Ведьмочка для лорда

Книга написана при участии Анны Корчменной
Кассандра

Я остановилась у двухэтажного каменного здания с вывеской: трактир «Спящий медведь» и набрала полную грудь воздуха. Даже находиться в этом районе плохо для репутации, а мне нужно войти внутрь.

Защити меня богиня, но иначе никак. Ты сама учила, что за любовь нужно бороться всеми силами.

Приглушённые крики, ругань и явно нетрезвый хохот пугали. Потоки магии на этих улицах отдавали гнилью и тухлятиной. Гадость. Я не знаю места более мерзкого на вкус, чем улицы восточного Алордиана, район, где живут бедняки, воры и те, кто пытается спрятаться от света богини. Заходить внутрь не хотелось, но мне сказали, что только здесь я смогу найти человека, который проведёт меня до столицы через руины Падших.

Помещение встретило меня таким зловонным перегаром и потом, что я не выдержала и зажала рот и нос платком. Богиня, как здесь можно находиться? У меня даже слёзы на глазах выступили, и это я магию осознанно не слышу.

Другой рукой я приподняла юбку, чтобы подол не касался грязного, заплёванного пола.

Стараясь привлекать как можно меньше внимания, я направилась к стойке, но все как специально обернулись на меня. Десятки пар глаз, затуманенных алкоголем. Хорошо, что я не предрасположена к ментальной магии, даже представлять боюсь, что у них на уме. Кто-то ухмылялся, обнажая ряд жёлтых зубов, другие чесали неухоженные бороды и животы, обтянутые замызганными рубахами.

Богиня, дай мне сил преодолеть все испытания достойно и встретиться с Лиамом!

Воспоминание о возлюбленном придали мне сил, и я наконец добралась до единственного островка света в этом головокружительном кошмаре. Крупный мужчина в тёмной рубашке с ухмылкой окинул меня взглядом. Я заметила, что правая бровь у него рассечена. Рана недавняя, но уже заживает. Похоже, шрам останется, если не обратится к лечащему магу.

— Чего желаете, мисс ведьма? — спросил он, наполняя стакан мужчины, сидящего через стул от меня.

— Наверняка зелёного чаю с фруктиками, — оскалился последний.

— Нет, благодарю, — я старалась говорить как можно увереннее. — Мне нужен проводник.

— Куда? В приличный район Алордиана? — хмыкнул бармен.

Я крепче скомкала в кулаке кружевной платочек. Богиня, я знаю, что ты здесь. Одари меня уверенностью.

— Мне нужно в столицу, — я вскинула голову, пытаясь выглядеть решительнее. — Через руины Падших.

Бармен и мужчина прыснули со смеху. Все, кому я говорила об этом, реагировали так же.

— Дорога опасная, знаю, но и заплачу я очень щедро. Не сразу, конечно, — пусть не считают меня глупой. — Сначала залог, а остальную часть на той стороне руин.

— Ну-ка, ну-ка, — мужчина подсел ближе. — И за сколько ведьмочка надеется купить самоубийцу?

— Вы согласны? — обрадовалась я.

А что? Он крупный, явно привычный к тяжёлой работе и закалён в трудностях. Ну, выглядит неопрятно, но это мелочи. Я смогу вытерпеть. К тому же магия в руинах наверняка ещё неприятнее на вкус, а путь неблизкий.

— Пять тысяч сейчас и тринадцать на той стороне. А ещё благодарность от лорда Лиама Рэйквела, — я улыбнулась и добавила с гордостью. — Он мой жених.

— Пять тысяч? И откуда же у такой милашки столько денег? Покажи-ка.

— Сначала пообещайте, проведёте или нет, — я насторожилась. — Я настаиваю на чётком ответе.

— Само собой. Если деньги настоящие. Не краденые и не зачарованные.

Бармен в этот момент недовольно качнул головой. А я оскорблённо вскинула подбородок.

— Конечно настоящие! Я — младшая из рода Ариган. Мы небогаты, но и не нищие, — я вытащила из корсета несколько купюр. — Вот!

Мужик взял верхнюю, придирчиво рассмотрел и поднёс к свече. Потом хмыкнул и раньше, чем я успела возразить, подпалил край. Огонь схватился за бумагу, и мужчина поспешно погасил его.

— Охрен…

Договорить он не успел.

Все, кто был в зале, вскочили со своих мест и рванули к нам. Кто-то потянулся к купюре в руках мужчины и тут же получил по лицу кулаком. Завязалась драка. Я вскочила со стула, но меня тут же прижали к стойке, схватив за горло.

Попыталась вырваться, но безуспешно. В висках застучала паника, когда я почувствовала, что мой корсет ощупывают. Вокруг звенели бутылки, все кричали, кто-то споткнулся, кого-то сбили с ног. Плохо дело!

— Прекратите! — попыталась докричаться до них. — Немедленно! Или я превращу всех в камень! Я из Академии ведьм!

Само собой, ничего подобного я не умела. Удерживающего меня мужчину ударили бутылкой, и нас осыпало битым стеклом. Он отпустил меня и сполз на пол, а я рванула в образовавшуюся брешь и прижалась к стене рядом со стойкой.

Богиня!

Многое я слышала о таких местах, но ощутить всё на себе — это слишком!

Рядом со мной упал тот мужчина, с которым я почти договорилась пройти руины. Лицо его было разбито, из носа шла кровь

— Давай сюда деньги, — гнусаво заявил он и потянулся ко мне.

Какой ужас! За что мне всё это?!

Я зажмурилась, но, когда чьи-то потные пальцы снова коснулись шеи, вскрикнула и бросила перед собой деньги, которые прятала в рукаве.

— Вот! Заберите! Только не трогайте меня!

Крики и ругань ненадолго оглушили. Я села, поджав к груди колени и обхватив голову. Не знаю, сколько я просидела. Крики понемногу стихли, но я не могла поднять глаза, пока кто-то не тронул меня за плечо.

— Нет! Я всё отдала! У меня больше нет денег!

— Успокойся, — от моего лица мягко, но настойчиво отвели руку, и я увидела бармена. Под левой скулой красовался новый синяк.

Мужчина помог мне встать. Посетителей в зале уже не было. Почти все столы перевёрнуты, пол искрится от битого стекла и тёмных луж, надеюсь, с вином, а не с кровью.

Бармен взял уцелевший стул. Мазнул по нему тряпкой и поставил, предлагая мне сесть.

Я увидела в его глазах странную смесь сочувствия и снисходительности. Почему-то от этого взгляда я едва не расплакалась. Слабая и бестолковая, так обо мне и говорят. А ещё доверчивая. Последнее обиднее всего. Что плохого в том, чтобы не видеть в окружающих негодяев и подлецов? Впрочем, ответ у меня перед глазами. Разгромленный бар, отнятые деньги. Моя наивность ещё и этому человеку хлопот доставила.

— Простите меня…

— Ничего. Здесь всякое бывает. Главное, что цела осталась. Молодец, что сразу отдала деньги.

— Что мне теперь делать? — я всхлипнула. — У меня ничего не осталось. А я должна добраться до столицы. Меня жених ждёт.

— Лучше найди себе кого-то на этой стороне, — хмыкнул он и поставил передо мной стакан. — Выпей, полегче станет.

— Разве у любви есть география? — возмутилась я и взяла напиток. Но едва поднесла к губам, в нос ударил резкий запах. — Это алкоголь? Благодарю, но незамужней девушке не пристало пить подобное, да ещё и в компании незнакомца, — я вернула стакан обратно и посмотрела в окно. Был глубокий вечер, и сердце сжалось. — А, скажите, нет ли где-нибудь места для ночлега? — невольно коснулась корсета и с дрожью добавила. — Бесплатного. Может, хлев?

— Туда отправится часть тех, кого ты спонсировала, — хмыкнул бармен. — Они и трезвые неприятны. Незамужней девушке там лучше не показываться.

Он покрутил отвергнутый стакан и, обойдя стойку, сел рядом со мной.

