— Леандра Сержевская?
— Да, офицер, — елейно улыбаюсь кареглазому представителю закона.
— Нарушаете мисс, но на первый раз прощаю.
— Понимаете, это не моё, а мистера Пэймана. Может быть, вы его оштрафуете?
Раз уж полицейский пытается флиртовать со мной, стоя рядом с собачьим «приветом», то и я призову все свои навыки соблазнительницы, чтобы наконец-то подгадить этому козлу.
Его псинам на мой газон можно, а мне – нет? Требую равноправия.
— Если вы застанете вашего соседа за правонарушением, сразу же позвоните, — офицер, обрадованный возможностью дать мне свой номер телефона, впихивает визитную карточку и, подмигнув на прощание, садится на свой мопед.
Серьезно, что ли? Подкат века…
Злобно смотрю на засохшее нечто и, психанув, влетаю в дом. Я на заезд опаздываю, а этот говнюк снова выгуливал своих волкодавов на моем идеальном газоне! Еще и флоксы погрызли… ну это уже край!
Убрать, говорите? Будет сделано, господин офицер!
Вдев обе ладони в полиэтиленовые пакеты, я задерживаю дыхание и хватаю вонючую плюху. Путь до козлика Пэймана занимает ровно две минуты, на протяжении которых, с моих губ не сползает злорадная ухмылка.
— Соседушка, чем обязан? — полуголый брюнет радушно распахивает дверь, сканируя меня с головы до спортивных слаксов. — Соль закончилась?
Кубики у него, конечно, закачаешься… но вечные оргии, мешающие спать и непрекращающиеся какашки не стоят всего этого.
— Твои волкодавы снова нагадили на мой газон. Мне чуть не вкатили штраф! — рявкаю я, вспомнив причину своего прихода.
— Ну, так убери, Леа. Ты же женщина, вроде как.
Кобелина. Шовинист. И наглый хрен!
— Так я убрала, — воркую я, и вытаскивая ладонь из-за спины.
«Подарочек», оставленный на вражеской территории, возвращается к своему законному хозяину, ну не к самому, конечно, но, если уж ты занимаешься передержкой псов, так держи их жопки подальше от моего участка!
Приятно, что брюнет оказывается спортивный малый, ловит какаху на лету и инстинктивно зажимает в кулаке.
— Стерва! — рычит сосед, отбрасывая «супер-приз», и пытается меня догнать, но куда ему. Из глубины дома слышится собачий лай и два дога сбивают своего временного хозяина с ног. — Попадешься мне еще, ведьма белобрысая!
— С нетерпением жду! Только душ прими, а то воняешь! — скалюсь напоследок, и с чувством выполненного долга иду к себе, на ходу вызывая такси.
Настроение моментально улучшается. Видимо, я действительно стерва, но так их, козлов напыщенных!
— Мистер, Дауни, я поехала! Поцелуешь мамочку?
За спиной слышится шелест крыльев, а через мгновение на плечо опускается мой обожаемый птиц. Туканчик. Люблю экзотику, могу себе позволить.
И назвать тукана в честь любимого Дауни младшего, тоже. И, хоть, мерзкий Пэйман и издевается, что мой красавчик оправдывает свое имя – это далеко не так. Туки знает где его корм, и где нужно делать все свои дела.
Коготочки легонько царапают кожу, когда, подавшись вперед, он трется рыжим клювом о мою щеку и улетает к себе. Клетка Туки стоит рядышком с моим новым приобретением: эксцентричная картина с девушкой-змеей, красивым мужиком и огромным деревом, рядом с которым тусуется котейка. Куда же без пушистых-то?
«Ваше такси прибыло. Маршрут Клуб стритрейсеров «Витчес»*» — сообщает электронный помощник Сири. И правда за окном меня уже ждет серебристый беспилотник. А в клубе заждался спортивный Авдюша. Чемпион!
Несмотря на то, что владелец клуба никогда не принимает участие в наборе, оставаясь беспристрастным, новый соискатель на рента-драйвера** настоятельно попросил, чтобы сама Леандра Сержевская протестировала его.
Мне не сложно, а человеку – приятно.
— Притормози, — требую я у робота, и не могу скрыть самодовольный оскал, заметив, как сосед поливает своих волкодавов из шланга. — Хорошего дня, соседушка!
Это же Лас-Вегас, детка! Здесь все приветливые и дружелюбные. Особенно за городом.
* Витчес – ведьмы. Witches – перевод с англ. языка.
** Рента-драйвер – пилот, который сам платит команде за участие в гонках (вместо того, чтобы команда платила пилоту). Чаще всего это богатые люди, желающие попробовать себя в автогонках.
