Верни крылья, чертовка!

Кофе с ароматом миндаля дымился на столе с аккуратными стопочками документов и карточек. Все на своих местах — ручки и карандаши строго параллельны краю стола, телефон на подставке, курсор мышки ровно в центре симметричной заставки на экране компьютера. Никаких лишних папок и случайно сохраненных на рабочий стол картинок.

Не отрываясь от книги, которой зачиталась, пока в библиотеке не было никого, кроме меня, отпила из кружки с забавной рыбкой и досадливо замычала. Обожглась. Как всегда!

Рыбка будто посмотрела на меня, усмехаясь. Ну точно, смеется, это ведь Майя мне ее подарила.

Бросив взгляд на часы, встрепенулась и захлопнула роман, который так увлеченно читала. До конца рабочего дня осталось всего пол часа. А я так ничего и не сделала! Не обзвонила всех, кто задержал сдачу взятых книг, не занесла в базу новые поступления, не подклеила корешки… Ох, ну и дрянной же из меня библиотекарь! Не проработала здесь и года, а такое чувство, что устроилась только для того, чтобы целыми днями читать. Почти идеальный расклад. Еще бы зарплату побольше.

Как обычно, за пол часа до закрытия, в библиотеку вошел запоздалый посетитель. Виновато глянув на меня, парень в школьной клетчатой форме прошмыгнул в отдел с научной фантастикой. Если им в школе не задали к завтрашнему дню адронный коллайдер, то книгу он подыскивал явно не для учебы.

На телефоне меня ждало сразу несколько пропущенных сообщений. Парочка от начальницы с новыми поручениями и целая прорва от Майи.

«Прости, заработалась» — быстро напечатала я подруге, затравленно поглядывая на часы. Ну же, любитель научной фантастики, меня ведь убьют, если опоздаю. Без шуток!

«Ну-ну!» — тут же пришел ответ от подруги. — «А я уже начала думать, что ты снова решила от меня отделаться!»

Я тяжело вздохнула. С Майей мы знакомы еще со школы. Говорят, что противоположности притягиваются. Это про нас.

Я перевелась в школу, где училась Майя, в старших классах. До этого ходила в школу при детском доме, в котором выросла. Там я сильно выделялась среди других детей. Была ужасной заучкой, за что постоянно получала от ребят постарше. И ближе к старшей школе учителя решили, что мне нужно образование получше, чтобы поступить в колледж по стипендии.

В новой школе я встретила Майю. Я была тихой и молчаливой, но отлично умела слушать. А она обожала болтать без умолку. Паззл сошелся. Майю забавляла моя любовь к порядку. А меня ее нескончаемая энергия и бешенный позитив. В новой школе, благодаря Майе, я нашла себе много новых друзей. Но до сих пор общаюсь только с ней. Мы поступили в один колледж — я на филологический, а она на юриста (диплом теперь благополучно подпирает стол, а сама она работает декоратором). Жили вместе и после колледжа. До тех пор, пока я не смогла подкопить достаточно денег, чтобы снять собственную студию. А Майя просто съехала обратно к родителям. Жить одной ей не нравилось. А вот я, напротив. После детского дома только и мечтала, что о собственном укромном уголке.

«Знаешь, вообще-то я и правда чувствую себя как-то не очень…» — написала я.

Если бы через сообщения можно было орать, то сейчас на меня бы точно наорали.

«Два месяца, Ариа! Ты обещаешь мне целых два месяца! И придумала бы уже что-то пооригинальнее. Болезнь ты имитировала две недели назад))»

Я усмехнулась. И правда.

«Я просто пошутила! Закрываю библиотеку через двадцать минут и сразу к тебе»

Уже два месяца Майя уговаривает меня сходить с ней в какой-то модный новый клуб. Не думаю, что кроме меня ей больше не с кем сходить. Просто моя подруга решила, что главная цель ее жизни вытащить меня «из норы, в которую я забилась», как он выразилась. И «не позволить мне пропустить всю молодость, уткнувшись в книжки».

Но что я могу поделать, если просто терпеть не могу шумные компании, незнакомых людей и громкую музыку? Да еще и темнота… Мне больше по душе уютная тишина, любимая музыка в наушниках, плед и книга. Так я обычно провожу свои вечера. После детского дома, где об уединении можно было только мечтать, я никак не могла надышаться своим одиночеством.

Согласилась на это я лишь потому, что Майя права. Читая один роман за другим, я мечтаю только об одном — чтобы и в моей жизни тоже случилось что-то такое… как в книга. Захватывающее приключение. Головокружительная любовь. Заветное долго и счастливо.

Но разве возможно это, если я буду продолжать прятаться, то на работе, среди книжных стеллажей городской библиотеки, то дома? Так что надо заставлять себя выбираться куда-то хотя бы иногда. А вдруг… и для меня судьба припасла что-то особенное?

«Ты готова ехать ко мне сразу после работы?»

Странный вопрос. Как-будто за ним последует какой-то подвох.

«Да…»

И он последовал.

«И ты сделала прическу и приоделась посексуальнее, как я и просила?..»

Ну… Кинув взгляд на отражение своего бледного лица в экране монитора, стала гадать, как именно будет убивать меня Майя.

На голове давно растрепавшийся пучок светлых волос. Из косметики только пудра и немного туши. А из одежды юбка-карандаш песочного цвета и белая свободная блузка. Нет, а чего Майя ожидала? Что библиотекарь придет на работу в полупрозрачном топе, демонстрирующим мое скромное декольте?

«Я надеялась, что ты такая умница и разумница превратишь меня в принцессу))»

Ох, зря я это написала. Теперь ничто ее не остановит…

«Ну ты хитрюша, Ариа) Ладно уж. Приходи, я все сделаю! Есть у меня тут один корсетик…»

Ну вот. Я же говорила!

Наконец, оформив выбранные книги подростку, который не сводил с меня глаз весь процесс, выключила свет, закрыла библиотеку и выскочила на улицу.

Погода была наимерзейшей. Такую переживать только сидя дома, наблюдая за противным накрапывающим дождем через плотно закрытое окно с интересной книгой в руках. Декабрь только начался. Было холодно, серо и мокро. Скорее бы выпал снег.

Дорога до дома Майи была недолгой. Пятнадцать минут на электричке, и вот я уже шуршу мелкими камешками по дорожке к ее дому.

Дом родителей Майи был шикарным. Как будто его вырезали из рождественской открытки и вставили сюда. В пригород, в окружение высоких сосен и папоротника. По утрам и вечерам сюда опускался туман. Становилось тихо, пахло свежестью и можжевельником. А какие над лесом закаты! Честно, не понимаю, зачем Майя вообще делила со мной нашу тесную квартирку. Будь моя воля, я бы навечно заперлась в этом доме. И никого бы к себе не впускала.

— А ты не спешила, да? — С порога заявила мне Майя, хватая меня за руки и затаскивая в дом. Ее сканирующий взгляд прошелся по моей фигуре. Судя по взгляду, кастинг я не прошла.

— Я приехала сразу, как закончила работу! — Возмущалась я, попутно стягивая с ног промокшие в луже ботинки.

— Больше ни слова о работе, Ариа. Ни слова! Этим вечером ты больше не приличная библиотекарша, а горяченькая безбашенная кошечка!

Я подняла на нее робкий взгляд.

— Мяу?

Прыснув от смеха, она схватила меня за руку и, как ужаленная, потащила к лестнице. Но ей пришлось притормозить, чтобы я смогла поздороваться с ее родителями.

Миссис Мейсон, как всегда, готовила ужин на огромном кухонном острове. Она тепло улыбнулась мне, посетовав на отвратительную погоду. Мистер Мейсон молча кивнул, отрываясь от просмотра телека. А вот присутствие пожилой женщины в теплом белом свитере, стало для меня неожиданностью. Она сидела в кресле и в упор… смотрела на меня. У нее был внимательный цепкий взгляд. А глаза! Светло-голубые, яркие, почти что белесые. Как у людей, постепенно теряющих зрение.

— Ариа, это моя бабушка. Она приехала погостить. Бабушка, это Ариа. Она бы поболтала с тобой, но мы ужасно опаздываем!

— Здравствуйте, — застенчиво кивнула я.

Майя снова потянула меня вверх по лестнице, заталкивая в свою комнату. Усадила на огромную кровать с черными шелковыми простынями — естественно, не заправленную. Когда мы жили вместе, неопрятность подруги здорово действовала мне на нервы. Вот и сейчас в ее гигантской комнате — с отдельным гардеробом и своей ванной — творилось черти-что. Но надо отдать Майе должное. Она могла найти все, что угодно в своем бардаке. Точно знала, что и где валяется. Ну просто владычица всего этого хаоса!

— Так, это не пойдет, это надо гладить, это тебе велико…

Вещи летали по гардеробной, заставляя меня с ужасом ожидать своей участи. Сколько суеты из-за какого-то глупого клуба…

— А может, для первого раза выберем что-то… попроще? — Осторожно подала голос я, ища утешения, обняв любимого плюшевого медведя Майи.

Ой, зря я это сказала…

Взлохмаченная рыжеволосая голова подруги тут же вынырнула из гардероба.

— Попроще? А когда, позволь спросить, у меня выпадет еще один шанс вытащить тебя хоть куда-то?

— А зачем меня вообще куда-то вытаскивать? — Насупилась я.

