Венерианки бывшими не бывают

Я вывернула руль ИТС, едва не задев крылом башню жилого комплекса, и прибавила скорость. Двадцать минут! Если я не успею на ближайший космолёт до Венеры, Вадик посадит меня под замок на девять, нет, уже восемь месяцев!

Было глупостью сообщить ему о беременности. А этот гад обрадовался, будто я ему путёвку на Аквамарин подарила! Оказалось, он врал мне, что поставил укол контрацептива на полгода. И даже соизволил озвучить план, по которому мы живём вместе, отношения никак не регистрируем, а ребёнка записываем на него. Потому что «у отцов-одиночек отличные налоговые льготы, а ему как раз интересный проект подвернулся».

Я в тот вечер снова сломала кофеварку. Нечаянно. А Вадик пообещал вычесть ремонт из моей зарплаты и заблокировал мне все доступы в квартире. Начальник, чтоб его чёрная дыра поглотила! Я не могла ни выйти из квартиры, ни пользоваться инфосетью. Вадик оставил мне только детские передачи и классическую музыку, прекрасно зная, что я её на дух не переношу.

Как, ну как я могла в него влюбиться? Подумаешь, красавчик, богатый, обаятельный, ухаживал красиво.

Пришлось вспомнить, как много лет назад убегала из дома. Я тогда устроила замыкание на замке входной двери, подключив к блоку питания сразу три домашних робота. Сейчас роботов не было, зато под рукой оказалась отремонтированная кофеварка и мощная вирт-панель с классической музыкой.

Дверь квартиры перекосило, и она заклинила на полпути. Мне, чтобы протиснуться, оказалось достаточно, а вот Вадику придётся сначала всё починить или выломать напрочь, иначе в квартиру он не попадёт.

Убегала я по коридору под завывание пожарной системы и марш Мендельсона такой громкости, что звенело в ушах. А ведь я действительно ждала предложения руки и сердца от Вадика, причём намного раньше, чем узнала об “особых обстоятельствах”.

Мне повезло, безумно повезло, что на стоянке у дома стоял дежурный ИТС, потому что личный браслет с вирт-панелью Вадик отобрал, и вызвать машину я бы не смогла. А так – заскочила в открытую дверь, включила аварийное ручное управление и по памяти направилась в космопорт.

Осталось десять минут! ИТС раздражающе мигал аварийным светом, а у меня внутри нарастала паника. Вдруг я не туда свернула, и возле башни нужно было не налево, а направо? Вдруг за последнюю неделю расписание вылетов поменялось, и звездолёт уже ушёл? Поломанную дверь Вадик теперь может использовать, чтобы меня признали опасной для себя и для общества. Я похолодела, когда поняла, что на этом основании и ребёнка могут забрать.

Прости, машинка, так надо. Я потянула рычаг, набирая максимально возможную высоту. Теперь обзору мешали только редкие заоблачные высотки, и чуть левее по курсу я увидела белый посадочный столб дыма от космолёта. Мне туда!

…В зал вылетов я забежала за три минуты до старта. Судорожно огляделась, выискивая взглядом нужный указатель. Ну где же…

Пара сотрудников в форме службы безопасности что-то разглядывали на вирт-панелях личных браслетов. Посмотрели на меня, переглянулись – и решительно направились в мою сторону. Вот ведь, шлак космический, неужели Вадик уже вернулся и успел объявить меня в розыск?

Сердце стучало где-то в горле, казалось, ещё немного, и я начну задыхаться. Как назло, ближайшие информационные стойки были автоматическими. Водяной шар с разумным осьминогом заслонил от меня безопасников, и тут я заметила симпатичного мужчину за стойкой. Неужели справочную информацию где-то выдают живые люди? От удивления я несколько секунд его разглядывала, и только потом поняла, что на его инфостойке нарисован кружок со стилизованным зеркальцем внутри. Венерианский представитель!

Безопасники внезапно оказались в шаге от меня. Один из них даже протянул руку, и я со всех ног побежала к заветному символу с зеркалом.

Мужчина за стойкой заметил меня, безопасников, что топали за спиной, и нахмурился. Я убрала волосы со лба, чтобы было видно единственный чёрный кристалл над бровью. Тут же венерианин схватил какой-то свёрток из-за стойки, выскочил мне навстречу, на ходу разворачивая пакет. Внутри оказался серебристый плащ, венерианин, едва оказался рядом, быстро накинул его мне на плечи, приобнял.

Я слышала за спиной недовольные возгласы безопасников, а сама не могла отдышаться. Ура, я теперь под покровительством Венеры! Одной рукой я вцепилась в венерианина, другой упёрлась в колени, пытаясь отдышаться. Надеюсь, с малышом после такой беготни всё в порядке.

– Госпожа, вы должны…

– Я, Алина, дочь Линалы, венерианка по крови, прошу убежища на родной планете, – перебила я его ритуальной фразой.

Мужчина достал из личного браслета вирт-панель.

– Арил, задержи вылет, госпожа возвращается домой.

Венерианин поправил на мне плащ, а я наконец-то смогла выпрямиться и посмотреть ему в лицо. Изящные черты, тонкой нос и едва заметный крестик поверх радужки в глазах. Мужчина чуть печально улыбнулся. Раз крестик почти не видно, значит, тело венерианина на меня не откликнулось, я не его женщина.

– Госпожа, пойдёмте, вам пора. Я провожу вас на космолёт.

***

Полёт я не запомнила. Мне выделили каюту, мужчины-венериане в форме стюардов принесли еду и полотенца, а я почти всю дорогу рыдала, пугая этим персонал.

Вадик, гад! Я влюбилась в него, как девчонка, работала за двоих, когда ему нужно было уехать на неделю на учёбу. После учёбы была конференция, потом опять какие-то курсы, а у меня – бессонные ночи, бесконечные отчёты и попытки выполнить все задачи в срок, чтобы никто не заметил отсутствия директора по маркетингу.

Я всхлипнула и вцепилась в подушку, вспоминая, как он за мной ухаживал. Какие говорил комплименты, как заглядывал в глаза, держа за руку, как обещал все звёзды мира, вот только проект закончится. Проекты шли один за другим, а я верила ему, как слепая космическая креветка.

Уже перед посадкой я на вирт-панели каюты бегло пролистала законы Венеры. Меня интересовало, как официально вернуть себе статус венерианки и вступить в наследство. Быстрее всего оказалось привести свидетеля, который может подтвердить мою личность, и я написала отцам.

Перевести всё, что осталось от зарплаты, из земного банка на венерианский оказалось легко. То ли Вадик сыпал пустыми угрозами, то ли не успел наложить арест на моё имущество, но я вздохнула с облегчением. И решила, что вытрясу с Вадика возмещение морального ущерба и алименты просто потому, что нервов он мне попортил немерено.

Кажется, в наследство от мамы мне досталась квартира, вот и поживу пока там. На другое жильё просто не хватит денег.

***

Космолёт приземлился ранним утром по местному времени. Я вышла в просторный холл космопорта и недоверчиво покрутила головой. Хоть бы никто на меня не отреагировал! Не готова я сейчас спокойно смотреть на мужчин. Как назло, они тут буквально везде.

Следом за мной из зоны прилёта просочилась хвостатая компания, мальчик в обнимку с цветочным горшком и несколько девушек с кошачьими ушками. Одна из них, по виду совсем подросток, с малышом на руках, выглядела напуганной, а остальные весело галдели о том, что чья-то сестра обязательно за ними присмотрит.

Шумную группу встречали, я видела, как они пошли к выходу, где ждал многоместный автомобиль. Стоило машине подняться в воздух, и через холл космопорта помчался мужчина, размахивая на ходу золотистым прямоугольником. Неужели на кого-то из хвостатых среагировал?

Мне спешить было некуда. Главное, что я уже на Венере, и Вадик меня здесь не достанет. Убедившись, что никто ко мне не бежит, размахивая ритуальной карточкой, я подняла взгляд на прозрачный купол потолка. Вдалеке мелькали редкие фиолетовые молнии между бледно-оранжевых облаков, но в остальном небо было спокойным. Почему-то в детстве мне казалось, что оно постоянно бушует.

Мало людей, лёгкое гудение уборочной техники, запах помесинов – почти как в тот день, когда я со скандалом сбежала на Землю. Наверное, мама бы позлорадствовала, если узнала, что я вынуждена вернуться на Венеру. Я в красках представила, с каким удовольствием она припомнила бы все наши ссоры, когда я грозилась никогда в жизни больше не ступать на родную планету.

Космопорт оживал, мужчины сновали вокруг, приглядываясь ко мне издалека. И что дальше? Я вздохнула, надеясь почувствовать себя свободной и независимой, но ощущала только тревогу и неопределённость. И где встречающие? Неужели никто из отцов не приехал?

Мимо прошёл мужчина в небрежно распахнутом пиджаке и белоснежной рубашке, и я невольно вздрогнула. На миг показалось, это Вадик, каким-то чудом опередил меня… Но нет, обозналась. Венерианин, наткнувшись на мой недовольный взгляд, побледнел и низко поклонился. Кто бы моего бывшего жениха научил подобным манерам! Ну ничего, я ещё отомщу, за мной вся Венера.

Вот интересно, если никто из родных не откликнется, мне придётся через месяц покинуть Венеру, как простой туристке? Или всё-таки чип-кристалл над бровью можно обновить иначе?

Первым делом мне нужна связь. Я подошла к стойке информации, развернула вирт-панель и набрала в поисковике ближайшую точку продаж браслетов. О, есть прямо в космопорту! А ещё можно сразу вызвать такси. Уже отвыкла, что на Венере почти нет личных ИТС, гораздо удобнее просто вызвать автомобиль, чем его содержать.

Вирт-панель пошла рябью. Я несколько раз нажала на меню, попыталась свернуть окно, не вышло. Снова вздохнула и попыталась сообразить, в какой стороне может быть автомат по продаже браслетов.