Леандра пока еще не подозревает, какие уроки приготовила ей судьба. Но без приключений точно не обойдется! 😊
Вас ждут: противный сосед, любимый тукан, загадочный мир Северия, попаданка и…
❤❤❤
Акция 1+1 в честь дня рождения автора (→ )
Низкий поклон создателям климат-контроля и шикарным дорожным полотнам. Встань я в пробку где-нибудь на разбитых колдобинах и с открытым окном, нагоняющим в салон огненную пыль – откинула бы копыта мгновенно.
Я обожаю Лас-Вегас. Жизнь в городе кипит словно вечный двигатель, подпитывающийся от адреналиновой энергии приезжих и местных бунтарей. А ведь только живущие здесь знают, что Вегас — это не только великолепный город под землей, но еще и гребанная пустыня!
Ну, и кто тут самый умный – тот я, урвала себе отменный домишко: белоснежная вилла, кругом озера, наглый сосед…
При всей моей выносливости и приверженности к спорту, в особо жаркие дни я предпочитаю оставаться дома, и не выезжать в город. Сидим с Дауни младшим около бассейна, и чилим, наслаждаясь: я – коктейлями, тукан – бананами и ягодами. Правда иногда этот стервец срывается и летит разорять гнезда или выковыривает пауков из земли. Прямо, как сейчас!
— Туки, фу! Быстро лети в дом! — громко рычу я, вовремя включив камеру слежения на телефоне. Слава умным домам.
Несостоявшиеся жертвы расхитителя чужих яиц выдыхают, заливаясь мелодичным пением, а мой красавчик обиженно крякает, смотря прямо в камеру, и обратно влетает в дом.
«Правильно, лучше бананы ешь. Развивай филантропию».
Переключаю камеру на задний двор и сканирую периметр на предмет соседских псов, и, точно по расписанию, замечаю этого мускулистого козла, разгуливающего по моему газону в одних шортах.
Пакостить пришел? Ну, я тебе…
Всего лишь одна кнопка и включается полив.
— Хм, воды значит мы не боимся, да? — разговариваю сама с собой, радуясь, что за рулем нет настоящего водителя. — Газонокосилку тогда лови.
Вот тебе и бесстрашный сосед! Тикает, как Усейн Болт в лучшие годы.
На трассу я приезжаю довольная собой и сильно выспавшаяся. Законы Невады суровы, но… это же Вегас, детка! Да, и я первоклассная красотка. Умудрилась договориться с нужными перцами, и вот он, моя прелесть – закрытый Клуб стритрейсеров «Witches».
Под самим Лас-Вегасом находится гигантский мол на полгорода с фонтанами, кучей ресторанов, разнообразными магазинчиками. Вы можете даже не вылезать на поверхность, наслаждаясь искусственным небом, и локациями разных эпох от каналов Венеции до развалин Древней Греции. А вот уже на поверхности, вся дорога утыкана крутыми увлажнялками для воздуха.
И… левее всего этого великолепия находится моя любимая трасса. Предмет гордости Леандры Сержевской: выделенные полосы под заезды, боксы, закрытый парк. Мой персональный рай.
— Алоха, ведьмочка! — басит бородатый Деймон, которого мы ласкового зовем Демоном. Ну а кто он, если в радушном состоянии стискивает в объятиях так, что мои серые глаза практически вываливаются из орбит, грозя превратиться в стекляшки.
— Задушишь и зарплату не получишь! — выдыхаю, отбегая от него на несколько метров.
Замечаю своего обожаемого Авдюшу. Болид блестит, зазывая хозяйку скорее подойти и поздороваться.
— Ну и где этот смертник? Ой, то есть, рента-драйвер, конечно же.
— Судя по твоему настрою заезд будет веселым, — ухмыляется моя правая рука и останавливает, когда, бережно погладив боковину Ауди, я направляюсь к выходу из ангара: — Боксы пустые! Опаздывает, пузатик.
— Оу, тогда выкатывай нашу старушку. Прокатим очередной кошелечек, возомнивший себя секси-мачо.
За что я люблю Демона (братской любовью, конечно же), так это за безоговорочное исполнение «приказов». Этот мэн с детства со мной на одной волне. Обожаю такое:
— Леа, может Хондочку? Там как раз колесо сдувает, скажем, что это из-за его веса…
— Ремонт за счет клиентов? Где тут мой ремень? — скалюсь я, шутливо взывая к совести друга.
Ну приколы, приколами, а рисковать своим имиджем – это не дело.
— Очень мило с вашей стороны, но я приехал на своей, — голос, доносящийся от дверей, слишком уж мне знаком. До зубовного скрежета, просто.