Майя достала какой-то очень откровенный ажурный корсет с подозрительно глубоким вырезом декольте. И запустила им в меня.

— Затем, чтобы ты мхом не поросла, Ариа. Эй, может, хватит делать их меня монстра? Я просто хочу, чтобы ты, наконец, развеялась и расслабилась! А еще, — ее огромные карие глаза хитро прищурились. — Может… Ну, не знаю… Ты встретишь там своего принца?

Я фыркнула, закатывая глаза.

— В клубе-то?

— А что тебе не нравится? В клубе знакомиться очень удобно. Сразу видно, кто щедрый, кто жадина. Кто заглядывается на каждую юбку, а кто, как и ты, ищет себе пару вдумчиво, разумно. Там и знакомство проходит быстрее. Теснее.

— Этого-то я и боюсь, — я поморщилась. Терпеть не могу, когда малознакомые люди меня трогают. Сначала же надо поговорить, узнать друг друга получше… Разве нет? А как вообще можно разговаривать в клубе, когда грохочет музыка? Да еще и эта темнота… Майя обещала, что там не будет полной непроглядной темноты. Но я все равно волновалась.

— Ну а где мне еще искать тебе парня, Ариа? В кафе ты стесняешь строить глазки, по паркам гуляют одни женатики. К тому же! — Майя авторитетно подняла указательный палец, швыряя в меня еще и кожаные штаны. Мрак. — Ты ведь хочешь, как в книгах? Разве в твоих романах герои не знакомятся в клубах?

— Обычно в клубах книжные герои находят только неприятности.

Майя поджала губы, недовольная тем, что ее аргумент не возымел должного эффекта. Но просияла, заявив:

— Ну так и мы не в книжке! Вот увидишь, будет весело. Доверься мне, ага?

— Ага…

Делать нечего. Пришлось стоически вытерпеть, пока она нанесет мне яркий макияж с черными стрелками, якобы «подчеркивающими мои синие глаза». Распустит светлые волосы, сначала выпрямив, а потом завив концы (моя логика на это обреченно махнула ручкой). Облачит меня в до ужаса откровенный наряд, украсив его ажурным черным чокером, подходящим к корсету фактурой. И откажет выдать какую-нибудь накидку, чтобы прикрыть обнаженные плечи и декольте. Нет, иногда она просто невыносима!

Чтобы не вспылить, пока она собирается сама, я выскользнула из комнаты. Спустилась по лестнице и прошла в гостиную, надеясь застать там миссис Мейсон, чтобы поболтать. Но, похоже, было слишком поздно, и миссис и мистер Мейсон уже ушли спать.

Зато осталась бабушка Майи. Она сидела в полумраке и собирала на столе паззл. Тихо приблизившись, я ужаснулась, обнаружив, что паззл был без картинки. Только белый цвет и больше ничего. Мне бы точно не хватило терпения.

— Еще раз здравствуйте, — я скромно присела на краешек дивана, украдкой взглянув на бабулю. Ее белоснежно седые волосы были собраны в хвост. Но вот челка выбилась и явно мешала ей, падая на стол. — Вам не темно?

Бабушка молчала, продолжая перекладывать детали паззла с место на место. Я ведь даже не спросила у Майи. Может, ее бабушка больна?

Она в очередной раз попыталась убрать мешающие волосы, но они снова падали на стол, путаясь в пальцах. Она хмурилась, и мне вдруг стало ее ужасно жалко.

Вытащив из прически одну заколку-невидимку, привстала и осторожно присела на колени рядом с бабушкой.

— Вы не против, если я вам помогу? — Ответа не последовало. Тогда я осторожно подхватила ее пряди и аккуратно заколола их на затылке.

Бабушка не сопротивлялась. Но как только я закончила и убрала руки, вдруг вскинула на меня вполне осознанный и пугающе внимательный взгляд.

— Спасибо, — прошелестел ее голос.

Чуть привстав, она засунула руку в карман. И вдруг достала оттуда… другую заколку. Красивую, сложную. Со сверкающими бирюзовыми камнями, сплетенными в сложный узор, паутинкой. Так у нее была заколка! Чего она тогда так долго мучилась?

Не сводя с меня взгляд, она вдруг протянула заколку мне.

— Возьми-ка.

Я смутилась.

— Что вы, не стоит.

— Возьми, говорю! — Она упрямо протянула руку еще ближе. — Потом еще спасибо скажешь.

Взяв мою руку в свою, она практически насильно всучила мне свою заколку. И, нахмурившись, потребовала:

— Надень.

Не желая обижать пожилую женщину отказом, послушно прикрепила заколку к волосам. Эх, должно быть, смотрится очень красиво. Бирюзовый на светлых волосах, в тон к глазам…

— И не снимай, — строго приказала она. Почему-то в этот момент по спине прошлись мурашки. Как-то все это… странно? — И смотри в оба. Темноты не нужно бояться. В ней может таится много занятного. Но и слепо шагать в нее тоже только глупец станет.

— Ммм… Да. Спасибо. Буду осторожна, — я спохватилась. — И за Майей обязательно присмотрю! Можете за нас не волноваться.

Но бабушка больше на меня не смотрела. Снова уткнулась в свои паззлы. А за спиной уже послышалось цоканье каблуков Майи.

— Ну что, идем?

Я поднялась на ноги. Повернулась к бабушке спиной. И по инерции коснулась странной заколки. Мне показалось? Или она какая-то… теплая?

— Угу. Идем.

— И помни, — наигранно пожурила меня пальцем Майя. — Горячая. Безбашенная. Кошечка.

***

Ледяные капли дождя переливались огнями ночного города на запотевшем стекле такси. Я ежилась от холода, пряча нос в высоком воротнике теплой куртки. Даже включенная печка не помогала согреться. Я с содроганием представляла, как сейчас, в клубе, мне придется снять с себя куртку. И остаться практически голой и беззащитной! Какой кошмар, неужели нельзя потанцевать в нормальной одежде? На меня же все будут пялиться…

— Я даже танцевать не умею, — буркнула я, хмуро покосившись на Майю, которая без умолку щебетала про то, как прошел ее день.

— Нашла проблему, научишься! Тут главное начать и поймать вайб, детка, — завалившись в бок, она ободряюще пихнула меня плечом. — Ну же, будет весело, я обещаю! Когда я тебя обманывала?

— Например, когда сказала, что условием игры в бутылочку будут обнимашки, а не поцелуи. Толстяк Билли чуть не застал меня врасплох!

Майя звонко рассмеялась, откидываясь на сидение.

— Ладно тебе, это же просто поцелуи!

— Для меня не просто.

— Ладно-ладно, я поняла свою ошибку еще тогда. Но сейчас-то что, Ариа? Или ты все ждешь, когда я позову тебя на бал? Где все в пышных платьях, как на самоварах, обмахиваются веерами, музыка — скука и мрак. А каждый парень там — благородный принц, который при встрече целует руку?

Я склонила голову набок, пытаясь это представить. И мечтательно заулыбалась.

— Мне нравится. Да, вот на такую вечеринку я бы пошла.

Майя устало вздохнула и приобняла меня за плечи.

— Увы, подруга. Тебе не повезло родиться в двадцать первом веке. Все принцы вымерли, как мамонты. А машину времени пока не изобрели.

— Я могла бы и подождать, — дразня подругу, мечтательно протянула я. Она прыснула от смеха и легонько ударила меня в плечо.

— Угу. Нужна твоему принцу дряхлая старуха.

Если в романах, приезжая на бал, тебе нужно поднять полы пышной юбки и с достоинством пройти по ковровой дорожке прямо в бальный зал… То в настоящей жизни придется для начала отстоять огромную очередь. Под мелким накрапывающим дождем и на морозе. Ну же, принцы, принцесса совсем замерзла!

Наконец, подошел наш черед. В клубе нас встретила ужасная давка. Было темно, но терпимо. Я бы сказала, на грани. И все вокруг сотрясалось от громкой музыки. Глядя на длинноногих красоток вокруг, чувствовала себя просто чучелом. Так, спокойно, Ариа. Просто расслабься. Никому до тебя нет никакого дела. Раз Майя притащила тебя сюда, почему бы просто не расслабиться и не потанцевать?

Сдав куртку в гардероб, снова почувствовала себя голой в этом корсете. Обняла себя руками и стала пробираться сквозь толпу вслед за Майей. Ее белоснежный топ, сверкающий блестками, был моей путеводной звездой.

И вот мы вошли. Безумно громкая музыка ударила по ушам. Органы внутри ритмично подпрыгивали в такт басам. Глаза ослепило разноцветными прожекторами.

— Ну что, сначала к бару? — Что есть мочи закричала в ухо подруга?

Деваться некуда. Наш путь лежал через танцпол. Он был забит под завязку. Майя решила, что нет смысла обходить его по периметру — люди в переполненном клубе танцевали даже у зеркальных от пола и до потолка стен. Так что пришлось идти напролом. Я чувствовала себя персонажем в какой-то игре. Нужно пройти полосу препятствий и не дать выбить себе глаз. Поднырнуть под руку, уклониться от локтя, не дать наступить на ногу.

В таких играх я всегда проигрывала.

Увернувшись от одной атаки, не заметила другу. Спиной вперед на меня налетел не устоявший на ногах парень. Я отшатнулась, понимая, что равновесие мне не удержать. И начала падать.