Ожидаемо на Венере продавцом оказался не робот, а живой парень, и он жутко нервничал из-за того, что зависла система оплаты.

– П-простите, госпожа, никогда такого не было, – бормотал парень, пытаясь исправить ситуацию.

На моей руке уже красовался новый браслет. Я активировала на нём вирт-окно, вошла в банковскую систему и перевела оплату напрямую продавцу. Парень пробормотал благодарности, я полезла изучать настройки нового устройства.

– Госпожа! Госпожа Алина! – услышала я смутно знакомый голос.

Я обернулась. Через половину космопорта мне радостно махал рукой отец. Вернее, один из последних маминых мужей. Они сошлись в тот год, когда я сбежала, удивительно, что он меня узнал. Я даже не сразу вспомнила его имя. Галиус.

Такси вызвал он сам. Я попросила сразу отвезти меня к юристу, и всю дорогу отец болтал о какой-то ерунде, словно не замечая моей молчаливости. А у меня внутри росло раздражение. Ни вопросов о том, как я добралась, ни как я себя чувствую после перелёта, только ворох его собственных проблем. Одним словом, мужчина!

В юридической фирме у меня над бровью поводили сканером и попросили подождать, а отца увели в кабинет. Я устроилась на удобном диванчике, развернула вирт-панель и попыталась вспомнить хоть кого-то из знакомых венерианок. Кажется, в младших классах я дружила с Заряной.

Я едва не присвистнула, когда нашла информацию о бывшей подруге. Она владела заводами по производству самой популярной в нашей звёздной системе косметики для молодости, «Светлый лик».

Стало обидно за себя. Я так старалась доказать, что сама по себе что-то стою, строила на Земле карьеру, училась, повышала квалификацию, сидела по ночам над отчётами. И осталась ни с чем. А та смешная девочка с вечно растрёпанными волосами, которая когда-то ходила за мной хвостиком, теперь фигура практически космического масштаба.

Так, эту новость надо переварить. Я подошла к аппарату и выбрала вкус воздушного коктейля. Раньше я любила этот напиток, а на Земле его почти нигде не найти.

В холле я была одна: мужчина за стойкой секретаря куда-то вышел, а в кабинете уже минут десять опрашивали моего отца. Увы, для женщин, не имеющих мужа-венерианина, процедура подтверждения гражданства может затянуться.

Аппарат мигнул, но коктейль не выдал. Я нажала кнопку ещё раз, и в меня с противным жужжанием полетели сиреневые брызги. Вот ведь, кусок космического шлака! Блузку жалко, мне и переодеться не во что! Как это остановить?

Я нажимала всё подряд, аппарат дрожал и плевался теперь чем-то оранжевым.

Раздались торопливые шаги. Так, кажется, сейчас меня будут ругать за порчу имущества.

— Госпожа, простите, это больше не повторится! — ко мне подбежал секретарь, коротко поклонился и бесстрашно заслонил от взбесившегося аппарата. — Я всё улажу!

Он развернул вирт-панель, и прибор быстро затих. Ещё через минуту секретарь, уже в чистой рубашке, подошёл ко мне с портативным ионным очистителем, аккуратно провёл над грязной блузкой, и пятна исчезли. Мужчина извинялся, что допустил подобное недоразумение, принёс откуда-то готовый коктейль и тарелку крошечных печений.

На земле за подобное поведение кофейных автоматов меня пару раз штрафовали, и неважно, что я просто хотела кофе и сделала всё по инструкции.

— Ваши показания приняты, благодарим за содействие, — из кабинета вышел отец, и юрист обратился уже ко мне. — Госпожа, проходите, остались последние формальности.

Следующие полчаса я слушала бесконечные цитаты из местных законов, временами прикладывала ладонь к панели, подтверждая свою подпись, и больше всего мечтала, чтобы юридическая волокита наконец-то закончилась. Неплохо было бы съесть что-то посущественнее пары крошечных печений и выяснить, где здесь туалет. Не думала, что я почувствую изменения в организме так скоро.

Если коротко, то мне от мамы осталась квартира, та самая, в которой я выросла. Мамина кондитерская по-прежнему работает, ей управляет нанятая фирма, и эти деньги идут на пожизненные пособия отцам. Если у меня родится дочь и она согласится жить на Венере, то семейное дело перейдёт ей, а вот у меня по завещанию прав на кондитерскую нет никаких.

— Госпожа Алина, ваше родство с госпожой Линалой по материнской линии подтверждено. Мы запросили в медцентре её данные, они совпадают с информацией, записанной на вашем чипе. Один из отцов также подтвердил вашу личность. Данные вашего кристалла в системе обновлены. Добро пожаловать на родину.

Ну наконец-то! Я думала, излишне улыбчивый юрист пробуравит во мне взглядом чёрную дыру. Оправдываться перед ним, рассказывать, почему уехала с Венеры и почему в моём возрасте ещё не обзавелась брачными кристаллами, я не собиралась, хотя он и пытался задавать такие вопросы. «По личным причинам», и всё. А вернее, из-за мужчин, чтоб Вадику начальство амбиции укоротило!

Венерианки уже в день совершеннолетия могут заключать браки, если находятся желающие, и по статистике через год обзаводятся минимум двумя мужьями. Которые их содержат и обеспечивают, пока женщины занимаются, чем им заблагорассудится. Кто-то открывает личное дело, как Заряна, кто-то сразу задумывается о детях, некоторые просто сидят на шее у мужей.

А я в это время отстаивала каждую отметку в земном училище. Теперь ещё вопрос, правильно ли поступила, что тогда сбежала из дома?

Отец ждал меня на улице. Лавочка на воздушной подушке мягко покачивалась, Галлиус болтал ногами и заставлял летающую горшок клумбу выписывать разные фигуры.

— Пап, я закончила. Покажешь мне квартиру?

Отец тут же вскочил, поклонился.

— Конечно, моя госпожа. Хочешь, сначала провожу тебя в клуб или центр развлечений? Комната виртуальной реальности там с полным погружением, твоя мама любила её посещать, — чуть смущённо улыбнулся Галлиус.

Я почувствовала неловкость. С этим отцом я почти не общалась, а он был рад мне, как родной.

Мимо прошёл молодой венерианин, посмотрел с интересом и надеждой. Я выдержала его взгляд, вопросительно подняла брови, и мужчина потупился, пробормотал извинения. Кровь не сработала, я не его женщина.

Ну и прекрасно. Мне, определённо, сейчас ни к чему новые отношения.

Но внутри отчего-то кольнуло разочарованием. Я уже успела представить себе романтичную картинку, как меня признаёт первый же встреченный венерианин прямо в космопорту, и он оказывается командиром кораблей дальнего следования, но ради меня меняет космос на семейные будни и работу на планете, а ещё при случайной встрече ставит Вадику фингал. Кажется, мне нужно меньше смотреть романтических сериалов.

Отец вызвал ИТС. Машина плавно приземлилась у знака остановки, двери разъехались, и я устроилась в гелевом кресле. Так же плавно автомобиль поднялся в воздух и полетел по названному адресу. От центра развлечений я отказалась: нужно сперва разобраться с важными делами, а экскурсию по планете я потом у профессионального туроператора закажу.

Я смотрела в окно, где очередная буря разукрасила верхние слои атмосферы Венеры, радуя взор оранжевыми и фиолетовыми всполохами.

— Я так рад, что ты вернулась, госпожа, — нарушил тишину отец. — Нашей семье недоставало женской руки.

— О чём ты говоришь? — я с недоумением посмотрела на него, и, пока слушала дальнейший рассказ, всё больше поражалась.

Этот мужчина надеялся, что я стану контролировать тринадцать братьев, вмешиваться в их жизнь, указывать, где учиться и работать. До тех пор, пока они не найдут супругу, конечно. И якобы я соберу всех отцов под одной крышей, начну командовать, принудительно записывать их на медосмотры, следить, чтобы они следовали предписаниям врачей, буду водить их «в свет» на разные мероприятия, и вообще возьму всё семейство под своё крылышко на правах единственной ближайшей родственницы.

ИТС за это время добрался до места назначения.

— Пап, я не собираюсь жить так, как жила мама, — покачала я головой, выходя из машины. — Вы взрослые люди и способны сами отвечать за свои поступки и решения.

Судя по взгляду, большего разочарования в жизни отца ещё не было.

«Правильно мать говорила о дурном влиянии Земли».

— Что? — я резко обернулась, отец ответил вежливой улыбкой. Ладно, будем считать, шёпот мне померещился.

***

Где-то в деловом районе Венеры. Тилар

От новостей кулаки сжались сами собой, а я вынужден был стоять, склонив голову, и изображать покорного робота перед Советом. Я бы с огромной радостью разогнал это сборище женщин, которые владеют хоть чем-то на Венере и решили поиграть в политику. Заставили меня приехать в "Вечернюю звезду", только чтобы показать своё превосходство!

Нет, среди венерианских женщин и даже в Совете есть и прекрасные люди, знакомством с которыми я горжусь и готов прислушаться к их советам. Как Заряна, например.

– Тилар, ну что тебе стоит продать половину дела какой-нибудь венерианке, – уговаривала она меня после окончания этого цирка с гордым названием «заседание Совета Венеры». – Тогда тебе самому будет легче. И земли под новые разработки и шахты предоставят, и налоги будут брать по-нормальному, а не в двойном размере.

– Я всего добился сам, Заря, – со вздохом ответил я давней подруге. – А любое женское имя в списке совладельцев, и тут же моя подпись перестанет иметь вес. На все действия, от закупки туалетной бумаги в офис и до премии сотрудникам я обязан буду получать у «великой госпожи» разрешение. Я перестану быть собой, боссом своей жизни и своих решений, потеряю бизнес, а ты сама знаешь, чего мне стоило его построить.

– Не представляю, как тебе удалось такую корпорацию единолично организовать на Венере без женской поддержки, – Заряна покачала головой.