— Я тебе так скажу. Твоих денег не хватит, чтобы найти здесь проводника. Никто не сунется в руины ни за деньги, ни под страхом смерти. Лучше морем.

Я покачала головой.

— Никто не пойдёт в руины, — повторил бармен. — В здравом уме уж точно.

— Понимаю. Но мне нужно. Морем я не смогу, не получится. Меня не возьмут на корабль, без денег тем более. Там мой дом и главное, жених, моя любовь. Вы, — я набрала воздуха в грудь, — знаете безумцев? Тех, кто согласится?

Мужчина посмотрел на меня долгим взглядом, а потом залпом допил и поднялся. Я вздрогнула от неожиданности, но быстро успокоилась. Бармен обошёл стойку и присел у одного из шкафчиков. Некоторое время он искал что-то, а потом поднялся и бросил на стол обрывок пергаментной бумаги, на котором блестели ещё не высохшие чернила.

— Вот. Настоящий псих, как тебе и надо. Не знаю, возьмётся ли. Не ручаюсь, что тебе понравится путешествовать с ним, но если кто и возьмётся, то только Рауль.

Рауль

В мире нет ничего хуже, чем кровь сквонка. Не самая опасная тварь в руинах, но однозначно самая мерзкая. Напоминает сгорбленного ребёнка, кожа которого густо покрыта родинками и бородавками. Если приходится убить или, демоны, разобрать на ингредиенты... Иногда мне кажется, проще снять с себя кожу и подождать, пока отрастёт новая, чем отмыться от этой дряни. И это я оставляю немало денег в лавке алхимиков, скупая самые мощные мыльные растворы. Хорошо, что платят за ингредиенты неплохо.

Вылив на голову хрен знает какое по счёту ведро, я прочесал сильно отросшие волосы и потянулся. Надо побриться, и я готов тратить честно заработанное…

Стук.

Время позднее, с добрыми намерениями никто уже не ходит, на отшибе Алордиана точно. Последняя линия домов, здесь даже бедняки не селятся, только охотники. Дальше кладбище, а за ним — руины Падших. Фактически, мы и есть черта между живыми и мертвецами.

Стук повторился. Значит, человек, а не забредшая с руин тварь, те редко стучат. Что ж.

Стянув со скамьи полотенце, я обмотал его вокруг талии. Жаль, визитёр не зашёл тремя часами ранее, я б встретил при параде. Весь в кровище, от которой несёт так, что глаза слезятся. Придётся впечатлять только мокрым торсом с паутиной шрамов.

Выйдя из бани, я не забыл прихватить стоящий у стены топор. Перед дверью остановился и прислушался к ощущениям.

Запахов не слышу, но воздух слегка звенит, будто комариный писк. Магия. М-да.

Ещё хуже, чем я думал. Тихо отступил от двери и уже собирался вернуться в баню, но стук повторился настойчивее.

Не уйдёт. Маги ещё надоедливее монстров.

Закинув топор на плечо, я распахнул дверь. На пороге стояла ведьма в красно-белом платье в пол, они все так одеваются. Я ухмыльнулся, скользя взглядом снизу вверх, и уже набрал воздуха, чтобы послать её в пекло, но когда взгляд остановился на лице, осёкся.

Волосы серые, видно поэтому я услышал, как воздух звенит. Магия у неё есть, и немало. Они седеют, когда много пользуются силой, хотя эта мелкая совсем, судя по лицу. Выпускница? Тогда ей лет семнадцать-восемнадцать. Либо у неё большой потенциал, либо очень усидчива. Наверно из бедной семьи, раз так старалась поседеть.

— Что? — спросил первым, потому как нежданная гостья явно не спешила вступать в контакт.

— Богиня! — вскрикнула она мелодичным, как хрусталь, голосочком и попятилась, прижав к губам кукольные, будто фарфоровые ручки. — Вы… нет… я пойду… вы не одеты!

Она зажмурилась, а белоснежная кожа быстро заливалась пунцовой краской.

— Ладно, — я пожал плечами и закрыл дверь.

Эх, зря раньше не зашла, мне даже интересно, как бы она на кровь отреагировала. Смешная, конечно, но пусть уходит. Не хочу с ней возиться.

Поставил топор у стены и уже пошёл обратно, как услышал новый стук.

Да, ведьмы определённо надоедливее монстров.

— Что? — открыл дверь второй раз, позволяя мелкой сделать ещё одну попытку объясниться. — Да, я всё ещё не одет и не оденусь минимум час, а то и больше.

На её лице отразилась забавная смесь смущения и решимости. Ладно, послушаем.

— Меня зовут Кассандра Ариган, — скороговоркой выдохнула ведьмочка заученную речь. — Многоуважаемый господин Серхио Крамос порекомендовал мне обратиться к вам. Вы ведь Рауль Гонсалес, верно?

— Верно.

— Я — Кассандра Ар… ах, простите, я уже представлялась, — она смущённо опустила взгляд, видимо поняла, что смотрит на полотенце, и мотнула головой. — Господин Серхио сказал, что вы можете провести меня через руины Падших в столицу. Только… он говорил, что вы опытны… Я представляла ветерана и немного запуталась. Вероятно, вам это всё же не по силам.

Признаю, это задело. Я даже поднял подбородок, чтобы высказать ей всё, что касается ветеранов, но сдержался. Ей и десяти не было, когда мир свалился в демонскую задницу и явил нам сраные руины. Чего ещё ждать?

— Ветерана чего? Войн уже лет семьдесят как не было. Думал, это в академии преподают, но ладно. Если ты ищешь ветеранов, то кладбище начинается прямо за моим домом. Я могу ещё чем-то тебе помочь?

— Простите, — пролепетала она. — Я высказалась неучтиво. Немного растерялась из-за вашего… внешнего вида, — она снова скользнула по моему торсу взглядом и покраснела ещё гуще. — Мне очень нужно в столицу, пожалуйста, — она опустила голову. — Только денег я сейчас предложить не могу. Но по прибытии отдам вам, скажем двадцать тысяч. Честное слово.

Честное слово, ну надо же.

— Морем плыви. Долго, но шансов выжить куда больше. Хотя… пока ты до побережья дойдёшь, уже осень будет, а там никто носа из порта не высунет до весны. В любом случае, потеряешь четверть года, но хотя бы жива останешься.

— Меня не возьмут. Только в сопровождении мужчины-родственника, либо супруга, — девчушка вздохнула. — А я ведь к будущему супругу как раз и спешу. Да и семья моя на той стороне. Конечно, мама и отчим могли бы приехать, но старшая сестра выходит замуж. Это важнее.

Понятно. Тебя все кинули, и никому ты не сдалась. К магам после появления руин относятся совсем плохо. Могу предположить, что раз никто не стремится её забрать, значит, не сильно-то нужна.

— Какой магией ты владеешь?

— Я — выпускница Академии Ведьм. Закончила с отличием свою предрасположенность, — удивительно общими фразами ответила Кассандра.

— Это боевая предрасположенность? — хотя я уже видел, что нет.

Она поджала губы.

— Просила бы я о помощи полуобнажённого незнакомца, будь у меня такая предрасположенность? — дёрнула плечиком. — Увы. Я бытовой маг. Специализация — кулинария.

Потрясающе.

— Тебе лучше выйти замуж за кого-то из местных, обогнуть материк морем, развестись, а после выйти замуж за кого ты там хотела. Я говорю это не из-за упрямства или сомнений в своих силах. Ты можешь обойти все города и спросить всех охотников, которые не боятся отходить от границы, тебе ответят так же.

— Я не могу развестись! Нужно будет просить личного разрешения короля. Лиам точно меня после этого не примет. Да и для семьи я стану вечным позором. Супругом можно назвать лишь одного человека. Разве может быть иначе? — ведьмочка побледнела. — Значит, вы отказываетесь?

— Совершенно верно. Не хочу быть виноватым в твоей смерти.