Уже почти смирившись с неизбежным, была крайне удивлена обнаружив себя все еще стоящей на ногах. А на спине и талии… чьи-то руки.

— Поймал, — голос был низким, бархатистым, приятным. Чужое дыхание обожгло ухо и щеку.

Я вздрогнула и обернулась, вырываясь из чужих рук. Божечки… Я что, сплю?

— Здесь надо смотреть в оба, — до дрожи испепеляющий пронзительный взгляд прошелся по моей фигуре сверху-вниз. — Особенно такой нежной и хрупкой девушке.

Поймавший меня мужчина был выше меня на пол головы. Темные волосы уложены в небрежную прическу, спадающую на темные ресницы. Они блестели от геля, и светомузыка оставляла в них разноцветные блики. На шее, под ухом, виднелась тату в форме маленького черного креста. Уголок идеальных губ очаровательно приподнят. Острые скулы, легкая щетина. Лицо греческого бога, не иначе. Еще никогда я не видела никого настолько красивого. Кожаный пиджак и черная, явно дорогая, рубашка сидели на нем просто идеально. Ткань натянулась на крепких грудных мышцах.

Это все, что я успела увидеть, боясь показаться слишком невежливой. Но этого оказалось достаточно, чтобы ноги стали ватными. А способность четко говорить и трезво рассуждать куда-то испарились.

— Я… — как же по-дурацки начал звучать мой голос! Мужчина чуть наклонился, чтобы лучше слышать. И я едва не потеряла сознание, почувствовав его горько-сладкий парфюм. — Я здесь с подругой…

— Тогда вам лучше не отходить от нее слишком далеко, — горячими пальцами он коснулся моего плеча, вызывая табун мурашек. — Будьте осторожны.

— Вот ты где! Я тебя потеряла! — Рядом со мной откуда ни возьмись, появилась Майя. Заметив моего спасителя, она сложила губы в протяжном звуке «ууу», который потонул в громыхающей музыке. Лицо подруги вытянулось от удивления. Значит, я не свихнулась. По крайней мере не одна я. — Ой, прости, я помешала?

— Нет-нет-нет, — затараторила я, тут же хватаясь за ее локоть, как за спасительную соломинку. — Идем. Я просто немного потерялась.

Майя взглянула на меня, как на сумасшедшую. А я настойчиво пихнула ее в спину, вынуждая идти в сторону бара.

Не сдержавшись, обернулась. Незнакомец все еще смотрел мне вслед пылающим взглядом.

После встречи с незнакомцем, я ощущала себя очень странно. Беспокойно. То ли из-за того, что сбежала. То ли из-за того, что вообще его повстречала.

В этот раз старалась от Майи не отставать. Мы почти добрались до бара, когда громкая музыка достигла кульминации. Дробью забарабанили мощные басы. И стихли. Вместе с музыкой на секунду выключился и свет, погружая клуб в полнейшую темноту.

Этой секунды хватило, чтобы я поймала приступ паники из-за своей ахлуофобии. Моя сильнейшая боязнь темноты была одной из причин, почему я вообще не хотела сюда приходить. Но Майя была настойчива.

— Как бессонница в час ночной, меняет, нелюдимая, облик твой… — тихо напевала я, полностью заглушаемая клубной музыкой. — Чьих невольница ты идей? Зачем тебе охотиться на людей?

Обеспокоенно обернувшаяся через плечо Майя, заметила движение моих губ. Помогла усесться за барную стойку. Что-то прокричала бармену. И обняла меня за плечи.

— Опять поешь, чтобы успокоиться? — Сочувственно прокричала она мне в ухо.

Я коротко кивнула, скрестив пальцы на коленях в плотный замок.

Моя боязнь темноты родом из детства. В детском доме ребята постарше несколько раз запирали меня в темной тесной кладовке. Там пахло моющими средствами, а отовсюду меня «хватали» рукава халатов и длинный ворс швабр. Пугала не только темнота, но и тишина. Поэтому каждый раз я начинала тихо напевать любимые песни. Чтобы заполнить пустоту хотя бы чем-то.

Майя расцепила мои руки, всучила тяжелый стеклянный бокал и заставила выпить. К этому моменту меня уже почти отпустило. Если доказать самой себе, что темнота здесь не будет слишком долгой, становилось легче. Пару секунд я потерплю.

— Ты как? — Подруга уселась напротив, и смотрелась невероятно грациозно на этом ужасно неудобном барном стуле. В короткой юбке, с огнем горящими на свету прожекторов рыжими волосами.

— Нормально. Просто немного растерялась. Сначала меня сбили, а потом тот парень…

— Почему ты от него сбежала? — Ахнула Майя, будто только и ждала момента, чтобы меня отчитать. — Такой красавчик! А смотрел на тебя как! Как-будто хотел съесть.

Она рассмеялась, а я неловко поежилась на стуле.

— Потому и сбежала. Какой-то он странный. Вокруг столько красоток, а он так смотрел на меня…

— Когда ты говоришь такие глупости, так и хочется тебя ударить, Ариа. Ты и есть красотка! И, если он тебе понравился, то надо было остаться и немного с ним поболтать.

Я скорчила гримасу. Майя всегда говорила, что я красотка. Ну еще бы, она ведь моя подруга, это ее работа. Но я-то знаю, что скорее… середнячок. Ничего особенного.

— Но я ведь сюда с тобой пришла.

— И что? С тобой мы прекрасно натанцуемся и дома, перед зеркалом! А сюда мы приехали, что принца тебе найти. Ну и мне, если получится.

— Этот точно на принца не похож, — нервно хохотнула я.

— Ага. Этот сразу король. Император. Ладно, давай, допивай, и танцевать. Срочно!

Мы с ней чокнулись, рассмеявшись. Опустошили стаканы. И отправились на танцпол. Сначала я ужасно стеснялась, думая, что двигаюсь как-то нелепо и смешно. А потом, глядя на беззаботную Майю, которой было глубоко плевать на то, как она выглядит, расслабилась. И даже вошла во вкус.

Мы протанцевали так, казалось, не меньше часа. Ноги гудели, а горло саднило из-за того, что мы громко подпевали знакомым песням. Поймав Майю за плечи, я предупредила ее, что схожу немного подышать на свежий воздух. Она кивнула, жестом показав, что будет ждать меня у бара.

В дальней части помещения клуба двери вели на задний двор. Еще утром я сверилась с картой. Где-то за этим двориком не было других домов или зданий — клуб находился на отшибе, чтобы не мешать никому громкой музыкой. Где-то за задним двориком должна была протекать речка, которая делила город на две части. Может, успею до нее прогуляться? Если, конечно, дорогу совсем не размыло дождем.

Волновалась я зря. Потому что как только передо мной открылись двери… я так и застыла с дурацкой улыбкой на лице. Вместо грязи и слякоти — бескрайнее белоснежное полотно и заснеженные верхушки еще не успевших сбросить листву деревьев. Вместо ледяного дождя — крупные снежинки. Я протянула ладонь, и кожу ужалило холодом, когда на нее опустилась снежинка, тут же тая. Чудеса…

Веселье продолжалось и здесь. Играла музыка, но не так громко, как в клубе. Кто-то даже танцевал прямо здесь, но большинство дымили сигаретами, заставляя меня морщиться и пройти вперед, подальше. Подошедший официант галантно предложил мне высокий фужер. Как мило. Я благодарно кивнула, досадуя, что здесь не подают согревающий кофе. На макушку и оголенные плечи опускался снег, и я ежилась от холода.

Вдруг что-то теплое, с ароматом дорогого мужского парфюма, опустилось на плечи. Одежда все еще сохраняла тепло чужого тела, согревая и меня.

Я удивленно обернулась. За моей спиной стоял тот самый незнакомец. Белые снежинки особенно очаровательно смотрелись в его темных волосах, застревали на ресницах, опускались на кончик идеально ровного носа. В свете луны и звезд его кожа казалась бледной, почти фарфоровой.

Опустив на мои плечи свой пиджак, он остался в одной рубашке. Руки застыли на моих дрожащих плечах.

— На улице холодно, а вы так легко одеты. Заболеете, — уголок губ, от которых я была не в силах оторвать взгляд, дрогнул в кривой улыбке. — Как хорошо, что я снова оказался рядом. За вами глаз да глаз нужен!

— Спасибо, — смущенно пробормотала я, тут же спохватившись. — Постойте, но так вы и сами замерзнете!

— За меня не волнуйтесь. Я отлично переношу холод.

К нам снова подошел официант, предлагая фужер уже мужчине. Он отпустил мои плечи, принимая его, благодаря чему я снова смогла нормально дышать. Это что, какой-то сон? Да даже для сна этот мужчина был слишком нереален. Тем более, для меня.

Не успела я подумать об этом, как губы мужчины прорезала легкая усмешка. Аж мурашки по телу прошлись. Просто совпадение, Ариа, не мысли же он твои читает. Плотнее укутавшись в его пиджак, нервно отпив из фужера, прогнала эти глупые мысли.

Незнакомец тем временем уже поблагодарил официанта и повернулся ко мне. Приподнял лицо, подставляя его первому снегу. И глубоко вдохнул морозный воздух, выпуская изо рта облако пара.

Я поймала себя на мысли, что все это ужасно похоже на сказку. Волшебный снег, прекрасный незнакомец, спасение принцессы, при чем дважды. Может, все-таки зря я относилась к этому так скептически?

