место привычной рабочей рутине. На столе с вечера лежала стопка документов — самое время разобраться с ними. Нужно рассортировать по направлениям, отметить ключевые моменты и разнести всё это счастье по другим отделам. Хороший повод немного развеяться и подышать свежим воздухом вдали от этих «доброжелателей».

С заданиями я справилась к трём часам. Довольная своей трудовой хваткой, я уютно устроилась за столом, попивая горячий чай и наслаждаясь редкими минутами тишины в нашем обычно шумном отделе. И тут раздался вызов в кабинет шефа.

Я нахмурилась. Чего ещё? Вроде бы сегодня я не совершала ничего криминального. Вроде бы. Пришлось подняться и, игнорируя любопытные взгляды коллег, отправиться на встречу с неизвестностью.

— Что-то ты зачастила к начальству. Уж не в любовницы ли метишь? — сладким голоском протянула Ольга, с усмешкой косясь в мою сторону.

Я лишь неопределённо хмыкнула, но удержаться от ответа не смогла:

— Оставлю это удовольствие для тебя. - И, добавив к словам ослепительную белозубую улыбку, прошла мимо.

— Да как ты… — девушка резко подалась вперёд, явно готовая нагрубить в ответ, но я уже не слушала.

— Как и ты, — спокойно припечатала её и, не теряя времени на дальнейшие перепалки, направилась к кабинету начальника.

Короткий стук. Разрешение войти. Быстро закрываю за собой дверь и, наконец, оказываюсь внутри.

— А, это ты, Мирослава, — протянул Василий Петрович, словно не он сам минуту назад вызвал меня сюда.

— Нет, Папа Римский, — пробормотала я себе под нос, но тут же взяла себя в руки и вслух уже совершенно серьёзно спросила: — Вы хотели о чём-то поговорить?

Многовато для одного дня встреч с начальством. Прямо традиция какая-то намечается…

— Да. Ты ведь у нас на контракте? — скорее констатировал, чем спрашивал шеф, лениво перебирая какие-то бумаги. Я кивнула, всё ещё не понимая, к чему он клонит. — Я тут посмотрел… Оказывается, он истекает уже на следующей неделе. - Надо же. А я и не заметила, что отработала свои пять лет от звонка до звонка.

— Не думала, что так скоро, — пробормотала, заполняя неприятную тишину, которая вдруг повисла в кабинете.

Честно говоря, сбежала бы отсюда давно, если бы могла себе это позволить. Но у меня, между прочим, кредит за квартиру ещё не погашен, а тут, как ни крути, зарплата хорошая. Да и сама работа мне нравилась, только вот коллектив и начальство — это уже совсем другой разговор. Хотя я научилась относиться к ним как к неизбежному злу, с которым можно ужиться… при должном уровне терпения.

Но, похоже, моё терпение больше никому не нужно.

— В понедельник передашь все дела Ольге и можешь собирать свои вещи, — ровным голосом произнёс начальник. — Продлевать с тобой контракт мы не будем.

Я моргнула. Потом ещё раз.

Что? Я уставилась на него, осмысливая сказанное. Меня… просто вышвыривают. Как ненужный хлам.

— Вы меня увольняете? — почему-то стало обидно.

— Нет, — Василий Петрович смотрел на меня с непроницаемым выражением лица. — Мы просто не будем продлевать с тобой контракт.

Будто бы есть разница.

— Понятно. Что ж, я пойду, — голос звучал ровно, но я держалась из последних сил.

Пять лет. Целых пять лет я грызла этот гранит, терпела, работала на износ — и всё ради чего? Ради того, чтобы меня просто выбросили, словно ненужный мусор? Я развернулась, намереваясь уйти, но вдруг…

— Погоди. - Я обернулась, нахмурившись. В руках Василия Петровича появилась пухлая папка — явно не пустая. — Посмотри в выходные и рассортируй, — спокойно произнёс он, словно и не только что вышвырнул меня на улицу. — В понедельник жду отчёт по каждой группе фирм.

Я моргнула, не веря своим ушам.

Он серьёзно?

— Нет.

Слово прозвучало жёстко, почти отрывисто.

— Что «нет»? — Начальник даже бровью не повёл, слишком привык, что ему никто никогда не отказывает.

— Я не буду этого делать, — отчётливо произнесла я. — Это не входит в мои обязанности. Да и в выходные у меня… выходные. - Голос дрогнул, но я продолжала стоять прямо, не давая эмоциям взять верх.

Больше я ни перед кем не прогнусь. Ни за какие деньги.