– Ну почему же, у меня есть ты, – улыбнулся я ей. – Выгодные мне идеи в Совете у тебя отлично получается проталкивать.

– До сих пор не понимаю, как закон об увеличении налогов для предприятий без женского участия прошёл мимо меня, – виновато пожала плечами Заряна.

— Это было ожидаемо, сама знаешь, кто на меня ногти точит. Ничего, я справлюсь, как и до этого справлялся. Не могут же они принудительно закрыть мой бизнес?

Алина

Моё наследство располагалось в оранжевом районе. Я окинула взглядом жилые дома: их верхушки терялись в облаках и загадочно мерцали энергетическими куполами. На стенах, балконах и специальных этажах царили зелёные насаждения, дышалось легко. Перед соседним домом пожилой мужчина выгуливал собачку, значит, это по-прежнему элитный район. Дорогое удовольствие — держать домашних питомцев.

Я решительно направилась к ближайшему подъезду. Мне полагался целый этаж в центре комплекса, надеюсь, там сейчас никто не живёт, а то будет неудобно выставлять братьев или отцов. Но это — моё, а им по завещанию досталось пожизненное содержание из доходов, которые приносит мамина фирма. Меня одаривать собственной компанией мама не стала, но после наших ссор это и неудивительно. Хотя бы квартиру оставила, и на том спасибо.

Просторный холл здания встретил ионным фонтаном, зимним садом и диванчиками для посетителей. Из-за стойки плавно шагнул венерианин в форме управляющей компании, поклонился, спросил, кому доложить о моём появлении.

Галлиус насупился, сразу полез с обвинениями в том, как этот кусок космического шлака смеет разговаривать с женщиной, да ещё с хозяйкой! Я шикнула на отца, чтобы не лез в разговоры без спроса, и предъявила консьержу выданную юристом карточку.

Мужчина поклонился, с извинениями активировал на стойке вирт-панель, приложил карточку, сообщил, что квартира долгое время была законсервирована. Я попросила вызвать службы уборки и дизайнера, консьерж пообещал всё сделать.

Мы с отцом шагнули из лифта в просторное, даже излишне свободное пространство. Никогда не понимала венерианской моды оставлять лифт посреди гостиной, без прихожей. Окна, почувствовав движение, услужливо поменяли прозрачность, и этаж залил оранжевый свет.

Я с интересом пошла изучать своё новое жилище. Всё было совсем иначе, мама явно делала после моего ухода ремонт и даже передвинула перегородки между комнатами.

Женская половина квартиры просторная, с огромной спальней в розовых тонах, вместо кровати — мягкий пол, заваленный подушками. М-да, мне такое не подходит.

Рядом я обнаружила комнату для рукоделия, почему-то запертую. К ней отец отказался даже приближаться, только пробормотал, что мама не разрешала заходить. Зато он с удовольствием потоптался по большой гостиной с огромным полукруглым диваном и привычно активировал показ новостей, использовав одно из окон вместо экрана.

Я попыталась переключиться на земной канал вещания, но все настройки программ тут же сбились. Галлиус, пробормотав извинения, за несколько минут вернул всё, как было.

— Хочу осмотреть мужскую половину, — я решительно направилась к полупрозрачной перегородке, которая делила этаж на неравные части.

Отец попытался отговорить и заверил, что там всё по стандартам, но мне хотелось понимать, что мне досталось. Я фыркнула, заглядывая в крошечные, размером с ванную, комнаты для мужей. В общем зале с потрёпанным диваном, вирт-панелью старого образца и парой спортивных тренажёров хотелось срочно сделать ремонт.

Я почувствовала, как смущение опалило щёки, когда зашла в большое помещение, полное необычных конструкций. Кушетки, пуфы, напоминающие спортивные козлы, везде кольца и крюки, ремни с петлями. Я вздохнула и покачала головой. Комната для «взрослых игр» — судя по всему, ей не слишком активно пользовались.

— Часто приходилось здесь бывать? — спросила я у отца, пытаясь решить, можно ли переделать «игровую» в детскую или лучше перенести сюда тренажёры, а для детской отгородить часть гостиной на женской половине.

— Нет, Алина, что ты, Линала не любила посторонние предметы в личных отношениях, — отводя взгляд, пробормотал отец.

Вот и прекрасно, значит, комната просто дань традициям. Или, что более вероятно, маме она досталась как часть стандартной планировки квартиры, и родителям было просто лень что-то менять. Подозреваю, мама вообще на мужской половине ни разу не была.

Комната для рукоделия оказалась заперта, панель на двери просила ввести пароль. Даже любопытно, что там мама могла прятать от мужей и какой пароль придумала? Наверняка я где-то в квартире найду подсказки.

А пока надо посмотреть, что у меня уже есть, и что нужно докупить для нормальной жизни, помимо одежды и бытовых мелочей.

Я залезла почти с головой в шкаф на кухне, чтобы проверить, что из посуды осталось в доме. Вызов браслета застал меня за пересчётом голубых тарелочек, и от неожиданности я больно стукнулась головой о полку.

— Госпожа, служба уборки готова приступить, дизайнер прибудет к трём часам, — известил мужчина, глядя на меня с экрана вирт-панели.

— Благодарю, они могут подниматься, — кивнула ему, потирая макушку, и повернулась к Галлиусу. — Пап, спасибо, что встретил сегодня. Буду рада, если мы пообедаем вместе на неделе.

На мою улыбку отец посмотрел с недоверием.

– Ты можешь ехать, наверняка у тебя есть дела, – уже прямым текстом указала я родственнику на дверь. Я ему, конечно, благодарна за помощь, и уже не раз об этом сказала, даже предложила заплатить или через пару дней торжественно отметить моё возвращение где-нибудь в кафе.

— Ты уверена, что одна справишься со всем? Я мог бы сам здесь прибраться, приготовить тебе ужин.

Угу, а потом попросит осмотреть свою старую комнату и останется здесь жить. Пришлось вежливо, но настойчиво его выпроводить. Извини, папа, но мы друг друга почти не знаем, и пускать в дом посторонних не входит в мои планы. Мама тебе содержание оставила, ты без женского руководства как-то справлялся все эти годы, и сейчас без моего участия проживёшь.

Команда клинеров из службы уборки ожидаемо состояла из мужчин. Они высыпали из лифта, поклонились и с интересом уставились на меня, явно прислушиваясь к собственным ощущениям.

После короткой паузы, когда все присутствующие убедились, что их организмы на меня не среагировали, вперёд вышел самый маленький из команды. Ниже меня на голову, он походил на подростка, который сбежал с уроков, а в качестве маскировки надел отцовский костюм.

Мы обговорили условия работы, и мне вежливо предложили бесплатно посетить салон красоты, потому что в квартире может быть шумно. Я отказалась, решив, что самое время для позднего завтрака. Кошмар, ещё только полдень, а день уже кажется мне бесконечным!

В ресторане было многолюдно. За соседним столиком шушукались молодые девушки, я ловила на себе их любопытные взгляды. Неприятно кольнуло, что у каждой из них уже было по одному-два брачных кристалла над бровями.

Я вздохнула. Вадик казался таким надёжным, я так мечтала, что он сделает предложение. Мы даже несколько раз обсуждали, где проведём медовый месяц. Конечно, после того, как кончится очередной проект, который почему-то опять вела я одна, пока Вадик зависал на очередной конференции.

– Госпожа, примете ли вы меня и моё имущество в свой дом? – раздалось совсем рядом.

Я дёрнулась, будто меня ударили, и повернулась на голос. Девушки за соседним столиком захихикали. Перед одной из них опустился на колено мужчина в форме официанта и протягивал серебристый прямоугольник банковской карточки.

Сердце стучало, как сумасшедшее. И чего я боюсь больше, что на меня отреагирует венерианин или что так и останусь одна?

Расплатившись, я минуту посомневалась, заказать необходимые мелочи с доставкой на дом или съездить в торговый центр. И в итоге всё-таки выбрала второе.

…Прогулка по магазинам помогла немного успокоиться. Напоминалка на браслете не сработала, и на встречу с дизайнером я безобразно опаздывала. Зато успела купить самое основное – одежду для дома, пару комплектов на выход, средства гигиены. Кто бы знал, сколько всего нужно человеку!

Стоило выйти из ИТС с огромными пакетами, как из здания выскочил консьерж, забрал покупки, и тут же, в холле, представил мне дизайнера. Мужчина в зелёном мягком свитере перехватил пакеты, отвесил замысловатый комплимент и сообщил, что готов реализовать любые мои капризы.

Капризов у меня было мало. Чтобы много свободного места, всё безопасно для ребёнка, обстановку в пастельных тонах и нормальную кровать.

Дизайнер озадачился. Попытался выяснить, чем и в какой комнате я планирую заниматься, будут ли домашние животные, сколько собираюсь взять мужей. В итоге показал картинки с интерьерами, я выбрала несколько, что более-менее понравились, и распрощалась с мужчиной до завтра.

Разболелась голова. Слишком много мужчин на сегодня, слишком мало времени прошло после бегства.

Тишина в квартире давила. Я включила везде музыку, приглушила свет, заказала ужин. Запустила первый попавшийся фильм… И расплакалась. Было страшно убегать на ИТС из дома, чтобы успеть на рейс Земля-Венера. Было сложно решиться уйти от Вадика. И очень странно снова сидеть на Венере, куда я обещала сама себе больше никогда не возвращаться, как бы трудно ни было.

***

Утро началось непривычно поздно. Не орал будильник, предупреждая, что через два часа пора сдавать отчёт, не жужжали роботы, которых Вадик почему-то всегда программировал на утро. И бесполезно было объяснять, что они меня будят, ему-то они не мешали. И как я раньше не придавала значения таким мелочам?

Я спокойно пила воздушный коктейль и читала местные новости о конкурсе талантов в парке, когда пришло письмо. Иконка на мой жест послушно запустила видеосообщение, и кухню наполнил родной и жутко злой голос.