— Простите, я ведь так и не успел представиться, — мужчина протянул мне свой фужер. — Коул.

Я неуклюже чокнулась с ним, поднимая фужер.

— Ариа. Приятно познакомиться. И еще раз спасибо, что весь вечер меня спасаете.

Сделав глоток, Коул не сводил с меня пленительный взгляд.

— Спасать вас очень приятно, Ариа. Всегда к вашим услугам, — скрипя снегом под подошвой, он обошел меня, встав рядом. И приглашающе протянул локоть. — Могу я пригласить вас немного прогуляться со мной? Признаться, я не большой любитель шумных вечеринок. А на улице внезапно стало очень красиво. Говорят, здесь неподалеку открываются прекрасные виды на реку и город.

Божечки, да он же даже разговаривает, как герой романов… Никогда не прощу себе, если откажусь и сбегу прямо сейчас. А вдруг… это моя судьба?

— С удовольствием.

Вложив замерзшие пальцы в предложенный локоть, ощущая жар тела мужчины, украдкой глянула на деревья впереди. Похоже, река где-то там. Хорошо, что по веткам тянулись нити гирлянд. Было бы там темно, ни за что бы не сунулась.

Оставив фужеры на столике, мы неспеша двинулись в сторону редких деревьев, подальше от клуба. Чем дальше, тем тише становилась музыка. Тем уютнее волшебная ночь, словно украшениями, нарядившая улицу первым снегом.

Не знаю почему, но с Коулом мне было спокойно и даже вполне комфортно. Под тканью рубашки чувствовались крепкие рельефные мышцы. Сильный. Красивый. Нет, я точно сплю.

— Если вы не любитель шумных вечеринок, то что могло заставить вас оказаться здесь? Я редко бываю в подобных местах, но на моей памяти, эта самая громкая.

Коул тихо рассмеялся.

— О, поверьте, эта еще не самая громкая. Я здесь по работе.

— Кем вы работаете?

— Сложно объяснить в двух словах, — в голове тут же возникли образы мафиози или чего-то запретного и опасного. Коул вдруг тихо усмехнулся. — Я, можно сказать, волонтер. Помогаю тем, кому очень нужна помощь. А ситуация безвыходная.

— Звучит очень благородно.

— Так и есть.

Миновали деревья мы очень быстро. Благодаря оранжевым огонькам, оплетающим заснеженные деревья, прогулка стала еще сказочнее. От красоты и чувства нереальности происходящего кружилась голова.

Очень скоро мы вышли к берегу реки. Русло было совсем узким, казалось, можно просто хорошенько разогнать и прыгнуть, чтобы оказаться на том берегу. А там, вдали, на горизонте, сверкали и подмигивали нам огни ночного города. Поразительная и неожиданная красота.

— Постарайтесь не отходить от меня слишком далеко, — с соблазнительной хрипотцой предупредил мужчина, когда я смущенно отпустила его локоть. — Я всегда рад прийти на помощь, но не хотелось бы вылавливать вас из реки. Уверен, вода ледяная.

Я хотела возразить, но нога предательски скользнула в сторону на скользкой грязи, которая пряталась под снегом. Я пискнула, а сильные руки тут же придержали меня за плечи. Коул хрипло рассмеялся.

— Вас просто противопоказано оставлять одну.

— Простите. Обычно я не настолько неуклюжа.

— Правда? Что же случилось сегодня? — Я подняла взгляд и тут же пожалела об этом. Он смотрел на меня сверху-вниз своими темными глазами. А в их глубине плясали веселые черти. Уж не на свое ли присутствие рядом он намекает?

— Не выспалась, — солгала я, выпрямляя спину и плотнее укуталась в чужой пиджак — слишком большой для меня.

Коул на это лишь усмехнулся, сунув руки в карманы штанов. И вскинул голову вверх. Я неосознанно повторила за ним. На небе ни звездочки. Но на лицо тут же опустились прохладные снежинки, тут же тая.

— Для полноты картины этой прекрасной ночи не хватает усыпанного звездами неба. Это было бы весьма романтично. Но так близко к городу, да еще и облачно…

Я закусила губу, опустив взгляд на собственные ботинки.

Романтично.

Так значит, он…

— Будь небо усыпано звездами, я бы обязательно рассказал вам какую-нибудь красивую легенду. И вы бы любовались ими, пока я рассказываю.

— Тогда… Что, если мы представим, будто те огни на горизонте и есть звезды? — Я кивнула в сторону моргающего теплыми огнями города. — Какую легенду вы бы рассказали? У вас есть любимая?

— О, разумеется, — его приятный бархатный голос вибрировал сильнее, когда он начинал говорить тише. До дрожи. Боюсь, если он перейдет на шепот, я точно пропаду. — Вы слышали легенду о том, как греческая богиня Андромеда обратилась к Персею с просьбой помочь ей спуститься на землю?

— Не припомню.

Хорошо, что я редко заглядывала в этот отдел библиотеки.

— Андромеду беспокоило, что люди напрасно проживают свою короткую жизнь, ни к чему не стремятся, не мечтают. Для Андромеды такое путешествие было достаточно рисковым, потому что на земле она теряла часть своей божественной силы. Но Персей все равно пошел ей на встречу. Как только Андромеда предстала перед людьми, они ужасно ее испугались. Созвездиям не дали и слова сказать, тут же посадили их в тюрьму. Их собирались казнить, но среди людей нашелся один единственный мечтатель, который не побоялся и помог им сбежать. Персей спросил Андромеду, стоило ли такого риска ее затея? Она ответила, что стоила. Ведь если на земле найдется хоть один мечтатель, способный поверить в чудо, рискнуть ради него всем, за ним постепенно пойдут и остальные. Теперь, будто напоминая о себе, — Коул указал пальцем на огни ночного города, будто бы они и правда были настоящими звездами, — Андромеда иногда роняет на землю звезды со своих волос. Напоминая людям, чтобы они не забывали мечтать. Я бы рассказал вам эту легенду, если бы мы заметили в небе хотя бы одну падающую звезду.

Я завороженно наблюдала за огнями ночного города, не в силах шелохнуться. Его рассказ… удивительно, как ему удалось настолько точно попасть в цель. В самое сердце. Будто эта легенда была создана специально для меня. Ведь я, подобно тому смельчаку, который поверил в Андромеду и Персея, отчаянно верю в чудо. И мечтаю лишь об одном…

— А о чем мечтаете вы? — Будто прочитав мои мысли, спросил Коул.

По телу прошлись мурашки. Не то, чтобы я трепалась о подобном с каждым первым встречным, просто… Все будто бы так и располагает к этому.

— У меня очень глупая мечта.

— Бросьте! Мечты не бывают глупыми.

— Вы обещаете не смеяться?

— Богом клянусь! — С жаром заявил он.

— Вы пообещали! — Я повернула к нему лицо, а он уже стоял, полностью повернувшись ко мне всем корпусом. — Я мечтаю о том, чтобы в моей жизни случилось что-то такое… как в книгах. Понимаете? Что-то необычное, волшебное и сказочное. Какое-то приключение, и я в нем в главной роли. Знаю-знаю, это ужасно глупо и по-детски.

— Я так не считаю, — его губы растянулись в искренней понимающей улыбке. — Сам иногда об этом думаю. Обычная жизнь такая… обычная. Серая.

— Точно!

— Скажите, — он чуть склонил голову набок. — Если бы у вас вдруг появилась возможность осуществить вашу мечту и полностью изменить свою жизнь. На что вы были бы готовы пойти ради этого? Зная, что все точно сбудется.

— Да на что угодно! — С жаром выпалила я, подавшись вперед.

А на губах Коула медленно, будто лениво, расплылась довольная ухмылка.

— Прекрасно, Ариэль. В таком случае… Ваше желание будет исполнено.

Я нахмурилась, непонимающе наблюдая за тем, как его спокойное аристократично-холодное лицо меняется на глазах. Взгляд становится ликующим и острым. Губы кривятся в опасной усмешке. Черты лица обволакивают непонятно откуда взявшиеся тени. А в темных зрачках… мне показалось, или в них полыхнуло… пламя?

— Что вы имеете в виду? — Напряженно выдохнула, понимая, что в груди стало слишком мало кислорода.

Меня накрывала паника. Не из-за того, что я увидела или почувствовала. А из-за того, что он сказал.

Ариэль.

Это мое полное имя. Я ненавидела его всеми фибрами своей души. И никогда не представлялась им. О нем знали в детдоме, но даже Майя и ее семья никогда его не слышали. Так откуда… этот Коул мог его знать?

— Упс, — наигранно скривился мужчина, снова будто прочитав мои мысли. — Ошибочка вышла, признаюсь. Как жаль, что уже слишком поздно. Ваше желание будет исполнено, Ариэль.

Я отшатнулась назад, едва не споткнувшись. Тело и лицо онемело от ужаса. Понимание приходило медленно и постепенно. Будто пробираясь сквозь застывающую от холода воду, пока не превратившуюся в лед.

— Я ничего не желала, — губы не слушались, говорить было тяжело. — Я ничего не желала! Откуда ты знаешь мое имя?

Все внутри заледенело. Лишь на маленьком участке в волосах все еще ощущалось тепло. Странное. Требовательное.

По инерции подняла руку и пальцами коснулась заколки. Той самой, которую подарила мне бабушка Майи. Она была теплой, словно батарея.