— Вот как мы заговорили… — шеф недовольно прищурился, явно не привыкший к подобному тону. Но заставить меня он уже не мог.

С раздражённым шипением он швырнул папку на стол.

— Пошла вон! - Я улыбнулась. Широко. Очаровательно. Нагло.

— Да пожалуйста. - Развернувшись, я спокойно вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.

В отделе меня встретили десятки любопытных взглядов. Коллеги пытались по моему лицу понять, что же произошло там, за закрытой дверью, но нет… Пищи для сплетен я им не дам.

Всё с той же улыбкой я заняла своё место и доработала ровно до пяти. Ни минуты больше.

А потом… Как только я вышла из офиса, ноги сами свернули в сторону туалета. Я уже не могла сдерживаться. Но, конечно же, женская комната оказалась занята.

Сердце бешено колотилось, горло сдавило судорогой. Нельзя здесь. Нельзя при них. Почти не раздумывая, я прошмыгнула в кладовую, закрывшись там изнутри. И только тогда рухнула на пол, сжавшись в комок. И разрыдалась.

Громко. Безудержно. Словно внутри меня что-то разломилось. Надеюсь, никто не услышит мой одинокий вой.

Дорогие мои читатели! рада приветствовать вас в увлекательной новинке под названием "Ведьма для беты". Здесь вас ждут приключения, юмор и теплая обстановка. Обязательно добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерять. Буду рада вашим лайкам и комментариям!

Выплакавшись и немного успокоившись, я глубоко вздохнула, поднялась с пола и принялась приводить себя в порядок, достав из сумки пудреницу. Конечно, глаза немного припухли, но, если не вглядываться слишком пристально, я выглядела вполне сносно, а значит, можно было сделать вид, что ничего страшного не произошло.

Коротко выдохнув, я решительно дернула дверь на себя, надеясь покинуть это тесное помещение и забыть обо всём как о страшном сне, но она даже не шелохнулась. Попробовав ещё раз, я с раздражением толкнула створку посильнее, а затем ещё раз, всё ещё надеясь, что просто не до конца нажала на ручку, но, увы, результат оставался прежним.

Несколько секунд я просто стояла, пытаясь осознать, что, кажется, только что застряла в кладовке, а затем громко выругалась и принялась колотить в дверь, надеясь, что кто-то услышит и откроет её снаружи.

— Эй, народ! Выпустите меня, здесь вообще-то живой человек заперт! — раздражённо выкрикнула я, в очередной раз подергав за ручку, но в ответ услышала только глухое молчание.

С каждым мгновением злость разгоралась во мне всё сильнее, ведь даже если кто-то и проходил мимо, то явно не собирался помогать, а это означало, что меня здесь оставили специально.

Телефон! Конечно же, у меня был телефон! Оторвавшись от бесполезных попыток выломать дверь, я принялась лихорадочно рыться в сумке, надеясь, что смогу хотя бы кому-нибудь позвонить, но в этот момент свет в кладовке вдруг погас, заставив меня резко замереть.

Я чувствовала, как напряжение в груди нарастает, но постаралась не паниковать и снова начала яростно колотить по двери, теперь уже не просто требуя, а практически умоляя, чтобы меня выпустили.

— Ну-ка немедленно откройте, иначе я за себя не ручаюсь! — крикнула я, прекрасно понимая, что ещё немного, и нервы окончательно сдадут, а тогда уже неизвестно, что от меня ожидать.

К моему удивлению, после этих слов раздался тихий щелчок, и свет снова вспыхнул, а дверь со скрипом распахнулась, являя мне того, кто решил наконец-то меня освободить.

На пороге стоял высокий, широкоплечий парень с рыжими, немного растрёпанными волосами, наглой ухмылкой и глазами, в которых плясали задорные искры, а весь его вид буквально кричал о том, что этот человек — ходячая неприятность, причём явно с завышенной самооценкой.

— Ого, какая красотка! — протянул он, оглядывая меня с явным интересом, после чего повернул голову и громко крикнул кому-то в коридор: — Братан, чур она моя! - Внутри у меня словно что-то хрустнуло.

Я моргнула раз, моргнула два, пытаясь осознать происходящее, но в какой-то момент просто устала от всех сегодняшних событий и решила не тратить ни секунды своего времени на очередного самовлюблённого идиота.

Вот так взглянешь на человека — вроде бы нормальный, даже симпатичный, а как рот откроет, так сразу хочется либо закатить глаза, либо прописать чем-нибудь тяжёлым. В моём случае — второе, и именно к этому я сейчас и готовилась, судорожно оглядываясь по сторонам в поисках чего-то, что могло бы послужить оружием.