После первых же слов я подавилась. Попыталась откашляться и смахнула бокал с недопитым коктейлем на пол.

На видео взбешённый Вадик буравил экран взглядом.

– Алина, с*ка, какого космического шлака ты тут устроила?! Квартира в пене от системы пожаротушения, роботы неисправны, дверь заклинило, мне пришлось ждать, когда её демонтируют, чтобы домой зайти! Я это всё вычту из твоей зарплаты! Заставлю с*сать мне, пока всё не отработаешь! В какой чёрной дыре тебя носит? Я уже подал документы на отцовство, завтра нужно, чтобы ты в суде подписала отказ от ребёнка. Если ты немедленно не вернёшься, я тебя из жопы мира достану и лично выколупаю из тебя своего ублюдка!

Это он зря, конечно. Я отдышалась и отключила сообщение, не желая слушать дальше.

У него был крошечный шанс договориться и помириться. Я даже готова была его выслушать! Увы, выслушала. Больше не стану.

В ногу ткнулся робот-уборщик, который почти закончил вытирать остатки коктейля с пола. И мне так стоит сделать, просто убрать Вадика и всё, что с ним связано, из своей жизни, как мусор.

Тряхнув головой, я пошла одеваться. Если буду сидеть дома, взвою. А мне нужно решить, как содержать себя и ребёнка, пообщаться с кем-то из венерианок, выбрать медцентр, садик, найти приличное кафе. И вообще, мне гулять полезно.

Я уже и забыла, когда вот так просто гуляла по улице. С непривычки хотелось ускорить шаг, внутри свербело неприятное чувство какой-то незавершённости, словно я опаздываю в офис с очередным докладом.

Главный местный клуб, «Вечерняя звезда», оказался почти пуст, а те дамы, которые изволили там заниматься делами, были мне незнакомы. Интересно, как часто Заряна тут бывает? В местной инфосети её контактов ожидаемо не было. Я оставила свои контакты сотрудникам клуба, попросила передать Заряне, когда она появится.

Стряхнув с себя пренебрежительно-оценивающие взгляды дамочек, я решила, что строить из себя коренную венерианку смысла нет. Наверное, поэтому вместо пафосного центра с персоналом в обтягивающей форм я выбрала обычный медцентр, где принимают представительниц всех рас, и внесла предоплату за обслуживание.

После визита в медцентр я немного успокоилась. Мои показатели в норме, малыш для своих нескольких недель тоже в порядке. Воздушные коктейли с микроэлементами мне пить не сложно, а поменьше волноваться и сама была бы рада.

Ещё одну рекомендацию, больше гулять на свежем воздухе, я решила исполнить сразу же и поехала в парк. В детстве я любила там гулять, даже лазала по деревьям. Мне это место казалось оплотом дикой природы, островком свободы.

Парк с моего последнего визита прихорошился, как невеста перед свадьбой. Пахло цветами, деревья больше не выглядели лохматыми вениками, трава не казалась пожухлой, пучки колючих сорняков не торчали из-под бордюров. Меня подводит память, или же парк сменил хозяйку и им наконец-то занялись всерьёз?

Возле парковки такси я снова заметила компанию девушек с кошачьими ушками. Они громко обсуждали какую-то рцевалию и решали, сходить ли в кафе с кухней системы жёлтой бури или космические креветки там слишком острые.

Как только машина с шумной компанией поднялась в воздух, на это место опустилось ИТС, из него вышел симпатичный парень. Он принялся озираться вокруг, словно что-то искал. Или кого-то – я заметила в его руке золотистый прямоугольник ритуальной карточки. Хм, похоже, тот бедолага из космопорта.

– Эй, парень, ты хвостатых ищешь? – окликнула я молодого мужчину.

Он закивал, так старательно, что я испугалась, не отвалится ли у него голова.

– Они говорили про кафе с кухней системы жёлтой бури, знаешь такое? – сообщила я.

– Да, знаю, госпожа! Благодарю, госпожа! Всех благ и обеспеченных мужей вам! – парень поклонился и улетел на той же машине, из которой вышел минуту назад.

Ну вот, а я рассчитывала узнать, что это за кафе такое. Никогда не пробовала космических креветок. А обеспеченный муж мне бы не помешал. Вернее, обеспечение без мужа! Хватит с меня отношений и мужчин.

Детский смех заставил обернуться. Десяток мальчишек, под предводительством девочки в ярком платье, промчались по центральной аллее и скрылись на одной из боковых дорожек. Я улыбнулась им вслед, от мысли, что скоро и мой малыш будет тут бегать, внутри стало тепло.

Парк радовал. Я заметила голографическое объявление о том, что скоро начнется строительство оранжереи, список ближайших мероприятий, приглашение поучаствовать в посадках новых деревьев. Интересно, если я решу посадить несколько кустиков, сколько мужчин упадут в обморок при виде женщины с лопатой? Полагаю, об этом даже сложат легенды и будут пересказывать внукам.

Хмыкнув от такой перспективы, я развернулась – и почти налетела на рыженькую молодую женщину с кошачьими ушками. Да откуда их здесь столько? Может, я что-то пропустила?

– Привет! Хочешь поучаствовать в посадках? – полюбопытствовала женщина-кошка. Или не кошка, хвост гладкий и с кисточкой на хвосте, невероятно гибкий, он словно жил своей жизнью.

Я с трудом отвела взгляд от подвижной конечности и поделилась мыслями о том, что не стоит доводить мужчин до обморока.

– Да, они здесь непривычные, – девушка задорно рассмеялась. – Я Ли-Синия. Не видела тебя раньше в парке, женские лица обычно здесь одни и те же.

– Я только вернулась, – пожала я плечами и не стала уточнять, откуда. – Удивительно, насколько тут всё посвежело. Парк теперь выглядит ухоженным, не знаешь, кто его сейчас курирует?

– Спасибо, – мило покраснела Ли-Синия и, поймав собственный хвост, потрепала кисточку. – Я не так давно приняла дела по этому парку, приятно слышать, что изменения ему на пользу.

– О! Здорово! – я не сразу нашла слова, а потом решила пошутить. – Можно тебя тогда попросить? Не рубите вон то дерево, оно дорого мне как память. На развилке я любила сидеть в детстве, даже не все мальчишки могли туда залезть. Я тогда мечтала о канатах и полосе препятствий, чтобы окончательно утереть им всем нос.

– Знаешь, про подвесные мосты мне Аргус, муж одной знакомой, что-то уже предлагал. А про дерево я услышала, договорились. Есть у меня одна идея на его счёт.

Нашу беседу прервал взволнованный мужской голос.

– Госпожа, Ти-Лания пропала! – бледный мужчина был почти в панике.

– Сарий, датчики показывают, что она ещё в парке, – Ли-Синия развернула вирт-панель с картой и мигающей стрелочкой. – Мне пора, – уже на ходу попрощалась Ли-Синия. – Если что, всегда рада видеть тебя, даже с лопатой.

Только когда она ушла, я сообразила, что можно было спросить про ту хвостатую компанию и предупредить, что за ними бегает парень по всей Венере.

На следующий день я снова пришла в парк. Сидела на скамейке, любовалась цветущей клумбой, наблюдала, как мужчины приводят детей, в основном мальчишек, на прогулку. И чувствовала себя в каком-то мужском царстве.

На первое время моих сбережений хватит, хорошо, что мне есть, где жить. Наверное, я по маме даже скучаю. Немного. Но того, как она поступила с отцом, простить не могу.

Ветер принёс запах помесинов.

– А-пчихи! – в носу защекотало.

– Прошу вас, госпожа, – бедно одетый молодой мужчина протянул мне упаковку платочков. – У вас всё в порядке? Вызвать такси или медиков?

– Спасибо, всё хорошо, – я даже растерялась.

Мужчина поклонился, взял за руку симпатичного мальчика, который не так давно научился ходить, и они медленно пошли дальше.

Пока я умилялась, глядя на неуверенные шаги ребёнка, едва не пропустила вызов.

– Алина, где ты пропадала?! – на меня с экрана вирт-панели смотрела ухоженная блондинка в дорогом костюме, явно подобранном стилистом. Только волосы, как и в детстве, непослушно растрепались из причёски.

– Заряна? Рада тебя слышать! – улыбнулась я.

***

Через полчаса мы с Заряной устроились в кафе, и я, отвыкнув от живого обслуживания, нервно дёргалась на каждое появление излишне угодливого официанта. На Земле в обслуге везде роботы, с ними как-то проще.

Заряна рассказала, как её увлечение самодельной косметикой переросло в бизнес, и что старшего из её мужей, химика, на котором и держится весь бизнес, звали в «Золотое дно» Союза. Я поделилась историей своих побегов – и с Венеры, и обратно.

— Да, я слышала, что твоя мама выгнала одного из мужей. Его объявили неблагонадёжным, а потом он пропал из новостей.

— Это был Балий, мой биологический отец, – я грустно помешала ложкой воздушный коктейль. – Мама услышала, как он рассказывал мне про планеты, где у мужчин и женщин равные права. Она разозлилась, сказала, что это чушь. Якобы женщины лучше справляются с любой задачей, а доля мужчин – содержать избранницу и её детей. Я за отца заступилась, а когда на следующий день вернулась из школы, его уже не было.

– Сочувствую. Ты его не искала?

– На Земле у меня не было такой возможности, а здесь я пока не устроилась.

– Семейный бизнес тебе не доверили? – понятливо хмыкнула Заряна.

Следующие полчаса мы перебирали, чем мне можно было бы заняться на Венере. Он инструктора по жизни на Земле до тренера по БДСМ – ну не простаивать же «игровой комнате» в моей квартире без дела?

Когда смешные варианты закончились, я выдала самую невероятную, на мой взгляд, идею:

– Если бы можно было получать зарплату просто за то, что ты женщина, я бы согласилась, не раздумывая!

– Ты серьёзно? А как же амбиции?