Ничего не ответив, Коул лишь усмехнулся, протягивая ко мне руку. Но не для того, чтобы схватить меня. А для того, чтобы на ладони полыхнул огонь. В этом огне, как по волшебству, появился древний пергамент. Все, что я успела увидеть — свое имя на нем.

А после… Я сплю. Это не может быть правдой. Я точно сплю! Мне снится кошмар!

После за его спиной, на снегу, выросли две продолговатые тени. Расправились, встрепенулись. Я следила за ними, как завороженная. Это были крылья. Богом клянусь, это была тень от крыльев!

— Я бы на твоем месте впредь думал, кем клясться, рыбка моя, Ариэль, — он демонстративно потряс передо мной пергаментом с моим настоящим именем. — Теперь тебя ждет долгая и веселая жизнь, как в книжках. Но вот от него ты точно теперь о-очень далека.

— Ты… Кто ты… такой?

Коул устало вздохнул.

— Вот так всегда. Одни и те же вопросы. Все ведь и так ясно. Да не волнуйся ты так, тебя ведь не обокрали. Ты получишь то, что хотела. Я получу то, что нужно мне. Мы оба в выигрыше! Ура! Аллилуйя!

Я снова шагнула назад. Будто бы это могло что-то исправить.

— Будь как дома, путник… Я ни в чем не откажу… — свистящим шепотом снова начала петь, чтобы затушить стремительно подступающую паническую атаку. Я задыхалась.

Его лицо удивленно вытянулось.

— Ты чего это? Крыша поехала? Так быстро? Ого, рекорд.

Паника никуда не делась, но к ней вдруг присоединилось осознание. Четкое и ясное. Если это взаправду, то я должна сделать все, чтобы вернуть все, как было.

— Что ты взял взамен за желание?

Слишком красивые для такого мерзавца губы растянулись в издевательской ухмылке.

— А нет, пока еще в своем уме. Твою душу, разумеется! Что же еще?

— Нет…

— О, да.

— Нет!

Не помня себя от ужаса и отчаяния, кинулась на него, схватившись за пергамент. Он громко расхохотался, ловко уворачиваясь от меня и поворачиваясь спиной. Тогда случилось сразу несколько вещей.

Голову и все тело обожгло необъяснимым жаром, исходившим от заколки. Тень от крыльев за его спиной сместилась ближе ко мне. А я, толком не понимая, что делаю, в сердцах наступила на нее. И тень… исчезла.

— Ты что… сделала?

Теперь уже он смотрел на меня с ужасом и растерянностью. Ничего не понимая, я проследила за его взглядом и обернулась себе за спину.

Теперь тень от крыльев отбрасывала… я.

Окунитесь в мир древних пророчеств, демонов, приключений и любви. Прогуляйтесь по узеньким улочкам Венеции, ощутите соленый аромат бирюзовой воды Гранд-канала, прокатитесь с Арли на вапоретто и познакомьтесь с мистером Иветти, загадочным аристократом с кампо Санта-Мария дель Джильо.

И другие истории литмоба

Постельное белье в моей кроватке всегда пахло ванилью. Люблю просыпаться и ощущать этот запах. Потому что в детском доме белье пахло отбеливателем или чем-то таким, острым, неприятным. Да и вообще после того, как обзавелась собственным жильем (хоть и арендованным), старалась сделать все, чтобы забыть о той жизни.

Вся кровать и кресло у окна были завалены мягкими игрушками. Только моими, новыми и самыми милыми. На подоконнике куча разноцветных подушек — я часто на нем читала. Стеллаж, забитый новенькими книгами, во всю стену. Всегда горящие гирлянды на стенах, чтобы не было темно. И холодильник забитый вкусняшками.

Самым приятным чувством после переезда было просыпаться в моем уютном мирке абсолютно одной. И я целила это до сих пор. Именно поэтому крайне удивилась, открыв утром глаза и в упор уставившись в сладко посапывающую рядом со мной Майю.

А после… после я все вспомнила. И поняла, почему кожа на щеках так неприятно стянута, а глаза горят, будто я почти не поспала. Я плакала. Почти до самого утра.

Так это все… не сон?

Майя была рядом. Прошлой ночью, в клубе, когда я нашла ее у бара и заплетающимся языком умоляла срочно оттуда уехать, она не стала задавать лишних вопросов. Похоже, все было написано у меня на лице. Уже в такси она начала предпринимать попытки узнать, что же случилось. Но я тогда была в таком шоке, что даже сейчас плохо помню, чем закончился вечер.

Божечки, это все не может быть правдой! Это же какой-то бред! Либо я схожу с ума, либо…

Видимо, услышав шевеление, Майя проснулась. Улыбнулась, сладко потянулась, хватая с подушки плюшевого зайца, чтобы заключить в объятия. А после резко вскочила, вспомнив.

— Ариа… ты в порядке? — Будто это могло чем-то помочь, она, как завороженная, протянула мне плюшевого зайца. Прижав его к груди, кивнула. — Тогда… сможешь рассказать, что вчера произошло?

Могу ли? Рассказать ей о том, как я чуть не влюбилась в самого потрясающего на свете мужчину, который обманом выкрал… мою душу? Про мужчину, у которого в глазах полыхал огонь, а за спиной четко угадывалась тень от крыльев? О том, как эти же крылья раскрылись за моей спиной, а он стал орать на меня, чтобы я ему их вернула? А потом согнулся пополам, будто от боли и замертво упал в снег? О том, как я убегала оттуда, даже не подумав позвонить в скорую? Хотя… какая скорая, если он не человек?! А если все-таки человек, и это я вчера сошла с ума? Боже…

В общем, взвесив все «за» и «против», я обняла зайца еще крепче и отрицательно качнула головой. Что я могу ей сказать?

— Ладно… — терпеливо пробормотала Майя. — Тогда просто кивай головой — «да» или «нет», идет?

Я кивнула.

— Тебя кто-то обидел? — Кивок. — Когда ты пошла подышать? — Кивок. — Встретила кого-то из знакомых? Из детского дома? — Нахмурившись, качнул головой отрицательно. — Кто-то из клуба, значит… о! Случайно, не тот парень, с которым ты столкнулась? — Поджав губы, кивнула. Подобравшись ближе к правде, Майя ощутимо напряглась. — Ариа, он… он тебя…

— Нет! Ничего такого.

Она поджала губы. А после вдруг резво вскочила с кровати. Балансируя на одной ноге, начала натягивать на себя джинсы.

— Одевайся. Мы едем в полицию.

Меня как ледяной водой облило. Так и вижу эту картину. Как я объясняю полицейским, что со мной произошло.

— Не надо, — я вскочила следом, судорожно соображая, как мне ее остановить. — Послушай, все в порядке. Просто он… пытался ко мне подкатить. А я испугалась. И убежала. Он меня и пальцем не тронул!

Майя так и застыла с одной ногой, протиснутой в штанину. Кстати, моих штанов.

— Погоди-ка. То есть ты вчера рыдала пол ночи из-за того, что красивый парень пытался с тобой флиртовать?

Как же мерзко было врать ей. Но что еще оставалось? В конце концов, все уже закончилось. Не знаю, как, но я… убила демона? Боже-боже-боже!

— Кажется… так.

Майя резко выпрямилась, явно изо всех сил стараясь сохранять самообладание и не прибить меня прямо на месте. Представляю, как она перепугалась.

— Слушай, прости, — виновато затараторила я. Больше не в силах терпеть на себе ее ошарашенный взгляд, обошла шкаф, который отделял кровать от кухни. И босыми ногами прошлепала по холодному полу к кофеварке, включая ее. — Я ведь говорила, что это не очень хорошая идея. Нет, я тебя не обвиняю, было весело! Просто это немного не мое. Я просто… испугалась. Там ведь еще и темно было. Мне могло что-то… привидеться.

Точно! Все это могло мне привидеться! Какая-нибудь паническая атака? Но, если так, то этот мужчина упал в снег, а я… просто убежала!

Кошмар. Это все какой-то кошмар. Я срочно должна проснуться.

Майя остановилась «на границе» между спальней и кухней и скрестила руки на груди, прислонившись плечом к торцу шкафа. Так и не надетые до конца джинсы, волочились за ней по полу.

— И почему мне кажется, будто ты чего-то недоговариваешь? Послушай, Ариа. Если он хоть пальцем до тебя дотронулся, нужно сообщить в полицию. Тебе нечего стыдиться! Это он придурок и должен получить по заслугам!

Я едва не выронила чашку, доставая две из навесного шкафа. Шумно поставила их в кофеварку, запуская ее. И нервно подошла к зеркалу, чтобы убедиться, что я — это все еще я. Увидеть хотя бы что-то, что может подсказать мне ответы.

— Понимаю, как все это выглядит. Но я в порядке. Правда. Давай просто позавтракаем и выпьем кофе?

Это все еще я. Растрепанная, заплаканная, в вытянутой домашней футболке, босяком. Я. Не хватает только привычного удобного пучка на голове — эта шикарная, хоть и растрепанная, прическа, была чужой в отражении. И эта красивая заколка…

Заколка…

Яркими вспышками в воспоминаниях вспыхнули события прошлой ночи. Обжигающее требовательное тепло в волосах. Тогда я коснулась заколки и…

С ужасом и опаской, я подняла руку. Пальцы застыли над заколкой, и я никак не решалась коснуться ее снова. Черт возьми, Ариа, это же просто смешно! Все это не взаправду! Никаких демонов не существует и произошедшему есть логическое объяснение! А это просто заколка.