Парень, который до сих пор не сводил с меня голодного взгляда, словно кот, выслеживающий добычу, чуть подался вперёд, и я, не раздумывая, отступила на шаг, только теперь осознав, что помещение вокруг меня изменилось. Кладовка, в которую я вбежала несколько минут назад, внезапно приобрела размеры целого сарая, и хотя это, безусловно, было странно, размышлять об этом времени у меня не оставалось.

Мой взгляд выцепил стоящую в двух шагах лопату, и, решив не медлить, я бросилась к ней, схватила за ручку и уверенно сжала в ладонях, чувствуя, как в груди начинает разгораться не страх, а злость.

Рыжий, кажется, нисколько не испугался, а только расплылся в самодовольной ухмылке, явно довольный тем, как я отреагировала.

— Эй, малышка, не дрейфь, я умею быть нежным, — протянул он тягучим голосом, и это стало последней каплей.

Короткий замах, резкий взмах, и вот уже моя импровизированная дубина летит в сторону его челюсти.

— Кия! — боевой клич, достойный самурая, сорвался с моих губ ровно в тот момент, когда лопата с хрустом впечаталась в его лицо.

Парень глухо охнул и рухнул на пол, разметав конечности в стороны, словно потерявший сознание боксер после нокаута.

— Ой, — только и смогла выдохнуть я, не веря, что только что уложила взрослого мужика одним ударом.

Руки дрожали, сердце колотилось где-то в горле, а в голове мелькнула паническая мысль: А вдруг я его убила?! Сделав осторожный шаг вперёд, я присела рядом и протянула руку, собираясь проверить пульс, но в этот момент его тело вдруг затряслось.

— О нет, это предсмертные судороги?! — в ужасе подумала я, застыв на месте, но уже через секунду поняла, что всё гораздо хуже.

Парень резко поднялся, сел и залился таким громким, раскатистым хохотом, что я от неожиданности уронила лопату.

— Вы случайно не родственники? — выдохнул он сквозь смех, вытирая слёзы с уголков глаз.

Я моргнула.

Я всё ещё пыталась прийти в себя. Мой мозг явно отказывался нормально функционировать после всего, что только что произошло. Ну ещё бы — сначала меня запирают в кладовке, потом я калечу человека (или, по крайней мере, думаю, что калечу), а теперь этот самый человек весело лыбится, будто мы лучшие друзья, которые просто подурачились.

— А?.. Ч-что?.. — выдавила я, не в силах составить нормальное предложение, потому что шок от происходящего всё ещё не отпускал.

— Да знаю я тут одну любительницу лопат, — рыжий снова ухмыльнулся, но на этот раз не так вызывающе, а скорее даже приятно. Ну хоть что-то человеческое в нём есть…

Я только собралась как следует его отчитать, но тут в сарай (а это, похоже, всё-таки сарай, а не кладовка, как мне казалось раньше) вошёл второй парень.

- Что тут у тебя, Дик? – И вот тут у меня пропал дар речи окончательно.

Если рыжий был воплощением нахальства и самодовольства, то этот… этот был грёбаным рекламным постером. Высокий, блондин, глаза цвета летнего неба, да ещё и с таким ухмыляющимся выражением лица, будто его единственная миссия в жизни — разбивать женские сердца.

— Ого, какая красотка! Ещё и рыжая, — заметил он, лениво проведя ладонью по светлым волосам.

Я, разумеется, не ждала от него чего-то глубокого, но обсуждать меня при мне?! Это, вообще, нормально?!

— Слюни подбери, она моя, — тут же встрял Дик, который, видимо, уже поставил на мне метку собственности.

Я моргнула, не сразу осознавая смысл сказанного, а когда осознала, во мне вспыхнуло дикое желание протестовать.

— Пардон? — мысленно переспросила я, чувствуя, как внутри поднимается волна возмущения.

— Вообще-то, я своя собственная, так что руки прочь, оба, — метнула на парней предупреждающий взгляд и, сделав шаг в сторону, крепче сжала лопату, словно это был верный меч в руках доблестного воина.

Блондин, вместо того чтобы отступить или хотя бы сделать вид, что воспринял мои слова всерьез, вдруг громко и заразительно рассмеялся. Смех у него был легкий, искренний, будто я только что выдала лучший анекдот на свете.

— Да у тебя прямо тяга к девушкам с лопатой! — выдал он между приступами веселья, и его брат, рыжий наглец, который только что пытался ко мне подкатить, вдруг тоже прыснул.