— Но, — девчушка хлопнула ресницами, — если я останусь здесь, то тоже умру. Мне даже ночь переждать негде. А деньги, которые были при себе, украли мерзавцы в трактире, — она положила ладонь на горло. Кожа скрыта высоким воротом, но, уверен, там следы того, что силой отобрали. — Господин Серхио не хотел меня оставлять в хлеву, потому что там тоже опасно.

Серхио, чтоб тебя. Не захотел возиться сам и сплавил девку мне? Думал, послушаю сказку о любви и растаю? Он явно меня с кем-то путает.

— Можешь переночевать здесь, — я отошёл от двери, оставляя её открытой. — Утром вернёшься в академию или пойдёшь искать работу по способностям, мне плевать. Гостевая комната на втором этаже, первая дверь слева. Ночью будет шумно, руины близко, но постарайся поспать. Если хочешь в баню, придётся ждать.

Я совершенно точно об этом пожалею.

Пускать ведьму в дом — плохая примета. Потому их и не берут на корабли.

Кассандра

Несмотря на невероятную усталость, я практически не спала всю ночь. Будущее страшило и казалось безрадостным.

В Академии меня не примут, я не проходила ритуал распределения, чтобы ехать работать. Мне нужно домой!

Да и как я вернусь? Рассказывала всем подряд, что выйду замуж за красавца-лорда. Пути назад нет, только вперёд…

По щекам потекли слёзы. Так хочу домой, к Лиаму! Столько лет одна здесь. Я уже и не помню, как выглядит мама! Только мысли о доме и поддерживали, а теперь, когда я доучилась и, наконец, могу вернуться, судьба обходится со мной так жестоко. Деньги отобрали. Жизненный опыт ограничен учёбой, да светским этикетом, который, как показало происшествие в трактире, совершенно бесполезен.

Как же страшно. Я осталась одна. Вдали от дома и возлюбленного. Не представляю, что мне делать.

Я в который раз посмотрела на портрет Лиама, нарисованный на первой странице записной книжки, которую он подарил мне в нашу последнюю встречу. Высокий благородный лоб, васильковые глаза, открытая улыбка. Глядя на него, сама невольно начинала улыбаться. Он будто зелье энергии, придавал сил и уверенности.

— Я смогу, Лиам, доберусь до тебя. Если никто не возьмётся меня отводить, попрошу Рауля начертить примерную карту и отправлюсь одна.

Я невольно покосилась на дверь. Хозяин дома предупредил о странных звуках, но ночь была на удивление тихой. Конечно, я слышала скрипы и стуки, но это же деревянный дом. С детства помню все эти шорохи, а мы не жили рядом с кладбищем, да и руин тогда не было.

Меня тревожило то, что хозяин дома может воспользоваться моим уязвимым положением. Ворваться в спальню и… дальше я даже представлять боялась. Сердце колотилось как бешеное. Едва подумала об этом, как перед глазами снова появилась широкая мужская грудь, испещрённая множеством шрамов, ожогов, следов, похожих на укусы. Вспоминала, как его кожа покрылась мурашками, когда подул ветерок. Я пыталась отогнать эти непристойные картины и злилась, когда не получалось. А после снова изводила себя, вслушиваясь в звенящую тишину. Вдруг шаги? Чего вообще можно ожидать от человека, который расхаживает практически голым при посторонней незамужней девушке?

Хотя имею ли я право жаловаться? Он разрешил переночевать в его доме, а ведь не обязан был.

Я прижалась губами к изображению Лиама. Страшно представить, что он или моя матушка скажут, если узнают, что я ночую под одной крышей с молодым мужчиной. Определённо, посещения женского врача будет не избежать. Как унизительно!

Да и может кто-то сравниться с моим Лиамом? Высоким, статным, со светлыми вьющимися волосами. Рауль совсем другой. Жизнь охотника выточила из его тела очень мужественную скульптуру. Волосы тёмные, а глаза цвета неба перед дождём. Да, он хорош собой, но я не могла представить Рауля в привычном мне обществе. И, конечно, ему несоизмеримо далеко до совершенства и изящества моего Лиама.

Проворочавшись в постели, я поднялась с первыми лучами солнца. Рауль накануне был столь добр, что показал мне кухню и разрешил брать любую еду. Мне хотелось отплатить ему хоть чем-то. А раз денег не осталось, попробую порадовать тем, что я умею делать действительно хорошо — приготовлю завтрак.

Зайдя в угловатую кухню с грубо стёсанной мебелью, я огляделась. В доме охотника чувствовался резкий запах мыла и обеззараживающего порошка. Видимо, после вчерашнего, Рауль почти весь вечер торчал в бане. Интересно, он всегда так волнуется о чистоте? Мне нравится. Я многое слышала про охотников, и было приятно, что они аккуратнее, чем говорят байки.

Мисс Виндельван, мой куратор, учила, что если приходится готовить, не зная вкусовых предпочтений человека, нужно довериться магическому чутью, оно само подскажет ингредиенты.

Так я и сделала. Отделившись от запаха мыла, прислушалась к магическим потокам. Это место оказалось сложным. Хоть Рауль держал дом в чистоте, запахов было очень много, и не все они приятны. Магия обрушилась на меня множеством потоков, но я не прогуливала занятия, так что это не пугало. Отделить съедобное от несъедобного было легко.

Руки будто начали жить собственной жизнью. Я лишь краем сознания понимала, что готовлю творожники с зеленью и грушевые блинчики с добавлением корицы. Хм, интересное сочетание. Я бы даже назвала эстетичным.

Неужели Рауль имеет столь оригинальный и утончённый вкус? Не подумала бы. Пожалуй, слухи и тут ввели меня в заблуждение. Ну правда, представить охотника, откусывающего здоровенный кусок от голени индейки, проще, чем разрезающего блинчики ножом и вилкой.

Едва я закончила с кофе, на кухню вошёл хозяин дома. Я улыбнулась как можно вежливее.

— Прошу прощения, что позволила себе похозяйничать. Но хотелось отплатить вам за доброту хотя бы приготовлением завтрака.

Мужчина насторожился и замер. Потом вдохнул и медленно выдохнул. На миг мне показалось, что он тоже прислушивается к вкусу магии, но нет, вряд ли. Если бы у Рауля был дар магии, он бы тоже учился в академии, разве нет? Так правильно.

— Не спала, — заметил он и сел за стол, хмурясь, будто начал чувствовать себя неуютно на собственной кухне. — Боялась, что зайду?

Я смутилась. Как понял?!

— Нет, что вы. Я была уверена, что вы честный и порядочный человек, — попыталась скрыть секундную заминку за улыбкой. — Переживала о предстоящем путешествии, — я поставила перед ним приготовленный завтрак и отошла за кофейником. — Вы упомянули вчера других охотников, не могли бы вы дать мне их адреса? Попытаюсь договориться с кем-то. Вдруг всё же повезёт, и они согласятся.

— Ты готова платить натурой и вперёд?

— Что? — я попятилась, а в глазах против воли собрались слёзы. — Да что же это? Почему? Неужели никто не поможет попавшему в беду?! — я села на край стула и уткнулась лицом в ладони. — По вашим словам, единственный вариант сохранить честь — лишить себя жизни.

Рауль покачал головой и взял кружку. Принюхался и, видимо, убедившись, что я ничего туда не помешала, отпил.

— Ты совсем не понимаешь жизнь, — сказал он. — Я почуял это ещё до того, как дверь открыл. Другие охотники тоже не поведут тебя. Никто не поведет. Руины — очень опасное место, мы не отходим дальше десяти-пятнадцати километров. Это не прогулочка по лесу. Это развалины уничтоженных и размазанных по времени городов. Если быть там слишком долго, можно сойти с ума. Ты постоянно слышишь звуки, шорохи, стоны, чувствуешь разное, видишь то, чего нет, и не видишь того, что есть. Вопрос не в навыках охотника, а в том, что ты должна уметь бороться за свою жизнь. Потому что пока охотник убивает монстра, тебя может сожрать кто-то ещё, понимаешь?