Как только я коснулась ее кончиками пальцев, по всему телу тут же пробежались обжигающие мурашки. Голова закружилась. Все осталось, как прежде, но будто стало совсем другим.

Все осталось, как прежде, только за спиной по полу… поползи тени. Удлинились, приобрели четкую форму, расправились…

Крылья. Богом клянусь, за моей спиной тень, будто у меня выросли крылья!

Нет-нет-нет-нет-нет.

Этого не может быть.

Всему должно быть логическое объяснение.

Игра света. Да. Что-то просто очень похожее на крылья где-то передо мной…

Я затравлено заозиралась по сторонам, умом уже понимая, что за зеркалом стена. Ни света, бьющего в меня, ни предмета, похожего на крылья.

— Ты это… видишь? — Губы шевелились с трудом.

— Вижу, что?

Я вздрогнула, осознав, что голос Майи оказался ближе, чем я думала. Она стояла прямо за моей спиной. Я смотрела на нее через зеркало. Она стояла прямо на тени… Она что ее… не видит?

— Это, — я ткнула пальцем в тень, сгорбившись и обняв себя руками. Воздуха будто бы стало меньше. — Мы можем помолчать. Мы можем петь. Стоять или бежать…

— Ариа! — Майя в ужасе подскочила ко мне и обняла за плечи, опускаясь на пол вместе со мной. — Все хорошо, слышишь? Ты дома. Я рядом. Здесь светло. Ты в безопасности. А того урода мы найдем и…

Богом клянусь, отрежу его причиндалы под корень, если он…

Ох, даже думать об этом не хочу!

Ну почему Арии вечно так не везет?

Это я во всем виновата… Не надо было…

Как бы отпроситься с работы, чтобы остаться с ней?

Да плевать! Все равно хотела оттуда уволиться!

Голос Майи удвоился, утроился. Будто одновременно говорило сразу несколько человек, но голос был ее, а… губы не шевелились. Она лишь сурово поджимала их, продолжая сжимать мои плечи.

Я ахнула, испуганно скидывая ее руки и отползая к стене. Ее голос в моей голове тут же стих.

— Ты что-то… сказала?

— Говорю, что мы найдем его. Полиция во всем разберется. Не волнуйся. Я буду рядом.

Что это было?

Что. Со мной. Происходит?!

— Мне нужно на работу.

Нужно идти. Куда-то бежать. Что-то делать. Убраться подальше от Майи и разобраться во всем прежде, чем я слечу с катушек и накинусь на нее, как зараженный зомби. Или одержимая демонами. Не знаю!

— Ты рехнулась? — Майя осталась сидеть на полу, пока я металась по студии, спешно натягивая на себя первые попавшиеся под руку вещи. Кроссовки совсем не по погоде, которые вечно промокали. Вытянутый домашний свитер, который торчал из-под укороченной куртки, совсем под этот свитер не подходящей. Схватила с пуфика шапку, но, подумав, отбросила ее в сторону. Заколка. Нельзя закрывать заколку. Понятия не имею, что она делает, но ночью это, возможно, спасло мне жизнь.

— Я тебе позвоню!

— Ариа!

Лишь оказавшись на улице смогла вдохнуть полной грудью. Привалилась к кирпичному фасаду дома и поежилась от холода.

Укутавшись белоснежным снегом, мой не самый благополучный район стал выглядеть очень даже ничего. Машины без конца сигналили друг другу, буксуя на дорогах, которые, естественно, не успели почистить. Дети играли в стежки прямо на тротуаре, радуясь тому, что в школу идти не надо. Благим матом на них орали из окна те, кто планировал в субботу поспать подольше. Идиллия.

Я тихо рассмеялась, чувствуя себя сумасшедшей (хотя, похоже, так и есть). Вот теперь эта привычная картина, которая раньше не вызывала ничего, кроме желания перебраться в район получше, меня радовала. Кусочек нормальности.

Может, уже завтра все просто станет, как прежде? И забудется, как страшный сон?

По выходным библиотека открывалась позже, чем обычно. Значит, можно сильно не спешить. Я медленно побрела по заснеженному тротуару, спрятав руки в карманы. Прошла мимо нужной автобусной остановки и завернула в подобие местного парка. Просто дорожка между торцами двух домов и скамейки с заснеженными кустами. Даже урны давно выдернули с корнем, некоторые фонарные столбы были разбиты. Это все, на что оказался способен мой район. И на том спасибо.

Мороз холодил кожу на лице, снег забивался в кроссовки. Это окончательно привело меня в чувство. Но страх никуда не ушел. Вот и сейчас, ощутив за спиной чей-то пристальный взгляд, испуганно обернулась. Ничего особенного. Просто местный завсегдатай бара стоял вдалеке и провожал меня взглядом. Я ускорила шаг.

Чувство, будто за мной наблюдают, усилилось, когда я свернула во двор, намереваясь сократить путь до следующей остановки. Я ловила на себе пристальные взгляды прохожих. Мне казалось, будто за мной наблюдают из окон. Почти бегом я пронеслась мимо темной подворотни. В ней было ненамного темнее при утреннем свете, но я готова была поклясться, что там шевелились тени, они тянулись ко мне!

Ариа, ты точно сходишь с ума. Обычные безучастные взгляды прохожих. На тебя что уже и посмотреть нельзя?

Я выскочила на оживленную улицу, по которой с шумом проносились машины. На остановке уже толпились люди. Я выдохнула, втискиваясь в свой автобус. Разумеется, свободных мест не было. Даже в субботу утром! Вот куда всем этим людям так срочно понадобилось?

Выходя на своей остановки, обернулась. И провела по волосам, проверяя, не оторвалась ли от волос заколка…

По спине пробежал ледяной холод. Женщина, что осталась в автобусе и наблюдала за мной оттуда… Черты ее лица вдруг искривились, кожу прорезали морщины, она свисала с ее некогда красивого лица безобразными лоскутами. Автобус начал отходить. Заметив мой взгляд, она вдруг оскалилась, прильнув к стеклу. Глаза полыхнули красным.

Это все не правда, мне показалось, я просто напугана!

Я одернула руку от заколки и пулей вбежала по лестнице библиотеки. Дрожащей рукой вставила ключ. И ударила по выключателю. Один за другим в библиотеки начали с треском загораться люстры. Пылинки закружили под потолком, словно снег. В нос ударил любимый запах старых книг.

Я здесь одна. Я в безопасности.

Привычно разложив все на столе ровно, как по линейке, уселась в кресло и выдохнула, включая компьютер. Как и обещала, позвонила Майе, вновь заверив подругу, что я в порядке. Не люблю ей врать.

Чашечка кофе и пончик из кофейни под боком помогли прийти в себя. Мысли перестали предательски разбегаться по углам, и я смогла рассуждать трезво.

Да ведь это же смешно! Тени, взгляды, демоны, похищающие души? Очевидно ведь, что вчера я просто испугалась. Все-таки вышла ночью на улицу, хоть и освещенную гирляндами, но мою фобию это вовсе не убедило. Может быть, тот красавчик, и правда пытался ко мне приставать, а воспаленное воображение дорисовало себе все остальное? Или у меня началась паническая атака, а Коул пытался помочь, пока я от него не сбежала? Может, даже врезала. Не специально, разумеется.

А сегодня Майя говорила все вслух, но очень быстро, а я была немного не в себе? Взгляды прохожих — обычное дело. А лицо женщины исказило освещение и стекло.

И все же я открыла браузер и стала листать статьи по запросу «демоны в реальности», «похищение души демоном». Ничего необычного. Когда у меня выскакивает сыпь или еще что-то неприятное, я обязательно проверяю симптомы в интернете — все ведь так делают! А после, вычитав, что скорее всего мне конец, успокаиваюсь и закрываю все вкладки. Так будет и сейчас. Мне просто нужно убедить себя в том, что со мной не происходит ничего страшного.

И моя душа на месте.

Да только вот по запросам выскакивали либо форумы сумасшедших, либо информация о какой-то мобильной игре. А чего ты ждала-то, Ариа?

Окончательно успокоившись, принялась за работу. Распечатала новые карточки и отправилась к стеллажам, разыскивая книги, в которые мне предстояло их вклеить. Обожаю такую рутинную работу.

В колонках тихо играла музыка — пока в библиотеку не явились читатели, могу себе позволить. Пританцовывая, вспоминая наши с Майей вчерашние танцы, даже развеселилась. Достала очередную карточку и потянулась к нужной книге, вот она, прямо передо мной. Достала ее, вклеила карточку и подняла взгляд, чтобы поставить ее обратно.

По библиотеке эхом разнесся мой крик. Я отшатнулась, больно врезавшись в противоположную полку. Несколько книг с шумом упали на пол.

Сквозь «дыру», которая образовалась между книгами… на меня с интересом и насмешкой смотрело лицо. Легкая темная щетина, красные, горящие огнем, глаза. Рога, торчащие из волос. Это был Коул. Я узнала его сразу.

— У-у-у, как страшно, — издеваясь, протянул он, небрежно скидывая на пол соседние книги. Теперь я могла видеть всю голову и плечи целиком. Будто наблюдая спектакль на моем лице, он уложил локти на полку и подпер голову кулаком. — Неужто ты решила, что я позволю тебе улизнуть с моими крыльями, моя чешуйка, Ариэль?