— Это, знаешь ли, признак страсти, — поднял вверх указательный палец и проговорил абсолютно серьёзно, не сводя с меня глаз.

Я чуть не поперхнулась воздухом.

— Признак чего?! — переспросила, вцепившись в лопату, словно в спасательный круг.

— Страсти, малышка, страсти.

— Сейчас будет признак убийства, — процедила, злобно прищурившись.

Но надолго меня не хватило. Не выдержав этой абсурдности, я тоже рассмеялась. Ну и ситуация! Захлопнулась в каком-то сарае, стукнула незнакомца лопатой, а теперь еще и стою, смеюсь с ним и его братцем, будто старые приятели.

Рыжий, наконец, сделал шаг вперед и протянул мне руку, с улыбкой, от которой у меня на секунду сбился ритм дыхания.

— Дикон Фолкнер. Можно просто Дик. А этот охламон — мой брат, Джон Фолкнер, — представился он с видом человека, который уверен: его имя говорят не в первый раз и точно не в последний.

Я чуть замешкалась, но все же пожала протянутую ладонь, ощущая легкую сухую теплоту его пальцев.

— Мирослава Ларина, — наконец произнесла я, все еще держа лопату в другой руке, не до конца доверяя этим двоим.

— Красивое имя, — с интересом протянул Джон, склонив голову набок, как будто пытался разгадать какую-то загадку.

Я нервно кашлянула, вспоминая, что вообще-то мне давно пора домой.

— Простите, но мне нужно уходить. Я и так здесь подзадержалась, — произнесла, осторожно оглядываясь, не дай бог, опять какая-нибудь дверь захлопнется за моей спиной.

Я, крадучись, двинулась к двери, боком, словно краб, стараясь не делать резких движений. Кто знает, вдруг эти двое передумают отпускать меня просто так? Добравшись до выхода, я поспешно юркнула наружу, собираясь наконец-то сбежать подальше от этой странной ситуации, но... застыла, ошарашенно оглядываясь.

Мамочки, где это я?!

Вместо привычного офисного коридора или хотя бы грязного двора с мусорными контейнерами, передо мной раскинулась улочка, словно сошедшая со страниц исторического романа. Величественные, богато отделанные здания, больше похожие на дворцы или роскошные поместья, тянулись вдоль мостовой, вымощенной крупными, неровными каменными плитами. Воздух наполнял тонкий аромат дымка и чего-то пряного, а люди, одетые в явно старинные наряды, неспешно прогуливались, совсем не обращая на меня внимания.

Я моргнула, но картинка не исчезла.

— Так, стоп, — пробормотала, делая пару неуверенных шагов назад.

И тут, как назло, прямо на меня, скрипя колесами, покатилась чертова карета! Самая настоящая! Лошадь, запряженная в нее, встряхнула гривой, а кучер, облаченный в плащ с высоким воротником, хлестнул вожжами, подгоняя транспорт.

— Да ну нафиг! — выпалила я, от неожиданности вскинув руки и моментально пятясь назад.

Едва не споткнувшись, я влетела обратно в сарай (или как там это называлось в средние века?) и с грохотом захлопнула за собой дверь, прижимаясь к ней спиной. Сердце колотилось так, будто я пробежала марафон, а в ушах стучало от избытка адреналина.

Братья Фолкнер даже не шелохнулись. Они все так же стояли на своих местах, как будто мое внезапное возвращение их совсем не удивило.

— Глюки... Это все глюки... — пробормотала я, проводя рукой по лицу. — Наверное, я все еще в кладовке фирмы, страдаю от обезвоживания и уже начала галлюцинировать.

Проверим.

Я закрыла глаза, сосчитала до пяти, глубоко вдохнула, выдохнула, мысленно пожелала себе хорошего рабочего дня и снова открыла дверь.

Ничего не изменилось.

Чертовы дворцы так и стояли на месте. Карета, правда, уже скрылась за поворотом, но вместо нее по улице теперь гордо вышагивал мужчина в камзоле и с тростью, а чуть дальше группа девушек в пышных платьях оживленно о чем-то болтали.

Я вцепилась в дверной косяк так, словно это был последний осколок моего здравого смысла, и медленно повернулась к братьям, которые все так же спокойно наблюдали за моими метаниями.

— Там… Это что? — наконец выдавила я, чувствуя, что это единственный логичный вопрос, который могу сейчас задать.

Дик ухмыльнулся. Джон приподнял бровь. А я, кажется, сошла с ума.

— Улица, — буднично отозвался рыжий, будто я только что спросила, какого цвета небо.