— Давно не виделись, соседушка! Серьезно, Пэйман? Надеешься, что обгонишь меня на своем маслкаре?
— Придется попотеть, — скалится кобель. — Я кое-что пообещал одной белобрысой ведьме.
— Неужели не гадить на газон?

— Я тебе поддался, соседушка… бе-бе-бе… Ну, козел, же!
— Кряк! — поддакивает мне Дауни младший.
Вот не зря говорят, что ласковый тукан умнее всякого мужика… и не бесит.
— Изи, крошка. Может ты ему понравилась, и он так подкатывает? — хихикает Айви, показывая мне свое новое приобретение по видеосвязи.
— Загаживая мой газон, и устраивая визжащие оргии по ночам?
— Ну-у… не идеальный мэн. Пустыня… бедуины.
— Иди ты! Просто ну как?! Его тачка физически не могла меня обогнать. Я же богиня стритрейсинга… ну анрил.
На самом деле я злюсь на себя, что, приняв противного Клерхена за лузера-новичка, я уступила ему прогревочный круг! Да я бы и боевой упустила, если бы вовремя не собралась и не вдавила тапок в пол.
Я же теперь не успокоюсь, пока не узнаю сколько лошадей он засунул под капот своей развалюхи. Ну, где это видано, чтобы потрепанный Доджик уделал мою Ауди. Ребята же ее подшаманили и разогнали до сотни за три секунды и что? Пэйман, ухмыльнувшись своими острыми клыками, позволил мне вырваться первой и устроил жёсткий сплэш-энд-дэш…
— Леа! Очнись от кровавой расправы над своим соседом, — окликивает меня голос Айви. — Детка, ты точно не приедешь? Пиратская вечеринка-а-а!
— Ничем не отличается от сотни других ежедневных тусовок Вегаса. Я пас, котик. Бассейн и кокосовый шейк меня заждались.
— Какая же ты зануда! Чао-мучачос.
Да-да… это новичку, вроде Айви еще интересны ночные тусовки и последующие приключения, а я уже выросла из этого. Конечно, так пафосно прозвучало, но уж как есть.
Замутив себе вкуснейший коктейль, и, сдобрив его дополнительными кубиками льда, я режу бананы для Туки и быстро переодеваюсь в купальник.
Жара адская. Хоть и вечер, а духота неимоверно сушит кожу, маня погрузиться в живительную воду.
Парное молоко…
Кайф.
Проплыв один ленивый круг, я переворачиваюсь на спину, и пластаюсь звездочкой, едва заметно шевеля пятками.
— Кряк! — Дауни спрашивает, как водичка.
— Оу, май гад, оу, май гад! — доносится из соседней виллы…
Гад, ну точно гаденыш. Редкостный!
Он же издевается… козлина с мышцами.
Абстрагироваться и вернуть себе былое умиротворение у меня уже ни черта не выходит. Попробуйте не замечать громких стонов и криков, сопровождающихся шлепками.
Он… что? Вытащил телевизор и нарочно врубил динамики?!
Так, где там эта визитка, оставленная утром полицейским…
Ну держись, козлинка Пэйман! Не долго тебе осталось меня изводить. Надеюсь, что доблестные стражи порядка примчат настолько быстро, что соседушка не успеет натянуть свои штаны, и прямо так в участок и отправится. А я так уж и быть помашу ему стартовым флажком и устрою душ из шампанского.
— Гарри Сайлз, слушаю, — вкрадчивый голос интересуется кому же он понадобился в столь поздний час, и, узнав, что это я, утренняя нарушительница газонов собачьими экскрементами, тут же воодушевляется, предлагая мне приехать в ночной клуб.
— Офицер Сайлз, тут мой сосед. Снова нарушает, а вы говорили сразу же позвонить, как только замечу, — пытаюсь быть любезной насколько могу.
— Детка, моя смена закончилась. Лучше приезжай сюда и развлечемся.
Понятно, еще один… рогатый.
Ну, что ж. Я, черт возьми, пыталась быть милой.
Быстро переодеваю мокрые купальные трусы на сухие и впрыгиваю в первые попавшиеся шорты. Берегись, соседушка. Мстя уже близка.
Ничего острого и тяжелого я, разумеется, брать не буду. Зная этого противного хорька, он же на меня потом и заявит, а вот пригоршню кайенского перца для одной наглой морды – не пожалею.
— Кряк! — Тукан Дауни младший тоже преисполнен решительностью отстоять хозяйский покой и летит рядом со мной, обдавая затылок своей пернатой поддержкой и ветерочком от крыльев.