— Ты… ты… ты, — я не могла вымолвить ни слова, снова задыхаясь.

— Я-я-я, — передразнил Коул, раздражаясь. — Так даже не интересно. Ты как будто воды в рот набрала! — Опасно красивые губы искривились, довольные своей шуткой. — Ну же, соберись. Ты знаешь, что нужно мне. Просто отдай и живи спокойно своей новой интересной жизнью. Обещаю, даже не стану пытать тебя, чтобы понять, как ты, грязная чертовка, это сделала!

В его глазах зло полыхнул огонь. Балансируя на грани между сознанием и безумием, не глядя нашарила на полке за спиной увесистую книгу. И выставила перед собой, словно щит. «Демон» Лермонтова. Это что, шутка?!

Демон тоже оценил, ухмыльнувшись. Я лишь моргнула, и уже в следующее мгновение он оказался прямо передо мной. Как он оказался с этой стороны полки всего за секунду?! И выхватил у меня из рук книг, открыв ее на середине.

— Я не совсем понял. Предлагаешь вместе почитать, моя ракушечка? Или планировала защищаться этим от демона? Тогда разумнее было выбрать библию, правда — спойлер — это бы тоже не помогло. При первой встрече ты показалась мне разумнее. Даже разговаривала. Никогда не умел выбирать себе женщин.

Раскрыв ладонь и уложив на ней раскрытую книгу, он самодовольно ухмыльнулся, будто бы ожидая чего-то… Но ничего не произошло. Я смогла выйти из оцепенения лишь тогда, когда в его наглом взгляде промелькнула растерянность. Она граничила со страхом.

— Что за черт, — рыкнул демон, с шумом захлопнув книгу.

Что он хотел с ней сделать — сжечь взглядом, пролистать без рук или заставить танцевать чечетку — я не знаю. И выяснять не собираюсь.

На место оцепенения пришла другая естественная реакция любого человека, столкнувшегося с настоящим, мать его, демоном! Толкнув потерявшего бдительность Коула в грудь, рванула к выходу на ватных ногах. Затравленно обернулась, увидела, как уверенно и с яростной злобой, он вытягивает мне вслед раскрытую ладонь. Отвернулась и побежала еще быстрее, ожидая чего угодно.

Но ничего не произошло. Не знаю что это — моя удача вдруг вернулась из круглогодичного отпуска, у демона что-то поломалось или я уже мертва, просто об этом не знаю? Разберемся позже.

А пока я выскочила на улицу прямо в свитере и бросилась на дорогу, почти попав под колеса машины, чудом затормозившей передо мной. Руками уперлась в капот и закричала:

— Помогите!

Водитель крикнул мне что-то оскорбительное и газанул. Я была вынуждена отскочить обратно на тротуар, затравленно оглядываясь. Массивные двери библиотеки медленно открылись. Из них, хмурый и злой, вышел демон. С рогами на голове, но без крыльев. Его тяжелый, обжигающий раздражением взгляд моментально нашел меня.

— Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, — взмолилась я, вскидывая руку, чтобы остановился хотя бы кто-то.

И — о чудо — к обочине прижалось приметное желтое такси! Я бросилась к нему, глотая слезы. Ручка никак не поддавалась. А демон продолжал идти на меня медленно, неспеша. Словно хищник, выслеживающий свою добычу.

Закатив глаза, водитель потянулся к пассажирской двери и потянул за ручку сам. Я ввалилась в машину, захлопывая дверь и блокируя ее. Красные глаза прищурились, заглядывая в окно такси. Он остановился. Да боже мой, неужели никто не видит его горящие глаза и рога на голове?! Почему никто не вызовет полицию?!

— Куда едем, мадам?

— Восточный Лесной проезд, двадцать-двадцать, — затараторила я. Это был адрес дома Майи. — Пожалуйста, быстрее!

— Ладно-ладно, — хмыкнул водитель, двигаясь с места. — Какие все нервные с утра.

Прижавшись к стеклу, я провожала взглядом удаляющуюся фигуру демона. И смогла выдохнуть только тогда, когда он скрылся за поворотом. Откинулась на спинку и дрожащими руками пристегнула ремень безопасности.

Я металась в панике, как в бреду. Никак не могла перестать вглядываться в лица людей, мимо которых мы проезжали. Меня колотило от страха, когда останавливались на светофорах.

Есть ли смысл искать этому логическое объяснение теперь? У него были рога! В глазах горел огонь! Он за секунду переместился с места на место, не сделав и шага! Кем бы ни был этот мужчина — демоном, чертом, приведением — но он точно не человек. И ему что-то от меня нужно.

И что теперь? Идти в полицию? Без вариантов, туда идти только тогда, когда уже убили. Да и что я им скажу? Податься в монастырь? Найти экзорциста? Божечки, да где же мне найти настоящего?!

А может уехать из города? Это ведь квартиру придется бросить, работу, да и накоплений у меня никаких нет… Вот тебе и приключение, Ариа! Да только вот в книгах у героев всегда есть деньги, чтобы сбегать от опасности на крутых тачках и личных самолетах, а я простой библиотекарь без семьи и связей!

Так, стоп. Бабушка Майи. Ну точно же! Это ведь она дала мне эту странную заколку! Это из-за нее я вижу… всякое. Знать бы еще, что конкретно я вижу, и почему мир вокруг становится похожим на кошмар наяву… Вот у нее и спрошу! Значит, я правильно сделала, назвав таксисту адрес подруги. Как почувствовала.

Кстати, об этом. Разве мы не должны были уже приехать? Кажется, будто прошла целая вечность. Я снова уставилась в окно, пытаясь понять, по какой улице мы едем. Незнакомые магазины и дома проносились мимо. Нам вслед сигналили машины, которые лихач-таксист обгонял и подрезал, буксуя на нечищеных от снега дорогах. Я так глубоко ушла в собственные мысли, что перестала следить за ситуацией.

— Простите, — растерянно обратилась к водителю я. — Мы точно едем правильно?

На всякий случай, я повторила адрес. Водитель даже не взглянул на меня, вдруг растянув губы в улыбке и хмыкнув.

— Правильно-правильно. Расслабьтесь, мадам, я знаю короткий путь.

Странный короткий путь. По моим подсчетам, мы уже должны были приехать…

Беспокойство зашевелилось внутри, будто червь. Сделав вид, что поверила ему, откинулась на спинку сидения. И поправила волосы, кончиками пальцев касаясь заколки.

Будто с глаз сошла пелена. Ничего особо не изменилось, асфальт не потрескался под колесами, а из расщелин не полезли черти. И люди за окном вроде бы обычные. Я украдкой глянула на водителя. И похолодела, застыв и перестав дышать.

В целом, он выглядел так же. Только вот кожа будто бы стала серой. Лицо осунулось, стали четче видны очертания черепа. Ногти пожелтели и потрескались, будто он минуту назад усердно рыл землю. Почувствовав взгляд, водитель с подозрением покосился на меня…

Глаза… У него были алые, будто налитые кровью глаза. Не знаю, кто или что это такое… Но точно не человек.

Никогда не угадаешь, как отреагируешь в подобной ситуации. Всегда кажется, что ты сильный и смелый, и сохранишь самообладание, как главный герой любой истории. Что мозг начнет выстреливать гениальными идеями, как у Шерлока Холмса, а перед глазами, как живые, будут прокручиваться картинки вероятных событий. А после ты схватишь какой-нибудь карандаш, завалявшийся на приборной панели, и смело проткнешь чудищу руку, чтобы сбежать.

Я же просто человек. И ничего этого со мной не случилось.

Я просто заорала.

Не очаровательно, не грациозно, как похищенная принцесса. Зато искренне, с чувством, оглушающе! Так, что даже самой стало стыдно, но уже гораздо позже. А сейчас… Сейчас я просто была в ужасе. И понимала, что этот монстр абсолютно точно не везет меня по указанному адресу. Это ощущение укрепилось, когда он повернулся ко мне и оскалился острыми пожелтевшими клыками.

— Заткнись!

— Остановите машину, я выйду здесь! — Срывающимся голосом, потребовала я, пытаясь отстегнуть ремень безопасности. Но пальцы дрожали так, что ничего не выходило.

Чудище криво усмехнулось, будто бы я сморозила какую-то несусветную глупость.

— Да ты не рыпайся. Отдашь нам крылья, и свободна. Если, конечно, будешь сговорчива. Мадам.

Меня будто со всей силы ударило под дых понимание, что мне не померещилось. Лицо онемело от ужаса, я начала задыхаться. Меня накрывало.

— Осень… в небе… — бормотала я, стараясь дышать. — Жгут корабли. Осень мне бы… прочь от… земли…

— Ты чего там болтаешь? — Насторожился монстр, отвлекаясь от дороги.

И тогда я осознала. Либо сейчас. Либо мне конец.

Закричав, что есть мочи, подалась вперед и схватилась на руль, накрывая ледяные костлявые руки. И со всей силы потянула на себя, зажмурившись.

Нас дернуло в сторону, и ремень безопасности больно сомкнулся на теле. Не успела я прийти в себя, как послышался скрип и оглушительный треск. Меня дернуло вперед, едва не ломая ребра. А поле все застыло. Слышались только крики и шипение.