– Амбициями, и своими, и чужими, я сыта по горло! В чёрную дыру отчёты, экономический анализ, управленческие решения и прочую чушь! И вообще. Нет у меня этой бизнес-жилки, ни идей, ни желания заниматься. Перегорела. Если честно, восхищаюсь, как у тебя с косметикой здорово вышло.

– Ты не путай, у нас условия были неравные. Ты начинала с нуля на планете, где на венерианок смотрят предвзято, как на изнеженных избалованных девиц. А мне помогали отцы, мужья, мама, плюс программа поддержки «полезных для женщин идей и начинаний», налоговые и кредитные льготы и прочее. Это я восхищена твоей смелостью и упорством.

От простых слов в носу защипало. Заряна говорила очевидные вещи, но я как-то над этим не задумывалась. Привыкла считать себя неудачницей, неженкой, бездарностью, ведь, по сути, я ничего так и не достигла и не добилась. Но, выходит, не всё так со мной и плохо, верно?

Заряна задумалась, посмотрела на меня оценивающе. Под её взглядом мне захотелось поёжиться.

– Заря, ты чего?

– Ты бы согласилась на договор, по которому тебе будут платить за номинальную должность? Подписала бы полную, стопроцентную доверенность на управление бизнесом, скажем, на имя мужчины, без права голоса и вмешательства в его дела?

Я вздохнула. Рассказала, что в последний раз была в отпуске больше трёх лет назад, ещё до бурного романа с Вадиком. И что я мысленно уже готовлюсь стать мамой, не до бизнеса сейчас.

Могу хоть прямо сейчас такой договор подписать, только фирмы нет, да и на своё имя оформлять её не хотелось бы. Если сотрудники напортачат с налогами, например, то спрашивать по венерианским законам будут с владелицы.

Мы ещё обсудили Аквамарин с его курортами, популярную певицу Дельфинару из Светлого Будущего, которая, оказывается, не так давно на Венере давала концерт. Кажется, даже увезла с собой венерианца в качестве мужа, из-за чего едва не поругалась с продюсером.

– В общем, не складывается у меня с мужчинами, Заря. Сначала отец пропал, потом другой пытался уговорить стать его мамочкой, а бывший, который так и не стал мужем… Знаешь, иногда мне кажется, что все мужики гады! – высказала я в сердцах, выходя из кафе, и с опаской поглядывая на спешащих по улице мужчин. – Не готова я сейчас к новым отношениям, даже не представляю, что буду делать, если кто-то на меня среагирует.

– Я уверен, госпожа, что вы ещё встретите своего мужчину, которого сможете полюбить и принять, – поклонился симпатичный брюнет.

Он оказался одним из мужей Заряны, и приехал специально, чтобы встретить её и проводить домой. Я только грустно улыбнулась, наблюдая, как он вьётся вокруг подруги. Помог ей надеть жакет, придержал дверь, а потом и вовсе опустился на колени, чтобы поправить расстегнувшийся ремешок на её туфельке.

Заряне пришлось вызывать мне такси – у меня опять сбоило вирт-окно. Зато приём сообщений работал отлично, в чём я убедилась, стоило сесть в машину: «Милая, прости, я погорячился. Мне без тебя и нашего малыша плохо. Возвращайся, я уже заказал тебе аппарат для воздушных коктейлей».

Горло перехватило, на глаза навернулись слёзы. Вадик, гад! И он думает, что я снова ему всё прощу? После того, как запер меня в квартире, после того, как назвал ребёнка ублюдком!

А я ведь этот аппарат очень хотела. Вадик смеялся, что рядом со мной прибор сломается раньше, чем я его распакую. Говорил, что для нас это очень дорого, а мы ведь собирались в отпуск на Аквамарин рвануть, осталось только вот этот проект закончить. Но у него конференция, не могла бы я помочь с отчётами, и тогда мы обязательно…

От злости на саму себя и собственную наивность меня трясло, от слёз я ничего вокруг не видела. А самое обидное, хотелось, безумно хотелось поверить ему, довериться, простить, и…

Никакого «и» не будет. Хватит! Не прощу!

Я поняла, что такси уже у дома, только когда услышала мужской голос.

– Госпожа, позвольте вам помочь, – я по-простому вытерла слёзы кулаком и взглянула на консьержа, который протягивал руку, чтобы я могла опереться. – Тут ступенька, теперь сюда, пожалуйста. Осторожнее, не споткнитесь…

– Дальше я сама, – наверное, слишком резко ответила я мужчине в холле и высвободила свою руку. Но я не просила о помощи, и совершенно не хотела видеть жалость в глазах посторонних мужчин.

Я вызвала лифт. Снова. И снова.

Через минуту стало понятно, что случилась какая-то поломка.

– Госпожа, позвольте, я перезагружу систему, – с поклоном оттеснил меня от панели управления всё тот же консьерж.

– Да. Конечно. Спасибо.

Я отошла к стоящему у стены дивану, чтобы не мешать мужчине делать его работу. Взяла со столика пару платочков, некрасиво высморкалась, ещё раз перечитала сообщение от Вадика и, зло бросив платочки в мусоросжигатель, стёрла письмо.

Всё. Этого мужчины больше нет в моей жизни. А остальные мужчины не виноваты в том, что мне такой космический шлак попался, верно? Где-то на целой Венере должен, просто обязан быть тот, кто будет с таким же счастливым видом поправлять на мне босоножки, как тот брюнет на Заряне!

Тилар

Я смотрел на бесконечный поток уведомлений от официальных служб Венеры и впервые чувствовал не злость, не азарт, а равнодушную пустоту внутри.

Новая строчка в законе – и теперь ни одна фирма без женского участия не имеет право вести деятельность на Венере. Причём владелицей либо совладелицей фирмы обязательно должна быть именно женщина с венерианским гражданством.

Чтобы мои сотрудники не лишились работы, мне придётся продать шахты, завод по очистке и обогащению висмурта и все сопутствующие предприятия. После работы со мной ребят никто не захочет брать к себе – как же, предпочли пахать на мужчину вместо службы венерианским гадинам.

Юристы разводят руками – ни одной лазейки. Гадство! И уверен, Кассия приложила к этому свою лапу. Выдрать бы её наманикюренные когти по самые плечи!

– Господин, – Ларус, новый секретарь, который и месяца не успел у меня проработать, робко топтался в дверях. – Господин, с вами хочет поговорить госпожа Заряна.

– Не повезло тебе ко мне устроиться, Ларус, прости, – извинился я перед парнем. Неплохой секретарь, и домашний муж из него вышел бы отличный, только его кровь пока никого не признала.

– Господин, госпожа Заряна звонит уже в третий раз, говорит, это срочно. Ругается, что вы не отвечаете на её вызов, – бледнея от собственной настойчивости, повторил парень.

Ну да, страх перед женским могуществом он ещё не изжил, бедняга.

Я махнул рукой, соглашаясь принять вызов. Просто чтобы Заряна не мучила секретаря своими звонками. Ну, а что она может мне сказать? Посочувствует, что моему бизнесу осталось от силы пара дней?

– Тилар, чтоб тебя чёрная дыра проглотила! Я нашла для тебя женщину, а ты мои звонки игнорируешь! – вместо приветствия рявкнула подруга.

– Заря, тебе метеорит в макушку прилетел? О чём ты говоришь?

– У меня есть знакомая. Венерианка. Но она росла на Земле, и твой бизнес ей совершенно до чёрной дыры. У неё разборки с бывшим, работой она сыта по горло и согласна довольствоваться жалованьем просто за номинальную должность. Завтра в десять она подъедет.

Звучало очень подозрительно. Любая женщина с венерианским гражданством захочет записать компанию на себя и попытается всё под себя переделать, разве нет?

– Тилар, я понимаю, почему ты сам не предложил мне такую схему, да я бы и не согласилась. Чтобы моё имя фигурировало на документах, которые я не контролирую? Скорее орбита Венеры снова поменяется. Но Алина действительно другая. Ну что ты теряешь? Всё равно твоя фирма перейдёт в распоряжение Совета, если не найдёшь венерианку-покровителя в ближайшее время. Хуже не будет точно.

– Ладно. Зови свою Алину, – недовольно ответил я воодушевлённой Заряне и устало потёр лоб. Кажется, за эти два дня я вообще не спал. Надо у секретаря спросить, уходил ли он домой, сотрудники не обязаны страдать вместе со мной.

Алина

Я уже собиралась спать, когда снова раздался вызов от Заряны.

– Красавица, я нашла тебе подходящую компанию! Добывает висмурт для космических кораблей, на шахтах пашут роботы, а вот в лабораториях и на заводах есть живые сотрудники. Не косметика, конечно, и землянки за баночку висмурта драться не станут, но прибыль вполне стабильная, даже из Союза была пара заказов, – протараторила Заряна, параллельно разглядывая графики продаж сразу на нескольких вирт-окнах.

– Заря, я…

– Ой, про землянок это я не подумала. Не обижайся, всё время забываю, что ты одна из них!

– Куст без корней не растёт, Заря. А у тебя в третьем графике точка безубыточности определена неверно, – я указала на красную линию чертежа.

– Ты права, надо уволить нашего аналитика, уже не в первый раз в его расчётах ошибка. Ты точно не хочешь у меня поработать начальницей отдела или своё дело открыть? Например, ведение отчётов для других фирм. Уж в этом-то ты разбираешься.

Я заверила Заряну, что не желаю видеть отчёты, графики и комиссии по правам мужчин с требованием повысить всему штату зарплату.

– Про комиссии полностью с тобой согласна, – рассмеялась Заряна. – Завтра в десять приезжай по этому адресу. Такси я тебе прямо сейчас закажу, чтобы ты потом не говорила, что все вирт-окна в округе разом сломались. Всё, до связи, потом расскажешь, как прошло!

Вирт-окно погасло, а я фыркнула. Ну, посмотрим, что там за должность такая и что от меня на самом деле будет требоваться.