— Сама мисс Леандра Сержевская пожаловала! Присоединишься? — противно ухмыляется верзила Пэйман.
Снова в шортах и без футболки, сидит себе, развалившись в шезлонге. И действительно, смотрит запрещёнку для взрослых, усиленную сабвуфером.
— Что, Клерхен, обучаешься, как правильно пользоваться своим сморчком?
— Так я умею. Показать?
— Себе покажи! — рявкаю, надвигаясь на напыщенного придурка. — Даю тебе пять минут свернуть свои эротические игрища на одного и вызываю полицию.
Пэйман поднимает ладонь и жестом демонстрирует «окей».
То-то же! Довольная, я разворачиваюсь в сторону своего дома и едва ли удерживаю равновесие. Левую ягодицу опаляет жаром от громкого шлепка.
— Кряк! — негодует Туки.
— Сволочь! — визгливо кричу я.
— Ведьма! Мои глаза! — верещит мой любимый соседушка, чихая и втирая в глаза еще больше жгучего перца.
«А теперь… бежим!» — решаем одновременно с туканом и шустро несемся на свой участок, перемахивая через забор.
Кто ж их знает, этих неадекватных собачников-то…
В своем домике мне будет как-то спокойнее. А надумает жаловаться, так я след от его огромной лапищи на своей нежной попе предъявлю! Нет во мне стыда и совести.
И вот, спустя полчаса, и порции ягодного мороженого, я слышу громкий стук во входную дверь.
— Мистер Клерхен Пэйман. Впустить? — сообщает электронный помощник.
Да, щаз-з. Пусти козла в… свой дом.
Осторожно выхожу через заднюю дверь и прокрадываюсь через сад. Гад уже отошел после перцового скраба и выглядит если не злым, то жаждущим мести, так точно.
— Соседушка, чем обязана? Предупреждаю, у меня электрошокер!
Нет у меня ни шиша… только тукан, на плече. Дауни воробей – гроза соседей, пауков и бананов…
— А что перец уже весь извела, стерва?
— Для тебя найдется целая банка.
В нескольких метрах от Пэймана появляется черный дым, который становится насыщеннее и стелется по кругу.
— Ну, ты и козел! Решил поджечь мой газон? — рявкаю я, стремительно несясь к источнику огня.
Огня нет, только дым. Много странного клубящегося дыма…
— Ты совсем что ли больная? Сдалась ты мне тысячу лет.
— Да, конечно… — рычу: — Бросил свой вонючий вейп на мой газон? Откуда этот черный дым?
— Сжигаешь жертв своей дикости? — ухмыляется гад и также подходит ближе.
Странный круг становится больше, и устойчивая земля резко уходит из-под моих ног.
Ветер забивается в уши, так словно я спрыгнула с параплана и лечу вниз, только парашюта-то у меня нифига нет!
— Кря-я-як, — голосит совсем рядом любимый Туки.
Сама в шоке…
Летим мы недолго. И с громким визго-кряком, словно две кучки сена, приземляемся в ледяной снег и кубарем несемся вниз, сбиваясь в огромный сугроб.
Какого ч-ч-чёрта тут снег?! Кучи снега и… дубак. Лютый дубак! Градусов сорок на вскидку, со знаком минус! А я… в шортах и лифе от купальника…
— Ту-у-уки! — отстукиваю зубами стуки.
— К-к-ако-о-ого хре-е-ена?! — орет мой Дауни младший голосом Пэймана и навзничь зарывается рыжим клювом в сугроб.
Прогревочный круг – круг, который гонщик прелдолевает в относительно медленном темпе, стараясь при этом нагреть резину шин до оптимальной температуры. После прогревочного круга, гонщик сразу же уходит на боевой круг, разгоняяся максимально быстро вплоть до финиша.
Сплэш-энд-дэш – буквально переводится как «плеснул и рванул».
Душ из шампанского – победителям гонок после награждения кубков и гимнов, на подиуме вручаются бутылки с шампанским и они, взболтав его, поливают друг друга и всех, кто находится рядом, отмечая таким образом успешный финиш в гонке.
Щипать себя бесполезно. Всё тело и без этого полностью покрылось гусиной кожей размером с обожаемую туканом голубику. Выплевываю кучу снега изо рта и, скукожившись, поднимаюсь с колен.
— Как… т-тьфу, — отплевываю еще и ветки. — К-к-ако-о-ого хре-е-ена происходит?! — вопрошаю и я…
Снежная мерзлота отвечает тишиной и падающими на голову снежинками.
— Чего ждем? Колдуй.