— А почему она такая? — с трудом выдавила, беспомощно махнув рукой в сторону этого... этого всего! У меня даже слов не нашлось, чтобы описать увиденное. — Где я вообще?

— В Оливуде, где же еще, малышка? — ухмыльнулся Дик, лениво приближаясь ко мне и заглядывая через мое плечо. — Всё как обычно. - Как обычно?!

Ну да, конечно. У нас в Москве на каждом углу стоят дворцы, ездят кареты, и мужчины разгуливают в камзолах. Обыденность, куда уж без этого! Я судорожно втянула воздух, пытаясь хоть немного привести мысли в порядок, и осторожно уточнила:

— Я-ясно… А куда подевалась Москва?

Не то чтобы я сильно скучала по нашим пробкам, метро в час пик и бесконечной серости зданий, но если меня каким-то чудом неожиданно вывезли за границу, то это уже повод для паники. Для таких перемещений, знаете ли, обычно хотя бы загранпаспорт требуется.

Мой мозг, ускоряясь на всех парах, начал лихорадочно выстраивать теории. Самая вероятная? Меня, похоже, накачали снотворным и увезли в другую страну. Тогда остается выяснить, кто это сделал, зачем и что теперь со мной будет. Пока, правда, ни один из этих вопросов не имел ни малейшего ответа, но проверять гипотезу на практике мне совершенно не хотелось.

Разумеется, я не собиралась делиться своими догадками с этими двумя. По крайней мере, не сейчас. Сперва нужно было разобраться, что вообще здесь происходит.

— А Оливуд — это город? — спросила я, стараясь сделать голос как можно более невозмутимым.

Оба брата синхронно кивнули. Я немного расслабилась. Значит, хоть какая-то цивилизация здесь есть.

— А в какой стране он находится?

Потому что вдруг я уже, допустим, во Франции? Или, не дай бог, в Северной Корее?

Дик с Джоном переглянулись, а затем рыжий спокойно произнес:

— В Рангарии. - Братья смотрели на меня странно, словно только что я спросила, на какой планете мы находимся.

А я, в свою очередь, смотрела на них не менее странно.

Рангария?!

Но ведь такой страны не существует!

— То есть… как? Это не Земля? — обреченно протянула я, глядя на двух братьев в надежде, что они сейчас рассмеются, скажут: «Шутка!» — и подарят мне обратный билет.

Но нет. Они лишь синхронно покачали головами, подтверждая мою худшую догадку.

Я поникла. Вот и отлично. Просто замечательно!

— Ух ты! Еще одна землянка! — оживился блондин, явно находя мое отчаяние весьма забавным.

А мне, кажется, пора всерьез задуматься о посещении психиатра. Потому что подобное не должно происходить в реальной жизни.

Хотя… Еще одна?

Эта фраза вспыхнула в мозгу яркой неоновой вывеской, заслоняя все остальные мысли. Значит, я здесь не первая? А раз так, то, возможно, у других уже был способ вернуться обратно.

Что ж, это шанс, за который стоит ухватиться!

— Ведите! — решительно заявила я, распахивая дверь и призывно махая рукой, приглашая братьев следовать за мной.

— Куда? — хором спросили они, не шевелясь с места.

Я закатила глаза. Огромные, сильные, но, кажется, с интеллектом у них не то чтобы блестяще.

— К землянке, куда же еще! — раздраженно бросила, будто это было очевидно.

— Так это… Она сейчас в академии, — наконец-то соизволил выдать хоть какую-то полезную информацию блондин.

— Ну, значит, идем туда! — Я уже деятельно подталкивала их к выходу, одновременно стараясь не вертеть головой во все стороны, но окружающая картина буквально требовала внимательного осмотра.

Как же тут красиво!

Мир, в который я попала, выглядел так, будто сошел со страниц фэнтезийного романа. Узкие улочки, мощенные брусчаткой, величественные здания с башенками, готическими окнами и ажурными балконами, витражи, светящиеся мягким золотистым светом… Всё было пропитано атмосферой древней магии и какого-то старинного благородства.

— Добро пожаловать в мир оборотней, Мирослава, — вдруг торжественно произнес Дикон, протягивая мне руку, словно приглашая на бал.

Я взглянула на него, потом на его руку и, вместо того чтобы принять этот жест, просто шагнула вперед, оставив его в задумчивом недоумении.

— Спасибо, — ответила я на автомате, продолжая зачарованно разглядывать новый мир, в который меня так неожиданно забросило.

Мы бодро шагали по улицам, и они сменяли друг друга, словно кадры в старом фильме — один за другим, будто повторяя один и тот же мотив. Аккуратные сады, идеально уложенная брусчатка, величественные особняки, каждый из которых хранил в себе историю десятков поколений. Казалось, будто я угодила в старинную иллюстрацию из викторианского романа.