Я открыла глаза, боясь пошевелиться. Лобовое стекло разбилось на осколки, рассыпавшись по салону. Капот сложило пополам. Мы врезались в столб. В панике, я бросила взгляд налево. Водителя не было. Судя по дыре в лобовом стекле, его выбросило вперед. В голову вдруг залезла совсем неуместная мысль о том, как все-таки важно пристегиваться. Водитель такси, хоть и монструозный, а не знает таких элементарных вещей!

— Девушка, вы целы? — Кричали мне, пытаясь заглянуть в окно.

Не обращая ни на кого внимания, деревянным пальцами, отстегнула ремень безопасности и не без труда открыла деформировавшуюся дверь. Помню, как мне пытались помочь выбраться. Как протягивали руки, что-то говорили.

Я не верила никому из них. Что, если все они такие же серолицые, красноглазые, рогатые, крылатые? Не было ни сил, ни желания проверять. Я шарахалась ото всех, судорожно ищу взглядом укрытие.

Было ужасно холодно. Только сейчас я поняла, что выскочила из библиотеки без верхней одежды.

— Она в шоке, вызовите скорую! Девушка, пожалуйста, вам лучше присесть. Вы попали в аварию.

Кто-то схватил меня за руку. Я отшатнулась, врезаясь в покореженный столб.

— Не трогайте меня! Не подходите!

Краем глаза уже заметила «водителя», распластавшегося на асфальте. Вокруг него собрались люди. Впервые в жизни я искренне молилась о том, чтобы он больше не встал. Но вот он пошевелился. Дернул рукой. Приподнялся на локтях…

И с опасной жгучей ненавистью уставился на меня.

Не помня себя от ужаса, отталкивая от себя руки незнакомых мне людей, побежала не разбирая дороги. Впереди замаячили жилые дома незнакомого района. Бежать некуда. Единственный выход — нырнуть в переулок меж двух домов и скрыться от чудовища, петляя по дворам.

В тот момент, я не очень соображала. И да, это была не лучшая моя идея. Чего вы хотите от человека, сходящего с ума от ужаса?

Снова очень некстати всплыло давно забытое воспоминание. Школа, урок биологии. И мисс Фигинс, рассказывающая нам об эволюции и о милых «штучках», которые мы пронесли с собой в наших генах сквозь долгие века. Эти самые «штучки» и заставляют нас замирать от ужаса, как некогда древние люди замирали, чтобы стать незаметнее для хищника. Или искать укромные местечки, чтобы спрятаться, как сейчас сделала я.

Спасибо тебе большое, эволюция! Кажется, ты только что меня убила.

Осознание того, что это была самая огромная ошибка в моей жизни пришло почти сразу, едва вокруг стихли звуки улицы. Меня принял в свои объятия и укутал полумрак. А в небрежно сложенных у кирпичной стены коробках что-то зашевелилось.

— Я не знаю, что сказать тебе при встрече… Не могу найти хотя бы пары слов… А недолгий вечер… А недолгий вечер…

За спиной послышались шаги. Продолжая идти и напевать себе под нос, ускорила шаг, оборачиваясь.

Это был он. Невысокого роста, в порванной испачканной одежде. А на сером лице ни царапинки… Он стоял в самом начале переулка и ухмылялся, сверкая своими красными хищными глазами. Водитель такси. Точнее… чудовище, которое лишь притворялось человеком.

— А ведь я предупреждал, что тебе лучше быть сговорчивой, маленькая глупая воровка. И все-таки. Как тебе это удалось, а?

Не ответив, перешла на бег, возвращая взгляд перед собой. И едва успела затормозить, чтобы не врезаться в еще две фигуры, выросшие в другом конце переулка.

Я остановилась, судорожно оглядываясь по сторонам в поисках третьего выхода. Но его не было.

— Помогите! — Закричала я. Голос надломился. Его сдавило подступающими рыданиями. — Помогите! Пожалуйста!

— А ты не шутил, — прошелестел сиплый голос высокого серокожего, в длинном сером плаще. — Крылья, да у человека. Откуда бы?

— Да какая разница? — Хмыкнул таксист. — Ты глянь, крылья-то не какого-нибудь низшего. Мощ-щ-щные. Да мы за такие столько крови выручим!

— А то и что получше, — подала голос третья. Только сейчас я поняла, что это была женщина. Вид у нее был болезненный. Лысая, без ресниц и бровей, сутулые плечи. Казалось, что даже просто стоять было для нее непросто. Может… это мой шанс? — Держатся на ней еле-еле, легко заберем. Никогда такого не видела.

— А если ловушка? — С опаской вмешался сиплый. — Проверка или еще чего…

— Да кому надо тебя проверять. Мы для них, как грязь из-под ногтей. Но теперь-то мы посмотрим… Давай, мадам, не сопротивляйся. Я с самого утра тебя пасу. Пора заканчивать.

Медленно и с явным наслаждением на лице таксист начал надвигаться на меня. С противоположной стороны приближались еще двое. Как загнанный в ловушку зверь прижалась к стене и выжидала момент, чтобы побежать. Да только вот бежать было некуда. Единственная возможность — подгадать момент и побежать напролом.

Так я и сделала. Сорвалась с места и побежала прямо на женщину, намереваясь сбить ее с ног. Я надеялась, что, увидев мою решимость, она отступит сама. Но как только наши взгляды столкнулись, она… расхохоталась.

С нечеловеческой скоростью, она вдруг скользнула мне навстречу. Схватила за горло и с силой швырнула на землю.

Я отчаянно закашлялась, ногтями вцепившись в ее серое и ледяное запястье. Будто неживое. Но хватка не ослабла. Страх и ужас волнами пульсировали по всему телу. Еще никогда в жизни мне не было так страшно.

— Я держу ее. Давай, отрывай крылья. А ну не дергайся, человек!

Сдавить еще немного, до хруста…

Сосредоточься. Как только он наклонится, убью сначала его, потом Вейланда.

Заберу крылья себе.

Только мое. Только мне.

Сила. Чувствую ее.

Моя.

Чужие мысли черной вязкой смолой заполонили черепную коробку. Меня затошнило. В ней не было ни капли жалости. Алчность и жестокость пульсировали настолько ярко, что обжигали меня изнутри.

— Она хочет… — прохрипела я, но женщина схватила меня за волосы и с наслаждением ударила затылком о замерзший асфальт. В ушах зазвенело, перед глазами все поплыло.

— Закрой рот и не мешай нам, воровка!

— Сказала воровка, — вдруг с усмешкой прошелестел четвертый голос. Глубокий, бархатистый и вибрирующий.

Я открыла глаза ровно в тот момент, когда женщину оторвало от земли, и она пулей пролетела у меня над головой. Я попыталась встать, но перед глазами все еще плыло.

Сдавленные крики сменялись грохотом и мольбой о пощаде. Наконец, приподнявшись на локтях, я смогла увидеть, что происходит.

Коул. Это был Коул. Он стоял в полный рост — высокий и будто бы спокойный. А в его руке трепыхался мой водитель. У его ног в неестественных позах уже лежали лысая девушка и сиплый.

— И что же, позволь спросить, вы собирались сделать с моими крыльями, мои верные и преданные мглиры?

Серокожий сдавленно захрипел, пытаясь заговорить.

— Что-что? — Коул подставил ухо, будто прислушиваясь. — Что-то хочешь мне сказать?

— Хотели… вернуть… вам, — едва различимо проговорил водитель.

Коул устало вздохнул, продолжая держать мужчину на вытянутой руке на весу, будто бы тот ничего не весил.

— А я-то думал, мы друзья. А друзья друг-другу не врут, ты же в курсе? — Коул притянул того, кого он назвал «мглиром» ближе, проговорив ему прямо в лицо со зловещей ухмылкой. — Я ведь был здесь и все слышал. Ваше предательство задело меня до глубины души! Где бы она сейчас не была. Так что… Прости, но нашей дружбе пришел конец.

Послышался хруст, и Коул разжал пальцы, роняя тело серокожего на землю.

И посмотрел на меня.

— И зачем надо было устраивать весь этот цирк? Ты хоть понимаешь, что натворила, маленькая проблемная чертовка? — Он медленно зашагал ко мне, присев на корточки и осмотрев меня с ног до головы. Досадливо покачав головой, он цыкнул. — А ведь я планировал закончить с этим до обеда. И с мглирами связываться не собирался. Ты вообще в курсе, что после них руки еще неделю воняют, как помойка? И что мне теперь с тобой за это сделать?

— Да что тебе от меня нужно? Ты — чертов псих! — Больше не сдерживаясь и глотая слезы, крикнула я.

— Чертов — абсолютно верно. Псих? Вряд ли, — губы Коула скривились в самодовольной ухмылке. — Крылья, моя рыбка. Неужели не ясно? Мне нужны мои крылья. И всего то!

Я попыталась отползти и вскочить на ноги. Но умом уже понимала, что в этот раз мне не уйти. Предчувствие не подвело. Раздраженно закатив глаза, будто я ужасно его утомила, Коул поднялся на ноги. Наклонился, схватил меня за воротник, рывком подтягивая к себе.

И все вокруг утонуло в черноте.

Я знала, что вампиры это ужасные монстры, которых нужно уничтожить.
Это стало моей целью и единственным желанием, пока в моей жизни не появился он.
Тот кто спас меня. Это стало началом конца. Что если вампиры не так плохи как я думала? Что если тот кто может погубить мир, вовсе не они, а я?

И другие истории литмоба