***

Будильник не сработал. Я потянулась в кровати, посмотрела на идущие рябью часы, помянула чёрную дыру и помчалась одеваться. Хорошо, что я с вечера повесила блузку с юбкой в шкаф, техника привела всё в порядок. Туфли? В чёрную дыру каблуки, и балетки сойдут!

Бутерброд я доедала уже в такси. Надеюсь, в офисе найдётся аппарат с напитками. Эх, погрел бы мне кто-нибудь молока утром! Кальций и всё такое. Кофе всё равно сейчас нельзя, а от какао я бы не отказалась.

В офисе, ожидаемо, все сотрудники были мужчинами. Они толкались в коридорах, ходили между кабинетами, сидели в окружении вирт-окон.

И все на меня смотрели, оглядывались, замирали рядом ненадолго, прислушиваясь к своим ощущениям – не среагирует ли на меня организм. Сразу почему-то вспомнилось, что я в спешке не успела сделать причёску, просто небрежно собрала волосы в хвост. Захотелось проверить маникюр, и нет ли крошек от бутерброда от одежды, и вообще, не забыла ли я принести очередной отчёт, который нужно было сдать ещё вчера.

Тилар, владелец этой, с позволения сказать, конторы – гад! Мог бы организовать встречу в другом месте, где на меня не пялился бы весь его штат. Или он таким образом устроил очную ставку с его сотрудниками, вдруг кто-то на меня среагирует, и я окажусь сговорчивее?

И вообще, почему я всё время забываю, что я венерианка? Это он должен был бросить все свои дела и приехать туда, где мне удобно, а не я мотаться через половину города.

Он даже встретить меня не соизволил, секретаря к парковке прислал!

Хотелось рычать. Сама виновата, сообразила бы вовремя, что имею полное право сама ставить условия, и сидела бы сейчас в кафе с воздушным коктейлем, пока меня уговаривают подписать доверенность.

Поправку к закону, из-за которой Тилару пришлось искать совладелицу, я изучила. Посмотрела комментарии юристов в инфосети, оценила изящество такого решения.

– Госпожа, прошу, – с поклоном меня подвели к кабинету владельца и по совместительству управляющего компанией. – Вы предпочитаете чай, кофе?

– Воздушный коктейль с третьим комплексом витаминов и ароматом помесина, будь добр, – я решила вспомнить, что всё-таки женщина, и снова на Венере.

– Ларус, оставь нас, – вмешался властный голос, стоило шагнуть в кабинет. – Госпожа, присаживайтесь. Воздушный коктейль я вам сейчас сделаю, – за моей спиной с тихим шорохом закрылась дверь.

И мужчина в дорогом костюме, в белоснежной рубашке, при галстуке, поднялся из-за стола. Я невольно скривилась – Вадик тоже любил показуху, одевался в костюмы известных брендов, и чтобы ни одного залома на рубашке, иначе будет скандал, потому что у него настроение испортится до самого вечера.

Проблема была в том, что конкретно этот раздражающий субъект смотрел на меня с возрастающим недоумением, а в его глазах медленно, но уверенно разливалось золото.

Владелец фирмы, на сделку с которым Заряна так меня уговаривала, отреагировал на меня. Я единственная женщина, с которой у него может произойти полноценная близость, и единственная, кто может подарить ему ребёнка. Теперь он может претендовать называться моим мужем, вернее, первым из мужей. А мне предстоит решить, нужно ли мне такое счастье.

Я вздохнула. Напомнила себе, что Вадик, конечно, гад, но срываться на других мужчинах недостойно настоящей женщины.

Повисло молчание. Тихонько жужжал какой-то мелкий робот в углу, на вир-окне над столом Тилара сменяли друг друга сообщения и таблицы.

И что мне с этим типом в костюме делать? Если бы он не был так похож на Вадика, было бы легче! Хотя… Ну, допустим, сам он мне пока ничего не предлагал, в мужья не рвался. Так что чего мне переживать?

– Ты можешь сейчас думать адекватно? – мило поинтересовалась я у Тилара и села в кресло, на которое он сам мне указал пару минут назад. До того, как мы оба вляпались в эту непонятную ситуацию.

– Желаете, чтобы я преподнёс вам карточку? – сквозь зубы, с явным раздражением, прошипел мужчина, и медленно опустился на своё место.

Я мысленно фыркнула. Принять карточку означало бы не просто принять этого мужчину и всё его имущество, включая, кстати, и эту фирму, но и все прилагающиеся к ним проблемы. А оно мне надо? Судя по тому, что рассказывала Заряна, у Тилара, как и у его бизнеса, всё не так гладко.

– А ты сам этого хочешь? – ответила я вопросом на вопрос. – Я шла сюда, чтобы подписать договор долевого участия в твоей фирме и полную доверенность на твоё имя. Мои планы не изменились.

Мужчина немного расслабился. Он смотрел на меня нечитаемым взглядом, и я не могла понять, и чём он думает.

Снова повисло молчание. Я вспоминала всё то, о чём шептались на переменах девочки в венерианской школе, о чём наставляют мамы-венерианки дочерей, статьи в местной инфосети. Мне, кстати, мать в своё время на прямой вопрос фыркнула: «сама разберёшься». А вот отцы, спасибо им, объяснили, как момент обретения избранницы меняет мужчину.

Сейчас у Тилара, возможно, кружится голова, сбивается дыхание, колотится сердце. Он чувствует себя, как на бегун на старте марафона – внутри бурлит азарт, полная готовность к действиям, нужна только отмашка к началу. А может, ему хочется не бежать, а драться, или свернуть горы. Как профессиональный спортсмен перед важным состязанием, вроде и готов, и тренировался, но справится ли?

Только шаг от пропасти, прыжок с вышки в воду, кульбит на огромной скорости над горящим рвом… Мысли только о предстоящей дистанции, о состязании, больше ни до чего нет дела. Добежать, опередить, получить приз!

Лишь один из моих отцов описывал своё обретение, как счастье. Будто ему показали величайшее сокровище в мире, объяснили ценность, а потом доверили, дали в руки и сказали: «Храни». Кажется, он один по-настоящему любил мою мать.

Что в такой ситуации делать женщине? Первым делом – дать парню разрядку. Так немного спадёт гнёт гормонов, мужчина почувствует себя более стабильно, уверенно. Ну а дальше уже можно с ним договариваться, присматриваться друг к другу и решать какие-то вопросы.

Тилар просто сидел. Не искал по карманам злополучную карточку, не спешил предлагать интим в любых видах, не собирался танцевать стриптиз. Смотрел на меня непроницаемым взглядом и молчал, сцепив руки на столе. И это настолько выбивалось из привычного образа мужчины-венерианина, что даже обидно стало. Я ему настолько несимпатична?

Я невольно начала к Тилару присматриваться. Мужественный подбородок, лёгкая щетина, как если бы он забыл побриться пару дней. Аккуратная строгая стрижка, без модных на Венере разноцветных прядей в волосах. Широкие плечи, заметно, что под пиджаком прячутся сильные мышцы. Когда только он успевает держать себя в форме?

В голову закралась соблазнительная мысль – а не насолить ли Вадику? Я как-то раньше не задумывалась, что, с учётом количества командировок, он мог проводить эти дни и недели вовсе не в одиночестве. И вообще, я свободная, совершенно незамужняя женщина! И врачи не запрещали интим, наоборот, мне вроде как полезно. Если без экстрима, конечно.

На вирт-окне над рабочим столом что-то пискнуло, но Тилар отмахнулся от сообщения, даже не взглянув. Снова молчание. И ведь наверняка ему сейчас нелегко держать себя в руках.

Нет, я так не согласна. Мне нужно подписать эту доверенность, потом найти кого-то, кто смог бы помочь с поиском родного отца, спасибо Заряне за идею. И придумать, как вернуть Вадику должок. Бессонные ночи, работа за двоих, отсутствие отпуска. Как минимум алименты он мне задолжал.

И Тилар не очень-то на моего бывшего похож, особенно, если его раздеть.

Я встала, под всё более напряжённым взглядом Тилара подошла к нему, провела руками по широким плечам.

– Позволишь? – я сняла с него пиджак.

Тилар нервно сглотнул, стянул через голову галстук, расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке.

Да, так лучше. Теперь он ещё меньше похож на Вадика. Совсем не похож!

Внутри уже щекотало предвкушение. Как пузыри в шампанском, ощущение, что этот мужчина теперь мой навсегда, ударило в голову. И ведь он никогда не изменит, не сможет уйти к другой, не станет смотреть снисходительно, как на дурочку, которая чудом чего-то смогла добиться, а он по доброте душевной подобрал с обочины.

– Госпожа? – чуть хрипло спросил Тилар, окончательно разрушая сходство с бывшим.

Шалея от собственной власти, я села Тилару на колени верхом. Он проследил, как задирается моя юбка, сглотнул. В брюках ему явно было тесно, и, похоже, это смущало мужчину.

Я чуть улыбнулась, провела пальцами по его щеке, легко поцеловала. Только убедившись, что Тилар и не думает сопротивляться, я обняла мужчину за плечи, углубила поцелуй, и потёрлась трусиками о твёрдый бугор на брюках.

Тилар на поцелуй ответил. Чуть неловко, неумело, но он вёл себя всё увереннее с каждой минутой. Я почувствовала его руки на коленях, ладони скользнули за край задравшейся юбки и остановились на моей попе, чуть сжали.

Мои мысли стали тягучими и очень горячими. Хотелось увидеть Тилара совсем без одежды, почувствовать его руки на голой коже. Представлялось, что он посадит меня на край стола, раздвинет мне ноги и опустится на колени между ними. Или ещё лучше – сам ляжет на жёсткий стол, а я встану над ним, буду трогать и гладить, как мне захочется, а потом опущусь сверху, впуская его член внутрь.

От фантазий начала кружиться голова, внизу живота наливалась тяжесть, от которой хотелось скорее избавиться.