Изредка встречались дома, отличающиеся от остальных: более причудливые, с массивными башенками, витиеватыми балконами и готическими окнами. Они выглядели так, словно пришли сюда прямиком из XIX века, но, скорее всего, это не они сюда прибыли, а я оказалась в мире, где подобная архитектура — норма.

И вот тут начинался настоящий дискомфорт.

С каждым шагом я всё больше куксилась, втягивая голову в плечи и стараясь прикрыться от чересчур внимательных взглядов встречных мужчин. Они будто невидимо касались кожи, цепляясь за каждый изгиб моего тела, и от этого мне становилось не по себе. Да что они там разглядели? Офисную юбку-карандаш и строгую блузку? Или им в диковинку женщины, которые не ходят в корсетах и пышных платьях?

Я нервно сглотнула и ускорила шаг, словно надеясь раствориться в воздухе. Одновременно с этим я инстинктивно придвинулась ближе к братьям, предпочитая уж лучше проверенных маньяков, чем неизвестных местных мужских особей с сомнительными намерениями.

По крайней мере, с этими двумя я уже знала, чего ожидать.

Дик, заметив, как я нервно сжалась и стараюсь буквально втянуться в себя, резко остановился, коротко рыкнул, явно предупреждая окружающих, а затем, без лишних слов, стянул с себя рубашку и протянул её мне.

— Надень, — не предложил, а скорее приказал.

И, честно говоря, спорить мне совершенно не хотелось. Мужские взгляды становились всё более наглыми, а комментарии — откровенно неприятными.

— О, Дик, новая игрушка? Познакомишь меня со своей подружкой? — донёсся чей-то насмешливый голос.

Причём это были ещё самые безобидные обращения. Остальные… Даже я, современная девушка, привыкшая к разным эксцентричным личностям, начала потихоньку офигевать. Но возмущаться вслух было бессмысленно — лучше немного стерпеть хамство, чем потом отбиваться от разгорячённых местных мачо, у которых, судя по всему, какие-то особые взгляды на женщин.

Эх, вот бы лопату с собой прихватить! Была бы у меня сейчас моя верная помощница, так бы раздавала подзатыльники, что аж искры летели! Но нет, оставила её в сарае. Глупая, глупая Мирослава!

К счастью, вскоре мы добрались до массивных кованых ворот, за которыми простиралась огромная территория академии. Судя по внушительным стенам, башням и витражным окнам, учебное заведение выглядело скорее как замок, нежели обычный университет.

Братья остановились и дружно уставились на меня, ожидая дальнейших инструкций.

— Что дальше, госпожа? Какие будут распоряжения? — с усмешкой уточнил Джон, явно наслаждаясь моими попытками осознать происходящее.

— Будем ждать, — коротко выдала я, напряжённо всматриваясь в пространство за воротами и пытаясь разглядеть хоть что-то, что могло бы помочь мне понять, куда я попала и что, чёрт побери, теперь делать.

Как именно выглядит землянка, я, конечно же, не знала, но надеялась, что смогу узнать её по каким-то характерным признакам — может, по одежде или причёске. Всё-таки у человека из другого мира должны быть хоть какие-то отличия!

Пока я вглядывалась в толпу, к воротам начали подъезжать разнообразные кареты, выстраиваясь вдоль дороги в аккуратный ряд. Лакеи проворно распахивали дверцы, помогая выбраться нарядным пассажирам. Похоже, в академии учится исключительно знать. Я даже начала сомневаться, что смогу там найти простую землянку, но тут громко прозвенел звонок, и из здания хлынула толпа студентов.

И это была не просто академия, а самая настоящая магическая академия!

Я едва удержалась, чтобы не открыть рот от изумления. Чернильно-чёрные, глубокие синие, багровые и даже изумрудные мантии мелькали перед глазами, создавая причудливый вихрь цветов. Некоторые студенты лениво болтали между собой, другие оживлённо обсуждали что-то, а третьи и вовсе размахивали руками, явно используя магию прямо посреди дороги!

Мимо нас пронеслась стайка смеющихся девушек, на миг замерев передо мной и что-то весело защебетав. Затем, не обращая на меня особого внимания, они устремились к своим роскошным разноцветным каретам.

— Она, — неожиданно раздался голос Дика.

Я тут же обернулась и увидела, как он кивает на одну из студенток. На первый взгляд она ничем особым не отличалась от остальных: та же мантия, волосы собраны в аккуратный хвост, походка уверенная, но не вызывающая. Если бы не Дик, я бы точно её пропустила.