— Я, как вы правильно заметили, ведьма, — подняла подбородок. — Да, сражаться я не могу в силу предрасположенности, телосложения и отсутствия навыков, но противостоять ментальному воздействию умею. Если вы об этом, — я посмотрела в пронзительные глаза Рауля. — У меня нет иного выхода, понимаете? Если никто не согласится, я пойду одна.

Мы снова погрузились в тяжёлое молчание. Мужчина поел. Не могу сказать, понравилось ли ему или нет, лицо никак не изменилось. Я была уверена, что получилось хорошо, но мне интересно, угадала ли я с его вкусами. Но, видимо, мысли Рауля были где-то далеко.

— Иного выхода не будет, когда ты перешагнёшь черту, — заговорил он, положив приборы на пустую тарелку. — Напомни, как зовут твоего жениха?

— Лиам, — я немного удивилась столь неожиданному вопросу, но тут же схватилась за ниточку надежды. — Лиам Рэйквел. Он из рода высших лордов, вы наверняка слышали. А значит, сможет щедро вас отблагодарить за опасное путешествие. Так вы поможете?

Я вложила в голос столько мольбы, сколько могла. Заметила, что даже вперёд наклонилась, но не стала отстраняться, хоть это и было неприлично.

Мужчина молчал, глядя сквозь меня. Когда я совсем извелась и уже готова была, не знаю, падать на колени и умолять в слезах, он спросил:

— У тебя есть магические сумки большой вместимости?

Кассандра

— Одна есть. Саквояж, — я боялась поверить, что вопрос задан не просто так. — Они дорогие. Мы могли только одну себе позволить... Рауль, — голос всё же сорвался в шёпот. — Прошу вас, помогите.

Он не спешил с ответом, решая что-то для себя. Пожалуй, правы были все те люди, что смеялись надо мной, когда я рассказывала об идее перейти руины. Говорили, что магов тянет в них. Может, меня и правда туда тянет. Никто не знает, откуда они взялись, но по традиции виноватыми считали магов. Многие в академии и правда пытались понять, откуда взялись руины и как их обезвредить.

Тогда погибло много охотников. Конечно, большая часть потому, что бравые воины, вызывавшиеся сражаться с монстрами, плохо понимали, с чем будут иметь дело. Это потом они начали составлять правила, описывать встречающихся монстров и рассказывать, об их повадках и том, что помогает в убийстве. Раз Рауль занимается этим до сих пор и его рекомендовал Серхио как лучшего из лучших, значит он понимает, что нас ожидает. А я нет, но у меня нет выбора.

— Главное отличие руин от обычного путешествия в том, что ресурсы нельзя восполнить, — Рауль собрал грязную посуду, отнёс к раковине и начал мыть. — Если ты что-то забываешь, смирись. Заканчиваются лечащие мази — ты умрёшь. Закончится еда и вода — тоже. На то, чтобы пересечь руины, нужно примерно три недели, если ты очень везучий человек и монстры обходят тебя стороной. Если нет, можешь умножить на два и будешь ближе к результату. Это значит, что тебе потребуется провиант, лекарства и всё необходимое на это время. Сколько может вместить твой саквояж? Одной только воды ты должна пить литр в день. Как минимум.

— Он выдержит вес, — я сжала кулак. — Должно хватить.

— Хорошо. Тогда еда будет у тебя. Мои сумки приспособлены для инструментов и добычи полезных ингредиентов. Если есть ступки или другая ерунда, с помощью которых ведьмы варят зелье, тоже бери. Тёплые вещи, причем с запасом, стирать и сушить негде будет. Швейные инструменты, аптечка, посуда, мыльные и другие гигиенические принадлежности. Проклятье, тут полдома выносить придётся.

— Ты согласен?!

Я вскочила и, потеряв самообладание, коснулась плеча Рауля. Но тут же осознала развязность поведения и смущённо отступила, отдёрнув руку.

— Богиня, не передать словами, как я благодарна. Вы спаситель! Мой спаситель!

— Нет. Скорее всего, я веду тебя на смерть, — тем же ровным, почти безразличным голосом ответил охотник. — Сейчас мне нужно в город, а ты пока составляй список необходимого. Приду, разберём, дополним, вычеркнем. Думаю, нужно будет дней пять на подготовку, если не семь. Тогда и отправимся.

— Хорошо, и спасибо. Скажите, может, что-то помочь сейчас нужно? Я сделаю всё, что скажете!

Сердце переполняли счастье и благодарность. Рауль в этот момент мне казался самым лучшим человеком в мире. Почти настолько же совершенным, как и Лиам.

— Поспи. Меня не будет часа четыре, может, больше. В дом никто не лазит, безопасно. Через неделю будешь ругать себя, что пренебрегала простым комфортом.

— Могу я хотя бы приготовить поесть? Вы ведь будете голодны, когда придёте.

— Ладно, — безразлично пожал плечами мужчина и пошёл к выходу, но неожиданно остановился в проёме. — Да, и ещё. Здесь могут шнырять мелкие надоедливые твари. Не опасны, но ты ведьма и, скорее всего, будешь их видеть. Пакостят, но до ценных вещей не доберутся. Они боятся метлы, припугни, если начнут доставать.

— Поняла, — я улыбнулась. — И ещё раз спасибо, Рауль!

Хозяин дома поморщился, будто я сказала что-то совершенно не то, и вышел во двор.

Я оглядела свои пусть временные, но владения. Дом чистый, но чувствовалось, что женщина здесь не живёт. В шкафчиках, как я успела убедиться, пока готовила завтрак, полный порядок. Мебель грубая, я бы не удивилась, если бы узнала, что Рауль сам её сделал. Отшлифовано только там, где предполагается прикасаться или сидеть, но когда я заглядывала под стол или стулья, то видела, что шлифовкой мастер пренебрегал. Посуда разномастная, на многих чашках и кружках сколы и трещины, но ими всё ещё можно пользоваться. Не очень хорошо, но, думаю, что в случае Рауля он просто никогда не пробовал иначе. Есть из красивой, правильно подобранной под интерьер посуды.

Всё в этом доме отвечало требованиям удобства, но не красоты, но не думаю, что я вправе что-то здесь менять. Вдруг ему дороги чашки со сколами?

Совершенно не к месту вспомнилась влажная кожа на его груди, расчерченная множеством шрамов. Сухие и немного едкие фразы, которыми он бросается. Пожалуй, Рауль и сам как эти чашки. Непримечательный, но с историей, и надёжный. А я чуть было не взялась навязывать ему привычные идеальные блюда с модными в высших кругах рисунками. Да, я привыкла и заранее готовилась к тому, что буду жить в доме Лиама. Запоминала правила и этикет.

Очень хотелось впечатлить и показать, что Рауль не зря рискует и возиться со мной. Условно решила разделить день на две части. Сначала сделаю вкусный обед и ужин для Рауля.

Я улыбнулась. Чувствую себя молодой женой, ждущего возлюбленного с его парламентской службы. А что? Даже хорошо. Потренируюсь заодно, чтобы каждый вечер делать для Лиама идеальным.

Прикрыв глаза, я поймала потоки магии. Что предпочёл бы на обед хозяин этого дома?

Выбор пал на грибной суп с говядиной, горячие бутерброды с творогом и зеленью. Я улыбнулась, отыскав первую закономерность. Кажется, бесстрашному охотнику очень по сердцу творог.

Пирог из зайца и ватрушки. Опять творог. Я даже посмеялась.

На ужин приготовила пять запечённых перепелов с картофелем и блинчики с дикой малиной.

Снова в голову навязчиво лез творог, но я решила не перенасыщать Рауля его любимым ингредиентом. Чтобы он не потерял для него ценность. Странно так. Не подумала бы. Может, творог напоминает ему о чём-то? Или просто из-за образа жизни. Раз он охотник, то часто ходит в руины. Там ты имеешь только то, что есть у тебя с собой, как он сказал. Творог не тот продукт, который можно взять.