Поцелуй, наверное, мог бы продолжаться вечно, но мне хотелось большего. Я немного отстранилась, с удовольствием отметив, как Тилар на мгновение потянулся следом.

Он быстро взял себя в руки, пытался вернуть лицу нейтральное выражение. Но звук застёжки на брюках снова выбил его из колеи.

Я сдвинула край брюк, отодвинула бельё и взяла в руку член. Провела по всей длине. Тилар дёрнулся, будто хотел вскочить, но я мягко надавила ладонью ему на грудь, успокаивая.

– Мы просто расслабимся и доставим друг другу немного удовольствия. Не переживай, я всё сделаю сама, – шепнула я мужчине и легонько укусила за ушко.

Прерывистый вздох, и Тилар наконец-то ожил. От стянул с меня блузку, кажется, совершенно позабыв про пуговицы, поцеловал изгиб шеи, попытался снять бюстгальтер. Я расстегнула магнитную застёжку, и с удовольствием почувствовала тёплые ладони на своей груди. Выгнулась, когда Тилар потянулся к груди с поцелуями, и со стоном выдохнула.

Я подалась вперёд, потёрлась о горячий член, и пожалела, что сразу не сняла бельё. Так не хотелось вставать сейчас, чтобы раздеться! Казалось, минутное промедление, вынужденная пауза сломают магию, которая сейчас с нами творилась.

– Госпожа, я… – чуть хриплым голосом попытался что-то сказать Тилар. Его мышцы под моими ладонями дрожали, и эта дрожь передавалась мне.

Я накрыла его губы поцелуем, не дав договорить. Да, милый, я знаю, что ты не подросток, чтобы ограничиться такими ласками. Не принять его было бы оскорблением.

Трусики легко сдвинулись в сторону, и от предвкушения я не сдержала рваный вздох. Крепко обхватила член Тилара, медленно провела по всей длине. Тилар застонал, и тогда я, приподнявшись, направила член внутрь.

Ох! Такое нужное, правильное чувство наполнения прошлось волной удовольствия по телу. Тилар снова замер. Я поймала его взгляд и качнулась, задавая темп. Тилар, глядя мне в глаза, сильнее откинулся на спинку, и, упираясь ногами и плечами, подмахнул мне бёдрами.

Я никогда не была сверху, и не представляла, что это может так заводить. Тилар придерживал меня, легко удерживая практически на весу, пока его член двигался внутри. Он то двигался медленно и замирал, погрузившись целиком, то быстрыми лёгкими движениями заставлял стонать от удовольствия.

Приближаясь к пику, я опустила руку между нами и погладила клитор. Знакомая волна удовольствия дрожью прокатилась по телу, на миг сбилось дыхание. Я наклонилась к Тилару, обняла его и поцеловала так, словно сейчас мир рухнет нам на плечи. Несколько быстрых движений, и Тилар напрягся, застонал мне в губы, явно пытаясь сдержаться.

Мы продолжали сидеть, обнявшись. Я положила голову Тилару на плечо, он осторожно гладил мне спину. И он всё ещё был внутри.

– Госпожа, я… – Тилар сглотнул, пытаясь подобрать слова.

– Всё хорошо, Тилар. Всё отлично, – я улыбнулась мужчине и осторожно встала. Огляделась в поисках своей одежды. И блузка, и лифчик лежали на столе поверх подноса с чистой посудой. Одеваться на разгоряченное тело не хотелось. Сейчас бы в душ!

– Госпожа, в кабинете предусмотрена ванная комната, – Тилар не сводил взгляда с моей груди, а я и не пыталась прикрыться. – Там только ионный душ, но…

– Да, было бы отлично, спасибо, – я с улыбкой кивнула.

Тилар нажал что-то на вирт-панели, и в одной из стен открылась скрытая дверь. В ванной было самое необходимое, даже стопка чистых полотенец. Я быстро привела себя в порядок, полюбовалась на припухшие от поцелуев губы, поправила одежду и вышла обратно в кабинет, чувствуя себя неловко.

Тилар спокойно ждал меня, снова был собран и одет в костюм. Захотелось сорвать с него эту мужскую броню, порвать на клочки и выбросить ко всем чёрным дырам в утилизатор мусора!

Мы с Тиларом молча смотрели друг на друга. Я ждала от него хоть какой-то реакции, он просто буравил меня взглядом.

– Что теперь, госпожа? – наконец, поинтересовался этот… представитель мужского племени. В последнем слове явно чувствовалась издёвка.

Ну, теперь было бы неплохо меня накормить, желательно не в офисной столовой, а в более приличном месте. Налить обещанный коктейль, а то после такого интересного времяпрепровождения действительно хочется пить. И поинтересоваться, как я себя чувствую, и чем мы можем друг другу помочь. И ведь действительно могли бы! А ещё желательно выбросить пиджак, который делает Тилара слишком похожим на Вадика.

Всего этого я, конечно, не озвучила. Я опустилась в кресло посетителя, мило улыбнулась и предложила:

– Теперь предлагаю подписать договор на моё участие в твоей фирме и полную доверенность на твоё имя. Мои планы по-прежнему не изменились.

Оформление документов много времени не заняло. Тилар был немногословен, отвечал скупо и только по делу, и сверлил взглядом так, что хотелось поёжиться. Приходилось напоминать себе, что я венерианка, и я в своём праве. А что этот тип ждёт, будто я начну требовать у него злополучную карточку со всем прилагающимся… Да больно надо! У самой проблем до хвоста кометы!

Из офиса я выходила с гордо поднятой головой. Вирт-панель на браслете ожидаемо барахлила, а возвращаться в здание, чтобы вызвать такси, откровенно не хотелось. Можно пройтись до ближайшей парковки и взять там любую свободную машину, насколько я помню, тут недалеко.

Или попросить кого-нибудь помочь? В мою сторону как раз неспешной трусцой направлялся темноволосый мужчина в спортивной форме.

– Вы не могли бы…

– Тебе привет от Вадика, с*ка, – прошипел он.

Я успела заметить летящий мне в живот кулак; с ужасом понимая, что не смогу защититься, всё-таки попыталась увернуться, и тут между мной и напавшим появился ещё один мужчина с взъерошенными радужными волосами. Он словно из космоса свалился!

Всё случилось очень быстро, и вот я уже сижу на земле, пытаясь осознать, что ударить меня тип не успел, надо мной двое мужчин вцепились друг в друга, а к зданию подлетает такси.

Первая мысль – юркнуть внутрь, как только выйдет пассажир, и пусть эти двое разбираются между собой. Ещё неизвестно, что второму от меня нужно!

Из такси вышел мужчина, неожиданно встал на колени, и следом выплыла Венерианка. Именно так, с большой буквы. Словно только что из салона красоты, ухоженная и одетая по последней моде, в комплекте – надменный взгляд королевы космоса и обиженно надутые губки. Россыпь кристаллов над бровью, столько, что даже сосчитать не сразу получится, и гордый розовый камешек среди них – эта дама имела счастье родить одну дочь.

Напавший на меня мужчина вывернулся и, заскочив в закрывающиеся двери такси, улетел. Венерианка жестом подняла своего мужчину с колен и зашла в здание. Космос безграничный, для меня прошла целая вечность, а часы отсчитали всего пару минут!

– Госпожа, вам помочь? – мне протягивал руку мой защитник. Молодой мужчина в тёмных очках, спортивных брюках и футболке без рукавов, со взъерошенными разноцветными волосами, словно на него упала радуга.

– Буду благодарна, если вызовешь мне такси, – я машинально положила руку на живот, прислушиваясь к своим ощущениям.

В чёрную дыру Вадика и его приспешников, лишь бы малыш был в порядке!

Тилар

Когда за Алиной закрылась дверь, я буквально упал в кресло.

В голове было пусто, перед глазами то и дело вспыхивали золотистые звёздочки. Умом я понимал, что должен радоваться тому, что Алина ничего не стала с меня требовать. Но инстинкты требовали догнать её, прижать к себе, вдохнуть её аромат и никогда не отпускать.

Какое-то иррациональное чувство твердило, что меня незаслуженно отвергли, хотя я не видел никаких причин для таких выводов. Напротив, мне очень повезло и в целом всё устраивало. Если бы не пляска гормонов!

Взгляд невольно метнулся к углу, в котором была одна из скрытых камер.

– На все сегодняшние записи в кабинете установить ограниченный доступ, – скомандовал я программе безопасности.

Теперь то, как прошла наша с Алиной встреча, никто не увидит, кроме меня. Захотелось тут же запустить повтор, убедиться, что со стороны это выглядело так же невероятно, как и ощущалось. В паху появился дискомфорт.

Космос бы побрал физиологию!

Я прикрыл глаза, прокручивая все детали сегодняшней встречи.

Образ Алины рисовался каким-то смутным, почему-то не получалось представить её целиком. Первым представлялись глаза, которые смотрели оценивающе. Потом губы, изогнутые в лёгкой усмешке, и которые оказалось так приятно целовать. Надеюсь, в этом я не совсем опозорился.

Дальше представлялись волосы, и я даже не могу сказать, какой они длины, знаю только, что они очень красиво лежат на её обнаженных плечах. Дальше представлялась грудь, и на этом мысли заканчивались или шли по кругу. Я невольно поправил брюки и понял, что это бесполезно.

Казалось, что случилось что-то неправильное. Интуиция, которая часто выручала меня в бизнесе, вопила, что я сделал что-то не так, но что?

Алина ведь даже не поинтересовалась, что я могу ей предложить. Будто заранее решила, что карточку от меня не примет. И над бровью только чёрный, материнский кристалл. Неужели Алина одна из тех мужененавистниц, которые отвергают всех мужей? В её возрасте остаться без единого брачного кристалла более чем странно. Откуда она вообще такая свалилась?

– Ларус, – вызвал я секретаря по вирт-панели. – Запроси у службы безопасности полное досье на госпожу Алину.