Я благодарно кивнула парню и, не теряя времени, поспешила навстречу предполагаемой землячке.

— Привет! — резко остановилась прямо у неё на пути, заставляя обратить на себя внимание.

Девушка удивлённо моргнула, явно не ожидая такого напора. Ну здравствуй, новый мир. Посмотрим, какие ещё сюрпризы ты мне приготовил!

— Ох, ничего ж себе! — воскликнула незнакомка, схватив меня под руку и потянув к стоящей неподалёку чёрной карете.

Я не сразу сообразила, что происходит, но, когда мы подошли ближе, мой взгляд буквально прилип к мужчине, сидевшему внутри. Он был... шикарен. Именно так. Это даже не просто красота, а какой-то сногсшибательный уровень притягательности, из-за которого в голове образовался лёгкий туман, а язык тут же прилип к нёбу.

Блондинка, видимо, давно знакомая с таким эффектом, только усмехнулась и, даже без тени враждебности, тут же меня осадила:

— Даже и не думай, он занят мной. - Я слегка моргнула, сбрасывая с себя оцепенение, и неопределённо пожала плечами.

Ну занят, так занят. Мне-то что? Я вообще-то не за этим сюда пришла! Ссориться из-за мужчины, да ещё и с единственным возможным союзником в этом странном мире, точно не входило в мои планы. Сзади послышались возмущённые голоса братьев:

— Эй, а как же мы?! — громогласно подал голос Дик, явно недовольный тем, что нас так просто увозят без них.

Красавчик в карете бросил на них ленивый взгляд, после чего без особого энтузиазма заявил:

— Своим ходом. - Я покосилась на бедных парней и едва сдержала смешок. Вот это поворот! Кажется, кто-то сегодня хорошо побегает!

А голос-то какой! Глубокий, бархатный, прямо-таки мурлыкающий. В голове пронеслась шальная мысль, что таким голосом можно зачитывать сказки на ночь — и никто бы точно не уснул!

Так, стоп! Слюни прочь от чужого мужчины! У меня и без того слишком много местных красавцев для мечтаний на ночь глядя. Хотя, если быть честной, складывалось ощущение, что тут все мужчины сплошь высокие, мускулистые и с обворожительными улыбками. Неужели у них здесь качалка входит в обязательные школьные предметы? Физкультура, математика и… пресс как у богов? Ну если так, я готова лично вручить медаль тому гению, который это придумал.

Тем временем карета мягко тронулась с места, и я заметила, как сидящая рядом парочка то и дело украдкой переглядывается. Мужчина крепко держал руку девушки, а она с нежной улыбкой смотрела на него. Было совершенно очевидно, что они очень соскучились друг по другу, но сдерживались из-за моего присутствия.

Вот ведь неудобная я какая! Но, с другой стороны, мне надо хотя бы понять, с кем я имею дело Поєтому я решительно нарушила молчание:

— Меня зовут Мирослава, — представилась, стараясь говорить уверенно, хоть и не до конца понимала, куда меня сейчас везут.

— Алина, — с тёплой улыбкой ответила землянка, подтверждая мои догадки.

— Виктор, — представился брюнет, и даже просто произнеся своё имя, умудрился сделать это с таким бархатистым звучанием, что мне захотелось поплотнее закутаться в воображаемый плед.

— А куда мы едем? — спросила, прекрасно осознавая, что, возможно, отступаю от каких-то местных норм этикета. Но, честное слово, хотелось бы хоть немного понимать, что меня ждёт дальше.

Алина взглянула на меня с лёгкой усмешкой, но ответила без промедления:

— К моему отцу. Нужно разобраться, кто ты и как здесь оказалась. - О, ну это, пожалуй, самый важный вопрос на данный момент.

Я бы и сама не отказалась узнать, как так ловко переместилась в этот странный мир, где на улицах ходят шикарные мужчины, а вместо автобусов разъезжают кареты.

— А братья Фолкнеры там будут? — вырвалось у меня раньше, чем я успела подумать.

Не то чтобы я уже скучала по рыжему… Но о нём было приятно думать. А если быть честной — очень приятно. Пусть в начале знакомства он мне и не понравился своим нахрапистым поведением.

Тем временем Алина покачала головой:

— Нет, они живут отдельно. - Я подавила разочарованный вздох и сделала вид, что приняла это как просто дополнительную информацию. Девушка чуть склонила голову набок, внимательно рассматривая меня, а потом, видимо, решив не тратить время зря, перешла к расспросам: — Что ты помнишь о своём перемещении?