Создав к каждому из блюд идеальную температуру, чтобы к приходу Рауль ощутил самый объёмный вкусовой букет, я принялась за заготовку провианта и вещей, облюбовав для этого большую комнату рядом с кухней. Мне понравилась печь в доме. Сложена так, что можно одновременно и готовить, и любоваться огнём в камине из соседней комнаты, куда я, собственно, и принесла свой саквояж. Заодно и дом весь топится.

Как и на кухне, здесь не чувствовалось уюта, но было чисто и опрятно. Я героически держалась, чтобы не трогать лежащий на спинке дивана плед, хотелось красиво уложить его, создавая из просто мебели уютный уголок. Не было ни картин, ни каких-то мелочей, наполняющих дом жизнью. На всех стоящих в комнате сундуках крупные замки с руническими рисунками. Магические. Он что-то говорил о надоедливых существах. Должно быть, из-за них не держит ничего на открытых полочках.

Устроив сумку на диване, я решила начать с продуктов длительного хранения. Вяленое и запечённое мясо, сладкий картофель, сушёные фрукты и ягоды. Творог, к сожалению, в список войти не мог, но я смогла создать наиболее твёрдый и подходящий сыр, который будет храниться около пяти недель.

Крупы я решила сразу разделить на порционные мешочки, чтобы было удобнее готовить в пути, я же не знаю, насколько непростым будет наш быт. А так — достала, высыпала и готово.

Улыбнувшись своей находчивости, я пошла на кухню. Нашла в шкафу несколько рулонов холщовой ткани. Отлично! Из неё я наделаю мешочков! Надеюсь, Рауль не будет против. Впрочем, судя по количеству рулонов и нарезанных полотенец на полке того же цвета, мужчина использует ткань как салфетки.

Я взяла два рулона и вернулась в комнату с камином. Укуталась в плед, чтобы было уютнее, достала инструменты и занялась раскройкой. Да, у девчонок с предрасположенностью к швейному мастерству на это ушёл бы час от силы, мне же придётся повозиться. Но ничего. Уж мешки сшить сумеет кто угодно.

Пока работала, прикидывала, что ещё нужно взять. На первые дни напеку лепёшек из самых разных ингредиентов, в том числе из круп.

Готовить мне нравилось, я будто попадала в мир вдохновения и энергии. Всё же, предрасположенность пусть и не помогает в битвах, но приносит радость и даже продлевает жизнь. Нет, я бы не променяла свои способности на какие-то другие.

Нарезав полосок на двадцать мешочков, я с наслаждением выпрямилась и села на диван. Достала нитки, иглу и занялась сшиванием, но едва затянула узел на конце нити, как услышала сначала шорох, а после приглушённое хихиканье. Резко вскочив, я рванула на кухню.

У шкафчиков стояли три существа. Выглядели как лысые пухленькие котята на задних лапах. С рожками на голове и кожистыми перепончатыми крыльями, которые, судя по виду, для полёта не годились. Они смотрели на меня круглыми глазами, в которых сквозило удивление и любопытство.

— Кто? — прошепелявил один.

— Откуда?

— Она его! — пискнул третий, и существа попятились, но потом, захихикав, бросились врассыпную, роняя всё на своём пути.

Ага, иратшики заглянули. Да, эти молодчики умеют доставлять неприятности, особенно если в доме живёт неряха. Это чаще касается мужчин, но не знаю, почему они заинтересовались Раулем. Потому что охотник? Или потому, что здесь можно поживиться множеством интересных ингредиентов?

— Так, а ну стоять! — окликнула я их, схватив метлу и стукнув ей по полу. Вся троица замерла. — Чего прибежали?

— Туда, — указал один из них серой лапкой на открытый шкаф.

— Нет уж, хозяйка против, — я опустила подбородок, и вся троица всполошилась.

— Хозяйка есть!

— Хозяйка!

— Говорите, чего хотите?

— Кушать , — пискнул первый.

— Есть хотим , — сказал второй, а третий молча покивал.

— Вот с этого и нужно было начинать.

Рауль

Заказчик на сквонка выкупил ингредиенты с огромными процентами, потому что я якобы единственный, кто выполнил работу. Не удивлён. На эту тварь мало кто пойдёт, а отказ в лицо портит репутацию.

Половину платы я оставил в лавке алхимиков за лечебные мази. В руинах они ценнее воды и еды. Любая царапина почти наверняка вызовет заражение, а это ампутация, если не смерть. Экономить на таких вещах нельзя.

Знакомые в лавке удивились. Пусть думают, я поведу на экскурсию очередной отряд исследователей. Иронично.

Может, в этот раз мне таки повезёт? Говорят, маги что-то чувствуют в руинах, но их от черты не отпускает инстинкт самосохранения, а моя гостья рвётся насквозь. Разве могу я упустить шанс? Вдруг девчонка и есть ключ, что я искал так долго?

Слепая влюблённость, готовность пройти через худшие из людских кошмаров. Если верить храмовникам, именно таких хранит богиня. А значит, согласившись, я имею куда больше шансов получить ответы.

Не люблю города. Шумно. Звуки, которые я привык расценивать как опасность, здесь не несут угрозы. Это расслабляет, делает лёгкой добычей. До руин было легче, можно было жить в лесу, выбираясь лишь за самым необходимым, а теперь…

К дому я вернулся позже, чем собирался. Вечерело. Надеюсь, девчонка ничего не натворила.

Взгляд выцепил свет в окне дома через два от моего, и я вздохнул. Там жил другой охотник, который уходил в руины несколько дней назад. Пришёл всё же. Хорошо.

— Я дома, — объявил на всякий случай. Вдруг чего придумает. — Ведьма, ты живая тут?

Услышал торопливые шаги, а потом она выглянула из гостиной с улыбкой. Пахло свежей выпечкой. Странное ощущение.

— Я очень рада. Начало темнеть, боялась, что с вами что-то произошло, — она протянула руку. — Позвольте вашу куртку, я повешу.

Как-то это слишком.

— Спасибо. Я купил лечебных мазей. Если не случится ничего серьёзного, до той стороны дойдём.

— Это замечательно, — просияла Кэсси. — Ужин давно вас дожидается. Если хотите, могу приготовить что-то дополнительное с творогом. Вы ведь любите, я правильно поняла?

Заметила? Нет, почувствовала. Ведьма же.

— Нет, не нужно. Завтра дойду до рынка, сделаю заказы. Из того, что было дома, много не приготовить, — я прошёл в кухню и оглянулся через плечо. — О тебе в городе тоже говорили. Не знаю, сколько у тебя украли, но теперь темница забита отсыпающимися дебоширами. Никто не погиб, к счастью, но тебе нужно осторожнее обходиться с деньгами.

Плечи Кэсси опустились.

— Это была глупость, я поняла уже. Они мне даже корсет порвали, так хотели деньги заполучить. Но дело в том, что я не знала, куда идти и к кому обратиться. Мне дали выпускные деньги, и всё.

Про осторожность она ничего не слышала. Вроде совершеннолетняя, а мыслит как ребёнок. Мне должно быть наплевать, но есть в этой девчонке что-то такое, отчего я перестану уважать себя, если просто оставлю всё как есть. Вот прогнал бы, что с ней стало? Драться не умеет, наивна до смешного. Всем городом по кругу пустят.

— Да, глупость, — не стал жалеть её чувств. — Но теперь ты можешь сделать эту ошибку опытом. Считай, жизнь преподала тебе первый урок. Весьма мягкий. У тебя забрали деньги, а могли обидеть, ранить, изнасиловать или убить. Мир — опасное место. Там, куда мы собираемся, будет ещё хуже.

Она поджала губы и вдруг на удивление резко ответила:

— Да, ну тогда что бы ты делал? Как действовал на моём месте? Не имея ни знаний, ни навыков, ни защиты либо поддержки? Только цель, которую нужно достичь любыми способами!

— Так уж любыми? — я усмехнулся. Зубы есть, значит, не безнадёжна. — Сколько тебе было, когда ты уезжала от своего жениха?