Кажется, от резкого перепада температур у меня отказал мозг и появились слуховые галлюцинации. Потому что тукан так и лежит черным комочком на снегу – молча. Подцепляю бедолагу замерзшими пальцами и прижимаю ледяное тельце к груди. Нужно было расщедриться на силикон, авось и пташке моей было бы теплее…
Хотя согреть сосульку сосулькой просто анрил. Неужели так и задубеем тут? Кстати, где мы…
Сланцев касается что-то теплое и пушистое, совсем не похожее на глюк. Но оно… разговаривает!
— Т-ты кто?
— Полярная лиса! — гордо пищит по виду обычный песец. Белый, но песец же…
Просто писец!
— П-по-очему тут та-а-к холодно? — зуб на зуб уже не попадает.
— Так согрейся!
Очевидно, что на моем лице эта пушистая, и, явно не мёрзнущая жопка, прочитывает «перегрузку серверов» и, проворчав какие-то странные слова, переходит на человеческий:
— Это что же тебя послали на нашу голову? — писец, который песец, разве что лапой по своему крохотному лбу не ударяет: — Колдуй, говорю!
— А поп-подробнее можно? М-мы, в-вообще, где?
— И за что мне это? Эх… ты в Тар-данарии – это, знаешь ли, огромная вселенная, связанная великим древом! Ну а мы сейчас в Северии, городок Стрилёднево. Хочешь еще что-то узнать или не будем ждать пока твой… с клювом окончательно задубеет.
В ответ на его дичь, я от души чихаю, и с ужасом понимаю, что крылья Дауни прилипли к моей груди, а сам тукан не дышит и не шевелится.
— Послал, конечно, темный мир…. Ведьму… — костерит меня песец. — Ты чего стоишь-то? Одевай вас, давай!
— Ну так д-дай мне одежду? — стучу зубами, рискуя оставить их прямо тут – в сугробе под ногами.
— Тебя как зовут-то, ведьма? — флегматично интересуется пушистая зараза, разваливаясь на снегу, как последняя… свинья!
— Л-Леа. Леандра С-сержевская. С-с-сам ты ведьма!
— Я – полярная лиса! А ты потомственная ведьма, Леандра Сержевская… колдуй.
— Чем?!
— Руками! Наговорами и вообще…
— Я?! Т-ты сдурел, что ли? Не умею я… я-я-я стри-итр-рейсерша. П-писец какой-то.
— Да хоть зельеварщица! Колдуй, давай! У тебя тукан сейчас заледенеет, — скептически оглядывает меня пушистый и белый песец. — Хотя он, по-моему, уже того… снеговиком стал.
Да, как? Мой Туки… трясу своего любимого птица и обещаю ему лучших бананов и самых жирных пауков. Только бы не снеговиком! Я же тут совсем одна, а с песцом мы точно не подружимся.
— Прислали же на мою голову, — ворчит пушистый, подтверждая свой противный характер. — Повторяй за мной, ведьма: ветра, горы и снежный буран, смилостивьтесь над никчемной мной. Пусть дух шерстяного прядила придет и обует мои пятки в валеные сапоги, пусть бог тулупов из собачьей шерсти оденет мой стан родной. И на тукана своего я свитера натяну теплого, ибо…
— Ты и-издев-ваешься? — перебиваю песца.
— Да.
— Т-ты-ы… н-не песец, т-ты скунс п-противный.
Наглая морда ухмыляется и на серьезных щах говорит представить, как я действительно одеваю нас с туканом в теплые вещи и согреваю…
Легко сказать блин.
Сильно зажмуриваюсь и шепчу про те самые валенки и тулуп. Понятия не имею, что это за фигня и как она выглядит, но если песец и в этот раз меня надурил, то нам с Дауни младшим придет конец.
Верните меня обратно! Я люблю Неваду! Я обожаю Вегас! Я буду вечно убирать газон и желать доброго утра гадкому Пэйману…
Ногам становится тепло, плечам и туловищу тоже. Открываю глаза и вижу свои ноги в огромных серых сапожищах. Визуализирую себе джинсы и шапку, но выходят только лишь розовые шерстяные лосины и какая-то дурацкая шапка со свисающими ушами.
— Ну вот… и валенки и свитер… — довольный писк добавляет свою ложку дегтя: — Любишь ты розовый цвет… даром, что блондинка… можешь звать меня Русланом, побуду пока твоим помощником. В фамильяры не пойду! Отмороженного своего прихвати и пойдем в дом.
Фамиль что? Хорек противный!
Вытаскиваю из-за пазухи Туки в маленьких валенках и свитере… розовых.
И куда я попала? Ледниковый период… а вместо белки – чокнутый песец!
Не забываем
|