– Да, господин, – заученно отозвался помощник. – Как всё прошло? Нас уволят, или?..

– Или, – отрезал я и отключился.

Не бывает таких венерианок, чтобы не прибрали к рукам отреагировавшего мужчину.

А ещё внутри неприятно грызло сомнение. Я попытался Алине сказать, что не рассчитывал на тесное знакомство и причин ставить противозачаточный укол у меня до сих пор не было. Но Алина просто не стала слушать, заткнула мне рот поцелуем, и… От того, что было после «и», закружилась голова.

Я рванул душивший галстук, включил охлаждение в кабинете. Ничего, вечером заеду в медцентр, попрошу выписать подавители гормонов и поставлю чёртов укол, просто на всякий случай.

Дверь без предупреждения распахнулась.

– Тилар, солнышко, ты подумал над моим предложением? – в кабинет вплыла Кассия. Тут же я почувствовал запах её любимых духов, слишком сладких, на мой взгляд. Алина, та пахла собой и чем-то лёгким.

Пришлось тряхнуть головой, чтобы вернуться в реальность. Прежде, чем закрылась дверь кабинета, я увидел, что одиннадцатый муж Кассии, не помню, как зовут, не даёт пройти Ларусу.

Я опустил взгляд и отгородился от посетительницы вирт-панелью, развернув экран пошире.

Кассия без приглашения опустилась в кресло, где недавно сидела Алина. Захотелось прогнать чужачку, казалось, она одним своим присутствием оскорбляет образ моей… Да, лети всё в чёрную дыру, МОЕЙ женщины!

Если я Кассии хоть слово поперёк скажу, она меня засудит. И меня, и компанию. И тогда в суд вызовут ещё и Алину, раз она курирует мой бизнес, и… Не могу я её так подставлять.

– В моём расписании нет отметки о назначенной встрече, – я демонстративно развернул список мероприятий на сегодня.

Точно, нужно ещё заехать на завод, главный техник хотел показать что-то. Опять будет просить новых роботов. Я ухмыльнулся. Ещё неделю назад у меня не вышло их купить, слишком высокую цену заломили, без кредита не потянуть. А теперь, с подписью Алины, они будут обязаны продать мне этих несчастных роботов по рыночной цене, а может, даже получится договориться о скидке и бесплатной установке.

Кассия, сообразив, что её нагло игнорируют, обошла стол. Встала слишком близко, провела рукой по моему плечу, прислонилась бедром к креслу.

– Тиларчик, милый, ну не сердись. Я понимаю, тебя расстроила та поправка к закону. Но что я могла сделать? Большинство проголосовало в её пользу. Но мы ещё можем всё исправить. Давай вместе сходим в ресторан и всё обсудим? Или сразу ко мне домой. Я попрошу своих мальчиков нам не мешать.

Я стиснул кулаки, чтобы не нахамить. Ей что, двенадцать мужей мало? Зачем ей я? В коллекцию тех, кто сделал эротический массаж? Тогда Кассию ждёт разочарование, я такому не учился. Знает же, что на что-то большее не гожусь, раз кровь её не признала.

Кстати, нужно в этой области посмотреть что-нибудь обучающее, чтобы Алину совсем уж не разочаровать. Космос безграничный, ну о чём я думаю? Не будет у нас с Алиной ничего, я ей не нужен. Ни я, ни компания по добыче висмурта, ни контракты с Союзом на его поставку для космических кораблей.

От этой мысли я внезапно разозлился. Что я ей, собачка на поводке? Захотела и приласкала, а потом выпустила обратно на улицу бродяжничать? Захотелось с самим собой поспорить, что Алина не такая.

Умом я понимал, что это просто бушуют гормоны, идёт перестройка организма, вот и лезет в голову всякая чушь. При первой же возможности рвану в медцентр.

Кассия, не дождавшись от меня никакой реакции, потянулась к вороту моей рубашки. Прикосновение обожгло, первым порывом было оттолкнуть нахалку, ведь... ведь она не Алина.

Я резко встал и посмотрел на Кассию в упор. Она ахнула, а потом расплылась в довольной улыбке.

– Тиларчик, зайчик, я смотрю, и тебя эта напасть не обошла стороной. Ну что же, помнится, ты хотел разрешение на разработку новой шахты. Вот пусть твоя девочка ко мне зайдёт, мы с ней всё по-женски и решим. Звёздного космоса тебе!

Я проводил Кассию взглядом, дождался, пока дверь закроется, выдохнул, заставил себя разжать кулаки. И что эта венерианская гадина задумала? Интересно, насколько правдивы слухи о том, что она с кем-то менялась мужьями?

– Господин Тилар, – грубый голос безопасника из открывшегося вирт-окна вернул к действительности. – Вы говорили узнать про госпожу Алину.

– Ну? Что там? – со мной связались слишком быстро, не успели бы накопать что-то стоящее, но и по пустякам дёргать не стали бы.

– Сегодня перед нашим офисом двое из-за неё дрались. Это важно?

– Она пострадала? – у меня кровь отхлынула от лица.

Алина

Мужчина с радужными волосами, поправляя тёмные очки, предлагал проводить, но я отказалась и на такси уехала одна.

Осмотр в медцентре много времени не занял. Меня просканировали, сообщили, что показатели в норме, и в комнате отдыха под шум волн напоили воздушным коктейлем с успокоительным эффектом.

Звонок от Тилара стал неожиданностью.

– Алина?! Где ты? Куда вызвать медиков? Я приставлю охрану и…

– Стоп. Что случилось? – я с непониманием посмотрела на своего бизнес-партнёра. Или работодателя, смотря как посмотреть. И снова этот пиджак, и модная стрижка. Они с Вадиком случайно не у одного стилиста одеваются? Понимаю, что это слишком невероятно, но такое совпадение раздражает.

– Я про нападение на тебя. Безопасники выяснили, что нападавший с Юпитера. Засудить его мы не можем, но я добьюсь депортации и штрафа.

– Тилар, я ни о чём тебя не просила и мы ни о чём, кроме пары подписей в документах, не договаривались. Спасибо за участие, но дальше я сама.

– Но я должен…

– Мне ты ничего не должен. Всего хорошего.

Я отключилась и нахмурилась. Юпитерианин – это плохо. Я не смогла вспомнить, были ли у нападавшего острые «акульи» зубы, но это и не важно, накладные виниры могут даже такую оригинальную улыбку сделать самой обычной.

Если у Вадика связи на Юпитере, мне нужно быть осторожнее. А ещё плохо, что так быстро меня нашли. Хотя я даже адрес не меняла, вернулась в родную квартиру, тут уж сама виновата, что не озаботилась безопасностью.

Вадик… Какой чёрной дыры он кому-то поручил напасть на меня? Похоже, хотел просто напугать, иначе я одним испугом не отделалась бы.

Наверное, успокоительный коктейль начал действовать, потому что мне вдруг стало интересно, как долго он продержится на своей должности, или уже нашёл какую-нибудь наивную студентку-отличницу, которая будет вместо него пахать сутками?

Выпив второй бокал успокоительного, я по совету врачей отправилась в парк. Устроилась на нагретой солнцем парящей скамеечке, развернула вирт-панель с браслета. Чтобы отвлечься, зашла на страницу объявлений. Спасибо Заряне за идею, наверняка есть способ узнать, что стало с моим родным отцом.

Запрос в службу миграции и объявление в межпланетной инфосети о поиске человека оформить получилось быстро. Потом на меня посыпалась реклама о частном сыске и детективах, даже не знала, что на Венере так много специалистов этого профиля.

Вирт-окно пошло рябью, искривилось, и работать дальше стало невозможно.

Я вздохнула. И почему в моём присутствии любая техника ломается? Не помню, чтобы такое было до побега из дома, видимо, это моё наказание от Космоса и высших сил за ту подростковую выходку.

Придётся опять покупать новый браслет.

– Госпожа, разрешите вам помочь? – рядом стоял смутно знакомый мужчина. Скромная одежда, рядом крутится симпатичный мальчик, который не так давно научился ходить.

– А вы разбираетесь в вирт-окнах? – я протянула мужчине свой браслет. Хуже всё равно уже не будет.

– Я работал на их производстве, – мужчина достал из кармана набор мини-инструментов, надел очки со стёклами-экранами. – До того, как…

– Папа, дай аик! – малыш дёрнул отца за рукав, отчего тот тыкнул тончайшей иголкой-отвёрткой куда-то явно не туда и тихо выругался.

– Я тебе уже говорил, – раздражённым шёпотом мужчина отчитал ребёнка. – Никаких шариков, это слишком дорого! Сейчас закончу работать и пойдём поедим.

– Ачу мапесин! – радостно заулыбался малыш.

– Хорошо, будет тебе помесин, – со вздохом согласился мужчина.

У меня защемило внутри. Неужели эта парочка в настолько тяжёлой ситуации? Я спросила разрешение и посадила малыша к себе на колени. Совсем невесомый! Он сунул палец в рот и подёргал воротничок моей блузки.

– Извини за бестактный вопрос, а где ты работаешь? – уточнила я у мужчины, глядя, как вирт-окно из бесформенной кляксы снова становится прямоугольным.

– Пока я в поиске работы, госпожа, – осторожно подбирая слова, произнёс он, возвращая мне браслет.

Я для проверки потыкала в меню, всё работало исправно. Мужчину звали Милар, я перевела ему оплату за помощь, он покраснел, стал отнекиваться, сказал, что это слишком много.

– Поверь, я знаю, сколько берут за ремонт браслетов и вирт-окон в салонах. А в домашних роботах вы разбираетесь? – я улыбнулась малышу и уклонилась, когда он пальчиком попытался поковырять мой кристалл над бровью.

– Да… Арий, не мешай госпоже, – шикнул на малыша мужчина и взял его на руки.

– Тогда, быть может, вы сможете мне немного помочь?

Мы договорились, что Милар возьмёт подходящие инструменты и придёт завтра. А я вздохнула и набрала Заряну.