— Меня отправили сюда в шесть, как и всех с даром. Лиама я тогда не знала ещё, он приехал позже, вместе с лордом Рэйквелом, своим отцом, на благотворительный бал, — светло-голубые глаза Кэсси засветились. — И обратил на меня внимание. Это будто сказка! Была и остаётся. Любовь с первого взгляда, — она улыбнулась. — Вы верите в такое, Рауль?

Потрясающе. Мы гонимся за призраком.

— Ты допускаешь, что шесть лет — слишком мало, чтобы выбрать человека на всю жизнь? Ты ведь его почти не знаешь.

— Он приезжал ещё дважды. В последний раз — год назад и предложил мне обручиться! — девчушка снова засияла. — Не встречала никого благороднее и романтичнее Лиама. Он пишет мне такие письма, говорит, что не может дождаться встречи, — Кэсси прижала руку к груди. — Рауль, уверяю, любовь существует. Однажды и вы встретите суженую и поймёте, какое это счастье — любить.

Ну вот, а я только начал думать, что не всё потеряно.

— Почему Лиам не приедет за тобой морем?

— Он не может. Очень хотел, но отец не отпускает. Это ведь опасно, — Кэсси посмотрела на меня будто на ребёнка, спрашивающего очевидные вещи. — Лиам единственный наследник титула и кандидат в королевскую палату министров. Ему нельзя рисковать.

— Ты сказала, что он уже плавал, — я усмехнулся. — Раскрою тайну: когда мужчина хочет — он делает. Когда не хочет, ищет оправдания. Если бы парень, который пишет красивые письма, хотел, он бы нашёл способ тебя забрать. Заказать корабль, в конце концов. Ты говорила, он богат? Если дать капитану побольше денег, — перевезёт даже банши.

— Простите за прямоту, Рауль, — улыбчивая девушка исчезла, но мне нравятся искры ярости в её глазах. — Но есть ещё и обстоятельства, над которыми человек не властен. Кроме того, судить, не имея представления, в каком он сейчас затруднительном положении, — не благородно. Но когда вы встретитесь с ним, то убедитесь в несправедливости к Лиаму. Поймете, насколько он честен и как любит меня.

Я рассмеялся, нарочно распаляя её злость. Когда она сжала кулаки, а в воздухе зазвенела магия, весело спросил:

— Хочешь пари?

— Что?

— Ты исполнишь моё желание, если окажется, что Лиам не так хорош, как тебе представляется сейчас. Я, соответственно, исполню любое из твоих желаний, если окажется, что не прав я.

Кэсси вздрогнула.

— Я надеюсь, речь не пойдёт о желаниях, недопустимых по отношению к леди?

— Мне стоит задать тот же вопрос? — я ухмыльнулся. — Говоришь так, словно уверена, что проиграешь. Это плохо для тебя.

— Ничего подобного! Я просто… хотела узнать круг допустимых желаний по отношению к вам. Чтобы знать, могу ли и я пожелать что-то непристойное… Ой, — Кэсси густо покраснела.

— Мне даже интересно, что ты пожелаешь. Так что? Согласна?

— Готовьтесь к поражению, мистер Гонсалес!

Девчонка вскинула подбородок, и светлые локоны разметались по плечам. Я протянул руку, и она пожала её своей маленькой ладошкой.

— Вот и славно. А пока начнём подготовку.

— Сначала поужинайте, будьте добры, — Кэсси мягко улыбнулась. — И я уже начала. Делаю мешочки для круп, взяла один из рулонов ткани на кухне, простите. У меня нет опыта дальних походов. Понимаю, у вас много дел, поэтому прошу, переадресуйте мне весь список. Это ведь я заинтересована.

Я прислушался, чувствуя присутствие монстров. Мелких вредителей, от которых не избавиться, как, например, от крыс. Кэсси снова улыбнулась.

— Да, у нас гости, но уверяю, больше с ними не будет никаких хлопот. Они невероятно славные и даже предложили свою помощь.

— Помощь, — повторил я. — Эти твари умеют лишь вредить.

Обойдя её, я направился к кухне и замер на пороге. Зловредная мелюзга расселась на лавке и радостно уплетала блинчики. Мои блинчики! Кэсси же наверняка их приготовила мне!

Медленно выдохнув, рука сама потянулась к метле. Может, если развесить их черепа по углам дома, это отвадит других от соблазна лазить к охотнику?

Увидев меня, они запищали и забились в угол, но Кэсси влезла между нами.

— Рауль, успокойтесь и поставьте метлу, — она мягко сжала моё запястье. — Я сама их угостила. Зато смотрите, что они дали взамен.

Ведьма вытащила из кармана передника небольшой серый камушек.

— Помощь хозяюшке. Артефакт.

— Она хорошая.

— Красивая. Мы любить.

— Лучше охотника. Злой.

Адресовал паразитам тяжёлый взгляд. Вышвырнуть бы этих гадов, да в моё отсутствие назад залезут. Я поднёс артефакт к лицу, принюхиваясь. Кожу стало немного морозить, как если бы натёр пальцы мятной мазью. Пахнет мыльным корнем.

— Артефакт чистоты, — хмыкнул и вернул его Кэсси. — Бесполезен в обычной жизни, но в нашем путешествии может пригодиться. Если носить день-два, можно компенсировать отсутствие ванны.

— Путешествии? — забеспокоились паразиты.

— Нет. Зачем?

— Хозяйка тут.

— Остаться. Хорошо. Добрая.

Размечтались, твари.

— Разобрать бы вас на ингредиенты, да возни больше, чем проку. Разве что шутки ради, или охотника малого учить.

— Хозяйка ждёт ребёночка!

— Остаётся!

— Жить тут теперь!

Кэсси рассмеялась.

— Благодарю за догадки, но нет. Ваш хозяин заслуживает более приятную леди. И я не свободна.

Чучелки переглянулись, тяжело вздохнули и поплелись за дверь. Один вдруг остановился и заявил:

— Хозяин, быть умным надо. Убить соперника.

Кэсси, конечно же, всё слышала. Я пожал плечами:

— Монстры.

Кассандра

Неделя сборов пролетела будто один день. Кошмарный, длинный, напряжённый день. Всё это время я провела как в тумане. Рауль был страшно недоволен тем, что я не ем и почти не сплю. Отчитывал меня, словно я несмышлёная малышка.

Это обижало, Лиам так себя никогда не вёл. Как мне объяснить, что истинная леди в присутствии мужчины имеет право съесть не более чайной ложки. Лиам бы меня на смех поднял за то, что я только гляжу в сторону ростбифа, а Рауль настаивал, чтобы я съедала минимум два зараз. Конечно, я отказывалась! Да и из-за волнения аппетит пропал вовсе.

И вот он, тот самый день.

Мы проснулись на рассвете. Сумки были уже собраны, поэтому после завтрака мы помыли посуду и убрали вещи. Я теперь поняла, почему в доме не хватает уюта. Его хозяин часто уходит и убирает все личные вещи по шкафам, оставляя голые полки и столы. Пожалуй, это практично. Легко сделать уборку, когда возвращаешься из путешествия. Ну и иратшики не безобразничают. Когда Рауль закрывал дверь, я заметила одного в окне.

И мы побрели по кладбищу. Оно казалось бесконечным. Мы всё шли, и шли, и шли, надгробья становились всё заброшеннее, трава всё выше. Рауль держал руку у крепления топора, готовый в любой момент атаковать потенциального врага.

А потом деревья и растения закончились. Резко. Будто кто-то разорвал две совершенно разные картины и попробовал их склеить друг с другом.

Перед нами возникли столбики в половину моего роста. На каждом висела ярко-красная табличка с призывом идти обратно и предупреждала о смертельной опасности. Я чувствовала зудящую сила магического барьера, но понимала, что если монстры сильно захотят, их это не сдержит.

Сразу за столбиками в прозрачной сероватой дымке угадывались силуэты зданий. Будто рядом с Алордианом был ещё один город.