Я собралась с мыслями и начала рассказывать:

— Я закрылась в кладовой… - Алина с Виктором переглянулись, и мне вдруг стало немного неловко. — На то были свои причины, — пояснила я с лёгким взмахом руки, отмахиваясь от их удивления.

С кем не бывает?

— Так вот, — продолжила. — Когда я захотела выйти, то поняла, что дверь закрыта. Начала кричать, звать на помощь, но никто не откликнулся. А потом… Свет вдруг погас.

Парочка выпрямилась, внимательно слушая.

— Через мгновение он снова вспыхнул, но вокруг было уже совсем другое помещение. Какой-то склад. Я стояла в полном недоумении, а затем дверь вдруг открылась — и на пороге появился Дик, - закончила рассказ, наблюдая за реакцией своих собеседников.

Они явно о чём-то задумались.

— Интересно… — пробормотала Алина, обменявшись с Виктором быстрым взглядом.

— Мягкий переход, без вспышки портала, — подытожил мужчина. — Нестандартно. - Да уж, спасибо, мистер Очевидность!

Мне и самой уже было понятно, что ничего стандартного в этом нет!

— И никаких поездов или самоходных машин? — Виктор внимательно смотрел на меня, словно надеясь, что я вот-вот передумаю и скажу: «Ой, да, был ещё маленький поезд в углу».

Я лишь отрицательно покачала головой.

— У вас есть какие-то мысли на этот счёт? — спросила я, цепляясь за надежду, что мои собеседники уже сталкивались с чем-то подобным.

Но брюнет лишь усмехнулся в ответ:

— Я в этом деле вообще новичок. - Он чуть наклонил голову к Алине, а затем добавил с хитрой улыбкой: — Это она у нас леди бывалая.

Девушка коротко хохотнула, игриво ткнув его в бок, и прижалась к мужчине ближе. Эх, лямур-тужур…

— У моего отца опыта побольше, — заверила меня девушка. — Уверена, что он разгадает эту тайну. - Ну что ж, звучало обнадёживающе. Хотя я всё равно нервничала.

Вскоре карета остановилась, и мы поспешили на выход. И тут я осознала одну простую истину, что «дом» у отца Алины — это вообще не дом. Это мини-дворец. Или даже не мини. Если их семья и была местной знатью, то, похоже, очень и очень влиятельной.

А как только мы вошли внутрь, на нас буквально налетел разноцветный ураган.

Две женщины — одна худощавая, вторая пышечка — с невероятной энергией окружили Алину и Виктора. Они тараторили, смеялись, взмахивали руками и в целом выглядели так, будто могут устроить праздник где угодно. В них чувствовалось родство, несмотря на разницу в комплекции, и мне даже показалось, что я видела перед собой двух тётушек из какого-нибудь старинного дворянского романа.

Я замерла на пороге, не зная, как себя вести, но одна из хохотушек резко переключила внимание на меня:

— Алиночка, а кто это тут у нас? — с теплотой в голосе пропела женщина, обнимая свою племянницу, в то время как вторая кивнула мне с любопытством.

Но подойти ближе они отчего-то не спешили.

Я стояла чуть в стороне, неловко переступая с ноги на ногу, и вдруг почувствовала, как сильно мне не хватает простого человеческого тепла. Настоящей заботы, той, что не по расчету, не из вежливости, а просто… потому что ты кому-то важен.

— Тётушки, знакомьтесь, это Мирослава, еще одна землянка, — представила меня Алина.

И вот тут началось.

— Ах, какая хорошенькая! — всплеснула руками одна.

— Рыженькая! Совсем как наша покойная матушка! — поддержала её вторая, с мягким блеском в глазах.

Они буквально окружили меня, рассматривая с ног до головы, словно какой-то редкий музейный экспонат. Я уже было напряглась, но, к удивлению, в их взглядах не было ничего неприятного — наоборот, какая-то радость, интерес и… нежность?

— Деточка, ты, наверное, голодная? — вдруг спросила та, что поплотнее, и посмотрела так, будто вот-вот пойдет на кухню печь пироги.

Я сглотнула. Но врать не хотелось, да и желудок поддержал её идею предательским урчанием.

— Немного, — скромно призналась, потупив взгляд.

— Вот и прекрасно! Пока ждем отца, можно и перекусить! — с восторгом подытожила Алина, уже увлекая меня в сторону столовой.

Ну что ж, если этот мир и дальше собирается встречать меня не пожизненным хаосом, а заботливыми тётушками и обедом — я очень даже не против!