Мы вышли к началу улицы. По обе стороны стояли покорёженные дома, которые не имели ни дверей, ни окон. Лишь кирпичные коробки. Я невольно отметила, что не узнаю архитектуру. Она словно попала к нам из другого мира. На дороге лежали рухнувшие фонарные столбы, не видно ни сорняков, ни мусора. Эти дома не бросили, из них будто высосали жизнь.

По спине пробежали мурашки. Магический барьер немного приглушал звуки, но я слышала далёкий протяжный вой. Очень хотелось надеяться, что это просто ветер.

— Руины Падших, — прошептала я. — Так вот, какие они.

— Лишь окрестности, — «порадовал» Рауль. — Чем глубже мы зайдём, тем реальнее всё станет. Пока это просто силуэты домов, тебе легко помнить, что к ним нельзя подходить. Но там всё кажущееся станет настоящим. Голоса, шорохи, запахи. Если у тебя есть любимая бабушка, которая умерла, будь уверена, ты её увидишь в числе первых. Подумай хорошенько, Кассандра Ариган, здесь и сейчас ещё можно послушаться табличек и повернуть назад.

Богиня, я бы многое отдала, чтобы не идти туда, но…

— Не могу, — подавляя слабость, я коснулась руки Рауля. Сухой, жилистой и твёрдой. — Меня ждёт возлюбленный. Ради него я готова на всё. Идёмте же.

Храбрясь, я первой пересекла невидимую черту. Ничего не произошло. Ни землетрясений, ни стаи злобных духов. Только воздух казался холоднее.

— Запомни это чувство, — ответил Рауль, оставаясь там, в безопасной зоне, отчего я ощутила себя одиноко и неуютно. Показалось, что его голос звучит издалека, хотя мужчина стоял в шаге от меня. — Сделай его своим смыслом. В руинах легко забыться. Ты должна помнить смысл, помнить, зачем идёшь. Для чего, для кого и почему, — мой проводник перешагнул черту, и я почти физически ощутила важность его присутствия. — С этой минуты повторяй как мантру. И учись отличать иллюзии и галлюцинации от реальных опасностей.

— А ты? — я обернулась, будто девочка, потерявшая отца или старшего брата. — У тебя ведь тоже должна быть цель.

Рауль странно улыбнулся и пошёл по улице, освободив топор и теперь держа его наготове.

— Я не первый день здесь хожу. Уже привык к внушению.

Ну да. Охотники этим и живут. Наверно, после этого путешествия я и сама пойму некоторые хитрости. Если выживу, конечно.

— Значит, будем держаться и прикладывать все усилия, чтобы миновать это гиблое место как можно скорее. Ну и, конечно, приблизить встречу с Лиамом, — я улыбнулась. — Даже не верится, что скоро я с ним встречусь. Знаю, Рауль, мужчинам неинтересно думать о свадьбе. Я представляю этот день каждый раз перед сном. Я в прекрасном подвенечном платье со шлейфом и вуалью, скрывающей лицо. Мой мужественный и благородный Лиам, обмен браслетами и музыка флейты, — я посмеялась. — Сама не знаю, но мне очень нравится именно их мелодия. А тебе, Рауль? Какую музыку предпочитаешь?

— Тишину. Когда тихо — безопасно.

— Молчу, поняла.

Мы прошли несколько кварталов. Рауль то и дело косился на мою юбку, но ничего другого я надеть не могла. Ходить в штанах и замужним неприлично, а для меня вообще позор! И всё же признаю, это вызывало некоторые трудности. Когда приходилось перебираться сквозь разрушенные стены, Рауль меня ждал, да и подол вечно цеплялся за обломки камней.

Было достаточно тихо, поэтому я расслабилась и не смогла сдержать рвущийся вопрос:

— Ты сказал, что любишь тишину. А как же затишье перед бурей? Обычно оно не несёт в себе много хорошего. Полагала, охотники это знают.

— Если накручивают, да. Но такие недолго ходят. Сложно объяснить.

Он неожиданно остановился прямо посреди улицы и вдохнул, будто пробуя воздух на вкус, потом цыкнул, найдя взглядом проулок.

— Обойдем. Там смертью пахнет.

У меня всё внутри похолодело, и я послушно подбежала к нему ближе.

Богиня, а если там тело? Разложившееся и забытое? Кем он или она был? Искатель приключений? Охотник? Или такой же человек, как я, который попал сюда из-за превратности судьбы?

Горло будто сжал металлический обруч. А ведь у него вполне могла быть семья, близкие, которые вот так ждут его и мучаются неведением.

Я затормозила и поймала рукав Рауля.

— Мы должны сходить, посмотреть. Узнать, кто тот несчастный.

— Он добыча. Знаешь, что делает хищник, когда кто-то пытается отнять добычу?

— Набрасывается, — я поджала губы. — Но… так нужно. У человека ведь где-то могут быть близкие. Да и сам он заслуживает, чтобы о нём знал хоть кто-то. Представьте, как ему было здесь одиноко и страшно. Сгинуть без следа, будто и не существовал никогда. Рауль, ты ведь должен понимать это, как никто другой, какова опасность здесь пропасть навсегда. Уверена, твои близкие хотели бы знать, что с тобой случилось.

— У меня нет близких, — мужчина повернул голову в мою сторону. — Я чую кровь. Если я её чую, значит монстры и подавно. Тому человеку уже нельзя помочь. Каждый, кто пересекает черту, знает, что сам за себя отвечает. Те, кто «не хочет пропасть навсегда», в такие места не ходят. Идём.

— Я не хочу пропасть навсегда, но тем не менее я здесь. Прошу, давай хоть взглянем. Считай это ведьмовской интуицией, если желаешь.

— Полагаться на интуицию ведьмы, решившей пересечь руины, вместо того чтобы плыть морем, не очень разумно, — проворчал он. — Хорошо, идём. Хочешь посмотреть на растерзанное тело, почему нет? Мы ещё не очень далеко ушли, может передумаешь, и назад пойдём.

— Не хочу, но должна. Прости, но так правильно.

Сглотнув, я медленно пошла к тому месту, от которого бежала ещё мгновение назад. Не знаю, может, я переволновалась, но теперь чувствовала обволакивающий запах гнили. К горлу подкатывала тошнота.

Угол здания, изрытого мёртвыми лианами. Сейчас заверну и увижу. Первое мёртвое тело, с которым я столкнусь в своей жизни. Как же странно и горестно.

И Рауль не пошёл за мной. То ли думал, я струшу и прибегу к нему, то ли ещё что. Он осматривался, будто кого-то искал. Наверняка в его глазах я глупая сумасбродная девица, не знающая мира. Да, пожалуй, так и есть.

Перебралась через каменный завал, и сердце невольно сжалось. Юный совсем, белокурый парень. Красивый, если бы не отпечаток смерти на лице. Лежит на спине, глядя в небо побелевшими глазами. Нижнюю часть я не видела. Тот, кто убил его, затащил полтела в подобие норы. Судя по тёмным лужам вокруг и пятнам на стенах, смотреть там было не на что. Руки все еще сжаты в кулаки.

Думаю, ему было очень страшно и одиноко умирать здесь.

Я подошла ближе и вдруг разглядела в его правом кулаке какой-то мешочек. Что там такого важного, раз он цеплялся за него в последние мгновения своей жизни?

— Рауль, — позвала я. — Ты не мог бы помочь?

Ответа не было. Я старалась не думать, что он меня бросил, и добавила:

— Помоги мне, пожалуйста. У него что-то в руках. Вдруг записка, которую нужно отнести?

— Это уже не важно, — послышался отдалённый ответ, и я невольно выдохнула. — Он не справился, идём, пока жрун не вернулся.

— Какой жестокий вердикт, — я тряхнула головой. — Я бы не хотела, чтоб подобные слова были сказанные над моим телом.

Присев, я собралась с духом и дотронулась до ледяных пальцев.

Уверена, он делал всё, что мог. Боролся, но удары судьбы оказались сильнее. Как те мужчины в трактире. Что бы я ни делала, всё равно проиграла, потому что иначе никак. Но этот юноша заслуживает покоя и сочувствия.

Я потянула за мешочек, но мёртвая хватка не желала отдавать своею последнюю ценность.

Достав маленький нож, который Рауль заставил спрятать в сапоге, я со вздохом разрезала ткань. Мне в ладонь упали лист бумаги, круглый закрытый медальон — камень, заключённый в сеть из проволоки, от которого пахло магией. Артефакт? Кажется, да, и очень сильный, судя по пульсации.

Я провела пальцем по поверхности и вдруг меня накрыла чья-то тень.

Мне не нужно было поднимать голову, чтобы знать — это не Рауль.

Кассандра

Пытаясь усмирить сердце, я сделала вдох и едва ли не на четвереньках рванула в сторону другого здания.

Кожей ощутила, что разминулась с клыками твари на считаные миллиметры. Сзади раздалось то ли шипение, то ли треск. В миг, когда я шмыгнула в щель, образованную выбитым куском стены, в подол моей юбки вцепилась серо-зелёная острая пасть, напоминающая крокодила. Мамочки!

Не знаю, я так рванулась или тварь помогла мне зубами, но уже через мгновение алая ткань затрещала и порвалась, оставляя внушительную дырку. В щель заглянул выпученный жёлтый глаз и уставился на меня, а после метнулся в сторону.

Взвизгнув, я вскочила и завертела головой. Стоять на месте нельзя, он меня прикончит! Комната вокруг была завалена мусором и обломками старой мебели. Однако любоваться некогда. Я рванула через комнату к повисшей на нижней петле двери и вылетела в коридор.

Путь влево перекрыт обвалившимся потолком, поэтому я вынужденно побежала вправо. На равном отдалении друг от друга встречались двери. Сперва я пробегала мимо, но потом услышала треск в противоположном конце.

Это она. Та тварь!

Визгнув, я вцепилась в ручку ближайшей двери, но она оказалась закрыта. Рванула к следующей, за ней пустая комната. Звуки в коридоре становились громче. Бросилась к третьей двери и почти снесла её плечом. За ней оказалась лестница, и я без раздумий побежала на второй этаж.

Я должна выбраться отсюда! Я не могу умереть вот так! В первый же день!

Лиам! Лиам ждёт меня! Не могу!

Выскочив на втором этаже, я оказалась в похожем коридоре и побежала обратно, надеясь выбраться из здания примерно там же, где зашла. Нужно вернуться к Раулю! И никогда больше не отходить от него!

Я не помнила, сколько пробежала. Пол трещал так, словно я вот-вот провалюсь. Точно! Провал! Я вышла в коридор рядом с местом, где обвалился потолок, значит…

Додумать мысль я не успела. Сзади раздался рёв. Я быстро оглянулась и, вскрикнув, ускорилась.

Монстр оказался похож на полного человека. Ноги, руки, только голова с вытянутой крокодильей пастью. Тварь сверкнула глазом, после чего бахнулась на четвереньки и поразительно проворно для такой туши попёрла на меня.

Звуки стали тише. Я думала, перед моими глазами пронесётся вся жизнь, но вместо этого ясно представила, как меня настигают, роняют на пол и начинают рвать. Так же легко, как юбку.

Коридор будто размыло, и он стал равномерно серым. Я чувствовала запах пыли и чего-то, похожего одновременно на масло и гниющие фрукты.

Мне конец? Может, смерть уже настигла, а я не поняла?

В ушах зазвенело, а после мир взорвался от грохота.

Я обернулась. Тварь… провалилась. Как же это… А, ну да, пол гнилой, не выдержал её веса. Голова закружилась, и я опёрлась рукой о стену. С потолка сыпалась штукатурка. Всё вокруг хрустело и скрипело. Как бы здание не рухнуло мне на голову!

Надо выбираться. Эта тварь может залезть обратно.

Выпрямившись, я добежала до следующей двери и ввалилась в комнату. На моё счастье, трещина, в которую я влезла в здание на первом этаже, была и здесь. Уже, чем внизу, но я смогу вылезти. Наверно. Падать высоко, но если выбирать между этим и зубами монстра — я рискну. Нужно только… момент выждать. Чтобы монстр меня не слопал.

Так, спокойно. Не время паниковать. Я должна справиться. От этого зависит моё выживание.

Сказать проще, чем сделать. Я прислушалась, пытаясь понять, где страшилище, но здание ходило ходуном. Всё трещало, с потолка сыпалась штукатурка. Богиня… не позволь ему рухнуть мне на голову.

Осторожно высунулась на улицу, прикидывая, куда дальше.

Но тут позади с оглушительным треском рухнул монстр. Я не представляю, откуда он там взялся!

Вскрикнув, я попыталась оббежать его и бросилась к двери, но тварь оказалась проворнее. Прыгнув, она сбила меня с ног и придавила всем телом.

Я упала животом вниз и сильно стукнулась лицом об пол. Рот немедленно наполнился солёно-металлическим привкусом, но это была мелочь. В мою шею с хрустом впились клыки, лишая даже крика.

Больно! Как же невозможно больно…

Меня едят заживо. Вот просто так. Будто кусок мяса.

Я закричала, а вместе со мной заорало это чудовище. Не знаю, что произошло, но я слышала резкий чавкающий стук, а когда обернулась, то увидела… Рауля.

Никогда прежде я не видела ничего подобного. Страшный монстр выпустил меня и распахивал пасть на невесть откуда взявшегося охотника.

Мужчина резко дёрнул топор. Тот с глухим чавканьем вышел из плоти, отбрасывая на дальнюю стену ленту брызг. Рауль развернулся вокруг своей оси, перехватил оружие и обрушил его на голову монстра.

Короткий бой, но мне показалось, что он длился целую вечность. Тварь задёргалась и сползла с меня. Двигалась, но я отчего-то не сомневалась, что она уже погибла. Пьяные движения, монстр будто не понимал, что делает, и направился в глухую стену. Рауль догнал его и наступил на спину, вжимая в пол, а после вырвал топор из головы. Чудовище возмущённо зашипело, попыталось обернуться, но повалилось набок и, мелко подрагивая, стало затихать.

Охотник крутанул топор, чтобы стряхнуть кровь, а после подбежал ко мне:

— Показывай.

Я очень хотела сказать, что болит шея, спина, плечи, даже губы. Но не могла издать ни звука.

Вместо этого я поднялась и заметила, что у меня бесстыдно задран подол платья. Аж до самых колен, на которых красовались ссадины от когтей чудовища.

Рауль был прав, не нужно было идти. Я подвергла опасности не только себя, но и его.

Он точно передумает меня провожать, поэтому жаловаться я не имею права. Нельзя.

Я глотнула комок слёз, стянувших горло, и выдавила улыбку, чувствуя, как тёплая кровь начинает сочиться быстрее.

— Это неважно. Главное, что ты не пострадал. И знаю, благодарность — слишком мало за спасение. И всё же спасибо. Прости, что не послушала и подвергла тебя опасности. Я заслужила то, что со мной произошло. Это урок для меня.

Рауль, кажется, не слушал. Обошёл меня, бегло осматривая, покачал головой и повесил топор на пояс.

— Твою мать, — бесстыдно выругался он и бесцеремонно подхватил меня на руки. — Здесь опасно. Постарайся не орать.

Я вся сжалась в его руках.

— Не стоит. Я же тяжёлая, устанешь. Тебе силы беречь нужно, — возражала, но тихонечко.

И из-за положения, в котором Рауль меня нёс, я почти касалась губами его шеи.

Голова кружилась. От него пахло мужчиной. Так волнительно и недопустимо приятно. Я считала духи Лиама лучшим из ароматов, но теперь засомневалась. Запах терпкий, он был совсем непохож на то, что я чувствовала от мужчин в «Спящем медведе».

На руках у Рауля в этом опасном месте я, наверное, впервые в жизни чувствовала себя по-настоящему защищённой.

Дорогие читатели!

Если вам нравятся приключения Кэсси и Рауля, зажгите им сердечко❤️